судья Дрямов В.А. Дело № 22-306/2020

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Оренбург 04 февраля 2020 года

Оренбургский областной суд в составе:

председательствующего судьи – Виничук Л.А.

с участием:

прокурора отдела прокуратуры Оренбургской области Малышевой Т.В.

защитника осужденного ФИО1 - адвоката Фоминовой А.Е.

при секретаре судебного заседания Ворвулевой О.С.

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осужденного и его защитника - адвоката Жуликова А.Г. на приговор Красногвардейского районного суда Оренбургской области от 18 ноября 2019 года, которым

ФИО1, не судимый,

осужден: по ч. 2 ст. 264 УК РФ (в редакции Федерального закона № 528-ФЗ от 31 декабря 2014 г.) к наказанию в виде лишения свободы на срок 1 (один) год с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 2 года 6 месяцев.

Мера пресечения до вступления приговора в законную силу ФИО1 оставлена прежней, в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

На основании ч.ч. 1, 2 ст. 75.1 УИК РФ суд обязал ФИО1 по вступлении приговора в законную силу прибыть в Управление федеральной службы исполнения наказаний по (адрес), расположенное по адресу: (адрес), для получения предписания о самостоятельном следовании к месту отбывания наказания в виде лишения свободы в колонии-поселении.

В соответствии с ч. 3 ст. 75.1 УИК РФ срок отбывания наказания в отношении ФИО1 исчислен со дня его прибытия в колонию-поселение, при этом зачтено в срок лишения свободы время следования осужденного к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием УФСИН России по (адрес), из расчета один день за один день.

В соответствии с п. 4 ст. 33 УИК РФ постановлено, что администрация учреждения, в котором отбывает основной вид наказания лицо, осужденное также к дополнительному наказанию в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, не может привлекать осужденного к работам, выполнение которых ему запрещено.

Приговором разрешен вопрос о вещественных доказательствах.

Заслушав доклад судьи Виничук Л.А., пояснения защитника ФИО1 – адвоката Фоминовой А.Е., поддержавшей доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Малышевой Т.В. об оставлении приговора без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным в нарушении лицом, управляющим автомобилем, находящимся в состоянии опьянения, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека. 

Преступление совершено ФИО1 (дата) в период времени *** на *** километре +*** метров автодороги *** на территории (адрес) при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре. 

В судебном заседании осужденный ФИО1 вину не признал.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором суда. Утверждает, что его вина не установлена. Отмечает, что в обосновании его вины суд необоснованно взял показания сотрудников полиции, которые являются заинтересованными в исходе дела лицами, а также заключение психолого-лингвистической экспертизы № от (дата), и показания свидетеля ФИО37, выразившего свое субъективное мнение о причине ДТП, а также показания потерпевшего Потерпевший №1 от (дата) и от (дата). Указывает, что суд счел, что на показания последнего в присутствии адвоката повлияли дружеские отношения потерпевшего с ним (осужденным). Указывает, что при этом Потерпевший №1 уточнил свои показания, но не изменил их. Кроме того суд не принял во внимание, что потерпевший в суде объяснил противоречия в своих показаниях тем, что боялся возмещения ущерба при восстановлении автомобиля, а когда обратился к адвокату, то понял, что его вмешательство в управление автомобилем не образует состава преступления, так как ему самому причинен тяжкий вред здоровью, поэтому он решил рассказать всю правду на стадии предварительного расследования.

Просит приговор отменить, вынести оправдательный приговор в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 264 УК РФ.

В апелляционной жалобе и дополнениях защитник осужденного ФИО1 - адвокат Жуликов А.Г. также выражает несогласие с приговором суда, полагает, что суд не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда. Считает приговор незаконным, необоснованным и подлежащим отмене в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, а также в связи с неправильным применением уголовного закона и нарушением норм уголовно-процессуального права.

Полагает, что приговор загроможден не ясными выводами суда, что требует исключения из вынесенного решения.

Считает, что председательствующий способствовал стороне обвинения, о чем неоднократно заявляла сторона защиты, но заявленные ходатайства не удовлетворялись. 

Так, председательствующий по собственной инициативе исследовал письменные доказательства. При этом исследовались документы, не включенные в обвинительное заключение, но при этом не исследовано ни одного ходатайства, заявленного в ходе предварительного расследования, тем самым суд поставил под сомнение свою беспристрастность, о чем стороной защиты заявлялось ходатайство об отводе судьи, но оно не было удовлетворено.

После выступления в судебных прениях сторон председательствующий по собственной инициативе поставил вопрос возобновлении судебного следствия, на что государственный обвинитель возражал, но после удаления в совещательную комнату председательствующий огласил постановление о возобновлении судебного следствия, а причиной послужило неисследование в судебном заседании протоколов очных ставок: между Свидетель №5 и ФИО36, между Свидетель №2 и ФИО1, о чем после оглашения постановления государственный обвинитель заявил ходатайство.

