(УИД) 86RS0014-01-2019-001153-04

производство № 2-657/2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

26 ноября 2019 года город Урай

Урайский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в составе:

председательствующего судьи Орловой Г. К., 

с участием

представителя истца – ФИО1, действующего на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ со сроком полномочий два года, 

ответчиков ФИО2, ФИО3, 

при секретаре Колосовской Н. С., 

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы гражданского дела по иску Мешбанка М.В.В. к публичному акционерному обществу «Сбербанк России», ФИО2, за которого действовал финансовый управляющий ФИО4, ФИО3 о признании договора ипотеки недействительным,

у с т а н о в и л:

18.09.2019 г. ФИО5 обратился в суд с вышеуказанным иском, в котором с учетом изменений исковых требований от 23.10.2019 года и 11.11.2019 года просил признать недействительным договор ипотеки № от 21.08.2015 года, заключенный между ФИО2 и ПАО «Сбербанк» о передаче в залог жилого дома, расположенного по адресу ХМАО – Югра, 

<

адрес>, кадастровый № и земельного участка, расположенного по адресу ХМАО – Югра, 

<

адрес>, кадастровый №.

В обоснование иска ФИО5 указал, что ФИО2 и ФИО3 являются его родителями. 17.02.2010 г. ответчик ФИО3 получила государственный сертификат на материнский капитал (семейный) в размере 343 378,80 руб. в связи с рождением второго ребенка. 26.06.2013 г. средства материнского (семейного) капитала в размере 408960,50 руб. перечислены пенсионным фондом РФ в счет погашения долга родителей перед КПК «КСП «ЭКПА» по кредитному договору № от 29.06.2012 г. на сумму 1 650 000 руб., который был взят на строительство жилого дома. В 2012 году дом построен, ему присвоен адрес: 

<

адрес>. Право собственности на дом и земельный участок оформлено на отца ФИО2

Указанный дом и земельный участок были переданы в залог КПК «КСП «ЭКПА» в счет обеспечения обязательств по кредитному договору № от 29.06.2012 г. По нотариально удостоверенному обязательству № от 21.03.2013 г. ФИО2 обязался оформить вышеуказанный дом, приобретенный с использованием средств материнского (семейного) капитала в общую собственность супруги и детей с определением долей по соглашению, в течение 6 месяцев после снятия с объекта индивидуального жилищного строительства – жилого дома ограничений, но этого не сделал. Вместо этого, по мировому соглашению, заключенному между ФИО2, ФИО3 и ОАО Сбербанк, утвержденному определением Урайского городского суда от 21.08.2015 г., по ранее заключенному кредитному договору № от 07.03.2014 г. в залог ОАО Сбербанк передали жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу 

<

адрес>. при этом пунктом 19 соглашения, установлено, что «Банк не возражает с отчуждением доли в доме и земельном участке в соответствии с обязательством серии 86А №, заверенного нотариусом нотариального округа г. Урай, ХМАО - Югра с учетом сохранения обременения и согласования с размерами отчуждаемых долей».

21.08.2015 г. во исполнение мирового соглашения между ФИО2 и ОАО Сбербанк заключен договор ипотеки №.

В заключенном договоре стороны не приняли обязательств по исполнению п.19 мирового соглашения, а именно «отчуждение доли в доме и земельном участке в соответствии с обязательством серии 86А №, заверенного нотариусом нотариального округа г. Урай, ХМАО – Югра с учетом сохранения обременения и согласования с размерами отчуждаемых долей».

Ответчики ФИО2, ОАО «Сбербанк России» не выполнили свою обязанность и не выделили ему и брату доли в доме, а без их участия и участия органов опеки и попечительства в залог передали весь дом.

В сентябре 2015 г. родители погасили оставшуюся часть долга перед КПК «КСП «ЭКПА». 02.10.2015 г. с дома и земельного участка снято обременение с дома.

Решением Урайского городского суда от 20.07.2017 право собственности ФИО2 на жилой дом по адресу 

<

адрес> прекращено. За ФИО3, М.В.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО5, ФИО2 признано право собственности по ? доли в праве каждому на жилой дом по адресу: 

<

адрес>.

