1-8/2018

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

о прекращении уголовного дела

27 февраля 2019 года г. Борзя

Борзинский гарнизонный военный суд в составе председательствующего Подоляка К.И., при секретаре Почекуниной А.М., с участием государственного обвинителя – старшего помощника военного прокурора Борзинского гарнизона капитана юстиции ФИО1 и защитника – адвоката Палаты адвокатов Забайкальского края Хомутовой И.И., в открытом судебном заседании, в помещении суда, рассмотрев уголовное дело в отношении бывшего военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты>

ФИО2, 

<

данные изъяты>, 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 349 УК РФ,

установил:

Органами предварительного расследования ФИО2 обвиняется в том, что в период с 23 октября по 16 часов 10 ноября 2017 года, находясь на территории полигона 

<

адрес>, являясь командиром группы уничтожения взрывоопасных предметов (далее – ВОП) № 1 и начальником по воинскому званию для военнослужащих группы уничтожения ВОП № 2, то есть должностным лицом, в соответствии с ч. 1 ст. 16, ч. 1, 2 ст. 27 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих», ст. 33, 75, 81 и 320 Устава внутренней службы Вооруженных Сил РФ, утвержденного Указом Президента РФ от 10 ноября 2007 года № 1495, отвечал за выполнение подчиненными военнослужащими требований безопасности при проведении работ по очистке полигона «

<

адрес>» от боеприпасов и правильность проведения данных работ. 

Между тем вследствие ненадлежащего исполнения ФИО2 своих обязанностей, были допущены нарушения правил обращения с боеприпасами – кумулятивным снарядом калибра 125 мм, снаряженного смесевым взрывчатым веществом на основе гексогена, предусмотренные пунктами 3, 36, 74, 165, 179 Наставления по очистке местности (объектов) от взрывоопасных предметов для Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденного приказом Министра обороны Российской Федерации от 7 июля 2011 года № 1200 дсп (далее – Наставление) и пунктами 172, 177-180, 182, 183 Руководства по организации выполнения требований безопасности на объектах полевой учебно-материальной базы Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденного приказом Министра обороны Российской Федерации от 2 марта 2010 года № 150 (далее – Руководство).

Так, пунктами 3, 36, 74, 165, 179 Наставления установлено, что ФИО2, как командир группы уничтожения ВОП был обязан выполнять поставленную задачу в соответствии с установленной технологией, непосредственно руководить выполнением задач по очистке местности от ВОП, следить за соблюдением требований безопасности личным составом группы разминирования, лично проводить идентификацию обнаруженных ВОП и принимать решения по их обезвреживанию. В случаях затруднения идентификации обнаруженных ВОП, для принятия решения по их обезвреживанию привлекать специалистов по данному виду боеприпасов, осуществлять контроль качества очистки местности от ВОП. Кроме того, ФИО2 был обязан ставить задачи подчиненным на местности последовательно, в соответствии с технологическим циклом очистки местности от ВОП, давать указания о способе и порядке выполнения задачи. При этом при выполнении задач очистки местности от ВОП категорически запрещается поднимать, сдвигать с места, бросать любые ВОП; допускать скученность военнослужащих при выполнении каких-либо действий с ВОП, расстояние между ними должно предотвращать возможность группового подрыва людей. Весь личный состав отряда (группы) разминирования во время пребывания в опасной зоне должен быть одет в средства индивидуальной бронезащиты.

В соответствии с пунктами 172, 177-180, 182, 183 Руководства, воинские подразделения, привлекаемые к поиску и обезвреживанию (уничтожению) ВОП, должны прибывать на полигон под командой своих командиров. В свою очередь, командиры подразделений по прибытии на полигон инструктируются у начальника полигона и отвечают за качество проводимых работ, а также за выполнение требований безопасности при их проведении. Группа разминирования осматривает каждый предмет, около которого выставлена веха с красным флажком, и определяет степень его опасности. Обнаруженные снаряды, ракеты, мины, авиабомбы и ВОП, а также предполагаемые места их нахождения в грунте трогать запрещается. В случае если невзорвавшийся снаряд (мину, авиабомбу) и ВОП по каким-либо причинам в ходе очистки уничтожить нельзя, их местонахождение ограждается и устанавливается указатель с надписью: «Опасно. Невзорвавшийся снаряд. Не трогать!». Сбор и перемещение с места снарядов, мин, авиабомб в целях их группового уничтожения категорически запрещается. Неопасные в обращении предметы, после вторичной проверки их безопасности специалистами, вывозятся с мишенных полей для последующей сдачи в металлолом, а ВОП, в зависимости от степени их опасности, уничтожаются в установленном порядке. Уничтожение невзорвавшихся боеприпасов производится в день обнаружения силами нештатных групп разминирования, выделяемых от соединений (воинских частей) военного округа.

При этом ФИО2 и ФИО28 – командир группы уничтожения ВОП № 2 (далее – командир группы № 2), (

<

данные изъяты>), в период с 23 октября по 10 ноября 2017 года, желая в максимально короткие сроки выполнить поставленную задачу по очистке местности от ВОП, грубо нарушая указанные выше требования, тем самым не обеспечивая сохранность жизни и здоровья военнослужащих, дали указание своим подчиненным, входившим в составы групп уничтожения ВОП, все обнаруженные снаряды, в том числе, неразорвавшиеся боеприпасы, подлежащие уничтожению в месте их обнаружения, загружать в приданные им автомобили для перевозки к месту складирования, в район зенитной директрисы полигона «

<

адрес>», где производить их выгрузку, идентификацию (боевой или небоевой) и последующее групповое уничтожение боеприпасов электрическим способом. 

При выполнении работ по очистке местности полигона «

<

адрес>» в период времени с 10 до 16 часов 10 ноября 2017 года, в нарушение установленного порядка, предусмотренного вышеуказанными пунктами Наставления и Руководства, по указанию ФИО2, военнослужащими групп уничтожения были загружены в автомобиль «Урал-4320», государственный регистрационный знак (далее – г.р.з.) №, под управлением водителя ФИО29, обнаруженные, помимо неопасных снарядов, не менее 13 взрывоопасных предметов, в том числе, кумулятивные снаряды калибра 125 мм, которые подлежали уничтожению на месте их обнаружения и перемещение которых категорически запрещено. 

