Дело № 2-718/2020 

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

с. Стерлибашево 08 июля 2020 года

Стерлибашевский межрайонный суд Республики Башкортостан в составе председательствующего судьи Багаутдиновой А.Р.,

при секретаре судебного заседания Каримовой Г.Д.,

с участием прокурора Нафикова Н.И., 

истца ФИО1, ее представителя ФИО2,

представителя Администрации муниципального района Стерлибашевский район РБ ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Администрации муниципального района Стерлибашевский район РБ о признании распоряжения незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л :

ФИО1 обратилась в суд с указанным иском, мотивируя его тем, что ДД.ММ.ГГГГ года между нею и ответчиком был заключен трудовой договор №, по которому истец была принята на должность директора 

<

данные изъяты>. Трудовые обязанности исполняла надлежащим образом, не имела каких-либо замечаний, обеспечивала успешную работу учреждения. Кроме того, с ДД.ММ.ГГГГ года работала в том же 

<

данные изъяты> в должности методиста.

После назначения на должность главы Администрации муниципального района Стерлибашевский район РБ ФИО4, в ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 было предложено написать заявление об увольнении по собственному желанию. После неоднократных отказов истца уволиться добровольно, главой Администрации было принято решение о ее увольнении в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 278 Трудового кодекса РФ.

Истец считает, что при ее увольнении были допущены нарушения ч. 4 ст. 261 Трудового кодекса РФ, поскольку истец одна воспитывает малолетнего ребенка в возрасте до четырнадцати лет, и в результате увольнения она и ее сын остались без средств к существованию. Кроме того, ссылается на то обстоятельство, что ее увольнение было беспричинным, не преследовало никаких рациональных целей и не было вызвано объективными обстоятельствами, что свидетельствует о злоупотреблении ответной стороной своим правом на увольнение по п. 2 ч. 1 ст. 278 Трудового кодекса РФ.

В связи с изложенным ФИО1 просила признать незаконным и отменить распоряжение № от ДД.ММ.ГГГГ года о прекращении трудового договора, обязать ответчика восстановить ее на работе в должности директора 

<

данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ года, взыскать с ответчика заработную плату за время вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГГГ года по день вынесения решения суда, а также компенсацию морального вреда в сумме 50 000 рублей.

В судебном заседании ФИО1 исковые требования поддержала, суду сообщила, что ДД.ММ.ГГГГ года она была приглашена в Администрацию муниципального района Стерлибашевский район РБ, где в ходе беседы главой Администрации ей было предложено написать заявление об увольнении по собственному желанию. Из-за случившегося ее здоровье пошатнулось, в связи с чем в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ года она находилась на больничном. ДД.ММ.ГГГГ года она вышла на работу, ее вновь несколько раз заставляли написать заявление об увольнении с должности директора 

<

данные изъяты> по собственному желанию. Она говорила о том, что одна воспитывает малолетнего ребенка, однако ее не слушали. ДД.ММ.ГГГГ года ее вновь пригласили в Администрацию района, где ознакомили с приказом об увольнении, который она отказалась подписывать. На протяжении всего времени работы в 

<

данные изъяты> она добросовестно выполняла свои обязанности, в связи с чем у ответчика не было оснований для ее увольнения. Подтвердила, что перечисленные в оспариваемом распоряжении денежные выплаты ею были получены, спора относительно размера выплаченной ей компенсации нет.

Представитель истца ФИО2 поддержал исковое заявление, ссылаясь на нарушение ответчиком положений ч. 4 ст. 261 Трудового кодекса РФ, а также злоупотребление ответчиком правом на увольнение по п. 2 ч. 1 ст. 278 Трудового кодекса РФ. Ссылался на то обстоятельство, что в действиях истца не было дисциплинарного проступка, в отношении нее не утрачивалось доверие. В ДД.ММ.ГГГГ году под руководством истца учреждение получило звание лучшего 

<

данные изъяты>, истец неоднократно награждалась за добросовестную работу, в том числе в ДД.ММ.ГГГГ году главой Администрации муниципального района Стерлибашевский район РБ.

Представитель Администрации муниципального района Стерлибашевский район РБ ФИО3 возражал удовлетворению исковых требований, ссылаясь на неосведомленность ответчика о статусе истца в качестве одинокой матери. Указал на то обстоятельство, что решение о прекращении трудового договора с истцом было принято в связи с неудовлетворительной работой истца в занимаемой должности. После увольнения истцу была предложена вакантная должность, в связи с чем она не лишалась средств к существованию. 