Определением Арбитражного суда ХМАО – Югры от 24.09.2017 в отношении ФИО2 введена процедура банкротства. 16.02.2018 ИП ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура банкротства — реализация имущества гражданина. В связи с возникшими разногласиями с залоговым кредитором ПАО Сбербанк, 19.10.2018 г. Восьмой Арбитражный апелляционный суд утвердил Положение о порядке организации и проведении торгов по реализации заложенного имущества ИП ФИО2 в редакции залогового кредитора ПАО Сбербанк, в том числе в части утверждения начальной продажной цены предмета залога. При этом указал, что в решении Урайского городского суда ХМАО - Югры от 20.07.2017 г., доли детей в праве были получены на основании соглашения о выделении долей в праве в октябре 2015 года, тогда как залог был зарегистрирован ранее. Поэтому спорное имущество в любом случае подлежит реализации в деле о банкротстве должника, при этом созалогодатели вправе представлять свои интересы в деле о банкротстве в целях контроля за реализацией залогового имущества и расчетов с залогодержателем. При наличии разницы в выручке от реализации (после полного погашения требований банка в порядке, установленном законом о банкротстве) эта разница может быть распределена между сособственниками в соответствии с принадлежащими им долями.

12.04.2019 г. дом продан, 03.07.2019 г. решением Урайского городского суда истец выселен из дома, его право пользованием домом прекращено.

ФИО2 считает заключенный с ОАО Сбербанк договор ипотеки недействительной сделкой (ст. 168 ГК РФ), так как материнский капитал был перечислен до передачи дома в залог. В силу закона, а не соглашения с банком, ответчикам первоначально надо было установить долю детям и только после этого урегулировать свои интересы имуществом ФИО2 Договор ипотеки № от 21.08.2019 г. между ФИО2, ФИО3 и ПАО Сбербанк нарушают требования закона, нарушили имущественные права и охраняемые интересы несовершеннолетних.

В результате без согласия истца, его имуществом удовлетворены кредитные требования к ФИО2, а истец потерял право пользования и владения единственным жилым помещением. Задолженность ответчика ФИО2 перед ПАО Сбербанк составляет 16 137 977 руб. 89 коп.

Полученных 2 800 000 руб. недостаточно для покрытия долга. По этой причине истец не получит денежные средства за свою долю.

Одновременно 18.09.2019 г. истец просил восстановить ему срок для подачи иска, поскольку узнал о нарушении своего права в конце января 2019 года из сообщения отдела опеки и попечительства № от 22.01.2019 г. Обжаловал определение Урайского городского суда от 21.08.2015 г. об утверждении мирового соглашения, но определением Урайского городского суда от 14.03.2019 г. в восстановлении пропущенного срока обжалования определения суда ему отказано, при этом судом указано, что начало срока, когда истец узнал о нарушении своего права следует исчислять с 19.07.2017 г., то есть с даты его участия в судебном заседании по определению долей в спорном доме.

От ответчика ПАО Сбербанк в суд поступили письменные возражения на иск ФИО5, в которых просит в удовлетворении заявления ФИО5 о восстановлении пропущенного срока обжалования, а также в удовлетворении исковых требований о признании недействительным договора ипотеки отказать, мотивируя тем, что при заключении мирового соглашения и договора залога спорного жилого дома и земельного участка по адресу: 

<

адрес>, спорное имущество находилось в собственности ФИО2, согласно Гражданского кодекса Российской Федерации он имел право передавать указанное имущество в залог с целью обеспечения денежного обязательства с согласия супруги ФИО3, от которой такое согласие было получено. Ответчик ПАО Сбербанк считает, что получение согласия органов опеки и попечительства на совершение оспариваемой сделки в порядке, предусмотренном п. 3 ст. 6 Федерального закона от 16.07.1998 г. № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)», п. 4 ст. 292 ГК РФ не требовалось, так как при заключении договора ипотеки сведений о том, что должники лишены родительских прав, ограничены в них, признаны в установленном законом порядке недееспособными или ограничено недееспособными либо о том, что их несовершеннолетние дети находятся под опекой или попечительством должниками ПАО Сбербанк не предоставлялись. В силу п. 1 ст. 64 Семейного кодекса Российской Федерации защита прав и интересов несовершеннолетних детей возлагается на их родителей. Следовательно при передаче в залог ПАО Сбербанк жилого дома и земельного участка по адресу: 

<

адрес> соблюдены нормы действующего законодательства.

