2-1759/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

17 мая 2017 года

Орджоникидзевский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Агафоновой А. Е., при секретаре Дектянниковой А. Д., с участием истца ФИО1, ее представителя ФИО9, представителя ответчиков ФИО10, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО11, ФИО12 о защите чести, достоинства и деловой репутации, взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО11, ФИО12 о защите чести, достоинства и деловой репутации: обязании ответчиков при рассмотрении данного гражданского дела в суде принести личные извинения истцу за допущенное ими унижение чести, достоинства и деловой репутации, а также разместить на информационном стенде на первом этаже дома 

<

 № > по ул

<

 адрес > письменные извинения, - взыскании компенсации морального вреда в размере 30 000 рублей, расходов по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей, указав, что ответчики распространили несоответствующие действительности сведения, порочащие честь, достоинство и деловую репутацию истца, которые стали известны многочисленным жителям дома 

<

 № > по ул. 

<

 адрес >, а также всем сотрудникам ТСН «Уралмашевец-4» при следующих обстоятельствах. Отделом государственной статистики г. Екатеринбурга Свердловскстата Федеральной службы государственной статистики проводился опрос населения по употреблению табака в Российской Федерации, в том числе жильцов квартиры 

<

 № > в доме 

<

 адрес >. При согласовании с председателем ТСН «Уралмашевец-4» заблаговременное информирование жителей дома о проведении обследования было размещено на информационном стенде. 04.10.2016, находясь на рабочем месте, для проведения опроса запустила в дом сотрудников Отдела государственной статистики г. Екатеринбурга ФИО и ФИО2, предупредив их о том, что жильцы квартиры №

<

 № > от участия в опросе отказываются. Около 19:45 впустила в дом гостя жильцов квартиры №

<

 № > ФИО3, попросившую открыть ворота с помощью пульта управления для заезда машины. ФИО3 находилась у почтовых ящиков. Сама, пройдя к выходу из подъезда, начала открывать ворота, в это время подбежали две женщины - жилец и собственник квартиры №

<

 № > ФИО11 и ФИО12 соответственно, одна из которых была с ребенком на руках, и в агрессивной форме на повышенных тонах в присутствии ФИО3 начали обвинять: «Что вы здесь сидите, за что вы получаете деньги, пропускаете кого попало, не исполняете должностные обязанности, и что вам диспетчерам, было сказано никого не пропускать к нам в квартиру». На просьбу в таком тоне не разговаривать и не оскорблять, ФИО11 перешла на «ты», продолжая оскорблять и обвинять. На замечание о том, что «она гораздо моложе меня, чтобы так со мной разговаривать», с ее стороны начали высказываться угрозы, что «это твоя последняя смена и работать здесь ты больше не будешь». Не выдержав оскорблений и дослушивая их, дважды показала на информационную доску с объявлением и ушла в служебное помещение. Выходя из подъезда, женщины сказали вслед слово, означающее «подлого, недостойного человека». Таким образом, ответчики порочат честь, достоинство и деловую репутацию как честного и порядочного человека, поскольку как диспетчер выполняет свои функции надлежащим образом, иных конфликтных ситуаций ни с кем не возникало. Распространенные ответчиками сведения повлияли на формирование устойчивой стрессовой ситуации, которая сопровождается неоднократными вопросами жителей дома. После данной конфликтной ситуации сразу повысилось давление, поэтому пришлось оформить отгул.

