РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

от 17 октября 2023 года по делу № 2-1060/2023

УИД 43RS0034-01-2023-001021-91

Слободской районный суд Кировской области в составе председательствующего судьи Дурсеневой Т. Е., 

при секретаре Бурмистровой Д. С.,

с участием ФИО1, являющейся истцом и законным представителем малолетних истцов ФИО2, ФИО3,

представителя истца - ФИО4,

ответчика ФИО5 и ее представителя ФИО6,

третьего лица ФИО7,

прокурора Облецова С.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Слободском Кировской области гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2, ФИО3 к ФИО5 о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО5, указав в обоснование, что ей, малолетним дочерям ФИО2, ФИО3 принадлежит на праве общей долевой собственности квартира №2, расположенная в двухквартирном жилом доме по адресу: 

<

...>. Квартира № 1 принадлежит ФИО5 12 июля 2020 года из-за неисправности печи в бане квартиры №1 возник пожар. В результате пожара была уничтожена квартира истцов, также обгорел ФИО8 (супруг ФИО1 и отец малолетних детей), который от полученных повреждений умер. Уничтожение имущества истцов и причинение морального вреда в связи со смертью кормильца произошло по вине ответчика. Размер материального ущерба составляет 300000 рублей. Компенсацию морального вреда истцы оценивают в размере 500 000 рублей в пользу каждого, то есть в 1 500 000 рублей в совокупности. Погибший ФИО8 принимал активное участие в воспитании детей, заботился о них и супруге, его смерть является невосполнимой утратой для истцов. На основании изложенного ФИО1, действующая в своих интересах и интересах малолетних детей, просит суд взыскать с ответчика материальный ущерб в сумме 300 000 рублей, компенсацию морального вреда в сумме 1 500 000 рублей; расходы по оплате услуг эксперта в размере 7000 рублей, по оплате госпошлины в размере 6200 рублей, по оформлению доверенности в размере 2200 рублей, почтовые расходы в размере 75 рублей 60 копеек.

В судебном заседании ФИО1 и ее представитель ФИО4 настаивали на иске.

Ответчик ФИО5 и ее представитель ФИО6 исковые требования не признали, ссылаясь на то, что ответчик не совершала каких-либо противоправных действий (бездействия), послуживших причиной возгорания, не являлась собственником бани либо владельцем на ином основании, в связи с чем не должна была следить за ее техническим состоянием. Доля в доме была приобретена для матери ФИО9, которая фактически проживала в доме, возвела баню без участия ответчика. Соответственно, ФИО9 являлась собственником бани. Полагают, что гибель ФИО8 произошла в результате воздействия огня, исходящего от строений (хозпостроек), принадлежащих истцу и самому ФИО8, а также в результате неправильных действий последнего во время пожара (вместо эвакуации через окно побежал в собственные горящие постройки). Считают размер заявленного морального вреда существенно завышенным. Также не согласны с экспертным заключением о причине пожара - из-за возгорания бани, расположенной у квартиры №1. Поскольку доля ФИО8 в жилом доме была повреждена до его смерти, перешла к истцам по наследству, то требовать восстановления данного имущества истцы не имеют права.

Протокольным определением суда от 28 августа 2023 года к участию в деле в качестве третьего лица привлечена ФИО7.

Третье лицо ФИО7 в судебном заседании поддержала позицию ответчика.

Выслушав объяснения сторон и их представителей, третьего лица, показания свидетеля ФИО10, исследовав представленные письменные доказательства, заслушав заключение прокурора, полагавшего необходимым иск удовлетворить, суд приходит к следующему.

Согласно статье 34 Федерального закона от 21 декабря 1994 года № 69-ФЗ «О пожарной безопасности» (далее – ФЗ «О пожарной безопасности»), граждане имеют право на защиту их жизни, здоровья и имущества в случае пожара, возмещение ущерба, причиненного пожаром, в порядке, установленном действующим законодательством, также граждане обязаны соблюдать требования пожарной безопасности.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии причинителя вреда.

