судья Рогозин К.В. дело № 22-2483/2020

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

02 июня 2020 г. г. Ставрополь

Судья Ставропольского краевого суда Саркисян В.Г.

при секретаре Григорян А.А.,

с участием прокурора Сборец Н.А., осужденного Д.П.А. и его защитника адвоката Глухова А.К.

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Кузнецова В.М. в интересах осужденного Д.П.А. на приговор Лермонтовского городского суда Ставропольского края от 17 марта 2020 г., которым

Д.П.А., несудимый,

осужден по ч. 1 ст. 199.2 УК РФ к штрафу в размере 250 000 рублей;

освобожден от наказания в соответствии со ст. 78 УК РФ и ч. 8 ст. 302 УПК РФ на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с истечением сроков давности уголовного преследования;

разрешен вопрос о вещественных доказательствах.

Изложив кратко содержание приговора, существо апелляционной жалобы и возражений на нее, заслушав выступления осужденного и адвоката в поддержку жалобы, мнение прокурора об оставлении приговора без изменения,

УСТАНОВИЛ:

при обстоятельствах, изложенных в приговоре, Д. признан виновным в совершении в период с ** ****** **** г. по ** ****** **** г. в г. ******* *********** края сокрытия денежных средств ОАО «***», за счет которых в порядке, предусмотренном ст.ст. 23, 45, 46 НК РФ и ст. 855 ГК РФ, должно быть произведено взыскание недоимки по налогам в сумме * *** *** рублей ** копейки, в крупном размере.

В апелляционной жалобе адвокат Кузнецов В.М., считая приговор незаконным и необоснованным, приводит следующие доводы. Судом незаконно отказано в удовлетворении ходатайства стороны защиты об исключении недопустимых доказательств. В деле отсутствуют достоверные доказательства, подтверждающие вину Д. в совершении преступления. В основу приговора суд положил показания свидетелей, полученные на предварительном следствии, а показания в ходе судебного заседания либо не приведены вообще, либо искажены и не соответствуют протоколу судебного заседания. Не дана надлежащая оценка показаниям допрошенных в судебном заседании свидетелей К.Е.Н. и К.Ж.В., а также свидетеля Р.П.А., чьи показания судом скопированы из показаний данного свидетеля на предварительном следствии. Остались без внимания и оглашенные показания свидетеля Б.А.Л. Первым, основным и, по сути, единственным доказательством по делу является экземпляр письма № **-**/*** от ** ******* **** г., которое в приговоре упорно называется «распорядительным». Тем самым, подводится вывод о том, что Д., будучи и.о. генерального директора ОАО «***», отдал распоряжение генеральному директору ЗАО «******» Б. о перечислении денежных средств. Вызывают сомнения достоверность и законность обнаружения, изъятия и последующего появления в материалах дела письма № **-**/*** от ** ***** **** г. Имеющийся в деле экземпляр письма никогда в ЗАО «****» не направлялся и не мог быть основанием для принятия решения генеральным директором ЗАО «*****» Б. Ни в ЗАО «*******», ни в ЗАО «*****» экземпляр указанного письма или какой-либо иной документ, послуживший основанием для перечисления денежных средств, не обнаружен и не изъят. В протоколе выемки указано на изъятие оригинала письма за исх. № **-**/*** от ** ****** **** г., однако в материалах уголовного дела такого документа нет. В деле имеется письмо за исходящим № **-**/*** от ** ****** **** г. А потому письмо за № **-**/*** от ** ****** **** г. является недопустимым доказательством. Из отдельных поручений следователя органу дознания от 26 августа 2019 г. и 14 октября 2019 г. на производство следственных действий в г. ******* усматривается, что следователь не давал поручения на установление местонахождения, осмотр и изъятие журнала регистрации корреспонденции ЗАО «*****» и документа, на основании которого ** ****** **** г. осуществлен перевод денежных средств со счета ЗАО «******» на счет ЗАО «*****» в сумме ** *** *** рублей. Вышеуказанным доводам стороны защиты судом не дана оценка в постановления от 17 марта 2020 г. об отказе в удовлетворении ходатайства стороны защиты об исключении доказательств. Каких-либо доказательств того, что денежные средства в сумме ** *** *** рублей принадлежали ОАО «***», в ходе судебного заседания не установлено. Эти денежные средства не могли служить ни в качестве оплаты за отгруженный товар (поскольку товар не отгружался), ни в качестве предоплаты. Предоплаты в адрес ОАО «***», как со стороны ЗАО «****», так и со стороны ЗАО «*****», уже были произведены в количествах, значительно превышающих возможности ОАО «***» по отгрузке готовой продукции. Не согласен с выводами финансово-экономического заключения специалиста № 660 от 19 сентября 2019 г., поскольку они основаны на предположении. Просит приговор отменить, Д. оправдать в связи с отсутствием в действиях состава преступления.