Помимо этого, в ходе выполнения работ 10 ноября 2017 года по очистке полигона от ВОП и выгрузке боеприпасов из кузова автомобиля «Урал», в районе директрисы зенитной артиллерии полигона «

<

адрес>», ФИО2, в нарушение установленных правил, разрешил военнослужащим групп уничтожения ВОП № 1 и № 2 снять имевшиеся у них средства индивидуальной защиты. При этом выгрузка боеприпасов из вышеуказанного автомобиля производилась совместно военнослужащими двух групп уничтожения ВОП. В ходе выгрузки боеприпасов, военнослужащие групп уничтожения ВОП ФИО30, ФИО31 и ФИО32, находясь в кузове автомобиля и не соблюдая мер безопасности, по указанию ФИО2, выбрасывали рядом с автомобилем на землю, обнаруженные боеприпасы, в то время как остальные военнослужащие групп уничтожения ВОП, а также ФИО2 и ФИО28 находились в непосредственной близости от автомобиля «Урал». 

Около 16 часов 10 ноября 2017 года в ходе разгрузки боеприпасов ФИО30, ФИО31 и ФИО32, из кузова автомобиля на землю выпал кумулятивный снаряд калибра 125 мм, снаряженный смесовым взрывчатым веществом на основе гексогена, относящийся к категории боеприпасов, что привело к его взрыву. 

В результате указанного взрыва наступила смерть ФИО37, ФИО31 причинены повреждения в виде взрывной травмы левой верхней конечности, ФИО29 – повреждения в виде взрывной сочетанной травмы нижних конечностей, мягких тканей живота, ФИО28 – сочетанная травма обеих нижних конечностей, которые расцениваются, как причинившие тяжкий вред их здоровью.

Кроме того, ФИО30 причинены повреждения в виде взрывной травмы головы, левой верхней и нижних конечностей, ФИО42 – повреждения в виде взрывной сочетанной травмы левой нижней конечности и мягких тканей головы, которые расцениваются, как причинившие им средней тяжести вред здоровью, а ФИО32 причинены повреждения в виде взрывной травмы головы, которые расцениваются, как причинившие легкий вред здоровью.

В ходе проведения предварительного расследования ФИО44, ФИО45 и ФИО46 – близкие родственники ФИО2, который также погиб при взрыве снаряда, заявили о своем несогласии с прекращением в отношении него уголовного дела по нереабилитирующему основанию, предусмотренному п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть в связи со смертью. В связи с этим, уголовное дело по завершению его расследования было передано с обвинительным заключением для рассмотрения по существу в гарнизонный военный суд.

В ходе судебного следствия государственный обвинитель просил суд, не изменяя квалификации инкриминируемого деяния, исключить из предъявленного ФИО2 обвинения, как необоснованно вмененные, период совершения преступления с 23 октября до 10 часов 10 ноября 2017 года, указание на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО28, а также причинение средней тяжести вреда здоровью ФИО30 и ФИО42 и легкого вреда здоровью ФИО32, изложив обвинение в следующей редакции.

ФИО2 в период с 10 до 16 часов 10 ноября 2017 года, находясь на территории полигона 

<

адрес>, являясь командиром группы уничтожения ВОП № 1 и начальником по воинскому званию для личного состава группы уничтожения ВОП № 2, то есть должностным лицом, которое в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 16, ч. 1 и 2 ст. 27 Федерального закона «О статусе военнослужащих», ст. 33, 75, 81 и 320 Устава внутренней службы ВС РФ отвечало за выполнение подчиненными военнослужащими, требований безопасности при проведении работ по отчистке полигона «

<

адрес>» от боеприпасов и правильность проведения данных работ, вследствие неисполнения и ненадлежащего исполнения должностных обязанностей допустил нарушение правил обращения с боеприпасами – кумулятивным снарядом калибра 125 мм., снаряженного смесевым взрывчатым веществом на основе гексогена, предусмотренных п. 3, 36, 74, 165, 179 Наставления и 

<

...> 182, 183 Руководства, что повлекло по неосторожности смерть человека – ФИО37, причинение тяжкого вреда здоровью ФИО29 и ФИО31.

Защитник – адвокат Хомутова И.И. возражала против прекращения уголовного дела по основанию, предусмотренному п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть в связи со смертью ФИО2 и полагала необходимым его оправдать. 

Исследовав в ходе судебного разбирательства представленные стороной обвинения доказательства, суд приходит к следующему выводу.

Так, потерпевший ФИО31 показал, что он в составе группы уничтожения ВОП находился в служебной командировке на полигоне «

<

адрес>» с целью проведения очистки территории полигона от неразорвавшихся взрывоопасных предметов. В первую группу уничтожения ВОП входили: старший группы ФИО2, ФИО55, ФИО32, ФИО42 и ФИО37. В состав второй группы уничтожения ВОП входили: старший группы ФИО28, ФИО60, ФИО30, ФИО62. По прибытии на полигон «

<

адрес>», группы были проинструктированы начальником полигона по правилам безопасности и порядку проведения работ в период командировки. Он и другие военнослужащие групп уничтожения, в том числе ФИО2, знали, что обнаруженные ВОП запрещается трогать и перемещать, а также то, что они должны уничтожаться по одному, на месте обнаружения. Между тем 10 ноября 2017 года в период с 10 часов до 16 часов, по указанию ФИО2, все обнаруженные боевые и инертные снаряды были собраны и загружены в автомобиль «Урал». После чего, все военнослужащие групп уничтожения выдвинулись в район зенитной директрисы, где ФИО2 приказал выгружать все боеприпасы, боевые и небоевые, как можно быстрее. По прибытии на место около 16 часов, ФИО2, ФИО42, ФИО37 находились рядом с автомобилем, в кузове для выгрузки снарядов остались он и ФИО32. При этом ФИО2 разрешил всем военнослужащим снять средства индивидуальной бронезащиты. Когда ФИО30 и ФИО2 открыли задний борт автомобиля, из кузова на землю выпали снаряды. Затем из кабины автомобиля вышли ФИО28 и ФИО29. Остальные снаряды, которые оставались в кузове, он, ФИО30 и ФИО32 по указанию ФИО2, начали скидывать на землю, чтобы ускорить разгрузку. Когда он в очередной раз взял снаряд возле заднего борта автомобиля произошел взрыв, ударной волной которого его отбросило в конец кузова. Он, находясь в сознании, ничего не видел и не слышал, но сознания при этом не терял. Через некоторое время приехал санитарный автомобиль, на котором его доставили в медицинское учреждение.

Потерпевший ФИО29 показал, что с 8 ноября 2017 года он находился на полигоне «

<

адрес>», где совместно с военнослужащими двух групп уничтожения принимал участие в работах по очистке полигона от ВОП, будучи водителем автомобиля «Урал», в который загружали обнаруженные боеприпасы. При этом на месте обнаружения боеприпасов военнослужащие групп уничтожения их не уничтожали. 10 ноября 2017 года в период с 10 часов до 16 часов обе группы уничтожения работали на танковой директрисе, где сапёры указанных групп загружали все обнаруженные снаряды в его автомобиль. Затем, прибыв на автомобиле в район зенитной директрисы, он, находясь в кабине услышал, как был открыт задний борт кузова автомобиля и металлический грохот. После чего он вышел из кабины, и увидел, что ФИО30 и ФИО32 разгружают все снаряды, находившиеся в кузове. Кроме того, он видел, что на земле возле заднего борта автомобиля лежит куча снарядов. В это время ФИО2 стоял рядом с ФИО37. Посмотрев, как происходит выгрузка снарядов, он отошел от левого борта. В это время около заднего борта кузова автомобиля произошел взрыв, в результате которого он упал на землю. Дальнейшее он помнит плохо, поскольку был ранен, в связи чем был доставлен в медицинское учреждение. 

