Гражданское дело № 2-380/2019

УИД: 66RS0032-01-2019-000419-06

В окончательном виде 

решение

 изготовлено 16 июля 2019 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Кировград Свердловской области

11 июля 2019 года

Кировградский городской суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Доевой И.Б.,

при секретаре Шиловой И.А.,

с участием истца ФИО1,

законного представителя ответчика – директора МАДОУ ДС № 25 «Радуга» ФИО2 действующей на основании распоряжения администрации городского округа Верхний Тагил № 18лс от 08 апреля 2014 года, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-380/2019 по иску ФИО1 к муниципальному автономному дошкольному образовательному учреждению детский сад № 25 о защите нарушенных трудовых прав, 

установил:

ФИО1 с учетом последующего уточнения исковых требований в соответствии с положениями статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обратилась с иском к муниципальному автономному дошкольному образовательному учреждению детский сад № 25 (далее по тексту МАДОУ детский сад № 25) о взыскании задолженности по заработной плате за период с 2011 года по 2014 год в размере 34013 рублей 25 копеек, возложении обязанности произвести доначисление страховых взносов в государственное учреждение – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Кировграде и городе Верхнем Тагиле Свердловской области (далее по тексту – ГУ - УПФ РФ в г. Кировграде и г. Верхнем Тагиле Свердловской области) за период с 2011 года по 2014 год страховых взносов в размере 7353 рубля 04 копейки, привлечении к ответственности виновных лиц МАДОУ детский сад № 25 в соответствии с положениями статей 142, 236 Трудового кодекса Российской Федерации, взыскании компенсации морального вреда в размере 10000 рублей, взыскании расходов на проезд, а также расходов на копирование документов в размере 550 рублей.

В обоснование исковых требований указано, что ФИО1 состояла с ответчиком МАДОУ детский сад № 25 в трудовых отношениях с 06 октября 2000 года по 10 июня 2014 года в должности сторожа; в настоящее время является пенсионером по старости. В период трудовых отношений МАДОУ детский сад № 25 не в полном объеме выплачивалась заработная плата, а соответственно и страховые взносы на обязательное пенсионное страхование в ГУ - УПФ РФ в г. Кировграде и г. Верхнем Тагиле Свердловской области перечислялись не в полном объеме, в связи с чем истец обратилась в суд с настоящим иском.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования и доводы, изложенные в исковом заявлении, поддержала; просил исковые требования удовлетворить в полном объеме. На заявление ответчика о том, что ею пропущен срок обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, предусмотренный статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации, пояснила, что указанный срок для обращения в суд не пропущен, поскольку о нарушении своих прав узнала в апреле 2019 года после обращения в ГУ - УПФ РФ в г. Кировграде и г. Верхнем Тагиле Свердловской области и получения сведений о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица и справок по лицевым счетам.

Законный представитель ответчика – директор МАДОУ детский сад № 25 ФИО2 действующей на основании распоряжения администрации городского округа Верхний Тагил № 18лс от 08 апреля 2014 года, в судебном заседании исковые требования не признала, просила в удовлетворении исковых требований отказать по доводам, изложенным в отзыве на исковое заявление указывая на его необоснованность, а также ссылаясь на пропуск истцом срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, предусмотренного статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации.

Заслушав истца и законного представителя ответчика, исследовав и оценив представленные по делу доказательства в совокупности, суд полагает иск не подлежащим удовлетворению.

Согласно части первой статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, конкретизирующей статью 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В развитие указанных принципов статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены в том числе из показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств (часть 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). При этом, оценка доказательств и отражение ее результатов в судебном решении являются проявлением дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, что, однако, не предполагает возможности оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы. Иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту, закрепленное в части 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации, оказывалось бы существенно ущемленным.

Согласно части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Право на вознаграждение за труд, без какой бы то ни было дискриминации, гарантировано Конституцией Российской Федерации (часть 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации).

В соответствии со статьей 2 Трудового кодекса Российской Федерации, исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, одним из основных принципов правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признается обеспечение права каждого работника на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы, обеспечивающей достойное существование человека для него самого и его семьи.

Главой 21 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что условия оплаты труда каждого конкретного работника, включая размер тарифной ставки или должностного оклада, надбавки, доплаты, поощрительные выплаты, определяются в трудовом договоре.

Заработная плата (оплата труда работника) представляет собой вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты) (статья Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

Напротив, к обязанности работодателя относится выплата в полном размере причитающейся работникам заработной платы в установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами (статья 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 132 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата каждого работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и максимальным размером не ограничивается.

На основании статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Статьей 136 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при выплате заработной платы работодатель обязан извещать в письменной форме каждого работника: о составных частях заработной платы, причитающейся ему за соответствующий период; о размерах иных сумм, начисленных работнику, в том числе денежной компенсации за нарушение работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику; о размерах и об основаниях произведенных удержаний; об общей денежной сумме, подлежащей выплате.