По смыслу указанных норм для возложения на лицо ответственности за причиненный вред необходимо установление фактов наступления вреда, его размера, противоправности поведения причинителя вреда, его вины, а также причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями. Отсутствие хотя бы одного из перечисленных условий является основанием для отказа в удовлетворении требования о возмещении ущерба.

При этом бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за причинение вреда, в том числе отсутствие вины, лежит на ответчике. Факт причинения вреда, его размер и причинную связь между действиями ответчика и наступившим вредом должен доказать истец.

В силу пункта 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05 июня 2002 года № 14 «О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем» вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в статье 1064 ГК РФ, в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом необходимо исходить из того, что возмещению подлежит стоимость уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества, а также иные вызванные пожаром убытки (статья 15 ГК РФ).

Согласно статье 38 ФЗ «О пожарной безопасности», ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут, в частности, собственники имущества, а также лица, уполномоченные владеть, пользоваться или распоряжаться имуществом. 

В соответствии со статьей 210 ГК РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Из приведенных положений закона следует, что, если иное не предусмотрено законом или договором, ответственность за надлежащее и безопасное содержание имущества несет собственник, а соответственно, ущерб, причиненный вследствие ненадлежащего содержания имущества, в таком случае подлежит возмещению собственником, если он не докажет, что вред причинен не по его вине. При этом бремя содержания имущества (земельного участка, здания, строения, квартиры и находящегося в них имущества) предполагает, в том числе, принятие разумных мер по предотвращению пожароопасных ситуаций.

В силу пункта 2 статьи 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

Согласно пункту 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 названного кодекса.

В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно статье 20 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жизнь.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Из приведенных норм Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации в их взаимосвязи с положениями статей 150, 151 ГК РФ следует, что семейная жизнь, семейные связи - это неимущественное благо, относящееся к категории неотчуждаемых и не передаваемых иным способом нематериальных благ, принадлежащих каждому человеку от рождения или в силу закона. В случае причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками такого гражданина, поскольку в связи со смертью близкого человека и разрывом семейных связей лично им причиняются нравственные и физические страдания (моральный вред).

На основании пункта 2 статьи 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Установлено, что ФИО1 и ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, состояли в зарегистрированном браке с 15 мая 2009 года, от брака имеется двое детей – ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (л.д. 15, 17, 19).

Согласно выписке из ЕГРН от 08.02.2017 жилой дом по адресу: 

<

...> принадлежит на праве общей долевой собственности ответчику ФИО5 - доля в праве ?, ФИО1, ФИО8, ФИО2, ФИО3 – доля в праве у каждого 1/8 (л.д. 22-28).

Как следует из объяснений сторон, технического паспорта на домовладение (л.д. 107-108), фактически жилой дом разделен на две половины с самостоятельными входами, является двухквартирным. В квартире №2 на момент пожара проживала истец ФИО1 с супругом ФИО8 и детьми, в квартире №1 проживала мать ответчика – ФИО9. 

Справкой ОНДПР Слободского района и города Слободского от 13 июля 2020 года, материалами доследственной проверки № 71.61.2020 подтверждается, что 12 июля 2020 года в 02 часа 15 минут произошел пожар по адресу: 

<

...>, в результате которого огнем уничтожено строение дома и хозяйственных построек (л.д. 30, 40, 103-106).

По результатам проведенной проверки ст. дознавателем ОД ОНДПР Слободского района и города Слободского 02 ноября 2020 года вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела (л.д. 40), которое никем не обжаловано.

