Судья ФИО Дело № 22-1423/2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

город Иваново "12" августа 2024 года

Ивановский областной суд 

в составе председательствующего(фамилия, инициалы) судьи Смирновой Е.Н. 

при ведении протокола секретарем судебного заседания Ждановым Д.С.

с участием

осужденного ФИО1 о – с использованием систем видео-конференц-связи,

защитника – адвоката Ивановской областной коллегии адвокатов Павлова Б.В.,

прокурора отдела прокуратуры Ивановской области Грачева Д.А.,

потерпевшего ФИО

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы защитников – адвокатов Белова А.А. и Павлова Б.В. в интересах осужденного ФИО1о на приговор Ленинского районного суда 

<

адрес> от 14 июня 2024 года, которым 

ФИО1 ФИО, 

<

данные изъяты>, не судимый,

осужденный:

/дата/ приговором 

<

данные изъяты> суда по ч.2 ст.282.2 УК РФ, с применением ч.5 ст.72 УК РФ, к штрафу в размере 300 000 рублей, уплата штрафа рассрочена на срок 5 лет из расчета не менее 5000 рублей в месяц, первая часть штрафа подлежит уплате в течение 60 дней со дня вступления приговора в законную силу, а оставшиеся части штрафа подлежат уплате ежемесячно не позднее последнего дня каждого последующего месяца, неуплаченная часть штрафа – 250 000 рублей,

осужден:

- по п. «д», «з» ч.2 ст.112 УК РФ к лишению свободы на срок 3 года,

- по ч.1 ст.119 УК РФ к обязательным работам на срок 360 часов,

в соответствии с ч.2 ст.69, п. «г» ч.1 ст.71 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, к лишению свободы на срок 3 года 1 месяц, 

на основании ч.5 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений, путем полного сложения назначенных наказаний по данному приговору и по приговору 2-го Западного окружного военного суда от /дата/ окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 3 года 1 месяц с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, и штрафа в размере 300000 рублей с рассрочкой уплаты на 5 лет с уплатой не менее 5000 рублей в месяц, при этом первая часть штрафа должна быть уплачена в течение 60 дней со дня вступления приговора в законную силу, а оставшиеся части штрафа – ежемесячно, не позднее последнего дня каждого последующего месяца,

на основании ч.2 ст.71 УК РФ наказание в виде штрафа исполнять самостоятельно.

Мера пресечения в виде домашнего ареста изменена на заключение под стражу, взят под стражу в зале суда.

Срок отбывания наказания исчислен с момента вступления приговора в законную силу.

В срок отбывания наказания в виде лишения свободы зачтено:

– на основании ч.3.4 ст.72 УК РФ время его нахождения под домашним арестом – с 16 апреля по /дата/ включительно – из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы,

– на основании п. «б» ч.3.1 ст.72 УК РФ время его содержания под стражей – с /дата/ до вступления приговора в законную силу – из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима,

зачтено в счет отбывания наказания в виде штрафа уплаченная сумма штрафа в размере 50000 рублей.

С осужденного ФИО1о в пользу потерпевшего ФИО3 №1 в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением, взыскано 300 000 рублей.

Проверив материалы дела, доводы апелляционных жалоб, заслушав участников судебного заседания, суд апелляционной инстанции

установил:

Апелляционным постановлением Ивановского областного суда от /дата/ отменен приговор Ленинского районного суда 

<

адрес> от /дата/ в отношении ФИО1о, уголовное дело передано на новое судебное разбирательство в Ленинский районный суд 

<

адрес> в ином составе суда.

Приговором Ленинского районного суда 

<

адрес> от /дата/ ФИО1 о признан виновным в совершении умышленного причинения средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в статье 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, из хулиганских побуждений, с применением предмета, используемого в качестве оружия, а также в совершении угрозы убийством и имелись основания опасаться осуществления этой угрозы. 

Преступления совершены /дата/ на участке местности у 

<

адрес> в отношении потерпевшего ФИО3 №1 при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре. 

Приговор обжалован защитниками осужденного ФИО1о – адвокатами Беловым А.А. и Павловым Б.В. в апелляционном порядке.

В апелляционной жалобе защитник – адвокат Белов А.А. просит приговор изменить, квалифицировать действия ФИО1о по ч.1 ст.112 УК РФ, оправдать ФИО1о по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.119 УК РФ, в части взыскания морального вреда просит снизить взысканную по приговору суда сумму, изложив следующие доводы:

- органами предварительного следствия не добыто доказательств, а государственным обвинителем не доказано совершение ФИО1о преступлений, предусмотренных п. «д», «з» ч.2 ст.112, ч.1 ст.119 УК РФ; фактически в основу обвинительного приговора положены только лишь показания потерпевшего, который явно преднамеренно пытался обвинить ФИО1о в совершении преступлений, которые он не совершал, показания потерпевшего не соответствуют действительности, уголовное дело расследовалось с очевидно обвинительным уклоном,

- показания ФИО1о о том, что он не совершал вмененных ему преступлений, являются стабильными, последовательными и логичными,

- изложив обстоятельства, установленные судом и указанные в приговоре, защитник ссылается на п.12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2007 № 45 «О судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иных преступлениях, совершенных из хулиганских побуждений», указывает, что события происшедшего складывались так, что ФИО1 о изначально пытался просто поговорить с ФИО3 №1, не начал сразу наносить ему удары, а спокойно пытался поговорить и выяснить обстоятельства происшедшего между ФИО3 №1 и членами семьи ФИО1о, не допуская каких-либо противоправных действий и противоправного поведения со своей стороны; удары ФИО1 о стал наносить в ответ на агрессию со стороны ФИО3 №1 в его адрес, испугавшись за собственную безопасность; до действий ФИО1о ФИО3 №1 также допустил со своей стороны противоправное поведение в отношении жены и детей ФИО1о; суд неправильно оценил действия ФИО1о и незаконно квалифицировал их как действия из хулиганских побуждений,

- выражает несогласие с выводами суда, признавшего доказанным квалифицирующий признак – с применением неустановленного предмета, используемого в качестве оружия, указывает, что суд исходил из показаний потерпевшего ФИО3 №1 о том, что в момент нанесения ему ударов кулаком ФИО1 о удерживал в этом кулаке какой-то предмет, замеченный потерпевшим во время нанесения ему второго и третьего ударов, выражает несогласие с выводами суда, признавшего показания ФИО3 №1 в этом части достоверными, согласующимися с описанным в заключении эксперта характером имевшейся у потерпевшего травмы, что в совокупности свидетельствует о значительной силе нанесенных ударов; суд не принял во внимание пояснения эксперта ФИО о том, что не исключается образование у потерпевшего перелома кости в результате воздействия тупого предмета – кулака и выражает несогласие с оценкой судом данных пояснений эксперта; суд необоснованно отверг утверждение защитника о том, что в случае применения ФИО1о для причинения вреда здоровью потерпевшего какого-либо предмета, ФИО3 №1 получил бы более значительные повреждения, а также не было принято во внимание заявление защитника о нестабильности показаний потерпевшего, поскольку, по мнению суда, представленные суду в обоснование этого заявления материалы (постановление о возбуждении уголовного дела и о переквалификации деяния, объяснения ФИО3 №1 и К.В.) не являются доказательствами по смыслу ст.74 УПК РФ, в связи с чем указывает, что по смыслу п.6 ч.2 ст.74, ч.1 ст.74, ч.1 ст.84 УПК РФ в качестве доказательств допускаются иные документы; в своих изначальных объяснениях ФИО3 №1 не указывал на какой-либо предмет при нанесении ему ударов ФИО1о, в связи с этим уголовное дело было возбуждено по ч.1 ст.112 УК РФ; указывает на показания ФИО3 №1 в судебном заседании о нанесении ФИО1о прямых ударов, утверждая, что такой механизм нанесения ударов исключает возможность удара рукой с использованием какого-либо предмета; указывает на оглашенные медицинские документы из ОБУЗ «ГКБ №», согласно которым у ФИО1о на момент обращения /дата/ был диагностирован ушиб 4 пальца правой кисти, утверждая, что при нанесении ФИО1о ударов ФИО3 №1 с помощью какого-либо предмета, у ФИО1о повреждения пальца не могло бы образоваться, что также указывает на обоснованность версии стороны защиты о нанесении ударов кулаком без использования посторонних предметов,