Также ответчик ПАО Сбербанк указал, что договор ипотеки считается ничтожным в случае несоблюдения правил о государственной регистрации такого договора. В материалах дела имеется копия оспариваемого договора ипотеки, зарегистрированного Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по ХМАО – Югре. В силу п. 2 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации для признания сделки оспоримой и о применении последствий ее недействительности установлен годичный срок, который истек 19.07.2018 г., так как о заключении договора ипотеки № от 21.08.2015 ФИО5 узнал в судебном заседании 19.07.2017 при рассмотрении гражданского дела №2-480/2017. Считает, что основания для восстановления срока подачи иска отсутствуют.

Определением Урайского городского суда от 23.10.2019 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика привлечена ФИО6, являющаяся в настоящее время владельцем недвижимого имущества – дома и земельного участка по адресу: 

<

адрес>.

От ФИО6 поступили письменные возражения на иск, в которых она указала, что приобрела жилой дом и земельный участок по адресу: 

<

адрес> публичных торгов, переход права собственности зарегистрирован в установленном законом порядке, решением суда от 03.07.2019 г. истец ФИО5, ответчики ФИО2, ФИО3 и их несовершеннолетний сын М.В.В. признаны утратившими право пользования жилым домом и выселены из него. Решение вступило в законную силу 29.10.2019 г., но Мешбанками не исполнено, они до сих пор проживают в доме. В настоящее время права собственности бывших собственников дома прекращены, оснований для признания недействительным договора ипотеки, заключенного между ФИО2 и ПАО Сбербанк о передаче в залог жилого дома и земельного участка по адресу: 

<

адрес> нет. ФИО6 просит в иске ФИО5 отказать.

Истец ФИО5, представитель ответчика ПАО «Сбербанк России», третье лицо ФИО6 в судебное заседание не явились, при их надлежащем извещении о времени и месте судебного заседания. Учитывая, что представитель истца ФИО1, подтвердил надлежащее извещение истца ФИО5 о времени и месте судебного заседания, суд рассмотрел в соответствии со ст. 167 ГПК РФ дело в отсутствие истца.

Представитель истца ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержали по доводам, изложенным в исковом заявлении, просили восстановить процессуальный срок на подачу иска, так как сделка ничтожная и к ней должен применятся трехгодичный срок исковой давности, исковые требования удовлетворить в полном объеме с учетом их уточнений.

Ответчики ФИО2 и ФИО3 В судебном заседании иск признали, пояснили о том, что не успели исполнить обязательство по передаче в собственность детям имущества, приобретенного, в том числе на материнский капитал, поскольку между погашением ипотечного кредита и заключение мирового соглашения был очень короткий срок. Мировое соглашение и договор залога подписали лишь только в связи с тем, что в мировом соглашении имелось условие о том, что доли детям могут быть определены. Просили иск удовлетворить.

Выслушав представителя истца, ответчиков Мешбанк, исследовав доводы искового заявления и материалы дела, оценив в силу ст. 67 ГПК РФ собранные по делу доказательства в совокупности, суд пришёл к выводу, что заявленные требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям:

В соответствии со ст. 819 Гражданского кодекса Российской Федерации, по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

К отношениям по кредитному договору применяются правила Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующие отношения, возникающие из договора займа, если иное не вытекает из существа кредитного договора.

Согласно ст. 807, 810 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Согласно п. 1 и п. 2 ст. 809 Гражданского кодекса Российской Федерации займодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором. При отсутствии иного соглашения проценты выплачиваются ежемесячно до дня возврата суммы займа.

На основании п. 2 ст. 811 данного Кодекса, если договором займа предусмотрено возвращение займа по частям (в рассрочку), то при нарушении заемщиком срока, установленного для возврата очередной части займа, займодавец вправе потребовать досрочного возврата всей оставшейся суммы займа вместе с причитающимися процентами.

