Дело № 2а-27/2024

УИД 12RS0003-02-2023-002405-53

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Йошкар-Ола 02 февраля 2024 года

Йошкар-Олинский городской суд Республики Марий Эл в составе

председательствующего судьи Митьковой М.В.,

при секретаре Иванове Г.А.,

с участием представителя административного истца А.А.А., представителя административного ответчика С.С.А., заинтересованного лица К.Н.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к Управлению Федеральной налоговой службы по Республике Марий Эл, Межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы по Приволжскому федеральному округу, заместителю руководителя УФНС по РМЭ П.Л.В. о признании незаконным решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением, указанным выше, с учетом уточнений просил признать незаконным и отменить решение заместителя руководителя УФНС по Республике Марий Эл № 32 от 13 января 2023 года о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части начисления, предложения уплатить недоимку по налогу на доходы физических лиц за 2018 год в размере 919297 рублей 62 копейки, недоимку по налогу на доходы физических лиц за 2019 год в размере 1750138 рублей 62 копейки, недоимку по налогу на доходы физических лиц за 2020 год в размере 1631517 рублей 28 рублей, применения штрафа по п. 1 ст. 122 НК РФ за неуплату налога на доходы физических лиц за 2019 год в размере 26567 рублей, применения штрафа по п. 1 ст. 122 НК РФ за неуплату (неполную оплату) налога на доходы физических лиц за 2020 год в размере 20792 рубля, штрафа по ч. 1 ст. 119 НК РФ за 2019 год в размере 39850 рублей, за 2020 год в размере 31188 рублей.

В обоснование заявленных требований указал, что на основании решения заместителя руководителя УФНС по Республике Марий Эл №7 от 28 декабря 2021 года в отношении него была проведена налоговая проверка по вопросам неуплаты налога на доходы физических лиц за период с 01 января 2018 года по 31 декабря 2020 года, по результатам которого вынесено оспариваемое решение от 13 января 2023 года о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. На вышеуказанное решение была подана апелляционная жалоба, решением Межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы по Приволжскому федеральному округу от 24 марта 2023 года апелляционная жалоба оставлена без удовлетворения. Полагает решение от 13 января 2023 года незаконным, поскольку инвестиционный налоговый вычет подтвержден документально путем представления выписок по счету, заявлен в возражениях на акт налоговой проверки, однако налоговым органом данные доводы проигнорированы; необоснованно не учтены при формировании налоговой базы по НДФЛ расходы, связанные с приобретением, реализацией, хранением и погашением ценных бумаг, с совершением операций с производными финансовыми инструментами, информация о которых отражена в детальной выписке по счету; поскольку дивиденды и проценты по облигациям не подлежат налогообложению в РФ, поскольку ставка налога на доходы от движимого капитала в Швейцарии составляет 35 %, погашение стоимости облигаций не является полученным доходом, налоговым органом неверно исчислены доходы от реализации ценных бумаг, поскольку полученная сумма 31 июля 2018 года является получением кредита для последующей покупки ценных бумаг. Представлен собственный расчет налоговых обязательств по НДФЛ применительно к спорному периоду, согласно которому НДФЛ за 2018 год составит 194149 рублей 38 копеек, за 2019 год - 375195 рублей 38 копеек, за 2020 год – 31871 рубль 72 копейки. 

Определениями суда к участию в деле в качестве административных соответчиков привлечены Межрегиональная инспекция Федеральной налоговой службы по Приволжскому федеральному округу, заместитель руководителя УФНС России по РМЭ П.Л.В.

В судебное заседание административный истец ФИО1 не явился, о дате и времени рассмотрения дела извещен, в заявлении просил рассмотреть дело в его отсутствие, обеспечил свое участие явкой представителя.

Представитель административного истца по доверенности и на основании ордера А.А.А. в судебном заседании заявленные требования с учетом дополнений поддержал, указав, что согласен с выводами дополнительной судебной экспертизы, считает, что налог был удержан иностранным государством, в настоящее время ФИО1 не является клиентом данного банка, как гражданин РФ не может получить сведения из иностранного государства и иностранной организации – банка.

Представитель административного ответчика УФНС России по РМЭ С.С.А., действующая на основании доверенности, в судебном заседании, с требованиями с учетом дополнений не согласилась по доводам, изложенным в возражениях на административный иск и дополнениях к нему, указав, что обе судебные экспертизы проведены с нарушением норм КАС РФ, административным истцом представлена неполная выписка по иным счетам, на которые он ссылается, не представлены пояснения относительно кредита на сумму 200 000 долларов, суммы по продаже Форекс учтены как расходы, а не как по спотовой сделке.

Представитель административного ответчика Межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы по Приволжскому федеральному округу, административный ответчик заместитель руководителя УФНС по РМЭ П.Л.В. в судебное заседание не явились, в возражениях просили в удовлетворении требований отказать и рассмотреть дело без их участия.

Заинтересованное лицо главный государственный налоговый инспектор К.Н.В. в судебном заседании с требованиями с учетом дополнений не согласилась, указав, что для проверки сведений из представленных таблиц и отчетов на достоверность необходимы первичные документы, отчеты брокера.

Заинтересованные лица заместитель руководителя УФНС России по РМЭ М.Н.Г., руководитель УФНС России по РМЭ П.М.В. в судебное заседание не явились, извещены, представлены ходатайства о рассмотрении дела без их участия.

Выслушав участников процесса, пояснения специалиста, изучив материалы дела, суд приходит к следующему. 

В соответствии со статьей 57 Конституции Российской Федерации и пунктом 1 статьи 23 Налогового кодекса Российской Федерации каждый обязан платить законно установленные налоги и сборы.

В соответствии с частью 1 статьи 218 КАС РФ гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

Частями 9, 11 статьи 226 КАС РФ установлено, что если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет: 1) нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление; 2) соблюдены ли сроки обращения в суд; 3) соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих: а) полномочия органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, на принятие оспариваемого решения, совершение оспариваемого действия (бездействия); б) порядок принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) в случае, если такой порядок установлен; в) основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами; 4) соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения. 

Обязанность доказывания обстоятельств, указанных в пунктах 1 и 2 части 9 ст. 229 КАС РФ, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, указанных в пунктах 3 и 4 части 9 и в части 10 настоящей статьи, - на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие).

Исходя из положений части 2 статьи 227 КАС РФ, суд удовлетворяет заявленные требования об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если установит, что оспариваемое решение, действие (бездействия) нарушает права и свободы административного истца, а также не соответствует закону или иному нормативному правовому акту.

В рамках международного автоматического обмена финансовой информации - ИАП «Финсчета» (действовавшего на момент возникновения данных правоотношений) от компетентных органов иностранных государств (территорий) - Швейцарской Конфедерации поступили сведения о получении ФИО1 денежных средств от реализации финансовых активов, проценты, дивиденды на расчетный счет, открытый в банке Швейцарии UBSSSWITZERLANDDAG за 2018-2020 годы.

Судом установлено, что на основании решения заместителя начальника УФНС России по Республике Марий Эл от 28 декабря 2021 года в отношении ФИО1 проведена выездная налоговая проверка по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) по всем налогам, сборам, страховым взносам за период с 01 января 2018 года по 31 декабря 2020 года.

По результатам указанной проверки заместителем начальника УФНС России по Республике Марий Эл М.Н.Г. принято решение № 32 от 13 января 2023 года о привлечении ФИО1 к ответственности за совершение налогового правонарушения, выразившееся в неуплате НДФЛ за 2018, 2019, 2020 гг. Указанным решением налогоплательщику начислен НДФЛ за 2018 год в сумме 1 114 447 рублей, за 2019 год в размере 2 229 010 рублей, за 2020 год – 1 663 389 рублей. Заявитель привлечен к налоговой ответственности в виде штрафа по п. 1 ст. 122 НК РФ, п. 1 ст. 119 НК РФ в размере 121637 рублей, уменьшенного в 16 раз на основании п.3 ст.112 НК РФ.

Полагая начисление налога, штрафа и решение о привлечении к налоговой ответственности незаконным, нарушающими права ФИО1, налогоплательщик обжаловал решение налогового органа в Межрегиональную инспекцию Федеральной налоговой службы по Приволжскому федеральному округу.

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы Межрегиональной инспекцией Федеральной налоговой службы по Приволжскому федеральному округу принято решение от 24 марта 2023 года № 07-07/0754@ жалоба ФИО1 на решение УФНС России по РМЭ от 13 января 2023 года № 32 оставлена без удовлетворения.

Не согласившись с решениями налоговых органов, ФИО1 обратился в суд.

Согласно пп.1 п.1 ст. 23 Налогового кодекса РФ налогоплательщики обязаны уплачивать законно установленные налоги.

В соответствии с п. 1 ст. 207 Налогового кодекса РФ налогоплательщиками налога на доходы физических лиц признаются физические лица, являющиеся налоговыми резидентами Российской Федерации, а также физические лица, получающие доходы от источников, в Российской Федерации, не являющиеся налоговыми резидентами Российской Федерации.

Как следует из п. 2 ст. 207 Налогового кодекса РФ налоговыми резидентами признаются физические лица, фактические находящиеся в Российской Федерации не менее 183 календарных дней в течение 12 следующих подряд месяцев.

В п. 1 ст. 209 Налогового кодекса РФ определено, что объектом налогообложения признается доход, полученный налогоплательщиками от источников в Российской Федерации и (или) от источников за пределами Российской Федерации – для физических лиц, являющихся налоговыми резидентами Российской Федерации.

Главой 20.1 Налогового кодекса РФ определен порядок автоматического обмена финансовой информацией с иностранными государствами (территориями).

Согласно пункту 3 статьи 142.3 Налогового кодекса РФ территориальные налоговые органы вправе использовать финансовую информацию организаций финансового рынка и компетентных органов иностранных государств (территорий), полученную в соответствии с главой 20.1 Налогового кодекса РФ, при осуществлении своих полномочий в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.

Согласно п.1 статьи 4 Соглашения от 15 ноября 1995 года между Российской Федерацией и Швейцарской конфедерацией об избежании двойного налогообложения в отношении налогов на доходы и капитал (далее Соглашение) - термин "резидент договаривающегося государства" означает любое лицо, которое по законодательству этого государства подлежит налогообложению в нем на основании местожительства, постоянного местопребывания, места управления или любого другого критерия аналогичного характера, и также включает это государство и его любое политическое подразделение или местный орган власти. 

Соглашение между Российской Федерации и Швейцарской конфедерацией об избежании двойного налогообложения в отношении налогов на доходы и капитал применяется к лицам, которые являются резидентами одного или обоих договаривающихся государств, к налогам на доходы и капитал, взимаемым от имени договаривающегося государства или его политических подразделений, или местных органов власти, независимо от способа их взимания.

Существующими налогами, к которым применяется настоящее Соглашение, в частности, в Российской Федерации является налог на доходы физических лиц. 

Материалами дела установлено, что в период с 2018 года по 2020 год ФИО1 находился на территории Российской Федерации более 183 календарных дней и являлся налоговым резидентом в проверяемый период. 

В силу п.1 ст.41 Налогового кодекса РФ доходом признается экономическая выгода в денежной или натуральной форме, учитываемая в случае возможности ее оценки и в той мере, в которой такую выгоду можно оценить, и определяемая в соответствии с главами "Налог на доходы физических лиц", "Налог на прибыль организаций" настоящего Кодекса.

Согласно пункту 1 статьи 210 Налогового кодекса РФ при определении налоговой базы по налогу на доходы физических лиц учитываются все доходы налогоплательщика, полученные им как в денежной, так и в натуральной форме, или право на распоряжение которыми у него возникло, а также доходы в виде материальной выгоды, определяемой в соответствии со статьей 212 Налогового кодекса РФ.

Налоговая база определяется по каждому виду доходов, в отношении которых установлены различные налоговые ставки.

Налоговая ставка устанавливается в размере 13 % в соответствии с п. 1 ст. 224 НК РФ. 

В судебном заседании установлено, что согласно информации, полученной ФНС России в рамках международного автоматического обмена финансовой информации - ИАП «Финсчета» (действовавшего на момент возникновения данных правоотношений) от компетентных органов иностранных государств (территорий) - Швейцарской Конфедерации установлено поступление ФИО1 денежных средств от реализации финансовых активов, проценты, дивиденды на расчетный счет 

<

номер> (открытый в банке Швейцарии UBSSSWITZERLANDDAG, банковский счет 

<

номер>S1) за 2018-2020 годы.

