Дело №

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации 

Шадринский районный суд Курганской области в составе

председательствующего судьи Брагиной Е.В.,

при секретаре Ляпцевой Т.А.,

с участием прокурора Сунагатуллина Э.Р.,

истца ФИО1,

представителей ответчиков ФИО2, ФИО3, 

рассмотрел в открытом судебном заседании в городе Шадринске Курганской области

22 июля 2020 года 

гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор № Управления Федеральной службы исполнения наказания по Курганской области» о компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к Федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор № № Управления Федеральной службы исполнения наказания по Курганской области» (далее ФКУ «СИЗО-№») о компенсации морального вреда.

В исковом заявлении указал, что при поступлении в ФКУ «СИЗО-№» г. Шадринска Курганской области 02 апреля 2016 года он прошёл медицинский осмотр, была взята кровь на анализ, после чего ему было установлено заболевание – ....

ФИО1 поставили на минимальное диетическое питание, однако лечение не предоставили, информацию о состоянии его здоровья, об установленном диагнозе, о прогнозе развития заболевания, методах лечения, связанном с ним риске, не уведомили, тем самым нанесли вред его здоровью. ....

При отсутствии оснований, его поместили в карцер, он вынужден был спать в тёплой верхней одежде, заболел простудным заболеванием. Лечение простуды не осуществляли.

ФИО1, находясь в ФКУ «СИЗО-№», на протяжении 11 месяцев испытывал пытки, равнодушное, халатное отношение к себе со стороны администрации учреждения и врачей. 

Полагает, что после выявления у него ...инфекции, никаких видов медицинской помощи ему не предоставлялось и не оказывалось, плановых обследований для выявления угрозы прогрессирования болезни и выявления вторичной болезни не проводили. 

ФИО1 просил взыскать в его пользу компенсацию морального вреда в размере 3000000 рублей. 

В судебном заседании на требованиях настаивал, ухудшение своего состояния связывает с отсутствием лечения в период содержания в ФКУ «СИЗО№ 

Определением суда от 10 сентября 2019 года к участию в деле привлечен соответчик Федеральное казенное учреждение здравоохранения «Медико-санитарная часть № Федеральной службы исполнения наказаний» (далее ФКУЗ «МСЧ-...»)

Представитель ответчика ФКУ «СИЗО-№» ФИО2 с иском не согласился, просит в удовлетворении требований отказать. Поддержал доводы, изложенные в отзыве, дополнительно пояснив, что диагностирование и лечение осуществляется сотрудниками ФКУЗ «МСЧ-№». Содержание истца в учреждении соответствовало установленным требованиям. Ухудшения состояния здоровья истца в виду ненадлежащего содержания в ФКУ «СИЗО-№», наступить не могло.

Представитель ФКУЗ «МСЧ-№» ФИО3 в судебном заседании исковые требования ФИО1 не признал, просил в их удовлетворении отказать. Доводы, изложенные в отзыве, поддержал. Дополнил, что истцу установлен диагноз ...», клинические и иммунологически показания для назначения ему антиретровирусной терапии, отсутствовали. Состояние здоровья истца на момент его этапирования в ФКУ ИК№ УФСИН России по Ямало-Ненецкому округу не носило характер жизнеугрожающего, неблагоприятных последствий для его здоровья не возникло. Причины, по которым не были приняты меры по направлению истца к врачу – клиницисту, постановке диагноза, назначению обследований и лабораторных исследований с момента установления факта наличия инфицирования ... ФИО1, в период его содержания в ФКУ «СИЗО -№», не известны. 

Суд, выслушав стороны, допросив свидетеля, исследовав письменные материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего удовлетворить исковые требования в части, оценив представленные доказательства в совокупности, приходит к выводу о частичном удовлетворении заявленных требований по следующим основаниям.

На основании п. 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 октября 2003 года № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров РФ», суды должны учитывать необходимость соблюдения прав лиц, содержащихся под стражей, предусмотренных статьями 3, 5, 6 и 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

В соответствии со ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

В силу ст. 13 указанной Конвенции каждый, чьи права и свободы, признанные в настоящей Конвенции, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве.

