КОПИЯ

Мотивированное 

решение

 составлено 04 октября 2024 года № 2-2949/2024

66RS0007-01-2024-001815-36

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Екатеринбург 20 сентября 2024 года

Чкаловский районный суд г. Екатеринбурга Свердловской области в составе председательствующего судьи Зыряновой И.В., при секретаре Семеновой Е.С., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Прокурора Чкаловского района города Екатеринбурга в интересах ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «УК «Сервис» о признании приказа незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы, среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Прокурор Чкаловского района города Екатеринбурга, действующий в интересах ФИО1, обратился в суд с исковыми требованиями к ООО «УК «Сервис» о признании приказа незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы, среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда.

В обоснование иска указано, что в прокуратуру Чкаловского района г. Екатеринбурга поступило обращение ФИО1 о возможном нарушении трудового законодательства ООО «УК «Сервис», выразившемся в незаконном увольнении, невыплате заработной платы, денежной компенсации за несвоевременную выплату заработной платы и иных выплат, возмещении морального вреда. В ходе проведенной проверки установлено, что ФИО1 трудоустроена в ООО «УК «Сервис» на основании трудового договора от 03.10.2022 № 12/2022 на должность менеджера клининга. За период работы с 03.10.2022 по 15.06.2023 ФИО1 к дисциплинарной ответственности не привлекалась. Согласно п. 1.3 указанного трудового договора местом работы ФИО1 являлась территория, обслуживаемая ООО «УК «Сервис». За период трудоустройства ФИО1 выполняла трудовую функцию на территории ФГАОУ ВО «УрФУ имени первого Президента России ФИО2», с которым ООО «УК «Сервис» был заключен договор на услуги по комплексной уборке зданий, прилегающей территории и обслуживанию посетителей гардеробов № 43-12/1025-2022. Работодателем определено рабочее место ФИО1 на территории ФГАОУ ВО «УрФУ имени первого Президента России ФИО2»: пр-т Ленина, д. 51, г. Екатеринбург. Организационные вопросы с руководством ООО «УК «Сервис» разрешались путем направления сообщений в мессенджере WhatsApp с момента трудоустройства ФИО1 При исполнении должностных обязанностей 15.06.2023 ФИО1 и иным работникам ООО «УК «Сервис» было отказано в доступе на территорию образовательной организации. В последующем от представителей ФГАОУ ВО «УрФУ имени первого Президента России ФИО2» работнику стало известно о расторжении указанного договора. Работниками ООО «УК «Сервис» неоднократно задавались вопросы о дальнейшей трудовой деятельности и оплате отработанных смен. Согласно сведениям, представленным руководством ООО «УК «Сервис», писем о расторжении вышеназванного договора между ООО «УК «Сервис» и ФГАОУ ВО «УрФУ имени первого Президента России ФИО2» 15.06.2023 работодатель не получал, всем работникам организации дано указание сдать пропуска заместителю директора по общим вопросам ООО «УК «Сервис» ФИО3, пропуска должны были быть возвращены работникам после урегулирования спора для дальнейшего продолжения работ. При этом, выдача заработной платы работникам планировалась при условии наличия отметки о своевременной сдаче пропуска руководству ООО «УК «Сервис». После одностороннего отказа ФГАОУ ВО «УрФУ имени первого Президента России ФИО2» от исполнения договора работодатель с ФИО1 не связывался, сведения о месте работы, необходимости явки в офис ООО «УК «Сервис» не предоставлял, режим простоя с 15.06.2023 по 07.12.2023 работодателем не вводился, заработная плата ФИО1 за отработанный период не выплачена до настоящего времени. Работодателем ответы на вопросы об условиях работы в чате организации не предоставлялись, на телефонные звонки ответа от работодателя не последовало, офис организации по ранее указанному адресу отсутствовал. В ходе проверки ООО «УК «Сервис» представлено уведомление о предоставлении письменного объяснения о причинах отсутствия на рабочем месте с 16.06.2023 по 20.06.2023, которое работодателем в адрес ФИО1 не направлялось. О наличии указанного уведомления работнику стало известно от сотрудника прокуратуры района. В октябре 2023 года ООО «УК «Сервис» в адрес ФИО1 направлено повторное уведомление о предоставлении письменного пояснения от 06.10.2023, дата направления в адрес работника заказным письмом - 12.10.2023. Указанное уведомление ФИО1 не получено, в связи с чем объяснения работником не предоставлялись. Работодателем принято решение об увольнении ФИО1 по пп. а, п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации с 15.06.2023, то есть за однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей – прогул, о чем 07.12.2023 работодателем издан соответствующий приказ. При этом, согласно табелям учета рабочего времени ООО «УК «Сервис», представленным в прокуратуру района в ходе проверки, работником ФИО1 15.06.2023 отработано 6,2 часа. Кроме того, после 15.06.2023 в чате работников организации руководством ООО «УК «Сервис» направлялись дополнительные поручения по сбору инвентаря и бытовой химии, размещались сведения о проведении собрания в офисе работодателя в июле 2023 года, сведения