Дело № 2-153/2024

31RS0016-01-2023-007227-90

Решение

Именем Российской Федерации

27 июня 2024 года г.Белгород

Октябрьский районный суд г.Белгорода в составе:

председательствующего судьи Ковригиной М.В.,

при секретаре Аносове А.А.,

при помощнике прокурора города Белгорода,

с участием истца, его представителя, представителя ответчика, третьих лиц ФИО1, ФИО2, ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ОГБУЗ «Городская больница №2 г.Белгорода» о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО4 обратился в суд с иском к ОГБУЗ «Городская больница №2 г.Белгорода», в котором просит взыскать с ОГБУЗ «Городская больница №2 г.Белгорода» в пользу ФИО4 2000000 рублей- компенсацию морального вреда, причиненного смертью сына ФИО5, умершего ДД.ММ.ГГГГ. 

В обоснование указано, ДД.ММ.ГГГГ умер ФИО5, истец является отцом умершего, причина смерти- менингококковая инфекция. ДД.ММ.ГГГГ около 09-00 часов утра истец пришел домой после работы. Его сын ФИО5 пожаловался ему на плохое самочувствие, 

<

данные изъяты>. Около 10-00 часов истец вызвал скорую помощь. Около 11 час. 45 минут этого же дня ФИО5 был доставлен бригадой скорой помощи в приемное отделение ОГБУЗ «Городская больница №2 г.Белгорода». Во время транспортировки в больницу Дмитрий находился в сознании, но жаловался на усиливающуюся боль в затылочной области головы. До 14-00 ФИО5 находился в приемном отделении. С каждой минутой его состояние ухудшалось. Выходя из дома он самостоятельно дошел до машины скорой помощи. Находясь в приемном покое он сначала передвигался, опираясь на отца, затем уже не мог самостоятельно ходить, отец возил его в кресле. Дмитрий постоянно жаловался на ухудшение его состояния. Затем Дмитрий перестал говорить, воспринимать и понимать обращенную к нему речь, реагировать на что-либо, как будто угасал. Наблюдались непроизвольные подергивания конечностей. Находясь в рентген кабинете, он не смог самостоятельно пересесть с кресла на стол, а когда с помощью истца и медперсонала его переместили на стол, он подтянул ноги к животу и запрокинул голову назад, самостоятельно перевернуться на спину и разогнуть конечности он не мог. Несмотря на многочисленные просьбы истца об оказании экстренной помощи сыну, за все время пребывания в приемном покое Дмитрию сделали только противорвотный укол. В 14-00 часов Дмитрий был госпитализирован. При госпитализации истцу сказали, что у Дмитрия сильнейшая интоксикация. Несмотря на пояснения истца о том, что его сын никогда не употреблял никакие запрещенные препараты, не пил и не курил, с детства занимался спортом, следил за здоровьем, питанием, соблюдал режим сна и отдыха, лечащий врач настаивал на том, чтобы истец, вернувшись домой, хорошо проверил содержимое карманов и шкафов сына и сказал медперсоналу, что пил и колол его сын. Такое отношение истец считает возмутительным. Поскольку состояние ФИО5 продолжало ухудшаться, в 16-00 часов его перевели в реанимационное отделение ОГБУЗ «Городская больница №2 г.Белгорода». 28.06.2023 у Дмитрия стали подозревать менингит. За время пребывания в ОГБУЗ «Городская больница №2 г.Белгорода» было зафиксировано три остановки сердца. В ночь с 26.06.2023 на 27.06.2023 в 00:30, 27.06.2023 года в 07 : 10, 27.06.2023 в 17:00 мин. Во время остановок сердца Дмитрий уже находился в коме. После второй остановки сердца ему корректировали лечение. 29.06.2023 ФИО5 в крайне тяжелом состоянии перевели в реанимационное отделение ОГБУЗ «Инфекционная клиническая больница им. Е.Н. Павловского», где он скончался не приходя в сознание в 08 :45 05.07.2023. Специфика заболевания, послужившего причиной смерти ФИО5, заключается в том, что симптомы заболевания могут проявляться очень быстро, и если не начать лечение незамедлительно, они усугубляются, что в результате и приводит к самым негативным последствиям.

В судебном заседании истец и его представитель иск поддержали.

Представитель ответчика ОГБУЗ «Городская больница №2 г.Белгород» ФИО6 возражала против удовлетворения иска, указывая на то, что отсутствует прямая либо косвенная причинного следственная связь между допущенными дефектами оказания медицинской помощи и смертью ФИО5, имеется прямая причинно-следственная связь с поздним обращением ФИО5 за медицинской помощью. 