Как следует из п. 10 Минимальных стандартных правил обращения с заключенными, принятых на 1-м Конгрессе ООН по предупреждению преступлений и обращению с преступниками, проведенном в г. Женеве в 1955 году, указано, что все помещения, которыми пользуются заключенные, особенно спальные помещения, должны отвечать всем санитарным требованиям, причем должное внимание следует обращать на климатические условия, особенно на кубатуру этих помещений, на минимальную их площадь, на освещение, отопление и вентиляцию.

Согласно п. 11 указанных Правил в помещениях, где живут и работают заключенные: окна должны быть достаточно велики для того, чтобы заключенные могли читать и работать при дневном свете, и сконструированы так, чтобы обеспечить доступ свежего воздуха, независимо от того, существует ли или нет искусственная система вентиляции; искусственное освещение должно быть достаточным для того, чтобы заключенные могли читать или работать без опасности для зрения.

Условия содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в том числе требования к помещениям, где они содержатся, регламентированы Федеральным законом от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

Статьей 4 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» установлено, что содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией РФ, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

В местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом РФ.

Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей (ст. 15 Закона).

Частью 1 ст. 23 указанного федерального закона предусмотрено, что подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности.

В соответствии со ст. 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее УИК РФ), минимальные нормы питания и материально-бытового обеспечения осужденных устанавливаются Правительством Российской Федерации.

Номенклатура, нормы обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы утверждены Приказом ФСИН России от 27 июля 2006 года № 512.

В силу ст. 41 Конституции РФ каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

Согласно ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с ГК РФ и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии с частью 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на судебную защиту его прав и свобод.

В соответствии со ст. 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

В силу ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. 

Согласно ст. 101 УИК РФ лечебно-профилактическая и санитарно-профилактическая помощь осужденным к лишению свободы организуется и предоставляется в соответствии с Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений и законодательством Российской Федерации. 

В уголовно-исполнительной системе для медицинского обслуживания осужденных организуются лечебно-профилактические учреждения (больницы, специальные психиатрические и туберкулезные больницы) и медицинские части, а для содержания и амбулаторного лечения осужденных, больных открытой формой туберкулеза, алкоголизмом и наркоманией, - лечебные исправительные учреждения. 

Администрация исправительных учреждений несет ответственность за выполнение установленных санитарно-гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осужденных.

В соответствии Порядком организации медицинской помощи лицам, отбывающим наказание в местах лишения свободы и заключенным под стражу, утвержденного Приказом Минздравсоцразвития Российской Федерации № 640 и Минюста Российской Федерации № 190 от 17 мая 2005 года, действующим в период нахождения в ФКУ СИЗО-№ ФИО1, медицинская помощь подозреваемым, обвиняемым и осужденным предоставляется лечебно-профилактическими учреждениями (далее - ЛПУ) и медицинскими подразделениями учреждений Федеральной службы исполнения наказаний, создаваемыми для этих целей, либо ЛПУ государственной и муниципальной систем здравоохранения. 

Медицинские службы федеральных органов исполнительной власти обеспечивают соблюдение прав пациента при оказании медицинской помощи подозреваемым и обвиняемым, осужденным, за исключением ограничений, предусмотренных федеральными законами. 

Основными принципами деятельности медицинских служб является обеспечение: соблюдения прав подозреваемых, обвиняемых и осужденных на охрану здоровья и государственных гарантий на бесплатную медицинскую помощь; приоритета профилактических мер в области охраны здоровья; доступности медицинской помощи.

Основными задачами медицинской службы являются: организация оказания медицинской помощи подозреваемым, обвиняемым и осужденным, содержащимся в следственных изоляторах и исправительных учреждениях ФСИН России. 

Организация медицинской помощи подозреваемым, обвиняемым и осужденным включает комплекс профилактических, лечебно-диагностических мероприятий, направленных на обеспечение их прав на охрану здоровья. 

Организация диагностики, лечения, диспансерного наблюдения и содержания ...-инфицированных осуществляется на основании требований законодательства в отношении этой инфекции. 