Указанное, по его мнению, подтверждает заинтересованность председательствующего судьи на постановление обвинительного приговора, что он тем самым подсказал государственному обвинителю о заявлении подобного рода ходатайства после выступления в судебных прениях сторон.

Указанное выше поведение свидетельствует о заинтересованности судьи в исходе дела, тем самым прослеживается нарушение права на защиту подсудимого ФИО1, председательствующий не мог включить в число доказательств не исследованные в судебном заседании протоколы очных ставок.

В приговоре указано на оглашение показаний потерпевшего Потерпевший №1, данных в ходе предварительного следствия, но отсутствует ссылка на закон, в соответствии с которым данные показания были оглашены в судебном заседании, что требует их исключения из числа доказательств.

Указывает, что в приговоре суд необоснованно сослался на показания сотрудника полиции Свидетель №2 об обстоятельствах совершенного осужденным преступления, ставших ему известными в ходе беседы с ФИО1 (дата), а также на протокол очной ставки от (дата). Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ допрос дознавателя, следователя, сотрудника полиции о содержании показаний, данных в ходе досудебного производства подозреваемым или обвиняемым, противоречит уголовно-процессуальному закону.

Аналогично, в приговоре суд необоснованно сослался на показания сотрудника полиции Свидетель №5, об обстоятельствах совершенного осужденным преступления, ставших ему известными в ходе беседы с потерпевшим летом 2018 года, а также на протокол очной ставки от (дата).

Также считает необоснованной ссылку суда на показания сотрудника полиции ФИО11 об обстоятельствах совершенного осужденным преступления, ставших ему известными в ходе беседы с ФИО1 (дата).

Считает недопустимыми доказательствами показания свидетелей Свидетель №12 и Свидетель №11, данные в ходе предварительного расследования, которые указали, что их допрашивали одновременно, при этом на вопросы отвечал Свидетель №12, а Свидетель №11 молчала. Но суд принял во внимание показания следователя ФИО12 об обратном, которая выгораживала себя. Также указывает, что Свидетель №12 при допросе в ходе предварительного расследования дал субъективную оценку скорости автомобиля осужденного, а также указал, что если бы пассажир вмешался в управление автомобилем, то автомобиль сразу бы отбросило в кювет.

Считает недопустимым доказательством заключение судебной психолого-лингвистической экспертизы № от (дата), так как в заключении эксперта не в полном объеме предоставлены копии материалов уголовного дела: эксперту представлены лишь документы которые были выгодны со стороны следствия, не предоставлена копия протокола следственного эксперимента с участием потерпевшего Потерпевший №1, хотя данный протокол составлен (дата), в тот же день опрошен Потерпевший №1 и протокол направлен эксперту для проведения психолого-лингвистической экспертизы.

Далее в ходе предварительного следствия Потерпевший №1 также неоднократно допрашивался следователем, но данным протоколам допроса не дана оценка со стороны эксперта лингвиста. Заключение выдано на основании постановления о назначении психолого-лингвистической судебной экспертизы от (дата) (л.д. 180-182 том 1), в которой указано на постановленные вопросы в редакции адвоката, чем нарушено право на защиту подозреваемого ФИО1 поскольку эксперт уже знал о поставленных вопросах со стороны защиты, именно поэтому в заключении эксперта № на поставленные вопросы со стороны защиты под номерами 17,18,19 отражено, что они выходят за пределы компетенции эксперта-лингвиста, однако при постановлении вопросов защитником использовалась научная литература, в которой указаны вопросы, относящиеся к компетенции эксперта-лингвиста.

Обращает внимание на поставленный следователем вопрос №- «имело ли место превышение ФИО1 скорости в момент ДТП, имевшим место (дата) года» - данный вопрос не относится к компетенции эксперта-лингвиста, что подтверждается Методическими рекомендациями ГосДумы Федерального собрания от (дата) «По лингвистической экспертизе законопроектов».

Отмечает, что экспертом лингвистом ФИО31 превышены полномочия эксперта-лингвиста по вопросу определения скорости движения автомобиля, а также нахождения водителя в момент ДТП в состоянии опьянения, что необоснованно ставит под сомнение необходимость проведения автотехнической экспертизы. При этом отмечает, что эксперт, проводивший автотехническую экспертизу, не мог определить скорость движения автомобиля. Указывает, что объяснения лиц не являются доказательствами и по ним нельзя проводить исследования, а эксперт провела, так как ей предоставила копии следователь. Эксперт использовал в своем исследовании документы, не являющиеся доказательствами по материалам уголовного дела, а также положила в основу показаний сотрудников полиции, которые являлись заинтересованными в исходе предварительного расследования, но не были исследованы в судебном заседании и вопрос о признании их допустимыми доказательствами не выяснялся в судебном заседании. В связи с изложенным, считает заключение эксперта № недопустимым доказательством.

