Дело № 2-217/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

«13» февраля 2018 года г. Тверь 

Центральный районный суд г. Твери в составе: 

председательствующего судьи Степановой Е.А., 

при секретарях Кудрявцевой А.А., Алексеевой А.В., 

с участием истца ФИО5, представителя истца ФИО6, действующего на основании доверенности,

представителя ответчика ФГБОУ ВО «Тверской государственный университет» ФИО7, действующего на основании доверенности,

старшего помощника прокурора Центрального района г.Твери Сахаровой А.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Твери гражданское дело по иску ФИО5 к Федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Тверской государственный университет» об отмене приказа ТвГУ от 13 октября 2017 года № 1188-К об увольнении истца, восстановлении в должности заместителя директора по общим вопросам бассейна «Парус» ТвГУ, взыскании заработка за время вынужденного прогула, обязании сделать перерасчет выплат, произведенных при увольнении, произвести индексацию несвоевременно выплаченных денежных сумм в соответствии со ст. 395 ГК РФ, взыскании компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда, судебных расходов, 

установил:

ФИО5 обратилась в Центральный районный суд города Твери с исковым заявлением к ФГБОУ ВО «Тверской государственный университет» об отмене приказа ТвГУ от 11.10.2017 №1188-К об увольнении истца, восстановлении в должности заместителя директора по общим вопросам бассейна «Парус» ТвГУ, взыскании заработка за время вынужденного прогула.

В обоснование заявленных требований истец указала, что работала в бассейне «Парус» ТвГУ с 16.01.2012, сначала в должности старшего администратора, а с 04.04.2012 по 16.10.2017 в должности заместителя директора бассейна. В период трудовой деятельности добросовестно относилась к труду, замечаний от своего руководителя не имела.

Начиная с сентября 2016 г. непосредственным руководителем истца – и.о. директора бассейна «Парус» на почве личных неприязненных отношений предпринимались меры по выживанию истца с работы, что закончилось её увольнением по сокращению штата 16.10.2017.

С момента поступления на работу в 2012 году с истцом был заключен трудовой договор на неопределенный срок, установлен должностной оклад - 5444,28 рублей и постоянная стимулирующая надбавка за высокую интенсивность труда в сумме 11555, 72 рублей, в соответствии с п.5.1 Положения об оплате труда работников университета.

В сентябре и октябре 2016 года ФИО5 была начислена единовременная выплата за дополнительный объем работ в меньшем размере по сравнению с другими работниками бассейна. При этом, истец исполняла обязанности за время нахождения и.о. директора бассейна в очередном отпуске с 18 июля по 28 августа 2016 года и с 26 сентября по 14 октября 2016 года, а также пришлось выполнять обязанности старшего администратора, которая тоже была в очередном отпуске с 3 по 28 августа 2016 года. В прошлые года эти обязанности на истца возлагались приказом ректора. Согласно п.5.1 Положения об оплате труда в случае замещения временно отсутствующего работника (отпуск, болезнь) устанавливается надбавка «за интенсивность труда (в т.ч. в связи с увеличением объема работы по основной должности или за дополнительный объем работ, не связанный с основными обязанностями сотрудника)».

17 октября 2016 года ФИО5 обратилась к и.о. директора бассейна ФИО1 с письменной жалобой, однако никакого ответа не получила.

Более того, и.о. директора бассейна ФИО1 начал безосновательно третировать истца и дал ей указание предоставлять ежедневный отчет о проделанной работе. Другим сотрудникам такого указания не давалось. В связи с изложенным, истец была вынуждена обратиться с жалобой к и.о. ректора университета ФИО2, однако ответ был получен истцом только на повторное письменное обращение и формальный, основанный на позиции ФИО1

При получении заработной платы в марте 2017 года истец обнаружила, что приказом и.о. ректора университета ей снижена стимулирующая надбавка до 5000 рублей с января по август 2017 года, установленная на основании служебной записки и.о. директора бассейна ФИО1, что по мнению истца является односторонним изменением условий труда и должно было быть согласовано с работником. О снижении выплаты ФИО5 не была письменно уведомлена.

