Судья Иванова Л.Н. Дело № 22-771/2025

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ 

ПРИГОВОР

именем Российской Федерации

г. Йошкар-Ола 17 декабря 2025 года

Верховный Суд Республики Марий Эл в составе:

председательствующего Сутырина А.П.,

судей Демина Ю.И. и Зориной Е.Е.,

при секретаре Винокуровой А.Н.,

с участием прокурора уголовно-судебного отдела прокуратуры Республики Марий Эл Сафонова Ф.С.,

осужденного ФИО1,

защитника – адвоката Иванова Р.В., предъявившего удостоверение № 402 и ордер № 581,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя – старшего помощника прокурора Медведевского района Республики Марий Эл ФИО2, апелляционной жалобе осужденного ФИО1 на приговор Медведевского районного суда Республики Марий Эл от 16 октября 2025 года, которым

ФИО1, 

<

...> не судимый,

осужден по:

- ч. 1 ст. 159 УК РФ (по эпизоду с ООО 

<

...>) к штрафу в размере 80000 (семьдесят тысяч) рублей;

- ч. 1 ст. 159 УК РФ (по эпизоду с ООО 

<

...>) к штрафу в размере 60000 (шестьдесят тысяч) рублей;

- ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 159 УК РФ (по эпизоду с ООО 

<

...>) к штрафу в размере 350000 (триста пятьдесят тысяч) рублей.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний ФИО1 назначено окончательное наказание в виде штрафа в размере 400000 (четыреста тысяч) рублей.

В соответствии с ч. 5 ст. 72 УК РФ с учетом времени задержания ФИО1 в период с 9 декабря 2024 года по 11 декабря 2024 года размер назначенного штрафа смягчен до 380000 (трехсот восьмидесяти тысяч) рублей.

На основании ч. 3 ст. 46 УК РФ постановлено рассрочить выплату штрафа на срок 3 года 3 месяца (39 месяцев) с ежемесячной выплатой частями по 10000 рублей. Установлен размер первой части штрафа, подлежащей уплате осужденным в течение 60 дней со дня вступления приговора в законную силу, в размере 10000 рублей. Согласно ч. 3 ст. 31 УИК РФ оставшаяся часть штрафа в размер 370000 рублей подлежит уплате осужденным в течение последующих 3 лет 1 месяца (37 месяцев) ежемесячно по 10000 рублей не позднее последнего дня каждого последующего месяца.

Отменен арест, наложенный на принадлежащее Леухину Д..А. имущество: автомобиль 

<

...>; земельный участок с кадастровым номером 

<

№>, местоположение: 

<

адрес>, площадью 638+/-18 м2.

Приговором также разрешены вопросы о мере пресечения, судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Сутырина А.П., проверив материалы дела, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Приговором ФИО1 признан виновным и осужден за совершение мошенничества, то есть хищение чужого имущества путем обмана (2 преступления), а также за покушение на мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, в крупном размере.

Согласно приговору указанные преступления совершены ФИО1 при следующих обстоятельствах.

В период с 1 января 2020 года по 12 апреля 2022 года у ФИО1, занимавшего должность менеджера по снабжению в ООО 

<

...>, осведомленного о заключении между ООО 

<

...> и ООО 

<

...> договора поставки № 15/20 от 1 января 2020 года, в соответствии с которым ООО 

<

...> регулярно поставлял расходные материалы и оборудование, необходимые для производства сварочных работ, возник корыстный преступный умысел, направленный на хищение путем обмана денежных средств директора ООО 

<

...> М.Е.А., заинтересованного в реализации его организацией расходных материалов и оборудования для деятельности ООО 

<

...>

Реализуя задуманное, в вышеуказанный период времени ФИО1, находясь по месту своей работы в ООО 

<

...>, расположенному по адресу: 

<

адрес>, действуя умышленно, из корыстных побуждений, в ходе беседы предложил М.Е.А. систематически передавать ему (ФИО1) денежное вознаграждение за гарантированную пролонгацию договора поставки № 15/20, заключенного 1 января 2020 года между ООО 

<

...> и ООО 

<

...>, а также за продолжение закупок у ООО 

<

...> оборудования и расходных материалов для производства сварочных работ, указав, что размер передаваемого денежного вознаграждения будет определять сам, в зависимости от размера поставок. Тем самым ФИО1 ввел директора ООО 

<

...> М.Е.А. в заблуждение относительно наличия у него служебных полномочий по гарантированной пролонгации договора поставки № 15/20 от 1 января 2020 года и продолжению закупок товаров у ООО 

<

...>. М.Е.А., который был введен в заблуждение относительно фактического наличия у ФИО1 указанных выше служебных полномочий, согласился на предложение последнего.

В продолжение реализации преступного умысла, в период с 12 апреля 2022 года по 4 декабря 2023 года, после осуществления поставок в ООО 

<

...> товаров от ООО 

<

...> в рамках договора № 15/20 от 1 января 2020 года, ФИО1, находясь в неустановленных местах в 

<

адрес>, неоднократно лично получил путем банковских переводов от М.Е.А. либо от действовавшего в его интересах Ф.Д.В., не осведомленного о фактическом характере отношений между ФИО1 и М.Е.А., на счета, открытые на имя ФИО1 

<

№> в ПАО 

<

...>, 

<

№> в АО 

<

...>, денежные средства в общей сумме 234900 рублей, которыми ФИО1 распорядился по своему усмотрению. В результате преступных действий ФИО1 М.Е.А. причинен материальный ущерб в размере 234000 рублей.

В период с 9 января 2020 года по 1 мая 2023 года, у ФИО1, занимавшего должность менеджера по снабжению в ООО 

<

...>, осведомленного о заключении между ООО 

<

...> (далее - ООО 

<

...>) и ООО 

<

...> договора поставки № 67/20 от 9 января 2020 года, в соответствии с которым ООО 

<

...> регулярно поставляло бланочную полиграфическую продукцию, необходимую для реализации производственных задач ООО 

<

...>, возник корыстный преступный умысел, направленный на хищение путем обмана денежных средств бухгалтера-кассира ООО 

<

...> Т.Н.И., заинтересованной в реализации её организацией бланочной полиграфической продукции.

Реализуя задуманное, в период с 1 мая 2023 года по 23 мая 2023 года ФИО1, находясь в помещении ООО 

<

...> по адресу: 

<

адрес>, действуя умышленно, из корыстных побуждений, в ходе беседы предложил Т.Н.И. систематически передавать ему (ФИО1) денежное вознаграждение за гарантированную пролонгацию договора поставки № 67/20 от 9 января 2020 года, заключенного между ООО 

<

...> и ООО 

<

...>, а также за продолжение закупок у ООО 

<

...> бланочной полиграфической продукции, указав о возможности Т.Н.И. самостоятельно варьировать размер передаваемого ему денежного вознаграждения в промежутке от 1000 рублей до 3500 рублей, в зависимости от размера поставок от ООО 

<

...>. Т.Н.И., которая была введена в заблуждение относительно фактического наличия у ФИО1 указанных выше служебных полномочий, согласилась на предложение ФИО1

В продолжение реализации преступного умысла, в период с 23 мая 2023 года по 28 ноября 2024 года, после осуществления поставок в ООО 

<

...> продукции от ООО 

<

...> в рамках договора № 67/20 от 9 января 2020 года, ФИО1, находясь в неустановленных местах в 

<

адрес>, неоднократно лично получил путем банковских переводов от Т.Н.И. на счет 

<

№>, открытый на имя ФИО1 в ПАО 

<

...>, денежные средства в общей сумме 39900 рублей, которыми распорядился по своему усмотрению. В результате преступных действий ФИО1 Т.Н.И. причинен материальный ущерб в размере 39900 рублей.

В период с 1 января 2022 года по 1 января 2023 года, у ФИО1, занимавшего должность менеджера по снабжению в ООО 

<

...>, осведомленного о необходимости осуществления закупок товаров и материалов, предназначенных для производства шлифовочных работ, необходимых для деятельности ООО 

<

...> по производству металлических дверей, а также располагавшего сведениями о наличии у ООО 

<

...> возможности поставить необходимый объем товаров и материалов, предназначенных для производства данного вида работ, возник корыстный преступный умысел, направленный на хищение путем обмана денежных средств менеджера по продажам ООО 

<

...> К.А.Э., заинтересованного в реализации его организацией товаров, необходимых для деятельности ООО 

<

...>.

Реализуя задуманное, в период с 1 января 2023 года по 14 марта 2023 года ФИО1 встретился с менеджером по продажам ООО 

<

...> К.А.Э., который ранее неоднократно предлагал ООО 

<

...>, в том числе ФИО1, поставку товаров и материалов, предназначенных для производства шлифовочных работ. Находясь в салоне автомашины К.А.Э., припаркованной возле помещения ООО 

<

...>, расположенном по адресу: 

<

адрес> ФИО1 действуя умышленно, из корыстных побуждений, в ходе беседы предложил К.А.Э. систематически передавать ему (ФИО1) денежное вознаграждение за гарантированное заключение между ООО 

<

...> и ООО 

<

...> договора поставки товаров и материалов, предназначенных для производства шлифовочных работ, а также за регулярное осуществление закупок товаров в рамках данного договора, указав, что размер передаваемого денежного вознаграждения будет зависеть от размера поставок и должен составлять 5% от суммы оплаты, указываемой в заявке ООО 

<

...> без учета НДС. К.А.Э., который был введен в заблуждение относительно фактического наличия у ФИО1 указанных выше служебных полномочий, согласился на предложение последнего.

В продолжение реализации преступного умысла в период с 1 января 2023 года по 14 марта 2023 года ФИО1 разработал проект договора поставки товаров и материалов, предназначенных для производства шлифовочных работ, между ООО 

<

...> и ООО 

<

...>, после чего передал его на согласование в подразделения своего предприятия. 14 марта 2023 года между ООО 

<

...> и ООО 

<

...> был заключен договор поставки 

<

№>.

В период с 12 мая 2023 года по 20 ноября 2024 года, после осуществления поставок товаров в рамках договора 

<

№> от 14 марта 2023 года, заключенного между ООО 

<

...> и ООО 

<

...>, ФИО1, находясь в неустановленных местах в 

<

адрес>, неоднократно лично получил путем банковских переводов от К.А.Э. на счет 

<

№>, открытый на имя ФИО1 в АО 

<

...>, денежные средства в общей сумме 666460 рублей.

9 декабря 2024 года около 15 часов 10 минут К.А.Э. во исполнение ранее достигнутой договоренности о передаче денежных средств в размере 5% от стоимости поставленного в октябре-ноябре 2024 года в ООО 

<

...> товара от ООО 

<

...>, действуя в условиях оперативно-розыскного мероприятия, встретился с ФИО1 в салоне своей автомашины, припаркованной в ПГСК 

<

...> по 

<

адрес>, где передал ФИО1 конверт с муляжами денежных средств в общей сумме 173000 рублей. После этого ФИО1 был задержан сотрудниками правоохранительных органов, а находившийся при нем конверт с муляжами денежных средств изъят. Таким образом, довести до конца преступный умысел, направленный на хищение денежных средств К.А.Э. в общей сумме 839460 рублей, ФИО1 не смог по независящим от него обстоятельствам, поскольку его противоправные действия были пресечены сотрудниками правоохранительных органов.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 вину по предъявленному обвинению в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «б, г» ч. 7 ст. 204, п. «б» ч. 7 ст. 204, 

<

...> «МРИПП», ООО 

<

...> денежных средств, полагал, что его действия по каждому из трех преступлений необходимо квалифицировать как мошенничество, так как организационно-распорядительными и административно-хозяйственными функциями в ООО 

<

...> он не обладал, денежные средства у представителей контрагентов не вымогал, заявки поставщикам направлял в связи с необходимостью закупки определенного товара для нужд производства, после чего получал от представителей контрагентов вознаграждение.

В апелляционном представлении государственный обвинитель – старший помощник прокурора Медведевского района Республики Марий Эл ФИО2 выражает несогласие с вынесенным судебным решение, считая приговор подлежащим отмене на основании п.п. 2, 3 ч. 1 ст. 389.15 УПК РФ в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона и неправильным применением уголовного закона.

Прокурор оспаривает выводы суда о переквалификации действий ФИО1 в связи с тем, что он не обладал какими-либо властными полномочиями, не выполнял организационно-распорядительные, административно-хозяйственные функции, то есть не являлся лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, и, соответственно, не являлся субъектом преступлений, предусмотренных ст. 204 УК РФ.

Прокурор, ссылаясь на п.п. 5, 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 октября 2009 года № 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий», полагает, что предложенная органом предварительного расследования квалификация действий ФИО1 является верной, поскольку он выполнял управленческие функции в коммерческой организации ООО 

<

...>, что подтверждается приказом о приеме ФИО1 на работу, трудовым договором, должностными инструкциями менеджера по снабжению.

Считает, что действия, совершенные ФИО1 в интересах лиц, передававших ему деньги, и представляемых ими организаций, судом необоснованно признаны не входящими в служебные полномочия ФИО1, поскольку именно он, представляя организацию, в которой работал, находил контрагентов, договаривался о стоимости закупаемых товаров, организовывал заключение сделок, предлагая перевести процент от поступившей в результате его действий оплаты на счет его банковской карты либо передать лично. Судом проигнорирован факт наличия у ФИО1 в силу занимаемого служебного положения возможности способствовать принятию его руководителями решений в пользу таких лиц, в том числе по заключению договоров поставок, их пролонгации путем направления ФИО1 заявок на покупку товаров, по размеру оплаты, её очередности и своевременности.

Указывает, что помимо должностной инструкции, где изложены полномочия менеджера по снабжению ФИО1, о его должностных обязанностях и роли в сфере закупок для нужд ООО 

<

...> поясняли свидетели Л.А.В., Б.В.В., Я.А.А. Из их показаний следует, что ФИО1 самостоятельно изучал предложения производителей материально-технических ресурсов и определял возможность заключения договора поставки с тем или иным контрагентом, осуществлял подбор поставщиков с целью последующей организации закупок, ориентируясь на качество предлагаемых ими материально-технических ресурсов, цену, сроки и благоприятные условия поставок; контактировал с представителем поставщика на предмет заключения договора поставки. При достижении положительной договоренности с поставщиком ФИО1 осуществлял подготовку проекта договора поставки, направлял его на согласование в иные подразделения, обеспечивая регистрацию договора и его подписание генеральным директором. После заключения договора поставки ФИО1 по мере производственной необходимости в приобретении материально-технических ресурсов самостоятельно направлял контрагентам заявки на поставку товаров, а также обеспечивал пролонгацию действия заключенных договоров в соответствии с закрепленными в них условиями. При этом цена товаров, предлагаемых ООО 

<

...>, ООО 

<

...>, ООО 

<

...>, не являлась самой низкой на рынке, что установлено по результатам проверки, проведенной службой безопасности ООО 

<

...>.

По мнению прокурора, в судебном заседании установлено, что менеджер по снабжению ООО 

<

...> ФИО1, выполняя административно-хозяйственные функции, связанные с приобретением товарно-материальных ценностей и осуществлением контроля за их движением в коммерческой организации, получил денежное вознаграждение от М.Е.А. в сумме 234900 рублей, от Т.Н.И. - 39900 рублей, от К.А.Э. - 839460 рублей за совершение действий, входящих в его (ФИО1) служебные полномочия, а именно за способствование заключению договора поставки (ООО 

<

...>) и организацию закупок у ООО 

<

...>, ООО 

<

...>, ООО 

<

...> товаров для нужд ООО 

<

...>) неконкурентным способом.