Налоговым органом начата выездная налоговая проверка, в ходе которой проведен анализ сведений, поступивших в рамках международного автоматического обмена финансовой информацией в отношении доходов, полученных ФИО1 за пределами Российской Федерации, в налоговые периоды 2018, 2019, 2020 гг.

B соответствии c подпунктом 2 пункта 1 статьи 31 НК РФ налоговые органы вправе проводить налоговые проверки в порядке, установленном НК РФ. 

Подпунктом 2 пункта 1 статьи 32 НК РФ установлено, что налоговые органы обязаны осуществлять контроль за соблюдением законодательства o налогах и сборах, a также принятых в соответствии c ним нормативных правовых актов. 

Таким образом, вышеуказанными положениями НК РФ предусмотрено право использования налоговым органом информации, поступившей в рамках международного автоматического обмена финансовой информацией c компетентными органами иностранных государств. Указанная информация приравнена к информации, поступившей от компетентного органа иностранного государства на бумажном носителе, использование указанной информации предусмотрено главой 20.1 НК РФ, в силу оснований делать вывод о существенных нарушениях условий процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки у суда не имеется. 

Налоговым органом установлено, что налогоплательщиком получен в Швейцарской Конфедерации доход от реализации (отчуждения) финансовых активов, а также проценты, дивиденды за 2018-2020 год на общую сумму 96 757 976 рублей, в том числе за 2018 год – в сумме 481413 USD, в 2019 году – 551628 USD, в 2020 году – 426137 USD.

B частности, Заявителем получены следующие виды доходов:

- за 2018 год в сумме 27 918 658 рублей (CRS 503 - валовый доход от реализации финансовых активов), в сумме 2 166 841 рублей (CRS 502 - проценты), в сумме 207 885 рублей (CR8 501 - дивиденды); 

- за 2019 год в сумме 34 453 511 рублей (CRS 503 - валовый доход от реализации финансовых активов), в сумме 1 059 831 рублей (CRS 502 - проценты), в сумме 131 749 рублей (CRS 501 - дивиденды);

за 2020 год в сумме 30 217 633 рублей (CRS 503 - валовый доход от реализации финансовых активов), в сумме 268 499 рублей (CRS 502 - проценты), в сумме 333 369 рублей (CRS 501 - дивиденды).

Исходя из положений главы 23 «Налог на доходы физических лиц» Налогового кодекса РФ иностранные организации не признаются налоговыми агентами по налогу на доходы физических лиц.

Если получаемые физическим лицом - налоговым резидентом Российской Федерации доходы относятся к доходам от источников, находящихся за пределами Российской Федерации, то на основании подпункта 3 пункта 1 статьи 228 Налогового кодекса РФ исчисление и уплату налога на доходы физических лиц в соответствии с указанной статьей такие физические лица производят самостоятельно исходя из сумм таких доходов.

При этом статьей 232 Налогового кодекса РФ предусмотрены положения об устранении двойного налогообложения.

Согласно ст. 232 НК РФ по общему правилу фактически уплаченные физическим лицом - налоговым резидентом Российской Федерации за пределами Российской Федерации в соответствии c законодательством других государств суммы налога c доходов, полученных в иностранном государстве, не засчитываются при уплате налога в Российской Федерации, если иное не предусмотрено действующим международным договором Российской Федерации по вопросам налогообложения. 

Абзацем вторым пункта 1 статьи 232 Налогового кодекса РФ установлено, что, в случае если международным договором Российской Федерации по вопросам налогообложения предусмотрен зачет в Российской Федерации суммы налога, уплаченного физическим лицом - налоговым резидентом Российской Федерации в иностранном государстве с полученных им доходов, такой зачет производится налоговым органом в порядке, установленном пунктами 2 - 4 статьи 232 Налогового кодекса РФ.

B соответствии с пунктом 3 статьи 232 НК РФ в целях зачета в Российской Федерации суммы налога, уплаченного физическим лицом - налоговым резидентом Российской Федерации в иностранном государстве с полученных им доходов, к налоговой декларации прилагаются документы, подтверждающие сумму полученного в иностранном государстве дохода и уплаченного с этого дохода налога в иностранном государстве, выданные (заверенные) уполномоченным органом соответствующего иностранного государства, и их нотариально заверенный перевод на русский язык.

В документах, прилагаемых к налоговой декларации, должны быть отражены вид дохода, сумма дохода, календарный год, в котором был получен доход, а также сумма налога и дата его уплаты налогоплательщиком в иностранном государстве.

Вместо указанных документов налогоплательщик вправе представить копию налоговой декларации, представленной им в иностранном государстве, и копию платежного документа об уплате налога и их нотариально заверенный перевод на русский язык.

В случае, если налог с доходов, полученных в иностранном государстве, был удержан у источника выплаты дохода, сведения о суммах дохода в разрезе каждого месяца соответствующего календарного года, а также о суммах налога, удержанных у источника выплаты дохода в иностранном государстве, представляются налогоплательщиком на основании документа, выданного источником выплаты дохода, вместе с копией этого документа и его нотариально заверенным переводом на русский язык.

Административным истцом документы, подтверждающие удержание, уплату налога на доходы физических лиц в иностранном государстве за проверяемый период налогоплательщиком, равно как и налоговые декларации за 2018-2020 годы, содержащие сведения о представлении их в Швейцарской Конфедерации, в налоговый орган не представлены, также указанные сведения не представлены и в суде.

Компетентными органами Швейцарской Конфедерации информация о конкретных датах получения дохода не представлена.

Однако вопреки законодательной обязанности обязанность по декларированию доходов и уплате налога в связи с получением дохода от источника за рубежом за 2018-2020 гг. ФИО1 надлежащим образом не исполнена; НДФЛ за указанный период не исчислен и не уплачен, что повлекло за собой нарушение статей 228, 229 Налогового кодекса РФ. 

Налогоплательщиком также в нарушение ч. 2 ст. 12 Федерального закона от 10 декабря 2013 года № 173-ФЗ «О валютном регулировании и валютном контроле» информация о движении денежных средств по счетам (вкладам) в банках за пределами РФ за проверяемый период не представлена. 

В связи с этим в ходе проверки налоговым органом в адрес ФИО1 в порядке ст. 93 Налогового кодекса РФ направлено требование о предоставлении договора банковского счета, банковских выписок, брокерских отчетов и иных документов, подтверждающих фактическую дату получения дохода в проверяемый период, информацию о покупке облигаций, основаниях поступления денежных средств на расчетный счет, первичные документы в подтверждение несения расходов, документы в подтверждение факта уплаты налога за проверяемый период. 

Запрашиваемые документы налогоплательщиком в ходе проверки представлены не в полном объеме. Также детальная информация об остатках денежных средств и ценных бумаг на счете, a также движение активов за проверяемый период: покупка, продажа ценных бумаг, a также по процентам, дивидендам, не представлены.

Факты получения доходов от реализации (отчуждения) финансовых активов, процентов и дивидендов от Банка UBS, а также неисполнения обязанности по их декларированию на момент налоговой проверки, стороной административного истца в окончательно высказанной позиции не оспариваются.

Изначально рублевый эквивалент полученного за пределами Российской Федерации дохода налогоплательщиком ФИО1 определен за 2018, 2020 годы равными нулю, в 2019 году в сумме 797505 рублей 37 копеек. 

В ходе судебного разбирательства 08 октября 2023 года ФИО1 в налоговый орган представлены налоговые декларации по налогу на доходы физических лиц (форма 3-НДФЛ) за 2018, 2019, 2020 годы, в связи с получением дохода от источников за пределами Российской Федерации. Сумма налога, исчисленная к уплате в бюджет, на основании указанных деклараций за 2018 год указана 273203 рубля, за 2019 год – 154404 рубля, за 2020 год – 31871 рубль. Как пояснил представитель административного ответчика, поскольку налоговые декларации были поданы после проведения налоговой проверки, решение по ним не принималось, их подача после проведения выездной налоговой проверки в ходе оспаривания в судебном порядке не является основанием для проведения перерасчета налоговых обязательств.

Особенности определения налоговой базы по налогу на доходы физических лиц, исчисления и уплаты налога на доходы по операциям с ценными бумагами и по операциям с производными финансовыми инструментами установлены статьей 214.1 Налогового кодекса РФ.

На основании пункта 14 статьи 214.1 Налогового кодекса РФ в целях указанной статьи налоговой базой по операциям с ценными бумагами и по операциям с производными финансовыми инструментами признается положительный финансовый результат по совокупности соответствующих операций, исчисленный за налоговый период в соответствии с пунктами 6 - 13.2 статьи 214.1 Налогового кодекса РФ.

Налоговая база по каждой совокупности операций, указанных в подпунктах 1 - 4 пункта 1 статьи 214.1 Налогового кодекса РФ, определяется отдельно с учетом положений статьи 214.1 Налогового кодекса РФ.

На основании пункта 5 статьи 210 Налогового кодекса РФ доходы (расходы, принимаемые к вычету в соответствии со статьями 214.1, 214.3, 214.4, 214.5, 218 - 221 Кодекса) налогоплательщика, выраженные (номинированные) в иностранной валюте, пересчитываются в рубли по официальному курсу Центрального банка РФ, установленному на дату фактического получения указанных доходов (дату фактического осуществления расходов), если иное не предусмотрено главой 23 «Налог на доходы физических лиц» Налогового кодекса РФ.

В силу п. 3 ст. 208 Налогового кодекса РФ к доходам, полученным от источников за пределами Российской Федерации относятся: 1) дивиденды и проценты, полученные от иностранной организации, за исключением процентов, предусмотренных подпунктом 1 пункта 1 настоящей статьи, а также выплаты по представляемым ценным бумагам, полученные от эмитента российских депозитарных расписок.

Для целей настоящей главы к доходам в виде дивидендов приравнивается доход в виде превышения суммы денежных средств, стоимости иного имущества (имущественных прав), которые получены акционером (участником) иностранной организации при выходе (выбытии) из организации либо при распределении имущества ликвидируемой организации между ее акционерами (участниками), над расходами соответствующего акционера (участника) на приобретение акций (долей, паев) ликвидируемой организации; 

- доходы от реализации недвижимого имущества, находящегося за пределами Российской Федерации; за пределами Российской Федерации акций или иных ценных бумаг, а также долей участия в уставных капиталах иностранных организаций; прав требования к иностранной организации, за исключением прав требования, указанных в четвертом абзаце подпункта 5 пункта 1 настоящей статьи; иного имущества, находящегося за пределами Российской Федерации;

- иные доходы, получаемые налогоплательщиком в результате осуществления им деятельности за пределами Российской Федерации.

Таким образом, проценты по депозитным счетам, полученные гражданином-резидентом РФ в банках Швейцарии, доходы от операций по реализации ценных бумаг в Швейцарии являются доходами, подлежащими налогообложению НДФЛ по ставке 13 %.

В пп. 3 п. 1 ст. 228 Налогового кодекса РФ регламентировано, что физические лица, получающие доходы от источников, находящихся за пределами Российской Федерации, исчисление, декларирование и уплату налога на доходы физических лиц производят самостоятельно по завершении налогового периода.

Налоговым периодом в соответствии со статьей 216 Налогового кодекса РФ признается календарный год.

B соответствии c п. 4 ст. 13 Соглашения доходы от отчуждения любого имущества (включая доходы от реализации акций) подлежат налогообложению в том договаривающемся государстве, резидентом которого является лицо, отчуждающее имущество.

В соответствии с пунктом 7 статьи 214.1 НК РФ доходами от операций с ценными бумагами признаются, в том числе доходы от реализации, полученные в налоговом периоде, доходы в виде купона.

Согласно пункту 2 статьи 214 Кодекса сумма налога в отношении дивидендов, полученных от источников за пределами Российской Федерации, определяется применительно к каждой сумме полученных дивидендов по ставке, предусмотренной пунктом 1 статьи 224 Кодекса.

На основании статьи 11 Соглашения проценты, возникающие в Швейцарии и выплачиваемые резиденту РФ, подлежат налогообложению только в РФ, если этот резидент является лицом, обладающим фактическим правом на проценты. При этом термин "проценты" означает доход от долговых требований любого вида, включая доход от облигаций. 