Третье лицо ФИО1 в судебном заседании пояснила, что в период оказания медицинской помощи ФИО5 с 26.06.2023 по 29.06.2023 ФИО1 работала врачом приемного отделения- врачом-терапевтом ОГБУЗ «Городская больница №2 г.Белгорода». Пациент ФИО5 был доставлен в приемное отделение ОГБУЗ «Городская больница №2 г.Белгорода» с неправильным диагнозом: 

<

данные изъяты>. Согласно сопроводительному талону скорой медицинской помощи поводом для обращения послужили жалобы на 

<

данные изъяты>. Первичный осмотр пациента в приемном отделении проводится специалистом того профиля, по которому пациент был доставлен в стационар, в данном случае дежурным врачом хирургом. Этим же специалистом назначается перечень диагностических мероприятий. При исключении предполагаемого диагноза или обнаружении какой-либо другой патологии к осмотру привлекаются специалисты другого профиля. Так как входящим диагнозом являлся 

<

данные изъяты>, пациент был осмотрен дежурным врачом хирургом приемного отделения. Пока не был установлен предварительный диагноз оказывается симптоматическая помощь, пациенту вводились спазмолитики бригадой скорой медицинской помощи для купирования болевого синдрома, противорвотные средства на этапе приемного отделения. На момент осмотра 27.06.2023 в 13 час. 00 мин. пациент находился в спутанном сознании, психо-моторном возбуждении, поэтому сбор жалоб и анамнеза со слов пациента не представлялся возможным, опрашивался отец. В перечень стандартных вопросов входят вопросы о жалобах, развитии заболевания, фактах обращения в ЛПУ, назначенном лечении, либо о самостоятельном приеме лекарственных средств, также о наличии хронических заболеваний, заболеваниях, перенесенных ранее, о наличии вредных привычек, фактах употребления или злоупотребления алкоголем или какими-либо другими веществами. При расспросе истец (отец пациента) не мог четко ответить какие препараты принимал сын, мог ли намеренно или случайно употреблять какие-либо психоактивные вещества. Такой вопрос возник вследствие того, что у пациента имелось психомоторное возбуждение и общая мозговая симптоматика, что может являться следствием отравления неизвестным веществом. ФИО5, со слов отца, занимался в тренажерном зале, принимал БАДы, для наращивания мышечной массы, многие из которых не являются сертифицированными продуктами. Течение заболевания не имело характерной клинической картины (сыпь), развивалось молниеносно, что значительно затрудняло диагностику из –за психомоторного возбуждения осмотр был затруднен, невозможно было оценить неврологический статус (оценить ригидность затылочных мышц, симптомы Кернинга), команды не выполнялись, контакт был невозможен. Поскольку данный симптомокомплекс, имевшийся у пациента, характерен для большого количества состояний проводилась дифференциальная диагностика. Состояние пациента было оценено верно как тяжелое, О.Д.ЕБ. был госпитализирован для лечения в отделение реанимации, где продолжила проводиться дифференциальная диагностика наряду с лечением. На этапе приемного отделения допускается выставление синдромного диагноза, когда не имеется достаточно оснований для установления нозологического. Предварительный диагноз: 

<

данные изъяты>, в том числе подразумевает инфекционную природу заболевания, таким образом в лечение с момента поступления были включены антибактериальные препараты. В исковом заявлении истцом описана симптоматика пациента, характерная для менингита- «поджимал к животу ноги», «запрокидывал голову», но по факту этого не происходило и поэтому нигде в осмотрах это не отражено. Полагала, что требования истца удовлетворению не подлежат.

Третье лицо ФИО2 указала на то, что пациент ей был передан на лечение 27.06.2023 года, после сбора анамнеза со слов родственников было принято решение о консультации инфекциониста.

Третье лицо инфекционист ФИО3 в судебном заседании указала, что после поступления запросы на необходимость консультации инфекциониста пациент был консультирован, при имевшейся симптоматики безусловно установить минингоковую инфекцию не было оснований, необходимо было пациента дообследовать.

Помощник прокурора г. Белгорода в заключении указал на законность и обоснованность требований истца.

Исследовав материалы гражданского дела, доказательства, представленные лицами, участвующими в деле, суд приходит к следующему.

Семейная жизнь охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами ст. 1 СК РФ предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (п. 1 ст. 1 СК РФ).

В соответствии со ст.150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст.1101ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии со ст. 1064ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещению в случаях, предусмотренных законом.

