Дело № 2-292/2016 

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Краснослободск 

Республики Мордовия

21 июля 2017 года

Краснослободский районный суд Республики Мордовия в составе судьи Антоновой А.В., 

при секретаре судебного заседания Ушаковой Г.В.,

с участием истца - Краснослободского районного потребительского общества, его представителя по доверенности ФИО1,

ответчика ФИО2, ее представителя ФИО3, предъявившей ордер № 44 от 26 июня 2017 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Краснослободского районного потребительского общества к ФИО2 о взыскании с работника материального ущерба, 

установил:

Краснослободское районное потребительское общество обратилось в суд с указанным иском к ФИО2 В обоснование своих требований истец указал, что ФИО2 с 03 августа 2015 г. по 09 сентября 2016 г. работала в должности продавца в магазине с. Шаверки Краснослободского района Республики Мордовия. С ней 03 августа 2015 г. был заключен трудовой договор и договор о полной материальной ответственности. 24 августа 2015 г. в магазине была проведена ревизия товарно-материальных ценностей, по результатам которой выявлена недостача в сумме 62 445 рублей 20 копеек.

25 августа 2016 г. ФИО2 написала заявление об увольнении. 09 сентября 2016 г. была повторно произведена ревизия товарно-материальных ценностей, в результате которой за период с 24 августа 2016 г. по 09 сентября 2016 г. была выявлена недостача товарно-материальных ценностей в сумме 8 595 рублей 37 копеек. Причины образования недостачи ФИО2 пояснить не смогла. ФИО2 было предоставлено время для возмещения недостачи, но деньги так и не внесены в кассу организации.

Так как ФИО2 работала по трудовому договору, работодатель начислил ей заработную плату в сумме 3 114 рублей 85 копеек, которую в последующем удержал в счет возмещения недостачи. Остаток задолженности ответчика перед истцом в настоящее время составляет 69 342 рубля 97 копеек. Претензионный порядок соблюден.

В связи с вышеизложенным истец с учетом уточненных исковых требований просит взыскать с ответчика в свою пользу сумму ущерба в размере 67 625,72 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 2 280 рублей.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в иске. 

Ответчик ФИО2 и ее представитель ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признали, просили суд отказать в удовлетворении заявления. 

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, 03 августа 2015 г. между Краснослободским районным потребительским обществом в лице его председателя правления ФИО4 (работодатель) и ФИО2 (работник) заключен трудовой договор, согласно условиям которого последняя принимается на работу в магазин с. Шаверки на должность продавца 3 разряда с 03 августа 2015 г. на неопределенный срок (л.д. 9-11).

В этот же день в целях обеспечения сохранности материальных ценностей между работодателем и работником заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности (л.д. 12).

В соответствии со статьей 232 Трудового кодекса Российской Федерации сторона трудового договора (работодатель или работник), причинивший ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами. Расторжение трудового договора после причинения ущерба не влечет за собой освобождение стороны этого договора от материальной ответственности, предусмотренной Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами.

В соответствии со статьей 233Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате виновного противоправного поведения (действия или бездействия), если иное не предусмотрено Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами.

В соответствии с частью 2 статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность в полном размере причиненного ущербаможет возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных настоящим кодексом или иными федеральными законами. Пункт 1 части 1 статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации предусматривает полную материальнуюответственность работника, когда на работника возложенаматериальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей.

По правилам ст. 244 ТК Российской Федерации письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности (пункт 2 части первой статьи 243 настоящего Кодекса), то есть о возмещении работодателю причиненного ущерба в полном размере за недостачу вверенного работникам имущества, могут заключаться с работниками, достигшими возраста восемнадцати лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество. Перечни работ и категорий работников, с которыми могут заключаться указанные договоры, а также типовые формы этих договоров утверждаются в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации.

Постановлением Минтруда РФ от 31 декабря 2002 г. № 85 утвержден перечень должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности, а также типовых форм договоров о полной материальной ответственности, которым предусмотрены должности продавцов и работы по приему и выплате всех видов платежей, по расчетам при продаже (реализации) товаров, продукции и услуг (в том числе не через кассу, через кассу, без кассы через продавца).

Учитывая, что в соответствии с заключенным трудовым договором ФИО2, принята на должность продавца, заключение с ней договора о полной индивидуальной материальной ответственности было правомерным.

Из инвентаризационной описи товаров, материалов, тары, денежных средств от 24 августа 2016 г., составленных с участием ответчика, следует, что в ходе инвентаризации у материально-ответственного лица ФИО2 находятся товары на сумму 121 096,03 рублей (л.д. 14-23).