Также в период с февраля по март 2017 года ответчиком ФИО12 были поданы заявления на имя председателя ТСН «Уралмашевец-4» о предоставлении информации об аморальном поведении 04.10.2016, с которыми знакомят, отбирают объяснения. Так, 03.03.2017 была ознакомлена с заявлением, в связи с чем вновь пришлось вспоминать и переживать произошедшие события, перечитывая позицию ответчика, противоречащую действительности, из-за чего вновь повысилось давление, была вынуждена вызвать Скорую помощь, с 04.03.2017 по 07.03.2017 находилась на больничном. Действия ответчиков по унижению чести, достоинства и деловой репутации, их нецензурное обращение и последующие требования об увольнении привели к стойкому ухудшению состояния здоровья, серьезным моральным страданиям, нахождении в состоянии постоянного стресса, необходимости установления в служебном помещении видеокамеры для защиты от агрессивного поведения ответчиков.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования уточнила, что просит взыскать с каждого из ответчиков компенсацию морального вреда в размере 15 000 рублей, в обоснование суду пояснила, что говорили ответчики в один голос, перебивая друг друга: «Что вы здесь сидите, за что вы получаете деньги, пропускаете кого попало, не исполняете должностные обязанности, и что вам диспетчерам, было сказано никого не пропускать к нам в квартиру». Прекратив с ними общение, ушла в служебное помещение, ответчики некоторое время еще стояли, что-то говорили, затем, выходя, назвали «подлым, недостойным человеком», но лично этого не слышала, об этом после их ухода сообщила присутствовавшая при этом ФИО3 Кто именно из ответчиков произнес это слово, не знает, ФИО3 не уточняла. Ответчики продолжают провоцировать на конфликт. Так, входя в подъезд, ФИО11 громко топает ногами, стряхивая снег; 21.02.2017 ответчики забежали в служебное помещение и стали требовать принять показания приборов учета с отметкой о принятии: ФИО11 требовала журнал регистрации в агрессивной форме, ФИО12 сказала, что диспетчер не знает, где он, на что ответила ей: «Где нам грязным, неумытым знать». В обязанности диспетчера прием каких-либо документов не входит, в связи с чем в принятии показаний отказала. После этого 22.02.2017 ФИО12 было подано заявление председателю ТСН «Уралмашевец-4», в котором также распространены не соответствующие действительности сведения о том, что набрасывалась на нее и оскорбляла. Указанные заявления передавались напрямую в ТСН «Уралмашевец-4» председателю или через инженера. По данным обращениям ФИО12 проводились служебные проверки, дважды писала объяснительные, со стороны ТСН «Уралмашевец-4» претензий к работе не имеется. По поводу событий 04.10.2016 и 21.02.2017 в правоохранительные органы не обращалась. 

Представитель истца ФИО9 заявленные требования поддержала, суду пояснила, что ФИО1 проживает в доме №

<

 № > по ул. 

<

 адрес > с 

<

 дд.мм.гггг > года, работает в ТСН «Уралмашевец-4» с 

<

 дд.мм.гггг >, знает всех жильцов, со всеми в добрососедских отношениях. В конце июля 2016 года ответчик ФИО12 приобрела в доме квартиру 

<

 № >, но не проживает в ней, а проживает ФИО11, членами ТСН «Уралмашевец-4» не являются, заехали со скандалом с ТСН «Уралмашевец-4», а также по непонятным причинам намеренно провоцируют истца на конфликт. Ответчики в грубой, агрессивной форме в крике в присутствии постороннего человека характеризовали качество выполняемой истцом работы в должности диспетчера. Также недопустимо обращение ФИО11, которой 27 лет, к ФИО1, которой 48 лет, на «ты». Моральный вред складывается также из суммы утраченного заработка за взятый 04.10.2016 отгул в сумме 1 380 рублей. 

Представитель ответчика ФИО10 заявленные требования не признал, суду пояснил, что 04.10.2016 ответчиками истцу действительно было высказано недовольство в отношении исполнения ею своих обязанностей диспетчера, возможно, резко, но не выходя за рамки приличий. Факт допуска истцом к квартире ответчиков статистов, как и непринятия у них показаний приборов учета истцом не отрицается. Оскорблений в адрес истца ответчики не высказывали, данный факт является надуманным и не подтверждается, учитывая, что сама ФИО1 слова, означающего «подлого, недостойного человека», не слышала, знает об этом со слов ФИО3, однако достоверно не установлено, кем было произнесено это слово и в чей адрес. Впоследствии ответчиками 06.10.2016 и 22.02.2017 были поданы заявления работодателю истца в лице председателя ТСН «Уралмашевец-4» о принятии мер к ФИО1 как работнику. Из данных заявлений видно, что громко и резко разговаривала при описанных конфликтных ситуациях сама ФИО1, что ею подтверждается. Данные обстоятельства вынуждают ответчика обращаться в правоохранительные органы, поскольку работодателем мер к работнику не применяется. Допрошенные свидетели очевидцами событий не являлись, подруге о переживаниях по поводу оскорбления стало известно от истца только в апреле 2017 года. Причинно-следственная связь между действиями ответчиков и состоянием здоровья истца, в связи с которым она находилась на больничном, материалами дела не подтверждается. 