Согласно положениям статьи 140 Трудового кодекса Российской Федерации при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления работником требования о расчете.

Судом установлено и следует из представленных в материалы дела МАДОУ детский сад № 25 по запросу суда кадровых документов в отношении ФИО1, что истец ФИО1 была принята в МАДОУ детский сад № 25 06 октября 2000 года на должность сторожа; 05 июня 2014 года ФИО1 уволена по пункту 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

Обращаясь в суд с настоящим иском истец указала, что в период трудовых отношений ответчиком МАДОУ детский сад № 25 не в полном объеме выплачивалась заработная плата, задолженность по заработной плате за период с 2011 года по 2014 год составляет 34013 рублей 25 копеек. 

Между тем, разрешая заявленное ответчиком в судебном заседании ходатайство о пропуске истцом срока обращения в суд, суд, заслушав истца, представителя ответчика, исследовав и оценив представленные по делу доказательства в совокупности, приходит к выводу о пропуске истцом срока обращения в суд, предусмотренного статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации по требованию в части взыскания задолженности по заработной плате за период с 2011 года по 2014 год в размере 34013 рублей 25 копеек.

В силу части 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации (в редакции до внесения изменений Федеральным законом от 03 июля 2016 года № 272-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам повышения ответственности работодателей за нарушения законодательства в части, касающейся оплаты труда», действовавшей до 02 октября 2016 года) работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

Редакция статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, положения которой не были учтены судом первой инстанции и в части второй которой предусмотрено, что за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе, в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении, вступила в силу 03 октября 2016 года (пункт 4 статьи 2, статья 4 Федерального закона от 03 июля 2016 года № 272-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам повышения ответственности работодателей за нарушения законодательства в части, касающейся оплаты труда»). Указания на придание норме закона обратной силы нет.

Согласно части 3 статьи 12 Трудового кодекса Российской Федерации закон или иной нормативный правовой акт, содержащий нормы трудового права, не имеет обратной силы и применяется к отношениям, возникшим после введения его в действие. В силу части 4 этой же статьи действие закона или иного нормативного правового акта, содержащего нормы трудового права, распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, лишь в случаях, прямо предусмотренных этим актом.

Согласно части 5 статьи 12 Трудового кодекса Российской Федерации в отношениях, возникших до введения в действие закона или иного нормативного правового акта, содержащего нормы трудового права, указанный закон или акт применяется к правам и обязанностям, возникшим после введения его в действие.

Из указанных норм следует, что при возникновении ежемесячной обязанности ответчика по выплате заработной платы за месяцы до 02 октября 2016 года применяется трехмесячный срок обращения в суд, при возникновении такой обязанности в период после 03 октября 2016 года - годичный срок.

При пропуске по уважительным причинам названных сроков они могут быть восстановлены судом (часть 3 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что положения статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации конкретизируют положения части 4 статьи 37 Конституции Российской Федерации о признании права на индивидуальные трудовые споры с использованием установленных федеральным законом способов их разрешения; сроки обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, предусмотренные данной нормой, направлены на быстрое и эффективное восстановление нарушенных прав работника; своевременность обращения в суд зависит от волеизъявления работника (определение от 16 декабря 2010 года № 1722-О-О). Такой срок, выступая в качестве одного из необходимых правовых условий для достижения оптимального согласования интересов сторон трудовых отношений, не может быть признан неразумным и несоразмерным; установленные данной статьей сокращенные сроки для обращения в суд и правила их исчисления направлены на быстрое и эффективное восстановление нарушенных прав работника, включая право на своевременную оплату труда, и по своей продолжительности этот срок является достаточным для обращения в суд (определения от 12 июля 2005 года № 312-О, от 15 ноября 2007 года № 728-О-О, от 21 февраля 2008 года № 73-О-О).

Исходя из положений статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, применительно к настоящему спору, начальным моментом течения срока обращения в суд является момент, когда истец узнал или должен был узнать о нарушении трудовых прав.

Выражение «должен был узнать» означает, что работник в силу его обычных знаний, в том числе правовых, и жизненного опыта мог и должен был узнать о нарушении его трудовых прав. При этом действует презумпция, что работник мог или должен был узнать о нарушенном праве в момент такого нарушения, а потому обязанность доказывания обратного (не мог и не должен был) при условии, что ответчиком обязанности, предусмотренные статьей 136 Трудового кодекса Российской Федерации выполнялись (что судом установлено при рассмотрении настоящего спора) возлагается на работника. 

Таких доказательств истец не представила (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), тогда как работодатель информировал работника о неначислении спорных по мнению истца сумм, поскольку ежемесячно выдавал расчетные листки, где указывались размер и составные части заработной платы истца.

