Дело № 2-52/2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

25 сентября 2019 года с. Шипуново

Шипуновский районный суд Алтайского края в составе

председательствующего Ю.С.Давыдовой,

при секретаре Т.А.Правдиной,

с участием помощника прокурора Я.С.Дуброва, 

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 к краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Шипуновская центральная районная больница» о компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащим оказанием медицинской помощи, 

Установил:

Истец обратился в суд с иском к ответчику о взыскании морального вреда, причиненного ненадлежащим оказанием медицинской помощи.

В обоснование своих требований указал, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 была оказана ненадлежащая медицинская услуга, выразившаяся в неквалифицированной медицинской помощи, неправильной диагностике, постановке неправильного диагноза, неадекватного лечения при возникновении подозрения на холецистит; кроме того, ответчик допустил передвижение истца ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> без сопровождения медицинского работника, не принял меры для экстренной транспортировки ФИО1 на медицинском автомобиле. Надлежащую медицинскую помощь ФИО2 получил только в Краевой клинической больнице скорой помощи 

<

адрес>, где был ДД.ММ.ГГГГ прооперирован, находился на стационарном лечении до ДД.ММ.ГГГГ, выписан с диагнозом: основной – ЖКБ, гангренозно-перфоративный холецистит; перивезикальный абсцесс с прорывом в брюшную полость, осложнение основного диагноза: разлитой фибринозно-гнойный перитонит. 

Указанные действия сотрудников Шипуновская ЦРБ привели к осложнению его здоровья, причинили физический и моральный вред, в связи с чем жизнь и здоровье ФИО1 были поставлены под угрозу. 

Таким образом, по мнению истца, действиями медицинского персонала Шипуновской ЦРБ грубо допущены нарушения правил и стандартов оказания медицинской помощи.

В судебном заседании истец требования поддержал в полном объеме, пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ, находясь дома, почувствовал боль в груди, вызвал скорую помощь, был госпитализирован в Шипуновскую ЦРБ, где находился до ДД.ММ.ГГГГ; в этот период ему ставили неправильный диагноз – невралгия, получал неверное лечение при повышенной температуре, боли в правом боку, только ДД.ММ.ГГГГ от знакомых врачей – бывших работников Шипуновской ЦРБ, которые провели УЗИ, он узнал о воспалении желчного пузыря, они посоветовали ему срочно ехать в 

<

адрес>, поскольку нужна операция, а в 

<

адрес> некому оперировать; из-за ухудшающегося самочувствия, страха за свою жизнь и здоровье он отказался от дальнейшего пребывания в Шипуновской ЦРБ, о чем дал письменный отказ и с помощью родственников уехал в Краевую клиническую больницу скорой помощи 

<

адрес>, где был прооперирован, ему удалили желчный пузырь, находился на стационаре до ДД.ММ.ГГГГ; полагает, что неквалифицированная медицинская помощь, оказанная ему в Шипуновской ЦРБ привела к ухудшению его здоровья, он был на грани жизни и смерти, при транспортировке его в 

<

адрес> ответчик не обеспечил ему спецтранспорт и сопровождение врача, вышеуказанными действиями ответчик причинил ему моральный вред, который оценивает в 300 000 рублей.

Представитель истца – ФИО3 требования поддержала в полном объеме, пояснила, что ненадлежащая и некачественная медицинская помощь, оказанная истцу ответчиком выразилась в неправильной фиксации симптомов, отсутствии профессиональных кадров, необходимых знаний у лечащих врачей, а установление неверного диагноза произошло в результате отсутствия необходимых мер диагностики – УЗИ, иного оборудования, что привело к осложнению состояния здоровья больного, его лечению от иного заболевания; при этом жалобы больного на повышение температуры, боли в правом подреберье врачами игнорировались; до ДД.ММ.ГГГГ ему не предлагали делать операцию, а дали направление на лечение в 

<

адрес>; с медициной катастроф вел консультации врач, который больного не осматривал; лечение по диагнозу холецистит ФИО1 назначено не было; поскольку имелась срочная необходимость делать операцию, ФИО1 принял решение ехать в 

<

адрес>.

Представитель ответчика – Шипуновская ЦРБ – ФИО4, ФИО5 с требованиям не согласились в полном объеме, полагали, что ФИО1 в Шипуновской ЦРБ получал надлежащую медицинскую помощь в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а те нарушения, которые выявлены в ходе комиссионной судебной медицинской экспертизы не причинили вреда здоровью истцу и не повлекли тяжких последствий, т.е. не установлена причинно-следственная связь, что является необходимым условием для компенсации морального вреда; после указанного случая был проведен протокол разбора, служебные проверки не проводились.

Помощник прокурора в заключении полагал об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований.

При рассмотрении дела допрошены свидетели Свидетель №1, Свидетель №2, ФИО6, Свидетель №3, ФИО7, ФИО8, ФИО9, В.А.Е., эксперт Б.Л.Ю. посредством ВКС.