Выслушав участвующих в деле лиц, заключение прокурора, полагавшего иск не подлежащим удовлетворению, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему. 

В силу ст. 16 Трудового кодекса РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

В соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ основанием прекращения трудового договора является, в том числе, расторжение трудового договора по инициативе работодателя (ст.ст. 71 и 81 Трудового кодекса РФ).

Согласно п. 2 ч. 1 ст. 278 Трудового кодекса РФ помимо оснований, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами, трудовой договор с руководителем организации может быть прекращен, в том числе, в связи с принятием уполномоченным органом юридического лица, либо собственником имущества организации, либо уполномоченным собственником лицом (органом) решения о прекращении трудового договора. 

Как следует из разъяснений, приведенных в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02 июня 2015 года № 21 «О некоторых вопросах, возникших у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации», п. 2 ст. 278 Трудового кодекса РФ допускается возможность прекращения трудового договора с руководителем организации по решению собственника имущества организации, уполномоченного лица (органа) без указания мотивов принятия решения. По названному основанию с руководителем организации может быть прекращен трудовой договор, заключенный как на неопределенный срок, так и на определенный срок, в том числе, когда срочный трудовой договор на основании ч. 4 ст. 58 Трудового кодекса РФ считается заключенным на неопределенный срок. Прекращение трудового договора с руководителем организации по основанию, установленному п. 2 ст. 278 Трудового кодекса РФ, не является мерой юридической ответственности и не допускается без выплаты ему компенсации, предусмотренной ст. 279 Трудового кодекса РФ. Если судом будет установлено, что решение о прекращении трудового договора с руководителем организации по п. 2 ст. 278 Трудового кодекса РФ принято работодателем с нарушением принципов недопустимости злоупотребления правом и (или) запрещения дискриминации в сфере труда (ст.ст. 1, 2 и 3 Трудового кодекса РФ), такое решение может быть признано незаконным.

Как следует из материалов дела, 

<

данные изъяты> является некоммерческой организацией, созданной для выполнения работ, оказания услуг в целях обеспечения реализации предусмотренных законодательством РФ полномочий Администрации муниципального района Стерлибашевский район РБ в сфере культуры в муниципальном районе Стерлибашевский район РБ (п. 1.4 Устава учреждения).

Функции и полномочия его учредителя осуществляет Администрация муниципального района Стерлибашевский район РБ (п. 1.5 Устава). 

Пунктом 5.2 Устава учреждения предусмотрено, что единоличным исполнительным органом учреждения является его руководитель (директор), назначаемый и освобождаемой от должности учредителем.

В соответствии со ст. 22 Устава муниципального района Стерлибашевский район РБ Администрация муниципального района наделена всей полнотой полномочий по решению вопросов местного значения, руководство ею на принципах единоначалия осуществляет глава Администрации.

Судом установлено, что истец ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ года, а также с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ работала в 

<

данные изъяты> в должности методиста; в период с ДД.ММ.ГГГГ года по 04 июля 2017 года исполняла обязанности директора учреждения. 

На основании распоряжения главы Администрации муниципального района Стерлибашевский район РБ № от ДД.ММ.ГГГГ года ФИО1 была назначена на должность директора 

<

данные изъяты>», в тот же день с нею был заключен трудовой договор № на неопределенный срок (л.д. 6-10, 12-18). 

В п. 29 трудового договора сторонами была установлена обязанность работодателя по выплате руководителю учреждения в случае его увольнения по п. 2 ст. 278 Трудового кодекса РФ компенсации в размере трёхкратного среднемесячного заработка.

Распоряжением главы Администрации муниципального района Стерлибашевский район РБ № от ДД.ММ.ГГГГ года действие указанного трудового договора было прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 278 Трудового кодекса РФ, ФИО1 уволена с занимаемой должности ДД.ММ.ГГГГ года, в соответствии со ст. 127, 279 Трудового кодекса РФ ей выплачены компенсация в размере трехкратного среднего месячного заработка, а также компенсация за неиспользованный отпуск.

От ознакомления с указанным распоряжением ФИО1 отказалась, о чем на распоряжении была сделана соответствующая запись.

