Дело № 2-301/2025 (33-4002/2025) судья Никифорова А.Ю.

УИД 69RS0036-01-2024-007704-60 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

16 декабря 2025 года город Тверь

Судебная коллегия по гражданским делам Тверского областного суда в составе председательствующего судьи Голубевой О.Ю.,

судей Абрамовой И.В., Коровиной Е.В.

при секретаре судебного заседания Сундатовой О.В.

по докладу судьи Голубевой О.Ю.

рассмотрела в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе индивидуального предпринимателя ФИО1 на решение Заволжского районного суда г. Твери от 4 июля 2025 года, которым постановлено:

«исковые требования ФИО2 к индивидуальному предпринимателю ФИО1 о защите прав потребителя удовлетворить частично.

Признать положения договора № ЛВ-93А-135 купли-продажи квартиры от 24.07.2024 г., а именно положения п. 1.6 и п. 1.7 недействительными как ущемляющие права потребителя.

Взыскать в пользу ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт гражданина Российской Федерации серии №) с ИП ФИО1 ИНН 

<

***>, ОГРНИП 

<

***>, стоимость расходов на устранение недостатков в квартире по адресу 

<

адрес>, в размере 168 745 рублей 00 копеек, компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей 00 копеек, штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 86872 рублей 50 копеек, компенсацию расходов за оплату услуг экспертной организации за подготовку экспертного заключения в размере 60 000 рублей 00 копеек, а всего 320617 рублей 50 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО2 отказать.

Встречное исковое заявление ИП ФИО1 к ФИО2 о возложении обязанности ФИО2 о передаче ИП ФИО1 вернуть (передать) строительные материалы, подлежащие замене в квартире по адресу: 

<

адрес>, а именно: три внутренних дверных блока, установленных в санузле, кухне и жилой комнате, наружный (входной) дверной блок, установленный в коридоре, два оконных блока (установленные в кухне, жилой комнате), керамическую плитку, которой облицован пол и стены в санузле, - оставить без удовлетворения.

Взыскать с ИП ФИО1 ИНН 

<

***>, ОГРНИП 

<

***>, в бюджет муниципального образования Тверской области городской округ город Тверь государственную пошлину в сумме 12062 рублей 00 копеек».

Судебная коллегия

установила:

ФИО4 и ФИО2 обратились в суд с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ИП ФИО1) о защите прав потребителей.

В основании иска указали, что 25 июля 2024 года по договору купли – продажи № ЛB-93A-135 приобрели у ответчика квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>. Свои обязательства по договору истцы исполнили надлежащим образом.

После передачи квартиры были выявлены недостатки отделочных и монтажных работ, что подтверждается заключением ООО «Экспертный Центр Техпромнадзор» № 1657/08.2024 от 16 сентября 2024 года. Стоимость устранения недостатков составляет 437 462 рубля 40 копеек.

Направленная в адрес ответчика претензия о возмещении затрат на устранение недостатков оставлена без удовлетворения.

На основании изложенного истцы просили признать пункт 1.6 договора купли – продажи квартиры недействительным, взыскать с ИП ФИО1 расходы на устранение недостатков в размере 437462 рубля 40 копеек, компенсацию морального вреда по 60000 рублей в пользу каждого истца, штраф, а также расходы на оплату услуг эксперта в размере 60000 рублей.

Определением суда от 3 декабря 2024 года производство по делу в части исковых требований ФИО4 к ИП ФИО1 прекращено ввиду отказа истца от иска.

В ходе судебного разбирательства ФИО2 уточнила исковые требования и просила признать пункты 1.6, 1.7 договора купли - продажи недействительными, а также взыскать с ответчика расходы на устранение недостатков квартиры в размере 168 745 рублей, компенсацию морального вреда в размере 60000 рублей, штраф и расходы на оплату услуг эксперта в размере 60000 рублей.

В обоснование уточненного иска ФИО2 указала, что Тверской ДСК в лице аффилированных между собой юридических лиц через ИП ФИО1 занимается строительством многоквартирных жилых домов в г. Твери. Все квартиры продаются с готовой типовой отделкой.

По заключенному с ответчиком 25 июля 2024 года договору купли-продажи стоимость квартиры составляла 4 080 025 рублей и оплачена частично с использование ипотечных денежных средств, предоставленных ПАО Сбербанк.

В нарушение положений статьи 10 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее - Закон о защите прав потребителей) и статьи 474 Гражданского кодекса Российской Федерации ответчик не предоставил информацию о качестве объекта, не передал инструкцию по эксплуатации квартиры и паспорта заводов - изготовителей на межкомнатные двери, входную дверь и оконные блоки. Договор купли – продажи не содержал информации о наличии в квартире недостатков.

В пункте 1.7 договора указано, что покупателю предоставлена скидка на самостоятельное устранение возможных недостатков в размере 582 750 рублей, однако фактически данная скидка не предоставлена.