Выслушав стороны, их представителей, свидетелей, врача-эксперта заключение помощника прокурора, исследовав материалы дела, суд не находит основании для удовлетворения требований. 

В соответствии с ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

В соответствии с ч. 2 ст. 18 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" право на охрану здоровья обеспечивается оказанием доступной и качественной медицинской помощи.

Согласно п. п. 3, 21 ст. 2 указанного Федерального закона под медицинской помощью понимается комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Согласно ч. ч. 2, 3 ст. 98 данного Федерального закона медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В силу п. 2 ст. 779 Гражданского кодекса Российской Федерации оказание медицинских услуг осуществляется в рамках договора возмездного оказания услуг. На соответствующие правоотношения распространяется законодательство о защите прав потребителей.

Как предусмотрено в п. 1 ст. 7 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" потребитель имеет право на то, чтобы товар (работа, услуга) при обычных условиях его использования, был безопасен для жизни, здоровья потребителя, окружающей среды, а также не причинял вред имуществу потребителя. 

Как следует из п. п. 1, 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Таким образом, по общему правилу, лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред.

Согласно статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Как разъяснено в п. п. 2, 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N 10 (ред. от 06.02.2007) "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Согласно ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Таким образом, при разрешении спора о возмещении вреда истец обязан доказать факт и размер вреда, причиненного действиями ответчика, а ответчик - отсутствие своей вины.

Как установлено в судебном заседании, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 на скорой помощи был госпитализирован в КГБУЗ Шипуновская ЦРБ (л.д.9-10).

Из пояснений сторон и медицинской карты № истца установлено, что в период с 00.05 часов ДД.ММ.ГГГГ по 14.00 часов ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находился на стационарном лечении в Шипуновская ЦРБ, в терапевтическом отделении с диагнозом гипертоническая болезнь 2 стадии, диагноз сопутствующий – острый холецистит. За указанный период времени ему были проведены анализы крови, мочи, кардиограмма, рентген, осмотрен терапевтом, окулистом, назначено медикаментозное лечение; с ДД.ММ.ГГГГ появились жалобы на боли в правом подреберье при движении и дыхании, с вечера 22 и ДД.ММ.ГГГГ отмечалось повышение температуры.

ДД.ММ.ГГГГ истец был осмотрен врачом-хирургом, жаловался на боли в правой половине живота, тошноту и рвоту отрицал; ввиду отсутствия аппарата УЗИ и ФГДС ФИО1 выполнен лапароцентез под местной анестезией, наложена повязка, при этом дренаж был сухой. Далее врачами Шиупновской ЦРБ по поводу ФИО1 состоялась консультация посредством телефонной связи с общим хирургом медициной катастроф – В.А.С. (л.д.74), который рекомендовал инфузионную и антибактериальную терапию, и повторную консультацию ДД.ММ.ГГГГ (л.д.11-15,156-157).

Вместе с тем, в 14.00 ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 покинул Шипуновскую ЦРБ, отказавшись от дальнейшего лечения, оформив письменный отказ от медицинского вмешательства, ему были разъяснены последствия отказа (прекращения лечения) вплоть до смертельного исхода (л.д.19).

Согласно выписке-направлению от ДД.ММ.ГГГГ на имя ФИО1, оформленной врачом Шипуновской ЦРБ Свидетель №3 по месту требования, диагноз – острый холецистит, изложен анамнез заболевания, а также результаты диагностических исследований, лапароцентеза, выписан в удовлетворительном состоянии (л.д.16,161). 

При поступлении в хирургическое отделение КГБУЗ «Краевая клиническая больница скорой медицинской помощи» ДД.ММ.ГГГГ в 18.10 выполнена операция по экстренным показаниям. Поставлен диагноз: Гангренозно-перфоративный холецистит. Подпечёночный абсцесс с прорывом в брюшную полость. Разлитой фибринозно-гнойный перитонит (л.д.21,159). 

До ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 находился на стационарном лечении, в послеоперационном периоде проводилась антибактериальная, спазмолитическая, противовоспалительная терапия, перевязки, выписан в удовлетворительном состоянии на амбулаторное долечивание у хирурга по мету жительства (л.д.21).

Как следует из заключения комиссионной судебно-медицинской экспертизы №-ПЛ/2019, проведённой специалистами КГБУЗ «Алтайское краевое бюро СМЭ», при первичном обращении ФИО1 за медицинской помощью на станцию скорой медицинской помощи КГБУЗ «Шипуновская ЦРБ» ДД.ММ.ГГГГ ему была оказана адекватная медицинская помощь, больной по показаниям был своевременно госпитализирован к КГБУЗ, где ему был установлен предварительный диагноз. При обследовании больного по поводу гипертонической болезни имели место отклонения от «Критериев качества специализированной медицинской помощи взрослым при болезнях, характеризующихся повышенным кровяным давлением», которые не повлияли на развитие в последующем осложнений у ФИО1 (л.д.167). 