- ФИО1 о необоснованно осужден по ч.1 ст.119 УК РФ и суд не принял возражения стороны защиты, ФИО1 о не высказывал ФИО3 №1 угрозу убийством и действия ФИО1о не могли восприниматься ФИО3 №1 как реальная и осуществимая угроза убийством; обвинение подтверждают только показания потерпевшего, иные доказательства отсутствуют, все допрошенные свидетели не являлись очевидцами и сообщают информацию с чужих слов,

- собранные по делу доказательства в совокупности не являются достаточными для квалификации действий ФИО1 по п.п. «д, з» ч.2 ст.112, ч.1 ст.119 УК РФ, и установлена вина ФИО1о в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.112 УК РФ; приведя содержание ст.ст.7, 297, 309, 389.16-389.18 УПК РФ, считает, что судом вынесен необоснованный и незаконный приговор, суд неправильно оценил все имеющиеся в материалах дела доказательства, приговор вынесен с нарушением норм материального и процессуального права,

- в части удовлетворения гражданского иска на сумму 300000 рублей, сторона защиты считает, что указанная сумма не соответствует размеру причиненного морального вреда. 

В апелляционной жалобе защитник – адвокат Павлов Б.В. просит приговор изменить, переквалифицировать действия ФИО1о с п. «д, з» ч.2 ст.112 УК РФ на ч.1 ст.112 УК РФ, оправдать ФИО1о по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.119 УК РФ, изложив следующие доводы:

- сторона защиты не согласна с приговором в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, и несправедливостью приговора; судом не выполнены положения ст.46 Конституции РФ, ст.ст.15, 297 УПК РФ; доводы защиты суд оставил без внимания, лишив ФИО1о возможности осуществить свое конституционное право на защиту,

- совершение ФИО1о преступления из хулиганских побуждений, с применением предмета, используемого в качестве оружия, не нашло своего подтверждения в ходе судебного разбирательства; из показаний ФИО1о следует, что он наносил телесные повреждения ФИО3 №1 кулаком, без использования какого-либо предмета, а мотивом совершения данного преступления явилась личная неприязнь к ФИО3 №1 из-за ранее произошедшего конфликта между потерпевшим и супругой ФИО1о; потерпевший ФИО3 №1 в судебном заседании указал, что ему наносились удары кулаком, в котором, по его мнению, был зажат какой-то предмет, вместе с тем, тот не видел его; ФИО3 №1 не смог описать предмет, по его мнению, это был либо какой-то металлический предмет, либо кастет, либо камень, поскольку удары были сильные; в исследованных судом объяснениях потерпевшего, тот ни о каком предмете в руках ФИО1о не упоминал; из показаний свидетеля ФИО2 №1 следует, что ФИО3 №1, поясняя об обстоятельствах происшедшего, высказывался лишь предположительно о применении ФИО1о какого-то предмета; свидетелю ФИО потерпевший также не сообщал о применении какого-либо предмета при нанесении ему ударов; в ходе предварительного следствия какой-либо предмет, с использованием которого ФИО1 о мог наносить удары ФИО3 №1, установлен не был; из показаний эксперта ФИО следует, что образование травм ФИО3 №1 возможно от удара кулаком; ввиду нанесения ФИО1о ударов кулаком он сломал палец и сильно травмировал кисть, что также подтверждает позицию защиты о нанесении ударов потерпевшему исключительно кулаком; 

потерпевший ФИО3 №1 не оспаривал факт происшедшего конфликта между ним и женой ФИО1о, в ходе которого он высказывал малолетним детям ФИО1о и их матери требования о надлежащем поведении во дворе дома; мотивом совершения преступления явилась личная неприязнь ФИО1о к ФИО3 №1, а не цель противопоставить себя окружающим,

- совершение ФИО1о преступления, предусмотренного ч.1 ст.119 УК РФ, не нашло своего подтверждения; подсудимый ФИО1 о показал, что после того как закончил наносить ФИО3 №1 телесные повреждения угроз убийством не высказывал, ушел в сторону дома; потерпевший ФИО3 №1 в судебном заседании показал, что ФИО1 о после нанесения ему телесных повреждений, уходя в сторону дома, высказал ему угрозы, которые он воспринял как совершение действий в будущем, а не в момент происшедших событий, что опровергает реальность и достаточность опасения ФИО3 №1 осуществления угроз в период произошедшего конфликта; в ходе предварительного следствия ФИО3 №1 сообщал, что не помнит, какие именно фразы высказывал ему ФИО1 о; нанесение ФИО1о телесных повреждений ФИО3 №1 происходило утром в светлое время, во дворе дома, каких-либо доказательств того, что у ФИО3 №1 имелись реальные основания опасаться осуществления угрозы в его адрес, государственным обвинителем не представлено; имеющиеся неустранимые сомнения должны толковаться в пользу подсудимого ФИО1о и он должен быть оправдан по ч.1 ст.119 УК РФ в связи с отсутствием в его действиях состава преступления,

- приведенные в приговоре мотивы, по которым суд принял решение о невозможности исправления ФИО1о без реальной изоляции от общества, являются немотивированными, лишенными индивидуальности; при наличии совокупности смягчающих наказание обстоятельств и при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств, а также при отсутствии фактов привлечение ранее к какой-либо ответственности, суд ошибочно сделал вывод о том, что к ФИО1 о невозможно применить наказание, не связанное с реальной изоляцией от общества; судом необоснованно при назначении наказания учтено как обстоятельство, влияющее на назначение наказания, что ФИО1 о совершил преступление в период нахождения под домашним арестом по иному уголовному делу, поскольку перечень обстоятельств, отягчающих наказание, предусмотренных ст.63 УК РФ, является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит; суд назначил ФИО1 о, имеющему на иждивении 3 малолетних детей, впервые привлекающемуся к ответственности и не нуждающемуся в изоляции от общества, чрезмерно суровое наказание. 

В судебном заседании суда апелляционной инстанции осужденный ФИО1 о и его защитник – адвокат Павлов Б.В. доводы апелляционных жалоб поддержали и просили их удовлетворить.