Ссылается на то, что в судебном заседании стороной защиты заявлялось ходатайство об истребовании договора о проведении экспертизы, но судом в его удовлетворении необоснованно отказано.

Таким образом, постановление от (дата), которое было исследовано судом в судебном заседании, оставлено без исполнения, что подтвердила эксперт-лингвист ФИО31 в судебном заседании. Суд исследовал данный документ в судебном заседании, но не отразил его и не дал оценки в приговоре.

В материалах уголовного дела имеется постановление о назначении психолого-лингвистической экспертизы от (дата), которое также исследовалось в судебном заседании, но оно не дополняло предыдущее от (дата), а выносилось новое.

Неисполнение постановления от (дата) установлено в судебном заседании, следовательно пробел не устранен в ходе судебного следствия, что по его мнению, дает основания суду апелляционной инстанции признать заключение эксперта № недопустимым доказательством, о чем просит сторона защиты в настоящей жалобе.

Полагает, что ФИО1 необоснованно вменили нарушение п. 10.1 ПДД, поскольку согласно заключению эксперта № автомобиль в момент ДТП двигался со скоростью не менее 80,1 км/ч при разрешенной на данном участке местности не более 90 км/ч, то он не нарушил правила дорожного движения. Нарушение данного пункта необходимо исключить из предъявленного обвинения ФИО1 Все вышеперечисленные недочеты предварительного следствия, а в последующем и судебного разбирательства должны толковаться, в том числе и сомнения, в пользу осужденного. 

Считает, что имелись основания для возвращения уголовного дела прокурору, предусмотренные ст.237 УПК РФ. 

Отмечает, что при ознакомлении с материалами уголовного дела сторона защиты ознакомилась с тремя томами уголовного дела, о чем свидетельствует протокол ознакомления обвиняемого и его защитника с материалами уголовного дела от (дата). В судебном заседании (дата) судом исследовались письменные доказательства стороны обвинения, при этом была исследована копия приказа УМВД России по (адрес) от (дата), находящейся на л.д. 34 тома 3, который при ознакомлении с материалами уголовного дела не был приобщен к материалам уголовного дела, в связи с чем делается вывод, что данный документ приобщен к материалам уголовного дела после выполнения требований ст. 217 УПК РФ.

Более того, в судебном заседании по ходатайству государственного обвинения допрошена следователь Свидетель №15, которая пояснила суду, что приобщила копию приказа УМВД России по (адрес) от (дата), находящуюся на л.д. 34 тома № уголовного дела после ознакомления с материалами уголовного дела стороны защиты, и не ознакомила обвиняемого ФИО1 и защитника Жуликова А.Г. с материалами уголовного дела дополнительно. В бездействии ФИО12 возможно усмотреть признаки служебного подлога, так как она (дата) знакомила сторону защиты с 20 (двадцатью) листами тома № уголовного дела, а вышеуказанная копия приказа находится на л.д. 34 тома № уголовного дела, то есть сторона защиты не имела возможности ознакомиться с ней до момента исследования в судебном заседании, и только по той причине, что все листы уголовного дела были пронумерованы и прошнурованы перед выполнением ст.217 УПК РФ, но в дальнейшем следователь расшила и дополнила материалы уголовного дела (дата), что недопустимо в рамках исполнения уголовно-процессуального закона, как этого требует ч. 1 ст. 217 УПК РФ.

Отмечает, что данный документ имеет значительное влияние на исход дела, так как в момент ознакомления сторона защиты не была уведомлена о полномочиях должностного лица ФИО15, которая выносила процессуальные документы на предварительном следствии, на что обратила внимание сторона защиты и желала указать в ходе судебного следствия с целью признания недопустимыми доказательствами со стороны обвинения, приобщенными к материалам уголовного дела.

Вопреки требованиям ст.217 УПК РФ подозреваемому ФИО1 и его защитнику не были представлены все материалы уголовного дела. Указанное нарушение УПК РФ является существенным, влекущим нарушение принципа состязательности и равноправия сторон.

Полагает, что также нарушено право на защиту ФИО1, в этой связи требуется возврат уголовного дела прокурору, а по признакам состава преступления, предусмотренных главой 30 УК РФ, - проведения служебной проверки в отношении должностного лица.

Подобного рода ходатайство заявлялось в судебном заседании, но судом в его удовлетворении отказано на основании ст. 238 УПК РФ, но данная норма закона регулирует приостановление производства по уголовному делу, но не рассматривает вопрос о возвращении уголовного дела прокурору.

Именно поэтому сторона защиты просит суд апелляционной инстанции рассмотреть заявленное ходатайство о возвращении уголовного дела (дата) по существу и признать незаконным и не обоснованным постановление от (дата) об отказе в удовлетворении ходатайства защитника - адвоката Жуликова А.Г. о возращении уголовного дела прокурору, а также о поручении проведения служебной проверки в отношении должностных лиц следователя СГ Отд. МВД России по (адрес) ФИО12, а также в отношении временно исполняющего обязанности начальника СГ Отд МВД России по (адрес) ФИО15 

Просит приговор отменить, вынести оправдательный приговор за отсутствием состава преступления.