Прокурор, ссылаясь на ст. 308 УПК РФ и разъяснения, изложенные в п. 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре», указывает, что при назначении ФИО1 наказания по ч. 1 ст. 159 УК РФ (по эпизоду с ООО 

<

...>) суд допустил правовую неопределенность, указав о размере штрафа в 80000 (семьдесят тысяч) рублей.

Обращает внимание, что решение суда об отмене ареста на имущество ФИО1 со ссылкой на отсутствие возможности принудительного обращения взыскания на арестованное имущество в целях выплаты штрафа, назначенного в качестве основного наказания, на стадии вынесения приговора не соответствует требованиям УПК РФ, закону об исполнительном производстве и п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 1 июня 2017 года № 19 «О практике рассмотрения судами ходатайств о производстве следственных действий, связанных с ограничением конституционных прав граждан (ст. 165 УПК РФ)», влечет риск сокрытия имущества, с которого будет снят арест.

Просит приговор отменить, вынести по делу новый апелляционный приговор, которым признать ФИО1 виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. п. «б, г» ч. 7 ст. 204, п. «б» ч. 7 ст. 204, п.п. «б, г» ч. 7 ст. 204 УК РФ, по которым назначить наказание:

- по п.п. «б, г» ч. 7 ст. 204 УК РФ (по эпизоду с ООО 

<

...>) в виде лишения свободы на срок 6 лет, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с осуществлением управленческих функций в коммерческих организациях, на срок 4 года;

- по п. «б» ч. 7 ст. 204 УК РФ (по эпизоду с ООО 

<

...>) в виде лишения свободы на срок 5 лет, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с осуществлением управленческих функций в коммерческих организациях, на срок 4 года;

- по п.п. «б, г» ч. 7 ст. 204 УК РФ (по эпизоду с ООО 

<

...>) в виде лишения свободы на срок 6 лет, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с осуществлением управленческих функций в коммерческих организациях, на срок 4 года.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний назначить ФИО1 окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 8 лет, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с осуществлением управленческих функций в коммерческих организациях, на срок 5 лет.

В соответствии с ч. 1 ст. 104.2 УК РФ денежные средства в суммах 234900 рублей, 39900 рублей, 839460 рублей конфисковать у ФИО1 и обратить в собственность государства.

До исполнения приговора в части конфискации имущества сохранить арест на принадлежащие ФИО1 автомобиль и земельный участок.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 выражает несогласие с вынесенным судебным решением, считая его незаконным и необоснованным в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела.

Указывает, что выводы суда не подтверждаются доказательствами, исследованными в судебном заседании. В приговоре не указано, по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, суд принял одни из этих доказательств и отверг другие. Выводы суда, изложенные в приговоре, содержат существенные противоречия, которые повлияли или могли повлиять на решение вопроса о его виновности.

По мнению осужденного, судом оставлено без внимания, что объективная сторона преступлений, за которые он осужден, в виде получения денежных средств путем обмана за угрозу расторжения договоров, их пролонгацию и продолжение закупок продукции, не нашла своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Полагает, что в случае вымогательства денежных средств, в его действиях формально усматривалось бы преступление, предусмотренное ст. 163 УК РФ, однако в суде первой инстанции факты вымогательства подтверждения не нашли, суд исключил из обвинения данное обстоятельство.

Указывает, что ни одна из полученных им сумм не касалась фактов заключения договоров, их пролонгации либо угрозы расторжения. По эпизодам в отношении ООО 

<

...> и ООО 

<

...> договоры с контрагентами были заключены ранее, чем он (ФИО1), якобы, требовал денежные средства за продолжение закупок.

Обращает внимание, что по эпизоду в отношении ООО 

<

...> договор заключен 14 марта 2023 года, однако какой-либо платеж в связи с фактом заключения договора по обвинению не предъявлен; первый платеж в его пользу осуществлен спустя два месяца после заключения договора, то есть 12 мая 2023 года, и связан с направлением заявки в ООО 

<

...> по поставке товара.

Считает, что все платежи в его адрес интерпретировались представителями контрагентов, исходя из их субъективного и ошибочного понимания как «бонус» или «благодарность» менеджеру за сотрудничество и продолжение работы.

Осужденный указывает, что представитель ООО 

<

...> К.А.Э. в телефонных разговорах с ним предложил придумать варианты причин перевода денег, например, в качестве долга. В одном из телефонных разговоров сообщил, что в этот раз «бонус» привезет наличными, «пока не рассосется» проверка.

Обращает внимание, что М.Е.А. осуществлял платежи в его адрес в период с 12 апреля 2022 года по 4 декабря 2023 года, якобы, за пролонгацию действия договора от 1 января 2020 года и продолжение закупок оборудования и расходных материалов для сварочных работ. Однако, платежи в его адрес прекратились в конце 2023 года, а сотрудничество между ООО 

<

...> и ООО 

<

...> продолжалось в 2024 году, что, по мнению осужденного, свидетельствует об отсутствии какой-либо зависимости между произведенными платежами от угрозы расторжения ранее заключенного договора и прекращения поставок.

Осужденный указывает, что все представители контрагентов по договоренности были не против вознаграждать его личными денежными средствами за взаимодействие и направление заявок на поставку продукции. Об этом свидетельствует порядок оплаты такого вознаграждения, когда изначально направлялась заявка, затем - поставка товара, ООО 

<

...> осуществляло оплату поставленной продукции, после чего происходила выплата вознаграждения менеджеру от контрагента. При отсутствии каких-либо взаимоотношений денежные средства ему не перечислялись ни за пролонгацию, ни в связи с опасениями расторжения договоров.

Полагает, что в этой связи обман представителей ООО 

<

...>, ООО 

<

...>, ООО 

<

...> отсутствовал, они были согласны платить вознаграждение за сотрудничество с ним. По договоренности с поставщиками он получал денежные средства в виде благодарности за направленные им заявки. Указанные действия, по мнению осужденного, не являются противоправными и преступными, так как обман и принуждение к оплате отсутствовали.

Считает, что в ходе судебного разбирательства объективно установлен факт перечисления ему денежных средств не за предоставление каких-либо преимуществ контрагентам, а постфактум после получения ими заявок, поставки продукции и их оплаты, то есть в качестве благодарности за взаимодействие. Периодическое направление им заявок по ранее заключенным договорам поставок не может признаваться предоставлением каких-либо преимуществ перед другими контрагентами, обманом поставщиков. Иное в обвинении не приведено и не указывается в качестве объективной стороны преступлений. Более того, у представителей поставщиков не выяснялось, считают ли они себя обманутыми или введенными в заблуждение, что обстоятельства, из-за которых они передавали денежные средства в качестве благодарности, не наступили или могли не наступить.

Ссылаясь на положения ч. 1 ст. 252, ст. 302 УПК РФ, полагает, что переквалификация судом действий на ст. 159 УК РФ в отсутствие на то ходатайства государственного обвинения, фактически расширила существо предъявленного обвинения, привела к самостоятельной формулировке судом обвинения о совершении им мошеннических действий, что нарушило принцип состязательности сторон и право на защиту.

Просит приговор отменить, вынести по делу оправдательный приговор в связи с отсутствием в его действиях состава преступлений.

В возражении на апелляционное представление защитник Иванов Р.В. указывает на несостоятельность приведенных в нем доводов, просит апелляционное представление государственного обвинителя – старшего помощника прокурора Медведевского района Республики Марий Эл ФИО2 оставить без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции прокурор Сафонов Ф.С. поддержал апелляционное представление по изложенным в нем основаниям, просил удовлетворить, апелляционную жалобу осужденного ФИО1 просил оставить без удовлетворения.

Осужденный ФИО1, защитник - адвокат Иванов Р.В. поддержали апелляционную жалобу по изложенным в ней основаниям, просили удовлетворить, апелляционное представление государственного обвинителя – старшего помощника прокурора Медведевского района Республики Марий Эл ФИО2 просили оставить без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав выступления сторон, изучив доводы апелляционных представления, жалобы и возражений, суд апелляционной инстанции считает необходимым в соответствии с п. 2 ст. 389.15, 389.17 УПК РФ приговор суда первой инстанции отменить и постановить новый обвинительный приговор.

В силу ст. 297 УПК РФ приговор должен быть законным, обоснованным и справедливым, при этом он признается таковым, если постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

Согласно ст. 299 УПК РФ при постановлении приговора суд в совещательной комнате разрешает вопросы о том, доказано ли, что имело место деяние, в совершении которого обвиняется подсудимый; доказано ли, что деяние совершил подсудимый; является ли это деяние преступлением и какими пунктами, частью, статьей УК РФ оно предусмотрено.

Верно установив обстоятельства дела, связанные с получением ФИО1 незаконных денежных вознаграждений от представителей контрагентов ООО 

<

...>, в которой работал подсудимый, суд первой инстанции, квалифицируя действия ФИО1 по ч. 1 ст. 159 УК РФ (по факту получения денежных средств от представителя ООО 

<

...> М.Е.А.), по ч. 1 ст. 159 УК РФ (по факту получения денежных средств от представителя ООО 

<

...> Т.Н.И.), по ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 159 УК РФ (по факту получения денежных средств от представителя ООО 

<

...> К.А.Э.), неправильно применил уголовный закон.

Суд апелляционной инстанции находит, что выводы суда о том, что менеджер по снабжению ООО 

<

...> ФИО1 не является субъектом преступлений, предусмотренных ст. 204 УК РФ, и в силу возложенных на него полномочий мог создать лишь условия для участия определенных поставщиков в приобретении конкретного вида товара (материала) для ООО 

<

...>, при этом прямого влияния на определение поставщиков оказать не мог, все полномочия, которыми он был наделен, носили технический, вспомогательный характер, в связи с чем действия ФИО1 подлежат квалификации по ст. 159 УК РФ, как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании.

Учитывая изложенное, рассмотрев уголовное дело в апелляционном порядке, суд апелляционной инстанции, исходя из исследованных в суде первой инстанции доказательств, с учетом требований ч. 1 ст. 389.24 УПК РФ, считает установленным, что ФИО1, являясь лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, незаконно получил деньги в крупном размере за совершение действий в интересах дающего и иного лица, входящих в его служебные полномочия (2 преступления); а также, являясь лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, незаконно получил деньги в значительном размере за совершение действий в интересах дающего и иного лица, входящих в его служебные полномочия (1 преступление), при следующих обстоятельствах.

Общество с ограниченной ответственностью 

<

...> (далее - ООО 

<

...>») расположено по адресу: 

<

адрес>, и действует в соответствии с Уставом, утвержденным решением единственного участника № 8 от 20 апреля 2021 года.

В соответствии с п.п. 1.3, 9.1 Устава ООО 

<

...> является коммерческой организацией, то есть юридическим лицом, преследующим извлечение прибыли в качестве основной цели своей деятельности. Руководство текущей деятельностью организации осуществляет генеральный директор.

Приказом заместителя генерального директора № 2325-к от 20 ноября 2018 года ФИО1 принят в качестве менеджера по снабжению отдела материально-технического снабжения.

В соответствии с должностной инструкцией в обязанности ФИО1 как менеджера по снабжению, в том числе, входило: осуществление поиска поставщиков, ориентируясь на качество предлагаемых материально-технических ресурсов, цену, сроки поставок, благоприятные условия поставок; получение по договорам, нарядам и другим документам товарно-материальных ценностей; производство внеплановых закупок материалов; принятие мер по повышению эффективности использования материальных ресурсов путем снижения затрат, связанных с их приобретением, доставкой и хранением; выполнение письменных и устных распоряжений руководителя.

Согласно должностной инструкции, ФИО1 как менеджер по снабжению был вправе: в пределах своей компетенции сообщать непосредственному руководителю о всех недостатках в деятельности организации (структурного подразделения, отдельных работников), выявленных в процессе исполнения своих должностных обязанностей, и вносить предложения по их устранению; представлять интересы организации во взаимоотношениях с иными структурными подразделениями и сторонними организациями по вопросам, входящим в его компетенцию.

В силу должностной инструкции менеджер по снабжению ФИО1 самостоятельно изучал предложения производителей материально-технических ресурсов и определял возможность заключения договора поставки с тем или иным контрагентом - осуществлял подбор поставщиков с целью последующей организации закупок, ориентируясь на качество предлагаемых ими материально-технических ресурсов, цену, сроки и благоприятные условия поставок, контактировал с представителями поставщика на предмет заключения договора поставки. При достижении положительной договоренности с поставщиком ФИО1 осуществлял подготовку проекта договора поставки, который направлял на согласование в иные подразделения ООО 

<

...>, обеспечивая регистрацию договора и его подписание генеральным директором. После заключения договора поставки ФИО1, представляя интересы своей организации во взаимодействиях с контрагентами при приобретении материально-технических ресурсов, по мере производственной необходимости самостоятельно направлял контрагентам заявки на поставку товара, а также обеспечивал пролонгацию действия заключенных договоров в соответствии с закрепленными в них условиями.

Таким образом, постоянно выполняя административно-хозяйственные функции в ООО 

<

...>, менеджер по снабжению ООО 

<

...> ФИО1 являлся лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации.

В соответствии с указаниями руководства ООО 

<

...> ФИО1 был закреплен за закупками у поставщиков товаров и материалов, предназначенных для производства шлифовочных и сварочных работ, бланочной полиграфической продукции.

В период с 1 января 2020 года по 1 мая 2023 года, находясь по месту работы в ООО 

<

...> у ФИО1 возник корыстный преступный умысел на получение коммерческого подкупа в виде денег от представителей организаций-поставщиков, с которыми у ООО 

<

...> имелись договорные отношения либо планировалось их установление. Реализуя задуманное, в период с 1 января 2020 года по 9 декабря 2024 года ФИО1 совершил три преступления против интересов службы в коммерческой организации – незаконно получил коммерческий подкуп в крупных и значительном размерах, при следующих обстоятельствах.

Распоряжением руководства ООО 

<

...> ФИО1 с 2020 года был закреплен за осуществлением закупок у ООО 

<

...> расходных материалов и оборудования, необходимых для производства сварочных работ в соответствии с договором поставки № 

<

...> 2020 года между ООО 

<

...> и ООО 

<

...>

В период с 1 января 2020 года по 12 апреля 2022 года, находясь по месту своей работы в ООО 

<

...>, ФИО1, руководствуясь корыстными побуждениями, действуя умышленно, предложил директору ООО 

<

...> М.Е.А. систематически передавать ему (ФИО1) денежное вознаграждение в зависимости от размера осуществляемых ООО 

<

...> поставок за гарантированную пролонгацию действия договора поставки № 15/20 от 1 января 2020 года и за продолжение закупок у ООО 

<

...> оборудования и расходных материалов для производства сварочных работ. Не желая лишаться прибыли, регулярно получаемой ООО 

<

...> от поставок в ООО 

<

...>, а также терять крупного покупателя расходных материалов и оборудования для производства сварочных работ, М.Е.А. согласился с предложением ФИО1 о коммерческом подкупе.