Все выявленные ... лица берутся на диспансерный учет. Диспансерное наблюдение должно обеспечить выполнение следующих задач: выявление и лечение имеющихся у больного или вновь возникающих заболеваний, способствующих более быстрому прогрессированию ...-инфекции; максимально раннее выявление признаков прогрессирования ...-инфекции; своевременное назначение специфической терапии; оказание всех видов квалифицированной медицинской помощи при соблюдении врачебной тайны.

При постановке больного на учет производится его первичное обследование, целью которого является подтверждение диагноза ..., установление стадии болезни, выявление имеющихся у больного вторичных и сопутствующих заболеваний для определения тактики дальнейшего ведения больного.

Судом установлено, что ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО-№ УФСИН России по Курганской области со 02 апреля 2016 года по 08 февраля 2017 года и с 17 декабря 2017 года по 19 декабря 2018 года (т. № л.д... №).

27 сентября 2017 года ФИО1 был установлен диагноз ...)» (т. №, л.д. ...).

В 2016 году ФИО1 при помещении в учреждение в здравпунке филиала «Медицинская часть №2» ФКУЗ МСЧ-№ ФСИН России была оказана медицинская помощь в виде забора крови. По результатам лабораторных исследований 25 апреля 2016 года получен положительный результат на ...-инфекцию. За период содержания, каких либо жалоб на здоровье ФИО1 не предъявлял (т. № л.д. ...

ФИО1 обеспечивался повышенными нормами питания в связи с получением информации об инфицировании (т№, л.д...,...)

С 30 апреля 2016 года по 13 мая 2016 года ФИО1 был переведён в карцер 2 ФКУ СИЗО-№ УФСИН России по Курганской области площадью 8, 14 кв.м., в связи с превышением лимита содержащихся в учреждении лиц. От ФИО1 жалоб в период нахождения в учреждении, не поступало. Условия содержания, касающиеся санитарно-гигиенической обстановки, обслуживания коммунально-бытовых объектов, материально-бытового снабжения лица, содержащегося под стражей, обеспеченности его жилой площадью, не противоречит действующему нормативно-правовому регулированию, предусматривающему порядок и условия содержания под стражей (т. №, л.д. ..., ..., ..., ..., ..., ..., ..., ...

Согласно письменным пояснениям ФИО4, врача-инфекциониста ...», с учётом выставленного ФИО1 диагноза «...)» - показания для назначения ему антиретровирусной терапии отсутствовали (т. №, л.д. ...).

Согласно заключению экспертизы № ГКУ «Курганское областное бюро судмедэкспертизы» ФИО1 обследован на ...-инфекцию при поступлении в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Курганской области, результат от 25 апреля 2016 года положительный в реакции иммунного блота. Таким образом, диагностика ...-инфекции у ФИО1 была осуществлена вовремя.

Какого-либо лечения в период со 02 апреля 2016 года по 08 февраля 2017 года направленного на коррекцию ...инфекции ФИО1 не оказывалось.

27 сентября 2017 года у ФИО1 установлен диагноз ...)». Это подтверждается результатами осмотра ФИО1 в ФКУ ИК №№ УФСИН России по Ямало-Ненецкому автономному округу, где осуществляется осмотр ФИО1 по прибытию этапом от 19 июня 2018 года в листе заключительных диагнозов ... ... Таким образом, состояние здоровья ФИО1 при этапировании из ФКУ СИЗО-№ УФСИН России по Курганской области в ФКУ ИК № УФСИН России по Ямало-Ненецкому автономному округу не носило характер жизнеугрожающего и неблагоприятных последствий для его здоровья не возникло (т. №, л.д....).

В период содержания ФИО1 в ФКУ «СИЗО№», и получением информации о наличии факта инфицирования ..., медицинским учреждением ФКУЗ МСЧ№ не были приняты меры к организации диспансерного наблюдения, выявлению и лечению имеющихся у ФИО1 или вновь возникающих заболеваний, способствующих более быстрому прогрессированию ...-инфекции, раннему выявлению признаков прогрессирования ...инфекции, своевременному назначению специфической терапии и оказанию всех видов квалифицированной медицинской помощи.