Из показаний потерпевшей ФИО75 видно, что ее муж – ФИО37 в октябре-ноябре 2017 года находился на полигоне «

<

адрес>». При этом супруг ей сообщал, что в ходе проведения работ допускается много нарушений. В частности, ФИО2 приказывал военнослужащим собирать все боеприпасы и потом их подрывать. 10 ноября 2017 года около 16 часов она не смогла дозвониться до мужа, после чего ей сообщили, что её муж погиб. Об обстоятельствах произошедшего, ей стало известно позднее, со слов сослуживцев мужа и командования части. Так, во время выполнения работ 10 ноября 2017 года, ее муж, в частности снял шлем, но был в бронежилете, а другие военнослужащие сняли все средства индивидуальной защиты. 

Допрошенный в качестве потерпевшего, будучи предупрежденным об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, ФИО32 показал, что в период с 20 октября по 10 ноября 2017 года он в составе группы уничтожения ВОП № 1 находился в служебной командировке на полигоне «

<

адрес>» с целью проведения сплошной очистки территории полигона от неразорвавшихся взрывоопасных предметов. При этом было две группы уничтожения, с военнослужащими которых был проведен соответствующий инструктаж. Все военнослужащие групп уничтожения, в том числе и ФИО2 знали, что обнаруженные ВОП запрещается трогать и перемещать, а также что ВОП должны уничтожаться по одному боеприпасу на месте обнаружения. 10 ноября 2017 года по указанию ФИО2, они загружали все найденные снаряды, то есть боевые и небоевые, в автомобиль марки «Урал». После того, как были собраны боеприпасы, военнослужащие групп уничтожения убыли в район зенитной директрисы, для того чтобы выгрузить их там. По прибытии на место, ФИО2 приказал, чтобы выгружали все боеприпасы, боевые и небоевые, как можно быстрее. Далее, ФИО30 и ФИО2 открыли задний борт автомобиля «Урал», после чего из кузова на землю выпали снаряды. Затем он, ФИО30 и ФИО31, забравшись в кузов автомобиля, начали скидывать все снаряды вниз на землю. Когда он в очередной раз взял снаряд и хотел его выгрузить, произошел взрыв. При этом взрыв произошел со стороны заднего борта автомобиля. 

Будучи предупрежденным об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, ФИО30, допрошенный в качестве потерпевшего, показал, что с октября 2017 года он находился в служебной командировке на полигоне «

<

адрес>» в составе группы уничтожения ВОП № 2, старшим группы являлся ФИО28. 10 ноября 2017 года с 10 до 16 часов, в связи с тем, что автомобиль группы № 1 был неисправен, две группы разминирования передвигались на одном автомобиле и работали совместно, загружая, по указанию ФИО2, все найденные снаряды (боевые и инертные) в автомобиль «Урал». Кроме того, ФИО2 разрешил всем снять бронежилет и шлем, чтобы легче было осуществлять погрузку и выгрузку боеприпасов. После сбора боеприпасов и прибытия в зенитный сектор, ФИО2 дал указание, чтобы выгружали все найденные боеприпасы, как боевые, так и инертные. ФИО2 открыл с одной стороны задний борт автомобиля и приказал ему, открыть вторую сторону борта. После открытия ими заднего борта из кузова на землю посыпались снаряды. Затем он, ФИО32 и ФИО31 стали выгружать снаряды из кузова автомобиля, а ФИО2 и ФИО37 находились возле заднего борта кузова автомобиля. При этом ФИО2 торопил их, говоря, чтобы они разгружали быстрее. В ходе выгрузки снарядов произошел взрыв, в результате которого ему были причинены различные травмы. 

Допрошенный в качестве потерпевшего ФИО42, предупрежденный об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ показал, что с октября по 10 ноября 2017 года он находился в служебной командировке на полигоне «

<

адрес>», с целью проведения очистки его территории от неразорвавшихся взрывоопасных предметов. Он входил в первую группу уничтожения ВОП, старшим в которой был ФИО2. По прибытии на полигон «

<

адрес>», начальник полигона проводил инструктаж по требованиям безопасности и порядку проведения работ в период командировки. Между тем 10 ноября 2017 года, поскольку автомобиль второй группы уничтожения ВОП был неисправен, две группы передвигались на одном автомобиле и работали совместно. Так, с 10 до 16 часов указанных суток, они осуществляли работы по очистке полигона и по указанию ФИО2, загружали в автомобиль марки «Урал» все найденные снаряды, и боевые, и инертные. При этом ФИО2 разрешил снять средства индивидуальной защиты. В последующем, в районе зенитной директрисы полигона, ФИО2 дал команду о выгрузке всех снарядов. В тот момент, когда ФИО2 и ФИО30 открыли задний борт автомобиля, из кузова на землю выпала часть снарядов. Затем ФИО31, ФИО32 и ФИО30 стали выгружать снаряды из кузова автомобиля. При этом ФИО2 стал торопить их с разгрузкой снарядов, указав, чтобы они быстрее сбрасывали все снаряды на землю. В ходе разгрузки боеприпасов около заднего борта автомобиля произошел взрыв, в результате которого пострадали он и другие военнослужащие групп уничтожения ВОП. 