В период с 12 апреля 2022 года по 4 декабря 2023 года, находясь в неустановленных местах в 

<

адрес>, после осуществления поставок в рамках договора № 15/20 от 1 января 2020 года ФИО1 умышленно, неоднократно лично получал путем банковских переводов от М.Е.А. (со счета 

<

№>, открытого в АО 

<

...>) либо действовавшего в его интересах Ф.Д.В. (со счета 

<

№>, открытого ПАО 

<

...>), не осведомленного о фактическом характере отношений между ФИО1 и М.Е.А., за совершение в интересах ООО 

<

...> действий, входящих в его (ФИО1) служебные полномочия (гарантированную пролонгацию действия заключенного между ООО 

<

...> и ООО 

<

...> договора поставки № 15/20 от 1 января 2020 года и за продолжение закупок у ООО 

<

...> оборудования и расходных материалов для производства сварочных работ) на счета 

<

№> в ПАО 

<

...>, 

<

№> в АО 

<

...>, открытые на его (ФИО1) имя, денежные средства в общей сумме 234900 рублей, что составляет крупный размер, которыми распорядился по своему усмотрению.

Распоряжением руководства ООО 

<

...> ФИО1 с 2020 года был закреплен за осуществлением закупок у ООО 

<

...> бланочной полиграфической продукции, необходимой для реализации производственных задач ООО 

<

...>, в соответствии с договором поставки № 67/20 от 9 января 2020 года между ООО 

<

...> и ООО 

<

...>

В период с 1 мая 2023 года по 23 мая 2023 года, находясь в помещении ООО 

<

...>, расположенном по адресу: 

<

адрес>, ФИО1, руководствуясь корыстными побуждениями, действуя умышленно, предложил бухгалтеру-кассиру ООО 

<

...> Т.Н.И., осуществляющей в своей организации прием заявок от контрагентов на изготовление продукции, а также выписку отгрузочных документов, систематически передавать ему (ФИО1) денежное вознаграждение за гарантированную пролонгацию действия договора поставки № 67/20 от 9 января 2020 года, заключенного между ООО 

<

...> и ООО 

<

...>, и за продолжение закупок у ООО 

<

...> бланочной полиграфической продукции, необходимой для реализации производственных задач ООО 

<

...>. При этом ФИО1 предложил Т.Н.И. самостоятельно варьировать размер передаваемого ему денежного вознаграждения в промежутке от 1000 рублей до 3500 рублей, в зависимости от размера осуществляемых ООО 

<

...> поставок. Не желая лишаться прибыли, регулярно получаемой ООО 

<

...> от поставок ООО 

<

...>, и терять крупного покупателя бланочной полиграфической продукции, Т.Н.И. согласилась с предложением ФИО1 о коммерческом подкупе.

В период с 23 мая 2023 года по 28 ноября 2024 года, находясь в 

<

адрес>, после осуществления поставок в рамках договора № 67/20 от 9 января 2020 года, ФИО1 умышленно, неоднократно лично получал путем банковских денежных переводов от Т.Н.И. со счета 

<

№>, открытого в ПАО 

<

...>, за совершение в интересах ООО 

<

...> действий, входящих в его (ФИО1) служебные полномочия (гарантированную пролонгацию действия договора поставки № 67/20 от 9 января 2020 года между и продолжение закупок ООО 

<

...> у ООО 

<

...> бланочной полиграфической продукции, необходимой для реализации производственных задач) на счет 

<

№>, открытый на имя ФИО1 в ПАО 

<

...>, денежные средства в общей сумме 39900 рублей, что составляет значительный размер, которыми распорядился по своему усмотрению.

Распоряжением руководства ООО 

<

...> ФИО1 с 2022 года был закреплен за осуществлением закупок товаров и материалов, предназначенных для производства шлифовочных работ, необходимых для деятельности ООО 

<

...> по производству металлических дверей.

В период с 1 января 2023 года по 14 марта 2023 года, находясь недалеко от места работы в ООО 

<

...>, ФИО1 встретился с менеджером по продажам ООО 

<

...> К.А.Э., который ранее неоднократно предлагал ООО 

<

...>, в том числе ФИО1, поставку товаров и материалов, предназначенных для производства шлифовочных работ. Находясь в салоне автомашины К.А.Э., ФИО1, руководствуясь корыстными побуждениями, действуя умышленно, предложил К.А.Э. систематически передавать ему (ФИО1) денежное вознаграждение за гарантированное заключение между ООО 

<

...> и ООО 

<

...> договора поставки товаров и материалов, предназначенных для производства шлифовочных работ, и за регулярное осуществление закупок товара в рамках данного договора. При этом ФИО1 указал, что размер передаваемого ему денежного вознаграждения будет зависеть от размера осуществляемых поставок и должен составлять 5% от суммы оплаты заявки ООО 

<

...>, без учета НДС. Не желая лишаться крупного покупателя поставляемых ООО 

<

...> товаров и материалов в лице ООО 

<

...>, К.А.Э. согласился с предложением ФИО1 о коммерческом подкупе.

В период с 1 января 2023 года по 14 марта 2023 года ФИО1, осуществляя достигнутую преступную договоренность, используя свои управленческие полномочия в коммерческой организации, обеспечил заключение между ООО 

<

...> и ООО 

<

...> договорных правоотношений - разработал проект договора поставки товаров и материалов, предназначенных для производства шлифовочных работ, между ООО 

<

...> и ООО 

<

...>, после чего передал его на согласование в подразделения своего предприятия. 14 марта 2023 года между ООО 

<

...> и ООО 

<

...> заключен договор поставки 

<

№>, согласно которому ООО 

<

...> обязалось поставлять товар ООО 

<

...>.

В период с 12 мая 2023 года по 9 декабря 2024 года, находясь в 

<

адрес>, после осуществления поставок в рамках договора 

<

№> от 14 марта 2023 года, ФИО1 умышленно, неоднократно лично получал путем банковских денежных переводов от К.А.Э. со счета 

<

№>, открытого в АО 

<

...>, и счета 

<

№>, открытого в АО 

<

...>, за заключение договора поставки, а также за совершение в интересах ООО 

<

...> действий, входящих в его (ФИО1) служебные полномочия (гарантированную пролонгацию действия договора поставки 

<

№> от 14 марта 2023 года и продолжение закупок товаров и материалов, предназначенных для производства шлифовочных работ ООО 

<

...>), на счет 

<

№>, открытый на имя ФИО1 в АО 

<

...>, денежные средства в общей сумме 666460 рублей, а также муляжи денежных средств в сумме 173000 рублей посредством личной передачи от К.А.Э., состоявшейся в ПГСК 

<

...>, расположенном по 

<

адрес>, в рамках проводимых сотрудниками 

<

...> оперативно-розыскных мероприятий. Всего за указанный период ФИО1 намеревался получить от К.А.Э. в качестве коммерческого подкупа денежные средства в сумме 839460 рублей, что является крупным размером.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину по предъявленному обвинению признал частично, указав, что он направлял заявки поставщикам в связи с необходимостью приобретения ООО 

<

...> определенного товара, денежные средства от представителей поставщиков не вымогал, получал их не в связи с выполнением своих полномочий, организационно-распорядительными и административно-хозяйственными функциями не обладал. Полагал, что его действия по каждому из преступлений подлежат квалификации по ст. 159 УК РФ. Указал, что в содеянном раскаивается.

Из показаний ФИО1 в судебном заседании, а также показаний, оглашенных в порядке п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, достоверность которых подсудимый подтвердил в судебном заседании, следует, что с ноября 2018 года он состоял в должности менеджера по снабжению в ООО 

<

...>, работал в отделе материально-технического снабжения, подчинялся генеральному директору. В его обязанности входило непрерывное и своевременное обеспечение товарно-материальными ценностями ООО 

<

...> путем составления договоров с различными организациями о поставке товаров. При этом договоры о закупках товаров заключались юристами, а организация-контрагент проходила проверку службой безопасности. После согласования всеми службами, договор подписывался генеральным директором. Права подписи договоров, их пролонгации, наложения взыскания, приема на работу, увольнения, распоряжения финансами организации у него, как менеджера, не было, организационно-распорядительными или административно-хозяйственными функциями не обладал.

К заключению договора от 1 января 2020 года с ООО 

<

...> он (ФИО1) отношения не имел. Заявки на поставку товара ООО 

<

...> мог направить любой менеджер ООО 

<

...>, он не был единственным контактным лицом, не обладал полномочиями пролонгации договора или его расторжения, денежные средства от представителя ООО 

<

...> не вымогал. М.Е.А. ошибочно воспринимал платежи в его (ФИО1) пользу, как необходимость продолжения работы с ООО 

<

...> М.Е.А. при встрече сказал, что будет предоставлять ему денежные средства в качестве «бонуса» с целью проявления его лояльности к ООО 

<

...>. У ООО 

<

...> были конкурентные цены, поэтому у других поставщиков не было смысла покупать дороже. В 2024 году снизились объемы производства, в связи с чем снизился объем закупаемой продукции. В 2024 году в адрес 

<

...> направлялись заявки на поставку сварочных материалов, которые были исполнены на сумму около 1 миллиона рублей. За эти поставки ООО 

<

...> в лице М.Е.А. ему ничего не платил, он ничего не требовал, угроз прекратить закупку материалов для производства сварочных работ в адрес М.Е.А. не высказывал.

К заключению договора от 9 января 2020 года с ООО 

<

...> он (ФИО1) отношения не имел. Заявки на поставку полиграфии в ООО 

<

...> мог направить любой менеджер ООО 

<

...>, он не обладал полномочиями пролонгации договора или его расторжения. В ходе разговора с представителем ООО 

<

...> Т.Н.И. он попросил её об оказании ему «благодарности», то есть финансовой помощи за отгрузки. Денежные средства у Т.Н.И. не вымогал, угроз прекратить закупки не высказывал. Деньги от Т.Н.И. получал не за гарантированную пролонгацию действия договора от 9 января 2020 года с ООО 

<

...>. Т.Н.И. ошибочно воспринимала платежи в его адрес, как необходимость продолжения работы с ООО 

<

...>. Все платежи на его карту осуществлялись «постфактум», то есть после того, как ООО 

<

...> оплачивало в ООО 

<

...> поставку полиграфии.

Летом 2022 года менеджер по снабжению ООО 

<

...> Т.Д.С. предоставил ему контактный телефон менеджера по продажам ООО 

<

...> К.А.Э., который направил коммерческое предложение на поставку ручного инструмента «угловая шлифмашина». Так как он (ФИО1) занимался данным направлением закупок, то вел переговоры с К.А.Э., они достигли договоренности о поставке ООО 

<

...> необходимых для нужд ООО 

<

...> абразивных материалов (круг шлифовальный фибровый). В начале 2023 года у него состоялась беседа с К.А.Э. по вопросам сотрудничества, осуществления платежей и доставки товара. В ходе разговора они договорились о том, что с целью постоянной поставки товаров К.А.Э. должен будет передавать ему (ФИО1) в качестве «бонуса» 5% от суммы заявки без учета НДС. В свою очередь, он обязался осуществлять закупку для ООО 

<

...> абразивных материалов в ООО 

<

...>, хотя мог осуществлять данную закупку у других юридических лиц, так как именно он занимался поиском контрагентов по поставке продукции под наименованием «круг шлифовальный фибровый». Предварительная договоренность с К.А.Э. в начале 2023 года о заключении договора поставки не была связана с «откатами» денежных средств или тем более с их вымогательством у К.А.Э., а вызвана необходимостью диверсификации поставок, то есть в целях подстраховки и наличия запасных вариантов для поставок продукции, так как ранее единственным лицом, кто поставлял этот товар в адрес ООО 

<

...>, была 

<

...> фирма. Кроме того, после переговоров с ООО 

<

...> было установлено, что у данной организации по тем же закупаемым позициям цена дешевле, чем при их покупке у 

<

...> фирмы, так как при последнем варианте возникала необходимость уплаты дополнительных платежей и налогов по закупке от внешнеэкономической деятельности.

Договор поставки между ООО 

<

...> и ООО 

<

...> заключен 14 марта 2023 года, а первый платеж от К.А.Э. в его адрес был произведен 12 мая 2023 года в размере 40500 рублей. Перечисление 5% от суммы заявки было «бонусом», то есть благодарностью за сотрудничество. После заключения договора поставки он (ФИО1) периодически направлял в адрес ООО 

<

...> заявки на поставку абразива. Поставка продукции осуществлялась на основании телефонной заявки или заявки, составленной от его имени в адрес ООО 

<

...> по электронной почте. После поступления на расчетный счет ООО 

<

...> полной стоимости за отгруженный товар, К.А.Э. перечислял со своих банковских карт, открытых в АО 

<

...> и АО 

<

...>, денежные средства в сумме 5% стоимости товара без учета НДС, на банковскую карту АО 

<

...>, отрытую на его (ФИО1) имя. За период сотрудничества К.А.Э. перевел ему в качестве благодарности около 600000 рублей. За поставки продукции в октябре-ноябре 2024 года К.А.Э., согласно их договоренности, должен был перечислить ему еще более 100000 тысяч. В ноябре 2024 года они договорились, что указанную сумму К.А.Э. выплатит наличными денежными средствами при встрече. 9 декабря 2024 года он (ФИО1) встретился с К.А.Э. у гаражного кооператива 

<

...>, где К.А.Э. передал ему конверт с наличными денежные средствами в сумме более 100000 рублей, равной 5% стоимости отгруженного товара без учета НДС. После этого его задержали сотрудники правоохранительных органов. У К.А.Э. денежные средства он не вымогал, тот отдавал деньги по собственному желанию согласно достигнутой договоренности. Не согласен с показаниями К.А.Э. о том, что 5% суммы поставленного товара он платил из опасения, что ФИО1, как менеджер, не заключит с ним договоры поставки. У ООО 

<

...> был заключен один договор с ООО 

<

...>, поэтому обсуждения о необходимости оплаты 5% за заключение каждый раз договоров поставки быть не могло. Кроме ООО 

<

...> поставки абразива осуществляла другая фирма. Оформление и направление заявок на поставку абразива в ООО 

<

...> было связано не с «откатом» в размере 5% в его пользу, а в связи с текущей необходимостью, так как на тот момент в таком количестве для нужд ООО 

<

...> больше не было поставщиков, а ООО 

<

...> наладили поставки абразива только в 2024 году при ценах, сопоставимых с ООО 

<

...>. В случае, если бы К.А.Э. не перечислял ему денежные средства, ООО 

<

...> по-прежнему закупало бы абразивы в ООО 

<

...>. К.А.Э. ошибочно воспринимал платежи, как необходимость продолжения работы с его компанией.

Требования контрагентам он (ФИО1) не выставлял. Денежные средства перечислялись ему за направление заявок в адрес контрагента, при этом суммы не оговаривались. Официально договоры не расторгались, просто не направлялись заявки. Все полученные от контрагентов денежные средства он потратил на собственные нужды (т. 1, л.д. 119 - 123, 133 - 136; т. 5, л.д. 48 - 53).

Таким образом, из приведенных показаний, достоверность которых ФИО1 подтвердил в суде первой инстанции, следует, что, как в ходе предварительного следствия, так и в суде первой инстанции ФИО1 не оспаривался сам факт получения денежных средств от представителей ООО 

<

...>, ООО 

<

...>, ООО 

<

...>, а также размер полученных им денежных средств.

Вина ФИО1 в совершении преступлений, помимо его показаний, подтверждается показаниями свидетелей М.Е.А., Ф.Д.В., Т.Н.И., К.А.Э., Л.А.В., Б.В.В., Я.А.А., Т.Д.С., документами о трудоустройстве ФИО1 и его должностных обязанностях в должности менеджера по снабжению ООО 

<

...> (в последующем - ООО 

<

...>), договорами поставок, протоколами выемки, осмотра предметов, осмотра места происшествия, обыска, банковскими квитанциями и выписками по счетам о переводах денежных средств, заключением специалиста, вещественными доказательствами, результатами оперативно-розыскной деятельности, иными материалами дела.