Постановлением установлено, что 11 июля 2020 года около 18 часов ФИО7 затопила металлическую печь в бане квартиры №1, процесс топки контролировала лично. Печь топилась в штатном режиме, признаков неисправности у нее не проявлялось. В этот же день, во время топки печи, по независящим от ФИО7 причинам образовалась трещина в нижней части южной стенки печи в бане, через которую начали выходить раскаленные топочные газы и искры, попавшие на горючие конструкции южной стены бани, из-за чего 12 июля 2020 года в 02 часа 15 минут произошел пожар в жилом доме по адресу: 

<

...>. В результате пожара огнем было уничтожено строение дома и хозяйственных построек. ФИО7, обращаясь с огнем (топя печь), не предвидела возможности возникновения пожара и уничтожения имущества и не могла этого предвидеть, так как образовавшаяся неисправность печи была скрыта от глаз и находилась в нижней части печи между ее металлической стенкой и южной бревенчатой стеной бани, таким образом, повредила и уничтожила чужое имущество невиновно. В возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступления, предусмотренного статьей 168 УК РФ, отказано за отсутствием состава преступления в действиях ФИО7

Согласно экспертному заключению ФГБУ «Судебно-экспертное учреждение Федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория по Кировской области» №189 от 22 октября 2020 года очаговая зона пожара, произошедшего 12 июля 2020 года в двухквартирном жилом доме по адресу: 

<

...>, находилась внутри бани квартиры №1, у ее южной стены, в месте сквозных прогаров между фундаментом и нижним бревном стены. Причиной возникновения пожара явилось загорание горючих материалов из-за термического воздействия раскаленных топочных газов и искр, выходящих через трещину в печи. Распространение горения из установленной очаговой зоны пожара происходило по сгораемым материалам и конструкциям, конусообразно вверх и радиально в стороны. Сначала горение развивалось в бане квартиры №1. Затем оно вышло на крышу бани и распространилось по хозпостройкам квартиры №1. Далее горение распространилось на хозпостройки квартиры №2. После этого горение распространилось на крышу дома и внутрь жилой части дома (л.д. 31- 39).

Заключение эксперта основано на результатах осмотра места происшествия, объяснениях очевидцев пожара, выводы мотивированы и, вопреки доводам ответчика и третьего лица, не противоречивы. Экспертом проверены все возможные причины возникновения исследуемого пожара, в том числе версия о загорании от внесенного источника зажигания, последняя признана не состоятельной. Заключение соответствует требованиям процессуального законодательства.

Данное экспертное заключение не оспорено, ходатайства о назначении судебной экспертизы ответчик и третье лицо не заявляли.

Таким образом, оценив экспертное заключение ФГБУ «Судебно-экспертное учреждение Федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория по Кировской области» №189 от 22 октября 2020 года по правилам статьи 67 ГПК РФ, суд принимает данное заключение в качестве надлежащего и допустимого доказательства определения расположения очага пожара и причины его возникновения.

Свидетель ФИО10 суду показал, что примерно 20 лет назад по просьбе ФИО9 привез и поставил сруб по адресу: 

<

...>, вырубил в нем дверной проем. Деньги за сруб платила ФИО9, договор не сохранился.

В судебном заседании из объяснений ответчика, третьего лица, показаний свидетеля ФИО10 установлено, что баня, в которой произошел пожар, была построена матерью ответчика ФИО9 на ее средства.

Вместе с тем суд учитывает, что баня возведена в качестве вспомогательной постройки к квартире №1, в пределах границ земельного участка, расположенного под жилым домом и находящегося в силу закона (статья 271 ГК РФ) в пользовании собственника квартиры №1 ФИО5 Поскольку, согласно статье 135 ГК РФ, баня является вспомогательной постройкой, предназначенной для обслуживания жилого помещения (квартиры №1), поэтому следует его судьбе.

Из изложенного следует, что указанная баня самостоятельным объектом права собственности в отрыве от права на квартиру №1 в жилом доме не является; вопреки доводам ответчика, собственником бани является ответчик ФИО5, а не ее мать ФИО9 

Вина третьих лиц, в том числе ФИО1, ФИО8, ФИО9, ФИО7 в возникновении пожара не установлена.

Таким образом, оценив собранные по делу доказательства, суд приходит к выводу, что очаг пожара находился в принадлежащем ответчику строении бани, а причиной пожара, произошедшего 12 июля 2020 года, явилось загорание горючих материалов из-за термического воздействия раскаленных топочных газов и искр, выходящих через трещину в печи.