об увольнении за прогул работникам не предоставлялись. Таким образом, работник после не предоставления работодателем иного рабочего места продолжал выполнение трудовой функции. Об увольнении ФИО1 стало известно в связи с поступлением сведений на портале «Госуслуги» и поступлением расчета на карту 08.12.2023, приказ об увольнении и трудовая книжка работодателем в адрес работника до настоящего времени не направлены. ООО «УК «Сервис» на момент проверки в прокуратуру района приказ о привлечении работника ФИО1 к дисциплинарной ответственности за нарушение трудовых обязанностей не предоставлялся, в адрес работника кадровые и иные документы в связи с увольнением не направлялись. Кроме того, ФИО1 не уведомлена работодателем о новом месте работы, а также о порядке действий при фактическом отстранении от работы организацией-заказчиком. Таким образом, работодатель в отсутствие надлежащего информирования работника на протяжении длительного периода, а также с нарушением требований трудового законодательства о порядке применения дисциплинарного взыскания произвел увольнение ФИО1, которое не может быть признано законным. В рамках проверки установлено, что работодателем ФИО1 выплачивалась «серая» заработная плата, условия трудового договора не соответствовали фактически отработанному времени. Согласно техническому заданию график рабочего времени заказчика установлен ежедневно с понедельника по субботу с 07.00 до 21.00. При оказании услуг, предусмотренных договором, рекомендовано задействовать не менее 329 работников ежедневно, в том числе не менее 228 человек-уборщиков служебных помещений из расчета площади помещений 228 232,3 кв.м., не менее 26 человек-гардеробщиков из расчета 1 гардеробщик на 300 мест, 75 человек – дворников из расчета общей площади территории 223 788,9 кв.м. В соответствии с представленным трудовым договором от 03.10.2022 № 12/2022 ФИО1 установлен полный рабочий день – не более 40 часов в неделю, установлена заработная плата в размере 17 000 руб. пропорционально отработанному времени, районный коэффициент – 15 %. Дополнительным соглашением от 20.12.2022 № 1 на основании заявления ФИО1 установлен неполный рабочий день – не более 31 часа в неделю, 0,775 ставки, заработная плата – 17 050 руб. пропорционально отработанному времени из расчета оклада 22 000 руб., районный коэффициент – 15%. Согласно пояснениям работника, работа осуществлялась на условиях 7-часового рабочего дня с понедельника по субботу, по указанию работодателя трудовой договор с ней заключался на 0,775 ставки, выплата заработной платы производилась в безналичной форме на карту, оставшаяся часть выплачивалась в наличной форме в офисе ООО «УК «Сервис» или в здании УрФУ по адресу: ул. Мира, д. 19, что также подтверждается пояснениями заведующего бюро пропусков Управления безопасности УрФУ ФИО4 Работодателем определена доплата сверх установленного трудовым договором оклада в размере 20 000 руб. ежемесячно. Менеджером ежемесячно формировались табели учета рабочего времени каждого работника, которые в последующем направлялись в адрес ООО «УК «Сервис» по электронной почте для формирования и выплаты заработной платы работникам, в том числе не официальной части. Согласно табелю учета рабочего времени за май 2023 года ФИО1 фактически отработано 25 смен по 7 часов, заработная плата за указанный период составляет 17 050 руб. официальная часть, 20 000 руб. «серая» заработная плата по должности менеджера клининга. В соответствии с представленными ООО «УК «Сервис» табелями учета рабочего времени ФИО1 в период с 16.06.2023 по 30.06.2023 на рабочем месте отсутствовала. Работодателем ФИО1 произведена выплата официальной части заработной платы за май и июнь 2023 года, вместе с тем, ООО «УК «Сервис» выплата неофициальной части заработной платы за май и июнь 2023 года ФИО1 не произведена, задолженность по заработной плате с учетом произведенных выплат составила 20 000 руб. за май 2023 года и 8 800 руб. за июнь 2023 года, общая сумма задолженности 28 800 руб. Согласно представленным ООО «УК «Сервис» трудовым договорам работников и дополнительным соглашениям к ним выплата заработной платы производится: 25 числа – за первую половину месяца, 10 числа следующего месяца – окончательный расчет. Заработная плата за май 2023 года должна была быть выплачена ФИО1 09.06.2023, за первую половину июня – 23.06.2023. Компенсация за несвоевременную выплату заработной платы за май 2023 года по состоянию на 24.01.2024 составила 3 752 руб., за июнь 2023 года – 1 589,28 руб. Таким образом, ФИО1 осуществляла трудовые функции в должности менеджера клининга, условия трудового договора не соответствовали фактическому времени и объему работы, до настоящего времени задолженность по заработной плате перед ФИО1 не погашена, компенсация за несвоевременную выплату заработной платы не выплачена. В результате противоправных действий ООО «УК «Сервис» работнику причинен моральный вред в виде нравственного страдания, выразившегося в нарушении душевного спокойствия, в связи с неправомерными действиями работодателя, незаконным увольнением, отсутствием средств к существованию и возникшими материальными трудностями. Моральный вред оценивается работником в размере 20 000 руб. 