Согласно п. 1, 2 ст. 10 Соглашения, дивиденды, выплачиваемые компанией, которая является резидентом одного договаривающегося государства, резиденту другого договаривающегося государства, могут облагаться налогами в этом другом государстве. Однако такие дивиденды могут также облагаться налогом в том договаривающемся государстве, резидентом которого является компания, выплачивающая дивиденды, и в соответствии с законами этого государства, но если получатель является фактическим владельцем дивидендов, то взимаемый налог не должен превышать: a) 5 процентов от общей суммы дивидендов, если фактическим владельцем дивидендов является компания (отличная от товарищества), которой прямо принадлежит по меньшей мере 20 процентов капитала компании, выплачивающей дивиденды, и иностранный капитал, инвестированный в нее, превышает двести тысяч (200 000) швейцарских франков или их эквивалент в любой другой валюте на момент начисления дивидендов; b) 15 процентов от общей суммы дивидендов во всех остальных случаях.

Доводы административного истца, что указанные в электронной выписке итоговые суммы не являются доходом, а представляют собой общий валовый объем поступлений и погашений на расчетный счет 

<

номер>S1 в UBS Банке, подлежат отклонению как основанные на неверном понимании применяемых к данным правоотношениям положениям, без учета разъяснений.

Так, разъяснения по отдельным терминам в контексте валовых доходов от реализации или выбытия финансовых активов содержатся в Разделе B «Комментарии по Общему стандарту отчетности» Части III Общего стандарта отчетности. 

Первое предложение пункта 17 идентично формулировке абзаца (2) подпункта e) пункта 2 Статьи 2 «Обмен информацией в отношении подотчетных счетов» CRS МСАА. B последнем предложении пункта 17 указывается, что «понятие «реализация или выбытие» означают любую продажу или выбытие финансовых активов, установленных независимо от того, признается ли владелец таких финансовых активов субъектом налогообложения в части такой продажи или выбытия, или нет». 

B пункте 18 даётся разъяснения для клиринговыx организаций, которым разрешается при подготовке отчетности по сделкам купли-продажи ценны бумаг своих клиентов указывать не валовую сумму дохода от реализации, a сумму доходов, рассчитанную на нетто-основе. 

B пункте 19 даётся разъяснение, что «при продаже (финансовых активов) осуществляемой через брокера, что приводит к возникновению платежей в виде валового дохода (поступлений), (финансовая организация) учитывает дату, на которую валовой доход был выплачен или иным образом стал доступен лицу, имеющему право на такую выплату». 

B пункте 20 даётся разъяснение, что «общий валовой доход от реализации или выбытия означает общую сумму, полученную в результате продажи или выбытия Финансовых активов. При продаже, осуществляемой через брокера, общий валовой доход от продажи или выбытия означает общую сумму, выплаченную или начисленную на счет лица, имеющего право на такой платеж, увеличенную на сумму, которая (фактически) не была выплачена по причине погашения маржинальных займов (такого лица); брокер может (но не обязан) учитывать суммы комиссий c продаж при определении общего валового дохода. B случае продажи облигаций c НКД, то валовый доход включает проценты, начисленные между датами выплаты купонов». 

B пункте 23 указывается, что «понятие «Финансовый актив» используется в определении таких понятий, как «Кастодиальная организация», «Инвестиционная компания», «Кастодиальный счёт» и «Исключаемый счёт». 

Пункт 25 предусматривает, что «оборотные долговые инструменты, которые торгуются на организованном рынке и неорганизованном рынке, распространение и владение которыми осуществляется через Финансовые организации, a также акции и доли в трастах инвестиционной недвижимости, по общему правилу признаются Финансовыми активами». 

Таким образом, в рамках международного автоматического обмена финансовой информацией c Швейцарской Конфедерацией ФНС России получена актуальная и достоверная информация o доходах налогоплательщика за пределами Российской Федерации, a видом указанного дохода согласно коду CRS501, CRS502, CRS503 является именно доход от дивидендов, процентов, a также доход от реализации финансовых активов, находящихся на банковском счете, a не какой- либо иной доход.

По данным налогоплательщика, согласно уточнений от 10 октября 2023 года сумма доходов от операций с ценными бумагами за 2018 год составила 14 038 141,63 рубля, за 2019 год 15 064 160,93 рублей, за 2020 год 23 244 489,52 рублей, сумма доходов от реализации (погашения) облигаций с учетом процентов в 2018 году составила 2 332 173,29 рубля; в 2019 году – 3 459 554,73 рубля; в 2020 году – 562 883,41 рубль.

По данным налогового органа - за 2018 год составила 34 625 163,03 рубля (доход от реализации ценных бумаг), 2110 550,39 рублей (проценты), 221623,26 рубля (дивиденды); за 2019 год - 33 560 814,17 рублей (доход от реализации ценных бумаг), 1 070 029,83 рублей (проценты), 133 074,31 рубля (дивиденды); за 2020 год 31 986 056,15 рублей (доход от реализации ценных бумаг), 234 534,21 рубля (проценты), 328 349,15 рублей (дивиденды).

В обоснование уточнений административным истцом положены в основу результаты судебной бухгалтерской экспертизы, производство которой поручено ООО «Аудиторская фирма «Аудит-Класс» (в последующем переименовано в ООО «

<

данные изъяты>»).

Согласно заключению судебной экспертизы ООО «

<

данные изъяты>» от 07 сентября 2023 года, с учетом дополнений в части допущенной технической ошибки, общая сумма доходов ФИО1 от реализации (погашения) ценных бумаг с учетом процентов в 2018 году составила 14 038 141,63 рубля; в 2019 году – 15 064 160,93 рубля; в 2020 году – 23244489,52 рубля, общая сумма доходов ФИО1 от реализации (погашения) облигаций с учетом процентов 2018 году составила 2 332 173,29 рубля; в 2019 году – 3 459 554,73 рубля; в 2020 году – 562 883,41 рубль.

Ввиду представления административным истцом после проведения судебной экспертизы отчета об активах, отчетов о доходах, приобретениях, прибылях и убытках в ином объеме, по делу назначена дополнительная судебная бухгалтерская экспертиза, производство которой поручено ООО «

<

данные изъяты>».

Согласно заключению дополнительной судебной экспертизы ООО «

<

данные изъяты>» от 26 января 2024 года, с учетом дополнений в части допущенной технической ошибки, с учетом отчета об активах по состоянию на 31 декабря 2017 года на 14 страницах, отчета о доходах, приобретениях, прибылях и убытках (отчетный период с 01.01.2019 года по 31.12.2019 года) на 44 страницах, отчета о доходах, приобретениях, прибылях и убытках (отчетный период с 01.01.2020 года по 31.12.2020 года) на 36 страницах, общая сумма доходов ФИО1 от реализации (погашения) ценных бумаг с учетом процентов, операций с производными финансовыми продуктами в 2018 году составила 15 958 964,42 рубля; в 2019 году – 15 711 066,28 рублей; в 2020 году – 1 241 259,55 рубля; общая сумма доходов ФИО1 от реализации (погашения) облигаций, в том числе входящих в состав структурированных продуктов, с учетом процентов 2018 году составила 2 332 173,29 рубля; в 2019 году – 3 505 911,87 рубля; в 2020 году – 562 579,73 рублей.

В 2018-2020 гг. ФИО1 являлся резидентом Российской Федерации, в силу чего обязанность по оплате НДФЛ от дохода в виде процентов, связанных с реализацией ценных бумаг, подлежит исполнению в Российской Федерации, и, поскольку административным истцом не представлено сведений об оплате соответствующего налога с дивидендов за 2018-2020 годы в Швейцарской Конфедерации, от дохода в виде дивидендов. 

С учетом изложенного, доводы административного истца, изложенные в первоначальном иске в указанной части подлежат отклонению, более того, в ходе судебного разбирательства административный истец изменил свою позицию, о чем свидетельствуют поданные в налоговый орган декларации по форме 3-НДФЛ, отражающие сумму дивидендов в определенной налоговым органом сумме, и проценты, а также уточненная позиция в ходе рассмотрения спора о согласии с выводами эксперта об отнесении сумм дивидендов и процентов к доходам.

Кроме того, из представленных в ходе судебного разбирательства отчетов о доходах, приобретениях, прибылях и убытках в разделе «Правовая информация» в п. 2.3. указано, что в подразделе «сведения о доходах» приводятся в валюте отчетности удержанные подоходные налоги. Однако представленные отчеты указанные сведения не отражают, что также опровергает доводы налогоплательщика об удержании соответствующих налогов от данных финансовых операций в Швейцарской Конфедерации.

Давая оценку представленным расчетам применительно к заявленным доводам, с учетом положений действующего законодательства, а также совокупности представленных в материалы дела доказательств, суд приходит к следующему.

Доводы административного истца о неверном определении суммы дохода ввиду наличия права на инвестиционный налоговый вычет в силу положений п.п. 1 п. 1 ст. 219.1 НК РФ подлежат отклонению.

Налоговой базой по операциям с ценными бумагами в соответствии с абзацем первым пункта 14 статьи 214.1 НК РФ признается положительный финансовый результат по совокупности соответствующих операций, исчисленный за налоговый период в соответствии с пунктами 6 - 13.2 указанной статьи.

Согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 219.1 НК РФ при определении размера налоговых баз по налогу на доходы физических лиц в соответствии с пунктом 2.3 статьи 210, со статьей 214.1 Кодекса налогоплательщик имеет право на получение инвестиционного налогового вычета по налогу на доходы физических лиц в размере положительного финансового результата, полученного налогоплательщиком в налоговом периоде от реализации (погашения) ценных бумаг, обращающихся на организованном рынке ценных бумаг, указанных в подпунктах 1 и 2 пункта 3 статьи 214.1 Кодекса и находившихся в собственности налогоплательщика более трех лет.

Инвестиционный налоговый вычет по налогу на доходы физических лиц, предусмотренный п.п. 1 п. 1 ст. 219.1 НК РФ, предоставляется с учетом особенностей, установленных в пункте 2 указанной статьи.

В силу п.3 ст. 214.1 НК РФ к ценным бумагам, обращающимся на организованном рынке ценных бумаг, в целях настоящей главы относятся: 1) ценные бумаги, допущенные к торгам российского организатора торговли на рынке ценных бумаг, в том числе на фондовой бирже; 2) инвестиционные паи открытых паевых инвестиционных фондов, управление которыми осуществляют российские управляющие компании.

Право на предоставление указанных инвестиционных налоговых вычетов применяется только к доходам, полученным при реализации (погашении) ценных бумаг, приобретенных после 1 января 2014 года (Федеральный закон от 28 декабря 2013 года № 420-Ф3). 

Подпунктом 4 пункта 2 статьи 219.1 НК РФ установлено, что инвестиционный налоговый вычет, предусмотренный подпунктом 1 пункта 1 статьи 219.1 НК РФ, предоставляется налогоплательщику, в частности, при исчислении и удержании налога налоговым агентом. 

Согласно п. 7 ст. 226.1 НК РФ исчисление и уплата суммы налога в отношении доходов по ценным бумагам производятся налоговым агентом при осуществлении выплат такого дохода в пользу физического лица в порядке, установленном главой 23 НК РФ. 

В случае получения в течение налогового периода заявления налогоплательщика o предоставлении ему инвестиционного налогового вычета исчисление суммы налога при выводе денежных средств производится налоговым агентом c учетом указанного нaлогового вычета при соблюдении условий, предусмотренных в пп.1 п. 1 ст. 219.1 НК РФ. 

Согласно п. 11 ст. 226.1 НК РФ для налогоплательщика, которому выплачиваются денежные средства, расчет финансового результата в соответствии co статьями 214.1 НК РФ производится налоговым агентом на дату выплаты дохода.

В силу п. 1.1. ч. 1 ст. 214.1 НК РФ для целей настоящей статьи отнесение ценных бумаг и производных финансовых инструментов к обращающимся и не обращающимся на организованном рынке ценных бумаг осуществляется на дату реализации ценной бумаги, производного финансового инструмента, включая получение суммы вариационной маржи и премии по контрактам, если иное не предусмотрено настоящей статьей.

Право физического лица на предоставление ему инвестиционного налогового вычета должно быть документально подтверждено. 

При получении инвестиционного вычета налогоплательщику необходимо представить документы, подтверждающие право на налоговый вычет: отчеты брокера, подтверждающие срок нахождения реализованных ценных бумаг в собственности, выписки из реестра; выписки из системы ведения реестра, выдаваемой держателем реестра c указанием владельца лицевого счета, количества ценных бумаг каждого выпуска, числящихся на этом счете в момент выдачи выписки, фактов их обременения обязательствами; брокерский отчет c детализацией всех операций по счету, в котором отражаются пополнения и выводы денег, сделки, a также остатки по ценным бумагам и валюте. 