В возражениях на апелляционные жалобы осужденного и его защитника государственный обвинитель и.о. прокурора района Тарков А.В. считает доводы несостоятельными, просит приговор суда оставить без изменений.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб с дополнениями, возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В своих показаниях в ходе предварительного расследования и оглашенных, в порядке п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, в судебном заседании осужденный ФИО1 указал, что (дата) около 16-00 часов он совместно со своим знакомым Потерпевший №1 на своем автомобиле марки *** выехали из (адрес) по направлению (адрес) в гости к его родственнику. Передвигались они по автодороге *** управлял своим автомобилем он. Потерпевший №1 сидел рядом на пассажирском сиденье. Двигались они со скоростью около 90-100 км/ч, впереди них ехали два транспортных средства, которые он обогнал, но продолжил двигаться по полосе движения, предназначенной для встречного движения. В это время он увидел, что примерно на расстоянии 800 метров, может чуть больше, на левой полосе движения, предназначенной для встречного направления, передвигался легковой автомобиль, который совершал маневр обгона иного транспортного средства. В указанный момент Потерпевший №1 его окрикнул, резко схватился обеими руками за руль его автомобиля и резко дернул его на себя, отчего их автомобиль, которым он управлял, стал резко менять свою траекторию, в результате чего они резко съехали в правый по ходу движения кювет, где затем уже их автомобиль перевернулся около 2-3 раз. По приезду на место сотрудников полиции он рассказал им об обстоятельствах совершенного ДТП, от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения он отказался, почему пояснить не может, в день ДТП спиртное не употреблял. 

Несмотря на непризнание осужденным своей вины и на его указания, что дорожно-транспортное происшествие произошло по вине потерпевшего, вмешавшегося в управление транспортным средством, виновность ФИО1 в совершении преступления, при установленных в ходе судебного заседания обстоятельствах, полностью подтверждена доказательствами, которые были добыты в ходе предварительного расследования, проверены в судебном заседании и приведены в приговоре.

Из показаний потерпевшего ФИО14, данных им (дата) и (дата), в ходе предварительного расследования, следует, что (дата) во второй половине дня он совместно со своим знакомым ФИО1 на принадлежащем ему автомобиле марки «*** выехали из (адрес) по направлению (адрес). Указанным автомобилем управлял ФИО1, он находился на переднем пассажирском сиденье, пристегнут ремнем безопасности не был, ФИО1 также пристегнут ремнем безопасности не был. Он при этом находился в состоянии небольшого алкогольного опьянения, поскольку накануне в ночное время употребил немного спиртного, а утром (дата) выпил небольшое количество пива. Двигались они примерно со скоростью около 170 км/ч, не более, поскольку дорога была хорошей, погода ясной и без осадков, автомобилей на дороге было очень мало. Каких-либо помex их движению на автодороге не имелось. Во время движения, проехав (адрес), он обратил внимание, что их автомобиль начал движение по встречной полосе. Он также обратил внимание и на тот факт, что ФИО1 отвлекся на что-то, на что именно сказать не может, так как не помнит, и за дорогой не наблюдал. Управлению автомобилем ФИО1 он не препятствовал, лишь окрикнул его и дотронулся до руки с целью обратить внимание, что автомобиль под его управлением движется по полосе, предназначенной для встречного движения, во избежание ДТП, при этом руль из его рук не извлекал и на себя не тян(адрес) также известно, что ФИО1 пытается избежать привлечения к уголовной ответственности и в совершении ДТП обвиняет его. 

Свидетели Свидетель №3, Свидетель №4 и Свидетель №7 в ходе предварительного расследования указывали, что со слов осужденного им известно, что ДТП произошло по причине того, что последний не справился с управлением.

Свидетели Свидетель №6 и Свидетель №1 подтвердили обстоятельства их участия при производстве осмотра места происшествия, обстановку, обстоятельства его проведения и правильность полученных замеров, а также то обстоятельство, что ФИО1 ответил отказом на предложения сотрудника ГИБДД пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения. 

Свидетели Свидетель №2, Свидетель №5, Свидетель №8 и Свидетель №15 пояснили, что допрашиваемые лица показания им давали добровольно, какого-либо давления на них оказано не было. Также они подтвердили обстоятельства прибытия на место ДТП, осмотра места происшествия и автомобиля. 

Свидетель Свидетель №13 пояснила, что после ДТП они с супругом прибыли на место, где также присутствовала семья ФИО37. Она самостоятельно поднялась на автодорогу и вызвала скорую помощь, позвонила матери ФИО1 

Свидетели Свидетель №11 и Свидетель №12 в ходе предварительного расследования поясняли, что скорость автомобиля под управлением ФИО1 визуально составляла более 100 км/ч, при этом каких-либо препятствий для его прямолинейного движения на дороге не имелось, никто их не пытался обогнать, при этом Потерпевший №1 говорил после ДТП ФИО1 о том, что не следовало так быстро ехать. 