В соответствии со ст. 1068ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

В соответствии со ст.1083 ГК РФ вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит.

Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Вина потерпевшего не учитывается при возмещении дополнительных расходов (пункт 1 статьи 1085), при возмещении вреда в связи со смертью кормильца (статья 1089), а также при возмещении расходов на погребение (статья 1094).

Согласно статье 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" 

Здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (п. 1 ст. 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Статьей 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" установлено, что к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пп. 3, 9 ст. 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В п. 21 ст. 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 1 ст. 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч. 2 ст. 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с ч. 2 ст. 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

В соответствии со ст.98 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" органы государственной власти и органы местного самоуправления, должностные лица организаций несут ответственность за обеспечение реализации гарантий и соблюдение прав и свобод в сфере охраны здоровья, установленных законодательством Российской Федерации.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе, как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

По данному делу юридически значимыми и подлежащими установлению с учетом правового обоснования заявленных исковых требований при определении размера компенсации морального вреда, обстоятельствами является выяснение обстоятельств, касающихся того, имелись ли дефекты оказания медицинской помощи ФИО5 ответчиком, повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи в данном медицинском учреждении на правильность назначения и проведения соответствующего лечения, исключалась ли смерть потерпевшего при надлежащем оказании ему медицинской помощи, а также определение степени физических и нравственных страданий истца с учетом фактических обстоятельств дела. 

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый п. 32 постановления Пленума от 26 января 2010 г. N 1).

В соответствии с разъяснениями, данными в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее также - ГК РФ).

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага. 

Обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

Под нравственными страданиями следует понимать переживания в связи с утратой родственников.

Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего.

Медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

В данном случае юридическое значение имеет и косвенная (опосредованная) причинная связь, если дефекты (недостатки) оказания ответчиком медицинской помощи ФИО5 могли способствовать ухудшению состояния его здоровья и привести к смерти. При этом ухудшение состояния здоровья человека вследствие ненадлежащего оказания ему медицинской помощи, в том числе по причине дефектов ее оказания (постановка неправильного диагноза и, как следствие, неправильное лечение пациента, непроведение пациенту всех необходимых диагностических и лечебных мероприятий, ненадлежащий уход за пациентом и т.п.), причиняет страдания, то есть причиняет вред пациенту, что является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Материалами дела подтверждено, что ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения заболел 19.06.2023, появилась 

<

данные изъяты> лечился самостоятельно, амбулаторно-жаропонижающие препараты, местно антисептики, состояние нормализовалось с ДД.ММ.ГГГГ, жалоб не было. С ДД.ММ.ГГГГ резко ухудшение состояния-

<

данные изъяты>. 

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на лечении в ОГБУЗ «Городская больница №2 г.Белгорода», куда был доставлен в 10 час. 24 мин. ДД.ММ.ГГГГ по вызову, принятому в 09 час. 42 мин. ДД.ММ.ГГГГ бригадой ОГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи г.Белгорода». Фельдшером бригады ОГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи г.Белгорода» установлен диагноз- 

<

данные изъяты>. 

При этом в медицинской карте № 254320/1 указано, что диагноз направившего учреждения: 

<

данные изъяты>.

Установлен диагноз при поступлении: 

<

данные изъяты>.

Установлен клинический диагноз: 

<

данные изъяты>. 

Установлен основной диагноз: 

<

данные изъяты>

Установлены сопутствующие диагнозы: 

<

данные изъяты>

На лечении находился в терапевтическом отделении.

ДД.ММ.ГГГГ в результате лабораторных исследований у пациента ФИО5 обнаружено 

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ в 11 час. 40 мин. 35 сек. ФИО5 был госпитализирован в ОГБУЗ «ИКБ им. Е.Н. Павловского», куда был доставлен из ОГБУЗ «Городская больница №2 г.Белгорода», где находился на лечении до ДД.ММ.ГГГГ и в 08 час. 45 минут ДД.ММ.ГГГГ умер.

В процессе рассмотрения гражданского дела, в целях установления обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела, определением суда по делу назначена комплексная судебная экспертиза, производство которой поручено АО «Национальный Институт независимой Медицинской экспертизы НИМЭ».