Указанные обстоятельства подтверждены пояснением свидетеля "ШСВ" (т№, л.д....) и представителем ответчика ФКУЗ «МСЧ-№», в судебном заседании не оспаривалось.

При указанных обстоятельствах, суд находит установленным, что право на оказание своевременной медицинской помощи ФИО1 было нарушено, что является основанием для вывода о доказанности факта оказания истцу «ФКУЗ МСЧ-№», некачественной медицинской помощи, и об удовлетворении исковых требований истца о компенсации морального вреда. 

Между тем, суд не находит оснований для удовлетворения требований истца о компенсации ему морального вреда в связи с ненадлежащими условиями содержания в ФКУ «СИЗО-№». 

Условия содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в том числе требования к помещениям, где они содержатся, регламентированы Федеральным законом от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

Данным Законом установлено, что содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией РФ, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей (ст. 4); в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных УПК РФ. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей (ст. 15); подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности, норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере 4 кв. м (ст. 23).

Минимальными стандартными правилами обращения с заключенными (принятыми на первом Конгрессе ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями в г. Женеве 30 августа 1955 г.) предусмотрено, что все помещения, которыми пользуются заключенные, особенно спальные помещения, должны отвечать всем санитарным требованиям, причем должное внимание следует обращать на климатические условия, кубатуру этих помещений, их минимальную площадь, освещение, отопление и вентиляцию.

В соответствии с п. 9 ст. 17 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», осужденные имеют право получать бесплатное питание, материально-бытовое и медико-санитарное обеспечение, в том числе в период участия их в следственных действиях и судебных заседаниях.

Согласно п. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ) каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

ФИО1 ссылается на то, что содержался в помещении карцера не имеющем надлежащих условий для содержания и совместно с другими лицами, не имеющих диагностированного заболевания ВИЧ-инфекции.

Судом установлено, что ФИО1 содержался в помещении карцера площадью 8,14 кв.м., т.е. площадь помещения соответствовала обязательным требованиям при содержании в учреждении. При этом, суд не исследует правомерность помещения ФИО1 в карцер, поскольку указанный вопрос подлежит разрешению в ином порядке, путем оспаривания действий учреждения в порядке, предусмотренном УИК РФ.

На сегодняшний день в российском законодательстве отсутствует специальная норма, предусматривающая содержание ...-инфицированных в общей массе осужденных. 

Согласно ч. 5 ст. 80 УИК РФ осужденные, больные разными инфекционными заболеваниями, содержатся раздельно и отдельно от здоровых осужденных. 

В ч. 2 ст. 33 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» указано, что отдельно от других подозреваемых и обвиняемых содержатся больные инфекционными заболеваниями или нуждающиеся в особом медицинском уходе и наблюдении. 

Истец, заявляя требование о возмещении вреда, должен доказать противоправность действия (бездействия) ответчика, факт и размер понесенного ущерба и причинную связь между действиями ответчика и возникшим вредом. 

При этом, по общему правилу, предусмотренном п.2 ст. 1064 ГК РФ бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, причинившем вред. 

Исходя из исследованных по делу доказательств, судом установлено, что деятельность исправительного учреждения ФКУ «СИЗО№» по обеспечению лицам, отбывающим наказание, условий содержания, касающихся санитарно-гигиенической обстановки, обслуживания коммунально-бытовых объектов, материально-бытового снабжения лица, содержащегося под стражей, обеспеченности его жилой площадью, не противоречит действующему нормативно-правовому регулированию, предусматривающему порядок и условия содержания под стражей.

Принимая решение об отказе в удовлетворении исковых требований к ответчику ФКУ «СИЗО№», суд приходит к выводу о недоказанности факта совершения работниками исправительного учреждения действий, повлекших причинение истцу какого-либо вреда.

В соответствии с положениями ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред. 

Согласно п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. 