Осужденный ФИО1 о в судебном заседании апелляционной инстанции в подтверждение доводов апелляционных жалоб пояснил об обстоятельствах происшедшего события аналогично своим показаниям, данным в судебном заседании /дата/, которые были оглашены в судебном заседании /дата/ по ходатайству государственного обвинителя в соответствии с п.3 ч.1, ч.2 ст.276 УПК РФ, указав, что наблюдал с балкона, как мужчина, впоследствии ему стало известно им был ФИО2 №3, следовавший на автомобиле, оскорбил его детей и супругу, используя нецензурные слова, угрожал, напугав их; супруга сообщила ему государственный номер автомобиля мужчины и он попросил соседку из подъезда найти водителя и передать ему, чтобы тот пришел и извинился, так как сам он не имел возможности выйти из дома из-за меры пресечения; через несколько дней соседка сказал ему, где мужчина живет, он подождал его ещё несколько дней, но мужчина так и не пришел извиниться; он не мог бездействовать, зная, что в районе есть человек, оскорбляющий его семью и угрожающий им физической расправой; рано утром он вышел из дома, пришел к квартире ФИО2 №3, постучав в дверь, которую открыл ФИО2 №3 и которому он предложил выйти на улицу, сказав, что у него проблемы с автомобилем; они вышли, у подъезда он сказал ФИО2 №3, что проблем с автомобилем нет, а проблемы есть у него, так как он оскорбил его семью и угрожал; ФИО2 №3, ничего не ответив, пошел в сторону автомобиля; он потребовал его остановиться и ответить за свой поступок, на что ФИО2 №3 махнул рукой и пошёл дальше, сел в свой автомобиль, всем видом показывая безразличие к его претензиям; он ещё раз высказал ФИО2 №3 ситуацию с супругой и детьми в корректной форме, пояснив, что сам всё видел с балкона и слышал его крики; ФИО2 №3 начал оправдывать свою агрессию тем, что якобы дети стояли на проезжей части и мешали ему проехать, он ответил, что это ложь, так как видел, что дети стояли на обочине, и в любом случае он не имел права кричать на них матом, оскорблять и угрожать наездом на автомобиле; он надеялся, что ФИО2 №3 признает свою вину и извинится, но ФИО2 №3 его оттолкнул рукой, сказав, «иди, жалуйся куда хочешь»; поняв, что ФИО2 №3 не собирается извиняться и в дальнейшем может нести угрозу его семье, он ударил ФИО2 №3 кулаком по лицу один раз, чтобы он одумался, но ФИО2 №3 стал ещё более агрессивным, стал угрожать ему какими-то статьями, полез на него и он нанес ФИО2 №3 несколько ударов руками в голову и один удар ногой в голову; он увидел, что ФИО2 №3 истекал кровью, остановился, ФИО2 №3 продолжал материться и угрожал, что посадит его; в ответ он сказал, что если ФИО2 №3 снова посмеет обидеть его семью, то сильно пожалеет об этом, после чего ушёл домой; дома он заметил повреждения на пальце и кисти и обратился в травпункт, где ему сделали снимок и сказали, что у него ушиб, но поскольку боли не прекращались несколько дней, он повторно обратился в травпункт, где другой врач сказал, что у него был перелом, который из-за большого отека не увидели, но кости уже срослись; просил обратить внимание на противоречивые показания ФИО2 №3 относительно наличия тупого предмета, зажатого в кулаке, на отсутствии данных показаний в объяснениях от /дата/, о появлении сведений о предмете – возможно металлическом или камне, в показаниях от /дата/, о пояснениях в судебном заседании в июне 2023 года о возможности кастета, а в июле 2023 года – кирпича, при этом ФИО2 №3 постоянно повторял, что невозможно проломить череп голым кулаком, однако перелома черепа у него не было и его показания опровергаются показаниями эксперта, пояснившей, что повреждения на лице ФИО2 №3 могли образоваться от удара кулаком; о предположениях ФИО2 №3 о нанесении ему ударов не одним кулаком, которым проблематично пробить голову, пояснила и его супруга ФИО2 №3; считает, что в данной части ФИО2 №3 не просто предполагал, а умышленно его оговаривал; указывает на противоречия в показаниях ФИО2 №3 об обстоятельствах и времени, когда тот увидел предмет, зажатый в его (ФИО1) кулаке. 

Так же осужденный ФИО1 о дополнительно пояснил, что после отмены приговора, которым его по ч.1 ст.119 УК РФ оправдали и переквалифицировали на ч.1 ст.112 УК РФ, он был морально истощен, подавлен, устал от судебных тяжб на первом суде, поэтому отказался добровольно приходить в суд и как-либо в нём участвовать, чем вызвал отрицательные эмоции; суд назначил ему срок наказания больше, чем просил государственный обвинитель, определив колонию общего режима; в протоколе судебного заседания в его выступлении в прениях имеется фраза «Раскаиваюсь, вину свою полностью признаю», которую он не произносил, что подтверждается аудиозаписью судебного заседания; замечания на протокол судебного заседания он не подавал; указывает на противоречивость показаний потерпевшего ФИО2 №3, изложив содержание всех его показаний в части имеющихся противоречий, а также на ложность показаний потерпевшего в части причин конфликта с его супругой; обращает внимание на то, что про угрозы физической расправы ФИО2 №3 не говорил ни в августе 2022 года, ни в октябре 2022 года, когда лишь упомянул про некие оскорбления нецензурной бранью, которые не смог уточнить; в декабре 2022 года ФИО2 №3 сказал, что мужчина угрожал ему физической расправой и помнил только фразу «проломлю голову», и только в марте 2023 года вспоминает формулировку угроз, указанных в обвинении; в июне 2023 года ФИО2 №3 пояснил, что угрозы физической расправой высказывались после нанесения ударов, а в июле 2023 года сказал, что угрозы высказывались непосредственно в момент нанесения ударов, в августе ФИО2 №3 изменил свои показания и сказал, что угрозы высказывались после нанесения всех ударов; показания потерпевшего ФИО2 №3 о том, что нанесение ударов и высказывание угроз видел и слышал вышедший на балкон сын, не соответствуют показаниям его сына ФИО2 №3, пояснившего, что он не разобрал, что именно кричал отец, окна балкона выходят во двор дома, а крики отца исходили с торца; также противоречивы показания потерпевшего в части, почему он воспринял угрозы реально и подумал, что ФИО1 может его убить, в августе 2023 года ФИО2 №3 пояснил, что ФИО1 ему сказал, что так дело не оставит, при этом в июне 2023 года ФИО2 №3 утверждал, что сам высказал эти слова в адрес ФИО1; указанное в угрозе слово «изничтожу» он никогда не употреблял, и данное слово употребил потерпевший при ответе на вопрос адвоката о причинах выхода из машины в момент конфликта,

в части искового заявления указал, что первоначально ФИО2 №3 обосновывал его наличием у него повреждений, в последующем судебном заседании – потерей автомобиля, за который ему оставалось выплатить до февраля 2023 года, о чем ранее не говорил,

обращает внимание на последовательность и не противоречивость своих показаний, признание вины в том, что он нанес ФИО2 №3 удары голым кулаком и один раз ногой, отсутствие хулиганского умысла, а наличие цели услышать извинения и обещание о безопасности его семьи и нанесение ударов в ответ на грубость и для защиты своей семьи, что нельзя назвать незначительным поводом для конфликта; просит изменить наказание на более мягкое, учесть смягчающие наказание обстоятельства и ухудшение его состояния здоровья в связи с обострением хронических заболеваний, требующих особого лечения и питания.