Обращение истца в суд с настоящим иском, последовало 16 мая 2019 года, то есть со значительным пропуском установленного законом трехмесячного срока, предусмотренного частью 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных отношений и периода взыскания соответствующей задолженности по заработной платы - до 03 октября 2016 года), в течении которого, каких-либо объективных препятствий к обращению в суд за защитой нарушенного права у истца не было, и при желании она имела реальную возможность своевременно обратиться в суд, однако этого не сделала, при этом доказательств уважительности причин пропуска срока суду истец не представила, соответствующее ходатайство не заявляла, полагая, что он не пропущен (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Ссылка истца в судебном заседании на то, что о нарушении своих трудовых прав истец узнала в апреле 2019 года после обращения в ГУ - УПФ РФ в г. Кировграде и г. Верхнем Тагиле Свердловской области и получения сведений о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица и справок по лицевым счетам, является несостоятельной, поскольку опровергается установленными по делу фактическими обстоятельствами, в частности, как было указано выше, при ежемесячном получении расчетных листков истец не могла не знать о начисленных суммах заработной платы. Таким образом, получая заработную плату не в полном объеме (как указывает истец) и зная о составных суммах заработка, следовательно, истец имела возможность обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора о взыскании задолженности по заработной плате в трехмесячный срок, определенный статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации (в редакции, действующей до 03 октября 2016 года). 

Истец в случае несогласия с начисленными суммами заработной платы не была лишена возможности обратиться с соответствующим иском в суд в установленный законом срок, однако этого ею сделано не было, при этом, истец не лишена была возможности обратиться за квалифицированной юридической помощью для составления и подачи в суд такого искового заявления, учитывая, что своевременность обращения в суд зависит от волеизъявления работника, а также то, что Трудовой кодекс Российской Федерации опубликован для всеобщего сведения.

Каких-либо иных обстоятельств, объективно препятствовавших истцу своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора и позволяющих восстановить пропущенный срок, стороной истца не приведено и из материалов дела не усматривается, что позволяет суду сделать вывод об отсутствии уважительных причин пропуска истцом срока для обращения в суд. 

Одновременно суд полагает необходимым отметить, что Конституция Российской Федерации предусматривает осуществление защиты нарушенных или оспоренных гражданских прав в судебном порядке, который установлен, в частности трудовым законодательством, устанавливающим необходимость соблюдения сроков обращения в суд. Необходимость регламентации сроков, в течение которых обладатель нарушенного права может добиваться принудительного осуществления и защиты своего права, объясняется большой вероятностью утраты доказательств, возрастанием возможности неадекватного отражения обстоятельств дела участвующими в нем лицами. Отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты прав привело бы к ущемлению охраняемых законом прав лиц, чьи действия обжалуются, поскольку сроки хранения соответствующих доказательств ограничены. Законодательное установление срока обращения в суд содействует стабилизации гражданского оборота, облегчает установление судами объективной истины по делу и тем самым способствует вынесению правильных решений.

Так как пропуск срока для обращения в суд является самостоятельным основанием для отказа в иске (пункт 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»), суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 о взыскании задолженности по заработной плате за период с 2011 года по 2014 год в размере 34013 рублей 25 копеек.

В силу части 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случае отказа в иске в связи с признанием неуважительными причин пропуска срока исковой давности или срока обращения в суд в мотивировочной части решения суда указывается только на установление судом данных обстоятельств. С учетом этой нормы суд при отказе в иске не анализировал иные обстоятельства, указанные истцом в обоснование указанных исковых требований.

Разрешая требования истца в части возложении обязанности на ответчика произвести доначисление страховых взносов в ГУ - УПФ РФ в г. Кировграде и г. Верхнем Тагиле Свердловской области за период с 2011 года по 2014 год страховых взносов в размере 7353 рубля 04 копейки в связи с тем, что в указанный период ответчиком не в полном объеме выплачивалась заработная плата суд отмечает следующее.

Отношения в системе обязательного социального страхования регулируются Федеральным законом Российской Федерации от 16 июля 1999 года № 165-ФЗ «Об основах обязательного социального страхования».

В силу статьи 1 данного Закона обязательное социальное страхование представляет собой систему создаваемых государством правовых, экономических и организационных мер, направленных на компенсацию или минимизацию последствий изменения материального и (или) социального положения работающих граждан, а в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, иных категорий граждан вследствие достижения, в том числе, пенсионного возраста.

Одним из видов страхового обеспечения по обязательному социальному страхованию, согласно статье 8 указанного Федерального закона, является пенсия по старости.