Кроме того, при появлении болевого синдрома ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 не была назначена консультация хирурга и без обоснования диагноза лечащим врачом-терапевтом были назначены антибактериальные препараты, что является нарушением п.3 Приказа МЗ РФ от 20.12.2012 №1175 н «Об утверждении порядка назначения и выписывания лекарственных препаратов, а также форм рецептурных бланков, их учета и хранения». 

В связи с продолжающимся болевым синдромом в правом подреберье и появлением желтизны кожных покровов ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 выставлен диагноз острый холецистит, назначена консультация хирурга, проведён допустимый метод диагностики перитонита – лапароцентез. При этом в нарушении п.3.11.9 «Критериев качества специализированной медицинской помощи взрослым при остром холецистите», обязательное ультразвуковое исследование не было проведено больному, также не были проведены дополнительные методы диагностики – ФГДС, рентгеноскопия органов брюшной полости по причине отсутствия оборудования в КГБУЗ «Шипуновская ЦРБ», а также по причине отсутствия в стационаре необходимых специалистов.

ДД.ММ.ГГГГ больной тактически верно был проконсультирован с краевым специалистом медицины катастроф (л.д.169).

В заключении отмечается, что медицинская организация не обязана организовывать транспортировку больного в другое медицинское учреждение, при добровольном категорическом отказе больного от медицинской помощи данного учреждения, при этом экспертная комиссия не исключает возможности излечения ФИО1 при дальнейшем его пребывании в хирургическом отделении КГБУЗ «Шипуновская ЦРБ», при условии динамического наблюдения за больным, выполнении оперативного лечения (л.д.171).

Комиссия экспертов пришла к выводу, что к моменту отказа ФИО1 продолжать лечение в КГБУЗ «Шипуновская ЦРБ» у него отсутствовали признаки разлитого перитонита, в связи с чем прорыв подпеченочного абсцесса в брюшную полость с развитием разлитого фибринозно-гнойного перитонита произошел у него в момент самостоятельной транспортировки в КГБУЗ «Краевая клиническая больница скорой медицинской помощи» (л.д.170).

Согласно выводам экспертов, в данном случае, развитие осложнений первичного гангренозно-перфоративного холецистита (подпеченочного абсцесса, разлитого перитонита – являющихся опасными для жизни) у ФИО1 было обусловлено совокупностью факторов: как собственной патологией истца и закономерным течением деструктивного процесса, так и несвоевременной диагностикой заболевания, вследствие клинически трудного случая и отсутствия возможности использования инструментальных методов диагностики.

Своевременная диагностика заболевания (гангренозно-перфоративного холецистита) и проведение своевременного и квалифицированного оперативного лечения (холецистэктомии), увеличивало шансы больного избежать развития осложнений (подпеченечного абсцесса и перитонита), но не гарантировало этого.

Таким образом, комиссия экспертов указывает, что в соответствии с п.24 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, нарушения в оказании медицинской помощи ФИО1 в КГБУЗ «Шипуновская ЦРБ», указанные в п.п.3 и 4 настоящих Выводов, не рассматриваются как причинение вреда его здоровью (ухудшение состояния здоровья человека, вызванное характером и тяжестью заболевания, поздними сроками начала лечения, его возрастом, сопутствующей патологией и др. причинами, не рассматриваются как причинение вреда здоровью) – л.д.170.

Данные выводы подтверждены в судебном заседании экспертом Б.Л.Ю., которая пояснила, что в случае с ФИО1 имелась очень стертая клиническая картина, явных признаков острого холецистита, а именно – тошноты, рвоты как при типичном проявлении заболевания, не было; действительно, дефекты оказания медицинской помощи, изложенные в выводах, имелись, однако, недостатки диагностики в данном случае не находятся в причинно-следственной связи с последующим развитием осложнений у истца; хирург КГБУЗ «Шипуновской ЦРБ» предпринял все имеющиеся у медицинской организации возможности для диагностирования у ФИО1 заболевания.

Как следует из заключения экспертов, у ФИО1 на момент его осмотра его хирургом КГБУЗ «Шипуновская ЦРБ» ДД.ММ.ГГГГ каких-либо негативных последствий, кроме обычного послеоперационного состояния, не выявлено (л.д.171).

Таким образом, в данном случае материалами дела не подтверждается факт причинения ответчиком вреда здоровью истца, и наличие вины Шипуновской ЦРБ в ухудшении состояния больного ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ вследствие оказания ненадлежащей медицинской помощи.

Поскольку у суда не имеется оснований для удовлетворения исковых требований, заявление ФИО1 о взыскании судебных издержек на оказание юридических услуг, суд на основании ст.98 ГПК РФ, оставляет без удовлетворения. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд 

решил:

Исковые требования ФИО1 к краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Шипуновская центральная районная больница» о компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащим оказанием медицинской помощи, оставить без удовлетворения в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через Шипуновский районный суд Алтайского края путем подачи апелляционной жалобы в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья Ю.С.Давыдова

Мотивированное решение изготовлено 30 сентября 2019 года