ФИО3 ФИО3 №1 пояснил, что апелляционные жалобы он не поддерживает; на пояснения ФИО1 просит учесть, что исковые требования он обосновывал также тем, что из-за полученной черепно-мозговой травмы он не может продолжить работу профессиональным водителем, которым работал с 1986 года, и имеет проблемы с трудоустройством с учетом его пенсионного возраста; пояснения ФИО1 считает неправдивыми, так как тот не мог видеть с балкона своей квартиры указанные им обстоятельства, так как он выезжает от соседнего дома с другой от его балкона стороны; указанный им (ФИО2 №3) конфликт с членами семьи ФИО1 был около стоянки, куда он заезжает, а не в районе мусорного контейнера, о чем поясняет ФИО1; он видел предмет в руке ФИО1, когда тот наносил ему удары и причины разницы в показаниях пояснял.

Прокурор Грачев Д.А. считает приговор суда законным, обоснованным и мотивированным, назначенное ФИО1 о наказание справедливым, просил оставить приговор без изменения, а апелляционные жалобы защитников осужденного – без удовлетворения.

В соответствии с ч.7 ст.389.13 УПК РФ с согласия сторон суд апелляционной инстанции рассмотрел апелляционные жалобы без проверки доказательств, которые были исследованы судом первой инстанции. Дополнительных материалов суду апелляционной инстанции не представлено. 

В судебном заседании апелляционной инстанции по ходатайству стороны защиты было оглашено объяснение потерпевшего ФИО3 №1 от /дата/. Из протокола судебного заседания суда первой инстанции следует, что данное объяснение оглашалось в судебном заседании по ходатайству защитника, однако у потерпевшего ФИО3 №1 его отношение к данному объяснению и имевшиеся у сторон вопросы по нему не выяснялись (т.3 л.д.123-124).

Проверив материалы дела, доводы апелляционных жалоб защитников и дополнения осужденного к ним, изложенные в апелляционной инстанции, выслушав участников судебного заседания, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Виновность ФИО1о в совершении преступлений, за которые он осужден, подтверждается совокупностью собранных и всесторонне исследованных судом доказательств, получивших надлежащую оценку суда в приговоре.

Все собранные по делу доказательства были оценены судом в соответствии с требованиями ст.ст.17, 87, 88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в своей совокупности признаны достаточными для постановления обвинительного приговора и разрешения вопросов в соответствии с положениями ст.209 УПК РФ. 

Изложенные в приговоре выводы суда основаны только на исследованных в ходе судебного разбирательства доказательствах и им соответствуют. 

Противоречий между фактическими обстоятельствами дела, как они установлены судом, и доказательствами, положенными судом в основу приговора, не имеется.

Судебное разбирательство по уголовному делу проведено с соблюдением всех принципов судопроизводства, в том числе состязательности и равноправия сторон, права на защиту, презумпции невиновности. Сведений о том, что предварительное следствие и судебное разбирательство проводились предвзято либо с обвинительным уклоном и что суд отдавал предпочтение какой-либо из сторон, из материалов уголовного дела не усматривается.

Так, подсудимый ФИО1 о в судебном заседании суда первой инстанции свое отношение к предъявленному обвинению выразить не пожелал, показания давать отказался, фактически воспользовавшись правом, предоставленным ст.51 Конституции Российской Федерации.

По ходатайству государственного обвинителя в судебном заседании в соответствии с ч.2, п.3 ч.1 ст.276 УПК РФ были оглашены показания подсудимого ФИО1о, данные им ранее в судебном заседании (т.3 л.д.124-125), из которых следовало, что причинение вреда здоровью потерпевшему он не отрицает, не согласен с квалифицирующими признаками - из хулиганских побуждений и с применением предмета; вину в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.119 УК РФ, не признает, пояснив, что жизни потерпевшего он не угрожал (т.2 л.д.133-134); он не отрицает, что ударил ФИО2 №3 - сначала один раз, чтобы он одумался, но тот полез на него и он нанес ФИО2 №3 ещё несколько ударов правой рукой и нанес удар ногой; его действия были вызваны тем, что ФИО2 №3 оскорбил его детей и жену, угрожал им, используя нецензурные слова, его супруга всё запомнила и ему дословно рассказала, его действия были вызваны защитой своей семьи (т.2 л.д.147-148).

Суд апелляционной инстанции отмечает, что, как следует из протокола судебного заседания и материалов дела, кроме оглашенных в судебном заседании показаний от /дата/ (т.2 л.д.144, 147-148), в судебном заседании /дата/ осужденный ФИО1 о давал подробные показания об обстоятельствах происшедшего события, текст которых приобщен к материалам уголовного дела (т.2 л.д.139-140, 77-79). Проверив содержание данных показаний, суд апелляционной инстанции установил, что они аналогичны пояснениям, изложенным осужденным ФИО1о в судебном заседании апелляционной инстанции, которые приняты к рассмотрению и проверке судом апелляционной инстанции.

Также суд апелляционной инстанции отмечает, что в протоколе судебного заседания от /дата/ листы дела оглашенных показаний осужденного ФИО1о, в частности л.д.149 т.2, указан неверно, так как фактически в судебном заседании были оглашены показания ФИО1о, размещенные на л.д.147-148 т.2, как правильно указано в приговоре, что подтверждается аудиозаписью судебного заседания, проверенной судом апелляционной инстанции. 

Вывод суда о виновности ФИО1о в совершении преступлений, за которые он осужден, соответствует фактическим обстоятельствам дела, установленным судом первой инстанции, подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами и сомнений не вызывает.

Суд первой инстанции пришёл к правильному выводу, что вина ФИО1о в совершении преступлений подтверждена: 

- показаниями потерпевшего ФИО3 №1, показавшего, что /дата/ утром ФИО1 вызвал его из квартиры на улицу, сказав, что повредил его автомобиль, чего в действительности, как выяснилось после выхода его на улицу, не было; на улице ФИО1 стал предъявлять ему претензии по поводу того, что он «наехал» на его супругу и детей; сначала он подумал, что он, действительно, на кого-то наехал и стал говорить, что такого не было, и только потом понял, что речь идет о замечании, которое он сделал несколько дней назад детям, которые мешали ему припарковать машину, выбегая на площадку, кидали камешками, а их матери, чтобы она за ними следила; во время разговора он сел в автомашину, ФИО1 стал становиться агрессивным и он хотел выйти из машины, вынул из салона левые ногу и руку, в этот момент ФИО1 зажал ему левые ногу и руку дверью автомашины, и стал наносить ему удары по лицу и голове; в руке у ФИО1 был зажат какой-то предмет, который он заметил во время нанесения второго и третьего удара, всего ударов было не меньше семи; от ударов он испытал сильную боль, из области из-под глаза у него пошла кровь; в конце ФИО1 высказал ему угрозу убийством «Я тебя все равно изничтожу, свинья русская, ты у меня жить не будешь», которую он воспринял реально из-за нанесенных ему ударов, опасается ФИО1 и в настоящее время; в результате полученных травм он был госпитализирован и около 3-4 недель находился на стационарном лечении (т.3 л.д.105-115),