Из оглашенных показаний свидетелей: Свидетель №9 и Свидетель №10 следует, что Потерпевший №1 сообщал им о том, что причиной ДТП послужило то обстоятельство, что именно ФИО1 не справился с управлением автомобилем, при этом сам Потерпевший №1 никогда не говорил о том, что вмешивался в управление автомобилем. В лечебном учреждении Потерпевший №1 пояснял, что никаких помех для движения не имелось, автомобиль просто занесло.

Помимо показаний вышеуказанных лиц, вина осужденного ФИО1 подтверждается письменными материалами уголовного дела:

- рапортом инспектора ДПС Свидетель №2 от (дата), содержащим сведения о произошедшем ДТП (т. ***);

- определением серия 56 10 № от (дата) о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования (т. ***);

- определением серия 5610 № от (дата) о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования (т. ***);

- протоколом серия (адрес) от (дата) об отстранении ФИО1 от управления транспортным средством, основанием послужило наличие достаточных оснований полагать, что лицо, которое управляет транспортным средством, находится в состоянии опьянения (наличие у лица одного или нескольких признаков: запах алкоголя изо рта) (т. ***);

- протоколом серия (адрес) от (дата) о направлении ФИО1 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, основанием направления послужил отказ ФИО1 от прохождения освидетельствования на состояние опьянения при наличии признака опьянения: запах алкоголя изо рта (т. ***);

- постановлением о прекращении дела об административном правонарушении от (дата) по п. 2 ст. 24.5 КоАП РФ (т. ***);

- протоколом осмотра места ДТП со схемой и фототаблицей от (дата) (т. ***);

- протоколом осмотра транспортного средства от (дата), согласно которому объектом осмотра являлся автомобиль марки *** государственный регистрационный знак ***, у которого повреждены крыша, крылья, капот, крышка багажника, бампера, двери, стекла, фары и задние габаритные огни (т. ***);

- заключением судебно-медицинского эксперта № от (дата), согласно которому у Потерпевший №1 имеются телесные повреждения, которые образовались в результате действия твердого тупого предмета или при ударе о таковой, возможно в срок и при обстоятельствах, указанных в постановлении. Вышеуказанные телесные повреждения повлекли тяжкий вред здоровью (т. ***).

- заключением судебной автотехнической экспертизы № от (дата), согласно которому скорость автомобиля марки *** в данных дорожных условиях к моменту начала образования следов бокового скольжения определяется более 80,1 км/ч; в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля марки ***», в целях постоянного контроля за движением транспортного средства на полосе, рекомендуемой Правилами дорожного движения и недопущения заноса и выезда транспортного средства за пределы дорожного полотна, должен был руководствоваться требованиями ч. 1 п. 10.1 Правил дорожного движения. Также в постановлении о назначении экспертизы и представленных материалах дела содержатся сведения о том, что водитель автомобиля марки *** перед ДТП двигался со скоростью 90-100 км/ч. В этом случае, если скорость автомобиля *** превышала скорость 90 км/ч, водителю данного транспортного средства следовало руководствоваться также требованиями ч. 1 п. 10.3 Правил дорожного движения (т. ***);

- протоколом осмотра предметов от (дата), автомобиля марки *** после ДТП (т. 1 л.д. ***);

- протоколом очной ставки от (дата) между Потерпевший №1 и Свидетель №5, согласно которому свидетель Свидетель №5 пояснил, что пассажир автомобиля марки *** Потерпевший №1 сообщил ему о том, что причиной указанного ДТП явилось то, что водитель ФИО1 во время движения не справился с управлением своего автомобиля и допустил его съезд в кювет и опрокидывание, в результате чего он получил телесные повреждения. Показания при получении объяснений Потерпевший №1 давал добровольно, без какого-либо давления и принуждения. Со слов Потерпевший №1 ему лишь стало известно о том, что ФИО1 самостоятельно, без вмешательства его и иных лиц не справился с управлением своего автомобиля и допустил съезд его в кювет и опрокидывание. Потерпевший №1 утвердительно говорил о том, что причиной ДТП явилось то, что ФИО1 не справился с управлением своего автомобиля, допустив его съезд в кювет и опрокидывание. Потерпевший Потерпевший №1 пояснил, что с показаниями свидетеля Свидетель №5 он полностью согласен (т. ***)

и другими доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что доказательства, приведенные судом в приговоре в качестве доказательств виновности осужденного, были получены при соблюдении требований уголовно-процессуального закона и являются допустимыми.

Исследованные в судебном заседании вышеуказанные доказательства, так же как и выдвигаемые осужденным и его адвокатом доводы и версии получили в приговоре суда объективные и мотивированные оценки.

