Дело № 10-2-2/2025 мировой судья А.Н. Магомедова

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

город Вышний Волочёк 24 июня 2025 года

Вышневолоцкий межрайонный суд Тверской области в составе: 

Председательствующего судьи Варашева В.В.,

при секретаре судебного заседания Елистратовой Ю.В.,

с участием прокурора – заместителя прокурора Фировского района Тверской области Ракова И.И.,

осужденного ФИО1,

защитника-адвоката Максименковой И.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Максименковой И.А. на приговор мирового судьи судебного участка № 63 Тверской области от 27 февраля 2025 года, которым 

ФИО1, 

<

данные изъяты> проживающий и зарегистрированный и проживающий по 

<

адрес> не судимый,

осуждён по п.п. «б», «в» ч. 1 ст. 256 УК РФ к наказанию в виде обязательных работ сроком на 180 часов.

Взыскано с ФИО1 в пользу Российской Федерации в лице Московско-Окского территориального управления Федерального агентства по рыболовству в счет возмещения материального ущерба 50 850 рублей.

Процессуальные издержки в размере 3 292 рубля постановлено возместить за счет средств федерального бюджета, разрешен вопрос по вещественным доказательствам,

у с т а н о в и л :

ФИО1 признан виновным в незаконной добыче (вылове) водных биологических ресурсов, с применением запрещенных орудий и способов массового истребования водных биологических ресурсов, на миграционных путях к местам нереста.

Преступление совершено 3 мая 2024 года, в акватории озера Шлино Фировского района Тверской области при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.

В судебном заседании Рябов вину в предъявленном обвинении не признал. 

В апелляционной жалобе адвокат Максименкова И.А. просит приговор отменить, ФИО1 в инкриминируемом преступлении – оправдать.

Автор жалобы приводит положения Определений Конституционного суда Тверской области РФ от 29 мая 2014 года № 1273-О и от 25 октября 2028 года № 2774-О, Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 ноября 2010 года № 26 «О некоторых вопросах применения судами законодательства об уголовной ответственности в сфере рыболовства и сохранения водных биологических ресурсов (часть 2 статьи 253, статьи 256, 258.1 УК РФ)», Федеральный закон от 20 декабря 2004 года № 166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов», Правила рыболовства для Волжско-Каспийского рыбохозяйственного бассейна, утвержденных приказом Министерства сельского хозяйства РФ от 13 октября 2022 года № 695 и полагает, что суд необоснованно признал озеро Шлино, которое не включено в Государственный рыбохозяйственный реестр, в качестве водного объекта, на который распространяются запреты на вылов рыбы. 

Отмечает, что ст. 256 УК РФ носит бланкетный характер и учитывая, что приведенные положения закона и подзаконные акты не применимы, ФИО1 необоснованно признан виновным. 

Полагает, что ссылка на нарушение Правил рыболовства для Волжско-Каспийского рыбохозяйственного бассейна, утвержденных приказом Министерства сельского хозяйства РФ от 13 октября 2022 года № 695, несостоятельна, поскольку данные правила применимы только к водным объектам рыбохозяйственного значения, каким не является озеро Шлино Фировского района Тверской области. Ссылок на нормативные акты, указывающие на то, что озеро Шлино отнесено к водным объектам рыбохозяйственного значения, в приговоре не приведено, тогда как данное обстоятельство, по мнению автора жалобы, является существенным при описании объективной стороны преступления.

Из постановления о признании потерпевшим следует, что Московско-Окскому территориальному управлению Федерального агентства по рыболовству причинен материальный ущерб, и данное агентство признано потерпевшим. Вопреки требованиям ст. 225 УПК РФ обвинительный акт содержит неверные сведения о потерпевшем, поскольку таковым в данном случае не может являться орган государственного надзора в сфере регулирования рыболовства и охраны водных ресурсов.