В возражениях на жалобу государственный обвинитель Морозов М.В. считает приговор законным и обоснованным, мотивируя следующим. Вина Д. в совершении преступления полностью подтверждена совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств. Судом в полном объеме исследованы представленные сторонами доказательства, в приговоре им дана правильная оценка, в том числе об их допустимости и достаточности. Суд указал доказательства, на основании которых пришел к выводу о виновности подсудимого, учел смягчающие наказание обстоятельства и отсутствие отягчающих обстоятельств. Вопреки жалобе в приговоре достоверно изложены показания всех допрошенных в судебном заседании лип, которым также дана надлежащая оценка наряду с другими доказательствами. Утверждения о том, что письмо № **-**/*** от ** ****** **** г. не направлялось в ЗАО «****» и не могло служить основанием для перевода денежных средств в сумме ** *** *** рублей в ЗАО «****», а эти денежные средства не принадлежали ОАО «***», опровергаются п. 3.2 договора № 56 от 01 февраля 2013 г. между ОАО «***» и ЗАО «****». Такие утверждения опровергаются также показаниями главного бухгалтера ОАО «***» К. и директора ЗАО «****» Б. Факт перевода денежных средств в сумме ** *** *** рублей подтверждается платежным поручением от ** ****** **** г. № **, выпиской из расчетного счета ЗАО «*****», актами сверки взаимных расчетов за 1 квартал 2018 г. между ОАО «***», с одной стороны, и ЗАО «****» и ЗАО «****», с другой стороны. Текст письма, направленного Д. генеральному директору ЗАО «*****» Б., нашел отражение в тех же платежном поручении от ** ****** **** г. и выписке из расчетного счета ЗАО «*****». Это свидетельствует о том, что основанием для перевода денежных средств явилось именно данное письмо. Запись в книге исходящей корреспонденции ОАО «***» о регистрации ** ***** **** г. под № **-**/*** письма в адрес ЗАО «****» не опровергает вышеуказанные выводы. Как показала свидетель К., письмо могло быть отправлено адресату без даты и исходящего номера, а реквизиты проставлены потом. Следственные действия по изъятию письма и составленные по их результатам документы соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона. Просит оставить жалобу без удовлетворения.

В ходе апелляционного рассмотрения дела осужденный и адвокат поддержали доводы жалобы, при этом:

осужденный, повторив отдельные доводы, указал, что Б., которая перевела деньги, не допросили. Сам он не виновен, такие действия, вероятно, совершили учредители, чтобы выплатить зарплату работникам. Он не помнит, когда он подписывал письмо. После перевода денег письмо зарегистрировали в журнале предприятия ** ****** **** г. Письмо было ** ****** **** г., деньги переведены ** ******* **** г., зарегистрировали письмо ** ***** **** г. Каким образом это письмо могло повлиять на перевод денег?;

адвокат дополнительно отметил следующее. Судом не была дана оценка обстоятельствам, связанным с распорядительными функциями Д. и отношению последнего к «****» по переводу денежных средств. Не дана оценка форме письма. Письмо, возможно и содержащее просьбу, суд необоснованно оценил в качестве распорядительного письма. Денежные средства, указанные как утаенные, были переведены из организации в организацию, в которых одни и те же учредители. Деньги пошли на зарплату.

В силу ч. 7 ст. 389.13 УПК РФ апелляционное рассмотрение произведено без проверки доказательств, исследованных судом первой инстанции, что, однако, не лишает суд апелляционной инстанции права ссылаться на них.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции находит приговор подлежащим изменению по следующим основаниям.