Просит признать незаконным увольнение ФИО1 в должности менеджера клининга, отменить приказ об увольнении от 07.12.2023, аннулировать запись об увольнении в трудовой книжке работника, восстановить истца на работе в должности менеджера клининга, взыскать с ответчика в пользу истца задолженность по заработной плате за май 2023 в размере 20 000 руб., компенсацию за нарушение сроков выплаты заработной платы за май 2023 года в размере 3 752 руб. по дату фактического погашения, задолженность по заработной плате за июнь 2023 в размере 8 800 руб., компенсацию за нарушение сроков выплаты заработной платы за июнь 2023 года в размере 1 589,28 руб. по дату фактического погашения, компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб.

В судебном заседании помощник прокурора Чкаловского района г. Екатеринбурга Пахомова А.М. заявленные требования поддержала в полном объеме.

Истец ФИО1 и ее представитель поддержали заявленные требования и подтвердили доводы, изложенные в исковом заявлении. 

Представители ответчика ООО «УК «Сервис» просили исковые требования оставить без удовлетворения по доводам, изложенным в отзыве, дополнительном отзыве на иск. 

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО3 суду пояснил, что в середине июня 2023 года узнали о расторжении договора, заключенного между ООО «УК «Сервис» и ФГАОУ ВО «УрФУ имени первого Президента России ФИО2». Всем работникам ООО «УК «Сервис» дано указание сдать пропуска. Сотрудников обзванивали утром, в течение 40 минут всех обзвонили. За период трудоустройства менеджеры по клинингу присылали на почту табеля, он их проверял, выплату заработной платы производила ФИО5, супруга директора ООО «УК «Сервис». Менеджеры постоянно находились на объектах, по необходимости приезжали в офис на ул. ФИО7 для решения некоторых вопросов, у них там было оборудовано рабочее место, был установлен компьютер. ФИО1 была ознакомлена с актом 15.06.2023, не помнит, подписала ли она данный акт. 