Судом по представленным в дело документам установлено, что 21 августа 2015 года определением Урайского городского суда при рассмотрении гражданского дела по иску Открытого акционерного общества «Сбербанк России» Урайское отделение на (правах управления) Ханты-Мансийского отделения 1791 к ФИО2 о взыскании суммы кредита, процентов за пользование кредитом, неустойки и обращения взыскания на предмет залога, утверждено мировое соглашение, заключенное между Открытым акционерным обществом «Сбербанк России» Урайское отделение на (правах управления) Ханты-Мансийского отделения 1791 и ФИО2, ФИО3 в целях урегулирования спора, возникшего в связи с неисполнением Ответчиками обязательств по возврату суммы кредита и процентов за пользование кредитом, возникших (или предусмотренных) из кредитного договора № от 07.03.2014 (далее – Кредитный договор). Истец и Ответчик договорились об условиях обеспечения мирового соглашения, одной из таких мер явилось передача в залог недвижимого имущества, в том числе жилого дома, расположенного по адресу 

<

адрес>, кадастровый № и земельного участка, категория – земли населенных пунктов площадью 800,6 м2 расположенного по адресу 

<

адрес>, кадастровый №.

Копия указанного определения суда приобщена к материалам настоящего дела.

В установленном действующим законодательством порядке ПАО Сбербанк и ФИО2 21.08.2015 г. заключен договор ипотеки №, согласно условиям которого договора ФИО2 передано в залог ПАО Сбербанк в обеспечение исполнения своих обязательств заемщика по утвержденному судом мировому соглашению недвижимое имущество: объект индивидуального жилого строительства, назначение – жилое, 2-этажный, общей площадью 161,8 кв. м, адрес (местонахождение) объекта Россия, Ханты-мансийский автономный округ – Югра, 

<

адрес>, кадастровый (или условный) № и земельный участок, категория земель – земли населенных пунктов, разрешенное использование: земельные участки, предназначенные для размещения домов индивидуальной жилой застройки, общей площадью 800 кв.м, адрес (местонахождение) объекта Россия, Ханты-мансийский автономный округ – Югра, 

<

адрес>, кадастровый (или условный) №. На момент государственной регистрации договора ипотеки на дом и земельный участок 02.10.2015 г., право собственности на указанные объекты недвижимого имущества зарегистрировано ДД.ММ.ГГГГ за ФИО2 (л.д. 23-29, 72-73). Следовательно, ФИО2 имел право передавать его в залог по спорному обязательству. 

В силу п. 1 ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных п. 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно п. 2 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Из решения Урайского городского суда от 20.07.2017 по делу № 2-480/2017 следует, что доли в спорном недвижимом имуществе были получены ФИО2 и членами его семьи, в том числе и истцом на основании соглашения о выделении долей в праве в октябре 2015 года.

Согласно пункту 1 статьи 353 ГК РФ в случае перехода прав на заложенное имущество от залогодателя к другому лицу в результате возмездного или безвозмездного отчуждения этого имущества (за исключением случаев, указанных в подпункте 2 пункта 1 статьи 352 и статье 357 настоящего Кодекса) либо в порядке универсального правопреемства залог сохраняется.

В пункте 2 статьи 353 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что, если имущество залогодателя, являющееся предметом залога, перешло в порядке правопреемства к нескольким лицам, каждый из правопреемников (приобретателей имущества) несет вытекающие из залога последствия неисполнения обеспеченного залогом обязательства соразмерно перешедшей к нему части указанного имущества. В случае, если предмет залога неделим или по иным основаниям остается в общей собственности правопреемников, они становятся солидарными залогодателями.

Согласно пункту 2 статьи 38 Закона об ипотеке если имущество, заложенное по договору об ипотеке, перешло по указанным в пункте 1 настоящей статьи основаниям к нескольким лицам, каждый из правопреемников первоначального залогодателя несет вытекающие из отношений ипотеки последствия неисполнения обеспеченного ипотекой обязательства соразмерно перешедшей к нему части заложенного имущества. Если предмет ипотеки неделим или по иным основаниям поступает в общую собственность правопреемников залогодателя, правопреемники становятся солидарными залогодателями.