- оглашенными в судебном заседании с соблюдением требований ч.1 ст.281 УПК РФ 

показаниями свидетеля ФИО2 №3, пояснившего об обстоятельствах выхода его отца ФИО3 №1 примерно в 8 час. 30 мин. /дата/ из квартиры после звонка, стука в дверь квартиры, а также о том, что когда он после этого вышел на балкон, услышал крики отца, которые доносились с торца дома, где отец парковал автомобиль, а когда он вышел на улицу, увидел, что отец сидит в автомобиле, лицо у него было в крови, он отвел отца домой, потом отвез сначала в ГКБ №, а затем в Ивановскую областную клиническую больницу, где отец был госпитализирован; со слов отца ему известно, что его избил мужчина из соседнего дома, отец описал его внешность, сказав, что у него есть супруга и трое детей; о случившемся он сообщил матери ФИО2 №1,

показаниями свидетеля ФИО2 №1, пояснившей об обстоятельствах сообщения ей сыном ФИО2 №3 об избиении неизвестным мужчиной отца ФИО3 №1, которого госпитализировали в Ивановскую областную клиническую больницу, куда она приехала; у ФИО3 №1 было отекшее лицо, левый глаз заплыл и был бордового цвета, у него была черепно-мозговая травма; на её вопросы ФИО3 №1 пояснил, что его избил нерусский мужчина из соседнего дома, когда он сел в машину, нанеся удары по голове и лицу, бил его, скорее всего, не кулаком, поскольку так пробить голову проблематично; из-за полученных повреждений он не мог работать, 

показаниями свидетеля ФИО2 №2 – старшего оперуполномоченного ОУР ОМВД России по 

<

адрес>, пояснившего об обстоятельствах работы по факту избиения ФИО3 №1, который описал внешность напавшего на него мужчины, в ходе проведения оперативной работы данный мужчина был установлен и доставлен в отдел для дальнейшего разбирательства, им являлся ФИО1 о,

- протоколом осмотра места происшествия и схемой, составленной потерпевшим, на основании которых установлено место совершения преступлений,

- заключением эксперта № О от /дата/ (судебно-медицинская экспертиза), из которой следует, что у ФИО3 №1, /дата/ г.р., 

<

данные изъяты>; данная травма образовалась в результате как минимум от одного травмирующего воздействия; установить механизм образования травмы невозможно ввиду отсутствия детального описания раны в представленных медицинских документах; травма имела давность в пределах 1-х суток на момент осмотра врачом /дата/, квалифицируется как средней тяжести вред здоровью по признаку длительного расстройства здоровья,

согласно протоколу судебного заседания, из показаний эксперта ФИО, оглашенных в судебном заседании при повторном рассмотрении дела, следует, что на вопрос защитника о возможности образования повреждений кулаком руки, эксперт ФИО пояснила, что не может ответить на данный вопрос, так как отсутствует описание раны на лице, механизм образования раны ей неизвестен, как минимум одно воздействие, но какой именно предмет по имеющимся медицинским документам она сказать не может; на вопрос подсудимого ФИО1о о том, могут ли те части кости, которые были разбиты, поломаться от удара кулаком, эксперт ФИО пояснила, что если перелом, то он может образоваться в результате воздействия тупого предмета, которым может быть кулак (т.3 л.д.122, т.2 л.д.143-144),

из заключения эксперта, а также приобщенных к уголовному делу по ходатайству потерпевшего ФИО3 №1 медицинских документов следует, что при доставлении в больницу у ФИО3 №1 имелась рана 

<

данные изъяты>, при проведении судебно-медицинской экспертизы был проведен осмотр ФИО3 №1 и установлен в указанной области рубец со следами хирургических швов размером 3 х 0,2 см; в связи с полученной травмой ФИО3 №1 находился на стационарном лечении в ОБУЗ «

<

данные изъяты>» с /дата/ по /дата/, проходил медицинскую реабилитацию в стационарных условиях клиники ИвГМА с /дата/ по /дата/, проходил медицинскую реабилитацию в амбулаторных условиях клиники ИвГМА с /дата/ по /дата/, обращался на консультативные приемы к врачу-неврологу ООО «

<

данные изъяты>» в ноябре 2022 года, в июне 2023 года (т.2 л.д.61-62, 65); обращался для амбулаторного лечения в ОБУЗ ГКБ № в период с декабря 2022 года по февраль 2023 года (т.2 л.д.64); 

на приобщенных по ходатайству потерпевшего ФИО3 №1 к материалам уголовного дела фотографиях зафиксированы имевшиеся у ФИО3 №1 повреждения на лице, в том числе левом плече между плечом и локтевым суставом, следы крови на рубашке спереди (т.1 л.д.60, 69-73), из показаний потерпевшего ФИО3 №1 следует, что на фотографиях в рубашке со следами крови он был снят в день происшествия, на некоторых фотографиях - через неделю после происшедшего события (т.3 л.д.118).

Как следует из протокола судебного заседания, осужденный ФИО1 о при рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции отказался отвечать на вопросы суда при разрешении процессуальных вопросов, отказался от дачи показаний, а также отказался отвечать на вопросы суда и участников процесса по существу предъявленного ему обвинения, не имел вопросов к потерпевшему ФИО3 №1 при его допросе. 

В соответствии с ч.3 ст.281 УПК РФ по ходатайству стороны суд вправе принять решение об оглашении показаний потерпевшего, ранее данных при производстве предварительного расследования либо в суде, при наличии существенных противоречий между ранее данными показаниями и показаниями, данными в суде.

Такого ходатайства сторонами в судебном заседании заявлено не было, в связи с чем процессуального права на оглашение показаний потерпевшего ФИО3 №1, данных им при производстве предварительного расследования и в суде, у суда первой инстанции не имелось.

Вместе с тем, защитник осужденного ФИО1о – адвокат ФИО в полном объеме имел возможность реализовать право на защиту осужденного при допросе потерпевшего ФИО3 №1, что им и было сделано. Все необходимые стороне защиты вопросы потерпевшему ФИО3 №1 защитником были заданы и ответы на них получены. Защитнику было предоставлено время для ознакомления с материалами дела с целью указания листов дела, которые сторона защиты желает огласить в судебном заседании (т.3 л.д.111-115, 122-123).

По ходатайству стороны защиты (т.3 л.д.124) были оглашены постановление о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству от /дата/, согласно которому уголовное дело по факту умышленного причинения средней тяжести вреда здоровью ФИО3 №1 /дата/, было возбуждено по ч.1 ст.112 УК РФ; постановление о переквалификации деяния в уголовном деле от /дата/, согласно которому деяние в уголовном деле с ч.1 ст.112 УК РФ переквалифицировано на п. «д», «з» ч.2 ст.112 УК РФ; объяснения от /дата/ ФИО2 №3 и ФИО3 №1, пояснивших об обстоятельствах причинения вреда здоровью ФИО3 №1; сообщение из травматологического пункта при ОБУЗ ГКБ №, согласно которому ФИО1 о обращался в травматологический пункт при ОБУЗ ГКБ № /дата/ по поводу ушиба 4 пальца правой кисти, назначено амбулаторное лечение, на повторный прием /дата/ не явился.