Свидетель ФИО6 суду пояснил, что с 2017 года является директором ООО «УК «Сервис», в его должностные обязанности входит контроль за работой Общества и инвестиционные вопросы. Контроль за объектами по клинингу осуществлял ФИО3, он же общался с сотрудниками, контролировал их работу. 15.06.2023 узнали о расторжении договора, заключенного между ООО «УК «Сервис» и ФГАОУ ВО «УрФУ имени первого Президента России ФИО2». Был издан приказ о смене места работы, офис на ФИО7 снимали для организационных собраний, еще был офис на ФИО8 28. 15.06.2023 вместе с ФИО3 выезжали на объект для ознакомления сотрудников с актом, знакомил непосредственно ФИО3, отсутствие работников на рабочем месте фиксировали в актах. С 16.06.2023 находились в офисе на ул. ФИО7. Он, ФИО6, видел ФИО9 15.06.2023 в офисе на ФИО10, 20.11.2023 в офисе на ул. ФИО7 истец отказалась от подписи акта. 

Свидетель ФИО11 суду пояснила, что работала в ООО «УК «Сервис» с 03.10.2022, места работы по ул. ФИО7 никогда не было, по этому адресу она была крайне редко, если нужно было что-то забрать или подписать, функции менеджера клининга там никогда не осуществляла, надо быть на самом объекте, чтобы контролировать работу уборщиков. 15.06.2023 в офисе на ФИО7 никакого собрания не было, все находились на своих рабочих местах, никто не извещал о необходимости явки в офис на ул. ФИО7. Велся разговор о собрании, но оно фактически не состоялось, 15.06.2023 никто не предлагал ознакомиться с приказом об изменении места работы. 

Заслушав участвующих в деле лиц, допросив свидетелей, исследовав представленные доказательства по делу, суд приходит к следующему: 

В соответствии со статьями 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу подп. "а" п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей - прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

Расторжение трудового договора по инициативе работодателя является в данном случае разновидностью дисциплинарного взыскания за нарушение трудовой дисциплины, в связи с чем для его применения необходимо соблюдение требований ст. ст. 192 - 193 Трудового кодекса Российской Федерации.

Обязанность по доказыванию наличия оснований для увольнения работника по инициативе работодателя и соблюдения процедуры увольнения возложена на ответчика в силу ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, п. 38 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации".

В силу положений ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарные взыскания в виде замечания, выговора, увольнения по соответствующим основаниям. При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Порядок и процедура наложения дисциплинарного взыскания работодателем на работника регламентирована положениями ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации. До применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

В судебном заседании установлено, что с 03.10.2022 ФИО1 состояла в трудовых отношениях с ООО «УК «Сервис» в должности менеджера клининга (трудовой договор № 12/2022 от 03.10.2022, приказ (распоряжение) № 12 от 03.10.2023 о приеме работника на работу).

По условиям заключенного 03.10.2022 между ООО «УК «Сервис» (Работодатель) и ФИО1 (Работник) трудового договора, данный договор заключен на неопределенный срок, вступает в силу с момента его подписания 03.10.2022, работнику установлен полный рабочий день, пятидневная рабочая неделя продолжительностью не более 40 часов в неделю с двумя выходными днями (суббота, воскресенье). Работнику установлен должностной оклад в размере 17 000 руб. в месяц, районный коэффициент к заработной плате 15% должностного оклада в месяц.

Дополнительным соглашением № 01 от 20.12.2022 к трудовому договору № 12/2022 от 03.10.2022 Работнику установлено неполное рабочее время (неполный рабочий день (смена) и (или) неполная рабочая неделя, в том числе с разделением рабочего дня на части) – 0,775 ставки. Работнику установлена пятидневная рабочая неделя продолжительностью не более 31 часов в неделю с двумя выходными днями субботой и воскресеньем, продолжительность ежедневной работы 6 часов 12 минут. Работнику установлен должностной оклад в размере 17 050 руб. в месяц, что составляет 77,5% должностного оклада 22 000 руб., установленного менеджеру клининга с нормой рабочего времени 40 часов в неделю. Районный коэффициент к заработной плате 15% должностного оклада в месяц. 

При трудоустройстве работодателем определено рабочее место ФИО1 на территории ФГАОУ ВО «УрФУ имени первого Президента России ФИО2»: пр-т Ленина, д. 51, г. Екатеринбург, с которым ООО «УК «Сервис» был заключен договор на услуги по комплексной уборке зданий, прилегающей территории и обслуживанию посетителей гардеробов № 43-12/1025-2022.