Свидетель ФИО28 показал, что в середине октября 2017 года командиром войсковой части № был издан приказ о проведении сплошной очистки территории межвидового общевойскового полигона 

<

адрес>. Согласно данному приказу для проведения сплошной очистки полигона «

<

адрес>» от ВОП были назначены две группы уничтожения. Группой № 1 руководил ФИО2, группой № 2 – он. ФИО2 не являлся для него начальником. При этом для всех военнослужащих групп уничтожения ВОП ФИО2 являлся командиром в соответствии с их штатными воинскими должностями, поскольку они проходили военную службу во вверенном ФИО2 взводе. По прибытии на полигон, он совместно с его группой, а также группой уничтожения ВОП № 1, был проинструктирован начальником полигона ФИО92 о необходимости выполнения работ в соответствии с руководящими документами и соблюдения требований безопасности. В ходе выполнения работ по очистке полигона, он идентифицировал обнаруженные снаряды, в том числе ВОП, и в зависимости от степени их опасности, разрешал подчиненным военнослужащим осуществлять их погрузку в приданный группе автомобиль либо оставлял на месте обнаружения. В связи с тем, что отсутствовали зажигательные средства взрывания, ежедневно в конце рабочего дня совместно с группой № 1 осуществлялся один групповой подрыв всех обнаруженных обеими группами боеприпасов, поскольку их одиночный подрыв требовал затраты большого количества времени. С 8 по 10 ноября 2017 года, обе группы уничтожения ВОП работали совместно, поскольку был неисправен один автомобиль. 10 ноября 2017 года средства взрывания и взрывчатые вещества к началу работ по очистке территории полигона доставлены не были, в связи с чем ФИО92 дал указание очищать территорию полигона только от инертных снарядов. Между тем, поскольку очистка территории полигона лишь от инертных боеприпасов потребовала бы затраты большего количества времени для его обезвреживания в полном объеме, ФИО2 дал указание саперам обеих групп собирать и грузить в автомобиль марки «Урал» все найденные боеприпасы, то есть взрывоопасные и инертные. При этом сам он давал разрешение на погрузку только инертных боеприпасов, однако указание ФИО2 о погрузке, в том числе, взрывоопасных боеприпасов не оспаривал и каких-либо действий по данному поводу не предпринимал. Около 15 часов указанных суток обе группы уничтожения ВОП убыли в район складирования инертных снарядов, где ФИО2 стал руководить процессом их разгрузки. По прибытии к месту разгрузки он находился в кабине автомобиля, а затем вышел из него и, не вмешиваясь в работу ФИО2, стал наблюдать, как разгружают боеприпасы. Подойдя к автомобилю со стороны заднего борта, он увидел, как ФИО31, ФИО30 и ФИО32, находясь в кузове автомобиля, выкидывают снаряды из кузова. При этом рядом с задним бортом автомобиля стояли ФИО2 и ФИО37. Затем он решил отойти от автомобиля в сторону, поскольку хотел поговорить по телефону и в этот момент, обернувшись, увидел, как из кузова автомобиля выпал снаряд, после чего произошли вспышка и взрыв. Данный снаряд не был выброшен кем-либо, он просто выкатился из кузова транспортного средства. От произошедшего взрыва боеприпаса всем военнослужащим групп уничтожения ВОП были причинены различные телесные повреждения. В последующем он и другие пострадавшие были доставлены в медицинское учреждение. 

Свидетель ФИО55 показал, что с 20 октября по 10 ноября 2017 года он в составе в группы уничтожения ВОП № 1, в которой старшим был ФИО2, находился на полигоне «

<

адрес>» с целью очистки его территории от неразорвавшихся ВОП. 10 ноября 2017 года, он участия в работах не принимал и находился с ФИО62 в полевом лагере. Около 15 часов 30 минут указанных суток, он услышал взрыв со стороны района разминирования. После чего он убыл к месту происшествия. Прибыв с ФИО62 на место, он увидел автомобиль марки «Урал» рядом с открытым бортом которого, на земле находились разбросанные снаряды. Помимо этого, на небольшом расстоянии от автомобиля находились пострадавшие от взрыва военнослужащие, в том числе и ФИО2. При этом ФИО32 и ФИО42 помогали в оказании первой медицинской помощи другим пострадавшим. Примерно через некоторое время к месту подрыва подъехали санитарные автомобили, в которые погрузили раненых и транспортировали в медицинское учреждение. 

Как видно из показаний свидетеля ФИО62, с 20 октября 2017 года он в составе двух групп уничтожения ВОП находился на полигоне «

<

адрес>». При этом он входил в состав группы уничтожения ВОП № 2, в которой старшим был ФИО28. В период с 23 октября до 10 ноября 2017 года он совместно с военнослужащими групп уничтожения ВОП, выполнял работы по сплошной очистке территории полигона от неразорвавшихся ВОП. В ходе указанных работ в автомобиль загружали все обнаруженные снаряды и учебные, и боевые. После чего группа уничтожения ВОП выезжала в район сбора снарядов, где при разгрузке учебные снаряды скидывали, а боевые вывозили в другое место и осуществляли один подрыв всех ВОП в конце рабочего дня. 10 ноября 2017 года он и ФИО55 остались в расположении для приготовления ужина. Около 15 часов 30 минут указанных суток ФИО55 сообщил ему, что произошел подрыв саперов. Примерно в 16 часов этих суток он и ФИО55 прибыли к месту взрыва, где у автомобиля он увидел лежащих ФИО37, ФИО2, ФИО28, ФИО29, ФИО31, а в кузове автомобиля ФИО30, которые пострадали от взрыва. ФИО32 и ФИО42 в это время оказывали первую медицинскую помощь пострадавшим. 

Из оглашенных показаний свидетеля ФИО115, заместителя командира батальона войсковой части № видно, что согласно приказу командира указанной воинской части на него было возложено общее руководство военнослужащими войсковой части №, назначенными для сплошной очистки полигона «

<

адрес>», в связи чем 8 ноября 2017 года он прибыл на полигон. Для проведения сплошной очистки были назначены три группы, а именно: группа уничтожения ВОП № 1 под командованием ФИО2; группа уничтожения ВОП № 2 под командованием ФИО28, а также группа обнаружения ВОП, руководство которой осуществлял он. Контроль за выполнением требований безопасности и порядком проведения работ группами уничтожения ВОП, осуществляли их командиры ФИО2 и ФИО28. При этом ежедневно в утреннее время со всем личным составом начальник полигона ФИО92, либо лицо его замещающее, в полевом лагере проводил инструктаж, после чего группы приступали к работам. 9 ноября 2017 года, поскольку накануне он взрывов не слышал, он спросил у ФИО2 об обнаруженных ими ВОП и о порядке уничтожения боевых снарядов. В ответ тот пояснил ему, что если подрывать по одному снаряду в поле, то саперы не успеют выполнить поставленную задачу в срок, а также сообщил, что не первый раз прибывает на полигон «

<

адрес>» для выполнения указанной задачи, не разъяснив какой порядок уничтожения снарядов применяется. ФИО28, будучи старшим группы уничтожения ВОП № 2, не докладывал ему о каких-либо нарушениях при проведении работ по уничтожению ВОП. Примерно в 16 часов 10 ноября 2017 года ФИО92 сообщил ему о происшествии и приказал совместно с медицинскими работниками убыть к месту взрыва, в район зенитного сектора. Прибыв на место происшествия, он увидел автомобиль «Урал», у заднего борта которого на земле и в кузове находились неразорвавшиеся снаряды, а рядом с автомобилем находились в различном состоянии пострадавшие в результате взрыва военнослужащие групп уничтожения ВОП. При этом на многих пострадавших военнослужащих не было средств индивидуальной защиты. Пострадавшим была оказана первая медицинская помощь, а затем они были доставлены в медицинское учреждение. В результате взрыва погибли ФИО37 и ФИО2, остальные военнослужащие получили различные ранения. 

