Мировой судья судебного участка № в Первомайском судебном районе в городе Омске Наделяева А.Н. 

Дело № 12-292/2020

55MS0111-01-2020-004342-32

Р Е Ш Е Н И Е

Первомайский районный суд города Омска

в составе председательствующего судьи Кулькова В.С.,

при секретаре Шонус Т.И., 

рассмотрев 13 ноября 2020 года в городе Омске в открытом судебном заседании жалобу ФИО1 на постановление мирового судьи судебного участка № в Первомайском судебном районе в городе Омске от 01 октября 2020 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ,

установил:

Постановлением мирового судьи судебного участка № в Первомайском судебном районе в городе Омске 01 октября 2020 года (резолютивная часть оглашена 28 сентября 2020 года) ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, и ему назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 30000 рублей с лишением права управления транспортными средствами сроком на 1 год 8 месяцев.

Не согласившись с данным постановлением, ФИО1 обратился в Первомайский районный суд города Омска с жалобой, в обосновании которой указал, что постановление вынесено с существенным нарушением норм материального и процессуального права. Указывает, что его отказ от прохождения медицинского освидетельствования был принят мировым судом как бесспорное доказательство, при этом требования ст. 26.11 КоАП РФ в ходе судебного разбирательства соблюдены не были. Изложенным им и его представителем доказательствам и доводам в их совокупности мировым судом должная оценка не дана. Отмечая объективную сторону данного правонарушения, а также формальный состав административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 12.26 КоАП РФ, суд не принял во внимание обстоятельства отказа от прохождения медицинского освидетельствования, временной промежуток между отказом от освидетельствования и прохождением освидетельствования по инициативе самого водителя, соблюдение правил проведения такого освидетельствования и т.п. (п.8 Постановления ВС РФ № 18 от 24.10.2006 г.). Так, мировым судом не дана правовая оценка того факта, что сотрудник ГИБДД не ограничился лишь предусмотренными ему КоАП РФ полномочиями, а совершил действия такого характера, без которых отказ от прохождения медицинского освидетельствования, не был бы совершен. Факт введения его в заблуждение, о котором он заявлял в своем ходатайстве в мировом суде, а также в ходе судебного заседания, мировым судом отнесен лишь к мотивам отказа, не влияющим на объективную сторону административного правонарушения. Запись в протоколе об административном правонарушении «отказываюсь» была получена должностным лицом с нарушением закона, вследствие введения его в заблуждение. Инспектор ПДПС дважды предлагал ему выйти из машины и убедительно советовал под камерой видеорегистратора отказаться от поездки в медучреждение, что он и сделал, поверив заверениям сотрудника полиции, что ему за это ничего не будет, что это всего лишь формальность, и что пройти медицинское освидетельствование он сможет в любое удобное для него время. Данный факт мог быть подтвержден в суде при наличии записи видеорегистратора в полном объеме, если бы его ходатайство об ее истребовании мировым судом было удовлетворено. На видеозаписи, представленной сотрудником ГИБДД, видно и слышно, что он отказывается не от прохождения медицинского освидетельствования, а от поездки в медучреждение. Будучи убежденным, что он сможет пройти медицинское освидетельствование в любое удобное для него время, он подписал отказ от прохождения медицинского освидетельствования. Из этого следует, что фактического отказа от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения с его стороны не было, более того им были предприняты усилия для его прохождения, что подтверждается тем, что сразу после осознания произошедшего, он дважды заявлял о своей готовности пройти эту медицинскую процедуру, вначале инспектору ПДПС, а затем вызванному им дежурному. Это подтверждается также тем, что, получив двойной отказ сотрудников ГИБДД о препровождении его в медучреждение для прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (зафиксировано на видеозаписи), он вынужден был сразу после эвакуации его автомобиля самостоятельно поехать в наркологический диспансер БУЗО НД, где прошел полное медицинское освидетельствование на состояние опьянения с отрицательным результатом. Если бы его просьба доставить его в медучреждение была удовлетворена, он уложился бы в двухчасовой промежуток времени. Таким образом, отказ от медицинского освидетельствования не может быть допустимым доказательством, т.