РЕШЕНИЕ

 

№ 12-40/2017

17 ноября 2017 года

город Чита

Судья Восточно-Сибирского окружного военного суда Гордеева Екатерина Олеговна, при секретаре Лепской А.А., с участием лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, - ФИО1 и его защитника Баниной А.В., рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Восточно-Сибирского окружного военного суда, расположенном по адресу: 

<

...>, жалобу защитника Баниной А.В. на постановление судьи Читинского гарнизонного военного суда от 24 мая 2017 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ), в отношении военнослужащего войсковой части 00000 ФИО1,

установила:

постановлением судьи Читинского гарнизонного военного суда от 24 мая 2017 года ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, ему назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 30 000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев.

Решением судьи Восточно-Сибирского окружного военного суда от 12 июля 2017 года данное постановление отменено, производство по делу прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ, в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

Постановлением врид председателя Восточно-Сибирского окружного военного суда от 26 октября 2017 года решение судьи окружного военного суда от 12 июля 2017 года отменено с возвращением дела на новое рассмотрение в окружной военный суд.

В жалобе защитник Банина А.В. просит постановление судьи гарнизонного военного суда отменить как необоснованное и вынесенное с нарушением норм КоАП РФ.

Указывает на то, что ФИО1 в момент предъявления ему требования пройти медицинское освидетельствование за рулем транспортного средства не находился и им не управлял, понятые не присутствовали и не видели того, что ФИО1 непосредственно управлял автомобилем. Таким образом, Банина А.В. считает, что материалы дела не содержат данных, свидетельствующих о том, что ФИО1 управлял автомобилем с признаками, дающими основания полагать, что он находится в состоянии опьянения.

При этом считает, что все пояснения сотрудников полиции основаны на показаниях свидетеля К. согласно которым он почувствовал запах алкоголя из салона автомашины, видел, как пассажиры транспортного средства употребляют алкоголь, при этом оценить наличие признаков опьянения у ФИО1 не мог, так как с водителем не разговаривал. Подобные признаки сотрудником ГИБДД были установлены после того, как ФИО1 был доставлен на парковку. Эти обстоятельства, по мнению Баниной А.В., свидетельствуют о том, что процедуры освидетельствования на состояние алкогольного опьянениия и направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения не были соблюдены, а протоколы об отстранении от управления транспортным средством и о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения получены с нарушением закона.

Кроме того, обращает внимание на то, что свидетель С. пояснял в судебном заседании о том, что К. был зол на ФИО1 и вызвал сотрудников полиции для того, чтобы наказать последнего за неаккуратный стиль вождения автомобиля. В связи с данными обстоятельствами Банина А.В. ставит под сомнение достоверность показаний свидетеля К.

Исследовав материалы дела, доводы жалобы, выслушав объяснения ФИО1 и его защитника, показания свидетелей, прихожу к выводу, что постановление судьи гарнизонного военного суда является законным и обоснованным, а оснований для удовлетворения жалобы не имеется. 

Часть 1 ст. 12.26 КоАП РФ предусматривает административную ответственность за невыполнение водителем транспортного средства законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, если такие действия (бездействие) не содержат уголовно наказуемого деяния.

В силу подп. 2.3.2 п. 2.3 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090, водитель транспортного средства обязан по требованию должностных лиц, уполномоченных на осуществление федерального государственного надзора в области безопасности дорожного движения, проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Пункт 3 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 июня 2008 года № 475, предусматривает, что достаточными основаниями полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения, является наличие одного или нескольких следующих признаков: запах алкоголя изо рта; неустойчивость позы; нарушение речи; резкое изменение окраски кожных покровов лица; поведение, не соответствующее обстановке.

В силу ч. 1.1 ст. 27.12 КоАП РФ лицо, которое управляет транспортным средством соответствующего вида и в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что это лицо находится в состоянии опьянения, подлежит освидетельствованию на состояние алкогольного опьянения в соответствии с ч. 6 этой статьи. При отказе от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения указанное лицо подлежит направлению на медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Положениями ст. 26.2 КоАП РФ предусмотрено, что доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

При рассмотрении дела судьей гарнизонного военного суда установлено, что 11 мая 2017 года примерно в 20 часов 50 минут в районе дома 

<

№> по 

<

адрес> ФИО1, при отсутствии в его действиях уголовно-наказуемого деяния, управляя с признаками алкогольного опьянения автомобилем марки 

<

...>, государственный регистрационный знак 

<

...>, в нарушение подп. 2.3.2 п. 2.3 Правил дорожного движения Российской Федерации не выполнил законное требование государственного инспектора безопасности дорожного движения о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, чем совершил административное правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

Факт отказа от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения подтверждается совокупностью собранных по делу и проверенных в ходе рассмотрения дела доказательств: протоколом об административном правонарушении от 11 мая 2017 года серии 

<

...>, протоколом об отстранении от управления транспортным средством от 11 мая 2017 года серии 

<

...>, протоколом о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения от 11 мая 2017 года серии 

<

...>, показаниями свидетелей К., Г.., К.., С. и другими доказательствами.