Как показал свидетель ФИО121, военнослужащий 3 мотострелкового батальона войсковой части №, с октября 2017 года он находился на полигоне «

<

адрес>» в качестве дежурного фельдшера в целях медицинского обеспечения работ по сплошной очистке полигона. Со всеми военнослужащими, участвовавшими в очистке, перед началом проведения работ начальником полигона проводился инструктаж по порядку проведения работ и мерам безопасности. Примерно в 16 часов 10 ноября 2017 года ему сообщили, что на месте сбора снарядов, произошел подрыв боеприпасов, в результате которого пострадали саперы. Прибыв на место происшествия, он увидел недалеко от заднего борта автомобиля «Урал», лежащего на земле ФИО2, не подававшего признаков жизни, возле него находились также три сапера группы разминирования, которым уже была оказана первая медицинская помощь. Далее он стал оказывать медицинскую помощь пострадавшим военнослужащим. При этом все военнослужащие, которым он оказывал помощь, не были одеты в средства индивидуальной защиты, то есть были без бронежилетов и шлемов. 

Согласно оглашенным показаниям свидетеля ФИО92, начальника 

<

адрес>, в соответствии с приказом Министра обороны РФ в октябре-ноябре 2017 года проводилась сплошная очистка полигона от взрывоопасных предметов. По прибытии на полигон в октябре 2017 года военнослужащих двух групп уничтожения ВОП под командованием ФИО2 и ФИО28, а также группы обнаружения, он со всем личным составом проводил инструктаж по порядку проведения работ и требованиям безопасности. В последующем, в полевом лагере ежедневно проводились дополнительные инструктажи перед проведением работ. 10 ноября 2017 года по его указанию утренний инструктаж со всеми военнослужащими проводил ФИО124. При этом в ходе инструктажей он указывал военнослужащим групп уничтожения, что обнаруженные ВОП перемещать нельзя и работы по уничтожению ВОП проводить только в средствах индивидуальной защиты. Непосредственно контроль выполнения работ группами уничтожения ВОП осуществляли старшие групп уничтожения ВОП, а именно ФИО2 и ФИО28. Каких-либо докладов о недостатках или нарушениях при проведении работ ему не поступало. Задача уничтожать обнаруженные ВОП групповым способом им не ставилась и о том, что применяется такой способ их уничтожения, ему известно не было. 10 ноября 2017 года около в 15 часов 30 минут ФИО126 доложил ему, что в районе сбора инертных снарядов произошел подрыв военнослужащих. В связи с чем он распорядился о направлении к месту происшествия группы медицинских работников, при этом сам выехал на место происшествия и организовал встречу раненных медицинским учреждением. 

Из оглашенных показаний свидетеля ФИО126 следует, что он является заместителем начальника полигона. 20 октября 2017 года для осуществления сплошной очистки полигона «

<

адрес>» от ВОП в период с 23 октября по 17 ноября 2017 года прибыли две группы уничтожения ВОП под командованием ФИО2 и ФИО28. По их прибытии начальником полигона ФИО92 сразу же был организован и проведен детальный инструктаж по требованиям безопасности и порядку осуществления обнаружения и уничтожения взрывоопасных предметов. Также проверялось наличие средств защиты у военнослужащих. При этом саперы работали самостоятельно, под руководством командиров своих групп. Ежедневно в полевом лагере с военнослужащими войсковой части №, в том числе с саперами, ФИО92 либо назначенное последним лицо, проводили инструктажи, в ходе которых повторно доводились требования безопасности, а также порядок обнаружения и обезвреживания ВОП. На инструктаж военнослужащие групп уничтожения ВОП прибывали в средствах защиты, в которых в обязательном порядке они должны были находиться при выполнении работ. 10 ноября 2017 года, по указанию ФИО92 утренний инструктаж проводил ФИО124. Около 15 часов 30 минут указанных суток, ему на сотовый телефон позвонил дежурный по директрисе стрельбы зенитной артиллерии и сообщил, что в районе сбора инертных снарядов произошел подрыв, о чем он сразу же доложил ФИО92, а также поставил задачу дежурному фельдшеру полигона выехать к месту происшествия. В дальнейшем ФИО92 сообщил ему, что двое военнослужащих групп уничтожения ВОП погибли, а остальные шесть ранены. При этом задача группам уничтожения ВОП производить групповое уничтожение взрывоопасных предметов не ставилась, поскольку ВОП должны уничтожаться на месте обнаружения. Кроме того, ФИО2 и ФИО28 не докладывали ему об установленном ими порядке проведения работ, групповом сборе и уничтожении боеприпасов, или каких-либо иных нарушениях, недостатках, в том числе, о каких-либо проблемах с выдачей средств для осуществления подрыва ВОП на месте их обнаружения. При осуществлении проверки группы очистки он не видел, чтобы саперами производили групповой сбор и уничтожение боеприпасов. 

Согласно оглашенным показаниям свидетеля ФИО136, 17 октября 2017 года командиром войсковой части № был издан приказ, в соответствии с которым от воинской части на полигон «

<

адрес>» для проведения сплошной очистки территории полигона от неразорвавшихся боеприпасов и других ВОП с 20 октября по 17 ноября 2017 года были направлены военнослужащие в составе двух групп уничтожения ВОП группа № 1: старший группы ФИО2, саперы – ФИО55, ФИО32, ФИО42 и ФИО37; группа № 2: старший группы ФИО28, саперы – ФИО31, ФИО60, ФИО30, ФИО62. Указанные военнослужащие установленным порядком были допущены к проведению работ по уничтожению ВОП. Перед убытием названных военнослужащих в командировку он провел с ними инструктаж. На инструктаже он довел до военнослужащих требования безопасности, в том числе, что перемещать и брать в руки ВОП запрещается. При осуществлении работ по уничтожению ВОП военнослужащие не должны находиться друг от друга на расстоянии ближе 50 м, запретил им снимать средства защиты при проведении работ, а также довел другие требования. При подготовке мероприятий по очистке полигона им было принято решение, что подрыв боеприпасов будет производиться электрическим способом, поскольку данный способ более безопасный, чем огневой. При проведении специальных работ, связанных с очисткой полигона от ВОП и их дальнейшим уничтожением, ФИО2 и ФИО28, каждый, как командир группы в отдельности, были равны, поскольку каждый из них приказом командира воинской части был назначен старшим отдельной группы. ФИО2 он поставил задачу ежедневно докладывать об объемах уничтоженных боеприпасов. В период с 20 октября по 10 ноября 2017 года от ФИО2 не поступало докладов о нехватке или задержках доставки взрывчатых веществ для уничтожения ВОП, каких-либо нарушениях при проведении работ, неисправности автомобиля, а также о групповом способе уничтожения ВОП. 10 ноября 2017 года ему стало известно, что на полигоне при проведении работ по очистке полигона произошел подрыв, в результате которого пострадали военнослужащие групп уничтожения ВОП. 20 ноября 2017 года, в составе комиссии, он проводил взрывные работы на месте происшествия, произошедшего 10 ноября 2017 года. На месте взрыва кумулятивного боеприпаса, произошедшего при разгрузке снарядов, после соприкосновения взрывателя боевого снаряда с землей, комиссией был проведен осмотр, идентификация, разгрузка и обезвреживание предметов, находящихся в кузове автомобиля марки «Урал» и прилегающей территории, где было обнаружено 372 предмета. Из обнаруженных в автомобиле снарядов 12 были идентифицированы, как взрывоопасные, которые не должны были находиться в нем, их необходимо было уничтожить на месте обнаружения. В данном случае степень взрывоопасности обнаруженных предметов должен был определить командир группы уничтожения ВОП, на которого возложена соответствующая ответственность. При этом именно на ФИО2 и ФИО28 была возложена ответственность за безопасность проведения работ. 