Данное обстоятельство стороной ответчика не оспаривалось.

За период работы ФИО1 к дисциплинарной ответственности работодателем не привлекалась. 

Организационные вопросы с руководством ООО «УК «Сервис» разрешались путем направления сообщений в общем чате мессенджера WhatsApp с момента трудоустройства ФИО1 

16.06.2023 ФИО1 и иным работникам ООО «УК «Сервис» было отказано в доступе на территорию ФГАОУ ВО «УрФУ имени первого Президента России ФИО2». В последующем от представителей ФГАОУ ВО «УрФУ имени первого Президента России ФИО2» работникам, в том числе истцу, стало известно о расторжении договора на услуги по комплексной уборке зданий, прилегающей территории и обслуживанию посетителей гардеробов № 43-12/1025-2022. 

Согласно табелю учета рабочего времени ФИО1 15.06.2023 отработано 6,2 часа.

15.06.2023 ответчиком издан приказ № 8 об установлении места работы в связи с односторонним отказом от заключенного договора по инициативе УрФУ, согласно которому для уборщиков и менеджеров клининга с 09.00 16.06.2023 до 31.07.2023 установлено место работы по адресу: 

<

...>, с 09.00 01.08.2023 установлено место работы по адресу: 

<

...>, литер 117, пом. 35.

Актом от 15.06.2023 зафиксирован факт отказа ФИО1 15.06.2023 в 09.00 от подписи в ознакомлении с приказом от 15.06.2023 № 8 «Об установлении места работы», приказ зачитан вслух в присутствии ФИО1

Согласно объяснениям стороны ответчика о расторжении договора с образовательной организацией стало известно утром 15.06.2023. Сотрудником отдела кадров утром был подготовлен приказ об установлении места работы, направлен директору по электронной почте, представители ответчика утром 15.06.2023 приехали к месту работы истца и предприняли меры по уведомлению истца об установлении нового места работы.

Истец оспаривала доводы ответчика, указала, что с данным актом не была ознакомлена, утром в 09.00 15.06.2023 встречу с представителями ответчика отрицала. 

Истцом представлена переписка из общего чата в мессенджера WhatsApp, наличие данного чата и обстоятельств переписки стороной ответчика не оспаривалось, согласно данной переписки информация о прекращении договора с образовательной организацией впервые сообщена сотрудником ответчика 15.06.2023 в 18.38, от представителя ответчика получено сообщении о продолжении работы, выходе на работу 16.06.2023 по графику, в случае отказа в допуске пропуска сохранить, передать Андрею Васильевичу в день, когда будет отказано в допуске, выдачи заработной платы не будет без отметки о сдаче пропуска.

16.06.2023 в чате работником ответчика сообщено о том, что работников на работу не допускают, пропуска отбирают, представителем ответчика дано указание по подготовке инвентаря, оборудования к сдаче, сдаче табелей за июнь, кроме того, работодатель был проинформирован о том, что сотрудники будут выходить на работу от ИП ФИО12, так как всем нужна работа, 20.06.2023 представителем ответчика указано, что ожидают решение нового подрядчика по инвентарю, после будет проведена инвентаризация и увольнение с выплатой заработной платы, в последующем неоднократно работодателю были адресованы вопросы о сроках выплаты заработной платы за май и за июнь, сторона ответчика сообщила о принятых действий по разрешению спора с образовательной организацией в связи с незаконным расторжением договора, также из представленной переписки следует, что ответчик приглашал работником явиться для разрешения вопроса о дальнейшем трудоустройстве, однако извещений работникам об изменении места работы направлено не было.

Из показаний свидетеля ФИО11 следует, что каких-либо уведомлений от ответчика о смене места работы ни 15.06.2023, ни в иную дату до работников не доводилось. 

Показания указанного свидетеля судом принимаются в качестве доказательства по делу, поскольку свидетель являлся работником ответчика, очевидцем событий, связанных с расторжением договора образовательной организацией и дальнейшим осуществлением трудовой деятельности у ответчика. При этом наличие какой-либо заинтересованности свидетеля в исходе данного дела не установлено, наличие индивидуального трудового спора свидетеля с ответчиком показателем его заинтересованности не являются.