В соответствии с частью 1 статьи 334 ГК РФ, в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя).

В силу статьи 348 ГК РФ, взыскание на заложенное имущество для удовлетворения требований залогодержателя может быть обращено в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником обеспеченного залогом обязательства. Обращение взыскания на заложенное имущество не допускается, если допущенное должником нарушение обеспеченного залогом обязательства незначительно и размер требований залогодержателя вследствие этого явно несоразмерен стоимости заложенного имущества. Если не доказано иное, предполагается, что нарушение обеспеченного залогом обязательства незначительно и размер требований залогодержателя явно несоразмерен стоимости заложенного имущества при условии, что одновременно соблюдены следующие условия: 1) сумма неисполненного обязательства составляет менее чем пять процентов от размера стоимости заложенного имущества; 2) период просрочки исполнения обязательства, обеспеченного залогом, составляет менее чем три месяца. Если договором залога не предусмотрено иное, обращение взыскания на имущество, заложенное для обеспечения обязательства, исполняемого периодическими платежами, допускается при систематическом нарушении сроков их внесения, то есть при нарушении сроков внесения платежей более чем три раза в течение двенадцати месяцев, предшествующих дате обращения в суд или дате направления уведомления об обращении взыскания на заложенное имущество во внесудебном порядке, даже при условии, что каждая просрочка незначительна.

Согласно статье 79 Федерального закона «Об исполнительном производстве» взыскание не может быть обращено на принадлежащее должнику-гражданину на праве собственности имущество, перечень которого установлен Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации.

В соответствии с частью 1 статьи 446 ГПК РФ взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

Согласно частям 1 и 2 статьи 78 Федерального закона «Об ипотеке (залоге недвижимости)» обращение залогодержателем взыскания на заложенные жилой дом или квартиру и реализация этого имущества являются основанием для прекращения права пользования ими залогодателя и любых иных лиц, проживающих в таких жилом доме или квартире, при условии, что такие жилой дом или квартира были заложены по договору об ипотеке либо по ипотеке в силу закона в обеспечение возврата кредита или целевого займа, предоставленных банком или иной кредитной организацией либо другим юридическим лицом на приобретение или строительство таких или иных жилого дома или квартиры, их капитальный ремонт или иное неотделимое улучшение, а также на погашение ранее предоставленных кредита или займа на приобретение или строительство жилого дома или квартиры.

Таким образом, из приведенных положений законов в их взаимосвязи следует, что граждане своей волей и в своем интересе могут распоряжаться принадлежащими им имуществом, в том числе отдавать его в залог в обеспечение принятых на себя обязательств, при этом обращение взыскания на заложенную квартиру возможно как в случае, когда такая квартира заложена по договору об ипотеке (независимо от того, на какие цели предоставлен заем (кредит), так и по ипотеке в силу закона, в частности, в силу закона ипотека возникает, если жилое помещение приобретено либо построено полностью или частично с использованием кредитных средств банка или иной кредитной организации либо средств целевого займа, предоставленного другим юридическим лицом на приобретение или строительство указанного жилого помещения (п. 1 ст. 77 Закона об ипотеке).

Распространяя на обеспеченные договорной и законной ипотекой обязательства общее правило об ответственности должника всем своим имуществом, указанные законоположения направлены на достижение баланса прав и законных интересов взыскателей и должников и служат для реализации положений, закрепленных ст.ст. 17 (ч. 3), 35 и 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации.

При этом действующее законодательство, в том числе и Закон об ипотеке не содержит запрета на передачу гражданами в залог по договору ипотеки принадлежащих им помещений, в том числе тех, которые являются единственными пригодными для их проживания, равно как и запрета на заключение договоров ипотеки, по которым залогодержателями и кредиторами являются лица, предоставившие заем на цели, не связанные с приобретением жилья.

Таким образом, из содержания указанных положений в их взаимосвязи следует, что обращение взыскания на заложенное жилое помещение, в данном случае в виде жилого дома и земельного участка, возможно как в случае, когда такое имущество заложена по договору об ипотеке (независимо от того, на какие цели предоставлен заем (кредит), так и по ипотеке в силу закона. Обстоятельство же того, что заложенное жилое помещение является единственным пригодным для постоянного проживания помещением для гражданина-должника, не является препятствием для обращения на него взыскания, если соответствующее жилое помещение является предметом ипотеки (договорной или законной, не имеет значения).