Из показаний, данных в ходе предварительного расследования свидетелем ФИО148, командиром инженерно-саперного батальона войсковой части № видно, что из состава его подразделения на полигон «

<

адрес>» 20 октября 2017 года были направлены военнослужащие, входившие в состав двух групп уничтожения ВОП: группа № 1: старший группы ФИО2, саперы ФИО55, ФИО32, ФИО42 и ФИО37; группа № 2: старший группы ФИО28, саперы ФИО31, ФИО60, ФИО30, ФИО62. Кроме того, из подчиненного ему подразделения были также направлены водители автомобилей «Урал» ФИО158 и ФИО29, последний был запасным водителем, ФИО160, ФИО161. При убытии в командировку, между ФИО2 и ФИО28 он неофициально назначил старшим ФИО2, но только в части касающейся выполнения ими и их подчиненными общих обязанностей военной службы, соблюдения воинской дисциплины. При непосредственном выполнении ими работ по уничтожению ВОП, он ФИО2 старшим не назначал, в связи с тем, что не имел права руководить их работой по уничтожению ВОП. По его указанию ФИО2 примерно один раз в два дня звонил ему и сообщал о соблюдении требований безопасности, общей обстановке при проведении работ. При этом при осуществлении специальных работ никто не имел права вмешиваться в деятельность ФИО2, как специалиста и командира группы уничтожения ВОП. В свою очередь последний при уничтожении ВОП должен был руководствоваться приказом Министра обороны РФ от 2010 года № 150. Кроме того, начальником инженерной службы ФИО136 был определен электрический способ взрывания при уничтожении ВОП. Каких-либо докладов о недостатках и нарушениях при проведении работ, неисправности автомобиля ему не поступало. 10 ноября 2017 года около 16 часов 30 минут ему поступил звонок от одного из военнослужащих, находящихся на полигоне, о том, что произошел подрыв личного состава. О произошедшем он доложил ФИО136 и совместно с последним убыл на полигон «

<

адрес>». 11 ноября 2017 года ему стало известно, что при проведении работ по уничтожению ВОП военнослужащими групп уничтожения были допущены нарушения требований безопасности, а именно осуществлялся групповой сбор и подрыв обнаруженных ВОП, в связи с чем произошел взрыв неразорвавшегося снаряда. В свою очередь ФИО2 и ФИО28, как командиры групп уничтожения ВОП, руководившие саперами, а также отвечавшие за качество работ и соблюдения требований безопасности, не докладывали ему о групповом способе сбора и подрыва боеприпасов. 

Согласно оглашенным показаниям свидетеля ФИО166, с 20 октября по 2 ноября 2017 года он находился в служебной командировке на полигоне «

<

адрес>» с целью проведения сплошной очистки территории полигона от ВОП. При этом он осуществлял командование группой очистки. Также на полигоне находились: группа уничтожения ВОП № 1, под командованием ФИО2 и группа уничтожения ВОП № 2, под командованием ФИО28. 20 октября 2017 года начальником полигона ФИО92 был проведен инструктаж по правилам безопасности и порядку проведения работ в период командировки, в ходе которого было доведено, что неразорвавшиеся боеприпасы перемещать запрещено. В последующем инструктажи проводил ФИО92 либо его заместители. По окончании ежедневных инструктажей, все военнослужащие расписывались об этом в соответствующих журналах и ведомостях. На всех ежедневных инструктажах военнослужащие групп уничтожения ВОП находились в средствах защиты (шлемы и бронежилеты), в которых они и проводили работы. По окончанию работ, один раз в день, группы уничтожения осуществляли подрыв обнаруженных ими ВОП. 

Из оглашенных показаний свидетеля ФИО2 видно, что 10 ноября 2017 года около 20 часов ей сообщили о гибели мужа в результате взрыва при проведении работ по разминированию территории полигона «

<

адрес>». При этом, прибывая домой в выходные дни, муж сообщал ей, что при проведении работ они работают не так, как должны работать. В частности, при обнаружении взрывоопасного боеприпаса на территории полигона они должны остановиться, взорвать снаряд, после чего переходить к другому боеприпасу. Однако, со слов мужа, они загружали в кузов автомобиля все найденные взрывоопасные боеприпасы, увозили их, после чего выгружали в одном месте и взрывали. Помимо этого, супруг сообщил ей, что они действуют, таким образом, поскольку необходимо выполнить большой объем работы, а сроки выполнения работ очень короткие. Если взрывать каждый обнаруженный снаряд в отдельности, то они бы не успели выполнить поставленную задачу в срок. При этом супруг не сообщал ей о том, давал ли кто-либо из командования указание работать именно таким образом, знал ли кто-либо из командования о том, что работу они выполняют именно так. 

Согласно заключению взрывотехнической экспертизы от 16 марта 2018 года № 139, на месте происшествия 10 ноября 2017 года имел место взрыв взрывного устройства промышленного изготовления, относящегося к категории боеприпасов, а именно кумулятивного снаряда калибра 125 мм, снаряжаемого смесевым взрывчатым веществом на основе гексогена. Место (центр) взрыва располагался в задней части автомобиля, а именно на месте расположения воронки, то есть на расстоянии 117 см на восток от правого угла заднего борта. Взорвавший снаряд в момент взрыва, исходя из конструкционных особенностей последнего, находился в вертикальном положении по отношению к поверхности земли. Обнаруженные на месте происшествия металлические осколки являются фрагментами цилиндрической, донной и передней частями взорванного 125-мм кумулятивного снаряда. Два металлических осколка, извлеченные из трупов, могут быть частями взорвавшегося снаряда. Подрыв снаряда, вероятнее всего, произошел вследствие соударения его головной части, в месте расположения датчика цели, с последующим замыканием цепи взрывателя, расположенного в цилиндрической части.