к. получен с нарушением закона. В качестве обстоятельства, послужившего законным основанием для направления на медицинское освидетельствование, в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения должностным лицом указано на наличие признака опьянения - поведения, не соответствующего обстановке. Ссылаясь на п. 3 ст. 29.1 КоАП РФ указывает, что анализу правильности составления протоколов мировым судом должного внимания не уделено, его доводы и замечания по составлению и оформлению протоколов и их копий судом не были приняты. В акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения в признаке, являющемся основанием для направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, а именно «поведение, не соответствующее обстановке», слово «нет» исправлено на «да». Таким образом, было изменено содержание данного процессуального документа с позитивного на негативное. В нарушение положений КоАП, исправление в указанном протоколе было внесено в одностороннем порядке, без его присутствия, что лишило его правовой возможности для защиты его прав и законных интересов. То есть в первоначальном документе не содержится ни одного признака, являющегося достаточным основанием полагать, что он находился в состоянии опьянения. Законность направления его на любое освидетельствование опровергается также протоколом об отстранении от управления транспортным средством, в котором не указан ни один из перечисленных признаков, являющихся основанием для проведения процедуры освидетельствования на алкогольное или наркотическое опьянение. Доводы защитника о предположительности наличия у него каких-либо признаков опьянения, а также о том, что сотрудником ГИБДД не указаны конкретные признаки опьянения судом были отклонены. Ссылаясь на достаточность основания полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения при наличии признака «поведение, не соответствующее обстановке», судом не было учтено, что данный признак не указан в протоколе об отстранении транспортным средством. В копии указанного протокола (07.08.2020 г.) графа «копию протокола получил» не заполнена, отмечена галочкой. В протокол в эту же графу внесена запись «вручена», что доказывает факт непредставления ему данного протокола для ознакомления и подписания. На основании непредставления ему указанного протокола на ознакомление и подписание, отсутствия указания на признаки опьянения, наличия неоговоренных исправлений, указанный протокол не должен был быть признан мировым судом допустимым доказательством, и, вследствие этого, исключен из доказательной базы. Мировым судом не был принят во внимание его довод об отсутствии видеофиксации составления протоколов и их подписания. Протоколы составлены согласно положению, гл.27 (ст.27.12) КоАП, поэтому присутствие понятых или применение видеозаписи при их составлении обязательно. Посчитав, что видеозапись направления на медицинское освидетельствование «является полной, непрерывной и последовательной.. . », суд не учел факт отсутствия на представленной видеозаписи самой процедуры составления указанного и других протоколов, требующих присутствия понятых либо ведения видеозаписи. Мировым судом не было удовлетворено его ходатайство об истребовании полной видеозаписи, выполненной видеорегистратором автомобиля ПДПС. При условии удовлетворения ходатайства, в ходе досудебного и судебного расследований можно было в полной мере проанализировать и оценить правовые позиции обеих сторон. Мировым судом неверно истолкованы его пояснения по поводу не подписания всех протоколов кроме одного, «в связи с конфликтной ситуацией с инспектором». На самом деле, он отказался только от подписания одного протокола, а именно протокола об административном правонарушении; протокол об отстранении от управления транспортным средством, как указывалось выше, не был ему представлен для подписания; в акте освидетельствования на состояние опьянения, в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, в протоколе о задержании транспортного средства стоит его подпись, что подтверждается материалами дела. Из вышеизложенного следует, что его вина в совершении указанного административного правонарушения не доказана и не подтверждена материалами дела и его действия не могут быть квалифицированы по ч.1 ст.12.26 КоАП РФ. На основании вышеизложенного, просит отменить постановление мирового судьи судебного участка № в Первомайском районном суде в г. Омске от 01.10.2020 г., производство по делу прекратить в связи с отсутствием состава правонарушения. 