Предусмотренные законом процессуальные права осужденного, в том числе и право на защиту от обвинения, на всех стадиях уголовного процесса были реально обеспечены.

В ходе предварительного расследования и судебного заседания нарушений закона, которые могли бы повлиять на объективность вывода суда о доказанности виновности осужденного, допущено не было.

Свидетели: Свидетель №1, Свидетель №3, Свидетель №4, Свидетель №7, Свидетель №11 и Свидетель №12, сообщили суду иные данные об обстоятельствах дела. Судом первой инстанции сделан анализ показаний указанных свидетелей на предварительном следствии и в суде, и обоснованно признаны достоверными показания, данные в ходе предварительного расследования, в ходе которых они подробно поясняли об обстоятельствах данного уголовного дела, поскольку они согласуются с показаниями других свидетелей, иными доказательствами и соответствуют фактическими обстоятельствами дела.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, суд первой инстанции верно принял во внимание показания потерпевшего ФИО14, данные им (дата) и (дата) в ходе предварительного расследования, из которых следует, что он лишь окрикнул осужденного и дотронулся до руки с целью обратить внимание, что автомобиль под его управлением движется по полосе, предназначенной для встречного движения, во избежание ДТП, при этом руль из его рук не извлекал и на себя не тянул, при чем ему известно, что ФИО1 пытается избежать привлечения к уголовной ответственности и в совершении ДТП обвиняет его. 

При этом суд критически относится последующим показаниям потерпевшего о том, что он резко дернул руль автомобиля в результате чего произошло ДТП, а ранее этого не говорил, так как боялся, что придётся восстанавливать автомобиль, после юридической консультации изменил свои показания. Суд пришел к обоснованному выводу, что ФИО14 имеет желание помочь ФИО1 избежать уголовной ответственности и наказания в силу сложившихся между ними дружеских отношений. Аналогично изменили свои показания свидетели: Свидетель №3, Свидетель №4 и Свидетель №7, которые находятся с осужденным в родственных и дружеских отношениях. 

Причем показания данных свидетелей и потерпевшего не подтверждаются никакими другими доказательствами по делу и полностью опровергаются их же показаниями, данными в ходе предварительного следствия и признанными судом достоверными, и другими доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Доводы апелляционных жалоб о том, что потерпевший боялся возмещения ущерба, поэтому ранее не указывал на то, что он вмешался в управление транспортным средством, являлись предметом рассмотрения в суде первой инстанции и они обоснованно признаны несостоятельными.

Суд первой инстанции обоснованно признал показания потерпевшего ФИО14, данные им (дата) и (дата), а также показания свидетелей: Свидетель №3, Свидетель №4 и Свидетель №7, данные в ходе предварительного расследования допустимыми и достоверными, поскольку они получены в соответствии с требованиями УПК РФ, их содержание не противоречит обстоятельствам, установленным в суде, поэтому оснований не доверять им, у суда не имеется.

Вопреки мнению защитника, принцип состязательности судом не нарушен, стороны во время судебного заседания имели равные права, реализации которых суд не препятствовал. Основанием для возобновления судебного следствия послужило то, что государственный обвинитель в речи сообщил о протоколах очных ставок, при этом ранее при исследовании материалов уголовного дела по ходатайству адвоката Жуликова А.Г. они были исследованы не в полном объеме, что отвечает требованиям ст. 294 УПК РФ. Суд апелляционной инстанции в данном случае не усматривает заинтересованности суда первой инстанции в постановлении обвинительного приговора, как полагает сторона защиты, процессуальные действия суда направлены на установление истины по делу.

Доводы защиты о том, что судом по собственной инициативе исследовались документы, не включенные в обвинительное заключение, не указывают на нарушение судом каких - либо норм уголовно-процессуального закона. По смыслу ст. 285 УПК РФ суду не запрещено исследовать доказательства, при этом данных о том, что исследованные судом доказательства выходили за пределы предъявленного ФИО1 обвинения, не имеется.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката Жуликова А.Г. в приговоре имеется ссылка на закон при оглашении показаний потерпевшего Потерпевший №1 – а именно на ч. 3 ст. 281 УПК РФ при наличии существенных противоречий между показаниями ранее данными и показаниями, данными им в судебном заседании.

Довод жалобы защитника о том, что суд необоснованно сослался на показания сотрудника инспектора ДПС Свидетель №5, а также на протокол очной ставки между данным сотрудником и потерпевшим, является не обоснованным, так как сотрудник в данном случае пояснял об обстоятельствах дела, ставших ему известными по прибытии на место дорожно-транспортного происшествия именно от потерпевшего, что нарушением уголовно-процессуального закона не является.