Показания же свидетелей ФИО3, ФИО13 фактически отражают позицию, занятую по делу ответчиком, какими-либо доказательствами они не подтверждены, противоречат фактическим обстоятельствам, установленным судом.

Согласно положениям ст. 72.1 Трудового кодекса Российской Федерации не требует согласия работника перемещение его у того же работодателя на другое рабочее место, в другое структурное подразделение, расположенное в той же местности, поручение ему работы на другом механизме или агрегате, если это не влечет за собой изменения определенных сторонами условий трудового договора.

Суд, руководствуясь положениями ст. 72.1 Трудового кодекса Российской Федерации, оценив представленные доказательства в указанной части приходит к выводу, что в рассматриваемом случае у ответчика отсутствовала обязанность по предварительному (за два месяца) уведомлению ответчика об изменении места работы у данного работодателя, в связи с расторжением договора с образовательной организацией ответчиком обоснованно в целях урегулирования дальнейшей трудовой деятельности сотрудников издан приказ об установлении места работы.

Однако ответчиком не были предприняты меры к надлежащему уведомлению истца о месте работы и доведения приказа от 15.06.2023 до сведения истца. Доводы ответчика об ознакомлении истца в 09.00 15.06.2023 с данным приказом иными доказательствами, кроме акта об отказе от ознакомления, не подтверждены, опровергаются представленными истцом доказательствами, в частности, перепиской из общего чата, показаниями свидетеля ФИО11

Из представленных доказательств, напротив, усматривается, что в указанную в приказе дату 15.06.2023 в 09.00 ответчиком каких-либо мер по установлению истцу места работы и уведомлению об этом истца не предпринималось, при этом в общем рабочем чате 16.06.2023 до представителя ответчика Елены доведена информация, что работники будут выходить на прежнее место работы от имени нового подрядчика.

Из представленных суду актов следует, что в период с 16.06.2023 по 07.12.2023 ООО «УК «Сервис» производилась фиксация отсутствия ФИО1 на рабочем месте.

Между тем, в отсутствие надлежащего уведомления ФИО1 об изменении места работы у нее отсутствовала обязанность выходить на работу в офис по адресу: 

<

...>, соответственно, акты отсутствия на рабочем месте, составленные ответчиком в период с 16.06.2023 по 07.12.2023, не могут быть приняты во внимание судом. 

На основании оценки совокупности представленных доказательств суд приходит к выводу, что акты об отсутствии истца на работе были составлены ответчиком формально, после того, как ответчик не смог урегулировать с истцом вопрос выплаты заработной платы и прекращения трудовых отношений.

20.06.2023 ответчиком составлено уведомление о предоставлении ФИО1 письменного объяснения по факту отсутствия на рабочем месте в период с 16 по 20 июня 2023 года, на уведомлении сделана запись об отказе от подписи.

20.06.2023 ответчиком составлен акт о том, что 20.06.2023 в 11.30 зафиксирован факт вручения уведомления истцу о необходимости предоставить письменное объяснение об отсутствии на рабочем месте с 16.06.2023 по 20.06.2023, истец уведомление получать отказалась, уведомление зачитано вслух.

К указанным уведомлению и акту суд относится критически, так как из данных документов не следует каким образом и где ответчиком была предпринята попытка вручения истцу указанного уведомления, а истец отказался от получения данного документа, данное уведомление истцу не направлялось, истцом указанные в акте от 20.06.2023 обстоятельства оспариваются, о наличии данного акта истцу стало известно после обращения в прокуратуру и предоставления данных документов в ходе прокурорской проверки, также поведение ответчика в спорный период зафиксировано в рабочей переписке в общем чате, из которой следует, что ответчиком решались вопросы инвентаризации, сбора инвентаря и материалов, выплаты заработной платы, ответчику достоверно было известно о продолжении работниками работы на объектах, которые ранее обслуживались ответчиком, но у другого подрядчика, вопросами соблюдения трудового законодательства в части установления места работы сотрудникам, истребования у работников каких-либо объяснений ответчиком не предпринимались.

06.10.2023 ответчиком на имя истца составлено уведомление о предоставлении письменного объяснения по факту отсутствия на рабочем месте с 16.06.2023.

