Дело __

__

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

17 июня 2019 года г. Новосибирск

Заельцовский районный суд г. Новосибирска

в составе:

Председательствующего судьи Павлючик И. В.

При секретаре: Недобор А.Н.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании договора купли-продажи квартиры недействительным, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: г. Новосибирск, ... от 31.01.2015 г. недействительным в связи с введением в заблуждение истца со стороны ответчика относительно природы сделки.

В процессе рассмотрения дела, истец уточнила исковые требования (л.д. 66-68), просила суд признать сделку купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: г. Новосибирск, ..., заключенной между истцом и ответчиком недействительной, в связи с тем, что в момент совершения сделки она находилась в таком состоянии, когда не способна была понимать значение своих действий или руководить ими, указав, что ей на праве собственности принадлежала квартира, расположенная по адресу: г. Новосибирск, .... Действительно, ею был заключен данный договор купли-продажи квартиры с братом её бывшего супруга ФИО3 Однако данный договор она заключила в 2018 г. Копию договора купли-продажи квартиры, свидетельства о государственной регистрации сделки она не получала. Действительно, она расписывалась в каких-то бумагах, в учреждении, в том числе по ..., куда ее привозил ответчик и его супруга, но суть данных документов ей неизвестна.

Её бывший супруг ФИО3 просил своего брата, ответчика оказывать ей посильную помощь по ведению хозяйства, посещению лечебных учреждений. Истец полагала, что подписываемые ею документы оговаривают эти действия, поэтому условиями договора являлась передача принадлежащей ей квартиры в собственность ФИО2 с условием пожизненного содержания в виде выплаты истцу ежегодно денежных средств в размере 200 000 руб. и её проживанием с правом пользования данной квартирой. Для реализации ответчиком помощи в ведении хозяйства истцом был передан ответчику ключ от квартиры. Однако в квартире проживала она одна. На регистрационный учет в квартире кроме истца никто не поставлен. Оплату за квартиру за одного человека производит истец из собственных денежных средств. В ЖСК «Сибиряк-2» о смене собственника ничего неизвестно.

Помощь ответчика истцу сводилась к нескольким совместным поездкам в лечебное учреждение, оказание содействия в приобретении бытовой техники и замене входной двери за счет истца. Помощь в приобретении продуктов истцу оказывали её знакомые ФИО4 и ФИО5 От ответчика каких-либо денежных средств истец не получала.

В мае 2018 г. ответчик и его супруга стали перевозить в квартиру истца свои вещи, произвели побелку кухни. Истец поинтересовалась причинами таких действий, на что ей ответили, что квартира принадлежит ответчику и он вправе действовать по своему усмотрению.

Она обратилась за помощью к своему бывшему супругу ФИО3 После чего ответчик передал истцу копию договора купли-продажи квартиры от 31.01.2015 г., подписанного истцом. После чего она обратилась за оказанием юридической помощи.

В момент подписания бумаг по инициативе ответчика она видела указание на цифру 200 000 руб., однако не поняла её значение. При подписании бумаг она не имела возможности полностью их прочитать в связи с заболеванием глаз (катарактой).

Истец никогда не имела намерение продать квартиру, являющуюся единственным жильем. Денежных средств от продажи квартиры от ответчика истец не получала. Кадастровая стоимость квартиры составляет более 2 500 000 руб., рыночная стоимость более 3 000 000 руб. В связи с чем, оценивать жилье в размере 200 000 руб. истец не могла.

Истец считает, что о нарушении своего права она узнала в мае 2018 г., когда от ответчика узнала о своем намерении использовать квартиру по назначению.

Истец обратилась в Новосибирскую областную психиатрическую больницу __ для добровольного освидетельствования, которые сделали вывод о том, что истец не способна правильно оценивать происходящее, участвовать в имущественных и иных сделках.

Решением Заельцовского районного суда г. Новосибирска от 29.03.2019 г. по делу __ по заявлению ФИО6, ФИО1 признана недееспособной (л.д.147-149).