Довод адвоката о признании недопустимыми доказательствами показаний свидетелей Свидетель №12 и Свидетель №11 ввиду того, что они допрашивались одновременно, являлся предметом рассмотрения в суде первой инстанции, и суд первой инстанции верно признал его необоснованным. Обратное подтвердила следователь Свидетель №15, пояснив в судебном заседании, что свидетели был допрошены раздельно. Как следователь, так и свидетели ФИО37 являются незаинтересованными в исходе дела лицами, оснований не доверять содержанию показаний в части увиденного ими дорожно-транспортного происшествия суд апелляционной инстанции не усматривает. Показания свидетелей о скорости автомобиля осужденного перед ДТП, а также суждение Свидетель №12 о том, что было бы, если бы пассажир вмешался в управление транспортным средством, отражают восприятие увиденного ими и не влияют на допустимость их показаний, в совокупности с другими доказательствами, исследованными в суде первой инстанции, они подтверждают одни и те же обстоятельства произошедшего.

Кроме того, заключением автотехнической экспертизы № от (дата) установлено, что скорость автомобиля под управлением осужденного к моменту начала образования следов бокового скольжения определяется более 80,1 км/ч, данная скорость и указана судом при описании преступления, совершенного ФИО1

Исследование проведено квалифицированным лицом, имеющим длительный стаж работы в соответствующей отрасли знаний, заключение отвечает требованиям ст. 204 УПК РФ, эксперту разъяснялись права и обязанности, он предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, в исходе дела он не заинтересован, заключение содержит подробную исследовательскую часть, является мотивированным и понятным. Оснований для признания данного заключения недопустимым доказательством, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Также необоснованными являются доводы апелляционной жалобы адвоката Жуликова А.Г. о том, что ввиду того, что не установлено превышение осужденным допустимой скорости, суд необоснованно вменил его подзащитному нарушение п. 10.1 ПДД. Указанный пункт 10.1. устанавливает не только обязанность вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Но и предписывает, что скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, что осужденным обеспечено не было. 

Довод адвоката Жуликова А.Г. о наличии оснований, для возвращения уголовного дела прокурору на основании ст. 237 УПК РФ является несостоятельным. То обстоятельство, что после ознакомления осуждённого и его защитника с материалами уголовного дела приобщена копия выписки из приказа УМВД (адрес) от (дата), не является в данном случае основанием для возвращения уголовного дела. Как верно указал суд первой инстанции, требования ст. 217 УПК РФ выполнены должностным лицом, производящим предварительное расследование, в полном объеме, поскольку обвиняемый и его защитник были ознакомлены с материалами уголовного дела, что следует из протокола ознакомления. Наличие выписки из приказа №-лс от (дата) на л.д. *** уголовного дела не свидетельствует о нарушении требований ст. 217 УПК РФ, поскольку данная копия была приобщена следователем в порядке разрешения ходатайства, заявленного защитником – адвокатом Жуликовым А.Г. (дата) на л.д. *** уголовного дела.

Должностное лицо - ФИО15, согласно выписке, исполняла обязанности в период с 19 марта по (дата). В связи с изложенным, суд не находит оснований полагать о наличии нарушений должностными лицами ОМВД России по (адрес) ФИО12 и ФИО15 требований УПК РФ, а равно нарушении права ФИО1 на защиту. Указанный приказ также подтверждает согласование обвинительного заключения с ФИО15 – как с Врио начальника СГ Отд МВД России по (адрес). Следователь Свидетель №15 в судебном заседании не отрицала, что данная копия выписки из приказа приобщена после ознакомления сторон с материалами уголовного дела, при ознакомлении от защитника поступало ходатайство об оспаривании действий ФИО15, разрешение данного ходатайство было вложено в дело, также она разъясняла, кто замещает должность, результат был доведен до защитника. При ознакомлении с материалами дела в её должностные обязанности входит разрешений поступивших ходатайств, путем вынесения постановлений. Изложенное свидетельствует о том, что оснований для возвращения уголовного дела прокурору, по доводам апелляционной жалобы, не имеется.

Вместе с тем в качестве доказательств, подтверждающих виновность ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 264 УК РФ, судом в приговоре приведены: протокол очной ставки от (дата) между Свидетель №2 и ФИО1, а также показания допрошенных в качестве свидетелей: инспектора ДПС гр. ДПС ОГИБДД Отд МВД России по (адрес) Свидетель №2 и старшего следователя ОМВД России по (адрес) ФИО11, в которых они воспроизвели сведения, ставшие им известными из беседы с ФИО1 

Между тем, в соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Конституционного Суда РФ от 6 февраля 2004 года N 44-О, недопустимо воспроизведение в ходе судебного разбирательства содержания показаний подозреваемого, обвиняемого, данных в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника и не подтвержденных им в суде, путем допроса в качестве свидетеля - дознавателя или следователя, производившего дознание или предварительное следствие.

Суд не вправе допрашивать дознавателя и следователя, равно как и сотрудника, осуществляющего оперативное сопровождение дела, о содержании показаний, данных в ходе досудебного производства подозреваемым или обвиняемым, восстанавливать содержание этих показаний вопреки закрепленному в п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ правилу, согласно которому показания подозреваемого, обвиняемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника и не подтвержденные в суде, относятся к недопустимым. Тем самым, закон исключает возможность любого, прямого или опосредованного, использования содержащихся в них сведений.