Установлено, что в ходе налоговой проверки в связи с поданными налогоплательщиком возражениями, налоговым органом давалась оценка данным положениям применительно к спорному налоговому периоду.

Как следует из позиции административного истца, инвестиционный налоговый вычет подлежит применению к финансовому результату за 2018 год по реализации 10 августа 2018 года ценных бумаг 5 ? % EURO AXA, приобретенных 04 ноября 2014 года, а также за 2020 год по реализации 19 марта 2020 года ценных бумаг Газпром в количестве 150000 шт., приобретенных 18 ноября 2015 года. 

В ходе налоговой проверки налогоплательщику в обоснование права на получение инвестиционного вычета предлагалось представить документы, а именно: отчеты брокера, подтверждающие срок нахождения реализованных ценных бумаг в собственности, выписки из реестра; выписки из системы ведения реестра, выдаваемой держателем реестра c указанием владельца лицевого счета, количества ценных бумаг каждого выпуска, числящихся на этом счете в момент выдачи выписки, фактов их обременения обязательствами; брокерский отчет c детализацией всех операций по счету, в котором отражаются пополнения и выводы денег, сделки, a также остатки по ценным бумагам и валюте. 

Однако ФИО1 документы, подтверждающие право на предоставление ему инвестиционного налогового вычета (договоры, выписки из реестра, отчеты брокера), как в ходе проверки, так и в ходе рассмотрения спора, не представлены. При этом представленная административным истцом информация об активах в Банке UBS, изложенных в детализации позиций для портфеля по состоянию на 31 декабря 2017 года, не свидетельствует с достоверностью о том, что в марте 2020 года были реализованы именно данные ценные бумаги в отсутствие соответствующего брокерского отчета по состоянию на 2018, 2019 годы.

Таким образом, заявителем не представлены документы, подтверждающие обращение спорных акций на российском организованном рынке ценных бумаг, a также их нахождение в собственности заявителя более трех лет.

При этом доводы административного ответчика о неправомерности представления налогоплательщиком части документов не в ходе налоговой проверки, а в ходе судебного разбирательства, подлежат отклонению в связи со следующим.

В силу абзаца 3 пункта 78 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30 июля 2013 года № 57 "О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации" судам необходимо исходить из того, что по общему правилу сбор и раскрытие доказательств осуществляется как налоговым органом, так и налогоплательщиком на стадии осуществления мероприятий налогового контроля и в ходе досудебного разрешения налогового спора.

Возможность представления в суд дополнительных доказательств, не раскрытых в ходе осуществления мероприятий налогового контроля и досудебного разрешения налогового спора, не исключена (абзацы 4 и 5 пункта 78 Постановления № 57).

В соответствии с позицией, изложенной в Определении Конституционного Суда РФ от 24 марта 2015 года № 614-0, положения статьи 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, а также статей 8, 9, части 1 статьи 65 и части 1 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предполагают возможность для органа или лица, которые приняли оспариваемые акт, решение или совершили действия (бездействие), представлять доказательства в обоснование правомерности принятого решения, совершенного действия (бездействия), в том числе и для опровержения позиции налогоплательщика, обоснованной доказательствами, не раскрытыми в ходе осуществления мероприятий налогового контроля и досудебного разрешения налогового спора и впервые представленными в суд.

Учитывая возможность налогоплательщика представить в судебное заседание любые доказательства своих требований, даже отсутствующие при проведении проверки, налогоплательщик в силу равноправия сторон не может быть лишен права представлять доказательства в опровержение выводов, сделанных в оспариваемом решении, доводы административного соответчика о злоупотреблении правом со стороны ФИО1 подлежат отклонению.

В ходе налоговой проверки административным истцом не представлены сведения, что ФИО1 получены доходы в проверяемый период от погашения ценных бумаг, которые на момент их погашения являлись ценными бумагами, допущенными к торгам российского организатора торговли на рынке ценных бумаг, в том числе на фондовой бирже, равно как и не представлены сведения, кто являлся организатором торговли на рынке ценных бумаг применительно к данному периоду и по каждой конкретной сделке, а также не представлены первичные документы в подтверждение того, что указанные ценные бумаги находились в собственности заявителя более трех лет. 

Представленные административным истцом в ходе судебного разбирательства дополнительные доказательства (отчет об активах по состоянию на 31 декабря 2017 года на 14 страницах, отчет о доходах, приобретениях, прибылях и убытках (отчетный период с 01.01.2019 года по 31.12.2019 года) на 44 страницах, отчет о доходах, приобретениях, прибылях и убытках (отчетный период с 01.01.2020 года по 31.12.2020 года) также не позволяют сделать вывод о праве ФИО1 на предоставление ему инвестиционного налогового вычета.

Ссылку на сведения в отчете о доходах, приобретениях, прибылях и убытках за 2020 год в обоснование факта владения ценными бумагами ценных бумаг Газпром более трех лет в данном случае, с учетом позиции административного ответчика, суд считает недостаточной, поскольку представленный административным истцом отчет о доходах, приобретениях, прибылях и убытках по счету Банка UBS 

<

номер> не подменяет под собой обязанность налогоплательщика представить отчеты брокера применительно к проверяемому периоду. Как следует из самого текста данного отчета, указанная в нем информация является ориентировочной, составлена в информационных целях и не предназначена для удовлетворения официальных налоговых требований. Кроме того, в правовой информации, представленной Банком клиенту, указано, что указанный отчет относится только к одному счету и относится только к активам, зарегистрированным на банковских счетах под тем же основным счетом, некоторые виды производных финансовых документов будут полностью исключены из отчета. 

При этом суд критически относится к представленным стороной административного истца сведениям с сайта «moex.com» в обоснование допуска ценных бумаг «Газпром» российским организатором торговли на рынке ценных бумаг, поскольку указанная информация отражает сведения не на дату совершения сделки. 

Более того, в выписке по счету указано, что местом совершения сделок и от 10 августа 2018 года, и от 19 марта 2020 года является «ОТС», что относится к внебиржевому рынку и не позволяет соотнести данную финансовую операцию с участием российского организатора торговли.

Указанное также подтверждается пояснениями эксперта в судебном заседании о том, что из материалов дела не видно, кто является организатором торговли применительно к анализируемым финансовым операциям.

Таким образом, налоговым органом, при расчете налоговой базы по НДФЛ инвестиционный налоговый вычет, предусмотренный подпунктом 1 пункта 1 статьи 219 НК РФ, не применен правомерно, а доводы административного истца в указанной части несостоятельны.

Кроме того, суд обращает внимание, что в рамках налоговой проверки административным истцом были представлены имеющиеся у него документы не в полном объеме, что привело к искажению сведений о фактах банковских операций в целях получения необоснованной налоговой экономии путем уменьшения налоговых обязательств.

Формальное представление налогоплательщиком документов (не в полном объеме) и непредоставление надлежащих документов (выписки из реестра; выписки из системы ведения реестра, выдаваемой держателем реестра c указанием владельца лицевого счета, количества ценных бумаг каждого выпуска, числящихся на этом счете в момент выдачи выписки) не может являться достаточным основанием для применения инвестиционного налогового вычета и исключения сумм доходов от приобретения ценных бумаг с целью уменьшения налогооблагаемого дохода, без подтверждения налогоплательщиком первичными документами.

Документы, предоставляемые налогоплательщиком в подтверждение факта и размера затрат, подлежат правовой оценке в совокупности согласно требованиям законодательства, такие документы должны отвечать установленным законом требованиям и содержать достоверные сведения об обстоятельствах, с которыми законодательство связывает правовые, в том числе налоговые последствия.

Отказ в получении налоговых выгод при наличии в документах налогоплательщика недостоверных и противоречивых сведений, равно как неполных сведений является его налоговым риском.

Налоговым органом при расчете дохода от реализации ценных бумаг в 2018 году учтены следующие операции: 

20 июля 2018 года – 149 824,44 доллара (9 480 081,51 рубль) – реализация ценных бумаг «Совместные фонды»; 31 июля 2018 года - 196669,60 долларов (12 347 015,82 рубля) – финансовая операция «Продажа FОREX»; 10 августа 2018 года – 193074,60 долларов (12 798 065,70 рублей) реализация ценных бумаг «Европапир».

Административный истец со ссылкой на экспертное заключение полагал, что финансовая операция от 31 июля 2018 года, поименованная как «Продажа FОREX», не подлежит учету при расчете налоговой базы ввиду привлечения кредитных средств.

Оснований для исключения при расчете финансового результата дохода от финансовой операции от 31 июля 2018 года, поименованной как «Продажа FОREX» на сумму 196669,60 долларов (12 347 015,82 рублей) у суда не имеется, поскольку надлежащих доказательств тому, что указанная сделка совершена с привлечением кредитных средств, материалы дела не содержат, в силу чего доводы как административного истца, так и выводы эксперта в указанной части подлежат отклонению как бездоказательные. 

Суд также учитывает, что договор банковского счета, выписка по счету, на которые сделана ссылка при определении сделки как с привлечением кредитных средств, в материалы дела не представлены, представлены только выдержки, отражающие отдельные даты. В то же время из представленных административным истцом отчетов (правовой информации) следует, что в отчете отсутствует информация о кредитах, овердрафтах, ипотеке, приобретение и отчуждение инструментов, совершенных в ходе операций по кредитованию ценных бумаг.

Из пояснений представителя административного ответчика и заинтересованного лица К.Н.В. также следует, что при принятии оспариваемого решения при расчете налоговой базы по данной финансовой операции в счет расходов была учтена стоимость приобретенных в ноябре 2014 года ценных бумаг 5 ? % EURO AXA на сумму 196365 USD.

Таким образом, суд полагает правильным исчисление суммы доходов от реализации ценных бумаг, произведенным налоговым органом в оспариваемом решении. 

Применительно к сумме процентов и дивидендов суд также соглашается с расчетом налогового органа, расчет является верным, основанным на совокупности представленных доказательств. При этом суд обращает внимание, что в экспертном заключении непосредственно даты и суммы в долларах идентичны исходным данным, указанным в оспариваемом решении. При расчете судом установлено, что разница в итоговых суммах образовалась вследствие допущенных экспертом математических ошибок.

С учетом изложенного, сумма доходов от реализации ценных бумаг в 2018 году составит 34 625 163,03 рубля, 2110 550,39 рублей (проценты), 221623,26 рубля (дивиденды).

Налоговым органом при расчете дохода от реализации ценных бумаг в 2019 году учтены следующие операции: 

13 февраля 2019 года – 100 000 USD (6 571 470 рублей) – финансовая операция «погашение»; 

31 июля 2019 года- 48 390,60 USD (3 066 952,67 рубля) – финансовая операция «Продажа FОREX»; 

29 августа 2019 года – 41 454,22 USD (2 753 086,67 рублей) реализация ценных бумаг «Совместные фонды»;

30 августа 2019 года – 39 571,31 USD (2 641 270,18 рублей) реализация ценных бумаг «Совместные фонды»;

02 сентября 2019 года – 703, 75 USD (46792,12 рубля) реализация ценных бумаг «Премиум»;

02 сентября 2019 года - 25 000 USD (1 662 242,50 рублей) – финансовая операция «погашение»;

03 сентября 2019 года – 19 885,18 USD (1 324 820,28 рублей) реализация ценных бумаг «Совместные фонды»;

03 сентября 2019 года – 22 865,40 USD (1 523 372,97 рублей) реализация ценных бумаг «Совместные фонды»;

03 сентября 2019 года – 38 976 USD (2 596 717,53 рублей) реализация ценных бумаг «Совместные фонды»;

04 сентября 2019 года – 53 614 USD (3 587 162,62 рубля) реализация ценных бумаг «Совместные фонды»;

12 сентября 2019 года - 40 000 USD (2 617 284 рубля) – финансовая операция «погашение»;

11 октября 2019 года - 70 000 USD (4 531 912 рублей) – финансовая операция «погашение»;

20 ноября 2019 года – 10000,01 USD (637 730,63 рублей) реализация ценных бумаг «ЮБС Инвестиционные фонды».

Как следует из решения, указанные суммы отражены налоговым органом за вычетом брокерского вознаграждения, швейцарской федеральной государственной пошлины, а также внешних сборов, платы за размещение.