Как следует из материалов уголовного дела, 12 июля 2016 года ООО 

<

...> поставлено на учет в налоговом органе по месту нахождения, в этот же в ЕГРЮЛ день внесена запись о создании юридического лица (т. 2, л.д. 206 - 208).

6 мая 2021 года внесены изменения в ЕГРЮЛ об изменении наименования организации на ООО 

<

...>, подтверждается соответствующими свидетельствами, выпиской из решения и листом записи ЕГРЮЛ (т. 3, л.д. 82 - 84).

Согласно Уставу ООО 

<

...>, основной целью деятельности общества является получение прибыли (п. 2.1); предметом деятельности организации является производственная деятельность, в том числе, производство строительных металлических изделий; производство деревянных строительных конструкций, включая сборные деревянные строения и столярные изделия; обработка металлов и нанесение покрытий на металлы; производство крепежных изделий, цепей и пружин; производство прочих готовых металлических изделий; производство изделий из проволоки; обработка металлических изделий с использованием основных технологических процессов машиностроения; производство упаковки из легких металлов; производство металлических бочек и аналогичных емкостей (п. 2.2.1).

В соответствии с п. 9.1 Устава руководство текущей деятельностью осуществляет генеральный директор (т. 2, л.д. 210 - 216).

Уставы ООО 

<

...> (редакция №2), утвержденный решением единственного участника № 9 от 5 июня 2019 года, ООО 

<

...>» (редакция № 3), утвержденный решением единственного участника № 8 от 20 апреля 2021 года, содержат аналогичные положения (т. 2, л.д. 217 - 223, 224 - 230).

Согласно приказу № 2325-к от 20 ноября 2018 года и трудовому договору № 1563 от 20 ноября 2018 года, ФИО1 принят в ООО 

<

...> в отдел материально-технического снабжения на должность менеджера по снабжению с 20 ноября 2018 года (т. 1, л.д. 192; т. 2, л.д. 231, 232 - 234, 236).

В соответствии с договором о полной материальной ответственности от 20 ноября 2018 года, заключенным между ООО 

<

...> (работодатель) и ФИО1 (работник), последний принял на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного ему имущества, а также за ущерб, возникший у Работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам, в связи с чем, работник обязуется, в том числе, вести учет, составлять и представлять в установленном порядке товарно-денежные и другие отчеты о движении и остатках вверенного ему имущества; своевременно и в полном объеме предоставлять работодателю сопровождающую документацию, подтверждающую отгрузку товара покупателю (т. 1, л.д. 30).

Согласно должностной инструкции менеджера по снабжению ООО 

<

...> (с которой ФИО1 ознакомлен 28 ноября 2018 года), в обязанности менеджера по снабжению, в том числе, входит:

- осуществление поиска поставщиков, ориентируясь на качество предлагаемых материально-технических ресурсов, цену, сроки поставок, благоприятные условия поставок (п. 2.1);

- получение по договорам, нарядам и другим документам товарно- материальных ценностей (п. 2.2);

- оформление документации на получаемые и отправляемые грузы, заказ контейнеров, другой тары, а также транспортных средств для их доставки (п. 2.3);

- производство внеплановых закупок материалов (п. 2.4);

- принятие мер по повышению эффективности использования материальных ресурсов путем снижения затрат, связанных с их приобретением, доставкой и хранением (п. 2.8).

При этом менеджер по снабжению имеет право:

- вносить на рассмотрение руководства предложения по совершенствованию работы, связанной с его должностными обязанностями (п. 3.1);

- подписывать и визировать документы в пределах своей компетенции (п. 3.2);

- сообщать непосредственному руководителю о всех недостатках в деятельности организации (структурного подразделения, отдельных работников), выявленных в процессе исполнения своих должностных обязанностей, и вносить предложения по их устранению (п. 3.3);

- запрашивать от руководителей структурных подразделений организации (специалистов), получать и использовать информацию и документы, необходимые для выполнения должностных обязанностей (п. 3.4);

- участвовать в подборе и расстановке кадров по своей деятельности (п. 3.5);

- вносить на рассмотрение руководителя организации представления о перемещении, увольнении подчиненных ему работников, предложения об их поощрении или наложении на них взысканий (п. 3.7);

- представлять интересы организации во взаимоотношениях с иными структурными подразделениями и сторонними организациями по вопросам, входящим в его компетенцию (п. 3.7) (т. 2, л.д. 235).

Из показаний свидетелей: Л.А.В. (генерального директора ООО 

<

...>), Б.В.В. (исполнительного директора, в обязанности которой входит осуществление организации и руководство отделом закупок, распределение среди менеджеров отдела ответственности за определенные товарные группы), Я.А.А. (заместителя начальника отдела внутреннего контроля, в обязанности которого входит обеспечение безопасности предприятия), в судебном заседании, а также показаний, оглашенных в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, достоверность которых свидетели подтвердили в судебном заседании, следует, что в штатном расписании ООО 

<

...> имеется должность менеджера по снабжению, в полномочия которого входит поиск поставщиков, выполнение письменных и устных распоряжений руководителя, представление интересов организации во взаимоотношениях с иными структурными подразделениями и сторонними организациями по вопросам, входящим в его компетенцию. ФИО1 при исполнении должностных обязанностей менеджера по снабжению осуществлял закупку у поставщиков материально-технических ресурсов и расходных материалов, необходимых для деятельности ООО 

<

...> по изготовлению металлических дверей. В своей деятельности ФИО1 осуществлял подбор поставщиков, при котором должен был ориентироваться на качество предлагаемых материально-технических ресурсов, цену, сроки поставок и благоприятные условия поставок; контактировал с представителем поставщика на предмет заключения договора поставки; при положительной договоренности с поставщиком осуществлял подготовку проекта договора поставки, после чего направлял его на согласование в подразделения предприятия и подписание генеральным директором. Договор заключается на год, после чего пролонгируется, при этом документально пролонгация не оформляется. Цена и объем товара по договору определяются менеджером по снабжению, исходя из потребностей организации. Менеджер по собственному усмотрению определяет возможность заключения договора поставки с тем или иным контрагентом, предложившим наименьшую цену и более выгодные условия, а также принимает устное решение о дальнейшем сотрудничестве по ранее заключенному договору, после чего по инициативе менеджера происходит пролонгация договора, он делает заявки контрагенту, которые ни с кем не согласовывает. Исполнительный директор на основании устного распоряжения закрепляет за менеджерами по снабжению закупку у поставщиков определенного рода товаров (материалов), необходимых для выполнения основного вида деятельности. Тем самым за каждым менеджером по снабжению закрепляются направления приобретения конкретного вида товара (материала), при закупке которого, менеджер по снабжению самостоятельно осуществляет подбор поставщиков. Однако, менеджер по снабжению в каждом случае должен осуществить анализ рынка, с целью определения поставщика, способного предложить товар по наименьшей цене. Менеджер ФИО1 был закреплен за закупку у поставщиков материалов, предназначенных для сварочных работ, товара под наименованием «круг шлифовальный», поставку паспортов (инструкций) на металлические изделия, выполненные на бумажном носителе. В связи с этим ФИО1 выступал ответственным лицом при осуществлении закупки расходных материалов в ООО 

<

...> на основании договора поставки от 1 января 2020 года, закупки товара бланочного характера в ООО 

<

...> на основании договора от 9 января 2020 года, закупки товара «круг шлифованный фибровый» в ООО 

<

...> на основании договора поставки от 14 марта 2023 года, при этом указанный товар приобретался ежемесячно в зависимости от объема выработки и качества товара в количестве примерно 5000 единиц. Перед направлением заявки на поставку материалов ФИО1 должен был осуществить анализ рынка, с целью определения поставщика, способного предложить товар по наименьшей цене, то есть в силу занимаемого служебного положения ФИО1 самостоятельно определял поставщика в целях повышения эффективности использования материальных ресурсов путем снижения затрат, связанных с их приобретением, доставкой и хранением, непосредственно осуществлял закупку путем направления заявки. В случае, если бы ФИО1 не получал от представителей коммерческих организаций незаконные денежные средства в виде коммерческого подкупа, то цена за единицу товара у поставщика была бы в меньшем размере (т. 2, л.д. 199 - 203; т. 3, л.д. 9 - 13; т. 5 л.д. 17 - 21).

Кроме того, в судебном заседании свидетели Л.А.В. и Я.А.А. дополнили, что после проверки, проведенной службой безопасности, сделан вывод, что цены на продукцию, поставляемую ООО 

<

...>, ООО 

<

...>, ООО 

<

...>, были не самыми низкими, после чего заключены договоры с иными организациями по более низкой цене.

29 ноября 2024 года, 31 января 2025 года генеральным директором ООО 

<

...> Л.А.В. дано согласие на возбуждение уголовного дела по признакам преступлений, предусмотренных ст. 204 УК РФ, по фактам получения менеджером по снабжению отдела материально-технического снабжения ФИО1 коммерческого подкупа за организацию поставок товаров от ООО 

<

...>, ООО 

<

...>, ООО 

<

...> (т. 1, л.д. 4, 92; т. 2, л.д. 4, 41).

В соответствии с протоколами выемки от 3 февраля 2025 года и 6 февраля 2025 года в ООО 

<

...> изъяты документы, отражающие хозяйственные операции между ООО 

<

...>, ООО 

<

...>, ООО 

<

...>, ООО 

<

...> за период с марта 2023 года по январь 2025 года (т. 2, л.д. 140 - 144, 151 - 157).

В соответствии с протоколом осмотра предметов и документов от 26 февраля 2025 года осмотрены счета-фактуры, платежные поручения, копии отчетов по операциям, копии выписок операций по лицевому счету, свидетельствующие о поставке товаров в адрес ООО «

<

...> от ООО 

<

...>, ООО 

<

...>, ООО 

<

...> (т. 4, л.д. 1 - 348).

В соответствии с постановлениями № 4рд, № 5рд от 31 января 2025 года, № 37рд от 29 ноября 2024 года, № 38рд от 10 декабря 2024 года следователю по уголовному делу предоставлены материалы, полученные в результате оперативно-розыскной деятельности (т. 1, л.д. 19 - 20, 195 - 196; т. 2, л.д. 8 - 9, 46 - 47).

В соответствии с постановлением о проведении оперативно-розыскного мероприятия от 24 января 2025 года, МВД по Республике Марий Эл разрешено проведение оперативно-розыскного мероприятия, связанного с получением сведений, составляющих банковскую тайну, в том числе, получение расширенной выписки о движении денежных средств в ПАО 

<

...> по расчетным счетам, открытым на имя ФИО1 за период с 1 января 2021 года по 10 декабря 2024 года (т. 2, л.д. 35).

Виновность ФИО1 по каждому из совершенных преступлений также подтверждается исследованными доказательствами.

По факту получения денежных средств от директора ООО 

<

...> М.Е.А.

Из показаний свидетеля М.Е.А. в судебном заседании, а также показаний, оглашенных в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, достоверность которых свидетель подтвердил в судебном заседании, следует, что он является единственным учредителем и руководителем ООО 

<

...>. 25 октября 2017 года между ООО 

<

...> и ООО 

<

...> заключен договор поставки № 235/17. В рамках данного договора от ООО 

<

...> поступали заявки (устно по телефону либо на электронную почту) на необходимые материалы и оборудование, по которым осуществлялась отгрузка. Примерно с 2020 года заказы о поставке в ООО 

<

...> сварочного оборудования и расходных материалов начали поступать в устном и письменном виде от менеджера по снабжению ФИО1, с иными работниками не контактировал. В 2022 году ФИО1 известил его о том, что в дальнейшем закупка оборудования и материалов для нужд ООО 

<

...> будет осуществляется за неофициальную передачу ему денежного вознаграждения, в ином случае последует отказ от закупок и расторжение договора. Так как ООО 

<

...> являлся одним из крупных покупателей, желая иметь постоянного клиента и лояльное отношение, от которого многое зависело, он (М.Е.А.) согласился с требованием ФИО1 В 2022 - 2023 годах он переводил свои личные денежные средства на банковские счета ФИО1, открытые в ПАО 

<

...> и АО 

<

...>. Размер денежного вознаграждения зависел от суммы заказа товара и составлял примерно 5% от закупки. ФИО1 производил расчет сам после оплаты ООО 

<

...> за поставленный товар. Иногда он (М.Е.А.) просил перевести денежные средства ФИО1 своего заместителя Ф.Д.В., которого не ставил в известность о неофициальных взаимоотношениях с ФИО1 и в последующем компенсировал Ф.Д.В. переведенные им суммы наличными денежными средствами. Всего по требованию ФИО1 на его банковские счета были перечислены денежные средства в общей сумме 234900 рублей. В связи с тем, что ФИО1 постоянно требовал передачу неформального денежного вознаграждения, взаимоотношения по поставкам сократились до минимальных (т. 2, л.д. 190 - 194).

Показания свидетеля М.Е.А. о том, что по вопросам поставки товара он общался только с ФИО1, согласуются с приведенными выше показаниями сотрудников ООО 

<

...> о том, что ФИО1 выступал ответственным лицом при осуществлении закупки расходных материалов в ООО 

<

...>, и опровергают показания ФИО1 о том, что заявку в ООО 

<

...> мог направить любой менеджер ООО 

<

...>

Кроме того, показания свидетеля М.Е.А. согласуются с показаниями свидетеля Ф.Д.В. (заместителя директора ООО 

<

...>).

Так, из показаний свидетеля Ф.Д.В. в судебном заседании, а также показаний, оглашенных в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, достоверность которых свидетель подтвердил в судебном заседании, следует, что директор ООО 

<

...> М.Е.А. иногда просил его перевести денежные средства по абонентскому номеру телефона 

<

№>, но кому принадлежал этот номер и в связи с чем осуществлялись переводы, он не знал. В последующем М.Е.А. компенсировал ему переведенные суммы наличными денежными средствами. За период с 2022 года по 2023 год он (Ф.Д.В.) перевел со своего счета денежные средства по номеру телефона 

<

№>: 12 апреля 2022 года - 50000 рублей; 1 августа 2022 года - 15000 рублей; 9 сентября 2022 года - 23000 рублей; 15 декабря 2022 года - 12000 рублей и 600 рублей; 23 июня 2023 года - 22000 рублей; 14 июля 2023 года - 15300 рублей; 4 августа 2023 - 18000 рублей; 15 сентября 2023 года - 22000 рублей; 20 октября 2023 года - 20000 рублей (т. 2, л.д. 195 - 198).

Суд исследовал договор поставки № 235/17 от 25 октября 2017 года, заключенный между ООО 

<

...> (Поставщик) и ООО 

<

...> (Покупатель). Согласно данному договору, Поставщик обязался изготавливать и поставлять Покупателю товар, а Покупатель принять и оплатить его. Товар изготавливается и поставляется Поставщиком на основании индивидуальных Заказов Покупателя. Наименование, ассортимент, количество, цена товара и общая стоимость определяются с учетом Заказа Покупателя и указываются в накладных, подписанных уполномоченными представителями Поставщика и Покупателя. Заказ Покупателя является неотъемлемой частью договора. Дата поставки и способ поставки указываются в Заказе Покупателя. Договор действует до 31 декабря 2017 года и считается пролонгированным на следующий календарный год, если за месяц до окончания срока его действия ни одной из сторон не будет заявлено о его расторжении. Количество пролонгаций не ограничено (т. 2, л.д. 20 - 23).