Как следует из протокола о направлении ФИО1 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения от 11 мая 2017 года, составленного в 20 часов 50 минут, основаниями полагать, что водитель ФИО2 находился в состоянии опьянения, являлись наличие у него запаха алкоголя изо рта, неустойчивость позы, нарушение речи, а также резкое изменение окраски кожных покровов лица. Ранее, в 20 часов 45 минут того же дня, ФИО1 в связи с наличием у него перечисленных признаков был отстранен от управления транспортным средством 

<

...> 

Согласно показаниям свидетеля К. данным им в гарнизонном военном суде, он примерно в 20 часов 11 мая 2017 года около дома 

<

№> по 

<

адрес> управлял транспортным средством и перед ним совершил резкий маневр автомобиль 

<

...>, который припарковался около магазина 

<

...>. После того, как водитель последнего припарковался, он на своей автомашине перегородил выезд автомобилю 

<

...> подошел к нему, открыл дверь в салон, понял, что находящиеся в машине лица находятся в состоянии опьянения. После этого К. подъехал на своей автомашине вплотную к их автомобилю и стал вызывать полицию. Находившиеся в автомобиле 

<

...> лица вышли из машины, начали разговор на повышенных тонах. К. не обращая на них внимания, разговаривал по телефону с дежурным. После этого ФИО1 сел за руль автомобиля и попытался выехать с парковки; К. подъехал еще ближе. Тогда они забрали вещи и вышли из машины, встав около магазина. Увидев сотрудников полиции, К. подошел к ним, а ФИО1 и другие зашли за дом. Потом приехали сотрудники ГИБДД. Выслушав объяснения К.., они поехали за дом, затем приехали еще два автомобиля с сотрудниками полиции, которые проследовали туда же. Примерно через 10-15 минут один из автомобилей вернулся на парковку, в нем находились водитель и пассажиры автомобиля 

<

...>. К. указал на ФИО1 как на водителя данной автомашины, сотрудники полиции стали составлять протокол. Также К. показал, что у ФИО2 имелись признаки алкогольного опьянения.

Из показаний допрошенных в качестве свидетелей сотрудников ОБППСП К. и С. следует, что 11 мая 2017 года примерно в 20 часов 20 минут поступило сообщение о том, что на парковке возле дома 

<

№> по 

<

адрес> мужчина задержал находящихся в нетрезвом состоянии троих молодых людей в военной форме. К. и С. в это время находились по этому же адресу в кафе. После прибытия на парковку увидели, что трое людей в военной форме, заметив их, скрылись за углом дома. Спустя примерно 3 минуты на место прибыл экипаж ДПС ГИБДД и задержал ФИО1, у которого имелись признаки алкогольного опьянения. При этом ФИО1 факт управления автомобилем не отрицал.

Допрошенный в качестве свидетеля инспектор ДПС ГИБДД Г.. как в гарнизонном, так и в окружном военных судах показал, что в период времени с 20 до 21 часа 11 мая 2017 года он примерно через 5 минут после получения сообщения о нетрезвом водителе прибыл к дому 

<

№> по 

<

адрес>, где возле автомашины 

<

...> находились сотрудники ОБППСП и К.., который сообщил, что водитель автомашины и пассажиры удалились за дом. Г. сразу проехал туда и увидел троих людей в военной форме, привез их на парковку, на одного из них – ФИО1 – К.. указал как на водителя автомашины 

<

...>. Со слов К. ему стало известно о том, что у ФИО1 на момент управления им автомобилем имелись признаки опьянения, и Г. предложил последнему пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, однако тот отказался, а затем отказался и от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения. Данные действия были проведены им с участием понятых.

ФИО1 судье гарнизонного военного суда пояснил, что действительно 11 мая 2017 года он управлял автомашиной 

<

...> в которой также находились двое пассажиров. Примерно в 20 часов 15 или 20 минут, когда другая автомашина перегородила выезд его автомобилю, ФИО1 и пассажиры вышли из машины, закрыли ее, ушли в сторону двора дома, где ФИО1 выпил пиво. После этого приехали сотрудники ДПС, доставили ФИО1 и находящихся с ними лиц на парковку к автомашине 

<

...> и в отношении ФИО1 был составлен протокол об административном правонарушении. Данные объяснения он подтвердил и в окружном военном суде.