Ответчик ИП ФИО1 предъявил встречный иск, в котором просил обязать ФИО2 вернуть строительные материалы, подлежащие замене: наружный (входной) дверной блок, установленный в коридоре; три внутренних дверных блока, установленных в санузле, кухне и жилой комнате; два оконных блока, установленных в кухне и жилой комнате; керамическую плитку, которой облицованы пол и стены в санузле.

Доводы встречного иска ИП ФИО1 основывал на том, что в случае удовлетворения исковых требований ФИО2 оставление указанных строительных материалов повлечет неосновательное обогащение истца.

Определениями суда к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО4, ИП ФИО5

В судебном заседании представители истца ФИО6 и ФИО7 исковые требования поддержали, встречный иск не признали.

Представитель третьего лица ФИО4 – ФИО8 поддержала позицию стороны истца.

Представитель ответчика ФИО9 иск ФИО2 не признал, встречные исковые требования поддержал.

Иные лица, участвующие в деле, при надлежащем извещении о времени и месте рассмотрения дела в суд не явились.

Судом постановлено приведенное выше решение.

В апелляционной жалобе ответчик ИП ФИО1 просит решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт, которым в удовлетворении иска ФИО2 отказать, а встречный иск удовлетворить.

По мнению апеллянта, выводы суда первой инстанции о том, что выявленные недостатки не могли быть обнаружены истцом при визуальном осмотре квартиры, являются несостоятельными и опровергаются заключением судебной экспертизы.

Согласно экспертному заключению все выявленные в квартире недостатки (отклонение пола от вертикали, разная ширина швов между плитками, следы клея на стыках деталей дверного блока, монтажные зазоры между коробкой и дверным полотном и другие) по своему характеру являются явными и могли быть выявлены покупателем в ходе визуального осмотра квартиры. Стоимость устранения недостатков, образовавшихся в результате нарушения обязательных строительных норм и правил, составляет 0 рублей.

Судебной экспертизой выявлены незначительные отступления от рекомендованных строительных норм и правил, которые могут быть признаны недостатками недвижимого имущества, только если их применение предусмотрено соглашением сторон или проектной документацией на многоквартирный жилой дом.

Истец и эксперты в основном ссылаются на СП 71.13330.2017 «Изоляционные и отделочные покрытия».

Пунктом 7.2.13 СП 71.13330.2017 установлено, что обязательными требованиями для исполнителя к качеству штукатурных работ являются требования заказчика, а нормы строительных правил в этом вопросе носят рекомендательный характер. На это указывают также пункты 4.10 (требования к качеству отделочных работ устанавливаются договором между заказчиком и подрядчиком. Контроль за выполнением требований к качеству отделочных работ при приемке объекта в эксплуатацию осуществляет заказчик) и 8.14.1 (готовые покрытия пола должны соответствовать требованиям заказчика...) СП 71.13330.2017.

Из заключения экспертов следует, что отделочные работы в квартире выполнены в соответствии с техническим заданием (приложение к договору подряда № 51 от 18 января 2024 года), за исключением порога в дверном проеме жилой комнаты. Других отступлений от технического задания заказчика не выявлено.

В нарушение пункта 3 части 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд не указал в оспариваемом решении, каким законом он руководствовался, применяя к рассматриваемым правоотношениям положения СП 71.13330.2017 «Изоляционные и отделочные покрытия» и другие правила, носящие рекомендательный характер.

Кроме того, суд сделал необоснованный вывод о том, что скидка, предусмотренная пунктом 1.7 договора, фактически не была предоставлена, а квартира приобретена истцом по рыночной стоимости.

Не соответствует действительности вывод суда о том, что покупателю не передана инструкция по эксплуатации квартиры. Данная инструкция является приложением № 1 к договору купли-продажи, на что указано в пункте 7.8 договора. Представитель ФИО2 - ФИО4 был ознакомлен с инструкцией, что подтверждается его личной подписью.

Суд первой инстанции необоснованно согласился с доводом истца о том, что поводом для обращения в суд послужило отсутствие ответа на претензию, поскольку исковое заявление подано в суд 10 октября 2024 года, а претензия получена ИП ФИО1 только 22 октября 2024 года.

Возможность осмотреть жилое помещение была предоставлена ответчику только на стадии рассмотрения дела судом (31 октября 2024 года). По результатам осмотра ФИО2 было предложено урегулировать спор мирным путем, однако истец от переговоров уклонилась.

21 ноября 2024 года ФИО2 направлено письменное предложение об устранении ряда дефектов с целью заключения мирового соглашения, ответа не последовало.

С учетом изложенного взыскание штрафа, предусмотренного статьей 13 Закона о защите прав потребителей, является необоснованным.