Условия договора поставки № 15/20 от 1 января 2020 года, заключенного между ООО 

<

...> (Поставщик) и ООО 

<

...> (Покупатель), в целом аналогичны условиям, содержащимся в договоре от 25 октября 2017 года (т. 2, л.д. 243 - 246).

Согласно квитанциям от 9 декабря 2022 года и 4 декабря 2023 года, М.Е.А. направил получателю Д. Л. по номеру телефона 

<

№> суммы в размере 20000 рублей и 17000 рублей (т. 2, л.д. 18, 19), что также соответствует сведениям о движении денежных средств по банковским счетам ФИО1, открытым в АО 

<

...>, отражающем перечисление денежных средств от М.Е.А. (т. 3, л.д. 102 - 165).

Сведения о движении денежных средств по банковскому счету ФИО1, открытому в ПАО 

<

...>, отражающие перечисление денежных средств от Ф.Д.В. в адрес ФИО1 в даты и в сумме, указанные свидетелем Ф.Д.В. при его допросе, отражены в протоколе осмотра DVD-R диска от 25 февраля 2025 года (т. 3, л.д. 195 - 203).

В соответствии с заключением специалиста № 39 от 21 февраля 2025 года общая сумма денежных средств, поступивших на счета банковских карт АО 

<

...>, ПАО «

<

...>, открытых на имя ФИО1, от М.Е.А. и Ф.Д.В. в период с 12 апреля 2022 года по 4 декабря 2023 года составила 234900 рублей (т. 2, л.д. 252 - 255).

В соответствии с протоколом осмотра предметов от 26 февраля 2025 года в ходе осмотра мобильного телефона ФИО1 обнаружен контакт 

<

...> с абонентским номером 

<

№> (т. 3, л.д. 211 - 213).

По факту получения денежных средств от бухгалтера-кассира ООО 

<

...> Т.Н.И.

Из показаний свидетеля Т.Н.И. в судебном заседании следует, что она занимает должность бухгалтера-кассира в ООО 

<

...>. В её обязанности входит прием заказов, выписка товарных документов, прием денежных средств. ООО 

<

...> на основании договора поставки изготавливало для ООО 

<

...> бланки-паспорта на железные двери. Все вопросы по договору она решала с представителем заказчика ФИО1 Ей на рабочую электронную почту приходили заявки от ФИО1, где был указан тираж продукции и сама инструкция. Она распечатывала заявку, выписывала карту заказа, отдавала в работу и выставляла счет, который отправляла на электронную почту ФИО1 В мае 2023 года ФИО1 при встрече сообщил, что у него уменьшится зарплата, после чего спросил, может ли она отдавать ему наличными деньгами какую-то часть от стоимости заказов. Вымогательств, требований и угроз со стороны ФИО1 не было. Она согласилась с предложением ФИО1, понимая, что, если ООО 

<

...> откажется работать с ООО 

<

...>, то её организация потеряет крупного заказчика и доход. В период с мая 2023 года по декабрь 2024 года после поступления оплаты за товар, направленный в ООО 

<

...>, она со своей банковской карты перечислила на карту ФИО1 свои личные денежные средства в общей сумме 39900 рублей.

Суд исследовал договор поставки № 67/20 от 9 января 2020 года между ООО 

<

...> (Поставщик) и ООО 

<

...> (Покупатель). Согласно данному договору, Поставщик обязуется изготавливать и поставлять Покупателю товар, а Покупатель принимать и оплачивать его. Товар изготавливается и поставляется Поставщиком на основании индивидуальных Заказов Покупателя. Наименование, ассортимент, количество, цена товара и общая стоимость определяются с учетом Заказа Покупателя и указываются в накладных, подписанных уполномоченными представителями Поставщика и Покупателя. Заказ Покупателя является неотъемлемой частью договора. Дата поставки и способ поставки указываются в Заказе Покупателя. Договор действует до 31 декабря 2020 года и считается пролонгированным на следующий календарный год, если за месяц до окончания срока его действия ни одной из сторон не будет заявлено о его расторжении. Количество пролонгаций не ограничено (т. 2, л.д. 94 - 97, 239 - 242).

В соответствии с протоколом осмотра скриншотов 

<

...>» от 26 февраля 2025 года менеджер ФИО1 направлял в адрес ООО 

<

...> заявки на изготовление печатной продукции для нужд ООО 

<

...> (т. 2 л.д. 131 - 136; т. 3, л.д. 215 - 223).

Как следует из чеков по операциям, отправителем Т.Н.И. осуществлены следующие переводы денежных средств ФИО1 по номеру телефона 

<

№>: 23 мая 2023 года - 900 рублей, 14 июля 2023 года - 2500 рублей, 1 сентября 2023 года - 1500 рублей, 27 сентября 2023 года - 1700 рублей, 10 ноября 2023 года - 1700 рублей, 20 декабря 2023 года - 1700 рублей, 15 февраля 2024 года - 1300 рублей, 15 марта 2024 года - 2600 рублей, 23 апреля 2024 года - 3000 рублей, 5 июня 2024 года - 3000 рублей, 5 июля 2024 года - 3400 рублей, 5 августа 2024 года - 3400 рублей, 10 сентября 2024 года - 3400 рублей, 2 октября 2024 года - 3400 рублей, 6 ноября 2024 года - 3400 рублей, 28 ноября 2024 года - 3000 рублей (т. 2, л.д. 56 - 71).

Перечисление Т.Н.И. указанных сумм ФИО1 подтверждается выписками по счету дебетовой карты ПАО 

<

...>», принадлежащего Т.Н.И., за период с 1 января 2023 года по 31 декабря 2024 года (т. 2, л.д. 72 - 91).

Сведения о движении денежных средств по банковскому счету ФИО1, открытому в ПАО 

<

...>, отражающие перечисление денежных средств от Т.Н.И. в общей сумме 39900 рублей, отражены в протоколе осмотра DVD-R диска от 25 февраля 2025 года (т. 3, л.д. 195 - 203).

В соответствии с заключением специалиста № 39 от 21 февраля 2025 года общая сумма денежных средств, поступивших на счет банковской карты, открытой в ПАО 

<

...> на имя ФИО1, от Т.Н.И. в период с 23 мая 2023 года по 28 ноября 2024 года составила 39900 рублей (т. 2, л.д. 252 - 255).

В соответствии с протоколом осмотра предметов от 26 февраля 2025 года в ходе осмотра мобильного телефона ФИО1 обнаружен контакт 

<

...>» с абонентским номером 

<

№> (т. 3, л.д. 211 - 213).

По факту получения денежных средств от менеджера по продажам ООО 

<

...> К.А.Э.

Из показаний свидетеля К.А.Э. в судебном заседании, а также показаний, оглашенных в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, достоверность которых свидетель подтвердил в судебном заседании, следует, что в его обязанности как менеджера по продажам ООО 

<

...> входит реализация ручного инструмента и абразивного материала. В 2022 году он связался по телефону с менеджером по снабжению ООО 

<

...> Т.Д.С., который по вопросу реализации ООО 

<

...> абразивных материалов (круг шлифовальный фибровый) направил его к другому представителю - ФИО1, но тот изначально пояснил, что его организация не нуждается в поставке абразивных материалов из-за достаточного количества запасов в складских помещениях. Примерно через 1-2 месяца после повторного телефонного звонка с аналогичным предложением ФИО1 предложил встретиться с ним в 

<

адрес>. В начале 2023 года он (К.А.Э.) приехал к ООО 

<

...>, где в салоне его автомашины они с ФИО1 обсудили вопросы дальнейшего сотрудничества. В ходе беседы ФИО1 сообщил, что в целях постоянной поставки продукции в адрес ООО 

<

...> в качестве «бонуса» ему должны передаваться денежные средства в сумме 5% от суммы заявки без учета НДС, в ином случае ООО 

<

...> не будет приобретать продукцию в ООО 

<

...>. Он (К.А.Э.) согласился с предложением ФИО1, поскольку понимал, что ООО 

<

...> будет являться одним из крупных покупателей материалов в связи с неограниченным количеством поставок. Кроме того, он понимал, что если откажется платить денежные средства в указанном размере, то ФИО1, как менеджер, который отвечает за данное направление, не заключит договор поставки, не будет приобретать товар и направлять заявки. Поставка продукции в адрес ООО 

<

...> осуществлялась на основании заключенного договора. После поступления на расчетный счет ООО 

<

...> полной стоимости за отгруженный товар, он (К.А.Э.) со своих личных банковских карт, открытых в АО 

<

...> и АО 

<

...>, переводил ФИО1 на его банковскую карту в АО 

<

...> денежные средства в сумме 5% от стоимости отгруженного товара без учета НДС: 15 февраля 2024 года в сумме 17300 рублей; 16 апреля 2024 года - 43250 рублей; 17 июня 2024 года - 86500 рублей; 15 августа 2024 года - 137000 рублей; 20 ноября 2024 года - 86430 рублей; 12 мая 2023 года - 40500 рублей; 16 июня 2023 года - 30000 рублей; 8 августа 2023 года - 7500 рублей; 14 сентября 2023 года - 22500 рублей; 16 октября 2023 года - 10380 рублей; 15 ноября 2023 года - 12100 рублей; 15 декабря 2023 года - 51900 рублей; 22 апреля 2024 года - 43250 рублей; 22 июля 2024 - 77850 рублей. Всего он перевел на банковскую карту ФИО1 денежные средства в размере 666460 рублей. За поставки продукции в ООО 

<

...>, осуществленные в октябре-ноябре 2024 года, он должен был передать ФИО1 173000 рублей, что было осуществлено в ходе оперативно-розыскных мероприятий (т. 1, л.д. 52 - 57).

Показания свидетеля К.А.Э. согласуются с показаниями свидетеля Т.Д.С.

Из показаний свидетеля Т.Д.С. в судебном заседании, а также показаний, оглашенных в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, достоверность которых свидетель подтвердил в судебном заседании, следует, что он работал менеджером в ООО 

<

...>. В его должностные обязанности входило прием заявок, обработка, выписывание конкурентных листков для выбора наименьшей стоимости материалов, распределение которых между менеджерами производилось от имени руководства. По телефону с ним связался представитель ООО 

<

...> по вопросу поставки шлифовальных кругов. Он передал данную информацию ФИО1, который отвечал за данное направление работы. В дальнейшем с представителем ООО 

<

...> контактировал только ФИО1 Летом 2024 года ФИО1 предложил ему заняться получением «откатов» от ООО 

<

...> за заключение договора поставки с «ООО 

<

...> в размере 5% от суммы заявки без учета НДС. На данное предложение он сказал, что делать этого не стоит, но категорическим отказом не ответил. Более данную тему они с ФИО1 не обсуждали. На одной из планерок стало известно, что ранее шлифовальные круги в ООО 

<

...> поставляла фирма из 

<

адрес> по цене около 200 рублей. Данные круги в ООО 

<

...> стоили дороже, но ФИО1 утверждал, что товар выгоднее закупать в 

<

адрес>. В один из дней ФИО1 перечислил ему на банковскую карту денежные средства, пояснив, что это за 

<

...>. Вспомнив ранее состоявшийся разговор, он (Т.Д.С.) понял, что это часть «бонуса» от компании ООО 

<

...>. Какой-либо договоренности с ФИО1 о взимании денежных средств с ООО 

<

...> в качестве «отката» за договор поставки с ООО 

<

...> у него не было. При личной встрече ФИО1 пояснил, что деньги перевел в качестве долга, деньги взял из части «отката» в сумме 5% от суммы заявки на шлифовальные круги в ООО 

<

...>. Аналогичным образом ФИО1 перечислял ему денежные средства примерно 8 раз в общем размере 15-20 тысяч рублей, так как ранее брал у него деньги в долг. Взаимоотношения с ООО 

<

...> поддерживал только ФИО1, то есть оформлял документы, определял количество товара. 9 декабря 2024 года он (Т.Д.С.) по просьбе ФИО1 отвез его с территории ООО 

<

...> к гаражам в 

<

адрес>, где, со слов ФИО1, тот должен был встретиться с представителем ООО 

<

...>. Спустя 5-7 минут, когда ФИО1 возвращался в сторону его машины, их задержали сотрудниками полиции. О том, что ФИО1 получил денежные средства в качестве «отката» за поставку материалов от ООО 

<

...>, достоверно не знал, но догадывался об этом (т. 1, л.д. 69 - 73; т. 5, л.д. 77 - 80).

Показания свидетелей К.А.Э., Т.Д.С. также согласуются с приведенными выше показаниями сотрудников ООО 

<

...> (Л.А.В., Б.В.В., Я.А.А.) о том, что именно ФИО1 выступал ответственным лицом при осуществлении закупок у ООО 

<

...>

Суд исследовал договор поставки 

<

№> от 14 марта 2023 года между ООО 

<

...> (Поставщик) и ООО 

<

...> (Покупатель). Согласно данному договору Поставщик обязуется изготавливать и поставлять Покупателю товар, а Покупатель принимать и оплачивать его на условиях настоящего договора. Наименование, количество, номенклатура, цена товара и его стоимость, срок и порядок поставки согласовываются Сторонами в Спецификациях и указываются в товарных накладных (УПД), подписанных уполномоченными представителями Сторон и являющиеся неотъемлемой частью договора. Договор действует до 31 декабря 2023 года и считается пролонгированным на следующий календарный год, если за месяц до окончания срока его действия ни одной из сторон не будет заявлено о его расторжении. Количество пролонгаций не ограничено (т. 1, л.д. 171 - 172).

Согласно сведениям, указанным в справках АО 

<

...> и АО 

<

...>, со счетов К.А.Э. осуществлены переводы денежных средств на имя ФИО1: 15 февраля 2024 года в сумме 17300 рублей, 16 апреля 2024 года - 43250 рублей, 17 июня 2024 года - 86500 рублей, 15 августа 2024 года - 137000 рублей, 20 ноября 2024 года - 86430 рублей; 12 мая 2023 года - 40500 рублей; 16 июня 2023 года - 30000 рублей; 8 августа 2023 года - 7500 рублей; 14 сентября 2023 года - 22500 рублей; 16 октября 2023 года - 10380 рублей; 15 ноября 2023 года - 12100 рублей; 15 декабря 2023 года - 51900 рублей; 22 апреля 2024 года - 43250 рублей; 22 июля 2024 - 77850 рублей (т. 1, л.д. 13 - 16).

В соответствии с протоколом осмотра предметов и документов от 24 февраля 2025 года осмотрен DVD-R диск со сведениями о движении денежных средств по банковским счетам ФИО1, открытым в АО 

<

...>, отражающих перечисления денежных средств от К.А.Э. внутрибанковскими переводами и по системе быстрых платежей в период с 12 мая 2023 года по 22 июля 2024 года (т. 3, л.д. 102 - 165).

В соответствии с протоколом осмотра предметов и документов от 24 февраля 2025 года осмотрен DVD-R диск со сведениями о движении денежных средств по банковским счетам К.А.Э., открытым в АО 

<

...>, отражающих перечисления денежных средств ФИО1 внутрибанковскими переводами в период с 12 мая 2023 года по 22 июля 2024 года (т. 3, л.д. 166 - 181).

В соответствии с заключением специалиста № 39 от 21 февраля 2025 года общая сумма денежных средств, поступивших от К.А.Э. на счет банковской карты, открытой в АО 

<

...> на имя ФИО1, в период с 12 мая 2023 года по 20 ноября 2024 года составила 666460 рублей (т. 2, л.д. 252 - 255).