В феврале 2017 года и.о. директора бассейна ФИО1 своим распоряжением возложил на истца обязанности отсутствующей гардеробщицы без освобождения от исполнения своих прямых обязанностей без согласования с работником. Исполнение обязанностей отсутствующей гардеробщицы не было оговорено в трудовом договоре истца и её должностной инструкции, так как это меняло трудовую функцию и режим работы ФИО5 С 18 февраля 2017 года на основании распоряжения истец замещала отсутствующего по больничному основного работника- гардеробщицы. Приходилось работать в свои выходные дни с установленным для гардеробщиц 16-ти часовым рабочим днем. В связи с исполнением данных обязанностей в феврале 2017 года у истца образовалась переработка свыше 30 часов. Письменный отказ истца от исполнения обязанности отсутствующего работника послужил формальным поводом для снижения ей постоянной стимулирующей надбавки и полного лишения единовременных выплат за дополнительный объем работ. Кроме того, ФИО5 поставила и.о. директора бассейна в известность о том, что не может выполнять обязанности гардеробщицы еще и по состоянию здоровья, так как ранее имела инвалидность после операции на позвоночнике и испытывает периодические боли в спине, особенно после физических нагрузок.

На протяжении своей работы в бассейне истец не имела дисциплинарных взысканий, что могло быть основанием для изменения размера стимулирующей выплаты или ее полной отмены при условии некачественного и несвоевременного выполнения порученного руководителем задания, объема порученной основной и дополнительной работы (п.5.7. Положения об оплате труда работников университета).

Объем работы и обязанности истца за период 2016-2017 года не снизился, наоборот ей дополнительно вменили обязанность по подготовке договоров с юридическими и физическими лицами, а также возложили обязанности по переработке должностных инструкций. Ранее эти обязанности выполняли другие сотрудники бассейна.

Директором бассейна по совместительству является декан факультета физкультуры университета ФИО1, который бывает в бассейне эпизодически.

Для того, чтобы довести до увольнения по собственному желанию и.о. директора бассейна ФИО1 организовал два собрания коллектива бассейна, чтобы заручиться поддержкой коллектива и заставить истца уволиться, однако работники бассейна ФИО1 не поддержали, а, наоборот, встали на сторону истца. Поэтому, на просьбу ФИО5 предоставить копии протоколов общих собраний ФИО1 ответил отказом. Сами собрания проводились с нарушениями порядка их проведения.

Ненормальная обстановка по отношению к истцу выражалась в необоснованных требованиях со стороны ФИО1 о лишении её ежемесячных стимулирующих выплат, снижении постоянной стимулирующей выплаты, в результате чего заработная плата ФИО5 в 2017 году стала составлять 13 400 рублей. Со стороны и.о. ректора истец также не нашла поддержки, даже ФИО2 не нашла времени и возможности встретиться с истцом и выяснить причины конфликта, хотя именно она подписывала приказы о снижении ФИО5 стимулирующей надбавки, в том числе и после её письменного к ней обращения.

Понимая, что руководство бассейна пытается выжить ФИО5 с работы, у неё ухудшилось состояние здоровья.

После выхода истца с больничного, руководством бассейна были заменены ключи от рабочего кабинета истца, а 26 сентября 2017 года ей вручили уведомление о предстоящем увольнении по сокращению штата.

ФИО5 полагает, что в отношении неё грубо нарушены трудовые права, ей снизили, а затем и лишили полностью стимулирующих выплат за период с февраля 2017 года по настоящее время, несмотря на то, что Положением об оплате труда работников университета, возможность лишения этих выплат или их снижения должна быть напрямую связана с нарушением работником трудовых обязанностей.

16 октября 2017 года истец уволена из университета по сокращению штата. При увольнении она не была ознакомлена с приказом по университету о сокращении её должности.

Истец считает, что при наличии должности и.о. директора бассейна, работающего там по совместительству и появляющегося на работе эпизодически, в бассейне должен находиться другой руководитель, т.к. данный объект относится к категории повышенной опасности.

В соответствии с должностной инструкцией заместитель директора бассейна отвечает за организационные и контрольные функции в целях поддержания четкой и слаженной работы персонала. ФИО5 являлась ответственной за соблюдение производственной программы, за пожарную безопасность, безопасную эксплуатацию энергоустановок и тепловых сетей, безопасное состояние здания бассейна. По этим направлениям работы только истец одна из всех работников бассейна проходила специальное обучение с получением соответствующих сертификатов. 

Учитывая вышеизложенное, ФИО5 считает, что так называемое сокращение штатов было фиктивным мероприятием, должность заместителя директора бассейна является необходимой. Основной целью руководства Тверского государственного университета являлось любым путем уволить истца с работы.