Выводы суда первой инстанции о виновности Д. соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, изложенных и оцененных судом в приговоре.

В обоснование доказанности вины осужденного суд правомерно положил в основу приговора показания свидетелей К.Ж.В., К.Е.Н., Д.Н.А., Н.В.А., Р.А.А., Ч.О.А. и З.А.Г., данных в судебном заседании, и оглашенные показания свидетелей Г.О.В., Ч.С.М., М.С.В., П.Н.Г. и Б.А.Л., ранее данные при производстве предварительного расследования.

Отклоняя довод осужденного о том, что Б. (генеральный директор ЗАО «*****»), которая перевела денежные средства на счет ЗАО «****», не была допрошена в судебном заседании, суд апелляционной инстанции исходит из того, что показания Б. и других свидетелей, ранее данные на предварительном следствии, были оглашены в соответствии со ст. 281 УПК РФ при отсутствии возражений сторон.

При этом сторона защиты не была лишена права ходатайствовать о вызове и допросе в суде свидетелей, чьи показания были оглашены, но не воспользовалась этим, в том числе при окончании судебного следствия.

В этой связи суд первой инстанции, исходя из принципа состязательности сторон, дал оценку тем доказательствам, которые были представлены сторонами и исследованы в судебных заседаниях.

Показания названных свидетелей содержат сведения об отдельных обстоятельствах, указывающих на то, что сокрытие денежных средств ОАО «***», за счет которых должно быть произведено взыскание недоимки по налогам, имело место в результате умышленных действий Д., который временно исполнял обязанности генерального директора ОАО «***».

В подтверждение установленных в приговоре обстоятельств суд обоснованно сослался на:

- копию приказа № 448-л/с от 24 октября 2017 г. о назначении Д. с 24 октября 2017 г. на должность временно исполняющего обязанности генерального директора ОАО «***»; 

- требования № 4083 от 20 ноября 2017 г. и № 104547 от 05 января 2018 г. Межрайонной ИФНС России № 9 по *********** краю к ОАО «***» об уплате налога, сбора, страховых взносов, пени, штрафа, процентов (для организаций, индивидуальных предпринимателей) – соответственно в сумме ** *** *** рублей со сроком исполнения до 08 декабря 2017 г. и в сумме * *** *** рубля со сроком исполнения до 22 января 2018 г.;

- копию протокола осмотра места происшествия от 13 марта 2019 г., произведенного в рамках другого уголовного дела № **************, из которого усматривается, что вместе с другими документами, обнаруженными при осмотре ОАО «***», был изъят оригинал письма за исходящим № **-**/*** от ** ****** **** г.;

- протокол выемки от 15 апреля 2019 г., согласно которому в числе документов, изъятых органом следствия из материалов уголовного дела № ***************, находящегося в производстве следственного отдела по г. ************ ****** СУ СК РФ по ******** краю, значится оригинал письма за исходящим № **-**/*** от ** ******* **** г.;

- протокол осмотра предметов от 20 апреля 2019 г., в ходе которого в числе других документов было осмотрено письмо за исходящим № **-**/*** от ** ******* **** г., в котором содержится просьба ОАО «***» к ЗАО «*****» о перечислении последним в счет взаиморасчетов с ОАО «***» ** *** *** рублей на расчетный счет ЗАО «****»;

- заключение судебно-почерковедческой экспертизы № 500 от 25 июля 2019 г., согласно которому в письме за исходящим № **-**/*** от ** ****** **** г. подпись от имени Д.П.А. выполнена Д.П.А., а подпись от имени К.Е.Н. (главного бухгалтера ОАО «***» и свидетеля по настоящему уголовному делу) выполнена К.Е.Н.;

- выписку из расчетного счета ЗАО «****» в АО «*******», в которой отражено перечисление на основании документа от ** ****** **** г. со счета ЗАО «****» на расчетный счет ЗАО «****» ** *** *** рублей;

- копию платежного поручения № 29 от ** ****** **** г. о перечислении ЗАО «*****» со своего счета в АО «******» ** *** *** рублей на расчетный счет ЗАО «****».