Обосновывая наличие недостачи товаров на сумму 62 445 рублей 20 копеек, истец представил товарно-денежный отчет ФИО2 от 24 августа 2016 года (л.д. 13), акт результатов проверки ценностей на 24 августа 2016 г. (л.д. 32), документальную ревизию по магазину с. Шаверки за период с 15 июня 2016 г. (л.д. 24-31), в соответствии с которыми по состоянию на 24 августа 2016 года ФИО2 было вверено материальных ценностей на общую сумму 183 541,23 рублей. Исходя из разницы в стоимости вверенных материальных ценностей (183 541,23 рублей) и обнаруженных в ходе инвентаризации (121 096,03 рублей), истцом определена сумма материального ущерба (недостачи) в размере 62 445,20 рублей.

Представленный истцом товарно-денежный отчет составлен по унифицированной форме № ТОРГ-29.

Следует отметить, что альбомом унифицированных форм первичной учетной документации по учету торговых операций, утвержденным постановлением Госкомстата РФ от 25 декабря 1998 г. № 132, действительно предусмотрена форма № ТОРГ-29 «Товарный отчет», форма которой отличается от примененной истцом. В соответствии с постановлением форма № ТОРГ-29 применяется для учета товарных документов в организациях торговли за отчетный период, который утверждается руководителем организации. Составляется в двух экземплярах материально ответственным лицом с указанием номера, даты документов на поступление и выбытие товаров и тары. Товарный отчет, как правило, составляется при сальдовом методе учета товаров. Подписывается бухгалтером и материально ответственным лицом. Первый экземпляр отчета с приложенными документами, на основании которых составляется отчет, передается в бухгалтерию, второй экземпляр остается у материально ответственного лица.

Однако представленный истцом товарно-денежный от 24 августа 2016 года материально ответственным лицом не подписан, как не подписан и бухгалтером истца.

Следует отметить, что исходя из части 4 статьи 9 Федерального закона от 06 декабря 2011 г. № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее - Федеральный закон № 402-ФЗ) первичные учетные документы составляются по формам, утвержденным руководителем экономического субъекта. При этом каждый первичный учетный документ должен содержать все обязательные реквизиты, установленные частью 2 статьи 9 Федерального закона № 402-ФЗ.

Таким образом, с 1 января 2013 г. формы первичных учетных документов, содержащиеся в альбомах унифицированных форм первичной учетной документации, не являются обязательными к применению. Вместе с тем обязательными к применению продолжают оставаться формы документов, используемых в качестве первичных учетных документов, установленные уполномоченными органами в соответствии и на основании других федеральных законов (например, кассовые документы).

Исходя из части 1 статьи 7 и статьи 9 Федерального закона № 402-ФЗ руководителем экономического субъекта определяется также состав первичных учетных документов, применяемых для оформления фактов хозяйственной жизни экономического субъекта, и перечень лиц, имеющих право подписи первичных учетных документов.

Для ведения бухгалтерского учета могут использоваться формы первичных учетных документов и регистров бухгалтерского учета, разработанные экономическим субъектом самостоятельно, предусмотренные принятыми органами негосударственного регулирования бухгалтерского учета рекомендациями в области бухгалтерского учета, а также иные рекомендованные формы (например, формы первичных учетных документов, содержащиеся в альбомах унифицированных форм первичной учетной документации, форму книги (журнала) учета фактов хозяйственной деятельности, упрощенные формы ведомостей учета имущества, предусмотренные приказом Минфина России от 21 декабря 1998 г. № 64н.

Представленный истцом в обоснование своих требований товарно-денежный отчет ФИО2 от 24 августа 2016 года не соответствует требованиям, предъявляемым к первичному учетному документу, так как не содержит подписи лиц, с указанием их фамилий и инициалов либо иных реквизитов, необходимых для идентификации этих лиц, совершившего (совершивших) сделку, операцию и ответственного (ответственных) за ее оформление, либо наименование должности лица (лиц), ответственного (ответственных) за оформление свершившегося события, как того требуют пункты 6 и 7 части 2 статьи 9 Федерального закона № 402-ФЗ.

При таких обстоятельствах представленный истцом товарно-денежный отчет от 24 августа 2016 года сам по себе не может быть признан судом допустимым и относимым доказательством по делу, так как не подписан лицом, его якобы составившим, и не подписан представителем ответчика.

В качестве доказательств указанных в товарно-денежном отчете от 24 августа 2016 года сведений, а именно входящего остатка вверенного ФИО2 имущества на неуказанную дату (не указана дата именно входящего остатка 198 292,30 руб.) в размере 198 292,30 рублей, истцом предоставлены суду товарно-денежные отчеты ответчика за период с 16 июня 2016 года по 23 августа 2016 года, с приложением первичных учетных документов, подтверждающих передачу товарно-материальных ценностей ответчику.