Определением судьи Центрального районного суда города Твери от 16 ноября 2017 года исковое заявление принято к производству суда, возбуждено гражданское дело. 

При подготовке дела к судебному разбирательству, определением судьи от 16 ноября 2017 года, в порядке ст. 45 ГПК РФ к участию в деле привлечен прокурор Центрального района г. Твери для дачи заключения по делу.

Определением суда от 14 декабря 2017 года, занесенным в протокол судебного заседания, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Министерство образования и науки РФ.

В ходе производства по делу истец неоднократно уточняла исковые требования.

Так, определением суда от 10 января 2018 года, занесенным в протокол судебного заседания, к производству суда приняты уточненные исковые требования о возложении обязанности произвести перерасчет выплат, произведенных при увольнении, индексировать несвоевременно выплаченные денежные средства в соответствии со статьей 395 ГК РФ, взыскании компенсации морального вреда в размере 50000 рублей.

В дополнение к ранее изложенным основаниям иска ФИО5 указала, что при решении вопроса о её увольнении работодателем также была нарушена процедура увольнения но сокращению штатов, в частности: ФИО5 не ознакомили с приказом о сокращении её должности, то есть она не могла убедиться в том, что её должность действительно сокращается, до истца не были доведены причины сокращения, при ознакомлении с материалами дела в приказе N 1149-0 от 13 сентября 2017 года не указаны причины сокращения должности истца; в нарушение требований ст.82 ТК РФ - работодатель не проинформировал не позднее, чем за два месяца до начала проведения соответствующих мероприятий по сокращению выборный профсоюзный орган; в нарушение ст.25 ФЗ «О занятости населения в РФ» при сокращении численности или штата работников работодатель не позднее, чем за два месяца до начала проведения соответствующих мероприятий не подтвердил направление уведомления в письменной форме в органы службы занятости; истец не была ознакомлена с новым штатным расписанием бассейна, чем были нарушены требования ст.22 ТК РФ, согласно которым работодатель обязан знакомить работников под роспись с принимаемыми локальными нормативными актами, непосредственно связанными с их трудовой деятельностью; согласно п.4 письма Федеральной службы по труду и занятости РФ от 29 июля 2009 года № 2263-6-14 «При сокращении численности или штата работников организации новое штатное расписание утверждается до начала предупреждения работников об увольнении и вводится в действие не позднее того дня, с которого работники подлежат увольнению в связи с проведением мероприятий по сокращению численности или штата сотрудников», при этом, днем увольнения считается последний день работы ФИО5 в соответствии с ч.3 ст.84.1 ТК РФ; истцу с нарушением была внесена запись об увольнении, должна была – «уволена по сокращению штата», а фактически записано – «по сокращению численности или штата»; в соответствии с п.1 ФЗ от 01.04.1996 года N 27-ФЗ (в редакции от 28.12.2016 года «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе пенсионного страхования» в день увольнения застрахованного лица, страхователь обязан передать застрахованному лицу сведения, предусмотренные пунктами 2 -2.3 настоящей статьи, фактически этого также не было сделано; в нарушение требований ст.4.1 ФЗ от 29.12.2006 года 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством» страхователи (Университет) при увольнении застрахованному лицу в день прекращения работы должны выдать справку о сумме заработка за два календарных года, предшествующих году увольнения прекращения работы, что не было сделано. Не предоставлена справка о доходах НДФЛ-2 за 2017 год; при увольнении истцу в нарушение требований ст. 136 ТК РФ не была выдана записка-расчет, подтверждающая полный расчет с истцом и точные сведения о выданных ей в кассе денежных средствах; при ознакомлении с материалами (из справки НДФЛ-2 за 2017 год) дела в суде ФИО5 выяснила также то, что с неё незаконно удержали денежные средства за использованный авансом в 2017 году отпуск, так как она была уволена по сокращению штата. Это обстоятельство повлекло за собой неправильный расчет полагающихся ей выплат при досрочном увольнении по сокращению. Тем самым нарушены требования ст. 137 ТК РФ.

Определением суда от 12 февраля 2018 года, занесенным в протокол судебного заседания, к производству суда приняты исковые требования ФИО5 о взыскании с ответчика компенсации за неиспользованный отпуск в количестве 5 календарных дней в размере 6148 рублей 35 копеек.

Также, в ходе производства по делу, истец просила суд взыскать с ответчика в её пользу расходы на уплату пошлины в размере 1200 рублей за нотариальное удостоверение доверенности, выданной на имя представителя.