Ссылаясь на пп. 1, и 2 ст. 6, ч.ч. 1,3 ст. 10 Федерального закона от 20 декабря 2004 года № 166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» указывает, что Московско - Окское территориальное управление Федерального агентства по рыболовству необоснованно признано потерпевшим.

Автор жалобы обращает внимание на то, что заключение ихтиологической судебной экспертизы от 7 августа 2024 года выполнено в нарушение требований ст. 204 УПК РФ, поскольку его выводы не мотивированы и повторяют разъяснение Тверского областного отдела по рыболовству от 7 мая 2024 года и заключение от 31 мая 2024 года выполненного тем же экспертом, что является нарушением требований ст. 207 УПК РФ. 

Вывод в экспертизе от 7 августа 2024 года о том, что озеро Шлино является путем миграции рыб к местам нереста не содержит более точных сведений, в том числе и какой объект является путем миграции рыб к местам нереста, а также ссылок на нормативные документы, свидетельствующие о том, что озеро Шлино, расположенное в Фировском районе Тверской области, является миграционным путем указанных видов рыб к месту их нереста.

Никаких доказательств, указывающих, что озеро Шлино является путем миграции рыб к местам нереста, кроме заключения указанной экспертизы от 7 августа 2024 года, которое является необоснованным, в приговоре не приведено.

В заключении ихтиологической судебной экспертизы от 7 августа 2024 года нет ссылок по отнесению запрещенного орудия вылова мережи к способам массового истребления водных биологических ресурсов.

Ходатайство стороны защиты о назначении повторной и дополнительной ихтиологической экспертизы для установления способа, которым добыта, изъятая рыба, необоснованно отставлено без удовлетворения. При этом стороной обвинения не представлены в качестве доказательств изъятые у ФИО1 два белых мешка с рыбой, а в постановлении от 12 февраля 2025 года суд уже высказался о том, что указанные нарушения не препятствуют суду в постановлении законного и обоснованного приговора, то есть тем самым суд уже на тот момент предопределил свое решение по делу.

Защитник просит учесть, что суд, признав показания свидетелей Свидетель №1 и ФИО6 в части воспроизведения ими сведений, сообщенных ФИО1 об обстоятельствах совершения преступления, как на доказательства виновности подсудимого недостоверными, раскрыл данные обстоятельства в описательно-мотивировочной части приговора.

Обращает внимание, что протокол осмотра места происшествия составлен с нарушением требований уголовно-процессуального закона и содержит не достоверные сведения. 

По мнению защитника, время составления протокола, позволяло пригласить понятых, а не применять фотофиксацию. Полагает, что одновременно проводить осмотр, замеры пересчет и фиксировать ход данного следствия одно и тоже лицо (сотрудник полиции ФИО6) невозможно. Измерительные технические средства либо приборы, позволяющие измерить расстояние в целях привязки к объектам и территориям, не применялись, что не позволяет считать указанные сведения в протоколе достоверными и не имеется возможность проверить их на месте, указанном в протоколе. В протоколах осмотров места происшествия не описаны процессуальные действия, порядок как они происходили в действительности. Из протокола осмотра места происшествия от 3 мая 2024 года следует, что кроме ФИО1, никакие участвующие лица, в том числе специалист либо эксперт участия не принимали. Каким образом сотрудник полиции - УУП ОУУП и ПДН МО МВД России «Вышневолоцкий» ФИО6, не имея специальных познаний, не указывая внешнего вида, размера, определенных родовых признаков и строения рыбы и др., не пользуясь какими-либо справочниками в области ихтиологии, определил вид либо породу рыб, в протоколе не указано. Указание в протоколе, что в ходе осмотра ФИО1 добровольно предоставлены орудия лова мережи в количестве 3 штук не соответствует действительности и не подтверждено ФИО1. В протоколе не указано, где именно находились 3 мережи на момент их обнаружения, их описание, размеры и характеристики, каким образом они оказались в лодке, нет этого и на приобщенной фототаблице. Из протокола следует, что изъятое имущество никаким образом не опечатывалось и не снабжалось пояснительной надписью, не заверялось подписью участвующих лиц. Свидетель ФИО6 в судебном заседании показал, что рыба была сложена в два белых полимерных мешка, которые затем помещены в служебный автомобиль, не опечатывались и не снабжались никакими пояснительными надписями, что свидетельствует о нарушении требований ч. 3 ст. 177 УПК РФ.