Ответчики ФИО11 и ФИО12 в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом (л. 

<

...>), о причинах неявки суд не уведомлен.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ТСН «Уралмашевец-4» в судебное заседание не явился, о слушании дела извещен надлежащим образом (л. д. 27), о причинах неявки суд не уведомлен, в письменном отзыве исковые требования поддержал, указав, что ФИО1 является сотрудником ТСН «Уралмашевец-4» и 04.10.2016 находилась на своем рабочем месте в помещении вахты в фойе 

<

 № > дома по 

<

 адрес > в г. Екатеринбурге. 29.09.2016 в ТСН «Уралмашевец-4» обратился Отдел государственной статистики в г. Екатеринбурге с информационным письмом о проведении в домах, находящимся под его управлением, глобального опроса населения по употреблению табака в России в период с 29.09.2016 по 16.10.2016. По поручению председателя ТСН «Уралмашевец-4» ФИО4 данная информация была размещена для жителей домов на информационных стендах на 1 этаже. Обследованию подлежало 17 квартир, в том числе квартира 

<

 № >, принадлежащая на праве собственности ФИО12 Представители Отдела государственной статистики г. Екатеринбурга предупредили, что для успешного проведения опроса каждое выбранное домохозяйство подлежит обследованию, в связи с этим выход в адрес осуществляется не менее трех раз в случае, если по каким-то причинам провести опрос с первого раза не представилось возможным. 04.10.2016 в 19:00 ФИО и ФИО5 после предъявления удостоверения диспетчеру ФИО1 в целях проведения опроса был предоставлен доступ на придомовую территорию. Сотрудники Отдела государственной статистики г. Екатеринбурга дважды пытались осуществить опрос ответчика, однако это не удалось, а в третий раз получили отказ в очень грубой и агрессивной форме. На основании заявления ФИО12 о произошедшем конфликте с просьбой уволить ФИО1 ТСН «Уралмашевец-4» была проведена служебная проверка действий диспетчера с отобранием объяснений, по результатам дано заключение об отсутствии обстоятельств, указывающих на агрессивное, неуважительное поведение ФИО1 в отношении ФИО12 и ФИО11, а также иных оснований для применения к ФИО1 дисциплинарного взыскания. В период с февраля по март 2017 года ответчиком поданы заявления в ТСН «Уралмашевец-4» об аморальном поведении 04.10.2016 и увольнении ФИО1, а также обращения в государственные органы по данному обстоятельству (л. д. 33-35). 

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Управления Федеральной службы государственной статистики по Свердловской и Курганской области в судебное заседание не явился, о слушании дела извещен надлежащим образом (л. д. 24), о причинах неявки суд не уведомлен, в письменном отзыве указал, что в целях исполнения обязательств России Минздрав России совместно с ВОЗ и Росстатом проводил опрос взрослого населения по употреблению табака. О проведении выборочного обследования председатель ТСН «Уралмашевец-4» был проинформирован Свердловскстатом письмом от 29.09.2016 

<

 № >. Сбор сведений у населения при выборочном обследовании осуществляется специально обученным интервьюером путем обхода жилых помещений, попавших в выборку, и опроса постоянно проживающего в них населения. На территории Орджоникидзевского района г. Екатеринбурга по адресу 

<

 адрес > опрос проводила ФИО, которая сотрудником Свердловскстата не является, с ней был заключен контракт на выполнение работ для государственных нужд. Контроль за проведением опроса осуществлял главный специалист-эксперт отдела государственной статистики в г. Екатеринбурге ФИО5 В связи с чем считает, что Управление Федеральной службы государственной статистики по Свердловской и Курганской области не является заинтересованным лицом по предмету спора и не поддерживает ни одну из сторон спора (л. д. 28-29).

С учетом мнения истца и его представителя, представителя ответчиков, суд определил рассмотреть дело в отсутствие ответчиков и представителей третьих лиц.

Заслушав объяснения истца, ее представителя, представителя ответчиков, показания свидетелей, исследовав материалы дела, суд, оценив все представленные доказательства в совокупности, приходит к следующим выводам. 