В судебном заседании истец ФИО5, ее представитель ФИО6, действующий на основании доверенности, поддержали заявленные исковые требования в полном объеме по доводам и основаниям, изложенным в исковом заявлении, заявлении об уточнении исковых требований, просили суд заявленные требования удовлетворить. Также пояснили, что не поддерживают требования об индексации несвоевременно выплаченных денежных средств в соответствии со ст. 395 ГК РФ. 

Представитель ответчика ФГБОУ ВО «Тверской государственный университет» ФИО7, действующий на основании доверенности, возражал против удовлетворения заявленных истцом требований, пояснив, что сокращение штата работников ФГБОУ ВО «Тверской государственный университет» в действительности имело место быть, при увольнении истца работодателем соблюдены нормы трудового законодательства, в частности порядок оформления прекращения трудовых отношений, все положенные истцу выплаты были произведены в установленные законом сроки, в связи с чем оснований для удовлетворения заявленных истцом требований не имеется.

В судебном заседании старший помощник прокурора Центрального района г. Твери Сахарова А.В., давая заключение по заявленным истцом требованиям, пояснила, что необходимо удовлетворить требования истца о выплате компенсации за неиспользованные пять дней отпуска, в остальных требованиях истцу отказать, ввиду их необоснованности. 

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Министерства образования и науки Российской Федерации, извещенный судом надлежащим образом о дне, месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, о причинах неявки суду не сообщил, доказательств уважительности причин неявки суду не представил.

Учитывая надлежащее извещение третьего лица Министерства образования и науки Российской Федерации, суд в соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации считает возможным рассмотрение дела в отсутствие его представителя.

Заслушав истца ФИО5, представителя истца ФИО6, действующего на основании доверенности, представителя ответчика ФГБОУ ВО «Тверской государственный университет» ФИО7, действующего на основании доверенности, показания свидетеля ФИО3, заключение старшего помощника прокурора Центрального района г. Твери Сахаровой А.В., исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае сокращения численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя.

В силу ч. 3 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации увольнение по основанию, предусмотренному пунктом 2 или 3 части первой настоящей статьи, допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.

Статья 179 ТК РФ предусматривает, что при сокращении численности или штата работников преимущественное право на оставление на работе предоставляется работникам с более высокой производительностью труда и квалификацией.

При равной производительности труда и квалификации предпочтение в оставлении на работе отдается: семейным - при наличии двух или более иждивенцев (нетрудоспособных членов семьи, находящихся на полном содержании работника или получающих от него помощь, которая является для них постоянным и основным источником средств к существованию); лицам, в семье которых нет других работников с самостоятельным заработком; работникам, получившим в период работы у данного работодателя трудовое увечье или профессиональное заболевание; инвалидам Великой Отечественной войны и инвалидам боевых действий по защите Отечества; работникам, повышающим свою квалификацию по направлению работодателя без отрыва от работы.

Часть 1 статьи 179 Трудового кодекса Российской Федерации закрепляет основанное на объективных критериях правило отбора работников для оставления на работе при сокращении их численности или штата.

Устанавливая в качестве таких критериев производительность и квалификацию работника, законодатель исходил как из необходимости предоставления дополнительных мер защиты трудовых прав работников, имеющих профессиональные качества более высокого уровня, так и из интереса работодателя, направленного на продолжение трудовых отношений с наиболее квалифицированными и эффективно выполняющими трудовые обязанности работниками.

Правильность применения работодателем указанных критериев при проведении мероприятий по сокращению численности или штата работников может быть проверена по заявлению работника в судебном порядке. 

В силу статьи 180 ТК РФ при проведении мероприятий по сокращению численности или штата работников организации работодатель обязан предложить работнику другую имеющуюся работу (вакантную должность) в соответствии с частью третьей статьи 81 настоящего Кодекса.

О предстоящем увольнении в связи с ликвидацией организации, сокращением численности или штата работников организации работники предупреждаются работодателем персонально и под роспись не менее чем за два месяца до увольнения.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 года № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" прекращение трудового договора на основании пункта 2 части 1 статьи 81 ТК РФ признается правомерным при условии, что сокращение численности или штата работников в действительности имело место. Обязанность доказать данное обстоятельство возлагается на ответчика.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 29 названного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, увольнение работника в связи с сокращением численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. Судам следует иметь в виду, что работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. При решении вопроса о переводе работника на другую работу необходимо также учитывать реальную возможность работника выполнять предлагаемую ему работу с учетом его образования, квалификации, опыта работы.