Указанное уведомление направлено истцу почтой 12.10.2023.

20.11.2023 ответчиком на имя истца составлено уведомление о предоставлении письменного объяснения по факту отсутствия на рабочем месте с 16.06.2023, на уведомлении содержится отметка об отказе истца от получения на руки уведомления, уведомление зачитано вслух. 

20.11.2023 ответчиком составлен акт о фиксации 20.11.2023 в 13.00 факта вручения уведомления о необходимости предоставить письменное объяснение об отсутствии на рабочем месте с 16.06.2023 истцу, уведомление истец получать отказалась, уведомление было зачитано вслух.

В соответствии с приказом № 00ЗК-000071 от 07.12.2023 трудовой договор с истцом расторгнут на основании пп. а п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации за прогул.

В качестве основания для издания приказа о прекращении (расторжении) трудового договора работодатель указал на акты об отсутствии на рабочем месте, уведомление о предоставлении письменного объяснения от 06.10.2023, акт о неполучении уведомления от 16.11.2023, докладная о неполучении уведомления от 16.11.2023, уведомление о предоставлении письменного объяснения от 20.11.2023, акт об отказе в получении уведомления, уведомление зачитано вслух 20.11.2023, докладная об отказе в получении уведомления, которое зачитано вслух при свидетелях от 21.11.2023, акт о не предоставлении письменного объяснения от 27.11.2023, докладная о не предоставлении письменного объяснения от 01.12.2023.

С приказом ФИО1 не была ознакомлена, в приказе сделана запись следующего содержания: «с приказом не ознакомлена в связи с отсутствием на рабочем месте 07.12.2023», удостоверена подписями ФИО6, ФИО14, ФИО3

Таким образом, суд полагает установленным, что после одностороннего отказа ФГАОУ ВО «УрФУ имени первого Президента России ФИО2» от исполнения договора работодатель с ФИО1 не связывался, сведения о месте работы, необходимости явки в офис ООО «УК «Сервис» не предоставлял, режим простоя с 15.06.2023 по 07.12.2023 работодателем не вводился. 

Принимая во внимание, что при недоказанности ответчиком законности действий по установлению истцу иного места работы и надлежащего уведомления истца об этом, отсутствие истца на рабочем месте в офисе ответчика по ул. ФИО7 д. 3 и ФИО8, д. 28 носило правомерный характер, суд приходит к выводу о незаконности приказа № 00ЗК-000071 от 07.12.2023 о прекращении (расторжении) трудового договора с истцом и увольнении истца за прогул и наличии оснований для удовлетворения исковых требований о восстановлении истца на работе в должности менеджера клининга.

Восстановление работника на работе в связи с признанием незаконным его увольнения является основанием для взыскания в пользу работника среднего заработка за период вынужденного прогула (ч. 2 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации).

В связи с тем, что увольнение истца произведено с нарушением трудового законодательства, суд считает, что подлежит удовлетворению требование истца о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула с 07.12.2023 (согласно исковым требованиям).

Исчисление подлежащего взысканию среднего заработка производится с учетом требований, предусмотренных ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации и Положений об особенностях порядка исчисления заработной платы, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 24.12.2007 г. N 922, в соответствии с пунктами 4, 9 которого для производства расчета подлежащего взысканию среднего заработка, необходимо установить сумму заработной платы фактически начисленной за отработанные дни за 12 календарных месяцев, предшествующих увольнению, которую следует разделить на количество фактически отработанных в этот период дней, после чего полученный, таким образом дневной заработок умножить на количество рабочих дней в периоде, подлежащем оплате.

Таким образом, учету при исчислении среднего дневного заработка подлежит сумма заработной платы, фактически начисленная истцу за отработанные дни за 12 календарных месяцев, предшествующих увольнению.

Соответственно, расчет среднего дневного заработка, произведенный истцом, не может быть принят во внимание судом, поскольку произведен с нарушением ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации и Положений об особенностях порядка исчисления заработной платы, утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации от 24.12.2007 г. N 922.

Ответчиком представлен расчет, согласно которому средний дневной заработок истца составил 388,80 руб., ответчиком учтена фактическая заработная плата, начисленная и выплаченная истцу.