Постановлением о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну и их носителей, от 28 ноября 2024 года рассекречены материалы оперативно-розыскного мероприятия «Наблюдение», проведенного с использованием технических средств фиксации (т. 1, л.д. 43 - 44).

Согласно расписке от 27 ноября 2024 года К.А.Э. дал добровольное согласие на участие в проведении УЭБ и ПК МВД по Республике Марий Эл оперативно-розыскного мероприятия - осуществление телефонных звонков на абонентский номер 

<

№> ФИО1 и разговоров с ним, как представителем ООО 

<

...>, о денежном вознаграждении за содействие в поставках абразивных материалов от ООО 

<

...> в адрес ООО 

<

...> путем перечисления на банковскую карту ФИО1 (т. 1, л.д. 42).

Как следует из Акта проведения оперативно-розыскного мероприятия «Наблюдение» от 28 ноября 2024 года, К.А.Э., используя мобильный телефон с абонентским номером 

<

№>, осуществил телефонные звонки на абонентский номер 

<

№>, используемый ФИО1, в ходе которых между собеседниками состоялись разговоры, которые зафиксированы с использованием технических средств (т. 1, л.д. 45).

В протоколе прослушивания негласной аудиозаписи от 28 ноября 2024 года отражена стенограмма разговора между К.А.Э. и ФИО1, в ходе которого они обсуждают информацию о возникших у сотрудников полиции Республики Татарстан вопросах относительно банковских переводов К.А.Э. на карту ФИО1 на сумму свыше 400000 рублей, после чего К.А.Э. предлагает придумать «легенду», касающуюся причин перевода денежных средств, - «давал в долг», предлагает в декабре привезти наличные денежные средства, с чем ФИО1 соглашается (т. 1, л.д. 46 - 49).

В соответствии с протоколами осмотра предметов от 24 февраля 2025 года осмотрены оптические диски DVD-R: per. № МН 6/3599с, per. № МН 6/3600 от 28 ноября 2024 года, на которых зафиксированы аудиозаписи телефонных разговоров ФИО1 и К.А.Э., которые обсудили возникшую у одного из мужчин сложность, связанную с вызовом в правоохранительные органы по борьбе с экономическими преступлениями. В ходе разговора мужчины договорились о том, что передавать «бонусы» будут наличными денежными средствами, а ранее состоявшиеся между ними денежные переводы объяснят сотрудникам полиции, как возврат долга (т. 3, л.д. 94 - 101).

В соответствии с постановлением о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну и их носителей от 10 декабря 2024 года, рассекречены материалы оперативно-розыскного мероприятия «оперативный эксперимент», проведенного с использованием технических средств фиксации в отношении ФИО1 (т. 1, л.д. 197 - 198).

В соответствии с постановлением от 9 декабря 2024 года принято решение о проведении оперативно-розыскного мероприятия «оперативный эксперимент» с целью документирования факта получения незаконных денежных средств менеджером по снабжению ООО 

<

...> ФИО1 (т. 1, л.д. 201 - 202).

Согласно расписке от 9 декабря 2024 года К.А.Э. дал добровольное согласие на участие в оперативно-розыскном мероприятии, проводимом УЭБ и ПК МВД по Республике Марий Эл - осуществлении телефонного звонка ФИО1 для согласования встречи с ним и передаче макетов денежных средств в размере 173000 рублей, то есть суммы коммерческого подкупа за поставку абразивных материалов (т. 1, л.д. 208).

В соответствии с Актом передачи помеченных денежных купюр и специальных технических средств аудио-, видеофиксации лицу, осуществляемому оперативно-розыскное мероприятие «оперативный эксперимент» от 9 декабря 2024 года, К.А.Э. переданы макеты денежных купюр в количестве 80 штук на общую сумму 173000 рублей; специальное техническое средство аудио-, видеофиксации (т. 1, л.д. 209 - 210).

Согласно Акту о результатах оперативно-розыскного мероприятия «оперативный эксперимент» от 10 декабря 2024 года, К.А.Э. участвовал в данном оперативно-розыскном мероприятии, в ходе которого 9 декабря 2024 года в 13 часов 5 минут в ходе телефонного разговора с ФИО1 договорился с ним о месте встречи для передачи денежных средств. В тот же день в 15 часов 10 минут в назначенном месте на 

<

адрес> состоялась личная встреча К.А.Э. и ФИО1, которая происходила в автомашине К.А.Э. Телефонный разговор и встреча зафиксированы на специальные технические средства аудио-, видеофиксации. Во время встречи К.А.Э. передал ФИО1 бумажный конверт белого цвета, содержащий макеты денежных средств на общую сумму 173000 рублей за предыдущие поставки, собеседники обсудили качество поставляемой продукции, возможность совместного сотрудничества на следующий год. 9 декабря 2024 года в 15 часов 15 минут ФИО1 вышел из автомашины К.А.Э., после чего был задержан сотрудниками полиции (т. 1, л.д. 203 - 207).

Осмотрев стенограммы и прослушав аудиозаписи разговоров с ФИО1 от 28 ноября 2024 года и 9 декабря 2024 года, которые состоялись в ходе оперативно-розыскных мероприятий, свидетель К.А.Э. пояснил, что его речь в стенограммах обозначена как М2. В указанных разговорах он и ФИО1 договорились о передаче ему денежных средств за поставку товаров в ООО 

<

...>. По рекомендации сотрудников полиции в ходе разговора от 28 ноября 2024 года он предложил ФИО1 придумать легенду по факту передачи денег (т. 5, л.д. 72 - 74).

В соответствии с протоколом осмотра предметов от 25 февраля 2025 года осмотрен оптический диск DVD-R, per. № МН 6/3606с от 10 декабря 2024 года, на котором зафиксирована аудиозапись телефонного разговора ФИО1 и К.А.Э., которые договорились о встрече. При этом один из мужчин сообщил, что проедет через банкомат. Воспроизведением файла установлено наличие видеозаписи встречи в автомашине ФИО1 и К.А.Э. В ходе встречи водитель автомашины (К.А.Э.) передал лицу, севшему на переднее пассажирское место (ФИО1), сверток, который тот спрятал во внутренний карман одежды. В ходе разговора мужчина, передавший сверток, пояснил, что в нем «сто тридцать семь за предыдущие поставки» (т. 3, л.д. 188 - 194).

В соответствии с протоколом осмотра места происшествия от 9 декабря 2024 года осмотрен участок местности, расположенный в проеме гаражей линий 12 и 13 гаражного кооператива 

<

...> в 

<

адрес>, где обнаружен автомобиль 

<

...>. На пассажирском сиденье автомобиля находился ФИО1, который пояснил, что при нем имеется конверт с денежными средствами, переданными ему менеджером по продажам ООО 

<

...> К.А.Э. в благодарность за приобретенный ООО 

<

...> у ООО 

<

...> товар. При вскрытии конверта в нем обнаружены денежные макеты купюр в общей сумме 173000 рублей. На пассажирском сиденье обнаружен мобильный телефон 

<

...>, принадлежащий ФИО1 Макеты денежных купюр и телефон 

<

...> изъяты и упакованы (т. 1, л.д. 62 - 68).

В соответствии с протоколом обыска (выемки) от 9 декабря 2024 года у свидетеля Т.Д.С. изъят мобильный телефон 

<

...> (т. 1, л.д. 81 - 85).

В соответствии с протоколом осмотра предметов и документов от 24 февраля 2025 года осмотрены макеты купюр, изъятые 9 декабря 2024 года при производстве осмотра места происшествия: достоинством 1000 рублей - 2 штуки, достоинством 2000 рублей - 73 штуки, достоинством 5000 рублей - 5 штук (т. 3, л.д. 186 - 187).

Согласно протоколу осмотра предметов от 26 февраля 2025 года, в принадлежащем ФИО1 мобильном телефоне 

<

...> обнаружен контакт 

<

...> с абонентским номером 

<

№> (т. 3, л.д. 211 - 213).

Исследовав все представленные сторонами доказательства, в соответствии с требованиями ст.ст. 17, 87, 88 УПК РФ, объективно оценив и проанализировав всю совокупность приведенных выше согласующихся между собой доказательств, признанных допустимыми и достоверными, так как они получены с соблюдением норм уголовно-процессуального законодательства и Конституции Российской Федерации для разрешения уголовного дела, суд апелляционной инстанции считает их достаточными для вывода о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемых ему преступлений.

У суда не имеется оснований не доверять показаниям свидетелей М.Е.А./, Ф.Д.В., Т.Н.И., К.А.Э., Л.А.В., Б.В.В., Я.А.А., Т.Д.С., положенных в основу приговора. Суд находит их достоверными, соответствующими обстоятельствам, установленным судом, согласующимися с иными доказательствами, исследованными в суде первой инстанции. Каких-либо данных, свидетельствующих о заинтересованности допрошенных лиц в исходе дела, об оговоре ими ФИО1, по делу не установлено. Противоречий в показаниях свидетелей, которые дали бы основания усомниться в их достоверности, не имеется.

Оценивая показания ФИО1, данные в ходе предварительного следствия и в судебном заседании об обстоятельствах получения им денежных средств от М.Е.А., Т.Н.И. и К.А.Э. в связи с осуществлением закупок товаров ООО 

<

...> в рамках заключенных с ООО 

<

...>, ООО 

<

...>, ООО 

<

...> договоров поставок, суд находит их в целом последовательными и непротиворечивыми.

При этом, к доводам стороны защиты о том, что ФИО1 противоправных действий не совершал, а денежные средства, которые перечислялись ему на банковские карты от представителей контрагентов ООО 

<

...>» являлись лишь их добровольным «бонусом» и благодарностью за приобретенный у них товар, суд считает надуманными, направленными на желание ФИО1 избежать уголовной ответственности за совершенные преступления, расценивает их как избранный им способ защиты. Показания ФИО1 в данной части опровергаются совокупностью представленных стороной обвинения и исследованных судом доказательств, а именно приведенными выше показаниями свидетелей и письменными материалами дела.

Суд апелляционной инстанции также считает необходимым отметить, что обращения К.А.Э., М.Е.А. в правоохранительные органы с заявлениями в отношении ФИО1 показывают насколько «добровольными» были установленные ФИО1 «бонусы» (т. 1, л.д. 7; т. 2, л.д. 7).

Анализ доказательств, содержащихся в материалах уголовного дела, позволяет сделать вывод, что менеджер по снабжению ООО 

<

...> ФИО1, являясь лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, незаконно получал деньги в значительном и в крупных размерах за совершение действий в интересах дающих (М.Е.А., Т.Н.И., К.А.Э.) и иных лиц (ООО 

<

...>, ООО 

<

...>, ООО 

<

...>), входящих в служебные полномочия такого лица.

На основании исследования с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а в своей совокупности – достаточности представленных стороной обвинения доказательств с достоверностью установлено, что при совершении действий в интересах ООО 

<

...>, ООО 

<

...>, ООО 

<

...> ФИО1 выступал в качестве лица, выполняющего управленческие функции в коммерческой организации - ООО 

<

...>, поскольку названные действия, а также фактически выполняемый ФИО1 объем действий, входили в круг его служебных обязанностей, определенных должностной инструкцией и наделяли его административно-хозяйственными функциями.

Так, в соответствии с договорами поставки № 235/17 от 25 октября 2017 года, № 67/20 от 9 января 2020 года, № 400000008253 от 14 марта 2023 года, заключенным ООО 

<

...> (Покупатель) с ООО 

<

...>, ООО 

<

...>, ООО 

<

...> (Поставщики), каждый из Поставщиков обязался изготавливать и поставлять Покупателю товар, а Покупатель принять и оплатить его. Договорами предусмотрено, что товар изготавливается и поставляется Поставщиком на основании индивидуальных Заказов Покупателя. При этом наименование, ассортимент, количество, цена товара и общая стоимость, срок и порядок поставки определяются с учетом Заказа Покупателя, они указываются в товарных накладных, подписанных уполномоченными представителями Сторон, и являются неотъемлемой частью договора. Каждый из указанных договоров считается пролонгированным на следующий календарный год, если за месяц до окончания срока его действия ни одной из сторон не будет заявлено о его расторжении. При этом количество пролонгаций не ограничено.

В соответствии с должностной инструкцией менеджера по снабжению ООО 

<

...> в полномочия ФИО1 входило: поиск поставщиков с учетом качества предлагаемых ими материально-технических ресурсов, цены, сроков поставок, благоприятных условий поставок; производство закупок материалов; получение по договорам, нарядам и другим документам товарно-материальных ценностей; оформление документации на получаемые и отправляемые грузы; принятие мер по повышению эффективности использования материальных ресурсов путем снижения затрат, связанных с их приобретением, доставкой и хранением. К числу прав менеджера по снабжению ФИО1 отнесены: подписание и визирование документов в пределах своей компетенции; представление интересов организации во взаимоотношениях с иными структурными подразделениями и сторонними организациями по вопросам, входящим в его компетенцию.

Таким образом, именно ФИО1, согласно его должностной инструкции, представлял интересы ООО 

<

...> во взаимоотношениях с ООО 

<

...>, ООО 

<

...>, ООО 

<

...> по вопросам, входящим в его компетенцию, в том числе в отношении закупок у них материалов, а также имел право подписывать документы в пределах своей компетенции.

При этом само по себе указание в п. 1.1 инструкции об отнесении должности менеджера по снабжению к категории специалистов, на что обращалось внимание стороной защиты со ссылкой на Квалификационный справочник должностей руководителей, специалистов и других служащих, утвержденный Постановлением Минтруда России от 21 августа 1998 года № 37, без учета содержания перечисленных выше полномочий, правового значения не имеет.

Наличие у ФИО1, как менеджера по снабжению, соответствующих административно-хозяйственных функций, помимо должностной инструкции, подтверждается показаниями свидетелей Л.А.В., Б.В.В., Я.А.А., Т.Д.С. (сотрудников ООО 

<

...>»), которые показали, что за каждым менеджером по снабжению закрепляются направления приобретения конкретного вида товара (материала). Именно менеджеры по снабжению непосредственно осуществляют закупки у поставщиков материально-технических ресурсов и расходных материалов, необходимых для деятельности ООО 

<

...> по изготовлению металлических дверей. В своей деятельности менеджер ФИО1 самостоятельно осуществлял подбор поставщиков, контактировал с их представителями на предмет заключения договора поставки; по собственному усмотрению определял возможность заключения договора поставки с тем или иным контрагентом, осуществлял подготовку проекта договора поставки, после чего направлял его на согласование в подразделения предприятия и подписание генеральным директором предприятия; непосредственно осуществлял закупку товара путем направления заявки контрагенту; цена и объем товара по закупке определялись менеджером, исходя из потребности организации; им же принималось устное решение о дальнейшем сотрудничестве по ранее заключенному договору, после чего по инициативе менеджера происходила пролонгация договора, путем направления контрагенту заявок на поставку товаров, которые менеджер ни с кем не согласовывал. При этом, менеджер по снабжению в каждом случае должен был осуществлять анализ рынка, с целью определения поставщика, способного предложить товар по наименьшей цене в целях повышения эффективности использования материальных ресурсов путем снижения затрат, связанных с их приобретением, доставкой и хранением.

Однако, по результатам проверки, проведенной службой безопасности ООО 

<

...>, установлено, что цены на продукцию, приобретение которой было закреплено за менеджером ФИО1, поставляемой ООО 

<

...>, ООО 

<

...>, ООО 

<

...>, не являлись самыми низкими.