Податель жалобы ссылается также на то, что заключение ООО «Экспертный Центр Техпромнадзор» № 1657/08.2024 от 16 сентября 2024 года не отвечает требованиям, предъявляемым Федеральным законом от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» (далее – Федеральный закон от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ).

Представитель истца ИП ФИО10 является генеральным директором ООО «Экспертный Центр Техпромнадзор», что свидетельствует о заинтересованности ИП ФИО10 в исходе настоящего дела и не могло не повлиять на результаты проведенной ООО «Экспертный Центр Техпромнадзор» экспертизы.

Такое поведение представителя истца является недобросовестным и направлено не на защиту прав потребителя, а на получение денежных средств за несуществующие недостатки (пункты 3, 4 статьи 1, статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В нарушение принципа равноправия ответчик не уведомлялся о проведении экспертизы (статья 6 Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ).

В заключении № 1657/08.2024 отражены несуществующие дефекты: отклонения стен от вертикали в коридоре и комнате (предполагаемое нарушение СП 71.13330.2017); вертикальное отклонение окон в кухне, комнате (предполагаемое нарушение СП 71.13330.2017) и другие, а также нарушения недействующих нормативных актов.

Так, ГОСТ 6629-88 «Двери деревянные внутренние для жилых и общественных зданий. Типы и конструкция» утратил силу на основании приказа Росстандарта от 22 ноября 2016 года № 1734-ст; СП 73.13330.2012 «Внутренние санитарно-технические системы зданий. Актуализированная редакция СНиП 3.05.01-85» утратил силу 31 марта 2017 года; ГОСТ Р 58324-2018 «Потолки подвесные. Общие технические условия» не действует с 19 января 2021 года; ГОСТ 475-78. «Двери деревянные. Общие технические условия» утратил силу на основании приказа Росстандарта от 22 ноября 2016 года № 1734-ст.

Ходатайство стороны ответчика о признании данного доказательства недопустимым суд первой инстанции по существу не рассмотрел, надлежащей оценки заключению № 1657/08.2024 не дал.

Апеллянт отмечает, что, возмещая истцу расходы на производство досудебной экспертизы, суд исследовал счет - оферту (договор без номера), счет-оферту (договор № 1657/08.2024) от 30 августа 2024 года на оказание услуг по организации проведения строительно-технической экспертизы, подписанные генеральным директором ООО «Экспертный Центр Техпромнадзор» ФИО10 и кассовый чек от 7 октября 2024 года.

При этом истец ФИО2 не представила ни одного договора, заключенного между ней и ИП ФИО10 либо с ООО «Экспертный Центр Техпромнадзор». Суд не установил, к какому договору имеет отношение кассовый чек от 30 августа 2024 года, кем и за выполнение каких услуг (работ) оплачены денежные средства в сумме 60 000 рублей.

Вывод суда о том, что расходы на оплату услуг эксперта были необходимыми для реализации истцом права на обращение в суд, является несостоятельным, поскольку заключение специалиста не являлось обязательным при предъявлении иска. Кроме того, истец имел возможность обратиться в любую другую экспертную организацию, не аффилированную с ФИО10, ходатайствовать о производстве судебной экспертизы, а равно представить сметный расчет организации, которая будет выполнять ремонтные работы в квартире, и тому подобное.

С учетом изложенного заключение № 1657/08.2024 является недопустимым доказательством, а потому на ответчика не могут быть возложены расходы истца, связанные с оплатой услуг ООО «Экспертный Центр Техпромнадзор». Кроме того, ФИО2 не доказала, что фактически понесла расходы на проведение строительно-технической экспертизы.

По мнению ответчика, решение суда содержит противоречивые выводы.

Так, в мотивировочной части оспариваемого решения указано, что исковые требования ФИО2 подлежат частичному удовлетворению, а встречный иск - удовлетворению. Однако в резолютивной части решения отражено, что в удовлетворении встречного искового заявления ИП ФИО1 отказано.

Выражая несогласие с тем, как суд первой инстанции разрешил встречный иск, апеллянт указывает на то, что заключением судебной экспертизы установлено, что все межкомнатные дверные полотна дефектов не имеют, а потому оставление строительных материалов в распоряжении ФИО2 в случае взыскания с ответчика расходов на устранение недостатков, включающих в себя стоимость работ по демонтажу, приобретению и монтажу новых строительных материалов, повлечет за собой неосновательное обогащение истца.

Кроме того, отказывая в удовлетворении встречного иска, суд сослался на положения Федерального закона от 30 декабря 2004 года № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» (далее – Федеральный закон № 214-ФЗ).

Между тем, отклоняя доводы ответчика о недопустимости взыскания штрафа в размере, свыше установленном частью 3 статьи 10 Федерального закона № 214-ФЗ, суд указал, что на правоотношения ИП ФИО1 и ФИО2 требования указанного федерального закона не распространяются.