Из протокола осмотра трупа от 13 ноября 2017 года видно, что был осмотрен труп ФИО37. При этом у ФИО37 были обнаружены различные повреждения головы и тела, нижних конечностей, множественные ссадины. Указанные ссадины и раны по своим морфологическим признакам носят характер взрывной травмы.

В соответствии с заключением эксперта от 19 декабря 2017 года № 12, в ходе экспертизы трупа ФИО37 обнаружена взрывная сочетанная травма головы, туловища, конечностей, а именно множественные взрывные осколочные ранения: обширная зияющая рана в левой теменной области, переломы костей свода и основания черепа (лобной кости слева правой и левой теменной костей с дефектом костной ткани, перелом затылочной кости слева), очаги ушиба головного мозга в левой теменной доле, обширная зияющая рана на внутренней поверхности верхней трети правого бедра, многооскольчатый перелом диафиза левой бедренной кости, множественные сквозные раны грудной клетки и конечностей. При этом данная взрывная травма причинена одновременно, прижизненно, незадолго до наступления смерти. Данные повреждения причинены в результате взрыва. Взрывное устройство, причинившее указанные повреждения, было оболочечного типа. В момент взрыва взрывное устройство находилось на неблизкой дистанции от пострадавшего. Исходя из локализации повреждений следует, что в момент взрыва пострадавший был обращен передней поверхностью головы и туловища к взрывному устройству. Смерть ФИО37 наступила от взрывной сочетанной травмы головы, туловища, конечностей с разрушением и повреждением жизненно важных внутренних органов (головного мозга), что и явилось непосредственной причиной смерти. При этом следует считать, что смерть ФИО37 наступила за 1,5-2 суток до судебно-медицинского исследования его трупа, что могло быть 10 ноября 2017 года, как об этом указано в постановлении. 

Как видно из заключения эксперта от 24 ноября 2017 года № 197, ФИО31 была причинена взрывная травма левой верхней конечности: сквозное осколочное ранение мягких тканей нижней трети левого плеча; слепое осколочное ранение мягких тканей нижней трети левого плеча с повреждением плечевой артерии и вены. При этом не исключается возможность образования данной травмы 10 ноября 2017 года. Данные повреждения причинены в результате взрыва. В момент взрыва взрывное устройство находилось на неблизкой дистанции, но в пределах действия осколков взрывного устройства. Положение потерпевшего в момент причинения данных телесных повреждений могло быть любым, как вертикальным (стоя, сидя), так и горизонтальным (лежа). Взрывная травма в виде осколочных ранений нижней трети левого плеча с повреждением плечевой артерии и вены, является опасной для жизни и согласно п.п. 6.1.26. приказа Минздравсоцразвития РФ от 24 апреля 2008 года № 194н, расценивается как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью человека. 

Согласно заключению судебно-медицинского эксперта от 28 ноября 2017 года № 200, ФИО29 были причинены взрывная сочетанная травма нижних конечностей, мягких тканей живота: газово-детонационные разрушения тыльной и внутренней поверхностей правой стопы с образовавшимися открытыми многооскольчатыми переломами I-V плюсневых костей, основных фаланг I-IV пальцев, дефектом плюсневых костей, с обширными повреждениями мягких тканей тыльной и внутренней поверхностей, с разрывами сосудов, сухожилий, мышц, критической ишемией пальцев, что повлекло экстренное оперативное удаление (ампутацию) дистальной части стопы на уровне предплюсне-плюсневых суставов (сустав Лисфранка); взрывные множественные осколочные слепые ранения (4) мягких тканей правой нижней конечности: голени, коленного сустава и задней поверхности бедра с наличием инородных тел (металлических осколков) в проекции надколенника, верхней и средней третей большеберцовой кости; взрывное осколочное слепое ранение мягких тканей наружной поверхности средней трети левого бедра с наличием инородного тела (металлического осколка); взрывное осколочное непроникающее слепое ранение мягких тканей левой подвздошной области с наличием инородного тела (металлического осколка) в проекции нижнего края левой подвздошной кости. При этом не исключается возможность образования данной травмы 10 ноября 2017 года. Данные повреждения причинены в результате взрыва. В момент взрыва взрывное устройство находилось на близком расстоянии от пострадавшего. Предположительно ФИО29 находился в вертикальном положении, и тыльная, и внутренняя поверхности правой стопы была обращена в сторону взрыва. Полученная ФИО29 взрывная сочетанная травма нижних конечностей и мягких тканей живота с ампутацией дистального отдела стопы на уровне предплюсне-плюсневых суставов повлекла за собой значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на 1/3 (более 30 процентов), что согласно Таблице процентов стойкой утраты общей трудоспособности в результате различных травм, отравлений и других последствий внешних причин, составляет 40 процентов, а также в соответствии с п.6.11. Приказа Минздравсоцразвития РФ от 24 апреля 2008 года № 194н, квалифицируется, как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью человека.

В соответствии с заключением эксперта от 19 декабря 2017 года № 13, эксперт, проводивший судебно-медицинскую экспертизу, указал, что в ходе экспертизы трупа ФИО2, обнаружена взрывная сочетанная травма туловища и конечностей. Смерть ФИО2 наступила от взрывной сочетанной травмы туловища, конечностей с проникающим ранением живота и повреждением жизненно важных органов, осложнившейся острой кровопотерей, что и явилось причиной смерти.

Согласно копии свидетельства о смерти от 16 ноября 2017 года 

<

...>, ФИО2 умер 10 ноября 2017 года на военном полигоне «

<

адрес>».

Как видно из заключения криминалистической экспертизы от 19 декабря 2017 года № 66, на одежде ФИО37 (куртка утепленная, брюки) обнаружены различные повреждения. С учетом локализации повреждений преимущественно на передней поверхности одежды, в момент причинения повреждений потерпевший ФИО37 располагался лицом к травмирующему предмету.

Как видно из протокола осмотра места происшествия от 10 ноября 2017 года, осмотрен участок местности, расположенный в районе директрисы зенитной артиллерии 247 межвидового полигона 

<

адрес>. При этом в ходе осмотра места происшествия, установлено место взрыва (воронка), произошедшего 10 ноября 2017 года, а также обнаружены фрагменты взорвавшегося снаряда.