Не соглашаясь с решением ответчика о ее увольнении, ФИО1 ссылалась на нарушение работодателем положений ч. 4 ст. 261 Трудового кодекса РФ, условий п.п. «г» п. 11 трудового договора, а также наличие со стороны ответчика злоупотребления правом.

Разрешая возникший спор, суд исходит из следующего.

Из материалов дела следует, что истец является матерью ФИО17., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в свидетельстве о рождении которого в графе «отец» указан ФИО18 На момент увольнения истца ее ребенку исполнилось полных 12 лет.

В ходе рассмотрения дела истец подтвердила, что отцом ребенка является ФИО19., который проживает в 

<

адрес>. В браке с отцом ребенка она не состояла, ФИО20 был указан в свидетельстве о рождении сына на основании свидетельства об установлении отцовства, так как он в добровольном порядке признал ребенка. Ее сын знаком с отцом, в последний раз ФИО21. приходил к ним домой в ДД.ММ.ГГГГ года и виделся с сыном, однако какой-либо помощи в воспитании ребенка ФИО22 ей не оказывает, жизнью сына не интересуется. Иногда, когда она обращалась к нему за помощью, он возил их на лечение, однако денежных средств на содержание сына ФИО23 не дает, материальной помощи не оказывает. За взысканием алиментов в судебном порядке она не обращалась, поскольку отец ребенка является 

<

данные изъяты>.

Свидетели ФИО24. и ФИО25., проживающие по соседству с истцом, показали суду, что ФИО1 проживает вдвоем с сыном, подтвердили, что ФИО26. является отцом младшего сына истца, ранее проживал вместе с ФИО1, однако сообщили суду о том, что не видели его в доме истца более двух лет.

Частью 4 ст. 261 Трудового кодекса РФ установлен запрет на увольнение по инициативе работодателя одинокой матери, воспитывающей малолетнего ребенка - ребенка в возрасте до четырнадцати лет (за исключением увольнения по основаниям, предусмотренным п.п. 1, 5-8, 10 или 11 ч. 1 ст. 81 или п. 2 ст. 336 настоящего Кодекса).

Указанное положение относится к числу специальных норм, предоставляющих определенным категориям работников повышенные гарантии. По своей сути она является трудовой льготой, направленной на обеспечение материнства и детства в соответствии с ч. 2 ст. 7 и ч. 1 ст. 38 Конституции РФ.

В п. 28 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 1 от 28 января 2014 года «О применении законодательства, регулирующего труд женщин, лиц с семейными обязанностями и несовершеннолетних» разъяснено, что при разрешении споров о незаконности увольнения без учета гарантии, предусмотренной ч. 4 ст. 261 Трудового кодекса РФ, судам следует исходить из того, что к одиноким матерям по смыслу данной нормы может быть отнесена женщина, являющаяся единственным лицом, фактически осуществляющим родительские обязанности по воспитанию своих детей (родных или усыновленных) в соответствии с семейным и иным законодательством, то есть воспитывающая их без отца, в частности, в случаях, когда отец ребенка умер, лишен родительских прав, ограничен в родительских правах, признан безвестно отсутствующим, недееспособным (ограниченно дееспособным), по состоянию здоровья не может лично воспитывать и содержать ребенка, отбывает наказание в учреждениях, исполняющих наказание в виде лишения свободы, уклоняется от воспитания детей или от защиты их прав и интересов, в иных ситуациях.

Указанная гарантия распространяется, в том числе и на лиц, проходящих государственную гражданскую и муниципальную службу.

В соответствии со ст.ст. 12 и 56 Гражданского процессуального кодекса РФ гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон; каждая из сторон должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Между тем, стороной истца в ходе рассмотрения дела не представлено каких-либо доказательств, достоверно и однозначно свидетельствующих о том, что ФИО1 является единственным лицом, фактически осуществляющим родительские обязанности по воспитанию малолетнего сына. Отсутствие между истцом и отцом ребенка зарегистрированного брака, а также их раздельное проживание само по себе не подтверждает обстоятельства, являющиеся основанием для отнесения истца к категории одинокой матери.

Относимых и допустимых доказательств того, что отец сына истца - ФИО27 указанный в свидетельстве о рождении ребенка, не принимает участия в воспитании и развитии ребенка, лишен родительских прав или ограничен в них, по состоянию здоровья не может лично воспитывать и содержать ребенка либо уклоняется от воспитания ребенка или от защиты его прав и интересов истцом суду представлено не было, за получением алиментов с ФИО29. истец в судебном порядке не обращалась.