Невозможно установить, что экспертами осматривалась именно изъятая рыба, нет пояснительных надписей, упаковки, оттисков печатей при ознакомлении с вещественными доказательствами не обнаружено.

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 3 мая 2024 года, изъятая рыба находилась в двух мешках белого цвета, однако указанные белые мешки не признаны вещественными доказательствами, не осмотрены, не изъяты, суду не были представлены, место нахождение указанных предметов не установлено, служебной проверки либо мер прокурорского реагирования по данному факту не имеется. Согласно квитанции о приеме изъятых вещей и документов на хранение № 08-28-3/14, следует, что 6 мая 2024 года Свидетель №1 передал на хранение старшему государственному инспектору ФИО2 рыбу, упакованную в черные полиэтиленовые пакеты и 3 мережи в черном полиэтиленовом пакете. Таким образом, неизвестно место хранения изъятого имущества, в том числе рыбы в двух мешках белого цвета, в период с 3 мая 2024 года по 6 мая 2024 года, а также не установлено в настоящее время место хранения двух мешков белого цвета с рыбой, изъятых у ФИО1 3 мая 2024 года.

При ознакомлении с вещественными доказательствами рыба с 3 мережами находились в черных полиэтиленовых пакетах в помещении Московско - Окского территориального управления Федерального агентства по рыболовству в города Вышний Волочек Тверской области, на упаковке двух черных пакетов с рыбой и пакетом с мережами не имеется никаких пояснительных надписей, вещественные доказательства не опечатаны, не имеется сведений об опечатывании указанных предметов дознавателем либо экспертом. В одном из пакетов с замороженной рыбой имеется полиэтиленовый пакет фиолетового цвета. На двух пакетах имеется копия прикрепленной квитанции от 6 мая 2024 года, иных обозначений с пояснительными надписями, снабженных подписями должностных лиц либо печатями не имеется. Указанные обстоятельства не дают оснований полагать, что рыба в двух черных полиэтиленовых пакетах и 3 мережи являются именно теми предметами, которые были изъяты 3 мая 2024 года.

Таким образом, суд был лишен возможности дать оценку тому какое количество водных биологических ресурсов и какого вида находилось в двух мешках на момент осмотра и изъятия, а также что именно было изъято из указанного и названного сотрудником полиции как 3 мережи. 

Указывает, что отметка в протоколе осмотра места происшествия от 3 мая 2024 года об ознакомлении с ним участников следственного действия путем личного прочтения не соответствует действительности, поскольку ФИО1 страдает заболеванием глаз, а очки при себе не имел. Кроме того, в протоколе имеются подписи ФИО12 и Свидетель №1, которые участия в осмотре места происшествия не принимали.

Нарушение порядка обнаружения и изъятия влечет признание недопустимым и собранных в последующем доказательств по уголовному делу, то есть производных от них.

Обращает внимание на то, что суд сослался как на доказательство рапорт помощника следователя от 3 мая 2024 года, который в соответствии с УПК РФ к числу доказательств относится не может. 

Полагает, оглашение судом по собственной инициативе акта контрольно-надзорного мероприятия от 3 мая 2024 года, нарушило принципы состязательности и равноправия сторон. 

Также суд признал доказательством распоряжение начальника МО МВД России «Вышневолоцкий» от 26 апреля 2024 года № 6390, не придав значение тому, что в данном распоряжении отражено о проведении оперативно-профилактического мероприятия «Нерест» в период с 15 апреля 2023 года по 15 июня 2023 года, а не в период исследуемого события.