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 14 Федерального закона Российской Федерации от 15 декабря 2001 года № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» страхователи обязаны своевременно и в полном объеме уплачивать страховые взносы в бюджет Пенсионного фонда Российской Федерации, а также вести учет, связанный с начислением и перечислением страховых взносов в указанный бюджет.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 10 июля 2007 года № 9-П, страховые взносы на обязательное пенсионное страхование, за счет которых финансируются страховая и накопительная части трудовой пенсии, определяются как индивидуально возмездные обязательные платежи, которые уплачиваются в бюджет Пенсионного фонда Российской Федерации и персональным целевым назначением которых является обеспечение права гражданина на получение пенсии по обязательному пенсионному страхованию в размере, эквивалентном сумме страховых взносов, учтенной на его индивидуальном лицевом счете.

Уплату страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации в пользу граждан, работающих по трудовому договору, как лиц, на которых распространяется обязательное пенсионное страхование, Федерального закона Российской Федерации от 15 декабря 2001 года № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» возлагает на страхователя (работодателя), который обязан своевременно и в полном объеме производить соответствующие платежи. Пенсионный фонд Российской Федерации, в свою очередь, обязан назначать (пересчитывать) и своевременно выплачивать обязательное страховое обеспечение (трудовые пенсии) на основе данных индивидуального (персонифицированного) учета, осуществлять учет средств, поступающих по обязательному пенсионному страхованию, и обеспечивать их целевое использование.

Неуплата страхователем в установленный срок или уплата не в полном объеме страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации в пользу работающих у него по трудовому договору застрахованных лиц в силу природы и предназначения обязательного пенсионного страхования, необходимости обеспечения прав этих лиц не должна препятствовать реализации ими права своевременно и в полном объеме получить трудовую пенсию.

В соответствии с разъяснениями в пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 декабря 2012 года № 30 «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии» при невыполнении страхователем обязанности, предусмотренной пунктом 2 статьи 14 Федерального закона Российской Федерации от 15 декабря 2001 года № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», по своевременной и в полном объеме уплате страховых взносов в бюджет Пенсионного фонда Российской Федерации застрахованное лицо вправе обратиться с иском в суд о взыскании со страхователя страховых взносов за предшествующий период. В случае удовлетворения требования истца, взысканные суммы подлежат зачислению в Пенсионный фонд Российской Федерации и учитываются на индивидуальном лицевом счете истца в порядке, установленном законодательством.

Порядок учета соответствующих сведений на индивидуальном лицевом счете застрахованного лица установлен Федеральным законом от 01 апреля 1996 года № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе государственного пенсионного страхования».

Как следует из представленных в материалы дела выписок из лицевого счета застрахованного лица и сведениям, представленным ГУ - УПФ РФ в г. Кировграде и г. Верхнем Тагиле Свердловской области за период с 2011 года по 2014 год ответчик производил начисление и выплату страховых взносов на финансирование страховой части трудовой пенсии истца, исходя из начисленной в спорный период заработной платы, при этом размер фактически перечисленных страховых взносов согласуется с имеющимися в материалах дела расчетными листками на имя истца о начисленной заработной плате, а также представленными ответчиком МАДОУ детский сад № 25 справкам о начисленной заработной плате и страховых взносах, справкам по лицевым счетам, оснований не доверять которым у суда не имеется, поскольку они составлены на основании данных бухгалтерского учета и отчетности страхователя, а также учитывая то обстоятельство, что в период с 2012 года по 2014 год между истцом и ответчиком имели место быть судебные споры относительно законности увольнений истца и выплаты заработной платы. Данные доказательств истцом ничем объективно не опровергнуты. 

При изложенных обстоятельствах, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований истца в указанной части.

При этом суд отмечает, что истец знала о размере своей заработной платы и ее составляющих частях, поскольку ежемесячно получала расчетные листки, сведения о своих доходах, однако в период трудовых отношений каких-либо требований к работодателю относительно начисленной заработной платы, и как следствие о начисленных страховых взносах на обязательное пенсионное страхование в ГУ - УПФ РФ в г. Кировграде и г. Верхнем Тагиле Свердловской области не предъявляла.

Поскольку в ходе судебного разбирательства не было установлено нарушений ответчиком прав истца, как следствие не имеется и оснований для удовлетворения производных требований истца о привлечении к ответственности виновных лиц МАДОУ детский сад № 25 в соответствии с положениями статей 142, 236 Трудового кодекса Российской Федерации, взыскании компенсации морального вреда в размере 10000 рублей (статья 237 Трудового кодекса Российской Федерации), взыскании расходов на проезд, а также расходов на копирование документов в размере 550 рублей (статья 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

На основании изложенного, руководствуясь статьями 12, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к муниципальному автономному дошкольному образовательному учреждению детский сад № 25 о защите нарушенных трудовых прав оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме с подачей жалобы через Кировградский городской суд Свердловской области.

Судья 

И.Б. Доева