Административным истцом, со ссылкой на экспертные заключения, исключены из суммы полученных доходов за 2019 год операции, связанные, как он указывает, с погашением облигаций, которые не являются полученным доходом, а именно: 13 февраля 2019 года в сумме 100000 USD – со ссылкой на выдачу облигационного займа 10 августа 2016 года, 02 сентября 2019 года в сумме 25000 USD – со ссылкой на выдачу облигационного займа 10 августа 2016 года, 12 сентября 2019 года в сумме 40000 USD – со ссылкой на выдачу облигационного займа 12 марта 2019 года, 11 октября 2019 года в сумме 70000 USD – со ссылкой на выдачу облигационного займа 10 июля 2014 года.

В соответствии с пунктом 2 статьи 142 Гражданского кодекса Российской Федерации облигация является ценной бумагой.

Согласно статье 2 Федерального закона от 22 апреля 1996 года №39-ФЗ «O рынке ценных бумаг» облигация - эмиссионная ценная бумага, закрепляющая право ее владельца на получение от эмитента облигации в предусмотренный в ней срок ее номинальной стоимости или иного имущественного эквивалента. Облигация может также предусматривать право ее владельца на получение фиксированного в ней процента от номинальной стоимости облигации либо иные имущественные права. Доходом по облигации являются процент и (или) дисконт. При погашении облигации кредитор получает свои средства c процентами, a эмитент закрывает обязательства перед держателем ценных бумаг. Таким образом, облигация это долговая бумага, доходом по операциям c облигациями являются проценты, которые платит эмитент за пользование средствами, полученными от покупателя облигации в долг. 

Таким образом, облигация – это долговая бумага, доходом по операции с облигациями являются проценты, которые платит эмитент за пользование средствами, полученными от покупателя облигации в долг.

Административным ответчиком даны пояснения, что налоговым органом за 2019 год в доход от операций c ценными бумагами (облигациями) включены проценты, a также разница между расходами по покупке облигаций и погашению облигаций, что отражено в выписках по счету налогоплательщика и подтверждает позицию налогового органа.

Поскольку налоговым органом при определении сумм доходов от операций, связанных с реализацией или выбытием ценных бумаг давалась оценка представленным доказательствам, равно как и предлагалось налогоплательщику представить первичные документы, отражающие дату оформления облигационных займов, погашение которых, как указал налогоплательщик, осуществлялось в проверяемые периоды, однако дополнительная документация не была представлена, суд в целом соглашается с выводами налогового органа в указанной части по вышеприведенным финансовым операциям, кроме финансовой операции от 12 сентября 2019 года.

Административный истец в подтверждение отсутствия оснований для включения в сумму доходов указанной операции ссылался на погашение 12 сентября 2019 года облигационного займа от 12 марта 2019 года.

Из анализа материалов дела, пояснений сторон, а также выписки по счету СН 

<

номер> (т. 2 л.д. 177 обор. сторона), судом установлено, что 12 сентября 2019 года было совершено погашение структурированного продукта на сумму 40000 USD с реквизитами «

<

номер>». 

Из выписки по счету СН 

<

номер> за период с 01 марта 2019 года по 31 марта 2019 года (т. 2 л.д. 159 обор. сторона) 12 марта 2019 года оформлен структурированный продукт на сумму 40000 USD с реквизитами «А 05.03.2019 PRO 46111 10 UBSL 20 BSKT 46158472».

Кроме того к выписке от 06 марта 2019 года по счету 206-475071.S1, оформленному на имя ФИО1, следует, что по заказу 05 марта 2019 года выделено к списанию со счета 

<

номер> 40 000 USD для продукта с реквизитами «10 % p.a. ER KIG UBS 2019-20/03/2020 FAFA/GOOG/AMZN безопасность 46158472» (т. 2 л.д. 161 обор. сторона).

Анализ реквизитов, указанные выше обстоятельства в совокупности позволяют суду сделать вывод, что в данном случае 12 сентября 2019 года имело место погашение структурированного продукта (облигационного займа), оформленного 12 марта 2019 года на сумму 40 000 USD (по курсу на дату получения займа 66,0763 рубля), и с учетом официального курса ЦБ РФ доллара США на дату погашения 65,4321 рубль, сумма дохода от указанной финансовой операции составит 2 617 284 рубля (65,4321*40000), и в указанной части подлежит изменению сумма расходов и финансовый результат.

С учетом изложенного, сумма доходов от реализации ценных бумаг в 2019 году определена налоговым органом верно и составит 33 560 814,17 рублей (доход от реализации ценных бумаг), 1 070 029,83 рублей (проценты), 133 074,31 рубля (дивиденды).

Налоговым органом при расчете дохода от реализации ценных бумаг в 2020 году учтены следующие операции: 

19 марта 2020 года – 361055,17 USD (27 878 188,94 рублей) – реализация ценных бумаг «Европапир» (участие в займе Газ капитал Газпром ОАО);

03 августа 2020 года- 16 583,40 USD (1 217 654,38 рубля) – реализация ценных бумаг «Инвестиционный фонд»;

03 августа 2020 года -39362,20 USD (2 890 212, 83 рубля) – реализация ценных бумаг «Совместные фонды».

Применительно к сумме процентов и дивидендов суд также соглашается с расчетом налогового органа, в экспертном заключении непосредственно даты и суммы в долларах идентичны исходным данным, указанным в оспариваемом решении. При расчете судом установлено, что разница в итоговых суммах образовалась вследствие допущенных экспертом математических ошибок.

С учетом изложенного, сумма доходов от реализации ценных бумаг в 2020 году составит 31 986 056,15 рублей (доход от реализации ценных бумаг), 234 534,21 рубля (проценты), 328 349,15 рублей (дивиденды).

Пунктом 10 статьи 214.1 НК РФ (в редакции, действовавшей в проверяемом периоде), установлено, что расходами по операциям c ценными бумагами, расходами по операциям c производными финансовыми инструментами признаются документально подтвержденные и фактически осуществленные налогоплательщиком расходы, связанные c приобретением, реализацией, хранением и погашением ценных бумаг, c совершением операций c производными финансовыми инструментами c исполнением и прекращением обязательств по таким сделкам. 

Согласно абзацу 1 пункта 12 статьи 214.1 НК РФ, финансовый результат по операциям с ценными бумагами определяется как доходы от операций за вычетом соответствующих расходов, которые указаны в пункте 10 статьи 214.1 Кодекса.

Абзацем 3 пункта 12 статьи 214.1 НК РФ установлено, что финансовый результат определяется по окончании налогового периода, если иное не установлено статьей 214.1 Кодекса. При этом финансовый результат по операциям с финансовыми инструментами срочных сделок, которые обращаются на организованном рынке и базисным активом которых являются ценные бумаги, фондовые индексы или иные финансовые инструменты срочных сделок, базисным активом которых являются ценные бумаги или фондовые индексы, и по операциям с иными финансовыми инструментами срочных сделок, обращающимися на организованном рынке, определяется отдельно.

Особенностей пересчета в рубли документально подтвержденных расходов, связанных с приобретением, реализацией и хранением иностранных ценных бумаг, реализованных за пределами Российской Федерации и выраженных в иностранной валюте, положениями Налогового кодекса РФ не установлено.

По данным налогоплательщика, согласно уточнениям от 10 октября 2023 года, сумма расходов, принимаемых в уменьшение доходов от операций с ценными бумагами за 2018 год составила 14 876 858,19 рублей, за 2019 год 15 684 389,50 рублей, за 2020 год 23 562 205,86 рублей.

По данным налогового органа сумма расходов, принимаемых в уменьшение доходов от операций с ценными бумагами, составила - за 2018 год 16 797 680,98 рублей, за 2019 год 15 684 389,50 рублей, за 2020 год 23 562 205,86 рублей.

Согласно заключению судебной экспертизы ООО «

<

данные изъяты>» от 07 сентября 2023 года, с учетом дополнений в части допущенной технической ошибки, сумма фактически понесенных ФИО1 расходов, связанных с приобретением, реализацией, хранением и погашением ценных бумаг и совершением операций с производными финансовыми документами составила: в 2018 году – 14876858,19 рублей; в 2019 году – 15 684 389,50 рублей; в 2020 году – 23 562 205,86 рублей. 

Согласно заключению дополнительной судебной экспертизы ООО «

<

данные изъяты>» от 26 января 2024 года, с учетом дополнений в части допущенной технической ошибки, с учетом отчета об активах по состоянию на 31 декабря 2017 года на 14 страницах, отчета о доходах, приобретениях, прибылях и убытках (отчетный период с 01.01.2019 года по 31.12.2019 года) на 44 страницах, отчета о доходах, приобретениях, прибылях и убытках (отчетный период с 01.01.2020 года по 31.12.2020 года) на 36 страницах, сумма фактически понесенных ФИО1 расходов, связанных с приобретением, реализацией, хранением и погашением ценных бумаг и совершением операций с производными финансовыми продуктами составила: в 2018 году – 16797680,98 рублей; в 2019 году – 14 609 094,56 рублей; в 2020 году – 1 716 295,56 рублей. 

Расхождение между данными налогоплательщика и данными налогового органа по сумме расходов, принимаемых в уменьшение доходов, обусловлено применением/неприменением налогового вычета, характером сделок (погашение облигационных займов), а также разницей в курсе валют на дату получения дохода либо дату понесенных расходов.

Налоговая база для исчисления НДФЛ по указанному разделу декларации по данным налогоплательщика отражена, однако какие-либо подтверждающие документы в указанной части к декларациям не приложены.

Налоговым органом при расчете расходов от реализации ценных бумаг в 2018 году учтены следующие операции: по операции от 20 июля 2018 года в связи с реализацией ценных бумаг «Совместные фонды» (19762787) - 143 533 USD (9 479 665,69 рублей) как расходы в связи с приобретением ценных бумаг Фонды Глобал Инвесторс 18 апреля 2016 года, 31 июля 2018 года в связи с финансовой операцией «Продажа FОREX» учтена операция от 31 июля 2018 года 170000 USD (10 672 685 рубля) – «Покупка FОREX»; по операции от 10 августа 2018 года в связи с реализацией ценных бумаг «Европапир» (20476265) учтена сумма 196365 USD (8 240 005,58 рублей) как расходы, понесенные в связи с приобретением 04 ноября 2014 года ценных бумаг EURO AXA. 

Административным истцом отнесение к расходам сумм от операций от 20 июля 2018 года и 10 августа 2018 года не оспаривалось, однако при расчете взят иной курс доллара США на дату приобретения 04 ноября 2014 года ценных бумаг EURO AXA. 

В указанной части суд соглашается с расчетом налогового органа, поскольку курс доллара США по сведениям Центробанка России на дату 04 ноября 2014 года составлял 41,9627 рубль, а сведения о дате приобретения ранее указанных выше ценных бумаг, в том числе, подтверждаются детализацией позиций отчета об активах ФИО1 по состоянию на 31 декабря 2017 года. 

В ходе судебного разбирательства представитель административного ответчика и заинтересованное лицо К.Н.В. пояснили, что доход от реализации финансовой операции «FOREX» 31 июля 2018 года был определен за вычетом затрат, исходя из цены приобретения ценной бумаги в долларах, на основании сведений из выписки по счету 

<

номер>.

Однако из материалов дела, в том числе выдержек вышеуказанной выписки, пояснений эксперта следует, что указанный счет был открыт ФИО1 как текущий счет для частных клиентов в валюте EURO, в силу чего суд полагает ошибочным итоговый расчет дохода от данной финансовой операции в оспариваемом решении, поскольку сумма расходов, понесенных налогоплательщиком по данной операции составит 170000 EURO, что с учетом курса EURO по сведениям ЦБ РФ на дату 31 июля 2018 года (73,2021 рублей) составит в размере 12 444 357 рублей (170 000*73,2021).

Таким образом, общая сумма расходов от реализации ценных бумаг за 2018 год составит 30 164 028,27 рублей (9 479 665,69+12 444 357+8 240 005,58).

Как следует из решения, налоговым органом отнесены к расходам, связанным с операциями c ценными бумагами и финансовыми инструментами срочных сделок за 2019 год: по операции 31 июля 2019 года в связи с финансовой операцией «Продажа FОREX» учтена операция от 31 июля 2019 года 44 200 USD (2 801 356,22 рублей) – «Покупка FОREX».

В ходе судебного разбирательства представитель административного ответчика и заинтересованное лицо К.Н.В. пояснили, что доход от реализации финансовой операции «FOREX» 31 июля 2019 года был определен за вычетом затрат, исходя из цены приобретения ценной бумаги в долларах, на основании сведений выписки по счету 

<

номер>.

