Дело № 2-378/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

28 мая 2019 года город Челябинск

Советский районный суд города Челябинска в составе:

председательствующего судьи Волуйских И.И.

при секретаре Апликаевой И.Р. 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ООО «Вилсен Групп» к ФИО1, ФИО2, ФИО3, ООО «СК Транс» об оспаривании договоров купли-продажи транспортных средств, 

УСТАНОВИЛ:

ООО «Вилсен Групп» обратилось в Советский районный суд города Челябинска с исковым заявлением к ФИО1, ФИО2, ФИО3, ООО «СК Транс», ФИО4 в котором (с учетом уточнений) просило признать недействительными: договор купли-продажи транспортного средства 

<

данные изъяты>, идентификационный номер 

<

данные изъяты>, от 19 октября 2017 года, заключенный между ООО «СК Транс» и ФИО2 договор купли-продажи транспортного средства 

<

данные изъяты>, идентификационный номер 

<

данные изъяты> от 14 марта 2018 года, заключенный между ООО «СК Транс» и ФИО3; договор купли-продажи транспортного средства 

<

данные изъяты> идентификационный номер 

<

данные изъяты>, от 15 мая 2017 года, заключенный между ООО «СК Транс» и ФИО1; договор купли-продажи транспортного средства 

<

данные изъяты>, идентификационный номер 

<

данные изъяты>, от 18 мая 2018 года, заключенный между ООО «СК Транс» и ФИО4, применить последствия недействительности сделок вернул транспортные средства ООО «СК Транс».

В ходе рассмотрения дела истец подал заявление об отказе от исковых требований к ФИО5, в части признания недействительным договора купли-продажи транспортного средства 

<

данные изъяты>, идентификационный номер 

<

данные изъяты>, от 18 мая 2018 года, заключенного между ООО «СК Транс» и ФИО4.

Определением суда от 29 апреля 2019 года данный отказ от требований к ФИО5 был принят судом, производство в данной части было прекращено.

В обоснование заявленных требований истец указал, что заключенные договоры были направлена на отчуждение имущества ООО «СК Транс» с целью невозможности обращения взыскания на них по имеющейся перед ООО «Вилсен Групп», которая была взыскана решением Арбитражного суда Челябинской области.

В судебном заседании представитель истца поддержал заявленные требования в полном объеме.

Представитель ООО «СК Транс» возражал против удовлетворения заявленных требований, пояснив, что оснований для признания договор недействительными не имеется. 

ФИО6 пояснил, что о продажи автомобиля узнал из объявления, размещенного в сети интернет, оплатил 174 000 рублей через кассу ООО «СК Транс», машина находилась в неисправном состоянии не на ходу, была после аварии. Поставить на учет в ГИБДД помог друг. Полис страхования гражданской ответственности не заключался, так как авто не исправно. Покупал с целью перепродажи по запасным частям. Авто находится в гараже. 

Остальные лица на рассмотрение дела не явились, извещены.

Заслушав пояснения участвующих в деле лиц, исследовав и оценив представленные по делу доказательства, суд приходит к следующим выводам.

23 апреля 2018 года решением Арбитражного суда Челябинской области по делу № 

<

данные изъяты> с ООО «СК Транс» в пользу ООО «Производственная компания Вилсен» была взыскана задолженность в размере 1 791 272 рублей 88 копеек. Указанная сумма убытков была взыскана на основании правоотношений возникших между сторонами в 2016 году. 

До обращения с иском в суд (21 марта 2017 года) пользу ООО «Производственная компания Вилсен» направляло в адрес ООО «СК Транс» досудебную претензию о необходимости возврата образовавшейся задолженности, что следует из вышеуказанного судебного акта.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 08 августа 2018 года было произведено правопреемство ООО «Производственная компания Вилсен» на ООО «Вилсен Групп».

По заявлению взыскателя в отношении ООО «СК Транс» было возбуждено исполнительное производство 

<

данные изъяты> (т.1 л.д. 149). 

На момент рассмотрения дела в суде задолженность не была погашена, что не оспаривалось ООО «СК Транс».

На основании договора купли-продажи от 14 апреля 2017 года ООО «СК Транс» приобрело в собственность транспортное средство 

<

данные изъяты> идентификационный номер 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

На основании договоров купли-продажи от 24 января 2017 года и 11 октября 2017 года «СК Транс» приобрело в собственность транспортное средство 

<

данные изъяты>, идентификационный номер 

<

данные изъяты>

На основании договоров купли-продажи от 25 декабря 2017 года «СК Транс» приобрело в собственность транспортное средство 

<

данные изъяты>, идентификационный номер 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

15 мая 2017 года ООО «СК Транс» продало транспортное средство 

<

данные изъяты>, идентификационный номер 

<

данные изъяты> ФИО1 по цене 100 000 рублей.

В последующем шустов В.В. продал транспортное средство 

<

данные изъяты> ФИО5 по договору купли-продажи от 18 мая 2018 года также по цене 100 000 рублей 

<

данные изъяты>

Транспортное средство 

<

данные изъяты> было продано ООО «СК Транс» ФИО7 19 октября 2017 года по цене 174 000 рублей (

<

данные изъяты>

Транспортное средство 

<

данные изъяты> было продано ООО «СК Транс» ФИО8 по договору от 14 марта 2018 года по цене 700 000 рублей 

<

данные изъяты>

Указанные договоры купли продажи совершенные ООО «СК Транс» оспариваются в рамках настоящего дела.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии со статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным при установлении очевидного отклонения действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе, в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Если из закона не следует иное, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.

Злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, поэтому такая сделка признается недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", "Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2015)").

Злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания (определение Верховного Суда Российской Федерации от 01.12.2015 N 4-КГ15-54).

Договор, при заключении которого допущено злоупотребление правом, подлежит признанию недействительным на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации по иску лица, чьи права или охраняемые законом интересы нарушает этот договор, в том числе, кредитора должника, отчудившего свое имущество (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.06.2015).

Бремя доказывания недобросовестности стороны возлагается на лицо, заявившее об этом (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

По делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

При решении вопроса о наличии в поведении того или иного лица признаков злоупотребления правом суд должен установить, в чем заключалась недобросовестность его поведения при заключении оспариваемых договоров, имела ли место направленность поведения лица на причинение вреда другим участникам гражданского оборота, их правам и законным интересам, учитывая и то, каким при этом являлось поведение и другой стороны заключенного договора (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.08.2014 N 67-КГ14-5).

Разрешая требования относительно договора купли-продажи транспортного средства 

<

данные изъяты>, идентификационный номер 

<

данные изъяты>, от 19 октября 2017 года, заключенного между ООО «СК Транс» и ФИО2 суд исходит из следующего.

ООО «СК Транс», зная о наличии к нему существенных денежных требований, тем не менее, заключило сделку по отчуждению транспортных средств, которые могли быть реализованы для целей погашения задолженности перед истцом. Тот факт, что решение суда о взыскании денежной суммы на момент совершения сделки еще не вступило в законную силу, не имеет определяющего значения, поскольку уже на момент отчуждения ООО «СК Транс» знало и должно было осознавать наличие денежных обязательств перед истцом.

Транспортное средство 

<

данные изъяты> было продано ФИО9 существенно ниже рыночной стоимости, определенной как в представленном истцом отчете 

<

данные изъяты> так и определенной при выкупе автомобиля самим ООО «СК Транс». При этом доводы о том, что транспортное средство находилось в аварийном состоянии ничем не подтверждены, наоборот из содержания договора купли-продажи следует, что транспортное средство находилось в исправном состоянии.

Об исправном техническом состоянии свидетельствует и факт регистрации транспортного средства в органах ГИБДД без каких-либо указаний на аварийное состояние.

Полис страхования автогражданской ответственности ФИО7 также не оформлялось.

Указанное, в совокупности, свидетельствует о недобросовестности действий, как самого покупателя, так и продавца, следовательно, в данной части требования подлежат удовлетворению. В части применения последствий суд полагает необходимым вернуть автомобиль в собственность ООО «СК Транс» 

Относительно сделки по отчуждению транспортного средства 

<

данные изъяты>, идентификационный номер 

<

данные изъяты> суд, наряду с уже отмеченной порочностью действий продавца, также исходит из того, что покупатель – ФИО1 является родным отцом 

<

данные изъяты> директора и единственного учредителя ООО «СК Транс» 

<

данные изъяты>

Поскольку на момент рассмотрения дела транспортное средство находится у добросовестного приобретателя, то вернуть его внатуре не представляется возможным, в связи с чем суд полагает возможным применить положения части 2 статьи 167 Гражданского кодекса РФ и возместить стоимость утраченного транспортного средства в размере 931 874 рубля 

<

данные изъяты>

При этом, суд отмечает, что ответчики не оспаривали данную рыночную стоимость и не заявляли о необходимости проведения экспертизы. 

Что же касается договора от 14 марта 2018 года, заключенного в отношении 

<

данные изъяты> было с ФИО8, то суд отмечает, что каких-либо доказательств того, что ФИО8 действовал недобросовестно, приобретая спорный автомобиль, истцом не представлено. Стоимость за которую был продан автомобиль сопоставима с его рыночной стоимостью определенной как самим истцом (

<

данные изъяты> так и договором на основании которого данный автомобиль был приобретен ООО «СК Транс». 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ, 

Р Е Ш И Л :

Исковые требования удовлетворить частично.

Признать недействительным договор купли-продажи транспортного средства 

<

данные изъяты>, идентификационный номер 

<

данные изъяты>, от 19 октября 2017 года, заключенный между ООО «СК Транс» и ФИО2.

Признать недействительным договор купли-продажи транспортного средства 

<

данные изъяты>, идентификационный номер 

<

данные изъяты> от 15 мая 2017 года, заключенный между ООО «СК Транс» и ФИО1.

Применить последствия недействительности сделок:

- вернуть в собственность ООО «СК Транс» транспортное средство 

<

данные изъяты>, идентификационный номер 

<

данные изъяты>;

- взыскать с ФИО1 в пользу ООО «СК Транс» 931 874 рублей.

В удовлетворении остальной части требований отказать. 

С момент вступления решения суда в законную силу отменить наложенный определением Советского районного суда города Челябинска от 21 ноября 2018 года арест на автомобиль 

<

данные изъяты>, идентификационный номер 

<

данные изъяты>

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд через Советский районный суд города Челябинска в течение месяца с момента его принятия в окончательной форме.

Председательствующий: И.И. Волуйских