Иных ходатайств об исследовании доказательств из материалов уголовного дела в судебном заседании суда первой инстанции стороной защиты не заявлялось. 

В судебном заседании апелляционной инстанции по ходатайству осужденного было оглашено и исследовано объяснение потерпевшего ФИО3 №1 от /дата/, полученное от него следователем в палате Областной клинической больницы, из которого следует, что /дата/ примерно в 8 час. 30 мин. он вышел из дома и прошел к своему автомобилю, припаркованному с торца дома, сел на водительское сиденье, водительскую дверь не закрыл, вставил ключ в замок зажигания; в этот момент к нему подошел мужчина, который проживает в соседнем доме, и стал на повышенных тонах ему говорить, что он (ФИО2 №3) на своем автомобиле, проезжая по двору, может задавить его детей (у него их трое); ранее он делал замечание его детям, потому что они бегали там, где проезжают машины; далее данный мужчина нанес ему не менее пяти ударов кулаком в область лица слева, от которых он почувствовал сильную физическую боль, у него сразу затек левый глаз, образовалась гематома; так же мужчина ему говорил «русский свинья», выражаясь в его адрес грубой нецензурной бранью, обещал поджечь автомобиль; с данным мужчиной он никогда не конфликтовал, ссор между ними не было, в связи с чем он на него набросился, он не знает.

После оглашения вышеуказанного объяснения потерпевший ФИО3 №1 на вопросы защитника пояснил, что при даче данных объяснений он был с головокружением и сотрясением мозга, не всё сказал; к даче пояснений его никто не принуждал, он посчитал, что раз приехала полиция, надо дать показания, он был более-менее в состоянии; потом, когда он отошел от шока, он всё рассказал дознавателям; в объяснении он не рассказал, что мужчина заходил к нему в квартиру, стучал, звонил, и что ещё, он уже сейчас не помнит. 

На вопросы осужденного ФИО1о, почему в показаниях от /дата/ он не рассказал об угрозах физической расправы и говорил только об оскорблениях и нецензурной брани, и почему он первоначально пояснял, что удары наносились кулаком, а не каким-то предметом, потерпевший ФИО3 №1 пояснил, что он был в состоянии шока, в плохом состоянии, подтвердив, что ФИО1 бил его каким-то предметом, пять ударов в лицо и два удара по голове, если сломан череп.

Также потерпевший ФИО3 №1 пояснил, что кровь у него текла только из раны, образовавшейся на лице под левым глазом от удара ФИО1. Следует отметить, что при даче указанного стороной защиты объяснения потерпевший ФИО3 №1 также не пояснял, что у него от удара ФИО1 образовалась рана, из которой потекла кровь, что не отрицается стороной защиты.

Суд первой инстанции дал правильную оценку доказательствам по событиям от /дата/ и обоснованно отверг показания подсудимого ФИО1о, не признавшего вину в совершении инкриминируемых ему преступлений, однако не отрицавшего факт нанесения потерпевшему ФИО3 №1 ударов и причинение установленного у потерпевшего вреда здоровью. 

Вывод суда о том, что виновность ФИО1о подтверждается показаниями потерпевшего ФИО3 №1 об обстоятельствах возникновения и развития конфликта между ним и ФИО1о, в ходе которого последний нанес ему удары зажатым в кулаке предметом по голове и лицу, а также высказал угрозу убийством, которые согласуются с показаниями свидетелей ФИО2 №3, ФИО2 №1, пояснивших об известных им обстоятельствах происшедшего события со слов ФИО3 №1 непосредственно после данного события, лично видевших внешний вид ФИО3 №1 и образовавшиеся у него повреждения на лице после его избиения ФИО1о; заключением эксперта о характере телесных повреждений, имевшихся у ФИО3 №1, и категории их тяжести, является правильным. 

Судом первой инстанции проверены доводы стороны защиты о том, что ФИО1 о нанес ФИО3 №1 несколько ударов по лицу кулаком не из хулиганских побуждений, а в целях защиты в ответ на агрессию со стороны потерпевшего в отношении супруги и детей ФИО1, а также его самого; о том, что какого-либо предмета для причинения вреда здоровью ФИО3 №1 ФИО1 о не использовал, убийством потерпевшему не угрожал, а показания потерпевшего в данной части стабильными не являются. Данные доводы были предметом тщательного изучения суда первой инстанции и обоснованно признаны несостоятельными с приведением в приговоре убедительной мотивации.

С выводами суда первой инстанции о том, что не имеется оснований полагать об оговоре ФИО1о потерпевшим и свидетелями, суд апелляционной инстанции согласен.

Каких-либо сведений о заинтересованности потерпевшего и свидетелей при даче показаний в отношении осужденного, оснований для оговора ими осужденного, равно как и существенных противоречий в их показаниях по обстоятельствам дела, ставящих их под сомнение, и которые повлияли или могли повлиять на выводы и решения суда о виновности ФИО1о, судом апелляционной инстанции не установлено.

Доводы стороны защиты о не стабильности и противоречивости показаний потерпевшего ФИО3 №1 суд первой инстанции проверил в объеме исследованных в судебном заседании доказательств, о чём указал в приговоре.

Проверив доводы осужденного ФИО1о, указавшего на противоречия в показаниях потерпевшего ФИО3 №1, которые, по его мнению, подтверждают доводы стороны защиты об его оговоре, суд апелляционной инстанции признаёт их несостоятельными. Оснований полагать, что потерпевший ФИО3 №1 оговаривает осужденного ФИО1о, суд апелляционной инстанции не установил. Уточнение показаний потерпевшим в ходе предварительного следствия, в судебном заседании не свидетельствует об его оговоре осужденного. 

Проверяя наличие в действиях ФИО1о при совершении умышленного причинения здоровью ФИО3 №1 вреда средней тяжести квалифицирующего признака – из хулиганских побуждений, суд первой инстанции руководствовался разъяснениями, содержащимися в п.12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2007 года № 45 «О судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иных преступлениях, совершенных из хулиганских побуждений».

Суд, установив обстоятельства, при которых ФИО3 №1 оказался по инициативе ФИО1о возле своего автомобиля в месте последующего совершения преступлений – обманным путем был выманен из своей квартиры к месту стоянки автомобиля с торца дома; действия и поведение ФИО1о - предъявление ФИО3 №1 претензий по поводу сделанного ФИО3 №1 замечания детям и супруге ФИО1о, - по пояснениям ФИО1о беспричинно в некорректной и нецензурной форме, а по пояснениям ФИО3 №1 – сделанное в корректной форме при наличии причины, не удовлетворение тем, что ФИО3 №1 не желает приносить извинения и агрессивность поведения ФИО1о, пришел к выводу, что зачинщиком конфликта выступил ФИО1 о, который, используя незначительный повод, умышленно нарушая общепризнанные нормы поведения в обществе и противопоставляя себя окружающим, применил к потерпевшему насилие, причинив его здоровью вред средней тяжести, то есть из хулиганских побуждений.

Доводы стороны защиты о том, что потерпевший спровоцировал конфликт своим поведением, оценены судом первой инстанции критически. Мотивы принятия такого решения судом подробно изложены в описательно-мотивировочной части приговора, оснований сомневаться в их правильности суд апелляционной инстанции не усматривает.