В дополнениях к жалобе ФИО1 со ссылкой на пункт 224 Регламента, указывает, что на видеозаписи должна быть зафиксирована вся процедура отстранения от управления транспортным средством, в том числе моменты, фиксирующие момент остановки транспортного средства, а также факт установления каких-либо признаков опьянения. В приложенной видеозаписи не усматривается наличие признаков опьянения, его поведение корректно, реакция на действия и вопросы сотрудника полиции адекватна и воспринимается с полным доверием, неадекватности поведения не усматривается, кроме того не усматривается каким образом инспектор выявлял у него признаки опьянения. Видеофиксация процедуры составления протокола, ознакомления с ним и его подписания на видеозаписи отсутствует. Представленная видеозапись фиксирует грубые нарушения проведения инспектором ГИБДД процедуры отстранения от управления транспортным средством, при этом не является доказательством его вины, т.к. не подтверждает наличие у него признаков опьянения. Указывает, что в отсутствие каких-либо оснований, он был подвергнут процедуре освидетельствования на состояние алкогольного опьянения. На эту процедуру он согласился сразу, будучи полностью уверенным в своей трезвости, освидетельствование показало отрицательный результат. На видеозаписи зафиксирован факт устного согласия с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, а видеофиксация самой процедуры подписания соответствующего акта отсутствует, хотя указанное процессуальное действие проводилось, акт им подписывался. Это доказывает, что представленная видеозапись не является полной и непрерывной. Во время подписания акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения все признаки опьянения, перечисленные в указанном акте, были сотрудником ГИБДД отмечены словом «нет». В отметке признака «поведение, не соответствующее обстановке» слово «нет» было исправлено на слово «да». Камера видеорегистратора, если бы видеосъемка проводилась непрерывно и в правильном режиме, обязательно зафиксировала бы этот факт исправления первоначального текста. Данное исправление нельзя отнести к технической ошибке, во-первых, потому что оно относится к единственному инкриминируемому признаку, во-вторых, в нарушение закона, о внесенном исправлении ему не было сообщено. Указывает, что видеозапись, приложенная к акту освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, также не может быть признана допустимым доказательством. Мировым судьей дано ошибочное толкование ч. 1 ст.12.26 КоАП РФ. Согласно мнению судьи, у трезвого человека, так же как у пьяного допускается наличие признаков опьянения, а мотивы отказа, связанные с обстоятельствами отказа не имеют правового значения. Данное утверждение противоречит закону, в частности, Постановлению Пленума ВС РФ от 24 октября 2006 г. № 18. Субъективная сторона правонарушения, определяемая и характеризующаяся исключительно наличием в действиях виновного прямого умысла, судом не рассматривалась. Материалами дела прямой умысел, заключающийся в уклонении от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения не подтверждается. Судом также не принято во внимание положения указанного Постановления о том, что «Обстоятельства, послужившие законным основанием для направления водителя на медицинское освидетельствование, должны быть указаны в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения (часть 4 статьи 27.12 КоАП РФ) и в протоколе об административном правонарушении, как относящиеся к событию административного правонарушения (ч. 2 ст. 28.2 КоАП РФ). Как видно из материалов дела, в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование выделен п. 3 в качестве основания для направления на медицинское освидетельствование; в качестве обстоятельства, относящегося к событию административного правонарушения, обозначено «поведение, не соответствующее обстановке». В протоколе обстоятельства, послужившие законным основанием для направления на медицинское освидетельствование не обозначены, чем нарушен принцип идентичности сведений в указанных протоколах. Утверждение мирового судьи о том, что «последующее согласие ФИО1 на прохождение медицинского освидетельствования на состояние опьянения не свидетельствует об отсутствии в его действиях состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 cт.12.26 КоАП РФ и не является основанием для освобождения его от