В связи с указанными обстоятельствами, определением суда от 31.05.2019 г. в качестве третьего лица привлечены органы опеки и попечительства в лице отдела опеки и попечительства администрации Центрального округа по Железнодорожному, Заельцовскому и Центральному районам г. Новосибирска (л.д. 137-138). 

В судебное заседание истец ФИО1 не явилась, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, просила о рассмотрении дела в свое отсутствие (л.д. 65, 145). 

В судебном заседании представитель истца по ордеру (л.д. 54) и доверенности (л.д. 76) ФИО7 исковые требования поддержала в полном объеме, пояснила в соответствии с вышеизложенным.

В судебное заседание ответчик ФИО2 не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, просил о рассмотрении дела в свое отсутствие (л.д. 38, 143).

В судебном заседании представитель ответчика по ордеру адвокат Бегченкова О.И. (л.д. 44) поддержала доводы, изложенные в возражениях на иск (л. __-41, 77-78) пояснила, что с исковыми требованиями истца не согласна, указав, что истицей пропущен срок исковой давности, предусмотренный для данной категории дела - 1 год. Оспариваемый договор заключен 31.01.2015 г., а с иском истец обратилась в суд 15.08.2018 г., то есть за пределами срока исковой давности. 26.10.2014 г. его брат, ФИО3 вместе со своей бывшей супругой ФИО1 пригласили его и его супругу ФИО8 для обсуждения ситуации со спорной квартирой. Ему как брату бывшего супруга было предложено принять эту квартиру в обмен на оказание помощи и поддержки в любых трудных жизненных ситуациях истца и брата. Ответчик не сразу согласился. Оформить сделку договором купли-продажи с обременением решили по обоюдному согласию, поскольку в данном случае истец получит возможность проживать в квартире и ею пользоваться. 31.01.2015 г. был заключен договор купли-продажи квартиры. Обязательным условием договора указали пожизненное проживание истца и пользование квартирой. Истец не возражала и подписала данный договор. Регистратор на приеме документов уточнила у истца о передаче денег за квартиру, что она подтвердила. Факт исполнения ответчиком договора подтверждается самим договор, являющимся одновременно актом приемом – передачи имущества.

04.02.2015 г. ответчик получил свои документы и привез истца для получения её экземпляра договора в Управлении Росреестра по НСО, где она получила копию договора купли-продажи квартиры.

Ответчик продолжает помогать истцу, заботится о ней, решает возникшие вопросы, в том числе возит в поликлинику к врачу, на сдачу анализов, на уколы, помогает покупать продукты, лекарства. Ответчик сам установил новую дверь, организовал ремонт стиральной машины, приобрел новый холодильник, ремонтировал сантехнику. В мае 2018 г., возможно, попав под чье-то влияние, истец престала принимать помощь ответчика. Стала говорить о том, что у нее нет никаких документов на квартиру. Ответчик сделал копию договора купли-продажи квартиры со своего экземпляра, и передал его истцу и ФИО3 Под давлением третьих лиц истец отказывается общаться: не пускает супругу ответчика в квартиру, покупаемые им продукты не принимает.

Стороны не заключали между собой договор пожизненного содержания с иждивением, поскольку ответчик является пенсионером, получает пенсию 13 000 руб. В связи с чем, он не располагает ежегодно выплачиваемой суммой в размере 200 000 руб.

Ответчик полагает, что в 2015 г. истец в очках видела нормально, что не являлось препятствием в ознакомлении с договором купли-продажи квартиры и подписанием его в 3 экземплярах. 

На основании изложенного, просила применить срок исковой давности, в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать в полном объеме.

В судебном заседании представитель третьего лица отдела опеки и попечительства администрации Центрального округа по Железнодорожному, Заельцовскому и Центральному районам г. Новосибирска по доверенности ФИО9 (л.д. 146), пояснила, что до настоящего времени истцу не назначен опекун, вопрос об удовлетворении исковых требований оставила на усмотрение суда.

Суд, выслушав представителя истца, представителя ответчика, представителя третьего лица, заслушав показания свидетелей ФИО10, ФИО6, ФИО11, ФИО12, исследовав письменные материалы дела, приходит к выводу, что в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании договора купли-продажи квартиры, заключенного 31.01.2015 г. между ФИО1 и ФИО2, следует отказать.