Однако из материалов дела, в том числе вышеуказанной выписки, пояснений эксперта следует, что указанный счет был открыт на имя ФИО1 как текущий счет для частных клиентов в валюте EURO, в силу чего суд полагает ошибочным итоговый расчет дохода от данной финансовой операции, поскольку сумма расходов, понесенных налогоплательщиком по данной операции составит 44200 EURO, что с учетом курса EURO на дату 31 июля 2019 года (70,5980 рублей) составит в размере 3 120 431,60 рублей (44200 EURO *70,5980 руб.).

Кроме того, налоговым органом за 2019 год в счет расходов по операциям с ценными бумагами и производным продуктами учтены следующие операции: 

по операции от 29 августа 2019 года в связи с реализацией ценных бумаг «Совместные фонды» (№ 645156) учтена сумма 40143,60 USD (2 641 272,25 рублей) как расходы, понесенные в связи с приобретением 05 марта 2019 года ценных бумаг «Совместные фонды - Амазон»; 

по операции от 30 августа 2019 года в связи с реализацией ценных бумаг «Совместные фонды» ((№ 10737041) - 39485,26 USD (2 617 304,15 рублей) как расходы в связи с приобретением ценных бумаг 10 августа 2018 года Фонды Глобал Инвесторс,

по операции от 03 сентября 2019 года в связи с реализацией ценных бумаг «Совместные фонды» (№ 39101983) – 19 859,70 USD (1 354 896,25 рублей) как расходы в связи с приобретением 14 августа 2018 года ценных бумаг «Гермес Инвестмент»;

по операции от 03 сентября 2019 года в связи с реализацией ценных бумаг «Совместные фонды» (№ 24064488) – 20392,40 USD (1 391 238,86 рублей) как расходы в связи с приобретением 14 августа 2018 года ценных бумаг «Вариопартнер»;

по операции от 03 сентября 2019 года в связи с реализацией ценных бумаг «Совместные фонды» (№ 30164303)– 39 642,37 USD (2 704 537,26 рублей) как расходы в связи с приобретением 14 августа 2018 года ценных бумаг «Капитал Интернешенал»;

по операции от 04 сентября 2019 года в связи с реализацией ценных бумаг «Совместные фонды» (№ 10627405)– 51 620,48 USD (3 453 797,26 рублей) как расходы в связи с приобретением 13 августа 2018 года ценных бумаг «Полар капитал фонды Глобал Технолоджи»;

по операции от 20 ноября 2019 года в связи с реализацией ценных бумаг «ЮБС Инвестиционные фонды» (№ 3922922)– 9963,19 USD (653 284,37 рублей) как расходы в связи с приобретением 10 сентября 2018 года ценных бумаг «ЮБС фонды денежного рынка».

Как следует из решения, налоговым органом в сумму расходов включены брокерское вознаграждение, швейцарская федеральная государственная пошлина, а также внешние сборы, платы за размещение, понесенные налогоплательщиком при приобретении ценных бумаг.

Суд с включением данных финансовых операций в налоговую базу и произведенным расчетом соглашается.

Также суд полагает, что в сумму расходов подлежит включению сумма 2 643 052 рубля по операции от 12 сентября 2019 года в связи с погашением структурированного продукта (облигационного займа), оформленного 12 марта 2019 года на сумму 40 000 USD (66,0763*40000). 

Таким образом, сумма расходов от реализации ценных бумаг за 2019 год составит 20 579 814 рублей (3 120 431,60+2 641 272,25+2 617 304,15+1 354 896,25+1 391 238,86+2 704 537,26+3 453 797,26+653 284,37+2 643 052).

Налоговым органом при расчете расходов от реализации ценных бумаг в 2020 году учтены следующие операции: 

по операции от 19 марта 2020 года в связи с реализацией ценных бумаг «Европапир» (участие в займе Газ капитал Газпром ОАО (

<

номер>) - 207442,97 USD (16 017 314,78 рублей) как расходы в связи с приобретением 19 марта 2020 года ценных бумаг «Полар капитал фонды Глобал Технолоджи»; 

по операции от 03 августа 2020 года в связи с реализацией ценных бумаг «Инвестиционный фонд» (

<

номер>) – 16 361,68 USD (1 072 832,8 рублей) как расходы в связи с приобретением 10 сентября 2019 года ценных бумаг «UBS Фонды денежного рынка».

по операции от 03 августа 2020 года в связи с реализацией ценных бумаг «Совместные фонды» (

<

номер>) – 39040,71 USD (2 663 489,97 рублей) как расходы в связи с приобретением 14 августа 2018 года ценных бумаг «Бэлк Роял Глобал фонды».

Как следует из решения, налоговым органом в сумму расходов включены брокерское вознаграждение, швейцарская федеральная государственная пошлина, проценты, комиссия за выдачу, платы за размещение, понесенные налогоплательщиком при приобретении ценных бумаг.

В указанной части суд соглашается с расчетами налогового органа, с учетом совокупности представленных доказательств и материалов дела. 

Суд также полагает ошибочным представленный стороной административного истца расчет расходов, связанных с реализацией ценных бумаг, за 2020 год ввиду отсутствия оснований для применения положений инвестиционного налогового вычета. 

Таким образом, сумма расходов от реализации ценных бумаг за 2020 год составит 19 753 637,55 рублей (16 017 314,78+1 072 832,8+2 663 489,97).

В силу п. 10 ст. 214.1 НК РФ к расходам, непосредственно связанным c операциями c ценными бумагами и финансовыми инструментами срочных сделок, относятся расходы по оплате услуг, без которых такие операции не могут быть осуществлены.

Административным истцом в возражениях при проведении налоговой проверки были заявлены к принятию расходы на хранение, продажу, проценты по расчетному счету за 2018 год на общую сумму 837 851,02 рубль, за 2019 год на общую сумму 804 736,23 рублей, за 2020 год на общую сумму 595366,64 рублей.

Оспариваемым решением налогового органа сделан вывод о невозможности отнесения заявленных расходов к иным расходам, связанным c приобретением, реализаций, хранением и погашением ценных бумаг. 

Для принятия расходов в целях налогообложения, налогоплательщик должен документально подтвердить не только сам факт несения расходов, а также обосновать их связь с реализацией ценных бумаг.

В обоснование относимости заявленных расходов административным истцом представлена банковская выписка по счету 

<

номер> согласно которой отражены следующие расходы по назначению платежа:

За 2018 год - 

- доступ к услугам UBS: 30 марта 2018 года – 1552,7 USD (89 698,99 рублей), 29 июня 2018 года - 1430,2 USD (90518,79 рублей), 31 июля 2018 года – 432,52 USD (27 153,82 рублей);

- процент (начисление процентов на баланс): 30 марта 2018 года – 1822,22 USD (105 256,16 рублей), 29 июня 2018 года – 2072,78 USD (131188,32 рублей), 31 июля 2018 года – 706,11 USD (44329,94 рубля);- 

- баланс закрытия цен на услуги: 30 марта 2018 года – 16,01 USD (924,78 рублей), 29 июня 2018 года – 119,83 USD (7584,16 рублей), 31 июля 2018 года – 102,82 USD (6455,09 рублей), 31 августа 2018 года – 105,25 USD (7165,64 рублей), 31 октября 2018 года - 101,22 USD (6657,66 рублей), 30 ноября 2018 года – 101,87 USD (6788,03 рублей) 31 декабря 2018 года - 114,99 USD (7988,42 рублей);

- оплата третьих лиц (разовое письмо c заказом через границу): 11 июня 2018 года - 20,66 USD (1288,01 рублей), 24 августа 2018 года – 20,68 USD (1417,12 рублей), 09 октября 2018 года – 20,47 USD (1370,84 рублей), 20 ноября 2018 года - 20,46 USD (1350,53 рублей), 17 декабря 2018 года -20,5 USD (1361,89 рублей);

- консультация ЮБС: 28 сентября 2018 года – 1507,22 USD (99228,58 рублей), 31 декабря 2018 года – 2124,02 USD (147556,94 рублей).

- особое платежное поручение: 09 октября 2018 года – 785,12 USD (52578,31 рублей). Всего на общую сумму 837851 рубль 02 копейки.

За 2019 год – 

- специальное платежное поручение: 15 января 2019 года - 1178,89 USD (79211,98 рублей);

- оплата третьих лиц (разовое письмо c заказом через границу): 01 февраля 2019 года - 20,47 USD (1337,87 рублей), 06 мая 2019 года – 19,99 USD (1291,98 рублей), 21 июня 2019 года – 20,7 USD (1312,13 рублей), 05 сентября 2019 года – 20,7 USD (1376,55 рублей), 20 ноября 2019 года -20,54 USD (1309,90 рублей);

- баланс закрытия цен на услуги: 28 февраля 2019 года – 102,12 USD (6715,10 рублей), 31 мая 2019 года –101,25 USD (6587,15 рублей), 28 июня 2019 года – 104,24 USD (6571,83 рублей), 30 августа 2019 года – 5,14 USD (343,08 рублей), 30 сентября 2019 года - 101,95 USD (6567,17 рублей), 29 ноября 2019 года – 101,77 USD (6523,51 рублей);

- консультация ЮБС: 29 марта 2019 года – 2054,77 USD (133151,56 рублей), 28 июня 2019 года – 2128,62 USD (134199,27 рублей), 02 сентября 2019 года – 1441,47 USD (95842,91 рублей), 30 сентября 2019 года – 743,54 USD (47895,58 рублей), 31 декабря 2019 года – 2182,44 USD (135105,48 рублей); 

- особое платежное поручение: 04 апреля 2019 года - 1133,32 USD (73851,55 рублей);

- форекс покупка: 05 августа 2019 года – 86,44 USD (5587,68 рублей), 30 сентября 2019 года – 407,6 USD (26255,80 рублей);

- электронный банковский платеж: 28 августа 2019 года – 500 USD (33130,40 рублей),

- баланс расчета процентов: 31 декабря 2019 года – 9,17 USD (567,75 рублей). Всего на общую сумму 804736 рублей 23 копейки.

За 2020 год:

- оплата третьей стороной: 24 марта 2020 года - 20,77 USD (1679,91 рублей), 05 августа 2020 года – 22,34 USD (1639,32 рублей);

- консультация ЮБС: 31 марта 2020 года – 1996,85 USD (155204,6 рублей), 30 июня 2020 года – 1618,09 USD (113187,50 рублей), 30 сентября 2020 года – 1598,11 USD (127344,60 рублей), 31 декабря 2020 года – 1655,15 USD (122308,61 рублей);

- баланс закрытия цен на услуги: 31 марта 2020 года – 105,48 USD (8199,22 рублей), 31 августа 2020 года – 112,98 USD (8432,62 рублей);

- специальное платежное поручение: 24 марта 2020 года - 20,77 USD (1679,91 рублей), 05 августа 2020 года – 22,34 USD (1639,32 рублей). Всего на общую сумму 595366 рублей 64 копейки.

Налоговым органом данные расходы в расчет налоговой базы не приняты с указанием, что из представленных налогоплательщиком выписок и отчетов не видно, что данные расходы связаны c приобретением, реализацией, хранением и погашением ценных бумаг и совершением операций c производными финансовыми инструментами, c исполнением и прекращением обязательств по таким сделкам. Иные документы в ходе налоговой проверки налогоплательщиком не представлены.

Условием для признания затрат в составе расходов налогоплательщика является возможность на основании имеющихся документов сделать однозначный вывод о том, что затраты фактически понесены именно в заявленной сумме, связаны c приобретением, реализацией, хранением и погашением ценных бумаг и совершением операций c производными финансовыми инструментами, c исполнением и прекращением обязательств по таким сделкам.

В целях подтверждения обоснованности заявленных расходов должна быть установлена их объективная предметная взаимосвязь с фактами и результатами операций с ценными бумагами и производными финансовыми продуктами, на основании представленных достоверных первичных документов.

В рамках проведения проверки налоговым органом предлагалось налогоплательщику представить договоры, выписки, примечания к контракту по договору банковского счета 

<

номер>S1, по договору к расчетному счету № 

<

номер>, текущему счету № 

<

номер>, первичные документы, подтверждающие расходы за 2018-2020 годы, документы, подтверждающие совершение валютных операций и иные доказательства неправомерного расчета сумм налоговым органом.

В ответ на требование ФИО1 была представлена выписка по текущему счету № 

<

номер>, а также часть сведений из выписок по счету по банковскому счету 

<

номер>S1, расчетному счету № 

<

номер>, некоторые примечания к контракту, выдержки из отчета о доходах, приобретениях, прибылях и убытках, а также представлены Условия банковских отношений. 