административной ответственности», сделано без учета положения указанного Постановления, допускающего самостоятельное прохождение медицинского освидетельствования на состояние опьянения. Как видно из материалов дела, судом обстоятельства отказа от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения не рассматривались. Что касается временного промежутка, то он мог быть короче, при условии выполнения сотрудниками ГИБДД его настоятельной просьбы о препровождении его в медицинское учреждение. По независящим от него объективным обстоятельствам (был принят на обследование в 8 - 50 часов). Однако, этот временной промежуток установлен исключительно для сотрудников ГИБДД. Тем не менее, он сделал все от него зависящее, чтобы в кратчайший срок пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения. Соблюдение правильности проведения процедуры медицинского освидетельствования на состояние опьянения и оформления ее результатов могло быть проверено путем анализа акта о проведении медицинского освидетельствования. Указанное положение Постановления ВС РФ судом учтено не было, вследствие чего представленный им акт освидетельствования на состояние опьянения был исключен из доказательной базы, что нарушило его право на защиту. В совокупности с другими доказательствами, свидетельствующими о незаконности направления его на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, принятие к рассмотрению представленного акта о прохождении медицинского освидетельствования с отрицательным результатом способствовало бы укреплению его правовой позиции относительно объективной стороны вменяемого ему административного правонарушения. Утверждение мирового судьи о разъяснении ему прав, опровергаются материалами дела, в том числе видеозаписью направления на медицинское освидетельствование» опровергается этой же видеозаписью, из которой следует, что инспектор ограничивается лишь инструктажем по правильному использованию алкотестера, далее озвучивается, что «освидетельствование на состояние опьянения проводится в медицинском учреждении». Исходя из положений п. 2 ч. 4 ст. 5 ФЗ «О полиции», п. 45 Приказа МВД РФ № 664, инспектор ГИБДД обязан был разъяснить суть совершаемого нарушения, выразившегося в подписании отказа, а также последствия отказа, предусмотренные санкциями ч.1 ст.12.26 КоАП РФ, что сделано не было, чем грубо нарушено его право на защиту. Возникающее в связи с составлением протокола об административном правонарушении право на защиту ему также предоставлено не было: разъяснений прав не было, возможность дать письменные объяснения и замечания не предоставлялась. О том, что он имел право написать свои объяснения и замечания по поводу происходящего, инспектор намеренно утаил, дать устные объяснения под камеру видеорегистратора не позволил, резко прервав видеозапись. На самом деле, он не отказывался от подписания протокола, а сказал, что подпишет протокол после приезда дежурного инспектора, надеясь прояснить ситуацию и разрешить конфликтную ситуацию, возникшую в ходе проведения процедуры по направлению его на медицинское освидетельствование. После того, как он сказал, что подпишет протокол только после общения с дежурным, инспектор собственноручно, без его ведома, внес в протокол как «отказ» от подписания протокола, так и «отказ» от объяснений и замечаний по содержанию протокола, а также запись «доведено» в графу о разъяснении прав, предусмотренных ст.25.1 КоАП РФ и ст. 51 Конституции РФ. Как следует из материалов дела, никакие права при составлении протокола об административном правонарушении ему не разъяснялись, от объяснений и замечаний он не отказывался, напротив, на этом настаивал. Верховный Суд РФ неоднократно указывал на обязательность видеофиксации момента разъяснения прав, последствий отказа и самого отказа при составлении протокола об административном правонарушении. Дежурный, приехавший через 40 минут, выслушав его доводы, также не озвучил, что он имее право дать письменные пояснения с дальнейшим приложением их к протоколу, сказав, что он все понимает, но уже поздно и ничего сделать нельзя, т.к. протокол уже оформлен, уехал. Изложенное свидетельствует о том, что он не был осведомлён сотрудниками ГИБДД об объеме предоставленных ему процессуальных прав в соответствии с п. 2 ч.4 ст. 5 ФЗ «О полиции», а также с п. 45 Регламента, что повлекло нарушение его прав на защиту. 