Показания свидетеля ФИО30 о том, что ФИО32. не оказывает помощи в содержании сына, известны ей со слов истца и в отсутствие иных доказательств не могут быть признаны достаточными для суждений о том, что отец ребенка истца уклоняется от его содержания и воспитания.

При указанных обстоятельствах ФИО1, исходя из общих принципов семейного и трудового законодательства, не может быть признана одинокой матерью, воспитывающей несовершеннолетнего ребенка в возрасте до четырнадцати лет, в связи с чем положения ч. 4 ст. 261 Трудового кодекса РФ в отношении нее не подлежали применению ответчиком при принятии оспариваемого решения об увольнении.

Вопреки доводам стороны истца, судом в ходе рассмотрения дела также не было установлено обстоятельств, которые бы свидетельствовали о злоупотреблении ответчиком своим правом, установленным п. 2 ч. 1 ст. 278 Трудового кодекса РФ.

В силу п.п. 19.1, 19.3 ст. 15 Федерального закона от 06 октября 2003 года № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» к вопросам местного значения муниципального района относятся, в том числе, создание условий для обеспечения поселений, входящих в состав муниципального района, услугами по организации досуга и услугами организаций культуры; сохранение, использование и популяризация объектов культурного наследия (памятников истории и культуры), находящихся в собственности муниципального района, охрана объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) местного (муниципального) значения, расположенных на территории муниципального района.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 26 мая 1996 года № 54-ФЗ «О Музейном фонде Российской Федерации и музеях в Российской Федерации» музеем является некоммерческое учреждение культуры, созданное собственником для хранения, изучения и публичного представления музейных предметов и музейных коллекций, включенных в состав Музейного фонда Российской Федерации, а также для достижения иных целей, определенных настоящим Федеральным законом.

Музеи в Российской Федерации создаются в форме учреждений для осуществления культурных, образовательных и научных функций некоммерческого характера. Целями создания музеев в Российской Федерации являются: осуществление просветительной, научно-исследовательской и образовательной деятельности; хранение музейных предметов и музейных коллекций; выявление и собирание музейных предметов и музейных коллекций; изучение музейных предметов и музейных коллекций; публикация музейных предметов и музейных коллекций (ст.ст. 26 и 27 указанного Федерального закона).

В силу правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда РФ от 15 марта 2005 года № 3-П «По делу о проверке конституционности положений пункта 2 статьи 278 и статьи 279 Трудового кодекса РФ и абзаца второго пункта 4 статьи 69 Федерального закона «Об акционерных обществах» в связи с запросами Волховского городского суда Ленинградской области, Октябрьского районного суда города Ставрополя и жалобами ряда граждан», правовой статус руководителя организации (права, обязанности, ответственность) значительно отличается от статуса иных работников, что обусловлено спецификой его трудовой деятельности, местом и ролью в механизме управления организацией: он осуществляет руководство организацией, в том числе выполняет функции ее единоличного исполнительного органа, совершает от имени организации юридически значимые действия (ст. 273 Трудового кодекса РФ; п. 1 ст. 53 Гражданского кодекса РФ). В силу заключенного трудового договора руководитель организации в установленном порядке реализует права и обязанности юридического лица как участника гражданского оборота, в том числе полномочия собственника по владению, пользованию и распоряжению имуществом организации, а также права и обязанности работодателя в трудовых и иных, непосредственно связанных с трудовыми, отношениях с работниками, организует управление производственным процессом и совместным трудом.

Выступая от имени организации, руководитель должен действовать в ее интересах добросовестно и разумно (п. 3 ст. 53 Гражданского кодекса РФ). От качества работы руководителя во многом зависят соответствие результатов деятельности организации целям, ради достижения которых она создавалась, сохранность ее имущества, а зачастую и само существование организации. Кроме того, полномочия по управлению имуществом, которыми наделяется руководитель, и предъявляемые к нему в связи с этим требования предполагают в качестве одного из необходимых условий успешного сотрудничества собственника с лицом, управляющим его имуществом, наличие доверительности в отношениях между ними.