В силу положений п. п. 1, 2 ст. 209 Гражданского кодекса РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии со ст. 8 Гражданского кодекса РФ гражданские права и обязанности возникают, в том числе, из договоров и иных сделок.

Согласно п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

По договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену) (п. 1 ст. 454 Гражданского кодекса РФ).

Согласно п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (п. 1 ст. 167 Гражданского кодекса РФ).

В силу п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Содержание ст. 56 ГПК РФ, которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В силу закона сделка купли-продажи квартиры является оспоримой, в связи с чем лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по основаниям, указанным в ч. 1 ст. 177 ГК РФ согласно положениям ст. 56 ГПК РФ обязано доказать наличие оснований для недействительности сделки.

Основание недействительности сделок, предусмотренное в изложенной выше правовой норме, связано с пороком воли, то есть таким формированием воли стороны сделки, которое происходит под влиянием обстоятельств, порождающих несоответствие истинной воли такой стороны ее волеизъявлению, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.

С учетом изложенного неспособность истца в момент заключения сделки купли-продажи квартиры понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания сделки недействительной, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом отсутствует.

Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у продавца - истца в момент заключения договора купли-продажи, степень её тяжести, степень имеющихся нарушений её интеллектуального и (или) волевого уровня.

Судом установлено, что ФИО1 являлась собственником квартиры, расположенной по адресу: г. Новосибирск, ..., что подтверждается договором купли-продажи квартиры от 23.12.1997 г. (л.д. 60).

31.01.2015 г. между ФИО1 и ФИО2 заключен договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: г. Новосибирск, ... (л.д. 59).

Данный договор купли-продажи квартиры лично подписан истцом.

Из текста оспариваемого договора купли-продажи от 31.01.2015 г. следует, что стороны, заключая данный договор, не ограничены судом в дееспособности и не признаны недееспособными, способны понимать значение своих действий и руководить ими, не заблуждаются по существу сделки (л.д. 7).

Из указанного договора следует, что по соглашению сторон продажная цена отчуждаемой квартиры определена в размере 200 000 руб. Расчет между сторонами по их соглашению был произведен до подписания договора. Стороны друг к другу претензий не имеют.

Согласно копии регистрационного дела на спорную квартиру, ФИО1 самостоятельно осуществляла свои полномочия при заключении договора купли-продажи квартиры, лично проставила свои подписи, в том числе на всех заявлениях (л.д. 57-63).

Переход права собственности зарегистрирован Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Новосибирской области 04.02.2015 г., о чем в ЕГРП на недвижимое имущество и сделок с ним произведена запись регистрации перехода права собственности (л.д.54).

Договор купли-продажи квартиры от 31.01.2015 г. между ФИО1 и ФИО2 заключен в надлежащей форме, содержит все существенные условия договора купли-продажи недвижимости; спорная квартира по данному договору была передана в собственность ответчика ФИО2, право собственности которого на указанную квартиру было зарегистрировано в установленном законом порядке.

Таким образом, факт одобрения истицей выполненной от её имени письменной сделки путем личного обращения в регистрирующий орган за совершением юридических последствий сделки в ходе судебного разбирательства не опровергнут.

Из пояснений истца, данных в ходе рассмотрения дела следует, что с 12.04.1982 г. она зарегистрирована, не снята с регистрационного учета и постоянно проживает в квартире, расположенной по адресу: г. Новосибирск, ..., считает, что сделка купли-продажи ее квартиры является недействительной, поскольку при подписании договора она не понимала значения своих действий и не могла руководить ими, намерения продавать квартиру не имела, в связи с чем, и обратилась с иском в суд.

Из справки врача-психиатра Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Новосибирской области «Новосибирская областная психиатрическая больница __ Специализированного типа» ФИО13 от 25.07.2018 г. __ (л.д. 69) следует, что ФИО1 на момент осмотра не способна адекватно оценивать происходящее, участвовать в имущественных и иных сделках и осознавать их последствия. 