Учитывая, что причиненные истцу по вине ответчика физические и нравственные страдания затрагивают его конституционное право на охрану здоровья и медицинскую помощь, при этом тяжких последствий не наступило, суд считает разумным и справедливым взыскать в пользу истца компенсацию морального вреда в сумме 50000 рублей.

Суд приходит к выводу, что заявленный иск подлежит удовлетворению в части взыскания компенсации морального вреда с ответчика ФКУЗ «МСЧ №», в удовлетворении иска к ответчику ФКУ «СИЗО№» следует отказать.

Согласно ч. 4 ст. 123.22 ГК РФ казенное учреждение отвечает по своим обязательствам находящимися в его распоряжении денежными средствами. При недостаточности денежных средств субсидиарную ответственность по обязательствам казенного учреждения несет собственник его имущества. 

Казенное учреждение находится в ведении органа государственной власти (государственного органа), органа местного самоуправления, осуществляющего бюджетные полномочия главного распорядителя (распорядителя) бюджетных средств (ч. 1 ст. 161 Бюджетного кодекса Российской Федерации), а финансовое обеспечение деятельности казенного учреждения осуществляется за счет средств соответствующего бюджета бюджетной системы Российской Федерации и на основании бюджетной сметы. 

Частью 7 ст. 161 Бюджетного кодекса Российской Федерации (далее БК РФ) предусмотрено, что при недостаточности лимитов бюджетных обязательств, доведенных казенному учреждению для исполнения его денежных обязательств, по таким обязательствам от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования отвечает соответственно орган государственной власти (государственный орган), орган местного самоуправления, орган местной администрации, осуществляющий бюджетные полномочия главного распорядителя бюджетных средств, в ведении которого находится соответствующее казенное учреждение. 

В соответствии с п.п. 6 п. 7 Положения о Федеральной службе исполнения наказания, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 года № 1314 «Вопросы Федеральной службы исполнения наказаний», ФСИН России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций. 

Учредителем ФКУЗ «Медико-санитарная часть № ФСИН России» является ФСИН России (т№, л.д....). 

Ответчик ФКУЗ «Медико-санитарная часть № № ФСИН России», не включен в систему государственных органов УФСИН, исходя из положений Указа Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 года № 1314 «Вопросы Федеральной службы исполнения наказаний» и Приказа ФСИН России от 20 марта 2015 года № 167 «Об утверждении Положения об управлении организации медико-санитарного обеспечения Федеральной службы исполнения наказаний», является учреждением, созданным для обеспечения деятельности уголовно-исполнительной системы.

Ответчик ФКУЗ «Медико-санитарная часть № № ФСИН России» не заявил о недостаточности денежных средств учреждения для исполнения обязательств, в связи с чем, суд не находит оснований для применения субсидиарной ответственности. 

Суд приходит к выводу о наличии возможности исполнения судебного акта в порядке, предусмотренном ст. 242.3 БК РФ, предусматривающей обращение взыскания на средства федерального бюджета по денежным обязательствам федеральных казенных учреждений, что соответствует п.19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 мая 2019 года № 13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации».

В соответствии со ст. 94 ГПК РФ, суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам относятся к судебным издержкам.

ГКУ «Курганское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» заявлено ходатайство о возмещение судебных расходов в сумме 20540 рублей, которые подлежат взысканию с ФКУЗ «МСЧ-74».

Руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

исковые требования ФИО1 о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Федерального казенного учреждения здравоохранения «Медико-санитарная часть № № Федеральной службы исполнения наказаний» в пользу ФИО1 в счёт компенсации морального вреда 50000 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор № Управления Федеральной службы исполнения наказания по Курганской области» о взыскании компенсации морального вреда отказать. 

Взыскать с Федерального казенного учреждения здравоохранения «Медико-санитарная часть № Федеральной службы исполнения наказаний» в пользу Государственного казенного учреждения «Курганское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» в возмещение расходов по экспертизе 20540 рублей.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Курганского областного суда с подачей апелляционной жалобы через Шадринский районный суд Курганской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Составление мотивированного решения отложено до 27 июля 2020 года. 

Судья- Е.В. Брагина.