Таким образом, решение суда содержит противоречивые выводы о применении к рассматриваемым правоотношениям специального закона.

В жалобе апеллянт обращает также внимание на то, что суд отразил в решении позицию по существу спора ФИО11, тогда как такое лицо к участию в деле не привлекалось.

В возражениях на апелляционную жалобу истец ФИО2 просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу ИП ФИО1 – без удовлетворения.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика ФИО9 доводы апелляционной жалобы поддержал.

Представитель истца и третьего лица ФИО7 полагала, что решение суда первой инстанции является законным и обоснованным.

Иные лица, участвующие в деле, надлежаще извещенные о времени и месте судебного заседания, в суд апелляционной инстанции не явились.

С учетом положений статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия признала возможным рассмотрение дела в отсутствие неявившихся лиц.

Согласно части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе и возражениях относительно нее.

Изучив материалы дела, выслушав представителей сторон, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений относительно нее, судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения состоявшегося по делу судебного акта.

Как предусмотрено статьей 4 Закона о защите прав потребителей, продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), качество которого соответствует договору. При отсутствии в договоре условий о качестве товара (работы, услуги) продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), соответствующий обычно предъявляемым требованиям и пригодный для целей, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется.

Если законами или в установленном ими порядке предусмотрены обязательные требования к товару (работе, услуге), продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), соответствующий этим требованиям.

В соответствии со статьей 557 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае передачи продавцом покупателю недвижимости, не соответствующей условиям договора продажи недвижимости о ее качестве, применяются правила статьи 475 Гражданского кодекса Российской Федерации, за исключением положений о праве покупателя потребовать замены товара ненадлежащего качества на товар, соответствующий договору.

В силу пункта 1 статьи 476 Гражданского кодекса Российской Федерации продавец отвечает за недостатки товара, если покупатель докажет, что недостатки товара возникли до его передачи покупателю или по причинам, возникшим до этого момента.

Согласно пункту 1 статьи 477 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не установлено законом или договором купли - продажи, покупатель вправе предъявить требования, связанные с недостатками товара, при условии, что они обнаружены в сроки, установленные настоящей статьей.

Если на товар не установлен гарантийный срок или срок годности, требования, связанные с недостатками товара, могут быть предъявлены покупателем при условии, что недостатки проданного товара были обнаружены в разумный срок, но в пределах двух лет со дня передачи товара покупателю либо в пределах более длительного срока, когда такой срок установлен законом или договором купли-продажи (пункт 2 статьи 477 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статьей 18 Закона о защите прав потребителей предусмотрено право потребителя в случае обнаружения в товаре недостатков, если они не были оговорены продавцом, по своему выбору потребовать возмещения расходов на их исправление потребителем или третьим лицом. При этом потребитель вправе потребовать также полного возмещения убытков, причиненных ему вследствие продажи товара ненадлежащего качества.

Судом первой инстанции достоверно установлено и из материалов дела следует, что 25 июня 2024 года по договору купли – продажи № ЛB-93A-135 истец ФИО2 приобрела у ИП ФИО1 квартиру площадью 32,8 кв.м, расположенную по адресу: 

<

адрес>.

Стоимость квартиры определена сторонами в пункте 2.1 договора и составляла 4080025 рублей. Оплата по договору произведена истцом в полном объеме.

Исходя из положений пункта 1.6 договора покупатель осмотрел приобретаемую квартиру перед заключением настоящего договора, дефектов и недостатков, о которых не был предупрежден продавцом, не обнаружил, удовлетворен качественным и техническим состоянием квартиры.

В пункте 1.7 договора отражено, что до заключения договора при определении цены квартиры покупателю была предоставлена скидка в размере 582 750 рублей на самостоятельное устранение возможных недостатков, выявленных в процессе эксплуатации квартиры, в том числе внутренних отделочных работ (ремонт). Цена квартиры определена сторонами с учетом ее состояния, в том числе с учетом имеющихся строительных и отделочных недостатков, а именно, но не ограничиваясь: горизонтальных и вертикальных отклонений и неровностей поверхности стен, перегородок, пола и потолка, напольного покрытия в виде ламината или плитки, дверных откосов, частичного отсутствия заполнения швов раствором между блоками, плитами, разности ширины швов, сколов и потертостей поверхностей входной и межкомнатной дверей и других поверхностей, трещин, следов и стыков плит, текущего состояния оконных блоков, светопрозрачных конструкций, стеклопакетов, стяжки, а также иных характеристик квартиры, которые могут быть выявлены при осмотре. Продавец не несет ответственности за иные недостатки, а также дефекты, если они являются следствием нормального износа квартиры либо возникли в результате ненадлежащего ремонта, произведенного покупателем (включая переустройство, перепланировку).

Право собственности истца на указанную квартиру зарегистрировано в Едином государственном реестре недвижимости 28 июня 2024 года.