В материалах дела отсутствуют и ответчиком суду не представлены доказательства принятия ФИО5 с учетом должной степени заботливости и осмотрительности, исходя из фактических обстоятельств, необходимых мер для предотвращения пожароопасных ситуаций, осуществления надлежащего контроля за своей собственностью, то есть отсутствия ее вины в причинении вреда. 

Противоправность поведения ответчика ФИО5 заключается в невыполнении требований действующего законодательства, согласно которому законодатель возлагает на собственника бремя содержания своего имущества, то есть поддержания его в исправном состоянии, чтобы не нарушались требования пожарной безопасности. 

С учетом вышеизложенного, поскольку причиной повреждения имущества истцов стало возгорание бани квартиры №1 из-за ненадлежащего ее содержания ФИО5, обязанной осуществлять заботу о принадлежащем ей имуществе, поддерживать в пригодном состоянии, устранять возможные угрозы и опасности, исходящие от тех или иных качеств вещей, находящихся в рассматриваемом строении, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для привлечения указанного ответчика к ответственности в виде возмещения вреда, причиненного пожаром.

В подтверждение размера причиненного пожаром материального ущерба стороной истца представлено экспертное заключение ООО «ГК «АвтоСпас» от 05 мая 2023 года, подготовленное на основании отчета об оценке №39502/23. В соответствии с указанными документами размер реального ущерба от уничтожения квартиры №2 в результате пожара по состоянию на 12 июля 2020 года составляет 300 000 рублей (л.д. 41, 46-59).

Из материалов дела следует, что ФИО8 (супруг ФИО1 и отец ФИО2, ФИО3) умер 12 июля 2020 года в 13 часов (л.д. 20).

Согласно свидетельству о праве на наследство по закону от 26 апреля 2023 года наследниками имущества ФИО8, состоящего из 1/8 доли жилого дома, находящегося по адресу: 

<

...>, являются: супруга ФИО1 в 4/6 долях, дочь ФИО2 в 1/6 доле, дочь ФИО3 в 1/6 доле (л.д. 29).

Довод ответчика о том, что из размера ущерба, причиненного истцам в результате уничтожения огнем квартиры, подлежит исключению доля ФИО8, суд отвергает как не состоятельный, поскольку в силу статьи 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности; право требования возмещения причиненного ущерба не связано неразрывно с личностью наследодателя, следовательно, перешло к истцам в порядке наследования.

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что истцу ФИО1, а также малолетним ФИО2, ФИО3 в лице их законного представителя ФИО1 подлежит возмещению материальный ущерб на общую сумму 300 000 рублей.

Разрешая требование о взыскании компенсации морального вреда, суд учитывает следующее.

Согласно акту судебно-медицинского исследования трупа №192 от 13 августа 2020 года смерть ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ г.р., наступила в результате термических ожогов 3-4 степени в области головы, шеи, грудной клетки и брюшной стенки, верхних и нижних конечностей на площади поверхности тела около 98 %. Данные повреждения по признаку опасности для жизни относятся к причинившим тяжкий вред здоровью, были получены при местном воздействии высокой температуры, возможно, в срок 12 июля 2020 года. В крови трупа ФИО8 обнаружен этанол в количестве 0,41% (промилле) (л.д. 111-113).

Опрошенная в ходе проверки по факту пожара ФИО11 пояснила, что 11 июля 2020 года они с мужем и детьми около 23-24 часов легли спать. Проснулась около 2-х часов ночи от стука в окно квартиры. Открыв дверь из жилого дома на веранду, обнаружила, что она сильно задымлена, поняла, что в доме происходит пожар. Закричала, разбудила мужа и детей. С детьми вылезла из комнаты на улицу через окно. Муж побежал на веранду квартиры, по какой причине на знает. Через некоторое время увидела, что он выбежал из квартиры через входную дверь. Его тело было сильно закопчено, имелись следы воздействия огня (оборот л.д. 110).