Оценив приведенные доказательства в совокупности с другими, изложенными в приговоре, суд обоснованно признал Д. виновным в совершении преступления, квалифицировав с учетом изменения обвинения государственным обвинителем действия подсудимого по ч. 1 ст. 199.2 УК РФ как сокрытие денежных средств организации, за счет которых в порядке, предусмотренном законодательством РФ о налогах и сборах, должно быть произведено взыскание недоимки по налогам, в крупном размере.

В приговоре дана оценка доводам в защиту подсудимого и исследованным доказательствам, представленным сторонами, и с соблюдением п. 2 ст. 307 УПК РФ приведены мотивы, по которым суд отклонил эти доводы, признал достоверными одни доказательства и отверг другие.

Находя правильной такую квалификацию деяния осужденного, суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что уголовное дело было возбуждено в отношении Д. после истечения сроков, установленных в полученном из налогового органа требовании об уплате налога.

Об умысле Д. на сокрытие денежных средств организации, за счет которых должно быть произведено взыскание недоимки по налогам, свидетельствуют следующие обстоятельства.

Располагая требованиями налогового органа об уплате предприятием ОАО «***» налогов соответственно до 08 декабря 2017 г. и до 22 января 2018 г., Д. подписал ** ****** **** г. письмо в адрес ЗАО «****» с просьбой о перечислении последним в счет взаиморасчетов с ОАО «***» ** *** *** рублей на расчетный счет ЗАО «****», с которым ОАО «***» имело договорные отношения.

Таким образом, Д., временно исполняя обязанности генерального директора ОАО «***», обладал организационно-распорядительными и административно-хозяйственными полномочиями, включающим право направления контрагентам соответствующего предложения по взаиморасчетам.

Перечисление ** ****** **** г. предприятием ЗАО «****» на основании указанного письма от ** ******* **** г. ** *** *** рублей на расчетный счет ЗАО «****» привело к переводу денежных средств в обход расчетных счетов ОАО «***».

В результате данных действий были сокрыты денежные средства в сумме ** *** *** рублей, поскольку при их поступлении на расчетный счет ОАО «***», за счет этих средств были бы взысканы недоимки по налогам в сумме * *** *** рублей ** копейки, что составляет крупный размер.

При этом отсутствие своевременной регистрации письма от ** ****** **** г. в ОАО «***» и последующая регистрация письма после перечисления денежных средств не опровергают доказанность вины осужденного, поскольку поступление именно этого письма в ЗАО «****» явилось основанием для перевода денежных средств на счет ЗАО «****».

Вопреки жалобе техническая ошибка в протоколе следственного действия относительно датирования письма «2019 годом» вместо «2018 года» не может быть основанием для вывода об отсутствии в материалах дела письма № **-**/*** от ** ******** **** г., которое было изъято в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

В этой связи не состоятельны доводы о том, что такое письмо не направлялось в ЗАО «****», а следователем не даны поручения по установлению местонахождения журнала регистрации корреспонденции ЗАО «*****» и документа, на основании которого ** ****** **** г. был осуществлен перевод денежных средств на счет ЗАО «****».

Одновременно, отклоняя доводы о том, что при вынесении постановления от 17 марта 2020 г. по ходатайству об исключении доказательств суд не дал оценку вышеуказанным обстоятельствам, суд апелляционной инстанции исходит из того, при разрешении такого ходатайства не подлежат оценке относимость и достоверность доказательств. Это производится судом в совещательной комнате при разрешении уголовного дела по существу.

Не исключает доказанность вины Д. и запамятование им подписания письма, так как согласно вышеуказанному заключению экспертизы № 500 подпись в письме от имени Д. выполнена Д.

Причем не влияет на обстоятельства, установленные судом в приговоре, и то, что предприятия-контрагенты имеют одних и тех же учредителей.

При таких обстоятельствах доводы осужденного о своей непричастности к сокрытию денежных средств, за счет которых должны были быть произведены взыскания, являются необоснованными.

Доводы жалобы о непринадлежности перечисленных денежных средств в сумме ** *** *** рублей ОАО «***» опровергаются осуществлением соответствующего перевода со счета ЗАО «****» на счет ЗАО «****» на основании письма, подписанного Д.

