гражданское дело № 2-249/2020 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

23 ноября 2020 года пос. Пристень

Пристенский районный суд Курской области в составе:

председательствующего судьи Пеленицина Н.Н., 

при ведении протокола судебного заседания секретарём Ребровой В.В.,

с участием: представителя истца ФИО2 – адвоката Соловьевой М.И., представившей ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

ответчика ФИО3,

третьего лица ФИО4, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ФИО3 о признании договоров дарения недвижимого имущества недействительными и применении последствий недействительности сделки, а также признании права собственности на наследственное имущество,

у с т а н о в и л :

ФИО2 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО3, с учётом заявленных уточнений, о признании недействительными договоров дарения земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: 

<

адрес>, заключенных между ответчиком и ФИО1, умершим ДД.ММ.ГГГГ, применении последствий недействительности сделки; прекращении права собственности ФИО3 на указанный земельный участок и жилой дом и исключении записей из ЕГРН, а также, признании за ней права собственности на ? доли земельного участка и ? доли жилого дома, расположенных по адресу: 

<

адрес>, из которых: 2/4 доли земельного участка и 2/4 доли жилого дома – как совместно нажитого имущества, а ? доли земельного участка и ? доли жилого дома – в порядке наследования за умершим ФИО1; признании за ФИО3 права собственности на ? доли земельного участка и ? доли жилого дома, расположенных по адресу: 

<

адрес>, в порядке наследования после умершего ФИО1

Истец ФИО2 в судебное заседание не явилась, о месте времени и месте рассмотрения дела уведомлена надлежащим образом.

В судебном заседании представитель истца ФИО2 адвокат Соловьева М.И. исковые требования своего доверителя поддержала в полном объёме по изложенным в исковом заявлении основаниям, с учётом поданных уточнений, просила суд их удовлетворить и пояснила, что после очередного скандала с ответчиком, который угрожал выгнать истца из дома, на том основании, что он (ФИО3) является полноправным собственником спорного недвижимого имущества и намерен ее выселить из дома, истец в августе 2020 года обратилась в регистрирующие органы, где, получив выписку из ЕГРН, узнала, что ДД.ММ.ГГГГ спорный земельный участок и жилой дом были зарегистрированы на ответчика ФИО3 согласно договору дарения между ним (ответчиком) и ФИО1 Спорный жилой дом был построен ею совместно с супругом ФИО1 в 1985 году, в период совместного брака, в нем она проживала до смерти мужа – ДД.ММ.ГГГГ, и проживает в настоящее время, пользуется и распоряжается имуществом, вносит коммунальные платежи. Поэтому после смерти мужа не вступала в наследство, так как считала, что фактически является наследницей. К тому же, при жизни возражала против дарения всего имущества одному сыну, высказывала мнение, что необходимо разделить на всех детей. Считает, что ФИО2 срок исковой давности не пропущен, поскольку о нарушении своего права узнала после получения выписки из Росреестра по 

<

адрес>. 

Ответчик ФИО3 исковые требования ФИО2 не признал, просил суд отказать в удовлетворении иска в полном объеме, поддержал свой письменный отзыв, и пояснил, что истцу ФИО2 было известно о договоре дарения спорного имущества, при этом она каких-либо возражений не высказывала. По этой причине, ни мать, ни сёстры не обращались к нотариусу за оформлением наследства после смерти отца. Считает сделки по дарению ему жилого дома и земельного участка законными, а себя - добросовестным приобретателем. Кроме того, указал, что в настоящее время срок исковой данности истёк.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора – ФИО4 в судебном заседании относительно заявленных требований пояснила, что об оформлении договора дарения её отцом дома и земельного участка своему сыну (её брату) ФИО3 она узнала по истечении 1-2 лет после сделки, на наследство не претендует. 

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора – ФИО5, надлежащим образом извещённая о рассмотрении дела, в судебное заседание не явилась, в своём письменном отзыве указала, что поддерживает исковые требования своей матери, считает их обоснованными, поскольку о состоявшемся договоре им не было известно. Она на наследственное имущество отца не претендует, к нотариусу не обращалась.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора – Управление федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по 

<

адрес> (Управление Росреестра по 

<

адрес>), надлежащим образом извещённые о рассмотрении дела, в судебное заседание не явилось, письменно ходатайствовали о рассмотрении дела в отсутствие представителя.