Расторжение трудового договора с работником по пункту 2 части 1 статьи 81 ТК РФ возможно при условии, что он не имел преимущественного права на оставление на работе (статья 179 ТК РФ) и был предупрежден персонально и под расписку не менее чем за два месяца о предстоящем увольнении (часть 2 статьи 180 ТК РФ).

Таким образом, из смысла приведенных выше норм действующего трудового законодательства следует, что право определять численность и штат работников принадлежит работодателю.

Реализуя закрепленные Конституцией Российской Федерации (статья 34 часть 1; статья 35 часть 2) права, работодатель в целях осуществления эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом вправе самостоятельно, под свою ответственность принимать необходимые кадровые решения (подбор, расстановка, увольнение персонала), обеспечивая при этом в соответствии с требованиями статьи 37 Конституции Российской Федерации закрепленные трудовым законодательством гарантии трудовых прав работников.

Принятие решения об изменении структуры, штатного расписания, численного состава работников организации относится к исключительной компетенции работодателя, который вправе расторгнуть трудовой договор с работником в связи с сокращением численности или штата работников организации при условии соблюдения установленного порядка увольнения и гарантий, направленных против произвольного увольнения.

В судебном заседании установлено, что ФИО5 на основании трудового договора от 10.01.2012 и приказа от 11.01.2012 №16-К принята на работу в ФГБУ ВПО «Тверской государственный университет» в должности старшего администратора-кассира в бассейне, дата начала исполнения трудовых обязанностей 16.01.2012. 

04 апреля 2012 г., на основании дополнительного соглашения от 03 апреля 2012 г. к трудовому договору №2211, ФИО5 переведена на должность заместителя директора по общим вопросам (ППС и РСП, 1) бассейна.

Дополнительным соглашением от 21.12.2015 к трудовому договору истцу с 01 октября 2013 года установлен должностной оклад в размере 6088 рублей и с 1 сентября 2014 года установлен должностной оклад в размере 6393 рублей.

Дополнительным соглашением от 01.04.2016 к трудовому договору № 2211, истцу с 01.04.2016 установлен должностной оклад по профессионально-квалификационной группе РСП квалификационного уровня 2 в размере 8400 рублей.

13 сентября 2017 г. в связи с оптимизацией штатного расписания, приказом и.о. ректора ФГБОУ ВО «Тверской государственный университет» ФИО2 издан приказ №1149-0, которым постановлено исключить с 20 декабря 2017 г. из штатного расписания ТвГУ 9,7ставки, в число которых включена ставка заместителя директора (по общим вопросам) «Бассейн». 

В связи с изложенным, 26 сентября 2017 г. ФИО5 вручено уведомление о предстоящем сокращении, также истец ознакомлена со списком вакантных должностей, что подтверждается её росписью в уведомлении от 26 сентября 2017 г., от предложенных вакансий истец отказалась. 

Также, как следует из материалов гражданского дела, 16 октября 2017 г. истцу повторно предлагались вакантные должные в ФГБОУ ВО «Тверской государственный университет» по состоянию на 16 октября 2017 г. От предложенных вакансий истец отказалась, что подтверждается подписью истца в соответствующей графе. 

13 октября 2017 г. ответчиком в адрес ГКУ Тверской области «Центр занятости населения города Твери» направлен список работников, подлежащих высвобождению, в результате сокращения численности или штата работников. Факт направления указанного списка подтверждается входящим штампом ГКУ Тверской области «Центр занятости населения города Твери» и присвоенным входящим номером.

18 октября 2017 г. и.о. ректором ФГБОУ ВО «Тверской государственный университет» в адрес председателя профсоюзной организации преподавателей и сотрудников ТвГУ направлено представление о предоставлении мнения профкома на расторжение трудового договора 20 декабря 2017 г. по сокращению численности работников или штата работников по п.2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ с ФИО5, что подтверждается подписью соответствующего работника ФИО4

11 октября 2017 г. ФИО5 на имя и.о. ректора ФИО2 подано заявление о расторжении трудового договора с 16.10.2017 до истечения двухмесячного срока после извещения о предстоящем сокращении, с дополнительной выплатой компенсации, согласно ч.3 ст. 180 ТК РФ и выплатой, предусмотренной ст. 178 ТК РФ.