Перечисленные выше доказательства получили надлежащую оценку в обжалуемом постановлении и как соответствующие требованиям КоАП РФ они были правомерно положены в основу вывода судьи о виновности ФИО1 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ. Не согласиться с выводом судьи оснований не имеется. 

Данных о том, что указанное деяние содержит признаки уголовно наказуемого, материалы дела не содержат. 

Постановление о привлечении лица к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, вынесено судьей в пределах срока давности привлечения к административной ответственности, установленного ч. 1 ст. 4.5 КоАП РФ для данной категории дел.

Административное наказание назначено ФИО1 с учетом всех обстоятельств данного дела и в пределах санкции ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ. 

Что касается доводов жалобы о том, что ФИО1 в момент предъявления ему требования пройти медицинское освидетельствование за рулем транспортного средства не находился и им не управлял, понятые не присутствовали и не видели того, что ФИО1 непосредственно управлял автомобилем, а материалы дела не содержат данных, свидетельствующих о том, что ФИО1 управлял автомобилем с признаками опьянения, то они являются необоснованными. 

Из имеющихся в деле доказательств установлено, что ФИО1 управлял транспортными средством, что он подтвердил как в гарнизонном, так и в окружном военных судах. При этом наличие у него признаков опьянения именно на момент управления транспортным средством подтверждается показаниями свидетеля К. предупреждавшегося об административной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, не доверять которым оснований не имеется. Вопреки доводам жалобы К. указал, что у ФИО1 имелись такие признаки опьянения как невнятная речь, запах алкоголя изо рта, заторможенность движений.

Суждения в жалобе о том, что процедуры освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения не были соблюдены, а протоколы об отстранении от управления транспортным средством и о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения получены с нарушением закона, не основаны на материалах дела.

Так, протоколы об отстранении от управления транспортным средством и о направлении на медицинское освидетельствование составлены в соответствии с требованиями ст. 27.12 КоАП РФ, подписаны понятыми М.., Ф., которые своими подписями удостоверили в документах факт совершения в их присутствии соответствующих процессуальных действий, их содержание и результаты, замечаний относительно составления данных документов понятые в протоколах не отразили. ФИО1 в данных процессуальных документах и протоколе об административном правонарушении также каких-либо замечаний, в том числе об отсутствии понятых при непосредственном проведении с ним процессуальных действий, не указал. 

Вопреки суждениям в жалобе участие понятых при проведении процессуальных действий в отношении ФИО2 подтверждается показаниями свидетелей Г. К., содержанием вышеприведенных протоколов, в которых имеются соответствующие подписи понятых.

Изложенный в жалобе довод о том, что свидетель С. в гарнизонном военном суде давал показания, согласно которым К. был зол на ФИО1 и вызвал сотрудников полиции для того, чтобы наказать последнего за неаккуратный стиль вождения автомобиля, содержанием протокола рассмотрения дела об административном правонарушении не подтверждается. Подобные показания С. в протоколе отсутствуют. При этом, как следует из материалов дела, 7 июня 2017 года защитник ФИО1 была ознакомлена со всеми материалами дела, в том числе и с указанным протоколом, между тем замечания на данный протокол в материалах дела отсутствуют.

Суждения Баниной А.В. относительно возможной недостоверности показаний свидетеля К. основаны на предположениях, доказательствами не подтверждены. При этом К.. был предупрежден об административной ответственности за дачу заведомо ложных показаний как сотрудником полиции ДПС при даче объяснений 11 мая 2017 года, так и судьей гарнизонного военного суда перед его допросом в качестве свидетеля. Кроме того, в ходе допроса на вопрос судьи гарнизонного военного суда К. пояснил, что оснований для оговора ФИО1 у него нет, и последний данное обстоятельство подтвердил.

Что касается довода об употреблении ФИО1 спиртного после прекращения управления транспортным средством, то он исследовался судьей гарнизонного военного суда и получил мотивированную оценку в постановлении, не согласиться с которой оснований не усматривается. 

Показания свидетелей Н. и Б. в окружном военном суде относительно обстоятельств произошедшего 11 мая 2017 года не свидетельствуют о непричастности ФИО1 к совершению административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, по обстоятельствам, приведенным выше. 

На основании изложенного прихожу к выводу, что доводы жалобы являются необоснованными, а постановление судьи гарнизонного военного суда о привлечении ФИО1 к административной ответственности является законным, оснований для его изменения или отмены не установлено.

Руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ, судья окружного военного суда

решила:

постановление судьи Читинского гарнизонного военного суда от 24 мая 2017 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, в отношении ФИО1 оставить без изменения, а жалобу защитника Баниной А.В. – без удовлетворения.

Судья Е.О. Гордеева