Суд в порядке статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав стороны, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты. Граждане приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В соответствии с частью 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Суд возбуждает гражданское дело по заявлению лица, обратившегося за защитой своих прав, свобод и законных интересов (часть 1 статьи 4 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения приведенных выше требований, суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных выше законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

При этом установление судом факта злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Как установлено судом и следует из материалов дела, истец ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ состояла в браке с ФИО1 (л.д. 12). Сведения о прекращении брака между ними, а также, о разделе имущества супругов, материалы дела не содержат, сторонами не представлены.

ФИО1 умер ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о смерти II-ЖТ № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 36).

Согласно справке администрации поселка 

<

адрес> (л.д. 37) ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на день своей смерти ДД.ММ.ГГГГ проживал по адресу: 

<

адрес>, в состав его семьи входили: жена ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, сын ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, со своей семьей, что также подтверждается свидетельствами о браке и о рождении.

По договорам дарения от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 подарил земельный участок, площадью 1 500 кв.м, с кадастровым номером №, из земель поселений, и жилой дом, площадью 75,1 кв.м, с хозяйственными строениями, расположенные по адресу: 

<

адрес>, своему сыну ФИО3, который ДД.ММ.ГГГГ зарегистрировал свое право собственности на указанные объекты недвижимости в ЕГРП.

Согласно материалам регистрационных дел № на жилой дом с хозяйственными строениями, расположенный по адресу: 

<

адрес>, условный №, принадлежавший ФИО1 на основании постановления и.о. главы администрации исполнительного органа местного самоуправления «

<

адрес>» 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № «О разрешении на строительство жилого дома» и постановления об утверждении акта приемки в эксплуатацию частного жилого дома с хозяйственными постройками от ДД.ММ.ГГГГ №, а так же, регистрационного дела № на земельный участок с кадастровым номером №, расположенный по адресу: 

<

адрес>, принадлежавший ФИО1 на основании постановления главы администрации поселка Кировский Пристенского района Курской области от ДД.ММ.ГГГГ № «О предоставлении в собственность земельного участка», согласие ФИО2 на отчуждение недвижимого имущества при оформлении договоров дарения жилого дома с хозяйственными строениями и земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, получено не было.

Допрошенные в судебном заседании свидетели подтвердили, что истец ФИО2 высказывала своё несогласие на дарение, принадлежащего ей с мужем жилого дома с надворными постройками и земельного участка, только одному сыну – ответчику по делу ФИО3, считала, что имущество, приобретённое ими в браке, должно быть разделено между всеми детьми поровну. Так же, судом было установлено, что истец при заключении договоров дарения не присутствовала, своего нотариального согласия на совершение данных сделок не давала, узнала о договоре дарения спустя продолжительное время.

В силу статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

В пункте 1 статьи 33 Семейного кодекса Российской Федерации указано, что законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности. Законный режим имущества супругов действует, если брачным договором не установлено иное.

По смыслу статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации к имуществу, нажитому супругами во время брака (к общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие).

Согласно пункту 1 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации участники совместной собственности, если иное не предусмотрено соглашением между ними, сообща владеют и пользуются общим имуществом.Распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом (пункт 2 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Правила распоряжения имуществом, находящимся в совместной собственности супругов, устанавливает пункт 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации для сделок с недвижимостью и сделок, требующих нотариального удостоверения и (или) регистрации, если их предметом является совместная собственность супругов.

В соответствии с пунктом 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации для совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью и сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга.

Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.

Данной нормой Закона не предусмотрена обязанность супруга, обратившегося в суд, доказывать то, что другая сторона в сделке по распоряжению недвижимостью или в сделке, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, совершенной одним из супругов без нотариального согласия другого супруга, знала или должна была знать об отсутствии такого согласия.

В соответствии с пунктом 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации (в редакции, действующей на момент отчуждения спорного имущества по договорам от 4 мая 2006 г.) для совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью и сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга. Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.

Исходя из приведенных норм права для совершения оспариваемых договоров от 4 мая 2006 года как сделки, подлежащей обязательной государственной регистрации, требовалось в соответствии с пунктом 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации нотариально удостоверенное согласие ФИО2 на совершение сделки. Как установлено судом такое согласие в момент заключения между ответчиком и его умершим отцом ФИО1 указанного договора отсутствовало. При этом, ответчик в судебном заседании не опроверг данное обстоятельство и иных доказательств не представил.

Согласно пункту 1 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации раздел общего имущества супругов может быть произведен как в период брака, так и после его расторжения по требованию любого из супругов, а также в случае заявления кредитором требования о разделе общего имущества супругов для обращения взыскания на долю одного из супругов в общем имуществе супругов.

В пункте 3 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации указано, что в случае спора раздел общего имущества супругов, а также определение долей супругов в этом имуществе производятся в судебном порядке.