ФИО1 в судебном заседании доводы жалобы поддержал в полном объеме, просил отменить постановление по указанным в жалобе основаниям.

Выслушав ФИО1, изучив материалы дела об административном правонарушении, оценив доводы жалобы, суд пришел к следующему.

В соответствии с положениями ст. 24.1 КоАП РФ задачами производства по делам об административных правонарушениях являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом, обеспечение исполнения вынесенного постановления, а также выявление причин и условий, способствовавших совершению административных правонарушений.

Согласно ст. 26.11 КоАП РФ судья, осуществляющий производство по делу об административном правонарушении, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела в их совокупности. Никакие доказательства не могут иметь заранее установленную силу.

Статьей 2.1 КоАП РФ установлено, что административным правонарушением признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое настоящим Кодексом или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность.

Судья, в соответствии со ст. 30.6 ч. 3 КоАП РФ, не связан доводами жалобы и проверяет дело в полном объеме, в том числе законность и обоснованность привлечения лица к административной ответственности.

В соответствии с п. 1.2 Правил дорожного движения РФ водитель - лицо, управляющее каким-либо транспортным средством.

Согласно ст. 27.12 КоАП РФ, лицо, которое управляет транспортным средством и в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что это лицо находится в состоянии опьянения, подлежит отстранению от управления транспортным средством до устранения причины отстранения. Лицо, которое управляет транспортным средством и в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что это лицо находится в состоянии опьянения, подлежит направлению на медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Пунктом 2 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, утвержденных постановлением Правительства РФ от 26 июня 2008 г. № 475, установлено, что освидетельствованию на состояние алкогольного опьянения, медицинскому освидетельствованию на состояние опьянения подлежит водитель транспортного средства, в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что он находится в состоянии опьянения.

Достаточными основаниями полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения, является наличие одного или нескольких следующих признаков: а) запах алкоголя изо рта; б) неустойчивость позы; в) нарушение речи; г) резкое изменение окраски кожных покровов лица; д) поведение, не соответствующее обстановке (п. 3 Правил). 

В соответствии с пунктом 2.3.2 Правил дорожного движения водитель обязан проходить по требованию сотрудников полиции освидетельствование на состояние опьянения.

Невыполнение водителем законного требования сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения образует состав административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ и влечёт наложение административного штрафа и лишение права управления транспортными средствами на срок от полутора до двух лет.

Исходя из вышеизложенного, объективная сторона правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, выражается именно в неисполнении законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении водителем медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

В данном случае наличие в действиях ФИО1 состава инкриминируемого ему правонарушения подтверждается материалами дела: протоколом 

<

адрес> от 07.08.2020 года об административном правонарушении, составленным инспектором ДПС ПДПС ГИБДД по г. Омску ФИО2 о том, что 07.08.2020 года в 04 час 00 минут в районе 

<

адрес> в 

<

адрес>, в нарушение пункта 2.3.2 Правил дорожного движения ФИО1 управлял автомобилем «Мазда Фамилия», государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, с признаками опьянения, не выполнил законного требования сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования (л.д.2); протоколом об отстранении от управления транспортным средством 

<

адрес> от 07.08.2020 года (л.д. 3); протоколом 

<

адрес> от 07.08.2020 года о направлении на медицинское освидетельствование, согласно которому ФИО1 управлял транспортным средством с признаками опьянения: поведение не соответствующее обстановке, от прохождения медицинского освидетельствования последний отказался (л.д. 2); актом 

<

адрес> освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, согласно которому у ФИО1 не установлено состояние алкогольного опьянения (л.д. 4); протоколом 

<

адрес> о задержании транспортного средства (л.д. 5); рапортом инспектора ДПС ПДПС ГИБДД УМВД России по г. Омску ФИО2 от 07.08.2020 года (л.д.7); видеозаписью (л.д.11), и иными материалами дела, оцененными мировым судьей по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела в их совокупности (ст. 26.11 КоАП РФ).

Представленная в материалах дела видеозапись обоснованно признана мировым судьей одним из доказательств, которое в совокупности с иными доказательствами, позволило мировому судье сделать вывод о виновности ФИО1

Основанием для направления ФИО1 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения явилось наличие достаточных оснований полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения и отрицательном результате освидетельствования на состояние алкогольного опьянения - поведение не соответствующее обстановке, на что было указано в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование.

Протокол об административном правонарушении и иные материалы дела в отношении ФИО1 составлены уполномоченным должностным лицом в соответствии с требованиями административного законодательства, при этом ему были разъяснены его права и обязанности, предусмотренные ст. 25.1 КоАП РФ и ст. 51 Конституции РФ, что подтверждается видеозаписью, в связи с чем доводы жалобы об обратном являются необоснованными.

Существенных нарушений по порядку оформления административных материалов, влекущих за собой признание их недопустимыми доказательствами, по делу не установлено, при этом ненадлежащее заполнение инспектором ДПС протокола об отстранении от управления транспортным средством указанных последствий не влечет.

Какой-либо личной заинтересованности сотрудников ГИБДД в возбуждении административного производства в отношении ФИО1, как и оснований не доверять составленным административным материалам, не установлено.

То обстоятельство, что должностные лица ГИБДД наделены государственно-властными полномочиями по делам об административных правонарушениях, само по себе не может служить поводом к тому, чтобы не доверять составленным ими процессуальным документам, которые судья оценивает по своему внутреннему убеждению, в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ.