В соответствии с ч. 1 ст. 79 ГПК РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №11 от 24.06.2008 г. «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству», во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими.

По ходатайству представителя истца, для проверки доводов истца о том, что ФИО1 не понимала характер своих действий в рассматриваемый период, определением суда от 18.01.2019 г. по делу была назначена судебная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза (л. __-108). ФИО1 из ГБУЗ НСО «Клиническая консультативно- диагностическая поликлиника __»), у нее отмечались только жалобы церебрастенического характера (утомляемость, головные боли) преимущественно при колебаниях артериального давления, в декабре 2014 г. (за 2 недели до совершения оспариваемой сделки) у ФИО1 жалоб не отмечалось, ее состояние оценивалось как «удовлетворительное», признаки «хронической ишемии головного мозга» впервые были установлены терапевтом только в июне 2017 г., консультация психиатра не назначалась. 27.07.2018 г. ФИО1 впервые добровольно была освидетельствована и комиссией психиатров, в ходе этого освидетельствования у нее были выявлены истощаемость внимания, тугоподвижность и ригидность мышления, снижение памяти и интеллекта до степени лакунарной деменции, отсутствие критического отношения к сделке, диагностирована: «Деменция сосудистая», выявлена неспособность к совершению сделок. Таким образом, исходя из вышеизложенного, у экспертов нет оснований считать, что к моменту совершения оспариваемой сделки купли-продажи 31.01.2015 г. ФИО1 была лишена способности к свободному, осознанному волеизъявлению, в связи с чем, комиссия экспертов приходит к выводу, что ФИО1 на момент совершения сделки купли-продажи 31.01.2015 г. каким –либо психическим заболеванием не страдала, и не была лишена способности понимать значение своих действий и руководить ими.

Суд приходит к выводу, что экспертное заключение соответствует критериям относимости, допустимости и достоверности, отвечает требованиям, установленным ст. 86 Гражданского процессуального кодекса РФ. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса РФ за дачу заведомо ложного заключения, лично не заинтересованы в исходе дела.

На основании изложенного, суд принимает указанное заключение экспертов в качестве доказательства по делу, находя его полным и научно обоснованным.

Доказательств, опровергающих заключение эксперта, истцом суду не представлено.

Данные выводы комиссии экспертов полностью подтверждаются и другими собранными по делу доказательствами? пояснениями сторон, медицинскими документами. Кроме того, в ходе рассмотрения дела судом установлено, что в период заключения договора купли-продажи проживала одна, самостоятельно себя обслуживала, выходила из дома, получала пенсию, обращалась к врачам, покупала лекарства, т.е. совершала, помимо сделки и другие действия, свидетельствующие о способности понимать значение своих действий и руководить ими. 

При этом суд считает необходимым учесть, что как из медицинских документов, показаний свидетелей ФИО10 ФИО6, ФИО11, ФИО12, так и из пояснений истца, не следовало наличие у ФИО1 (в том числе в момент заключения оспариваемого договора купли-продажи) каких-либо психических отклонений, в том числе жалоб на память и ухудшение процессов мыслительной деятельности, как свидетели, так и истец, указывают лишь на соматически неблагополучное состояние ФИО1, не сообщают о каких-либо неадекватных действиях, необычном, неразумном поведении, в связи с чем, суд приходит к выводу о том, что показания свидетелей допрошенных в судебном заседании не опровергают правильность выводов амбулаторной комплексной психолого-психиатрической судебной экспертизы.

Свидетели, ФИО10 ФИО6, ФИО11, ФИО12, являющиеся родственниками истицы сообщили о «странностях» в поведении истца Вместе с тем, из их показаний следовало, что истец сама открывала им дверь квартиры, когда они приходили в гости, узнавала родственников.

Таким образом, исследовав все доказательства в совокупности, суд полагает, что истцом не доказано, что именно в момент заключения договора купли-продажи квартиры она находилась в каком-либо болезненном состоянии, либо имела психическое расстройство, которое могло бы ей помешать правильному восприятию последствий совершенных ею юридических действий.