Из протокола осмотра места происшествия от 11 ноября 2017 года видно, что дополнительно был осмотрен участок местности, расположенный в районе директрисы зенитной артиллерии полигона «

<

адрес>», в месте произошедшего 10 ноября 2017 года взрыва. В ходе осмотра при помощи прибора GPS «Garkin» уточнены географические координаты, которые составили 51016123711с.ш., 115031162211в.д., а также были получены образцы грунта с места взрыва (воронки). 

Согласно протоколу выемки от 14 ноября 2017 года, у свидетеля ФИО136 были изъяты расчет-заявки на отпуск боеприпасов, накладные на выдачу взрывчатых веществ и средств взрывания, раздаточно-сдаточные ведомости за период с 22 по 26 октября 2017 года, с 30 октября по 1 ноября 2017 года и с 8 по 9 ноября 2017 года.

Из протоколов осмотра предметов (документов) и постановления о признании и приобщении вещественных доказательств от 15 ноября 2017 года видно, что были осмотрены и признаны вещественными доказательствами по уголовному делу: 

<

данные изъяты>. 

Как видно из протокола выемки от 21 ноября 2017 года, у свидетеля ФИО126 были изъяты: 

<

данные изъяты>.

Согласно протоколам осмотра предметов (документов) и постановлению о признании вещественными доказательствами от 26 ноября 2017 года, осмотрены и признаны вещественными доказательствами по уголовному делу: 

<

данные изъяты>. При этом в ходе осмотра указанных документов установлено, что названным приказом был определен порядок и обязанности должностных лиц воинских частей по организации сплошной очистки полигона «

<

адрес>». Кроме того, в том числе с ФИО2, 10 ноября 2017 года под подпись был проведен целевой инструктаж, доведены требования безопасности при разминировании ВВ и СВ, указанные военнослужащие ознакомлены со статьями УК РФ при обращении, хранении, учете, при поиске и обнаружении ВВ и СВ. 

Из протоколов выемки, осмотра предметов (документов) и постановления о признании вещественными доказательствами от 23 января 2018 года видно, что у свидетеля ФИО184 были изъяты и осмотрены 

<

данные изъяты>, которые признаны вещественными доказательствами по уголовному делу. При этом в ходе осмотра установлено, что в 

<

данные изъяты>. 

Как видно из протокола осмотра предметов (документов) и постановления о признании вещественными доказательствами от 12 мая 2018 года, были осмотрены и признаны вещественными доказательствами по уголовному делу: 

<

данные изъяты>.

Согласно выписке из приказа командира войсковой части № от 17 октября 2017 года № 3986, от указанной воинской части были назначены для сплошной очистки полигона «

<

адрес>» в период с 19 октября по 17 ноября 2017 года, группа осмотра территории, группа уничтожения ВОП № 1: старший группы ФИО2, саперы ФИО55, ФИО32, ФИО42, ФИО37; группа уничтожения ВОП № 2: старший группы ФИО28, саперы: ФИО60, ФИО30, ФИО31, ФИО62. А также назначены автомобили для перевозки: группы уничтожения № 1: автомобиль «Урал-4320», г.р.з. №, водители ФИО158 – основной, ФИО29 – запасной; группы уничтожения № 2 автомобиль «Урал-4320», г.р.з. №, водители ФИО196, ФИО161.

Из акта о допуске личного состава к выполнению работ по очистке местности от взрывоопасных предметов на объектах 

<

адрес> от 19 октября 2017 года видно, что в том числе ФИО2, ФИО37, ФИО29 и ФИО31 допущены к выполнению работ по очистке местности от ВОП в период с октября по 19 ноября 2017 года.

Как видно из акта о результатах выполненных работ по поиску и обезвреживанию (уничтожению) ВОП на 

<

адрес> от 20 ноября 2017 года, в указанные сутки проводились взрывные работы на месте происшествия, произошедшего 10 ноября 2017 года, где был проведен осмотр, идентификация, разгрузка и обезвреживание предметов, находящихся в кузове автомобиля «Урал-4320» и прилегающей территории. При этом были обнаружены 372 предмета, из которых 12 идентифицированы как взрывоопасные, 360 не являются взрывоопасными предметами.

Согласно выписке из приказа командира войсковой части № от 8 февраля 2016 года № 14, ФИО2 назначен на должность командира инженерного взвода инженерной роты инженерно-саперного батальона указанной воинской части.

Из копии свидетельства от 17 июня 2017 года №001453, данного 66 учебным центром, ФИО2 присуждена квалификация «руководитель работ» по специальности «организация разведки и очистки местности (объектов) от ВОП».

Оценив приведенные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что представленные органами, осуществляющими уголовное преследование доказательства, подтверждают причастность ФИО2 к совершению инкриминируемого ему деяния, которое верно квалифицировано, с учетом вышеприведенной позиции государственного обвинителя, по ч. 2 ст. 349 УК РФ.

При этом суд также исходит из того, что в соответствии с требованиями ст. 252 УПК РФ, судебное разбирательство судом производится в пределах предъявленного лицу обвинения, поддержанного государственным обвинителем, в том случае, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

В связи с этим суд не находит оснований для вынесения в отношении ФИО2 оправдательного приговора и его реабилитации.

Что же касается доводов близких родственников ФИО2 и его защитника, согласно которым в подрыве военнослужащих имеется вина иных воинских должностных лиц, то суд отвергает его как несостоятельный, поскольку данное обстоятельство не свидетельствует о непричастности ФИО2 к совершению инкриминируемых ему действий, а судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого.

Разрешая вопрос о вещественных доказательствах, суд считает, что вещественные доказательства: 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

Разрешая вопрос о распределении процессуальных издержек по делу, суд считает, что в соответствии со ст. 131 и 132 УПК РФ, процессуальные издержки, связанные с защитой ФИО2 в ходе предварительного расследования и в суде по назначению, соответственно, защитниками – адвокатами Добрянским в размере 

<

данные изъяты> и Хомутовой в размере 

<

данные изъяты>, а всего в сумме 

<

данные изъяты>, подлежат возмещению за счет средств федерального бюджета.

На основании изложенного и руководствуясь 239 и 254 УПК РФ суд,

постановил:

Уголовное дело в отношении ФИО2, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного» ч. 2 ст. 349 УК РФ, прекратить на основании п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть в связи со смертью.

По вступлении постановления в законную силу вещественные доказательства:

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

Процессуальные издержки, связанные с защитой ФИО2 в ходе предварительного расследования и в суде по назначению, соответственно, защитниками – адвокатами Добрянским в размере 

<

данные изъяты> и Хомутовой в размере 

<

данные изъяты>, а всего в сумме 

<

данные изъяты>, возместить за счет средств федерального бюджета.

Настоящее постановление может быть обжаловано в апелляционном порядке в Восточно - Сибирский окружной военный суд через Борзинский гарнизонный военный суд в течение 10 суток со дня его вынесения.

Председательствующий К.И. Подоляк