Отклоняя доводы жалобы об искажении судом показаний допрошенных в судебном заседании свидетелей при их изложении в протоколе судебного заседания и приговоре, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Председательствующим судьей с соблюдением ст. 260 УПК РФ рассмотрены замечания адвоката на протокол судебного заседания и обоснованно отклонены. Не усматривая оснований не доверять такому решению, суд апелляционной инстанции учитывает следующее.

Положения ст. 259 УПК РФ, определяя отражение в протоколе судебного заседания обстоятельств, имевших место в судебном заседании, не предполагают осуществление стенографии показаний допрашиваемых лиц, заявлений, возражений и ходатайств участвующих в уголовном деле лиц, сторон и действий суда в ходе судебного разбирательства.

В силу этого отсутствие в протоколе судебного заседания буквального отражения показаний допрошенных лиц не может рассматриваться как нарушение уголовно-процессуального закона, влекущее отмену приговора. Не требуется буквального отражения показаний и в приговоре.

Однако, правильно квалифицировав действия подсудимого по ч. 1 ст. 199.2 УК РФ, суд допустил в описании преступного деяния, признанного им доказанным, выводы, не соответствующие фактическим обстоятельствам дела и данной им же квалификации деяния подсудимого.

Как усматривается из материалов дела, уголовное дело поступило в суд с обвинительным заключением по обвинению Д. в совершении преступления, предусмотренного по ч. 1 ст. 199.2 УК РФ. При этом органом следствия действия Д. были квалифицированы как сокрытие денежных средств организации, за счет которых в порядке, предусмотренном законодательством РФ о налогах и сборах, должно быть произведено взыскание недоимки по налогам и сборам, в крупном размере.

В ходе судебного разбирательства государственным обвинителем в соответствии с п. 1 ч. 8 ст. 246 УПК РФ исключен из юридической квалификации деяния подсудимого признак «взыскание недоимок по сборам».

Тем не менее, квалифицировав деяние Д. без данного признака, суд сохранил в описании преступного деяния ссылки на данный признак.

Кроме того, правомерно назначив осужденному с соблюдением ст. ст. 6, 43, 60, 61 УК РФ наказание в виде штрафа и освободив его от наказания вследствие истечения срока давности уголовного преследования, суд допустил неправильное применение уголовного закона при назначении наказания.

Назначая его, суд сослался на учет отношения Д. к содеянному.

Между тем такое указание суда в ситуации, когда подсудимый в суде первой инстанции свою вину не признал, не основано на положениях главы 10 УК РФ («Назначение наказания») и является расширением исчерпывающего перечня отягчающих обстоятельств, приведенного в ч. 1 ст. 63 УК РФ.

Названные несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела и нарушение требований Общей части УК РФ являются в силу п.п. 1, 3 ст. 389.15, п. 4 ст. 389.16 и п. 1 ч. 1 ст. 389.18 УПК РФ основаниями изменения приговора.

В описательно-мотивировочной части подлежат исключению: из описания деяния, признанного судом доказанным, слова «и сборам»; ссылка суда при назначении наказания на учет отношения Д. к содеянному.

Такие изменения, в том числе исключение из описания преступного деяния признака, ухудшающего положение осужденного, влекут смягчение назначенного штрафа и освобождение осужденного от данного наказания на основании ч. 8 ст. 302 и п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену приговора, по делу не допущено.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Лермонтовского городского суда Ставропольского края от 17 марта 2020 г. в отношении Д.П.А. изменить:

исключить из описательно-мотивировочной части:

- из описания преступного деяния, признанного судом доказанным, при изложении совершения Д.П.А. умышленных действий, касающихся взыскания недоимок слова «и сборам»; 

- ссылку суда при назначении наказания на учет отношения Д.П.А. к содеянному;

назначенное Д.П.А. по ч. 1 ст. 199.2 УК РФ наказание смягчить до 200 000 рублей штрафа; 

освободить Д.П.А. от наказания на основании ч. 8 ст. 302 и п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

В остальном приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в вышестоящий суд в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Судья

Мотивированное решение вынесено 05 июня 2020 г.

Судья