В соответствии с ч. 3 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. Это положение означает также, что суд рассматривает лишь те факты нарушения прав, которые указаны в исковом заявлении.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ч. 3 ст. 29 Конституции Российской Федерации, никто не может быть принужден к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них.

В соответствии с п. п. 1, 9 ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом.

Гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений.

В п. п. 7, 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 №3 «О судебной практике по делам о защите чести, достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» содержится разъяснение, что обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации значение для дела, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем, чтобы они не стали известными третьим лицам.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

В силу пункта 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

В соответствии со статьей 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статьей 29 Конституции Российской Федерации, гарантирующими каждому право на свободу мысли и слова, позицией Европейского Суда по правам человека при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

Если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (статьи 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как установлено судом и следует из материалов дела, ТСН «Уралмашевец-4» управляет многоквартирным домом по адресу: 

<

 адрес > (л. д. 41-45).

ФИО1 работает в ТСН «Уралмашевец-4» в должности диспетчера вахты с 

<

 дд.мм.гггг > (л. д. 50).

ФИО12 с 

<

 дд.мм.гггг > является собственником квартиры №

<

 № > в доме 

<

 адрес > (л. д. 49), в данной квартире регистрированы с 

<

 дд.мм.гггг >: ФИО11, 

<

 дд.мм.гггг > года рождения, и ФИО6, 

<

 дд.мм.гггг > года рождения (л. д. 47-48). 

Как следует из искового заявления, объяснений истца и материалов дела, основанием иска являются допущенные ответчиками 04.10.2016 высказывания: «Что вы здесь сидите, за что вы получаете деньги, пропускаете кого попало, не исполняете должностные обязанности, и что вам диспетчерам, было сказано никого не пропускать к нам в квартиру», обращение ФИО11 к истцу на «ты» со словами «это твоя последняя смена и работать здесь ты больше не будешь», заявления ФИО12 от 06.10.2016 и 22.02.2017, в текстах которых, по мнению истца, содержатся сведения порочащего и ложного характера (л. 

<

...>), а также оскорбление 

<

 дд.мм.гггг > словом, означающим «подлого, недостойного человека».

Из объяснений истца следует и не оспаривается представителем ответчика, что оба ответчика произнесли фразы: «Что вы здесь сидите, за что вы получаете деньги, пропускаете кого попало, не исполняете должностные обязанности, и что вам диспетчерам, было сказано никого не пропускать к нам в квартиру». Анализируя вышеприведенные фразы, суд приходит к выводу, что сказаны они не в отношении конкретно ФИО1, а диспетчеров вообще. Кроме того, использование в словесных оборотах «что» и «за что» свидетельствует не об утверждении о факте, а о высказанном субъективном мнении ответчиков о работе диспетчеров как собственника и жильца дома сотруднику управляющей компании, в силу чего высказывание о неисполнении должностных обязанностей не может быть ни объективно подтверждено, ни опровергнуто, не было изложено в унизительной и оскорбительной форме, в связи с чем не может рассматриваться как распространение не соответствующих действительности порочащих сведений и не является предметом судебной защиты в порядке ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со ст. 23 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на защиту своей чести и доброго имени. Положениями ст. 29 Конституции Российской Федерации предусмотрено, что в Российской Федерации каждому гарантируется свобода мысли и слова; никто не может быть принужден к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них; каждый имеет право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом.

При этом осуществление указанных прав находится в неразрывном нормативном единстве с положениями ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц, и с положениями ч. 1 ст. 21 Конституции Российской Федерации, согласно которой достоинство личности охраняется государством, и ничто не может быть основанием для его умаления.

Из анализа данных конституционных норм в их взаимосвязи следует, что право на выражение своего мнения не допускает употребление в нем оскорбительных выражений, унижающих защищаемое конституционными нормами достоинство личности каждого.

Оскорбительные выражения являются злоупотреблением правом на свободу слова и выражения мнения, в связи с чем в силу ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются.

Вместе с тем, обращение ответчика ФИО11 (

<

 данные изъяты > лет) к истцу ФИО1 (

<

 данные изъяты > лет) на «ты» в фразе «это твоя последняя смена и работать здесь ты больше не будешь» не является неприемлемым с точки зрения общественной морали, учитывая, что обе стороны в возрасте средних лет, и не является прямым оскорблением.