Признание ФИО1 решением суда от 29.03.2019 г. недееспособной на основании заключения судебно-психиатрической экспертизы, установившей наличие у нее хронического психического расстройства в форме сосудистой деменции, которое лишает ФИО1 способности понимать значение своих действий и руководить ими на момент обследования, не подтверждает наличие такого состояния у ФИО1 в момент заключения договора купли-продажи от 31.01.2015 г.

Оценивая имеющиеся в деле доказательства в совокупности соответствии со ст. 67 ГПК РФ, а именно, объяснения истца, её представителя, представителя ответчика, показания свидетелей, письменные доказательства, в том числе, заключение амбулаторной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы, суд приходит к выводу об отсутствии в деле доказательств того, что в момент заключения договора купли-продажи __ января 2015 года ФИО1 не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

Обязанность по доказыванию обстоятельств, являющихся основаниями для удовлетворения требований, истицей в нарушение ч. 1 ст. 56 ГПК РФ не исполнена. Иных допустимых и относимых доказательств, подтверждающих доводы о том, что в момент заключения договора купли-продажи квартиры ФИО1 не была способна понимать значение своих действий или руководить ими, истицей представлено не было.

В ходе рассмотрения дела ответчиком заявлено о применении к заявленным ФИО1 требованиям срока исковой давности.

Исковой давностью, согласно положений ст. 195 ГК РФ, признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

На основании п. 2 ст. 199 ГК РФ, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Общий срок исковой давности в соответствии с п. 1 ст. 196 ГК РФ составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 названного кодекса.

В соответствии с п. 2 ст. 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

При этом, в соответствии с формулировкой п. 2 ст. 181 ГК РФ суд наделен необходимыми дискреционными полномочиями на определение момента начала течения срока исковой давности, исходя из фактических обстоятельств дела, как следует из определения Конституционного Суда РФ от 17.02.2015 __

Оценивая доказательства в совокупности, суд приходит к выводу, что срок исковой давности по заявленным требованиям начинает течь с момента совершения сделки 31.01.2015 г., поскольку именно с этой даты истцу стало известно о своем нарушенном праве, истец лично присутствовала при оформлении документов, подписывала договор, получала документы в Управлении Росреестра по НСО, что свидетельствует о наличии у неё возможности узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной на этот момент. 

Как следует из материалов дела, истец обратилась в суд с иском 22.08. 2018 г., то есть с пропуском установленного законом срока для обращения в суд с указанными требованиями.

То есть с момента, когда истцу стало известно о правовых последствиях оспариваемого договора от 31 января 2015 года на момент подачи иска прошло более трех лет.

Доводы стороны истца о том, что о договоре купли-продажи квартиры истец узнала только в мае 2018 года, суд не принимает во внимание, так как истец последовательно рассказывала об обстоятельствах его заключения, не оспаривала свою подпись в договоре, на момент заключения сделки действовала самостоятельно без каких-либо представителей, в том числе лично участвовала при оформлении сделки в Управлении Росреестра, что следует из материалов регистрационного дела.

Истцом ходатайства о восстановлении пропущенного процессуального срока по уважительным причинам не заявлено.

При этом суд исходит из того, что у истца было достаточное время для подачи иска, однако ею не были предприняты меры для своевременного осуществления своего права на судебную защиту; доказательств о наличии исключительных и уважительных причин пропуска исковой давности истцом ФИО1 не представлено и судом не установлено, течение срока исковой давности не приостанавливалось, не прерывалось, защита нарушенного права путем предъявления иска ранее истцом не осуществлялась.

Данных о том, что на протяжении столь длительного времени состояние здоровья ФИО1 не позволяло ей обратиться в суд с иском, не имеется.

Учитывая изложенное, правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 не имеется.

С учетом изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании договора купли-продажи квартиры, заключенного 31.01.2015 г. между ФИО1 и ФИО2, - отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке Новосибирский областной суд в течение одного месяца, через Заельцовский районный суд г. Новосибирска. 

Решение изготовлено в окончательной форме:28.06.2019 г.

Судья подпись И. В. Павлючик

Подлинное решение находится в материалах гражданского дела __ Заельцовского районного суда г. Новосибирска