Поэтому показания свидетелей Свидетель №2 и ФИО11, а а также протокол очной ставки от (дата) между Свидетель №2 и ФИО1 относительно сведений, которые им стали известны из беседы с ФИО1 в отсутствие его защитника, не могут быть использованы в качестве доказательства его виновности и подлежат исключению из приговора.

При этом исключение из приговора показаний свидетелей Свидетель №2 и ФИО11 и протокола очной ставки от (дата) между Свидетель №2 и ФИО1, в указанной части, не ставит под сомнение выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, поскольку они подтверждаются совокупностью иных, исследованных судом и признанных достоверными, доказательств. Данное исключение не влияет на обоснованность постановленного в отношении ФИО1 обвинительного приговора.

Кроме того, заслуживают внимания доводы апелляционных жалоб адвоката и осужденного в части признания недопустимым доказательством заключения судебной психолого-лингвистической экспертизы № от (дата).

Так, в соответствии с п. 1 ст. 73 УПК РФ при производстве по уголовному делу подлежит доказыванию событие преступления (место, время, способ и другие обстоятельства совершения преступления).

Любое доказательство по делу должно быть относимым к обстоятельствам, подлежащим доказыванию, допустимым (соответствующим требованиям УПК РФ), а их совокупность - достаточной для принятия итогового судебного решения.

Как усматривается из описательно-мотивировочной части приговора, в качестве доказательства виновности ФИО1 в совершенном преступлении судом приведено заключение судебной психолого-лингвистической экспертизы № от (дата) (т. 1 л.д. 185-199) о достоверности показаний осужденного ФИО1, потерпевшего Потерпевший №1 и свидетелей: Свидетель №4, Свидетель №3, Свидетель №6, Свидетель №5, ФИО11, данных в ходе предварительного следствия.

Вместе с тем данное заключение не отвечает требованиям ст. 75 УПК РФ, поскольку противоречит положениям ст. ст. 87 88 УПК РФ, в соответствии которыми не допускаются экспертные суждения и выводы по вопросам, относящимся к исключительной компетенции суда, в том числе по вопросам оценки доказательств, относительно их достоверности или недостоверности, истинности или ложности свидетельских или иных показаний.

При указанных обстоятельствах из описательно-мотивировочной части приговора следует исключить ссылку суда на заключение судебной психолого-лингвистической экспертизы № от (дата) как на доказательство вины осужденного ФИО1 Исключение данного доказательства не влияет на правильность установленных судом фактических обстоятельств дела и юридическую квалификацию действий ФИО1 и не влияет на обоснованность постановленного в отношении ФИО1 обвинительного приговора.

Действиям осужденного дана верная правовая оценка и они верно квалифицированы судом по ч. 2 ст. 264 УК РФ (в редакции Федерального закона № 528-ФЗ от 31 декабря 2014 г.) – как нарушение лицом, управляющим автомобилем, находящимся в состоянии опьянения, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что при назначении уголовного наказания суд первой инстанции в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ, учитывал характер и общественную опасность совершенного преступления, данные о личности осужденного, обстоятельства, влияющие на назначение наказания.

Судом принято во внимание, что осужденный не судим, впервые совершил преступление средней тяжести, в зарегистрированном браке не состоит, проживает с Свидетель №3, находящейся в состоянии беременности, трудоустроен и имеет постоянный источник дохода, на учете у врача нарколога и врача психиатра не состоит, по месту проживания и работы характеризуется исключительно положительно.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд обоснованно признал совершение преступления впервые, состояние беременности Свидетель №3, а также принесение извинений потерпевшему и мнение последнего, не настаивающего на строгом наказании.

Отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено.

С учетом фактических обстоятельств совершения преступления и степени его общественной опасности, суд обоснованно не усмотрел оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с положениями ч. 6 ст. 15 УК РФ, при этом суд учел наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.

Оснований для применения ст. 76.2, ст. 53.1, ст. 64, ст. 73 УК РФ суд первой инстанции обоснованно не усмотрел.

Вид исправительного учреждения судом назначен правильно, в соответствии с требованиями п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, по делу не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Жуликова А.Г. удовлетворить частично.

Приговор Красногвардейского районного суда Оренбургской области от 18 ноября 2019 года в отношении ФИО1 изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылки суда на заключение судебной психолого-лингвистической экспертизы № от (дата) как на доказательство вины осужденного ФИО1

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылку суда на показания свидетелей Свидетель №2 и ФИО11, а также на протокол очной ставки от (дата) между Свидетель №2 и ФИО1 как на доказательства вины ФИО1 в совершении преступления, в части сведений, о фактических обстоятельствах дела, ставших известными свидетелям из беседы с ФИО1

В остальной части приговор суда оставить без изменения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ. 

Председательствующий –