Как следует из объяснений истца, лично от ответчиков в свой адрес слова, означающего «подлого, недостойного человека», не слышала, узнала об этом от ФИО3, которая не поясняла, кем именно из ответчиков данное слово было произнесено. В объяснениях председателю ТСН «Уралмашевец-4» ФИО3 указала, что «уже выходя из подъезда, одна из женщин обозвала диспетчера нецензурной лексикой» - «подлым, недостойным человеком» (л. д. 11). Из данных объяснений не представляется возможным с достоверностью установить, кем именно данное слово было произнесено и в отношении кого, учитывая также, что, как следует из объяснений истца, после того, как ФИО1 ушла в служебное помещение, ответчики некоторое время еще что-то говорили, и после этого, уходя, кто-то из них произнес это слово. 

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО7 суду пояснила, что является близкой подругой ФИО1, с которой дружат с 

<

 дд.мм.гггг > года. Со слов ФИО1 известно, что около 1-2 месяцев назад ее оскорбила ФИО12, об этом истцу стало известно от другой женщины. Впервые на некорректное поведение ФИО12 и ухудшение здоровья ввиду повышения давления истец пожаловалась ей в апреле 2017 года, до этого говорила, что на работе все хорошо.

Свидетель ФИО8 суду пояснила, что является матерью ФИО1 Со слов дочери ей известно о произошедшем 04.10.2016 конфликте, в ходе которого в адрес дочери ФИО12 было сказано оскорбительное слово. 

Показания свидетелей о том, что ФИО12 произнесла указанное оскорбительное слово в адрес истца, суд оценивает критически, поскольку об этом им известно со слов ФИО1, которая в судебном заседании пояснила, что лично этого не слышала и не знает, кто именно его произнес и в каком контексте. Ни один из допрошенных в судебном заседании свидетелей непосредственным очевидцем конфликта 04.10.2016 не являлся.

В нарушение ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, истцом не представлено совокупности достаточных и достоверных доказательств того, кем именно было произнесено указанное слово и в отношении кого, несмотря на то, что в определении о подготовке дела к судебному разбирательству от 05.04.2017, полученном истцом 22.04.2017, разъяснено сторонам распределение бремени доказывания по делу, а также истцу предложено представить в суд к 17.05.2017 доказательства распространения ответчиками сведений об истце, их порочащего характера, причинения вреда при определенных обстоятельствах и конкретным лицом, в том числе посредством свидетелей (л. 

<

...>).

Оценивая представленные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу, что совокупности достаточных и достоверных доказательств того, что в адрес ФИО1 конкретным ответчиком было высказано слово, означающие «подлого, недостойного человека», не представлено. 

Согласно материалам дела, 07.10.2016 ФИО12 обратилась к председателю ТСН «Уралмашевец-4» с заявлением от 06.10.2016, в котором указала, что 04.10.2016 обратилась к консьержу ФИО1 с просьбой довести до сведения интервьюеров не беспокоить жителей квартиры 

<

 № >, так как у них болеет маленький ребенок. ФИО1, даже не дослушав, начала повышать голос и кричать в присутствии ребенка. Попросила сбавить тон, так как она может напугать ребенка. В ответ на обращение ФИО1 стала кричать еще громче, оскорблять ее и ее дочь, которая попыталась заступиться. ФИО1 возмущенно кричала о том, кто такая и какое имеет право к ней обращаться. Ее поведение становилось все более агрессивным, и были вынуждены поспешно уйти, так как испугались за свою безопасность. Просит принять срочные меры: предоставить объяснения аморального, безобразного поведения сотрудника ФИО1, находящегося при исполнении должностных обязанностей, предполагающих обеспечение безопасности, за которое платит деньги; обеспечить свободный и безопасный вход в жилище, оградив от «нападений» ФИО1; немедленно уволить сотрудника ФИО1 за ненадлежащее исполнение своих обязанностей на рабочем месте. До момента выполнения требований отказывается от оплаты за услуги консьержа, которые включены в статью «содержание жилья», так как она не только не обеспечивает безопасность, но, мало того, представляет угрозу (л. д. 12).