Как следует из данных Условий, между сторонами (Банком UBS и ФИО1) стороны согласовали, что на данные правоотношения распространяются Общие положения и условия, регулирующие депозитные счета, Информационный лист о комиссиях за распространение и неденежных выгодах, Условия, регулирующие платежные операции.

Из условий договора следует, что текущие процентные и комиссионные ставки основаны на графиках комиссионных сборов и справочников продуктов.

В ходе судебного разбирательства судом также предлагалось административному истцу представить документы, отражающие предмет и перечень оказанных ФИО1 услуг в период с 2018 по 2020 годы иностранным банком, ведомости банковского контроля, информационный лист о комиссиях, графики комиссионных сборов, документы, отражающие назначение, совершение валютных операций, оказываемых ФИО1 кредитной организацией в период с 2018 по 2020 год иностранным банком, представить подробную информацию по расходам применительно к заявленному периоду, представить соответствующие доказательства, первичные документы, доказательства в подтверждение того, что все оказанные банковские услуги (консультации, переводы, разовые поручения и т.п.) были обусловлены совершением операций с ценными бумагами и производными продуктами, представить документы, подтверждающие расходы по приобретению ценных бумаг, акций, облигаций и иных прав, отраженные налоговым органом в качестве дохода применительно к проверяемому периоду, движение активов.

Указанные сведения и документы стороной административного истца не представлены.

Суд также принимает во внимание, что представленные административным истцом отчеты о доходах, приобретениях, прибылях и убытках по счету Банка UBS 

<

номер>1 за 2019, 2020 годы не подменяют под собой обязанность налогоплательщика представить отчеты брокера применительно к проверяемому периоду. Как следует из самого текста данных отчетов, указанная в нем информация является ориентировочной, составлена в информационных целях и не предназначена для удовлетворения официальных налоговых требований. Кроме того, в правовой информации, представленной Банком клиенту, указано, что указанный отчет относится только к одному счету и относится только к активам, зарегистрированным на банковских счетах под тем же основным счетом, некоторые виды производных финансовых документов будут полностью исключены из отчета. Также указано, что суммы, отображенные в разделе «Прибыль и убыток» могут быть неточными и неполными для целей налогообложения; некоторые виды производных финансовых инструментов будут полностью исключены из отчета, и предлагается проверить имеющиеся в распоряжении стандартные банковские/транзакционные документы.

Кроме того, налогоплательщиком не представлен регламент брокерского обслуживания на рынке ценных бумаг, а также отчеты, подтверждающие совершение лицом сделок с ценными бумагами и (или) иными финансовыми инструментами, заверенные подписью и печатью уполномоченного лица.

Суд также акцентирует внимание, что само по себе отражение вышеприведенных расходов в выписке по счету 

<

номер> не позволяет однозначно сделать вывод, что по указанному счету совершались только операции, связанные с реализацией, продажей, хранением ценных бумаг. Из материалов дела следует, что в Банке UBS на имя ФИО1 было открыто несколько счетов (текущий в USD, текущий в EURO, депозитный, ломбардно-авансовый с фиксированным сроком), из представленных в материалы дела выписок и выдержек из выписок, примечаний к контракту прослеживается проводка банковских операций между вышеуказанными счетами иного характера, не позволяющих без предоставления выписок по данным счетам в полном объеме отнести их к операциям, связанным с реализацией ценных бумаг. Указанные обстоятельства также косвенно подтверждают письменные объяснения ФИО1, данные в ходе налоговой проверки, из которых следует, что на данный счет поступали денежные средства с семейного счета. 

Оценив представленные документы, суд соглашается с выводами налогового органа, что указанные заявителем расходы за 2018 год в размере 837 851,02 рубль, за 2019 год в размере 804 736,23 рублей, за 2020 год в размере 595366,64 рублей документально не подтверждены, не подтверждены достоверными доказательствами и в силу статьи 252 Налогового кодекса РФ не могут быть приняты в целях уменьшения суммы налога на доходы физических лиц по проведенной проверке.

Как указано выше, для оценки представленных налогоплательщиком и налоговым органом доказательств, а также расчета сумм доходов и расходов, судом по ходатайству административного истца по делу назначена судебная бухгалтерская экспертиза, производство которой поручено ООО «Аудиторская фирма «Аудит-Класс» (в последующем переименовано в ООО «

<

данные изъяты>»).

Согласно заключению судебной экспертизы ООО «

<

данные изъяты>» от 07 сентября 2023 года, с учетом дополнений в части допущенной технической ошибки, сумма фактически понесенных ФИО1 расходов, связанных с приобретением, реализацией, хранением и погашением ценных бумаг и совершением операций с производными финансовыми документами составила: в 2018 году – 14876858,19 рублей; в 2019 году – 15 684 389,50 рублей; в 2020 году – 23 562 205,86 рублей. Общая сумма доходов ФИО1 от реализации (погашения) ценных бумаг с учетом процентов в 2018 году составила 14 038 141,63 рубля; в 2019 году – 15 064 160,93 рубля; в 2020 году – 23244489,52 рубля. Общая сумма доходов ФИО1 от реализации (погашения) облигаций с учетом процентов 2018 году составила 2 332 173,29 рубля; в 2019 году – 3 459 554,73 рубля; в 2020 году – 562 883,41 рубль.

Ввиду представления административным истцом после проведения судебной экспертизы отчета об активах, отчетов о доходах, приобретениях, прибылях и убытках в ином объеме, по ходатайству представителя административного истца по делу назначена дополнительная судебная бухгалтерская экспертиза.

Согласно заключению дополнительной судебной экспертизы ООО «

<

данные изъяты>» от 26 января 2024 года, с учетом дополнений в части допущенной технической ошибки, с учетом отчета об активах по состоянию на 31 декабря 2017 года на 14 страницах, отчета о доходах, приобретениях, прибылях и убытках (отчетный период с 01.01.2019 года по 31.12.2019 года) на 44 страницах, отчета о доходах, приобретениях, прибылях и убытках (отчетный период с 01.01.2020 года по 31.12.2020 года) на 36 страницах сумма фактически понесенных ФИО1 расходов, связанных с приобретением, реализацией, хранением и погашением ценных бумаг и совершением операций с производными финансовыми продуктами составила: в 2018 году – 16797680,98 рублей; в 2019 году – 14 609 094,56 рублей; в 2020 году – 1 716 295,56 рублей. Общая сумма доходов ФИО1 от реализации (погашения) ценных бумаг с учетом процентов, операций с производными финансовыми продуктами в 2018 году составила 15 958 964,42 рубля; в 2019 году – 15 711 066,28 рублей; в 2020 году – 1 241 259,55 рубля. Общая сумма доходов ФИО1 от реализации (погашения) облигаций, в том числе входящих в состав структурированных продуктов, с учетом процентов 2018 году составила 2 332 173,29 рубля; в 2019 году – 3 505 911,87 рубля; в 2020 году – 562 579,73 рублей.

В силу части 8 статьи 82 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации заключение эксперта (комиссии экспертов) не является для суда обязательным и оценивается судом по правилам, установленным статьей 84 данного кодекса.

Согласно статье 84 КАС РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в административном деле доказательств (часть 1). Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (часть 2). Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимосвязь доказательств в их совокупности (часть 3). Доказательство признается судом достоверным, если в результате его проверки и исследования суд придет к выводу, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности (часть 4). Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в своем решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (часть 8).

При определении размера налогооблагаемой базы за проверяемый период суд не считает возможным взять результаты и выводы судебной экспертизы, в том числе с учетом дополнительной судебной экспертизы, поскольку при проведении экспертного исследования эксперт вышел за пределы поставленных перед ним вопросов, при исследовании дав оценку обстоятельствам правового характера, применив при проведении расчета доходов и расходов к данным правоотношениям положения инвестиционного налогового вычета, что не позволяет суду взять за основу итоговые выводы эксперта по итоговым суммам доходов и расходов.

Также в судебном заседании эксперт пояснила, что выводы ею сделаны исходя из представленных материалов дела, если бы были представлены оригиналы документов, иные документы (договор банковского счета, неполный договор, перевод документов не в полном объеме), вывод мог бы отличаться. Из пояснений эксперта также следует, что ряд выводов был сделан, исходя из полагания, что представленные в материалы дела документы переведены не профессиональным переводчиком, из-за чего суть анализируемых операций может быть искажена. 

Кроме того, при расчете размера дивидендов экспертом не был произведен самостоятельный математический расчет конкретной операции, а взяты за основу суммы из документов, представленных в материалах дела, хотя путем математических действий суммы дивидендов совпадают с результатами, отраженными налоговым органом в оспариваемом решении (приложение 7). 

В части определения суммы расходов экспертом, как было указано выше, применен инвестиционный налоговый вычет, а также приведены не мотивированные результаты, также при расчетах использованы данные обменного курса, не соответствующие курсу ЦБ РФ на соответствующую дату. 

Суд также отклоняет доводы эксперта в судебном заседании о возможности распределения отклоненной суммы расходов пропорционально к каждому виду ценных бумаг с учетом ее незначительности (менее 5 %) как противоречащие действующему законодательству и установленным обстоятельствам. 

Таким образом, суд приходит к выводу, что выводы эксперта основаны на доказательствах, представленных административным истцом в недостаточном объеме, из чего их следует расценить как носящих вероятностный характер.

Административный ответчик в обоснование доводов о недопустимости судебных экспертиз как доказательств, ссылается на самостоятельный сбор доказательств и использование при даче заключения документов, ранее не представленных в ходе проверки административным истцом.

В соответствии с частью 6 статьи 49 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации эксперт не вправе самостоятельно собирать материалы для проведения экспертизы.

В силу положений статьи 7 Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" при производстве судебной экспертизы эксперт независим, он не может находиться в какой-либо зависимости от органа или лица, назначивших судебную экспертизу, сторон и других лиц, заинтересованных в исходе дела. Эксперт дает заключение, основываясь на результатах проведенных исследований в соответствии со своими специальными знаниями.

В нарушение приведенных норм экспертом ходатайство о предоставлении необходимых для проведения экспертизы дополнительных материалов перед судом не заявлялось, в установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации порядке не приобщалось и не являлось доказательством по делу, экспертом самостоятельно были получены сведения с Московской фондовой биржи, на основании чего сделан вывод, что спорные облигации были допущены к торгам и подлежит применению инвестиционный налоговый вычет.

Суд отмечает, что указанные выше дополнительные материалы, истребованные экспертом самостоятельно, являлись новыми по отношению к представленным ранее административным истцом в налоговый орган и суд документам. Кроме того, в ходе судебного разбирательства стороне административного истца судом предлагалось представить сведения относительно того, с участием российского или иностранного организатора торгов были совершены применительно к проверяемому налоговому периоду сделки по реализации (приобретению, хранению и т.п.) ценных бумаг, предлагалось представить детальные сведения в отношении каждой сделки, в случае участия российского или иностранного организатора торгов представить конкретные документы, однако первичные документы и иные сведения в части сделок, по отношению к которым административный истец просил применить положения инвестиционного налогового вычета, не представил. 

Как предусмотрено статьей 59 КАС РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основании которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

К числу доказательств относятся и заключения экспертов.

Таким образом, для решения вопроса о том, подлежат ли принятию в качестве надлежащего доказательства те или иные сведения, необходимым условием является получение этого доказательства в соответствии с порядком, предусмотренным Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, или в соответствии с порядком, предусмотренным другими федеральными законами.

Следовательно, применение экспертом положений инвестиционного налогового вычета при осуществлении расчетов, влечет правовые последствия в виде признания полученных доказательств – судебных экспертиз ненадлежащими доказательствами, а использование дополнительных сведений с сайта «moex.com» в нарушение установленного порядка является нарушением порядка проведения дополнительной судебной экспертизы, что в силу требований части 3 статьи 59 КАС РФ, предусматривающей, что доказательства, полученные с нарушением федерального закона не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу решения суда, влечет правовые последствия в виде признания полученного доказательства недопустимым.

При этом суд приходит к итоговому выводу, что для объективного и полного ответа на поставленные для экспертного исследования вопросы необходимы первичные документы, а также отчеты брокерской деятельности, договоры банковского обслуживания, тарифы комиссионного и банковского обслуживания, договоры банковского счета, полные выписки по иным счетам, а также иные документы, отражающие движение, характер, назначение и их связь с финансовыми операциями, обусловленных ценными бумагами применительно к спорному периоду, которые административным истцом не представлены, в силу чего повторное назначение судебной экспертизы также повлечет вероятностный характер выводов экспертного заключения.