После передачи ответчиком квартиры истец обнаружила недостатки отделочных и монтажных работ, поручив производство технической экспертизы ООО «Экспертный Центр Техпромнадзор», по заключению которого № 1657/08.2024 от 16 сентября 2024 года стоимость устранения недостатков составит 437 462 рубля 40 копеек.

9 октября 2024 гола ФИО2 направила ответчику претензию, в которой просила возместить стоимость устранения недостатков квартиры, компенсировать моральный вред и расходы на оплату услуг эксперта.

Претензия оставлена ответчиком без удовлетворения.

За разрешением спора истец обратилась в суд с настоящим иском.

Для правильного рассмотрения и разрешения дела судом назначена комплексная судебная строительно-техническая и оценочная экспертиза, производство которой поручено экспертам ФИО12 (эксперт - строитель) и ФИО13 (эксперт – оценщик) (ООО «ЦПО ПАРТНЕР»).

По заключению судебной экспертизы в квартире по адресу: 

<

адрес>, выявлены следующие недостатки строительно - монтажных и отделочных работ, имеющих производственный характер: в прихожей – отклонение плоскости пола от вертикали 0,5, зазор 2 мм (полы); в санузле – разная ширина швов между плитками керамогранита, перепад между смежными керамическими плитками 3 мм (полы), разная ширина швов между плитками керамогранита, перепад между смежными плитками 2, 3 мм, отклонение плоскости стены из керамогранита по вертикали до 10 мм под потолком (стены на примыкании к ванне), следы клея на стыках деталей дверного блока, монтажные зазоры между коробкой и дверным полотном разные, коробка дверного проема имеет неправильную геометрическую форму, отклонение от прямолинейности сторон дверного блока составляет 2 мм (дверное заполнение); в кухне – просветы между покрытием и плоскостью пола 4 – 5 мм (полы), следы клея на стыках деталей дверного блока, монтажные зазоры между коробкой и дверным полотном разные, коробка дверного проема имеет неправильную геометрическую форму, отклонение от прямолинейности сторон дверного блока составляет 3 мм (дверное заполнение); в комнате – перепад между плоскостью полов в комнате и прихожей в дверном проеме ПР 4 равен 10 мм (полы), следы клея на стыках деталей дверного блока, монтажные зазоры между коробкой и дверным полотном разные, коробка дверного проема имеет неправильную геометрическую форму, отклонение от прямолинейности сторон дверного блока составляет 2 мм (дверное заполнение).

Стоимость устранения перечисленных недостатков (дефектов) на дату проведения экспертизы составит 168 745 рублей.

Допрошенные в судебном заседании эксперты ФИО12 и ФИО13 подтвердили изложенные в заключении выводы, дополнительно пояснив, что при определении стоимости устранения недостатков (дефектов) строительно-монтажных и отделочных работ они исходили из характера и объема тех работ, которые не соответствовали СП 71.13330.2017, ГОСТ 475-2016, ГОСТ 31173-2016.

Недостатки работ, связанные с нарушением обязательных норм и правил, содержащихся в Перечне национальных стандартов и сводов правил (частей таких стандартов и сводов правил), в результате применения которых на обязательной основе обеспечивается соблюдение требований Федерального закона «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» (утверждены Постановлением Правительства Российской Федерации от 28 мая 2021 года № 815), при производстве экспертизы не выявлены.

Разрешая иск и удовлетворяя требования ФИО2, суд первой инстанции руководствовался статьями 475, 557 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 18, 19 Закона о защите прав потребителей и, оценив в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации представленные по делу доказательства в их совокупности, в том числе заключение судебной экспертизы, пришел к выводу о том, что в приобретенной истцом у ответчика квартире имеются недостатки, за которые отвечает продавец, а потому имеются основания для взыскания с ИП ФИО1 в пользу ФИО2 стоимости устранения недостатков в размере 168745 рублей.

Со ссылкой на положения статьи 16 Закона о защите прав потребителей суд первой инстанции признал недействительными условия, отраженные в пунктах 1.6, 1.7 договора купли-продажи квартиры, как ущемляющие права истца как потребителя.

Установив нарушение прав потребителя, суд в соответствии со статьями 13 и 15 Закона о защите прав потребителей взыскал с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда и штраф.

Проанализировав положения статей 309, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, части 2 статьи 7 Федерального закона от 30 декабря 2004 года № 214-ФЗ, статей 18, 29 Закона о защите прав потребителей, суд не усмотрел оснований для удовлетворения встречного иска ИП ФИО1, указав, что действующее законодательство не предусматривает возникновение у участника долевого строительства, реализующего предусмотренное пунктом 1 части 2 статьи 7 Федерального закона от 30 декабря 2004 года № 214-ФЗ право, встречного обязательства по возврату застройщику некачественных элементов жилого помещения (в том числе строительных материалов), а потому на истца не может быть возложена обязанность возвратить застройщику подлежащие демонтажу строительные материалы.