Однако накладная б/н от 16 июня 2016 года на сумму 95 757 рублей, приложенная в качестве оправдательного документа к товарно-денежному отчету за период с 16 июня 2016 года по 23 июня 2016 года, никем не подписана и не может быть признана судом допустимым доказательством по делу. Ответчиком также опровергается получение указанного в ней товара.

Без учета указанной накладной сумма недостачи, заявленная истцом, не подтверждается. Кроме того, некоторые из представленных истцом в обоснование своих требований накладных также не подписаны, например, товарная накладная № 1922 от 23 августа 2016 года на сумму 8 139,43 рублей, № 1934 от 24 августа 2016 года на сумму 1 592,00 рубля и другие.

Не может служить доказательством наличия недостачи и не подписанный ФИО2 акт результатов проверки ценностей на 24 августа 2016 года, кроме того, данные бухгалтерского учета (183 541,23 рублей), указанные в акте, своего подтверждения в судебном заседании не нашли.

Таким образом, заявленные истцом данные бухгалтерского учета по состоянию на 24 августа 2016 года своего подтверждения в судебном заседании не нашли, в связи с чем наличие недостачи у материально ответственного лица ФИО2 на 24 августа 2016 года истцом не доказано.

Относительно заявленной истцом недостачи по состоянию на 9 сентября 2016 года суд отмечает следующее.

Согласно инвентаризационной описи товаров, материалов, тары и денежных средств в торговле от 9 сентября 2016 года, фактическое наличие товарно-материальных ценностей у материально ответственности лица ФИО2 установлено на сумму 105 674,08 (л.д. 35-44).

Документальной ревизией по магазину с. Шаверки за период с 24 августа 2016 г. по 9 сентября 2016 г., подписанным от истца С*** (л.д. 45-46), не подписанным ответчиком актом результатов проверки ценностей на 9 сентября 2016 года (л.д. 47), установлена недостача на сумму 8 595,37 рублей, так как по данным бухгалтерского учета ФИО2 вверено товарно-материальных ценностей на сумму 114 269,45 рублей, как указано и в товарно-денежном отчете ФИО2 за период с 1 сентября 2016 г. по 9 сентября 2016 г. (л.д. 34).

Суд учитывает, что между сторонами отсутствует спор о результатах инвентаризации 24 августа 2016 года, в ходе которой фактическое наличие товарно-материальных ценностей у ответчика по состоянию на 24 августа 2016 года установлено на сумму 121 096,03 рублей.

Товарно-денежный отчет за период с 01 сентября 2016 года по 09 сентября 2016 года (л.д. 34), содержащий заявленный истцом остаток по данным бухгалтерского учета в размере 114 269,45 руб., никем не подписан, акт результатов проверки ценностей на 09 сентября 2016 г. (л.д. 47) не подписан ответчиком.

Истцом представлен товарно-денежный отчет за период с 07 сентября по 07 сентября 2016 года, который содержит большое количество неоговоренных исправлений, при этом остаток товарно материально ценностей у ФИО2 на 08 сентября 2016 года указан 4 раза: 198 457,54 руб., 118 799,08 руб., 117 950,28 руб., 115 994,83 руб., все указанные значения зачеркнуты. Несмотря на то, что отчет составлен за период с 07 сентября по 07 сентября 2016 года, в отчет включены первичные учетные документы за 01 сентября 2016 года, 03 сентября 2016 года, 05 сентября 2016 года. Отчет не подписан представителем истца.

Судом исследованы первичные учетные документы истца за период с 24 августа 2016 года по 09 сентября 2016 года.

Из первичных учетных документов, подтверждающих передачу ФИО2 материальных ценностей, указанных в документальной ревизии (л.д. 45-46), суду предоставлены товарные накладные за период с 24 августа 2016 года по 31 августа 2016 года на общую сумму 9 685,63 рублей. 

При этом судом, с учетом требования ст. 238 Трудового кодекса Российской Федерации, не допускающей взыскания с работника неполученных доходов (упущенной выгоды), стоимость передаваемых ответчику истцом товарно-материальных ценностей принимается исходя из стоимости, указанной в накладных, без учета торговых наценок.

При этом ФИО2 в указанный период передано истцу товарно-материальных ценностей на сумму 924,00 рублей, и внесены в кассу денежные средства в суме 10 300,00 рублей. По этому вопросу спора между сторонами не имеется.

Таким образом, представленными доказательствами подтверждается наличие у ФИО2 на 01 сентября 2016 года товарно-материальных ценностей на 120 482,25 рублей (остаток на 24 сентября 2016 года - 121 096,03 руб. + 10 610,22 руб. - 924,00 руб. - 10 300,00 руб.).

В период с 01 сентября 2016 года по 09 сентября 2016 года истцом ответчику исходя из представленных накладных передано товарно-материальных ценностей на 3 633,46 рублей.