Суд ссылается в качестве доказательств виновности ФИО1 на видеозаписи, изученные в судебном заседании, которые не могут являться достоверными доказательствами, так как на просмотренных видеозаписях невозможно идентифицировать ни место, ни дату, ни время съемки, ни силуэт человека, который изображен на видео.

Сам мобильный телефон, на который якобы происходила видеозапись, в ходе дознания у ФИО6 не изымался и не исследовался, на предмет соответствия видеозаписи указанным обстоятельствам и отсутствии монтажа.

Подсудимый ФИО1 не подтвердил тот факт, что на указанных видеозаписях он либо его лодка, а также сообщил, что в момент его нахождения на озере Шлино, на озере также находилось иное лицо на лодке.

Указанные обстоятельства стороной обвинения не опровергнуты, достаточных доказательств, которые указывают, что на видеозаписи именно ФИО1, суду не представлено.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель просит приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката без удовлетворения.

Представитель потерпевшего в возражениях, не согласившись с доводами апелляционной жалобы, указала на то, что судом сделан правильный вывод о том, что изъятые у ФИО1 орудия лова являлись запрещенными, что соответствует Правилам рыболовства для Волжско-Каспийского рыбохозяйственного бассейна, утвержденных приказом Министерства сельского хозяйства РФ от 13 октября 2022 года № 695. Озеро Шлино в соответствии с Постановлением правительства РФ от 28 февраля 2019 года № 200 «Об утверждении положения об отнесении водного объекта или части водного объекта к водным объектам рыбохозяйственного назначения и определении категории водных объектов рыбохозяйственного значения», является водным объектом рыбохозяйственного назначения Фировского района Тверской области, расположено на территории обслуживания Волжско-Каспийского рыбохозяйственного бассейна, в связи с чем мировым судьей правильно определен потерпевший. 

Выслушав стороны, проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы суд находит осуждение ФИО1 по п.п. «б», «в» ч.1 ст. 256 УК РФ обоснованным. 

Приведенные защитником доводы были предметом исследования в суде первой инстанции, тщательно проверены судом и получили правильную оценку в приговоре. Оснований сомневаться в данной судом оценке доказательств, суд апелляционной инстанции не находит. 

Вина ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления полностью подтверждена показаниями представителя потерпевшего ФИО2, свидетелей ФИО6, Свидетель №1, ФИО13, совокупностью письменных материалов уголовного дела, а также вещественными доказательствами.

Вышеизложенные показания, добыты в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, согласуются с объективной картиной произошедшего и подтверждаются совокупностью других доказательств, исследованных в судебном заседании. 

Содержащиеся в доказательствах данные о фактических обстоятельствах дела логичны, последовательны, согласуются между собой, существенных противоречий в исследованных доказательствах, которые могут быть истолкованы в пользу подсудимого, судом не установлено, оснований не доверять исследованным доказательствам не имеется, поэтому суд законно признал их достоверными и в совокупности достаточными для вывода о виновности подсудимого и для правильной юридической оценки содеянного.

Так из показаний свидетелей ФИО6 и Свидетель №1 усматривается, что в рамках проведения профилактического мероприятия «нерест» они на озере Шлино увидели ФИО1, который что- то доставал из воды и вытаскивал рыбу, которую складывал в белые мешки, увидев их, находясь в лодке, пытался отплыть от берега и выкинул один мешок с рыбой, который они подобрали, после чего, подсудимый добровольно указал, где у него установлены мережи, согласуются с протоколом осмотра места происшествия, согласно которому, на берегу озера Шлино изъята рыба породы Лещ в количестве 99 штук, рыба породы Язь в количестве 1 штука, рыба породы Плотва в количестве 1 штука, рыба породы Красноперка в количестве 1 штука и мережа в количестве 3 штук, которые были осмотрены, протоколом осмотра места происшествия с участием свидетеля ФИО6, согласно которому последний указал на место совершения преступления, актом контрольного мероприятия от 3 мая 2024 года, протоколами выемки и осмотра вещественных доказательств, протоколом обыска об изъятии у ФИО1 по месту жительства фрагментов сети нитчатой, в том числе в виде мережи, заключением эксперта и другими доказательствами, содержание которых подробно раскрыто в приговоре. 