Суд отметил, что строительные материалы, использованные при строительстве квартиры, перешли в собственность ФИО2 при приобретении жилого помещения на законных основаниях, вследствие чего не могут быть квалифицированы как неосновательное обогащение и не подлежат возврату ИП ФИО1

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, ибо они соответствуют установленным обстоятельствам дела при правильном применении норм материального права.

Все доводы ответчика, изложенные в апелляционной жалобе, в полной мере получили надлежащую оценку в оспариваемом решении и повторной аргументации не требуют.

Апелляционная жалоба не содержит фактов, которые не были проверены или учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, влияли бы на обоснованность и законность судебного акта, и, по сути, доводы ответчика направлены на переоценку собранных по делу доказательств.

Между тем по смыслу положений статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации несогласие с решением суда первой инстанции либо другая точка зрения стороны на то, как могло быть рассмотрено дело, сами по себе не являются основанием для отмены или изменения судебного решения.

Так, признавая несостоятельными доводы ответной стороны о том, что ИП ФИО1 продавал квартиру ФИО2 не как застройщик, а как такой же гражданин-потребитель, суд первой инстанции обоснованно указал, что по данным Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей ФИО1 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя с 16 февраля 2017 года, основным видом его экономической деятельности (ОКВЭД) является деятельность заказчика - застройщика, генерального подрядчика.

ИП ФИО1 являлся застройщиком многоквартирного жилого дома, в котором ФИО2 приобрела квартиру.

Дом введен застройщиком в эксплуатацию 21 ноября 2023 года.

26 марта 2024 года ИП ФИО1 оформил квартиру в свою собственность (пункт 1.2 договора купли-продажи), а затем 25 июня 2024 года продал ее ФИО2

До регистрации своих прав на квартиру ИП ФИО1 (заказчик) заключил с ИП ФИО5 (подрядчик) договор подряда № 51 от 18 января 2024 года, согласно которому заказчик поручил подрядчику выполнить ремонтно-строительные и отделочные работы в новых (не бывших в употреблении) квартирах в построенном многоквартирном жилом доме по адресу: 

<

адрес>.

Таким образом, застройщик после завершения строительства оформил новую квартиру на свое имя, произвел в ней отделочные работы и продал истцу.

Совокупность приведенных обстоятельств позволила суду прийти к правильному выводу о том, что в рассматриваемых правоотношениях ИП ФИО1 являлся не только застройщиком объекта долевого строительства, но и продавцом, реализующим потребителям уже построенные квартиры, а, следовательно, в данном споре подлежат применению положения Закона о защите прав потребителей.

Соглашаясь с выводами суда и отклоняя аргументы апелляционной жалобы в этой части, судебная коллегия отмечает также, что реализованный объект недвижимости принадлежал ответчику непродолжительное время; договор подряда на выполнение отделочных работ фактически заключен застройщиком и реализовывался в том числе до регистрации ответчиком своих прав на квартиру; на протяжении всего периода до продажи квартиры истцу в ней никто не проживал; вопреки суждениям апеллянта, в материалах дела отсутствуют доказательства использования недвижимого имущества для удовлетворения личных потребностей ФИО1 как физического лица.

Обсуждая доводы ответной стороны о том, что выявленные в квартире недостатки являлись видимым, и истец могла их обнаружить при приобретении квартиры, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что само по себе принятие квартиры с недостатками после ее осмотра покупателем не может повлечь за собой отказ в иске, ибо ФИО2 является лицом, не обладающим специальными познаниями в области строительства, а потому могла оценить только внешний вид квартиры, имеющиеся в ней коммуникации и видимые недостатки, к числу которых нельзя отнести в частности отклонения плоскости пола и стен, разность зазоров и другие подобные недостатки, которые хотя и не скрыты от визуального восприятия, однако их установление требует специальных измерений и оборудования.

Суд обоснованно указал, что при заключении договора купли-продажи и принятии квартиры ФИО2 вправе была рассчитывать на соответствие строительным нормам и правилам приобретаемого объекта недвижимости, построенного профессиональным застройщиком.

Доводы жалобы о том, что примененный судебными экспертами при установлении недостатков СП 71.13330.2017 носит рекомендательный характер, основанием для вывода об отсутствии в квартире истца недостатков не является.

В пункте 1 статьи 16.1 Федерального закона от 27 декабря 2002 года № 184-ФЗ «О техническом регулировании» (далее – Федеральный закон № 184-ФЗ) имеется ссылка на перечень документов по стандартизации, в результате применения которых на добровольной основе, обеспечивается соблюдение требований принятого технического регламента.