Принимая во внимание обстоятельства происшествия (возникновение пожара в ночное время, когда ФИО1 и члены ее семьи спали, информацией об очаге пожара, интенсивности горения, направлении огня не располагали), суд не усматривает в поведении ФИО8, принявшего меры к эвакуации из квартиры через входную дверь и получившего ожоги, не совместимые с жизнью, грубой неосторожности.

Смерть ФИО8 находится в прямой непосредственной причинной связи с противоправным поведением ответчика, в результате виновного бездействия которой возник пожар, приведший к гибели ФИО3

Оценив собранные по делу доказательства, суд приходит к выводу, что

требование истцов к ответчику о компенсации морального вреда связано с таким основанием возникновения их нравственных страданий, как утрата ФИО8 - близкого человека для супруги ФИО1 и детей ФИО2, ФИО3 (детей), что привело к разрыву их семейных связей.

Из объяснений ФИО1 в судебном заседании следует, что супруг ФИО8 являлся индивидуальным предпринимателем, его доход являлся основным для семьи. До пожара намеревались продать данное жилое помещение, купить новое, после пожара была вынуждена взять кредит на покупку нового жилья. С дочерью Анной один раз обращалась к психологу, так как после смерти отца она стала вести себя более агрессивно.

Учитывая фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, степень родства; сложившиеся семейные связи, характеризующиеся близкими отношениями, привязанностью друг к другу в силу совместного проживания на протяжении длительного времени; необратимость наступивших последствий, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу каждого из истцов по 500 000 рублей в счет компенсации морального вреда.

По мнению суда, такой размер компенсации согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья, принципами разумности и справедливости, позволяющими, максимально возместить причиненный моральный вред.

При таких обстоятельствах иск ФИО1, действующей в своих интересах и интересах малолетних детей, подлежит удовлетворению.

В соответствии с частью 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. 

Согласно статьям 88, 94 ГПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, к которым относятся, в том числе суммы, подлежащие выплате экспертам; другие признанные судом необходимыми расходы.

ФИО1 просит взыскать с ответчика расходы по определению стоимости материального ущерба в размере 7000 рублей. Факт несения истцом данных расходов подтверждается квитанцией № 003445 и кассовым чеком от 10 мая 2023 года (л.д. 43-45).

Поскольку расходы ФИО1 по определению стоимости материального ущерба документально подтверждены, связаны с проведением досудебного исследования состояния имущества, на основании которого впоследствии определена цена иска, его подсудность, суд относит их к судебным издержкам, а потому находит подлежащими взысканию с ответчика в пользу истца.

Кроме того, в соответствии с частью 1 статьи 98 ГПК РФ с ФИО5 в пользу ФИО1 подлежат взысканию судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 6200 рублей, почтовые расходы в размере 75 рублей 60 копеек, вызванные необходимостью направления ответчику копии искового заявления.

Таким образом, общий размер судебных расходов, который следует взыскать с ФИО5 в пользу ФИО1, составляет 13275 рублей 60 копеек (7000 + 6200 + 75,60).

Расходы ФИО1 по оформлению нотариальной доверенности на представителя в размере 2200 рублей возмещению не подлежат, так как из содержания доверенности следует, что она носит общий характер, не выдавалась на участие в настоящем деле. 

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, ФИО2, ФИО3 удовлетворить.

Взыскать с ФИО5 (паспорт гражданина Российской Федерации серии № номер №) в пользу ФИО1 (паспорт гражданина Российской Федерации серии № номер №), действующей в своих интересах и в качестве законного представителя малолетних ФИО2, ФИО3, материальный ущерб в размере 300 000 (триста тысяч) рублей, компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 (один миллион пятьсот тысяч) рублей, судебные расходы в сумме 13275 (тринадцать тысяч двести семьдесят пять) рублей 60 копеек.

Решение может быть обжаловано в Кировский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Слободской районный суд в течение месяца со дня принятия в окончательной форме.

Судья - подпись Т.Е. Дурсенева

Решение в окончательной форме принято 24 октября 2023 года.

Копия верна, судья -