Опрошенный в судебном заседании специалист в области брокерской деятельности Б.Д.Ю. пояснил, что представленный в материалы дела отчет может быть отчетом брокера, поскольку все операции по счету 

<

номер> относятся к брокерской деятельности, а если бы были платежи в пользу третьих лиц, то это был бы расчетный счет, но в данном случае по выпискам – это брокерский счет; между брокером и клиентом должен быть брокерский договор, в котором отражается тарификация услуг, которая может быть и разовой и браться за каждую транзакцию.

Выводы специалиста относительно представленной в материалы дела выписки по счету как выписки по брокерскому счету суд отклоняет, поскольку из наименования счета следует, что это текущий счет, некоторые операции по счету носят общий характер.

Суд не считает возможным принять во внимание пояснения специалиста Б.Д.Ю. относительно того, что часть денежных средств поступила по кредитным договорам и доходом не является, а также то, что финансовая организация, будучи налоговым агентом, уплачивает все налоги самостоятельно, поскольку данные выводы основаны на сложившейся практике на территории Российской Федерации, без учета законодательства, действующего на территории Швейцарской Конфедерации и без анализа совокупности представленных доказательств, а также норм действующего законодательства. В остальной части пояснения носят общий вероятностный характер, основанный на практике брокерской деятельности на территории Российской Федерации.

Суд учитывает, что, являясь добросовестным налогоплательщиком ФИО1 не только мог, но и в силу конституционной обязанности, а также ст.228 Налогового кодекса РФ, был обязан представить достоверные сведения о получении дохода от источника вне пределов Российской Федерации, отразить их в налоговой декларации за соответствующий налоговый период, а затем исчислить и уплатить налог с данных доходов, однако таких действий ФИО1 не совершил, чем принял риск наступления налоговой ответственности.

Суд отклоняет доводы представителя ФИО1 А.А.А.В. об отсутствии у доверителя возможности предоставления дополнительных истребуемых документов в подтверждение характера совершения операций в связи с социально-политической обстановкой, т.к. в 2018-2021 годах каких-либо препятствий к истребованию и сохранению необходимых сведений об операциях и получения дохода у ФИО1 не имелось, как и не имелось препятствий к предоставлению деклараций по истечении указанных налоговых периодов. Являясь налогоплательщиком, именно ФИО1 был обязан истребовать и сохранить сведения, необходимые и достаточные как для исчисления налога, так и его уплаты, в т.ч. в случае проведения налоговой проверки. 

Ссылки стороны административного истца об обязанности налогового органа истребовать необходимые сведения и документы в рамках международного взаимодействия суд также признает несостоятельными ввиду того, что именно административным истцом было заявлено о необходимости применения положений инвестиционного вычета, следовательно, на налогоплательщике лежит обязанность представить необходимые документы в обоснование его применения, указанные документы могли быть получены самостоятельно административным истцом как клиентом банка Швейцарской Конфедерации в рамках договорных отношений, равно как и путем истребования у организации, осуществлявшей функции брокера по отношению к данному лицу.

Кроме того, на основании Указа Президента РФ от 08 августа 2023 года № 585 "О приостановлении Российской Федерацией действия отдельных положений международных договоров Российской Федерации по вопросам налогообложения" приостановлено действие положений статей 5 - 22, 24 и 25b Соглашения между Российской Федерацией и Швейцарской Конфедерацией об избежании двойного налогообложения в отношении налогов на доходы и капитал от 15 ноября 1995 г., а также пунктов 3 - 6 Протокола к нему до устранения иностранными государствами допущенных ими нарушений законных экономических и иных интересов Российской Федерации, прав ее граждан и юридических лиц или до прекращения действия в отношении Российской Федерации этих международных договоров.

Представленное стороной административного истца постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 02 октября 2023 года по сообщению налогового органа об уклонении физического лица ФИО1 от уплаты налогов также не освобождает его об обязанности представить соответствующие документы, а также уплатить налог на доходы физических лиц. Справка об исследовании документов ФИО1, составленная в рамках проверки, содержит указание на иной расчет НДФЛ по данным периодам, который произведен в рамках оценки действий физического лица на предмет наличия/отсутствия состава уголовно наказуемого деяния, сделан исходя из представленных ФИО1 сведений, в отсутствие достаточного объема первичных документов, при исследовании, в том числе экспертного заключения, произведенного в рамках данного дела, что не позволяет ее отнести к надлежащим доказательствам. 

С учетом изложенного, суд отклоняет доводы административного истца об отсутствии обязанности уплаты налога на доходы физических лиц применительно к заявленному периоду, поскольку представленная в рамках международного обмена информация сформирована непосредственно по данным финансовой организации – Банка, клиентом которого являлся ФИО1 

Установленные обстоятельства и совокупность имеющихся в материалах дела доказательств свидетельствуют о том, что выездная налоговая проверка проведена уполномоченным органом в установленном порядке, выявленные нарушения нашли свое подтверждение. Порядок проведения проверки и ее сроки налоговым органом соблюдены. Расчет НДФЛ, штрафа судом проверен. 

Анализируя представленные доказательства, пояснения участников процесса, суд приходит к выводу, что налоговая база за 2020 год налоговым органом исчислена верно, сумма налога на доходы физических лиц за 2020 год, подлежащая уплате ФИО1, в размере 1 663 389 рублей ((доходы (31 986 056,15+234 534,21+328 349,15)-расходы (19 753 637,55))*13 %) определена правильно.

Однако налоговая база за 2018 и 2019 год исчислена налоговым органом неверно, с учетом выводов, изложенных выше, сумма налога на доходы физических лиц за 2018 год, подлежащая уплате ФИО1, составит в размере 883130,09 рублей ((доходы (34 625 163,03+2110 550,39+221623,26)- расходы (30 164 028,27)*13 %); за 2019 год – в размере 1 843 933,56 рублей ((доходы (33 560814,17+1 070029,83+133074,31)- расходы (20579814))*13 %).

Основанием для привлечения лица к ответственности за нарушение законодательства о налогах и сборах является установление факта совершения данного нарушения решением налогового органа, вступившим в силу (пункт 3 статьи 108 Налогового кодекса Российской Федерации).

Непредставление в установленный законодательством о налогах и сборах срок налоговой декларации (расчета по страховым взносам) в налоговый орган по месту учета влечет взыскание штрафа в размере 5 процентов не уплаченной в установленный законодательством о налогах и сборах срок суммы налога (страховых взносов), подлежащей уплате (доплате) на основании этой декларации (расчета по страховым взносам), за каждый полный или неполный месяц со дня, установленного для ее представления, но не более 30 процентов указанной суммы и не менее 1 000 рублей (пункт 1 статьи 119 НК РФ).

В пункте 1 статьи 122 НК РФ определено, что неуплата или неполная уплата сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия), если такое деяние не содержит признаков налоговых правонарушений, предусмотренных статьями 129.3, 129.5 данного Кодекса, влечет взыскание штрафа в размере 20 процентов от неуплаченной суммы налога (сбора, страховых взносов). 

Срок представления налоговой декларации по НДФЛ установлен не позднее 30 апреля года, следующего за истекшим налоговым периодом. В налоговых декларациях по данному налогу физические лица указывают, в частности, все полученные ими в налоговом периоде доходы, налоговые вычеты, суммы налога, подлежащие уплате (доплате) или зачету (возврату) по итогам налогового периода (пункт 1 и пункт 4 статьи 229 НК РФ).

Таким образом, налоговым органом обоснованно сделан вывод о возникновении у административного истца обязанности по представлению налоговых деклараций и уплате соответствующих сумм НДФЛ в бюджет за 2018-2020 годы. 

Поскольку ФИО1 не уплачена сумма налога на доходы физических лиц за 2018-2020 годы, а также не представлены налоговые декларации в ходе налоговой проверки, а при проведении налоговой проверки установлено занижение налогооблагаемой базы по НДФЛ и суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, то он правомерно привлечен к ответственности за 2019, 2020 годы по п. 1 ст. 119, п. 1 ст. 122 НК РФ в виде штрафа, размер которых, с учетом предусмотренных ст. ст. 112, 114 НК РФ обстоятельств, смягчающих ответственность, налоговым органом снижен в 16 раз, а именно:

За 2019 год по п. 1 ст. 119 НК РФ – в сумме 41 794 рубля, по п. 1 ст. 122 НК РФ – 27 863 рубля.

За 2020 год по п. 1 ст. 119 НК РФ – в сумме 31 188 рублей, по п. 1 ст. 122 НК РФ – 20 792 рубля. 

Оснований для большего снижения размера штрафа за 2020 год судом не усмотрено, иных обстоятельств, смягчающих ответственность административного истца, которые не были бы учтены налоговым органом, при рассмотрении дела не установлено, административный истец не ссылался, вывод налогового органа о неприменении штрафа по п. 1 ст. 119, п. 1 ст. 122 НК РФ к ФИО1 по налогу на доходы физических лиц за 2018 год в связи с пропуском срока давности привлечения к административной ответственности является верным, никем не оспаривается.

В связи с тем, что определенным налоговым органом размер недоимки по налогу на доходы физических лиц за 2019 год признан судом неверным, сумма штрафа по п. 1 ст. 119, п. 1 ст. 122 НК РФ за 2019 год подлежит изменению с учетом определенной судом суммы недоимки (2229010 рублей). 

При изложенных обстоятельствах, суд приходит к выводу, что решение заместителя руководителя УФНС России по Республике Марий Эл № 32 от 13 января 2023 года о привлечении ФИО1 к ответственности за совершение налогового правонарушения в части определения суммы недоимки по налогу на доходы физических лиц за 2018 год в размере 1 113 447 рублей, недоимки по налогу на доходы физических лиц за 2019 год в размере 2 229 010 рублей, начисления соответствующих штрафов исходя из определенной выше суммы за 2019 год подлежит признанию незаконным, а доводы административного ответчика о том, что МИФНС России по Приволжскому федеральному округу является ненадлежащим ответчиком, подлежащими отклонению ввиду оставления в силе вышеуказанного решения налогового органа в порядке досудебного контроля. 

В силу пункта 1 части 3 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации в случае удовлетворения административного иска об оспаривании решения, действия (бездействия) и необходимости принятия административным ответчиком каких-либо решений, совершения каких-либо действий в целях устранения нарушений прав, свобод и законных интересов административного истца либо препятствий к их осуществлению суд указывает в резолютивной части решения на необходимость принятия решения по конкретному вопросу, совершения определенного действия либо на необходимость устранения иным способом допущенных нарушений прав, свобод и законных интересов административного истца.

Таким образом, административное исковое заявление ФИО1 подлежит частичному удовлетворению с возложением на УФНС России по РМЭ обязанности устранить допущенные нарушения права административного истца путем уменьшения налоговых обязательств по налогу на доходы физических лиц за 2018 год до 883 130,09 рублей, по налогу на доходы физических лиц за 2019 год до 1 843 933,56 рублей, а также соответствующих сумм штрафа, начисленных оспариваемым решением, за 2019 год.

В остальной части заявленные требования ФИО1 удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь ст. ст. 175-180 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Административное исковое заявление ФИО1 к Управлению Федеральной налоговой службы по Республике Марий Эл, Межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы по Приволжскому федеральному округу, заместителю руководителя УФНС по РМЭ П.Л.В. о признании незаконным решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения удовлетворить частично.

Признать незаконным решение заместителя руководителя УФНС России по Республике Марий Эл № 32 от 13 января 2023 года о привлечении ФИО1 к ответственности за совершение налогового правонарушения в части определения суммы недоимки по налогу на доходы физических лиц за 2018 год в размере 1 113 447 рублей, недоимки по налогу на доходы физических лиц за 2019 год в размере 2 229 010 рублей, начисления соответствующих штрафов.

Возложить на Управление Федеральной налоговой службы по Республике Марий Эл обязанность устранить допущенное нарушение прав и законных интересов ФИО1 путем уменьшения налоговых обязательств по налогу на доходы физических лиц за 2018 год до 883 130 рублей 09 копеек, по налогу на доходы физических лиц за 2019 год до 1 843 933 рублей 56 копеек, а также соответствующих сумм штрафа, начисленных оспариваемым решением.

В остальной части в удовлетворении заявленных требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Марий Эл путем подачи апелляционной жалобы через Йошкар-Олинский городской суд РМЭ в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения.

Судья М.В. Митькова

Мотивированное решение 

составлено 15.02.2024 года.