Таким образом, исходя из исследованных в судебном заседании доказательств, достоверно установлено, что в непосредственные обязанности ФИО1, как менеджера по снабжению ООО 

<

...>, входило согласование условий и сроков поставок по заявкам, которые он подписывал и направлял в адрес ООО 

<

...>, ООО 

<

...>, ООО 

<

...>, то есть определял существенные условия договорных отношений между юридическими лицами; контроль за исполнением заявок и движением материальных ценностей, в том числе, предназначенных для сварочных работ, товара под наименованием «круг шлифовальный», поставку паспортов (инструкций) на металлические изделия, выполненные на бумажном носителе; он подготавливал проект договора поставки перед подписанием его генеральным директором. Указанные полномочия позволяли ФИО1 от имени ООО 

<

...> распоряжаться материальными средствами организации в процессе осуществления коммерческой деятельности, совершать действия по принятию решений о цене и объемах поступающих в организацию товаров и продукции, осуществлять контроль за приобретением, доставкой и хранением материальных ресурсов.

В силу разъяснений, изложенных в п.п. 5, 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 19 от 16 октября 2009 года «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий», перечисленные выше полномочия ФИО1 относятся к административно-хозяйственным функциям, наличие которых определяет его статус как лица, выполняющего управленческие функции в коммерческой организации.

Указанные полномочия, определяющие названный статус ФИО1, предоставляли ему возможность осуществлять действия в интересах ООО 

<

...>, ООО 

<

...>, ООО 

<

...> и их представителей М.Е.А., Т.Н.И., К.А.Э., передававших ФИО1 незаконные денежные вознаграждения, а именно: самостоятельно выбрать данных поставщиков, осуществлять взаимодействие с представителями юридических лиц на предмет сотрудничества в целях осуществления коммерческой деятельности, подготовить проект договора поставки между ООО 

<

...> и ООО 

<

...>, направить его на согласование в подразделения своего предприятия и подписание генеральным директором, периодически осуществлять закупки товаров путем направления заявок контрагентам, которые с иными сотрудниками ООО 

<

...> не согласовывались, определять цену и объем товара по закупке, исходя из потребности организации, принимать самостоятельные решения о дальнейшем сотрудничестве по ранее заключенным договорам, что влекло их ежегодную автоматическую пролонгацию, путем направления в ООО 

<

...>, ООО 

<

...>, ООО 

<

...> очередных заявок на поставку товаров.

За совершение вышеуказанных действий, входящих в его служебные полномочия, ФИО1 получил:

- в период с 12 апреля 2022 года по 4 декабря 2023 года от директора ООО 

<

...> М.Е.А. денежные средства в общей сумме 234900 рублей;

- в период с 23 мая 2023 года по 28 ноября 2024 года от бухгалтера-кассира ООО 

<

...> Т.Н.И. денежные средства в общей сумме 39900 рублей;

- в период с 12 мая 2023 года по 20 ноября 2024 года от менеджера за продажам ООО 

<

...> К.А.Э. в общей сумме 666460 рублей, а также 9 декабря 2024 года от К.А.Э., действовавшего в условиях оперативно-розыскного мероприятия, муляжи наличных денежных средств в общей сумме 173000 рублей, являвшиеся частью предназначавшейся ФИО1 денежной суммы в общем размере 839460 рублей.

Вопреки доводам стороны защиты, содержание должностной инструкции менеджера по снабжению ООО 

<

...> от 30 октября 2018 года, с которой ФИО1 был ознакомлен 28 ноября 2018 года, свидетельствуют о том, что им выполнялись управленческие функции в коммерческой организации.

Участие иных лиц, входящих в подразделения ООО 

<

...>, в процессе согласования договора поставки с ООО 

<

...> и подписание этого договора генеральным директором, а также в осуществлении непосредственной оплаты за товары, поставленные ООО 

<

...>, ООО 

<

...>, ООО 

<

...>, не свидетельствует о том, что в полномочиях ФИО1 отсутствуют признаки административно-хозяйственных функций.

Задачей оплачиваемой работы ФИО1 в представляемой им организации являлся анализ рынка, с целью определения поставщика, способного предложить товар по наименьшей цене в целях повышения эффективности использования материальных ресурсов путем снижения затрат, связанных с их приобретением, доставкой и хранением, то есть поиск наиболее выгодных предложений по их покупке в интересах ООО 

<

...>.

Таким образом, ФИО1 являлся лицом, которое собирало и анализировало информацию о рынке товаров, необходимых для нужд представляемой им организации, то есть выступал в качестве эксперта в указанной сфере, а также представлял руководителю, в подчинении которого находился, информацию для принятия окончательного решения о заключении договора поставки с ООО 

<

...>. При этом руководитель при принятии решения очевидно исходил из того, что ФИО1 действовал добросовестно в интересах работодателя и не имел конфликта интересов.

Доводы стороны защиты о том, что ФИО1 не может быть признан субъектом коммерческого подкупа, а сами его действия не являются проявлением коррупционных преступных деяний, основаны на неверном толковании уголовного закона.

В силу ст. 10 Федерального закона от 25 декабря 2008 года № 273-ФЗ «О противодействии коррупции», под конфликтом интересов понимается ситуация, при которой личная заинтересованность (прямая или косвенная) лица, замещающего должность, влияет или может повлиять на надлежащее осуществление полномочий. Конфликт интересов включает в себя три элемента: личную заинтересованность работника, наличие у него служебных полномочий в конкретной ситуации для получения выгоды, причинную связь между ними.

Наличие всех трех указанных выше элементов в поведении ФИО1 достоверно установлено на основании анализа доказательств, представленных стороной обвинения.

В соответствии с Федеральным законом от 25 декабря 2008 года № 273-ФЗ «О противодействии коррупции» под коррупцией следует понимать:

а) злоупотребление служебным положением, дачу взятки, получение взятки, злоупотребление полномочиями, коммерческий подкуп либо иное незаконное использование физическим лицом своего должностного положения вопреки законным интересам общества и государства в целях получения выгоды в виде денег, ценностей, иного имущества или услуг имущественного характера, иных имущественных прав для себя или для третьих лиц либо незаконное предоставление такой выгоды указанному лицу другими физическими лицами;

б) совершение деяний, указанных в подпункте «а» настоящего пункта, от имени или в интересах юридического лица.

Личная заинтересованность ФИО1 в получении денежных средств от поставщиков продукции влияла на надлежащее осуществление им полномочий, а именно, приводила к выбору контрагентов ООО 

<

...> без учета конкурентных цен на рынке товаров, что влекло причинение организации ущерба путем упущенной выгоды от сделок по приобретению товаров по меньшей цене, при условии исполнения ФИО1 своих управленческих функций без личной заинтересованности в получении незаконного вознаграждения.

Указанные выводы подтверждаются показаниями свидетелей Л.А.В. и Я.А.А., из которых установлено, что цены на продукцию, поставляемую ООО 

<

...>, ООО 

<

...>, ООО 

<

...>, не были самыми низкими на рынке, в связи с чем после проведения служебной проверки деятельности ФИО1 заключены договоры с иными организациями по более низкой цене.

Мнение самого ФИО1 и его защитника о том, что получение денежного вознаграждения от представителей поставщиков продукции по их добровольному согласию, не является преступным деянием, правового значения для разрешения уголовного дела не имеет и не может являться основанием для освобождения ФИО1 от уголовной ответственности за совершенные им преступления. Судом установлено, что фактически ФИО1 действовал вопреки интересам организации, в которой он выполнял управленческие функции.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что предварительное следствие по уголовному делу в отношении ФИО1 проведено полно, объективно и всесторонне, обвинительное заключение составлено в строгом соответствии с требованиями, предъявляемыми к данному виду процессуальных документов ст. 220 УПК РФ, все необходимые элементы состава каждого из преступлений с достоверностью установлены и сомнений у суда не вызывают.

Все положенные в основу обвинения ФИО1 доказательства, в том числе результаты оперативно-розыскных мероприятий, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, а поэтому являются допустимыми.

Из показаний свидетеля К.А.Э. и материалов оперативно-розыскной деятельности следует, что оперативно-розыскные мероприятия были начаты после того, как получены сведения о возможной причастности ФИО1 к противоправной деятельности. Никакого воздействия со стороны сотрудников правоохранительных органов на его участников, в том числе ФИО1, не оказывалось. Указанное мероприятие проводилось сотрудниками правоохранительных органов не с целью формирования у ФИО1 преступного умысла и искусственного создания доказательств его преступной деятельности, а для решения постановленных перед правоохранительными органами ст. 2 Федерального закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» задач выявления, пресечения и раскрытия преступлений, в связи с чем не могут расцениваться как провокация или склонение ФИО1 к совершению преступления. Из установленных обстоятельств дела усматривается, что умысел ФИО1 на получение незаконного денежного вознаграждения возник независимо от действий К.А.Э. и сотрудников полиции.

Обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии с требованиями ст. 73 УПК РФ по данному уголовному делу установлены в полном объеме.

В ходе судебного разбирательства достоверно установлено, что денежные средства, поступающие от М.Е.А., Т.Н.И. и К.А.Э., на банковские карты ФИО1, предназначались именно ему, что подтверждается показаниями вышеуказанных свидетелей и не отрицалось самим ФИО1

Неустранимые сомнения в виновности ФИО1, требующие толкования в его пользу, предположительные выводы, по мнению суда апелляционной инстанции, по уголовному делу отсутствуют.

Субъективная сторона коммерческого подкупа заключается в прямом умысле и корыстной цели.

О наличии у ФИО1 умысла на незаконное получение денежных вознаграждений от М.Е.А., Т.Н.И., К.А.Э. свидетельствует то, что он, как менеджер по снабжению ООО 

<

...>, достоверно зная о том, что получение каких-либо вознаграждений от сторонних юридических, а также физических лиц за выполнение им своих трудовых функций запрещено законом, действуя вопреки интересам ООО 

<

...>, преднамеренно исказил действительное положение вещей, требуя передачи ему от указанных лиц денежные вознаграждения (по первому и второму преступлению - за гарантированную пролонгацию действия договоров поставки № 15/20 от 1 января 2020 года и № 67/20 от 9 января 2020 года и продолжение закупок у ООО 

<

...> оборудования и расходных материалов для производства сварочных работ, у ООО 

<

...> - бланочной полиграфической продукции, необходимой для реализации производственных задач ООО 

<

...>; по третьему преступлению – за гарантированное заключение между ООО 

<

...> и ООО 

<

...> договора поставки товаров и материалов, предназначенных для производства шлифовочных работ, гарантированную пролонгацию действия договора поставки №400000008253 от 14 марта 2023 года и продолжение закупок товаров в рамках данного договора). Получая денежные средства от указанных лиц, ФИО1 осознавал, что они представляют собой плату за совершение им действий в интересах дающих (М.Е.А., Т.Н.И., К.А.Э.) и представляемых ими организаций (ООО 

<

...>, ООО 

<

...>, ООО 

<

...>), и желал совершения таких действий.

Органами предварительного следствия действия ФИО1 квалифицированы:

- по п.п. «б, г» ч. 7 ст. 204 УК РФ как незаконное получение лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, денег за совершение действий в интересах дающего (М.Е.А.) и иного лица (ООО 

<

...>), если указанные действия входят в служебные полномочия такого лица и если оно в силу своего служебного положения может способствовать указанным действиям, сопряженное с вымогательством предмета подкупа, совершенное в крупном размере;

- по п. «б» ч. 7 ст. 204 УК РФ как незаконное получение лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, денег за совершение действий в интересах дающего (Т.Н.И.) и иного лица (ООО 

<

...>), если указанные действия входят в служебные полномочия такого лица и если оно в силу своего служебного положения может способствовать указанным действиям, сопряженное с вымогательством предмета подкупа, совершенное в значительном размере;

- по п.п. «б, г» ч. 7 ст. 204 УК РФ как незаконное получение лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, денег за совершение действий в интересах дающего (К.А.Э.) и иного лица (ООО 

<

...>), если указанные действия входят в служебные полномочия такого лица и если оно в силу своего служебного положения может способствовать указанным действиям, сопряженное с вымогательством предмета подкупа, совершенное в крупном размере.

Указанная квалификация действий ФИО1 была поддержана государственным обвинителем в суде первой инстанции и в апелляционном представлении, а прокурором и в суде апелляционной инстанции.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 9 июля 2013 года № 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях» под вымогательством предмета коммерческого подкупа (п. «б» ч. 7 ст. 204 УК РФ) следует понимать требование лица, выполняющего управленческие функции в коммерческой организации, передать незаконное вознаграждение при коммерческом подкупе, сопряженное с угрозой совершить действия (бездействие), которые могут причинить вред законным интересам лица, а также заведомое создание условий, при которых лицо вынуждено передать указанные предметы с целью предотвращения вредных последствий для своих правоохраняемых интересов (например, умышленное нарушение установленных законом сроков рассмотрения обращений граждан).

Таким образом, вымогательство коммерческого подкупа - это требование лица, выполняющего управленческие функции в коммерческой организации, передать незаконное вознаграждение под угрозой совершения действий, которые могут причинить ущерб законным интересам граждан. Когда лицо, передающее такое незаконное вознаграждение, само заинтересовано в неправомерном поведении лица, выполняющего управленческие функции в коммерческой организации, вымогательство как квалифицирующий признак коммерческого подкупа отсутствует.

В связи с изложенным, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что квалифицирующий признак преступления, предусмотренный п. «б» ч. 7 ст. 204 УК РФ, не нашел подтверждение в судебном заседании и подлежит исключению из обвинения.

По смыслу ст. 204 УК РФ формами получения коммерческого подкупа является получение лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, денег за совершение действий, входящих в его служебные полномочия в интересах дающего и иного лица либо если оно в силу своего служебного положения может способствовать указанным действиям.

При этом под входящими в служебные полномочия действиями лица, выполняющего управленческие функции в коммерческой организации, понимаются такие действия, которые оно имеет право и (или) обязано совершить в пределах его служебной компетенции.

Способствование лицом в силу своего служебного положения совершению действий в интересах дающего и иного лица выражается в использовании лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, авторитета и иных возможностей служебного положения для оказания любого влияния на других лиц в коммерческой организации в целях совершения ими указанных действий. Такое воздействие заключается в склонении другого лица к совершению соответствующих действий путем просьб, уговоров, обещаний, принуждения и др.

Наличие обстоятельств, связанных с совершением ФИО1 действий, не выходящих за рамки его должностной компетенции, которые стали условием совершения трех преступлений в виде получения незаконных денежных вознаграждений от М.Е.А., Т.Н.И. и К.А.Э. за совершение ФИО1 действий, входящих в его служебные полномочия, а именно за способствование заключению договора поставки (ООО 

<

...>) и организацию закупок у ООО 

<

...>, ООО 

<

...>, ООО 

<

...> товаров для нужд ООО 

<

...> (ООО 

<

...>) неконкурентным способом, установлены судом на основании приведенных выше доказательств.

Что касается объективной стороны состава преступления, предусмотренного ст. 204 УК РФ, в виде получения лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, денег за совершение действий, которым оно в силу своего служебного положения может способствовать в интересах дающего и иного лица, то есть за выгодное для дающего поведение других лиц, которому лицо, получающее незаконное денежное вознаграждение, может способствовать в силу своего служебного положения, то суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что такие обстоятельства не нашли своего подтверждения исследованными материалами уголовного дела.

Действия подсудимого ФИО1, связанные с принятием и последующим распоряжением предмета коммерческого подкупа – денег от М.Е.А., Т.Н.И. и К.А.Э., образуют оконченные составы трех преступлений, поскольку лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации ФИО1, были приняты все суммы переданных для него денежных средств. При этом не имеет значения, что последняя передача предмета коммерческого подкупа от К.А.Э. осуществлялась в условиях оперативно-розыскных мероприятий.