При этом ФИО2 в тот же период передано истцу товарно-материальных ценностей на сумму 2 348,87 рублей, и внесены в кассу денежные средства в суме 8 841,26 рублей. По этому вопросу спора между сторонами не имеется.

Таким образом, представленными доказательствами подтверждается наличие у ФИО2 на 09 сентября 2016 года по данным бухгалтерского учета товарно-материальных ценностей на 112 925,58 рублей (остаток на 01 сентября 2016 года - 120482,25 руб. + 3 633,46 руб. - 2 348,87 руб. - 8 841,26 руб.).

Суд учитывает, что между сторонами отсутствует спор о результатах инвентаризации товаров, материалов, тары и денежных средств в торговле от 9 сентября 2016 года, которой фактическое наличие товарно-материальных ценностей у материально ответственности лица ФИО2 установлено на сумму 105 674,08 (л.д. 35-44).

Истцом признается, что им удержано из заработной платы истца в счет возмещения ущерба 3 114,85 рублей.

Оснований для снижения с учетом степени и формы вины, материального положения работника и других обстоятельств размера ущерба, подлежащего взысканию с работника (ст. 250 ТК Российской Федерации), суд не усматривает, ответчиком о необходимости такого снижения суду не заявлялось.

В соответствии с частью первой статьи 246 ТК Российской Федерации ущерб при утрате и порче имущества он определяется по фактическим потерям, исчисляемым исходя из рыночных цен, действующих в данной местности на день причинения ущерба, но не ниже стоимости имущества по данным бухгалтерского учета с учетом степени износа этого имущества.

В тех случаях, когда невозможно установить день причинения ущерба, работодатель вправе исчислить размер ущерба на день его обнаружения.

В связи с тем что истцом сведений о рыночной стоимости утраченного имущества не предоставлено, суд считает необходимым определить размер ущерба исходя из данных бухгалтерского учета, отраженных в первичных учетных документах и актах результатов инвентаризации, спора по этому вопросу между сторонами не имеется.

Исходя из вышеизложенного суд полагает возможным взыскать с ФИО2 в пользу истца сумму материального ущерба в размере 4 136,65 руб. (112 925,58 руб. - 105 674,08 руб. - 3 114,85 руб.).

При этом суд принимает во внимание, что как следует из распоряжения о приеме работника на работу № 75-К от 25 августа 2016 года, истец на основании трудового договора № 9в/16 от 25 августа 2016 года на период с 25 августа 2016 года по 07 сентября 2016 года принимал на работу в качестве продавца в магазин с. Шаверки на период отпуска основного работника Свидетель №3 При этом договора о коллективной (бригадной) ответственности ФИО2 и Свидетель №3 суду не предоставлено.

Однако как указал в судебном заседании Свидетель №3, и подтвердила ФИО2, фактически Свидетель №3 к выполнению должностных обязанностей продавца не приступал, товарно-материальные ценности ему не передавались, доступа к ним он не имел. В указанный период обязанности продавца продолжала исполнять ФИО2

Суд принимает во внимание и наличие долговых тетрадей магазина с. Шаверки (л.д. 61-68, 74-76), тетради списания товара магазина с. Шаверки (л.д. 68-73), представленных ответчиком, однако отмечает, что правового значения по делу они не имеют, так как не подтверждают ни передачу истцом ответчику товарно-материальных ценностей, ни списание таких ценностей с ответчика как материально ответственного лица.

В соответствии со статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 указанного кодекса.

Согласно статье 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Как следует из материалов дела, исковое заявление Краснослободского районного потребительского общества оплачено государственной пошлиной в размере 2 280 рублей. 

Исковые требования Краснослободского районного потребительского общества удовлетворены в части, пропорционально которой подлежит взысканию с ответчика уплаченная истцом государственная пошлина.

В связи с вышеизложенным, учитывая положения статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с ответчика в пользу истца взыскивается уплаченная истцом государственная пошлина в размере 400 рублей.

В соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

На основании изложенного, оценивая достаточность и взаимную связь представленных сторонами доказательств в их совокупности, разрешая дело по представленным доказательствам, в пределах заявленных истцом требований и по указанным им основаниям, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

удовлетворить частично исковые требования Краснослободского районного потребительского общества к ФИО2 о взыскании материального ущерба.

Взыскать с ФИО2 в пользу Краснослободского районного потребительского общества сумму материального ущерба в размере 4136 (четыре тысячи сто тридцать шесть) рублей 65 копеек.

Взыскать с ФИО2 в пользу Краснослободского районного потребительского общества в счет компенсации уплаченной государственной пошлины 400 (четыреста) рублей.

В остальной части иска отказать.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Республики Мордовия через Краснослободский районный суд Республики Мордовия в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья

А.В. Антонова