Доводы ФИО1 о наличии исправлений в акте освидетельствования на состояние опьянения о чем ему не было известно, не могут быть признаны обоснованными, и не свидетельствуют об отсутствии в его действиях состава вменяемого ему административного правонарушения, поскольку как следует из материалов дела, указанный акт был составлен в присутствии самого ФИО1 и был получен последним после его составления, при этом каких-либо замечаний им указано не было. 

На наличие признака «поведение не соответствующее обстановке» указано и в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Направление ФИО1 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения осуществлено должностным лицом ГИБДД при помощи средств видеофиксации, в связи с чем, согласно ч. 2 ст. 27.12 КоАП РФ участие понятых не требовалось.

Факт отказа ФИО1 от прохождения медицинского освидетельствования подтверждается просмотренной в судебном заседании видеозаписью, согласно которой последний на предложение инспектора ДПС проследовать для прохождения медицинского освидетельствования в медицинское учреждение, согласия не дал, в связи с чем происходящее верно расценено инспектором ДПС, а в последующем мировым судьей, как отказ от прохождения медицинского освидетельствования.

Таким образом, вина ФИО1 в совершении административного правонарушения полностью нашла своё подтверждение при рассмотрении дела мировым судьёй, и доказана имеющимися материалами дела, в его действиях верно установлен состав правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

Диспозиция ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ носит формальный характер, то есть состояние опьянения само по себе не является ни составообразующим, ни квалифицирующим признаком данного административного правонарушения, так как его реальное наличие или отсутствие у лиц указанных в диспозиции, не влияет на квалификацию. По указанной статье наказывается невыполнение водителем транспортного средства законного требования о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

В указанной связи, мировой судья правомерно не принял во внимание представленный ФИО1 акт медицинского освидетельствования № от 07.08.2020 г., согласно которому состояние опьянения у него не установлено, поскольку объективная сторона вмененного правонарушения заключается именно в невыполнении водителем законного требования сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, что и имело место в данном случае.

Вопреки доводам жалобы, представленные материалы свидетельствуют о том, что в ходе рассмотрения данного дела об административном правонарушении в соответствии с требованиями ст. 24.1 КоАП РФ были всесторонне, полно, объективно и своевременно выяснены обстоятельства совершенного административного правонарушения. Так, в силу требований ст. 26.1 КоАП РФ установлены: наличие события административного правонарушения, лицо, его совершившее, виновность указанного лица в совершении административного правонарушения, иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Суд отмечает, что изложенные в жалобе доводы являлись предметом рассмотрения в суде первой инстанции, обоснованно отвергнуты мировым судьей с подробной мотивировкой принятого решения и в дополнительной аргументации не нуждаются.

Других значимых доводов, дающих основания для сомнений в законности принятого мировым судьей решения жалоба не содержит и в судебном заседании не приведено.

Доводы жалобы по сути сводятся к переоценке доказательств и установленных мировым судьей фактических обстоятельств, а потому не влияют на законность и обоснованность вынесенного постановления.

Дело в отношении ФИО1 рассмотрено с его участием и участием его защитника, нарушений по порядку рассмотрения данного дела с вынесением постановления в отношении ФИО1 суд не находит.

Принцип презумпции невиновности не нарушен, каких-либо неустранимых сомнений, которые должны быть истолкованы в пользу лица привлекаемого к административной ответственности не усматривается.

Санкция ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ предусматривает наказание в виде административного штрафа в размере тридцати тысячи рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок от полутора до двух лет.

Административное наказание назначено ФИО1 в пределах санкции ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, с учетом общих правил назначения наказания, характера и степени общественной опасности, обстоятельств его совершения, личности виновного, а также с учётом отсутствия смягчающих административную ответственность обстоятельств и наличия отягчающего административную ответственность обстоятельства - повторное совершение однородного административного правонарушения, предусмотренных Главой 12 КоАП РФ, и является справедливым. 

В связи с изложенным, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены постановления мирового судьи и удовлетворения жалобы ФИО1

Руководствуясь ст. ст. 29.10, 30.7, 30.8 КоАП РФ, судья, - 

решил:

Постановление мирового судьи судебного участка № в Первомайском судебном районе в городе Омске от ДД.ММ.ГГГГ по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, в отношении ФИО1 оставить без изменения, жалобу - без удовлетворения.

.