Судом не установлено, что ФИО3 №1 совершал в отношении ФИО1о и членов его семьи какие-либо противоправные действия или проявлял агрессию. Не являлся ФИО3 №1 и инициатором конфликта между ним и ФИО1 Напротив, именно ФИО1 о, используя незначительный повод, пренебрегая общепринятыми правилами поведения в обществе, демонстрируя свое физическое превосходство, при том что он значительно моложе по возрасту потерпевшего, удерживая водительской дверью и не давая тем самым ФИО3 №1 выйти из салона автомобиля, стал внезапно применять к нему насилие, в результате которого потерпевшему был причинен средней тяжести вред здоровью. При этом, как следует из пояснений ФИО1о, увидев, что от его действий потерпевший стал истекать кровью, сразу покинул место преступления. Из показаний свидетеля ФИО2 №3 также следует, что, услышав крик отца, он сразу же вышел на улицу, но ФИО1о уже на месте происшествия не было. 

Выводы суда о том, что высказанные ФИО1о ФИО3 №1 претензии не могли оправдывать применение к потерпевшему насилия и признание несостоятельным утверждения стороны защиты о том, что потерпевший создал угрозу семье подсудимого, суд апелляционной инстанции признает правильными. 

Также у суда имелись основания указать, что ФИО1 о очевидцем озвученного им события не являлся. Суд апелляционной инстанции отмечает, что, как следует из материалов дела, при производстве предварительного расследования ФИО1 о никаких пояснений и показаний о причинах и обстоятельствах происшедшего события не давал, в том числе и до переквалификации его действий (т.1 л.д.25, 129-132). Свою версию об обстоятельствах конфликта ФИО3 №1 с его детьми и супругой осужденный ФИО1 о выдвинул только в судебном заседании /дата/. Из оглашенных в судебном заседании показаний свидетеля ФИО следует, что давать показания она отказалась и объяснить причину этого не пожелала (т.1 л.д.166-169, т.3 л.д.118), судебные извещения о вызове её в судебное заседание в качестве свидетеля были возвращены по истечении срока хранения в связи с их не получением (т.2 л.д.19, т.3 л.д.60). 

У суда первой инстанции не имелось оснований не доверять показаниям потерпевшего ФИО3 №1 об обстоятельствах и месте, где он делал замечания детям и супруге ФИО1о (при парковке автомобиля с торца своего дома) и которое не могло просматриваться с балкона квартиры ФИО1о, указывающего иные место и обстоятельства.

При установленных обстоятельствах, ничтожности повода для нанесения ударов, повлекших причинение средней тяжести вреда здоровью потерпевшего, игнорировании общепринятых норм поведения, демонстрации пренебрежительного отношения к ним, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что ФИО1 о действовал именно из хулиганских побуждений.

Квалифицирующий признак - с применением предмета, используемого в качестве оружия, также нашел свое подтверждение в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции, и суд апелляционной инстанции не усматривает иного.

Применение ФИО1о при нанесении ударов ФИО3 №1 зажатого в кулаке правой руки неустановленного предмета, используемого в качестве оружия, подтверждено показаниями потерпевшего ФИО3 №1, свидетеля ФИО2 №1, которые согласуются с заключением эксперта, не доверять которым у суда оснований не имелось.

Согласно разъяснений, содержащихся в п.3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2007 г. N 45 "О судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иных преступлениях, совершенных из хулиганских побуждений", под предметами, используемыми в качестве оружия, понимаются любые материальные объекты, которыми, исходя из их свойств, можно причинить вред здоровью человека.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, не установление предмета, находившегося в зажатом кулаке ФИО1о, не опровергает показания потерпевшего ФИО3 №1 и не исключает квалификацию действий осужденного с применением вышеуказанного квалифицирующего признака.

Вопреки доводам стороны защиты при допросе эксперт ФИО высказала возможность причинения при ударе кулаком переломов, которые имелись у потерпевшего ФИО3 №1 (

<

данные изъяты>), тогда как о механизме образования раны на лице потерпевшего она никаких утверждений не давала. Наличие указанных переломов не опровергает показания потерпевшего ФИО3 №1 о том, что ФИО1 о нанес ему удары значительной силы, повлекшие 

<

данные изъяты>, в который входят указанные кости. Показания потерпевшего ФИО3 №1 в части того, что при нанесении ударов он видел в кулаке у ФИО1о зажатый предмет, усиливающий силу удара, в результате чего он испытал сильную физическую боль, у него образовалась рана в области под левым глазом, из которой полилась кровь, являются категоричными и никаких сомнений в данной части потерпевшим не выражается. Не имеется сомнений в достоверности показаний потерпевшего ФИО3 №1 и у суда апелляционной инстанции. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы, возбуждение уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст.112 УК РФ, не исключало привлечения ФИО1о к уголовной ответственности за совершение более тяжкого преступления, предусмотренного п. «д», «з» ч.2 ст.112 УК РФ, и переквалификации его действий, поскольку обвинение формулируется с учетом установленных в ходе предварительного расследования обстоятельств, подлежащих доказыванию в соответствии со ст.73 УПК РФ. Окончательная же юридическая оценка содеянного относилась к компетенции суда первой инстанции, рассматривавшего уголовное дело по существу и не допустившего нарушений требований ст.252 УПК РФ.

Судом первой инстанции обоснованно признаны несостоятельными доводы стороны защиты об отсутствии в действиях ФИО1о состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.119 УК РФ. По смыслу закона угроза убийством и причинением тяжкого вреда здоровью может выражаться как в устной форме, так и в форме действий, при этом умысел лица направлен на устрашение потерпевшего. 

Агрессивное поведение ФИО1о, его нападение на потерпевшего и нанесение ему ударов в область лица и головы, повлекших переломы, свидетельствовали о наличии у потерпевшего ФИО3 №1 оснований воспринимать высказанную угрозу убийством реально, что также подтверждается его показаниями, согласно которым он реально испугался за свою жизнь, указав, что и до настоящего времени опасается угрозы ФИО1

Довод осужденного о том, что в протоколе судебного заседания указана фраза об его раскаянии и полном признании вины, которую он не говорил в прениях сторон, подтверждается аудиозаписью судебного заседания, прослушанной судом апелляционной инстанции в данной части. Порядок принесения замечаний на протокол судебного заседания и их рассмотрение установлены ст.260 УПК РФ, данным правом осужденный не воспользовался. Вместе с тем, указание данной фразы в протоколе судебного заседания никак не учитывалось судом и не принималось во внимание.

Таким образом, суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства и квалифицировал действия ФИО1о по п. «д», «з» ч.2 ст.112, ч.1 ст.119 УК РФ. Оснований для иной квалификации действий осужденного, для его оправдания по ч.1 ст.119 УК РФ, в том числе, по основаниям, приведенным в апелляционных жалобах с дополнениями осужденного, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Доводы апелляционных жалоб не содержат фактов, которые не были проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении уголовного дела, либо опровергали бы выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не являющимися основанием к отмене или изменению приговора суда.

Назначенное осужденному ФИО1 о наказание отвечает требованиям ст.ст.6, 43, 60 УК РФ. 

С учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, данных о личности осуждённого, в том числе обстоятельств, смягчающих наказание, а также влияния назначенного наказания на исправление осуждённого и на условия жизни его семьи, суд первой инстанции правильно назначил осужденному ФИО1 о вид и размер наказания за совершенные преступления, а также правильно применил положения ч.2 ст.69, п. «г» ч.1 ст.71, ч.5 ст.69 УК РФ.

Решение суда о виде и размере наказания осужденному ФИО1 о надлежащим образом мотивировано в приговоре и суд апелляционной инстанции с ним соглашается. Все заслуживающие внимания обстоятельства, относящиеся к личности осужденного, учтены в полном объеме и указаны в приговоре. 

Суд учел все юридически значимые обстоятельства, в том числе совокупность смягчающих наказание обстоятельств: наличие малолетних детей, состояние здоровья подсудимого и его близких родственников, оказание подсудимым помощи родственникам, по преступлению, предусмотренному п. «д», «з» ч.2 ст.112 УК РФ, также частичное признание подсудимым вины.

Иных обстоятельств для признания их в качестве смягчающих судом первой инстанции не установлено, не находит таковых и суд апелляционной инстанции.

Суд первой инстанции принял во внимание наличие смягчающих наказание обстоятельств, положительные сведения о личности осужденного, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, что повлияло на принятие решения о назначении ФИО1 о срока наказания, не являющегося максимальным.

Доводы апелляционной жалобы защитника о том, что суд необоснованно учел как обстоятельство, влияющее на назначение наказания, совершение преступления в период нахождения под домашним арестом по иному уголовному делу, поскольку перечень обстоятельств, отягчающих наказание, установленных ст.63 УК РФ, является исчерпывающим, суд апелляционной инстанции признает несостоятельными.

Суд первой инстанции установил отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1 о, и не признавал таковым совершение им преступления в период нахождения под домашним арестом по иному уголовному делу, на что указано в апелляционной жалобе.

Данные сведения были учтены судом с учетом фактических обстоятельств как сведения о личности осужденного, в том числе при принятии решения о назначении вида исправительного учреждения, в котором осужденному надлежит отбывать назначенное наказание.

Суд первой инстанции, с учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, фактических обстоятельств их совершения, данных о личности осужденного, подробно изложенных в обжалуемом приговоре, пришел к верному выводу о возможности достижения целей наказания только при назначении ФИО1 о реального лишения свободы, обоснованно не найдя оснований для применения ст.ст.73, 64 УК РФ, а по ч.2 ст.112 УК РФ также ч.6 ст.15 УК РФ. Данное решение надлежащим образом мотивировано в приговоре и суд апелляционной инстанции с ним соглашается. 

Назначенный ФИО1 о срок лишения свободы не является максимальным, соответствует характеру и степени общественной опасности совершенных действий и личности осужденного. Суд апелляционной инстанции не находит оснований для смягчения назначенного ФИО1 о наказания.

Учитывая, что ФИО1 о совершил вышеуказанные преступления до вынесения приговора 

<

данные изъяты> судом от /дата/, которым ФИО1 о осужден за совершение преступления, предусмотренного ч.2 ст.282.2 УК РФ, к наказанию в виде штрафа, судом первой инстанции при назначении окончательного наказания правильно применены положения ч.5 ст.69 УК РФ.

Вопросы о мере пресечения, исчислении начала срока наказания осужденному, применения положений ст.72 УК РФ разрешены судом первой инстанции в соответствии с требованиями действующего законодательства.

Вид исправительного учреждения, в котором ФИО1 о надлежит отбывать наказание – исправительная колония общего режима – определен судом первой инстанции правильно, и в соответствии с положениями п. «а» ч.1 ст.58 УК РФ достаточно мотивирован в приговоре.

Доводы осужденного о назначении судом наказания строже, чем просил государственный обвинитель, не свидетельствуют о незаконности принятого судом решения. Наказание ФИО1 о назначено в соответствии с требованиями уголовного закона и в пределах санкций, установленных уголовным законом за совершенные им преступления.

В соответствии с ч.5 ст.246, ст.292 УПК РФ в ходе судебного разбирательства на стадии прений сторон государственный обвинитель высказывает суду предложения о применении уголовного закона и назначении подсудимому наказания, при этом окончательное решение о назначении наказания принимает суд в совещательной комнате в соответствии с положениями ст.299 УПК РФ.

Оснований для признания назначенного осужденному ФИО1 о наказания несправедливым вследствие его чрезмерной суровости и для смягчения ему наказания не установлено.

Доводы апелляционных жалоб о необоснованности размера удовлетворенного судом гражданского иска о компенсации потерпевшему ФИО3 №1 морального вреда в размере 300000 рублей являются необоснованными.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для снижения размера подлежащей взысканию с осужденного ФИО1о в пользу потерпевшего ФИО3 №1 суммы компенсации морального вреда, причиненного преступлением.

Согласно положениям ч.3 ст.42, ч.2 ст.44 УПК РФ, потерпевшему обеспечивается возмещение вреда, причиненного преступлением; гражданский иск может быть предъявлен потерпевшим до окончания судебного следствия. При этом потерпевший может как уменьшать сумму иска, так и увеличивать таковую. Восстановление прав потерпевшего лица, пострадавшего от преступления, определяется самим назначением уголовного судопроизводства. На возмещение причиненного преступлением вреда потерпевший имеет полное право в силу закона.

Согласно ч.1 ст.1064 ГК РФ, вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ч.1 ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Статьей 1101 ГК РФ предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности, справедливости и соразмерности содеянному. Характер нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что в результате преступления был причинен моральный вред потерпевшему ФИО3 №1, который в результате причинения ему средней тяжести вреда здоровью продолжительное время испытывала физическую боль, нервный стресс, нравственные страдания и переживания относительно полученных телесных повреждений и длительного восстановления организма после причиненного вреда, а также относительно проявления в будущем побочных эффектов и иных негативных последствий, связанных с повреждением здоровья, невозможностью продолжить трудовую деятельность по имевшейся до получения травмы профессии.

Определяя размер компенсации причиненного потерпевшему морального вреда, суд первой инстанции руководствовался принципами разумности, справедливости и соразмерности содеянному, исходил из фактических обстоятельств произошедшего, материального положения гражданского ответчика подсудимого ФИО1о, имеющего троих малолетних детей, который является трудоспособным, не имеет инвалидности и иных объективных препятствий для осуществления активной трудовой деятельности, а также характера и объема причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, связанных с совершенными преступлениями.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора, не установлено.

Приговор является законным, обоснованным, справедливым, отмене и изменению, в том числе по доводам, изложенным в апелляционных жалобах, не подлежит.

Руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

Приговор Ленинского районного суда 

<

адрес> от /дата/ в отношении ФИО1 ФИО оставить без изменения, апелляционные жалоба защитников - без удовлетворения.

(данные о лице, в отношении которого принято судебное решение, и суть д

Приговор и апелляционное постановление могут быть обжалованы в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, через суд первой инстанции в течение 6 месяцев с момента вступления приговора в законную силу, в осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня получения копии приговора, вступившего в законную силу. По истечении указанного срока кассационная жалоба на судебные решения может быть поданы непосредственно в суд кассационной инстанции. В случае подачи кассационной жалобы осуждённый вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции и об участии защитника.

Председательствующий судья ФИО