При разделе общего имущества супругов суд по требованию супругов определяет, какое имущество подлежит передаче каждому из супругов. В случае, если одному из супругов передается имущество, стоимость которого превышает причитающуюся ему долю, другому супругу может быть присуждена соответствующая денежная или иная компенсация.

В соответствии с пунктом 1 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами.

Установив по материалам дела, с учетом представленных сторонами доказательств, показаний свидетелей, допрошенных в ходе судебного заседания, суд приходит к выводу, что спорные земельный участок, площадью 1 500 кв.м, и жилой дом, площадью 75,1 кв.м, с хозяйственными строениями, расположенные по адресу: 

<

адрес>, были приобретены ФИО2 и ФИО1 в период брака, следовательно, в силу статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации это имущество, как нажитое супругами во время брака, является их общей совместной собственностью супругов, их доли признаются равными по 1/2. 

Таким образом, суд приходит к выводу, что при жизни ФИО1, умерший ДД.ММ.ГГГГ, распорядился принадлежащей ему ? долей спорного недвижимого имущества, путем оформления договоров дарения на имя своего сына ФИО3, в связи с чем, правила наследования в данном случае неприменимы. Вторую половину спорного недвижимого имущества суд полагает необходимым признать за истцом ФИО2 как имущество, нажитое супругами во время брака. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

В пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 г. № 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака" разъяснено, что течение трехлетнего срока исковой давности для требований о разделе имущества, являющегося общей совместной собственностью супругов, брак которых расторгнут (пункт 7 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации), следует исчислять не со времени прекращения брака (дня государственной регистрации расторжения брака в книге регистрации актов гражданского состояния при расторжении брака в органах записи актов гражданского состояния, а при расторжении брака в суде - дня вступления в законную силу решения), а со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Истцом в обоснование доводов об отсутствии пропуска срока исковой давности представлены выписки из ЕГРН, выданные ДД.ММ.ГГГГ, суд принимает их как доказательство по делу. Иные доказательства материалы дела не содержат, ответчиком не представлены, кроме показаний, что всем было известно о состоявшейся сделке, однако, родные сёстры истца – ФИО4 и ФИО5, допрошенные в суде не подтвердили данного факта. 

Согласно пункту 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Исходя из того, что оспариваемый договор дарения жилого дома и земельного участка нарушает права истца на общее имущество супругов, поскольку спорный жилой дом и земельный участок приобретены ФИО1 в период брака с истцом и ФИО2, данное имущество является общей собственностью супругов, сделки с таким имуществом должны совершаться с соблюдением требований о получении нотариально удостоверенного согласия другого супруга. Такое согласие ФИО2 на отчуждение жилого дома и земельного участка по договору дарения получено не было, что является основанием для признания договора дарения земельного участка недействительным в части, заявленной истцом (1/2 доли жилого дома и земельного участка). С учетом того, что о нарушении своего права на общее имущество супругов ФИО2 стало известно лишь в августе 2020 года после заключения договора дарения жилого дома и земельного участка, суд приходит к выводу о том, что предусмотренный для раздела общего имущества супругов трехлетний срок исковой давности, о применении которой заявлено ответчиком, ФИО2 пропущен не был.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд,

р е ш и л :

исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.

Признать договор дарения жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО3, недействительным в части ? доли данного жилого дома.

Признать договор дарения земельного участка, расположенного по адресу: 

<

адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО3 недействительным в части ? доли данного земельного участка.

Признать за ФИО2 право собственности на 

<

данные изъяты>, расположенные по адресу: 

<

адрес>.

Признать за ФИО3 право собственности на ? 

<

данные изъяты>, расположенные по адресу: 

<

адрес>, на основании договоров дарения, заключенных ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО3.

Прекратить право собственности ФИО11 на земельный участок, площадью 1 500 кв.м, из земель населённых пунктов, для индивидуального жилищного строительства, расположенный по адресу: 

<

адрес>, кадастровый №, исключив из ЕГРН запись о регистрации права собственности № от ДД.ММ.ГГГГ.

Прекратить право собственности ФИО12 на жилой дом, площадью 75,1 кв.м, с хозяйственными строениями, расположенный по адресу: 

<

адрес>, кадастровый №, исключив из ЕГРН запись о регистрации права собственности № от ДД.ММ.ГГГГ.

В остальной части исковых требований ФИО2 отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Курский областной суд через Пристенский районный суд Курской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение суда составлено 30 ноября 2020 года.

Председательствующий судья Н.Н. Пеленицин