Поэтому федеральный законодатель вправе, исходя из объективно существующих особенностей характера и содержания труда руководителя организации, выполняемой им трудовой функции, предусматривать особые правила расторжения с ним трудового договора, что не может расцениваться как нарушение права каждого свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию (ч. 1 ст. 37 Конституции РФ) либо как нарушение гарантированного ст. 19 Конституции РФ равенства всех перед законом и судом и равенства прав и свобод человека и гражданина. Вводимые при этом ограничения трудовых прав руководителя организации в силу ч. 3 ст. 55 Конституции РФ должны быть необходимыми и соразмерными конституционно значимым целям.

По смыслу положений п. 2 ст. 278 Трудового кодекса РФ в ее взаимосвязи со ст. 81 и п.п. 1 и 3 ст. 278 Трудового кодекса РФ, при расторжении трудового договора с руководителем организации по решению уполномоченного органа юридического лица, либо собственника имущества организации, либо уполномоченного собственником лица или органа (далее - собственника) не требуется указывать те или иные конкретные обстоятельства, подтверждающие необходимость прекращения трудового договора.

Федеральный законодатель, не возлагая на собственника, в исключение из общих правил расторжения трудового договора с работником по инициативе работодателя, обязанность указывать мотивы увольнения руководителя организации по основанию, предусмотренному п. 2 ст. 278 Трудового кодекса РФ, не рассматривает расторжение трудового договора по данному основанию в качестве меры юридической ответственности, поскольку исходит из того, что увольнение в этом случае не вызвано противоправным поведением руководителя, - в отличие от расторжения трудового договора с руководителем организации по основаниям, связанным с совершением им виновных действий (бездействием). 

Введение рассматриваемого основания для расторжения трудового договора с руководителем организации обусловлено возможностью возникновения таких обстоятельств, которые для реализации и защиты прав и законных интересов собственника вызывают необходимость прекращения трудового договора с руководителем организации, но не подпадают под конкретные основания расторжения трудового договора по инициативе работодателя, предусмотренные действующим законодательством (например, п.п. 1-12 ч. 1 ст. 81, п. 1 ст. 278 Трудового кодекса РФ) либо условиями заключенного с руководителем трудового договора (п. 3 ст. 278 Трудового кодекса РФ). Так, досрочное расторжение трудового договора с руководителем может потребоваться в связи с изменением положения собственника имущества организации как участника гражданских правоотношений по причинам, установить исчерпывающий перечень которых заранее невозможно, либо со сменой стратегии развития бизнеса, либо в целях повышения эффективности управления организацией и т.п.

Следовательно, закрепление в п. 2 ст. 278 Трудового кодекса РФ правомочия собственника расторгнуть трудовой договор с руководителем организации, который осуществляет управление его имуществом, не обосновывая при этом необходимость принятия такого решения, направлено на реализацию и защиту прав собственника владеть, пользоваться и распоряжаться своим имуществом, в том числе определять способы управления им единолично или совместно с другими лицами, свободно использовать свое имущество для осуществления предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности, то есть установлено законодателем в конституционно значимых целях.

Предоставление собственнику права принять решение о досрочном расторжении трудового договора с руководителем организации предполагает, в свою очередь, предоставление последнему адекватных правовых гарантий защиты от негативных последствий, которые могут наступить для него в результате потери работы, от возможного произвола и дискриминации.

К числу таких гарантий относится предусмотренная ст. 279 Трудового кодекса РФ выплата компенсации за досрочное расторжение трудового договора с руководителем организации в размере, определяемом трудовым договором. 

Таким образом, п. 2 ч. 1 ст. 278 Трудового кодекса РФ, нормы которого были признаны не противоречащими Конституции РФ, с учетом особого правового статуса руководителя организации допускается возможность расторжения заключенного с ним трудового договора и в случае отсутствия с его стороны виновного поведения при условии выплаты соответствующей денежной компенсации. В настоящем деле указанное условие ответной стороной было соблюдено.

При этом собственник имущества организации вправе не приводить в обоснование решения о расторжении трудового договора с руководителем этой организации каких-либо причин, послуживших основанием для принятия такого решения. В связи с этим доводы стороны истца о том, что ответчиком не представлено доказательств наличия оснований для увольнения, неэффективной ее деятельности, нарушений трудовой и финансовой дисциплины не могут быть приняты во внимание при разрешении возникшего спора.