Согласно пункту 4 статьи 16.1 Федерального закона № 184-ФЗ применение на добровольной основе стандартов и (или) сводов правил, включенных в указанный в пункте 1 настоящей статьи перечень документов по стандартизации, является достаточным условием соблюдения требований соответствующих технических регламентов. В случае применения таких стандартов и (или) сводов правил для соблюдения требований технических регламентов оценка соответствия требованиям технических регламентов может осуществляться на основании подтверждения их соответствия таким стандартам и (или) сводам правил. Неприменение таких стандартов и (или) сводов правил не может оцениваться как несоблюдение требований технических регламентов. В этом случае допускается применение предварительных национальных стандартов Российской Федерации, стандартов организаций и (или) иных документов для оценки соответствия требованиям технических регламентов.

По смыслу приведенных положений допускается несоблюдение сводов правил, которые применяются на добровольной основе, только в том случае, если выполнение требований технического регламента подтверждено другим способом. В противном случае требования технического регламента считаются не соблюденными.

Доказательства выполнения работ надлежащего качества с учетом соблюдения Федерального закона № 184-ФЗ от 27 декабря 2002 года ответчиком не представлены.

Кроме того, пунктом 1 статьи 721 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что качество выполненной подрядчиком работы должно соответствовать условиям договора подряда, а при отсутствии или неполноте условий договора требованиям, обычно предъявляемым к работам соответствующего рода.

Таким образом, рекомендательный характер СП 71.13330.2017 само по себе не исключает возможность его применения, учитывая, что выявленные в проданной ответчиком квартире недостатки нельзя признать соответствующими обычно предъявляемым к качеству таких работ требованиям.

Обоснованно, по мнению судебной коллегии, суд первой инстанции отклонил и ссылки ответчика на то, что цена квартиры определялась с учетом уже имеющихся недостатков, для чего покупателю была предоставлена скидка в размере 582 750 рублей (пункт 1.7 договора купли-продажи).

Так, статьей 469 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что продавец обязан передать покупателю товар, качество которого соответствует договору купли-продажи.

В силу пункта 2 статьи 556 Гражданского кодекса Российской Федерации принятие покупателем недвижимости, не соответствующей условиям договора продажи недвижимости, в том числе в случае, когда такое несоответствие оговорено в документе о передаче недвижимости, не является основанием для освобождения продавца от ответственности за ненадлежащее исполнение договора.

На основании статьи 557 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае передачи продавцом покупателю недвижимости, не соответствующей условиям договора продажи недвижимости о ее качестве, применяются правила статьи 475 указанного Кодекса, за исключением положений о праве покупателя потребовать замены товара ненадлежащего качества на товар, соответствующий договору.

Если недостатки товара не были оговорены продавцом, покупатель, которому передан товар ненадлежащего качества, вправе по своему выбору потребовать от продавца: соразмерного уменьшения покупной цены; безвозмездного устранения недостатков товара в разумный срок; возмещения своих расходов на устранение недостатков товара (статья 475 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из положений пункта 1 статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений.

Согласно оспариваемому истцом пункту 1.7 договора до заключения договора при определении цены квартиры покупателю предоставлена скидка в размере 582 750 рублей на самостоятельное устранение возможных недостатков, выявленных в процессе эксплуатации квартиры, в том числе внутренних отделочных работ (ремонт). Цена квартиры определена сторонами с учетом ее состояния, в том числе с учетом имеющихся строительных и отделочных недостатков, а именно, но не ограничиваясь: горизонтальных и вертикальных отклонений и неровностей поверхности стен, перегородок, пола и потолка, напольного покрытия в виде ламината или плитки, дверных откосов, частичного отсутствия заполнения швов раствором между блоками, плитами, разности ширины швов, сколов и потертостей поверхностей входной и межкомнатной дверей и других поверхностей, трещин, следов и стыков плит, текущего состояния оконных блоков, светопрозрачных конструкций, стеклопакетов, стяжки, а также иных характеристик квартиры, которые могут быть выявлены при осмотре.

Между тем приведенное выше условие являлся типовым, указанные в пункте 1.7 договора строительные и отделочные недостатки носят общий характер, перечень конкретных недостатков, а также их стоимость, не оговорены.

Суд первой инстанции принял во внимание, что в материалы дела не представлено доказательств того, что при заключении договора купли-продажи сторонами составлялся документ, содержащий перечень недостатков, с указанием их локализации и параметров, а также стоимости их устранения, учтенной при определении цены квартиры.

В соответствии с заключением проведенной по делу судебной экспертизы в результате исследования качества квартиры выявлены недостатки строительно-монтажных и отделочных работ, не соответствующих требованиям СП 71.13330.2017.

