РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

г. Югорск 22 ноября 2018 года

Югорский районный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в составе председательствующего судьи Хабибулина А.С., с участием:

представителя истца ФИО1, 

ответчика ФИО2, 

при секретаре Калинич Н.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по иску ФИО3 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения жилого дома и земельного участка, 

установил:

ФИО3 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО2 о признании недействительным договора дарения жилого дома и земельного участка. 

В обоснование заявления указала, что у её родителей К.А.М. и К.Г.И. было три дочери: ФИО3 (К.) Т.Г., К.З.Г. и ФИО2 (К.) Е.Г. В начале октября 2016 года у К.А.М. произошел инсульт, она проходила длительное лечение в Югорской городской больнице. После прохождения лечения К.А.М. вернулась домой, однако проблемы со здоровьем у нее остались. Она практически не ходила, очень нервничала, плакала, жаловалась дочерям по телефону, что замерзает, не могла самостоятельно готовить себе пищу, покупать продукты, требовала ухода и внимания. Поскольку все сестры проживали в разных городах, за К.А.М. по решению сестер ухаживала ФИО2, проживающая вместе с ней в 

<

адрес>, которая не работала и могла осуществлять постоянный уход. Считала, что ФИО2 использовала данную ситуацию для личной материальной выгоды, просила сестер присылать деньги на лекарства для матери, на медицинское оборудование, постоянно называя завышенные цены. В середине декабря 2016 г. ФИО2 в результате конфликта забрала у матери сотовый телефон, тем самым практически полностью прервав в связь с другими дочерьми. Она говорила матери, что другие дочери ее бросили, что она им не нужна. В феврале 2017 г. ФИО2 пригласила нотариуса – ФИО4 для оформления доверенности на получении пенсии за К.А.М., которая в это время уже очень плохо себя чувствовала, не отображала реальной действительности, заговаривалась. ДД.ММ.ГГГГ К.А.М. умерла. На дату открытии наследства – ДД.ММ.ГГГГ, нотариус ФИО4 сообщила наследникам, что в базе сведений по адресу: 

<

адрес> нет ни завещания, ни договора дарения. ДД.ММ.ГГГГ она пришла в офис нотариуса Смысловой для подачи заявления о принятии наследства, где ей стало известно о том, что в январе 2017 года между К.А.М. и ФИО2 был заключен договор дарения дома и земельного участка. Из Выписки ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ она узнала, что жилой дом, кадастровый № и земельный участок с кадастровым номером № принадлежит на праве собственности ФИО2 Считала, что К.А.М. не могла подарить дом с земельным участком ФИО2, поскольку она не отдавала отчет своим действиям, тяжело болела, принимала множество лекарств после пережитого инсульта. На момент составления договора дарения она была внушаема, находилась в изоляции от родственников, была под давлением ФИО2 и не могла самостоятельно выразить свою волю на сделку и подписать договор дарения, поскольку после инсульта у нее была парализована правая часть тела. Просила признать недействительным договор дарения жилого дома, кадастровый №, расположенного по адресу: 

<

адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между К.А.М. и ФИО2

ДД.ММ.ГГГГ истец увеличила требования, просила признать недействительным договор дарения указанного жилого дома, применить последствия недействительности сделки и отменить запись № на дом и запись № на земельный участок.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 требования поддержал, по основаниям, изложенным в иске и уточнении к нему, добавил что согласно заключению экспертов, хроническое депрессивное расстройство в форме дистимии у К.А.М. осложнилось симптомами органического поражении головного мозга с постепенно нарастающим легким когнитивным расстройством в связи со смешанными заболеваниями и на момент подписания договора дарения данное расстройство существенно ограничивало способность К. понимать значение своих действий и руководить ими. 

Ответчик ФИО2 иск не признала, поддержала объяснения, данные ею в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, добавила что ее мама - К.А.М. все понимала, со всеми общалась, пользовалась телефоном.

Истец ФИО3, третье лицо ФИО4, в судебное заседание не явились, будучи извещены.

Третье лицо ФИО4 представила возражения, в которых указала, что ДД.ММ.ГГГГ к ней обратилась ФИО2 с просьбой приехать к ее матери К.А.М. для оформления доверенности на получения денег с банковского счета. В этот же или на следующий день она приехала по адресу: 

<

адрес>, К.А.М. лежала в кровати, встать не могла, говорила медленно. На вопрос какого рода нужна доверенность К. ответила, что необходимо получить деньги, расписаться в доверенности сама не могла. К. сказала, что хотела бы переоформить дом на ФИО2. Учитывая, что К. сама не могла расписаться в доверенности, необходимо было привлечь рукоприкладчика. Приехав в нотариальную палату, подготовив документы и взяв с собой рукоприкладчика, она вернулась к К.. Еще раз объяснила содержание документов. Указала, что договор дарения не удостоверяла, это была простая письменная форма, она лишь засвидетельствовала подлинность подписи рукоприкладчика на договоре.

В силу ст. 167 ГПК РФ, суд считал возможным рассмотреть дело в отсутствие указанных лиц. 

Выслушав объяснения представителя истца, ответчика, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему. 

Как установлено судом и не оспаривалось сторонами, гр. К.А.М. владела на праве собственности жилым домом, общей площадью 59,2 кв.м., с земельным участком, площадью 1311 кв.м., расположенные по адресу: 

<

адрес> (т. 1 л.д. 49-52). 

ДД.ММ.ГГГГ К.А.М. по договору дарения безвозмездно передала указанный выше земельный участок с жилым домом в собственность одаряемой ФИО2 (т. 1 л.д. 68).

Согласно п. 1.4. договора дарения Одаряемый (ФИО2) приняла в дар от дарителя (К.) земельный участок с жилым домом. 