На основании указанного заявления, приказом и.о. ректора ФГБОУ ВО «Тверской государственный университет» от 13 октября 2017 г. №1188-К трудовой договор с ФИО5 расторгнут 16 октября 2017 г. в связи с сокращением численности или штата работников по п.2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, с выплатой выходного пособия в размере среднего заработка, дополнительной компенсацией в размере среднего заработка работника, исчисленного пропорционально времени, оставшемуся до истечения срока предупреждения об увольнении с 16 октября 2017 г. по 19 декабря 2017 г.

С данным приказом истец ознакомлена в день увольнения - 16 октября 2017 г., что подтверждается её росписью в приказе.

Решение о расторжении с истцом трудового договора принято уполномоченным органом юридического лица в пределах предоставленных полномочий, в соответствии с требованиями Устава учреждения.

Как следует из представленных в материалы дела штатных расписаний ФГБОУ ВО «Тверской государственный университет», действующих до момента сокращения должности истца, и после, должность помощника директора (по общим вопросам) в структурном подразделении учреждения «Бассейн» по завершению оргштатных мероприятий – отсутствует. 

Доказательств, свидетельствующих о наличии у истца преимущественного права оставления на работе, или оснований, запрещающих расторжение трудового договора с истцом по инициативе работодателя, в материалы гражданского дела не представлено.

Таким образом, суд приходит к выводу, что у ответчика имелись основания для увольнения истца по пункту 2 части 1 статьи 81 ТК РФ, установленный законом порядок увольнения по данному основанию работодателем соблюден. ФИО5 была уведомлена персонально и под роспись за два месяца до предстоящего сокращения, в ходе осуществления мероприятий по сокращению численности или штата работников учреждения, истцу дважды предлагались вакантные должности, от которых она отказывалась. Доказательств, свидетельствующих о том, что истцу не были предложены иные вакантные должности, существующие на момент её сокращения и соответствующие её квалификации или вакантные нижестоящие должности или нижеоплачиваемая работа, которую истец могла бы выполнять с учетом её состояния здоровья, в материалы дела не представлено. Факт сокращения штата работников подтверждается представленными в суд приказом от 13 сентября 2017 г. №1149-0 «Об оптимизации штатного расписания» и штатными расписаниями.

С учетом изложенных обстоятельств, оснований для удовлетворения требований ФИО5 к ФГБОУ ВО «Тверской государственный университет» об отмене приказа ТвГУ от 13 октября 2017 года №1188-К об увольнении истца, восстановлении в должности заместителя директора по общим вопросам бассейна «Парус» ТвГУ, взыскании заработка за время вынужденного прогула, у суда не имеется.

Допрошенная в судебном заседании 06 февраля 2018 года в качестве свидетеля ФИО3 показала, что является бухгалтером ФГБОУ ВО «Тверской государственный университет». Все положенные истцу выплаты при увольнении были произведены в полном объеме. В сентябре 2017 года от истца поступило 3 больничных листа за период с 11.08.2017 по 22.09.2017, период болезни составил 43 календарных дня. Истец заболела, находясь в очередном отпуске (очередной отпуск с 19.07.2017 по 15.08.2017), поэтому оставшиеся 5 дней были оформлены приказом от 27.09.2017 о предоставлении отпуска с 09.10.2017 по 13.10.2017, отпускные были начислены в сентябре на сумму 6148 рублей 35 копеек. В октябре 2017 года от истца поступил на оплату больничный лист за период болезни с 09.10.2017 по 13.10.2017, в связи с чем за этот период был оплачен больничный лист, а отпускные в сумме 6148 рублей 35 копеек удержаны.

Не доверять показаниям данного свидетеля у суда оснований не имеется, показания свидетеля согласуются с представленными в материалы дела доказательствами.

Учитывая представленные в материалы дела расчетные листки работника, показания свидетеля суд приходит к выводу о том, что расчеты при увольнении произведены с истцом в полном объеме, за исключением компенсации за неиспользованный отпуск. 

Согласно статье 127 ТК РФ, при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

Порядок расчета такой компенсации установлен правилами об очередных и дополнительных отпусках, утвержденными НКТ СССР 30.04.1930 №169.