Учитывая, что договор купли-продажи не содержал указания на конкретные строительные недостатки, оговоренные сторонами, и стоимость их устранения, учтенную при согласовании цены продажи, суд пришел к правильному выводу о взыскании с ответчика стоимости устранения недостатков, которые не оговорены в договоре купли-продажи квартиры.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, ответчиком не доказано, а судом по представленным в материалы дела доказательствам не установлено, что квартира приобреталась истцом по цене ниже, чем аналогичный объект недвижимости без соответствующих недостатков, то есть с учетом компенсационных механизмов, предусмотренных для случаев продажи недвижимости с недостатками.

Требование истца о взыскании штрафа обоснованно удовлетворено судом на основании пункта 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей.

С учетом разъяснений, данных Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в пунктах 46, 47 постановления от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», получение ответчиком претензии после обращения истца в суд с настоящим иском, а равно предложения ответной стороны по вопросу урегулирования спора путем заключения мирового соглашения, правового значения не имеют, ибо ответчик до принятия судом оспариваемого решения добровольно требования истца не удовлетворил, истец, в свою очередь, от иска не отказался, а потому взыскание штрафа соответствует положениям пункта 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей.

Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции об отсутствии предусмотренных законом оснований для удовлетворения встречного иска и возложения на истца обязанности вернуть строительные материалы, подлежащие замене, судебная коллегия также не усматривает.

Как отмечалось в настоящем определении ранее, все доводы ответчика, в том числе и в этой части, получили мотивированную оценку в оспариваемом решении.

Суд первой инстанции руководствовался положениями статьи 7 Федерального закона № 214-ФЗ, статьи 18 Закона о защите прав потребителей и правильно исходил из того, что предметом договора купли-продажи являлись не отделочное материалы как самостоятельные вещи, а объект недвижимости - квартира, которая подлежала передаче потребителю по цене, предусмотренной договором, и с определенными качествами - отделкой, соответствующей требованиям договора и строительных норм и правил, а потому на истца не может быть возложена обязанность по возврату при производстве работ по устранению недостатков подлежащих замене отделочных материалов.

Противоречий в применении Закона о защите прав потребителей и Федерального закона № 214-ФЗ, на что указывает апеллянт в жалобе, судебная коллегия не усматривает.

Спорные правоотношения возникли в связи с продажей ответчиком квартиры ненадлежащего качества, расположенной в многоквартирном доме, введенном в эксплуатацию до заключения рассматриваемого договора, и пришел к верным выводам о том, что на эти правоотношения распространяется действие общих норм Гражданского кодекса Российской Федерации, а также положений статей 13, 15, 18 специального закона о защите прав потребителей, но не распространяется действие Федерального закона № 214-ФЗ, сфера применения которого ограничена договорами участия в долевом строительстве, заключаемыми до завершения строительства многоквартирного дома.

Суд действительно сослался в решении на положения статьи 7 Федерального закона № 214-ФЗ, однако воспроизвел их наряду с аналогичными положениями статьи 18 Закона о защите прав потребителей, а потому их применение к неправильному разрешению спора не привело, на объем ответственности ИП ФИО1 не повлияло.

Вопрос о возмещении судебных расходов, вопреки доводам апелляционной жалобы, разрешен судом первой инстанции верно.

Расходы истца на производство досудебной строительно-технической экспертизы (заключение ООО «Экспертный центр Техпромнадзор» № 1657/08.2024 от 16 сентября 2024 года) суд в соответствии с требованиями статей 88, 94, 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данными в пункте 2 постановления от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», обоснованно признал необходимыми для реализации права истца на обращение в суд.

Доводы ответчика о недопустимости заключения ООО «Экспертный центр Техпромнадзор», о заинтересованности в исходе дела представителя истца ФИО10, являющегося руководителем указанного Общества, и злоупотреблении истцом правом, получили надлежащую оценку суда; мотивы, по которым суд отклонил позицию ответчика, подробно приведены в решении.

Суждения апеллянта выражают его субъективное несогласие с данной судом оценкой, однако правильность выводов суда не опровергают.

Факт производства досудебной экспертизы ООО «Экспертный центр Техпромнадзор» и ее оплата истцом объективно подтверждается материалами дела (том 1 л.д. 39 -71, 72).

Правоотношения ООО «Экспертный центр Техпромнадзор», возглавляемого ФИО10, и ИП ФИО10 на правильность разрешения вопроса о возмещении истцу судебных расходов не влияют.

Указание в жалобе на то, что судебный акт содержит позицию по существу спора не являющейся лицом, участвующим в деле, ФИО11, повлечь отмену решения суда не может.

Фактически в решении суда изложено мнение по существу спора представителя третьего лица ФИО4 – ФИО8, описку в фамилии которой суд первой инстанции исправил в порядке статьи 200 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В таком же порядке исправлена допущенная судом описка в части указания в судебном акте на удовлетворение встречного иска (том 3 л.д. 36 – 37).

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Заволжского районного суда г. Твери от 4 июля 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение принято 30 декабря 2025 года.

Председательствующий О.Ю. Голубева

Судьи И.В. Абрамова

Е.В. Коровина