Указанные доказательства, положенные в основу приговора, получены в установленном законом порядке, являются допустимыми, получили должную оценку в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ, при этом суд в приговоре подробно мотивировал свое решение о том, почему он принимает данные доказательства.

Протокол осмотра места происшествия составлен уполномоченным лицом, в соответствии со ст.ст. 170, 177 УПК РФ. Осмотр проведен без участия понятых, с применением средств фотофиксации. При этом приведенные положения закона предоставляют лицу производящему осмотр самостоятельно определять способ фиксации следственного действий, или при помощи фотографирования или путем приглашения понятых, не связывая этот выбор с наличием возможности приглашения понятых. 

Количество и виды рыбы, мережей, изъятых с места преступления соответствует протоколу их дальнейшего осмотра и заключению эксперта, в связи с чем ставить под сомнение данные обстоятельства суд не усматривает. Осмотр проводился в присутствии ФИО1, последний замечаний к протоколу не предъявил, сотрудникам полиции об отсутствии возможности ознакомится с протоколом путем прочтения не сообщил, при этом как сам показал в судебном заседании, протокол ему был прочитан. Показания ФИО1 о том, что изъятые мережи ему не принадлежат выглядят неубедительно. Местонахождение мережей ФИО1 показал сам, что следует из не имеющих противоречий показаний Свидетель №1 и ФИО6, при этом по месту жительства последнего изъяты сети, в т.ч. и части мережей. Кроме того, показывая о том, что ФИО1 приехал на озеро с целью рыбалки, он не смог логично объяснить отсутствие удочки. 

При таких обстоятельствах, суд оснований для признания протокола осмотра места происшествия недопустимым доказательством, не усматривает. 

Экспертиза проведена ведущим ихтиологом, т.е. лицом, обладающим специальными познаниями, предупрежденным об уголовной ответственности, обосновавшим свои выводы, исследовательская часть экспертизы содержит описание объекта оценки и ссылки на нормативно-правовые документы, в связи с чем доводы защитника о недопустимости экспертизы, несостоятельны. 

Вывод мирового судьи об отнесении озера Шлино к водным объектам, на которые распространяется юрисдикция Московско-Окского территориального управления Федерального агентства по рыболовству и применении Правил рыболовства для Волжско- Каспийского рыбохозяйственного бассейна, утвержденных приказом Министерства сельского хозяйства РФ № 695 от 13 октября 2022 года надлежащим образом мотивирован, доводы жалобы в этой части направлены исключительно на переоценку данных обстоятельств, данную судом первой инстанции. Исходя из положения указанной организация она осуществляет полномочия на территории всей Тверской области. 

Исходя из приведенных правил рыболовства п. 48, п. 156 главы V «Любительское рыболовство» мережи, использованные при добычи рыбы ФИО1, являются запрещенным орудием и способом лова, и исходя из их характеристик, что соответствует заключению эксперта, направлены на массовое истребление водных биологических ресурсов, на миграционных путях к местам нереста, которые могли повлечь массовую гибель (истребление) водных биологических ресурсов.

Принимая во внимание заключение эксперта, суд находит верным вывод суда первой инстанции, что преступление совершено ФИО1 миграционных путях к местам нереста. 

Учитывая характер действий ФИО1, количество выловленной им рыбы, применения для этого запрещенных орудий лова, суд приходит к тому, что действия ФИО1 носили умышленный характер. 

Причиненный действиями подсудимого ущерб, определен судом с учетом такс, утвержденных постановлением Правительства РФ от 3 ноября 2018 года № 1321, составил 50 850 рублей и установлен правильно. 