Кроме того, истцом не представлено доказательств, что оспариваемая им сделка – договор ипотеки от 21.08.2015 г. является сделкой, нарушающей требования закона или иного правового акта и при этом посягающей на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц. Истцом не доказано, что заключением соответствующих соглашений ответчики ФИО2, ФИО3 и/или ПАО Сбербанк преследовали соответствующие асоциальные цели.

Само по себе обременение имущества ипотекой (даже направленное на обеспечение исполнения обязательств третьих лиц в отсутствие для залогодателя экономической целесообразности) не свидетельствует о наличии у одной из сторон сделки цели, заведомо противной основам правопорядка или нравственности. Напротив, договор ипотеки является одной из наиболее распространенных договорных конструкций, регулярно применяемых участниками гражданского оборота, так как залог во многом направлен на развитие кредитных отношений, которые являются одной из необходимых предпосылок экономического роста. Следовательно, заключение залоговых соглашений указывает на наличие у сторон целей, соответствующих как основам правопорядка, так и экономической политике государства.

Поэтому спорное имущество в любом случае подлежало реализации в деле о банкротстве должника, при этом созалогодатели (в том числе от имени сына законные представители) вправе представлять свои интересы в деле о банкротстве в целях контроля за реализацией залогового имущества и расчетов с залогодержателем.

При наличии разницы в выручке от реализации (после полного погашения требований банка в порядке, установленном законом о банкротстве) эта разница может быть распределена между сособственниками в соответствии с принадлежащими им долями. Следовательно, права третьих лиц оспариваемым договором залога не затронуты.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу о том, что заключенный между сторонами договор ипотеки, вопреки доводам истца, зарегистрированный в установленном порядке, соответствует требованиям действующего законодательства, является действительным, имелись все законные основания для применения его условий, и, напротив, оснований для признания заключенного между сторонами договора ипотеки недействительным по доводам иска не имеется.

В Постановлениях от 11.06.2013 № 15154/11, от 24.06.2014 № 4254/14 Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации приведена следующая правовая позиция: определение долей в праве общей собственности по смыслу положений Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)», статьи 353 ГК РФ не влечет трансформации залога имущества в залог долей в праве общей долевой собственности.

В соответствии с п. 2 ст. 353 ГК РФ, если предмет залога остался в общей собственности приобретателей имущества, такие приобретатели становятся солидарными залогодателями (Обзор судебной практики по делам, связанным с реализацией права на материнский (семейный) капитал, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 22.06.2016).

В силу этого кредитор, требования которого обеспечены залогом такого имущества, вправе рассчитывать на погашение своих требований из средств, вырученных в ходе конкурсного производства от продажи самого заложенного имущества, а не доли в праве.

На основании чего решение Урайского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 20.07.2017 по делу № 2-480/2017, в соответствии с которым спорное недвижимое имущество, являющаяся предметом ипотеки (как следует из текста определения Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 24.09.2017), признано общей собственностью должника – ФИО2, его супруги – ФИО3 и их детей – М.В.В. и ФИО5 с определением равных долей в праве (по 1/4 доли каждому), не может являться основанием для уменьшения предмета залога, поскольку изменение режима собственности с совместной на долевую с определением долей каждого не влечет трансформации залога имущества в залог долей в праве общей долевой собственности.

Кроме того, кредитор, требование которого обеспечено залогом такого имущества, вправе рассчитывать на погашение своего требования из средств, вырученных от реализации в ходе конкурсного производства заложенного имущества в целом, а не доли в праве.

В этой связи ПАО «Сбербанк России» сохраняет специальные права залогового кредитора в отношении всего спорного имущества, подлежащего реализации с торгов, а не 1/4 доли в праве собственности на него, выделенной решением Урайского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 20.07.2017 по делу № 2-480/2017.