В соответствии с примечанием к ст. 204 УК РФ сумма коммерческого подкупа, превышающая 25000 рублей, признается значительным размером, превышающая 150000 рублей – крупным размером.

На основании изложенного суд признает подсудимого ФИО1 виновным и квалифицирует его действия:

- по п. «г» ч. 7 ст. 204 УК РФ (по факту получения денежных средств от представителя ООО 

<

...> М.Е.А.) как коммерческий подкуп, то есть незаконное получение лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, денег в крупном размере за совершение действий в интересах дающего и иного лица, входящих в служебные полномочия такого лица;

- по ч. 6 ст. 204 УК РФ (по факту получения денежных средств от представителя ООО 

<

...> Т.Н.И.) как коммерческий подкуп, то есть незаконное получение лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, денег в значительном размере за совершение действий в интересах дающего и иного лица, входящих в служебные полномочия такого лица;

- по п. «г» ч. 7 ст. 204 УК РФ (по факту получения денежных средств от представителя ООО 

<

...> К.А.Э.) как коммерческий подкуп, то есть незаконное получение лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, денег в крупном размере за совершение действий в интересах дающего и иного лица, входящих в служебные полномочия такого лица.

Оснований для квалификации деяний ФИО1 как единое преступление не имеется, поскольку, как установлено в ходе предварительного и судебного следствия, умысел ФИО1 на совершение каждого из преступлений формировался самостоятельно.

При назначении ФИО1 наказания, руководствуясь ст.ст. 6, 60 УК РФ, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, данные, характеризующие личность виновного, обстоятельства, смягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

ФИО1 совершены преступления, которые в соответствии с ч.ч. 3, 4 ст. 15 УК РФ относятся к категории преступлений средней тяжести (1 преступление) и тяжких (2 преступления).

ФИО1 не судим (т. 1, л.д. 21), на специализированных учетах не состоит (т. 1, л.д. 24; т. 5, л.д. 56 - 57), работает 

<

...> ФИО1 оказывает материальную поддержку и помощь в быту, участвует в благотворительной деятельности, оказывает помощь благотворительному фонду 

<

...>, награжден грамотой 

<

...> (т. 5, л.д. 54 - 55; т. 6, л.д. 92), имеет грамоты, благодарности, сертификаты, дипломы (т. 1, л.д. 216 - 225).

В судебном заседании суда первой инстанции свидетель Л.Е.А. охарактеризовала 

<

...> ФИО1 с положительной стороны. Из её пояснений следует, что ФИО1 полностью обеспечивает 

<

...>. ФИО1 принимает активное участие 

<

...>, оказывает им помощь. 

<

...> Со всеми родственниками, друзьями, коллегами, соседями у ФИО1 добрые отношения, он всегда готов прийти на помощь, в конфликтные ситуации ни с кем не вступает (т. 5, л.д. 234).

Согласно характеристике участкового уполномоченного УУП ОП № 2 УМВД России по г. Йошкар-Оле ФИО1 по месту жительства характеризуется положительно, жалобы и заявления от соседей на него не поступали (т. 2, л.д. 37).

По прежнему месту работы в ООО 

<

...>, где работал по 11 декабря 2024 года, ФИО1 зарекомендовал себя как дисциплинированный работник, к исполнению служебных обязанностей относился ответственно, среди коллег пользовался уважением (т. 5, л.д. 225).

Как следует из характеристики 

<

...> от 10 апреля 2025 года, ФИО1 с 5 марта 2025 года работает 

<

...>, зарекомендовал себя как ответственный, исполнительный и трудолюбивый сотрудник, который проявляет личную инициативу, в коллективе пользуется уважением, пунктуальный, ответственный, коммуникабельный, не конфликтный (т. 5, л.д. 226).

В соответствии со ст. 61 УК РФ к обстоятельствам, смягчающим ФИО1 наказание, по каждому из преступлений суд признает: признание ФИО1 фактических обстоятельств своих действий, связанных с получением денежных средств от М.Е.А., Т.Н.И. и К.А.Э., как в ходе предварительного следствия, так и в ходе судебного разбирательства, раскаяние в содеянном, активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, наличие 

<

...>, привлечение к уголовной ответственности впервые, положительные характеристики, 

<

...> ФИО1 оказывает помощь, наличие грамот, сертификатов и благодарностей, участие в благотворительной деятельности.

Суд апелляционной инстанции считает, что активное способствование раскрытию и расследованию преступлений выразилось в том, что в ходе производства предварительного расследования ФИО1 способствовал установлению обстоятельств каждого из совершенных преступлений, давал подробные показания по фактическим обстоятельствам их совершения, в том числе, представил органам предварительного расследования информацию, имеющую значение для раскрытия и расследования преступления, которая ранее им была не известна, в частности, сообщил об обстоятельствах заключения договоров поставок, условиях их пролонгации, сообщил сведения о свидетеле Т.Д.С., о котором органам предварительного расследования не было известно.

Суд не находит оснований для признания смягчающим обстоятельством в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ протокола явки с повинной ФИО1 от 9 декабря 2024 года по факту получения денежных средств от представителя ООО 

<

...> К.А.Э. (т. 1, л.д. 86 - 88), поскольку указанный протокол явки с повинной и все объяснения по делу даны ФИО1 после возбуждения уголовного дела, когда в органы предварительного расследования обратился К.А.Э. с заявлением о неправомерных действиях со стороны ФИО1

Явка с повинной предполагает добровольное сообщение лица о преступлении, когда органы предварительного расследования не располагают сведениями о совершенном данным лицом деянии. Подтверждение факта участия в совершении преступления не может расцениваться как явка с повинной, данное обстоятельство судом учитывается в качестве признания подсудимым вины.

Сведений о наличии иных смягчающих вину обстоятельств в действиях ФИО1 суду не представлено.

В соответствии со ст. 63 УК РФ обстоятельств, отягчающих наказание, судом не установлено.

Учитывая фактические обстоятельства дела, характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, данные, характеризующие личность подсудимого, суд считает, что для достижения целей наказания ФИО1 необходимо назначить по каждому из совершенных им преступлений наказание в виде лишения свободы, что будет соответствовать требованиям ст. ст. 6, 60 УК РФ.

Учитывая наличие у ФИО1 обстоятельства, смягчающего наказание, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, - активного способствования раскрытию и расследованию преступлений и отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, суд при назначении ФИО1 наказания в виде лишения свободы по каждому из совершенных преступлений применяет правила ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Суд не усматривает оснований для назначения ФИО1 наказания с применением правил ст. 64 УК РФ, поскольку исключительных смягчающих наказание обстоятельств, связанных с целью и мотивом преступлений, поведением ФИО1 во время и после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, судом не установлено. Установленные судом смягчающие обстоятельства таковыми как в отдельности, так и в совокупности не являются.

Учитывая данные о личности ФИО1, совокупность обстоятельств, смягчающих наказание, и отсутствие отягчающих обстоятельств, суд приходит к выводу, что основное наказание в виде лишения свободы уже само по себе является достаточным для достижения целей, указанных в ст. 43 УК РФ, наказанием для ФИО1 в связи с чем не назначает ему дополнительные наказания в виде штрафа и лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, которые согласно санкции ч.ч. 6, 7 ст. 204 УК РФ обязательным к назначению не являются.

Судом принято во внимание наличие у ФИО1 обстоятельств, смягчающих наказание, и отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, однако учитывая способ совершения преступлений, степень реализации преступных намерений, вид умысла, мотив, цель совершения деяний, характер и размер наступивших последствий, фактические обстоятельства преступлений, а также степень их общественной опасности, суд не находит оснований для изменения в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ категории преступлений на менее тяжкую.

При назначении ФИО1 окончательного наказания по совокупности преступлений в соответствии с положениями ч. 3 ст. 69 УК РФ, суд полагает необходимым применить принцип частичного сложения назначенных наказаний.

Принимая во внимание, что ФИО1 не отрицал причастность к совершению инкриминируемых ему противоправных действий, в содеянном раскаялся, а также учитывая совокупность смягчающих обстоятельств и отсутствие отягчающих обстоятельств, суд считает, что исправление ФИО1 может быть достигнуто без реального отбывания наказания в виде лишения свободы, поэтому приходит к выводу о возможности назначения ФИО1 наказания в виде лишения свободы условно с применением ст. 73 УК РФ, с возложением обязанностей в соответствии с ч. 5 ст. 73 УК РФ.

9 декабря 2024 года ФИО1 был задержан в порядке ст. 91 УПК РФ (т. 1, л.д. 112 - 115).

Постановлением Медведевского районного суда Республики Марий Эл от 11 декабря 2024 года в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде домашнего ареста, которая в последующем была отменена 26 февраля 2025 года. В отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении (т. 1, л.д. 141 - 143, 246 - 248; т. 5, л.д. 58 - 62).

С момента вступления приговора в законную силу избранная ФИО1 мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении подлежит отмене.

Согласно п. «а» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ ценности и иное имущество, полученные в результате совершения преступлений, предусмотренных ст. 204 УК РФ, подлежат конфискации, то есть принудительному безвозмездному изъятию и обращению в собственность государства.

Общая сумма денежных средств по трем преступлениям, полученным ФИО1 в качестве коммерческого подкупа, составляет 941260 рублей.

В соответствии с ч. 1 ст. 104.2 УК РФ, если конфискация определенного предмета, входящего в имущество, указанное в ст. 104.1 УК РФ, на момент принятия судом решения о конфискации данного предмета невозможна вследствие его использования, продажи или по иной причине, суд выносит решение о конфискации денежной суммы, которая соответствует стоимости данного предмета.

На основании ст.ст. 104.1, 104.2 УК РФ суд считает необходимым конфисковать с ФИО1 в доход государства 941260 рублей, полученных в качестве коммерческого подкупа по трем преступлениям.

Изложенное соответствует правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, согласно которой сохранение в пользовании виновного лица денег, ценностей и иного имущества, полученных в результате совершения им преступления, потенциально способствовало бы такому общественно опасному и противоправному поведению, а потому противоречило бы достижению задач УК РФ (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 26 ноября 2018 года № 2588-О).

В соответствии с постановлением Медведевского районного суда Республики Марий Эл от 6 февраля 2025 года наложен арест на имущество ФИО1 – автомашину 

<

...>, стоимостью 420000 рублей, земельный участок, с кадастровым номером 

<

№>, местоположение: 

<

адрес>, площадью 638+/- 18 м, кадастровой стоимостью 51263 рубля (т. 2, л.д. 178 - 181; т. 5 л.д. 24 - 26).

Учитывая требования ст. 115 УПК РФ, суд не находит оснований для отмены ареста, наложенного на имущество ФИО1, поскольку подсудимому назначена конфискация имущества в доход государства.

Вопрос о судьбе вещественных доказательств по делу судом разрешен в соответствии с требованиями ч. 3 ст. 81 УПК РФ.

Процессуальные издержки по уголовному делу отсутствуют.

Гражданский иск по уголовному делу не заявлен.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.23, 389.24, 389.28, 389.32, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПРИГОВОРИЛ:

апелляционное представление государственного обвинителя – старшего помощника прокурора Медведевского района Республики Марий Эл ФИО2 удовлетворить.

Приговор Медведевского районного суда Республики Марий Эл от 16 октября 2025 года в отношении ФИО1 отменить и постановить новый приговор.

Признать ФИО1 виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «г» ч. 7 ст. 204, ч. 6 ст. 204, п. «г» ч. 7 ст. 204 УК РФ, и назначить ему наказание по:

- п. «г» ч. 7 ст. 204 УК РФ (по факту получения денежных средств от представителя ООО 

<

...> М.Е.А.) в виде лишения свободы на срок 5 лет;

- ч. 6 ст. 204 УК РФ (по факту получения денежных средств от представителя ООО 

<

...> Т.Н.И.) в виде лишения свободы на срок 2 года;

- п. «г» ч. 7 ст. 204 УК РФ (по факту получения денежных средств от представителя ООО 

<

...> К.А.Э.) в виде лишения свободы на срок 5 лет 6 месяцев.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний назначить ФИО1 окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 6 лет.

На основании ст. 73 УК РФ наказание в виде лишения свободы считать условным с испытательным сроком 3 года.

В соответствии с ч. 5 ст. 73 УК РФ возложить на осужденного ФИО1 исполнение обязанностей: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденных, являться в указанный орган на регистрацию в установленные сроки.

В случае отмены условного осуждения и исполнения наказания зачесть ФИО1 в срок наказания период задержания с 9 декабря 2024 года по 11 декабря 2024 года и нахождения под домашним арестом с 12 декабря 2024 года по 26 февраля 2025 года.

Меру пресечения в отношении ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменить.

На основании ст.ст. 104.1, 104.2 УК РФ конфисковать у ФИО1 в доход государства денежную сумму в размере 941260 (девятьсот сорок одну тысячу двести шестьдесят) рублей.

В соответствии со ст. 81 УПК РФ вещественные доказательства:

- мобильный телефон 

<

...>, хранящийся при уголовном деле, - вернуть ФИО1;

- документы о поставке товаров в ООО 

<

...> от ООО 

<

...>, ООО 

<

...>, ООО 

<

...>, хранящиеся при уголовном деле, - вернуть в ООО 

<

...>»;

- оптические диски DVD-R в количестве 4 штук, сведения АО 

<

...> от 12 августа 2024 года, оптический носитель от 20 ноября 2024 года, копию банковской справки, оформленной на имя К.А.Э. в АО 

<

...>, копию банковской справки, оформленной на имя К.А.Э. в АО 

<

...> за 2023 год, копию банковской справки, оформленной на имя К.А.Э. в АО 

<

...>» за 2024 год, копию договора поставки № 67/20 от 9 января 2020 года, копию договора поставки № 400000008253 от 14 марта 2023 года, копию договора поставки № 235/17 от 25 октября 2017 года, копию договора поставки № 15/20 от 1 января 2020 года, две копии квитанций АО 

<

...> о переводе денежных средств по номеру телефона М.Е.А. в пользу ФИО1, копии документов, прилагаемые к объяснению Т.Н.И. от 24 января 2025 года, электронные заявки, составленные ФИО1, - хранить при материалах уголовного дела;

- макеты денежных купюр, изъятые 9 декабря 2024 года в ходе осмотра места происшествия, - передать в УЭБиПК МВД по Республике Марий Эл.

Сохранить арест, наложенный постановлением Медведевского районного суда Республики Марий Эл от 6 февраля 2025 года на принадлежащее на праве собственности ФИО1 имущество - автомобиль 

<

...>, земельный участок с кадастровым номером 

<

№>, местоположение: 

<

адрес>, площадью 638+/-18 м2, - до исполнения приговора в части конфискации денежных средств.

Апелляционный приговор вступает в законную силу со дня его провозглашения и может быть обжалован в кассационном порядке, предусмотренном ч. 2 ст. 401.3 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции (г. Самара) в течение 6 месяцев со дня его вынесения через суд первой инстанции.

Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования может быть восстановлен судьей суда первой инстанции по ходатайству лица, подавшего кассационную жалобу (представление).

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба (представление) может быть подана в порядке, предусмотренном ч. 3 ст. 401.3 УПК РФ, непосредственно в суд кассационной инстанции - в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий А.П. Сутырин

судьи: Ю.И. Демин

Е.Е. Зорина