Приговор в части описания события преступления, вопреки утверждению защитника содержит ссылки на нормативно-правовые документы, регулирующие правоотношения в части добычи водных биологических ресурсов. 

Судом не было отказано в назначении экспертизы, данное ходатайство было отозвано защитником. 

Между тем, суд соглашается с защитником о том, что рапорт помощника следователя СО МО МВД России «Вышневолоцкий» ФИО7 от 3 мая 2024 года, в соответствии со ст. 74 УПК РФ, не отнесен к силу доказательств, а является поводом и основанием возбуждения уголовного дела, в связи с чем ссылка на него в приговоре подлежит исключению. 

В связи с изложенным, действия ФИО1 суд правильно квалифицировал по п.п. «б», «в» ч. 1 ст. 256 УК РФ, как незаконную добычу (вылов) водных биологических ресурсов, с применением запрещенных орудий и способов массового истребления водных биологических ресурсов, на миграционных путях к местам нереста.

Исследование мировым судьей по собственной инициативе акта контрольного мероприятия, которое не приведено в обвинительном акте как доказательство со стороны обвинения, не свидетельствует о нарушении принципов состязательности и равноправия сторон, поскольку данный акт был оглашен при исследовании материалов уголовного дела, с которым, включая данный акт, еще на стадии дознания была ознакомлена сторона защиты. Таким образом, при исследовании материалов дела, суд обоснованно исследовал данный документ, как имеющий отношение к установлению обстоятельств инкриминируемого ФИО1 события преступления. 

Утверждение, что отказывая в возвращении уголовного дела прокурору, суд, до удаления в совещательную комнату, высказался по существу дела, предопределив свое решение, не соответствуют действительности. В указанном постановление, в той части на которую обратил внимание защитник, мировой судья по существу привел положения закона, которые регулируют возвращение дела прокурору. 

В соответствии со статьей 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ч. 1 ст. 10 Федерального закона от 20 декабря 2024 года № 166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» водные биоресурсы находятся в федеральной собственности.

Суд соглашается с выводами мирового судьи в части разрешения гражданского иска. Выводы суда о взыскании имущественного ущерба, установленного заключением эксперта, с ФИО1, суд апелляционной инстанции находит установленными на основании норм закона.

Таким образом, приговор постановлен с учетом непосредственно исследованных в судебном заседании доказательств, которым дана надлежащая оценка, правильность которой у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывает. Тот факт, что изложение некоторых письменных доказательств аналогично обвинительному заключению, не свидетельствует о незаконности приговора, поскольку судом при его вынесении установлены те же обстоятельства совершения преступления, что и дознавателем, допрошенные лица давали показания по одним и тем же событиям, а письменными доказательствами подтверждены те же значимые факты, на которые указано в обвинительном акте, что не противоречит закону.

Данных о том, что дознание и судебное разбирательство проводились предвзято либо с обвинительным уклоном и что суд отдавал предпочтение какой-либо из сторон из материалов уголовного дела не усматривается, как и не содержится в них сведений об ущемлении права подсудимого на защиту или иных нарушениях норм уголовно-процессуального законодательства, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого решения.

Собранные по делу относимые и допустимые доказательства непосредственно и с соблюдением принципов уголовного судопроизводства исследованы в судебном заседании, стороны имели возможность дать свои пояснения и задать допрашиваемым лицам интересующие вопросы, заявленные ходатайства разрешены судом в установленном порядке, по этим ходатайствам приняты законные и обоснованные решения.

Общие принципы и начала назначения наказания, предусмотренные ст.6. 60 УК РФ, судом соблюдены.

При назначении наказания осужденному суд учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности виновного, его состояние здоровья, а также влияние назначаемого наказания на его исправление, условия жизни его семьи, смягчающие наказание обстоятельства. 

Данные о личности осужденного судом тщательно исследованы, приведены в приговоре суда.