Кроме того, согласно пунктам 1 и 2 ст. 10 Федерального закона от 16.07.1998 N 102-ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)" (в ред. от 06.04.2015 г.) договор об ипотеке заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами, и подлежит государственной регистрации (в ред. Федерального закона от 06.12.2011 N 405-ФЗ). Договор, в котором отсутствуют какие-либо данные, указанные в статье 9 настоящего Федерального закона, или нарушены правила пункта 4 статьи 13 настоящего Федерального закона, не подлежит государственной регистрации в качестве договора об ипотеке. Несоблюдение правил о государственной регистрации договора об ипотеке влечет его недействительность. Такой договор считается ничтожным. Договор об ипотеке считается заключенным и вступает в силу с момента его государственной регистрации.

Ничтожность заключенного 21.08.2015 года договора ипотеки № между ПАО Сбербанк и ФИО2 и прошедшего в установленном порядке государственную регистрацию, истцом не доказана.

Ссылка ответчиком Мешбанк на пункт 19 мирового соглашения, утвержденного определением Урайского городского суда от 21 августа 2019 года, согласно которому истец (ПАО «Сбербанк России») не возражает с отчуждением доли в имуществе, указанном в пункте 6.1.4 и 6.1.5 (жилой дом и земельный участок) в соответствии с Обязательством серия 86АА №, с учетом сохранения обременения ПАО «Сбербанк России» и согласования с ним размеров отчуждаемых долей, не может быть принята судом в качестве основания для признания оспариваемого договора залога недействительным, поскольку, как указано выше, в соответствии с п. 2 ст. 353 ГК РФ, если предмет залога остался в общей собственности приобретателей имущества, такие приобретатели становятся солидарными залогодателями, статья 353 ГК РФ не влечет трансформации залога имущества в залог долей в праве общей долевой собственности. Кроме того, при такой трансформации при наличии обязательства родителя, который направил средства материнского капитала на погашение ипотечного займа, согласие органов опеки и попечительства не требуется, учитывая, что исполняя данное обязательство, родитель действует в интересах детей. 

Ссылка стороны истца и ответчиков Мешбанк о том, что имеется другой экземпляр договора ипотеки, имеющий тот же номер и заключенный от той же даты, который не совпадает по своему содержанию с текстом договора, представленного в орган Росреестра, и копию которого они представили суду, также судом не принимается, поскольку договор ипотеки подлежит государственной регистрации и, следовательно, принимается тот экземпляр договора ипотеки, который прошел государственную регистрацию (л.д. 23-29). 

В силу ч. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179 ГК РФ), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Как следует из пояснений истца, материалов дела, истец ФИО5 участвовал в судебном разбирательстве 19 и 20 июля 2017 года по гражданскому делу по иску ФИО3, действующей за себя и несовершеннолетних М.В.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, к ФИО2, публичному акционерному обществу «Сбербанк России» о прекращении права собственности на долю в праве на объект индивидуального жилищного строительства и земельный участок, признании права собственности на долю в праве на объект индивидуального жилищного строительства и земельный участок. И с этого времени узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. Следовательно, срок обращения в суд с данным иском истекал 20.07.2018 года.

В силу ст. 112 ГПК РФ лицам, пропустившим установленный федеральным законом процессуальный срок по причинам, признанным судом уважительными, пропущенный срок может быть восстановлен. 

Оснований для признания причин пропуска процессуального срока на обращение в суд с указанным иском уважительными суду не представлено и в судебном заседании не установлено, в связи с чем, в восстановлении пропущенного срока на обращение в суд с указанным иском следует отказать.

В силу абз. 2 п. 2 ст. 199 ГК РФ, разъяснений п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

При таких обстоятельствах, с учетом заявления представителя ответчика о пропуске срока исковой давности, требования ФИО5 о признании договора ипотеки недействительным подлежат оставлению без удовлетворения.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований Мешбанка М.В.В., к публичному акционерному обществу «Сбербанк России», ФИО2, за которого действовал финансовый управляющий ФИО4, ФИО3, о признании договора ипотеки недействительным отказать.

Решение суда может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры через Урайский городской суд. Апелляционные жалоба, представление могут быть поданы в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Решение в окончательной форме составлено 02 декабря 2019 года.

Председательствующий судья Г.К. Орлова