03.03.2017 ФИО12 обратилась к председателю ТСН «Уралмашевец-4» с заявлением от 22.02.2017, в котором указала, что 21.02.2017 обратилась к консьержу ФИО1 с просьбой принять показания индивидуальных приборов учета горячей и холодной воды за февраль 2017 года. Войдя в служебное помещение, где в это время находилась ФИО1, попыталась передать ей листок с занесенными в него показаниями приборов учета. В ответ на обращение ФИО1 выхватила из рук этот листок, швырнула его в лицо и, набросившись с применением оскорблений, вытолкала из служебного помещения. Так как с агрессивным поведением ФИО1 сталкивается не впервые, испугалась за свою безопасность и не стала настаивать на исполнении просьбы - принять показания. Листок с отраженными показаниями приборов учета за февраль 2017 года был передан в ТСН «Уралмашевец-4» через почтовый ящик, принадлежащий ТСН, без отметки в получении со стороны ТСН «Уралмашевец-4». Просит принять срочные меры: предоставить объяснения аморального, безобразного поведения сотрудника ФИО1, находящегося при исполнении должностных обязанностей, предполагающих обеспечение безопасности, за которое платит деньги; обеспечить свободный и безопасный вход в жилище, оградив от «нападений» ФИО1; немедленно уволить сотрудника ФИО1 за ненадлежащее исполнение своих обязанностей на рабочем месте; предоставить право безопасно выполнять обязанность по передаче показаний приборов учета с получением отметки о принятии со стороны ТСН «Уралмашевец-4». До момента выполнения требований отказывается от оплаты за услуги консьержа, которые включены в статью «содержание жилья», так как она не только не обеспечивает безопасность, но, мало того, представляет угрозу (л. д. 13),

Из объяснений ФИО1 следует, что в данных заявлениях изложены не соответствующие действительности порочащие ее честь, достоинство и деловую репутацию сведения о том, что она кричала, оскорбляла, выхватывала и швыряла листок, выталкивала, была агрессивна. 

Между тем, истец не отрицает, что в общении с ответчиками повышала голос.

Проанализировав текст заявлений, их смысловую направленность, а также поведение истца, суд приходит к выводу, что оспариваемые сведения являются субъективным мнением ФИО12 как собственника квартиры о работе сотрудника управляющей компании многоквартирного жилого дома по ряду произошедших событий, имевших место 04.10.2016 и 21.02.2017, и не являются сведениями, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию ФИО1

Мнение кого бы то ни было о фактах, событиях, лицах - это суждение, выражающее субъективную, личную точку зрения, отношение. Мнение не является утверждением о фактах и, соответственно, не может быть истинным или ложным и не подлежит проверке на его соответствие действительности. Мнение содержит информацию не о самой действительности (фактах), а о том, какой образ действительности сложился у кого-то, оценку фактов и их комментарии.

Кроме того, согласно п. 1 ст. 123.12 Гражданского кодекса Российской Федерации, товариществом собственников недвижимости признается добровольное объединение собственников недвижимого имущества (помещений в здании, в том числе в многоквартирном доме, или в нескольких зданиях, жилых домов, дачных домов, садоводческих, огороднических или дачных земельных участков и т.п.), созданное ими для совместного владения, пользования и в установленных законом пределах распоряжения имуществом (вещами), в силу закона находящимся в их общей собственности или в общем пользовании, а также для достижения иных целей, предусмотренных законами.

В соответствии с п. 2 ст. 123.14 Гражданского кодекса Российской Федерации, в товариществе собственников недвижимости создаются единоличный исполнительный орган (председатель) и постоянно действующий коллегиальный исполнительный орган (правление).

Согласно уставу ТСН «Уралмашевец-4», товарищество осуществляет управление многоквартирным домом, выполнение работ и услуг по содержанию и ремонту, проведение мероприятий, направленных на обеспечение соблюдения прав и законных интересов собственников помещений в многоквартирном доме при установлений условий и порядка владения, пользования и распоряжения общей собственностью, принятие мер, необходимых для предотвращения или прекращения действия третьих лиц, затрудняющих реализацию прав владения, пользования и в установленных законодательством пределах распоряжения собственников помещений общим имуществом в многоквартирном доме или препятствующих этому, представление законных интересов собственников помещения в многоквартирном доме (л. д. 41-43). 