В силу части 1 статьи 423 ТК РФ, впредь до приведения законов и иных нормативных правовых актов, действующих на территории Российской Федерации, в соответствие с настоящим Кодексом законы и иные правовые акты Российской Федерации, а также законодательные и иные нормативные правовые акты бывшего Союза ССР, действующие на территории Российской Федерации в пределах и порядке, которые предусмотрены Конституцией Российской Федерации, Постановлением Верховного Совета РСФСР от 12 декабря 1991 года N 2014-1 "О ратификации Соглашения о создании Содружества Независимых Государств", применяются постольку, поскольку они не противоречат настоящему Кодексу.

Поскольку трудовой кодекс РФ не регламентирует порядок расчета денежной компенсации за неиспользованные отпуска, то в этой части необходимо руководствоваться вышеуказанными правилами.

На основании п. «а» части 3 ст.28 Правил об очередных и дополнительных отпусках» № 169, утв. 30 апреля 1930 года Народным комиссариатом труда СССР, регламентировано право на полную денежную компенсацию за неиспользованный отпуск работников, проработавших от 5 1/2 до 11 месяцев, если они увольняются по определенным основаниям, в том числе по сокращению штата работников. 

При этом во взаимосвязи со ст.1 данных Правил, каждый работник, проработавший у данного нанимателя не менее 5 1/2 месяцев, имеет право получить очередной отпуск, который предоставляется один раз в течение года работы работника у данного нанимателя, считая со дня поступления на работу, то есть один раз в рабочем году.

Таким образом, Правила неразрывно связывают право на отпуск с рабочим годом, следовательно, и в части 3 ст.28 Правил, определяющей случаи выплаты полной компенсации при увольнении, рассматривается период, за который предоставляется отпуск (рабочий год), а не общая продолжительность работы у данного работодателя. 

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что истец, отработав у работодателя в рабочем периоде, дающем право на отпуск более пяти с половиной месяцев, уволенная в связи с сокращением численности или штата, имела право на полную компенсацию за неиспользованный отпуск при увольнении.

Согласно представленным в материалы дела документам, ФИО5 на момент её увольнения не использовано 5 дней отпуска, компенсация, положенная истцу за неиспользованный отпуск составит 6148 рублей 35 копеек. Указанная сумма подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

При этом оснований для индексации несвоевременно выплаченных денежных средств, исходя из норм ст. 395 ГК РФ, у суда не имеется, поскольку в данном случае подлежат применению только нормы трудового законодательства. 

В соответствии со статьей 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 №2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" размер компенсации морального вреда определяется исходя из конкретных обстоятельств дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

С учетом изложенного, поскольку в ходе производства по делу судом был установлен факт нарушения ответчиком трудовых прав истца, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца в счет компенсации морального вреда в размере 500 рублей.

Согласно п.2 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», расходы на оформление доверенности представителя также могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

В данном случае доверенность выдана представителю не на ведение конкретного дела в суде, а на представление интересов истца в рамках гражданского судопроизводства, исполнительного производства.

При таких обстоятельствах истцу надлежит отказать в возмещении судебных расходов, связанных с выдачей доверенности на имя представителя. 

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК Российской Федерации, суд 

решил:

Исковые требования ФИО5 к Федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Тверской государственный университет» об отмене приказа ТвГУ от 13 октября 2017 года №1188-К об увольнении истца, восстановлении в должности заместителя директора по общим вопросам бассейна «Парус» ТвГУ, взыскании заработка за время вынужденного прогула, обязании сделать перерасчет выплат, произведенных при увольнении, произвести индексацию несвоевременно выплаченных денежных сумм в соответствии со статьей 395 ГК РФ, взыскании компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда, судебных расходов удовлетворить частично.

Взыскать с Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Тверской государственный университет» в пользу ФИО5 в счет компенсации за неиспользованный отпуск 6148 рублей 35 копеек, в счет компенсации морального вреда 500 рублей.

В удовлетворении требований ФИО5 к Федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Тверской государственный университет» об отмене приказа ТвГУ от 13 октября 2017 года №1188-К об увольнении истца, восстановлении в должности заместителя директора по общим вопросам бассейна «Парус» ТвГУ, взыскании заработка за время вынужденного прогула, обязании сделать перерасчет выплат, произведенных при увольнении, произвести индексацию несвоевременно выплаченных денежных сумм в соответствии со ст. 395 ГК РФ, судебных расходов отказать.

Решение может быть обжаловано в Тверской областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Центральный районный суд города Твери в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения. 

Судья Е.А. Степанова

Мотивированное решение изготовлено 19 февраля 2018 года.