Основываясь на приведенных выше положениях закона и правовой позиции Конституционного Суда РФ, суд исходит из того, что ответчик, являющийся учредителем муниципального бюджетного учреждения (

<

данные изъяты>) и собственником его имущества, уполномочен на решение муниципальных вопросов по обеспечению поселений, входящих в состав муниципального района, услугами по организации досуга и услугами организаций культуры; по использованию, охране и популяризации объектов культурного наследия и вправе определять направление деятельности организаций культуры, в том числе музеев, расположенных на территории муниципального образования, а также порядок управления ими. 

При этом суд не вправе входить в обсуждение целесообразности принятого им и оспариваемого в настоящем деле решения, в компетенцию суда входит лишь проверка законности такого решения с точки зрения соблюдения установленного законом порядка увольнения, в том числе отсутствия в действиях ответчика признаков дискриминации либо злоупотребления правом.

Вопреки доводам истца, в ходе рассмотрения дела не было представлено доказательств того, что, принимая решение об увольнении ФИО1, ответная сторона действовала произвольно, вопреки целям предоставления указанного правомочия, с намерением причинить вред, игнорируя законные интересы учреждения и в противоречие им.

Напротив, принятое решение было обосновано ответной стороной неудовлетворительной работой истца в должности директора 

<

данные изъяты> в последнее время, то есть было принято в целях повышения эффективности управления организацией.

Доводы истца о том, что до вынесения оспариваемого распоряжения от ответной стороны поступали неоднократные предложения об увольнении по собственному желанию не свидетельствуют о наличии со стороны ответчика злоупотреблении правом, поскольку увольнение истца по п. 2 ч. 1 ст. 278 Трудового кодекса РФ было мотивировано ответчиком неудовлетворительной, по мнению собственника учреждения, работой истца, при этом, как было отмечено выше, направление деятельности возглавляемой истцом организации и определение порядка управления ею отнесено к исключительной компетенции Администрации муниципального района, являющейся учредителем бюджетного учреждения.

Суд также не может согласиться с доводами стороны истца о нарушении ответчиком положений п.п. «г» п. 11 трудового договора, устанавливающих обязанность работодателя по информированию истца о предстоящих изменениях условий трудового договора не позднее чем за два месяца, поскольку каких-либо изменений условий заключенного между сторонами трудового договора в данном случае не производилось, действие указанного трудового договора было прекращено по инициативе работодателя. Действующее трудовое законодательство также не содержит требований о необходимости заблаговременного информирования руководителя организации о предстоящем увольнении по п. 2 ч. 1 ст. 278 Трудового кодекса РФ.

Доводы представителя истца о том, что ФИО1 неоднократно награждалась за добросовестное исполнение должностных обязанностей в период работы в учреждении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ годы, в связи с чем доводы ответной стороны о неудовлетворительном характере ее работы являются надуманными, не могут быть приняты во внимание, поскольку оспариваемое решение было принято ответчиком в ДД.ММ.ГГГГ года, сведений о награждении истца в период времени, непосредственно предшествующий увольнению, не представлено.

При этом суд соглашается с позицией представителя ответчика о том, что показания свидетелей ФИО33., ФИО34 ФИО35. и ФИО36 о добросовестном выполнении истцом своих должностных обязанностей обусловлены их долгими и тесными взаимоотношениями и являются выражением их субъективного мнения о личных качествах истца, субъективной оценкой ее работы, в связи с чем не могут служить доказательством злоупотребления ответчиком своим правом.

Доводы представителя истца о том, что должность методиста, которая была предложена его доверителю, фактически отсутствовала, что было подтверждено ответом на его адвокатский запрос, не имеют правового значения при разрешении возникшего спора, так как действующим законодательством на собственника, принявшего решение об увольнении руководителя организации по п. 2 ч. 1 ст. 278 Трудового кодекса РФ, не возложена обязанность предлагать имеющиеся у него вакансии.

При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что решение о прекращении трудового договора с истцом по основанию, установленному п. 2 ч. 1 ст. 278 Трудового кодекса РФ, принято уполномоченным лицом, в пределах его компетенции, а увольнение ФИО1 произведено в соответствии с требованиями законодательства, в связи с чем правовых оснований для признания распоряжения незаконным и восстановления истца на работе, а также удовлетворения иных производных исковых требований у суда не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л :

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к Администрации муниципального района Стерлибашевский район РБ о признании распоряжения незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий А.Р. Багаутдинова