Из выводов комплексной судебно - медицинской экспертизы АО «Национальный Институт независимой Медицинской экспертизы НИМЭ» указанных в заключении комиссии экспертов № следует, что к 

<

данные изъяты>

Комиссией экспертов перечислены следующие дефекты диагностики и лечения, явившиеся условием наступления неблагоприятного исхода: 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

Также экспертами отмечено, что из медицинских документов следует, что при поступлении в стационар 

<

данные изъяты>

Экспертами отмечено : 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

Комиссией экспертов отмечается, что критерии качества выполнены не полностью: 

<

данные изъяты>

Также эксперты указали, что на этапе оказания догоспитальной помощи бригадой скорой медицинской помощи осмотрен фельдшером диагноз 

<

данные изъяты>

При этом эксперты также указали на позднее- более трех дней от начала заболевания поступление пациента для лечения, когда уже произошла 

<

данные изъяты>

Эксперты пришли к выводу о том, что отсутствует прямая или косвенная связи между действиями медицинских работников и летальным исходом. Обнаруженные недостатки оказания медицинской помощи не находятся в какой-либо связи со смертью, явились условием ее наступления. Имеется прямая причинно-следственная связь между поздним обращением ФИО5, развитием септического шока и летальным исходом. 

Экспертами указано, что учитывая 

<

данные изъяты>

Экспертами указано, что в данном случае 

<

данные изъяты>

Заключение комиссии экспертов № АО «Национальный Институт независимой Медицинской Экспертизы НИМЭ» соответствует требованиям действующего законодательства, не содержит противоречий и неясностей, эксперты однозначно ответили на поставленные судом вопросы. Выводы заключения сторонами не оспорены. Заключение подготовлено компетентными специалистами в соответствующей области знаний, оснований сомневаться в объективности экспертов, не имеется. Выводы экспертов основаны на данных, содержащихся в медицинской документации, сформулированы экспертами достаточно полно и ясно, сомнений в правильности и обоснованности не вызывают. Все эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, в подтверждение чего заключение комиссии экспертов содержит подписку экспертов.

Экспертиза проведена в порядке, установленном ст. 84 ГПК РФ, заключение комиссии экспертов соответствует требованиям ст.ст. 84,86 ГПК РФ, положениям ст.ст.4,9,25 Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", является четким, ясным, полным, противоречий не содержит, что указывает на его допустимость.

Материалами гражданского дела подтверждено, что медицинская помощь О.Д.ЕБ. ответчиком оказана с дефектами. Не были приняты все необходимые и возможные меры для своевременного и квалифицированного обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, что привело к постановки неверного диагноза и назначении неадекватного лечения, что явилось условием наступления смерти ФИО5 и привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья. Помощь оказывалась несвоевременно, методы диагностики и лечения выбраны неверно. Летальный исход заболевания ФИО5 не являлся неизбежным. Допущенные ответчиком тактические, диагностические дефекты, дефекты лечения явились условием наступления неблагоприятного исхода- смерти ФИО5

В судебном заседании установлено, что истец проживал совместно с сыном, они были членами одной семьи, имели близкую родственную связь. Утрата сына продолжает причинять истцу нравственные страдания. Также истец указал на причинение ему морального вреда определением врачами сыну диагноза, связанного с отравлением веществами, вопреки его доводам, озвученным врачам при поступлении ФИО5 в больницу о том, что сын вел порядочный, здоровый образ жизни, являлся спортсменом. Истец также в судебном заседании указал на то, что, ожидая в приемном покое неоднократно просил оказать помощь сыну, однако, на него не обращали внимание, помощь не оказывалась несмотря на стремительное ухудшение состояния здоровья сына, что дополнительно доставляло истцу переживания от того, что он не мог посодействовать своевременному и правильному оказанию его сыну медицинской помощи. 

Размер компенсации морального вреда должен в полной мере компенсировать перенесенные истцом нравственные страдания. Суд приходит к выводу о том, что такая компенсация должна быть в размере 700000 рублей, которая является разумной, справедливой и достаточной с учетом всех установленных в судебном заседании фактических обстоятельств.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Иск ФИО4 (паспорт №) к ОГБУЗ «Городская больница №2 г.Белгорода» (ОГРН 

<

***>) о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить в части.

Взыскать с ОГБУЗ «Городская больница №2 г.Белгорода» (ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО4 (паспорт №) 700000 рублей- компенсацию морального вреда.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО4 (паспорт №) к ОГБУЗ «Городская больница №2 г.Белгорода» (ОГРН 

<

***>) отказать.

Взыскать с ОГБУЗ «Городская больница №2 г.Белгорода» (ОГРН 

<

***>) в доход муниципального образования «Город Белгород» государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение месяца со дня составления решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Белгорода.

Судья 

Решение суда составлено 04 июля 2024 года