Как следует из должностной инструкции диспетчера вахты ТСН «Уралмашевец-4», вахтер обеспечивает контроль безопасности проживания и контроль доступа на территорию, которая определена как зона ответственности для вахтера (охраняемые подъезды) и придомовая территория в зоне охраняемых подъездов; вахтер является интерфейсом между собственниками и работниками/правлением ТСН, а также между собственниками (жильцами) и службами, обеспечивающими обслуживание дома и его безопасность. Вахтер подчиняется председателю правления ТСН, инженеру ТСН либо лицам, их заменяющим (л. д. 51-56). 

Заявления вручены ТСН «Уралмашевец-4» на имя его председателя, к компетенции которого относится предъявление требований к работнику об исполнении им трудовых обязанностей. При этом ФИО12 были предприняты достаточные меры конфиденциальности для того, чтобы изложенные ею сведения не стали известны третьим лицам; доказательств распространения информации, содержащейся в рассматриваемых обращениях, иным лицам в материалах дела не имеется. Заявления, адресованные собственником квартиры председателю ТСН «Уралмашевец-4», являются документами, которые предназначены только для служебного, внутреннего пользования, в которых изложены суждения относительно качества выполняемой истцом работы, и не предназначены для представления в какие-либо организации либо гражданам. Из материалов дела следует, что по заявлениям ФИО12 была проведена проверка, отобраны объяснения (л. 

<

...>), составлено заключение (л. 

<

...>), к истцу не применялись какие-либо меры взыскания.

Таким образом, в данном случае суд исходит из того, что сообщение сведений руководителю юридического лица о неправомерном, с точки зрения истца, поведении сотрудника, не может рассматриваться как распространение сведений в смысле ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку ответчиком реализовано право на обращение в орган управления товарищества, который в силу закона наделен правом рассматривать обращения собственников жилья.

Проанализировав совокупность представленных доказательств и установленных фактических обстоятельств, суд приходит к выводу об отсутствии достоверных доказательств, подтверждающих, что обращение в указанный орган не имело под собой никаких оснований, было обусловлено исключительно желанием ответчика причинить вред истцу, а не защитить свои права и интересы, учитывая, что сведения, которые оспаривает истец, касаются только ее деятельности в должности диспетчера вахты ТСН «Уралмашевец-4», а не затрагивают какие-либо иные аспекты жизни или личности истца. При этом отрицательное суждение о каком-либо событии, связанном с его трудовой или общественной деятельностью, характере и методах осуществления функций является одним из проявлений свободы слова и мысли и не свидетельствует о намерении распространить порочащие сведения.

При этом суд учитывает, что свобода выражения мнения распространяется не только на «информацию» и «мнения», воспринимаемые положительно, считающиеся не оскорбительными или рассматриваемые как нечто нейтральное, но и на шокирующие или причиняющие беспокойство.

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что обращение ответчика ФИО12 к работодателю истца обусловлено наличием отношений в рамках деятельности ТСН «Уралмашевец-4», а совокупность указанных выше обстоятельств повлияла на ее субъективную оценку непосредственного поведения истца в рамках решения текущих вопросов, доводы заявлений фактически были направлены в защиту интересов ответчиков без намерения причинить вред истцу и без цели распространить в отношении нее сведения порочащего характера, в связи с чем заявленные требования не подлежат защите в порядке ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Выражения ответчика в заявлениях в отношении истца носили общеупотребимый бытовой характер, не являлись оскорбительными, нецензурными.

Так как факты распространения ответчиками сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию ФИО1, оскорбления не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела, то требования истца о взыскании с ответчиков компенсации морального вреда не подлежат удовлетворению.

При этом суд также отмечает, что, согласно разъяснениям, содержащимся в п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 №3 «О судебной практике по делам о защите чести, достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», извинение как способ судебной защиты чести, достоинства и деловой репутации статьей 152 Гражданского кодекса Российской Федерации и другими нормами законодательства не предусмотрено, поэтому суд не вправе обязывать ответчиков по данной категории дел принести истцам извинения в той или иной форме.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 13, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО11, ФИО12 о защите чести, достоинства и деловой репутации, взыскании компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Орджоникидзевский районный суд г. Екатеринбурга.

Председательствующий

Мотивированное решение изготовлено 22.05.2017.

Судья