Суд соглашается с расчетом среднего заработка, представленным стороной ответчика, поскольку такой расчет произведен в соответствии со ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации, исходя из фактически произведенных ответчиком в пользу истца выплат за все время трудовой деятельности, расчет судом проверен и является правильным.

Согласно данных производственного календаря для пятидневной рабочей недели, количество дней, подлежащих оплате за период вынужденного прогула, исчисляемого с 07.12.2023 (согласно заявленным истцом требованиям) по 20.09.2024 (дата вынесения настоящего решения), составляет 200 дней.

Таким образом, средний заработок за период вынужденного прогула с 07.12.2023 по 20.09.2024 составил 77 760 руб. (388,80 руб. х 200 дней).

Ответчиком не представлены в суд доказательства, свидетельствующие, что заработная плата истцу начислена и выплачена в указанном размере, либо в ином размере. 

Исходя из заявленных требований истцом, суд считает, что с ответчика в пользу истца подлежит взысканию задолженность по заработной плате за время вынужденного прогула за период с 07.12.2023 по 20.09.2024 в сумме 77 760 руб. с удержанием при выплате налога на доходы физических лиц (п. 1 ст. 207, подп. 6 п. 1 ст. 208 Налогового кодекса Российской Федерации).

Истец в исковом заявлении ссылается на то, что заработная плата состояла из двух частей 17 050 руб. согласно трудовому договору и 20 000 руб. неофициально, при этом доказательства изменения размера заработной платы, заключения дополнительного соглашения к трудовому договору, факта получения иного размера заработной платы, чем установлен в трудовом договоре, истцом суду представлено не было, истцом не был доказан факт согласования работодателем в установленном законом порядке условия об оплате труда с учетом неофициальной заработной платы.

Расчет и начисление заработной платы производились работодателем в соответствии с табелями учета рабочего времени, представленными в материалы дела, что подтверждается расчетными листками.

Из анализа расчетных листков следует, что за период трудовых отношений заработная плата была начислена истцу по окладу с учетом отработанного времени. Удержаний из заработной платы, кроме налога работодателем не производилось.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание, что размер должностного оклада определен сторонами по взаимному волеизъявлению в заключенном трудовом договоре и дополнительном соглашении к нему, исходя из установленного размера должностного оклада истцу выплачивалась заработная плата, оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании неофициальной заработной платы в размере 20 000 руб. за май 2023 года и 8 800 руб. за июнь 2023 года, у суда не имеется, как и не имеется основания для включения данной суммы в расчет среднего дневного заработка и заработной платы за время вынужденного прогула, а также взыскания компенсации за задержку выплаты заработной платы по день фактической выплаты заработной платы.

В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размера его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Факт нарушения трудовых прав истца со стороны ответчика нашел свое подтверждение в ходе судебного разбирательства. В связи с чем, требования истца о взыскании компенсации морального вреда подлежат удовлетворению.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает, что истец, в связи с незаконным увольнением объективно испытала и испытывает нравственные страдания. С учетом указанных обстоятельств, а также требований закона о разумности и справедливости, суд полагает необходимым удовлетворить требования истца о компенсации морального вреда в размере 20 000 руб.

В силу ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

В связи с чем, с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 2 832,80 руб. 

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Прокурора Чкаловского района города Екатеринбурга в интересах ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «УК «Сервис» о признании приказа незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы, среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Признать приказ № 003К-000071 от 07.12.2023 о прекращении (расторжении) трудового договора с работником ФИО1 по пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации незаконным.

Восстановить ФИО1 на работе в ООО «УК «Сервис» в должности менеджера клининга с 16.06.2023.

Решение в части восстановления на работе подлежит немедленному исполнению.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «УК «Сервис» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО1 (паспорт №) заработную плату за время вынужденного прогула за период 07.12.2023 по 20.09.2024 в размере 77 760 руб., компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «УК «Сервис» государственную пошлину в доход местного бюджета в сумме 2 832,80 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Чкаловский районный суд г. Екатеринбурга

Судья /подпись/

Копия верна. Судья: И.В.Зырянова