В пункте 3.8 договора дарения указано, что стороны подтверждают, что они в дееспособности не ограничены, под опекой и попечительством не состоят, по состоянию здоровья могут самостоятельно осуществлять свои права и исполнять обязанности, не страдают заболеваниями, препятствующими пониманию существа подписываемой сделки, у них отсутствуют обстоятельства, вынуждающие совершать настоящую сделку. 

Поскольку К. сама не могла расписаться в договоре, в соответствии с п. 3 ст. 160 ГК РФ по её просьбе, в присутствии нотариуса ФИО4, выступил рукоприкладчик Ф.Е.Н., которая получила соответствующее указание непосредственно от К.А.М.

Договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ зарегистрирован Управлением Росреестра ДД.ММ.ГГГГ за номером № 

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ К.А.М., которая приходилась матерью ФИО3 и ФИО2, умерла. 

Собственником спорного жилого дома с земельным участком по адресу: 

<

адрес>, в настоящее время является ФИО2

Положениями п. 1 ст. 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В соответствии с п. 1 ст. 167 ГПК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права и охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Из представленных в дело медицинских документов К.А.М., следует, что К. на момент подписания договора дарения ДД.ММ.ГГГГ, имела следующие заболевания: поздний восстановительный период геморрагического инсульта в мосте мозга от октября 2016 года, выраженный правосторонний гемипарез, гемигипестезия, моторная дизартрия, нарушение функций тазовых органов, выраженные когнитивные нарушения. Сопутствующие заболевания: Хронический пиелонефрит, сахарный диабет 2 типа, гипертоническая болезнь. 

Согласно пояснениям истца, ответчика, К.А.М. с октября 2016 года по день своей смерти самостоятельно не передвигалась, находилась в лежачем состоянии, нуждалась в постороннем уходе. 

Допрошенные судом свидетели высказали неоднозначное мнение относительно состояния здоровья и поведения умершей К. в момент подписания договора дарения, в связи с чем, судом назначена посмертная комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза.

Согласно заключению комиссии экспертов БУ ХМАО-Югры «Сургутская клиническая психоневрологическая больница» от ДД.ММ.ГГГГ №, К.А.М. в результате пережитых ею в период с 2001 по 2012 гг. трагических событий, начиная, как минимум, с 2012 года, и на протяжении последующих пяти лет, включая момент подписания договора дарения жилого и земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, обнаруживала признаки хронического депрессивного расстройства в форме дистимии. В последние два года жизни указанное хроническое депрессивное расстройство в форме дистимии, осложнилось симптомами органического поражения головного мозга с постепенно нарастающим легким когнитивным расстройством в связи со смешанными заболеваниями (гипертоническая болезнь, сахарный диабет, хроническая ишемия головного мозга, сенильная нейродегенерация), которое окончательно оформилось клинически в результате острого нарушения мозгового кровообращения по геморрагическому типу в левой половине моста мозга, случившегося ДД.ММ.ГГГГ. На момент подписания договора дарения жилого дома с земельным участком ДД.ММ.ГГГГ, имевшее место у К.А.М. хроническое депрессивное расстройство в форме дистимии, осложненное легким когнитивным расстройством в связи со смешанными заболеваниями, с высокой степенью вероятности существенно ограничивало способность К.А.М., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, понимать значение своих действий и руководить ими. К. на момент подписания договора дарения жилого дома с земельным участком от ДД.ММ.ГГГГ, какие-либо психотропные препараты, которые огранивали её способность понимать значение совершаемых действий и/или руководить своими действиями, не принимала (т. 2 л.д. 3). 

В соответствии с положениями ст. 86 ГПК РФ экспертное заключение является особым видом доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования. Вместе с тем оно оценивается судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании совокупности доказательств по делу.

В данном случае суд не усматривает оснований поставить под сомнение достоверность заключения посмертной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы, проведенной ДД.ММ.ГГГГ экспертами БУ ХМАО-Югры «Сургутская клиническая психоневрологическая больница», поскольку оно в полном объеме отвечает требованиям статей 55, 59-60 ГПК РФ, содержит подробное описание исследований материалов дела и медицинских документов, сделанные в результате их выводы и обоснованные ответы на поставленные вопросы.

Ответчиком не представлены суду объективные и допустимые доказательства в возражение против выводов судебной экспертизы.

Таким образом, суд приходит к выводу, что К.А.М. в момент совершения оспариваемой сделки не могла понимать значение своих действий и руководить ими, в результате чего отсутствовало ее волеизъявление на заключение сделки дарения от ее имени, следовательно, договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ является недействительным по основаниям ст. 177 ГК РФ

В этом случае, право собственности ответчика на спорный жилой дом с земельным участком подлежит прекращению, а государственная запись регистрации права собственности аннулированию.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

решил:

иск ФИО3 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения жилого дома и земельного участка удовлетворить.

Признать недействительным договор дарения земельного участка с жилым домом, общей площадью 59,2 кв.м., кадастровый № и земельного участка, с кадастровым номером № расположенные по адресу: 

<

адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между К.А.М., как дарителем и ФИО2, как одаряемым. 

Исключить из Единого Государственного Реестра прав на недвижимое имущество записи о праве собственности ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на жилой дом с земельным участком, по адресу: 

<

адрес>. 

Восстановить в Едином Государственном реестре прав на недвижимое имущество запись о праве собственности К.А.М. на жилой дом с земельным участком, по адресу: 

<

адрес>

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Федеральный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры через Югорский районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме. 

Решение принято в окончательной форме 27 ноября 2018 года.

Председательствующий судья подпись

Верно 

Судья А.С. Хабибулин 

Секретарь суда А.С. Чуткова