Какие-либо иные обстоятельства, которые могли бы повлиять на смягчение назначенного осужденному наказания, но не установленные судом или не учтенные им в должной мере, отсутствуют.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, предусмотренных ч. 2 ст. 61 УК РФ, суд признал совершение преступления впервые, состояние здоровья, пенсионный возраст, положительные характеристики с места жительства.

Обстоятельств, отягчающих наказание, в соответствии со ст. 63 УК РФ судом не установлено.

В соответствии с ч. 2 ст. 389.18 УПК РФ несправедливым является приговор, по которому было назначено наказание, не соответствующее тяжести преступления, личности осужденного, либо чрезмерной мягкости наказание, которое хотя и не выходит за пределы, предусмотренные соответствующей статьей Особенной части УК РФ, но по своему виду или размеру является несправедливым как вследствие чрезмерной мягкости, так и вследствие чрезмерной суровости. 

Таким образом, одним из критериев оценки приговора на его соответствие требованиям законности и справедливости является назначенное судом наказание. В соответствии с ч. 2 ст. 43 УК РФ наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений. 

Положения ст. 60 УК РФ обязывают суд назначать лицу, признанному виновным в совершении преступления, справедливое наказание. Согласно ст. 6 УК РФ справедливость назначенного подсудимому наказания заключается в его соответствии характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного. 

Судом первой инстанции учтены все значимые обстоятельства и назначено справедливое наказание.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что мировым судьей не установлено обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, в связи с чем, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о необходимости исключения из приговора мирового судьи, что при назначении наказания ФИО1 учтены отягчающие обстоятельства.

Однако принимая во внимание, что ФИО1 назначено справедливое наказание, отвечающее требованиям закона, суд приходит к выводу о том, что исключение данного обстоятельства не влечет за собой смягчение наказания. 

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами мирового судьи о необходимости сохранения ареста, наложенного на принадлежащий подсудимому автомобиль марки УАЗ 31512 государственный регистрационный знак №, в целях обеспечения приговора в части гражданского иска.

Кроме того, мировым судьей признано решение в части вещественных доказательств, с которым соглашается суд апелляционной инстанции, в том числе уничтожение орудий преступления в виде мереж, за исключением обращения в доход государства пластиковой лодки модели «SAVA-410», с заводским №, переданную на ответственное хранение ФИО1, поскольку не приведено мотивов принятия вышеуказанного решения.

Согласно п. 1 ч. 3 ст. 82 УК РФ при вынесении приговора, должен быть решен вопрос о вещественных доказательствах с учетом особенностей, так орудия, оборудование или иные средства совершения преступления, принадлежащие обвиняемому, подлежат конфискации, или передаются в соответствующие учреждения, или уничтожаются.

Из приговора не усматривается, что лодка модели «SAVA-410», с заводским №, являлась орудием, оборудованием либо иным средством совершения преступления, в связи с чем, суд апелляционной инстанции полагает необходимым лодку модели «SAVA-410», с заводским №, переданную на ответственное хранение ФИО1, считать возвращенной по принадлежности. Кроме того, в ходе рассмотрения дела по существу в суде первой инстанции не ставился вопрос о принятии мер по обеспечению возможной конфискации лодки.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.28 Уголовно – процессуального Кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции 

п о с т а н о в и л :

приговор мирового судьи судебного участка № 63 Тверской области от 27 февраля 2025 года в отношении ФИО1 изменить:

- исключить из числа доказательств рапорт помощника следователя СО МО МВД России «Вышневолоцкий» ФИО7 от 3 мая 2024 года;

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание суда об учете при назначении наказания ФИО1 обстоятельств, отягчающих наказание;

- исключить из приговора указание на обращение в доход государства пластиковой лодки модели «SAVA-410», возвратить её подсудимому. 

В остальной части приговор мирового судьи судебного участка № 63 Тверской области от 27 февраля 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Данное постановление может быть обжаловано в кассационную инстанцию в соответствии с гл. 47.1 УПК РФ.

Председательствующий В.В. Варашев