Дело №1-90/2018 (№)

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Анжеро-Судженск 24 июля 2018 года

Анжеро-Судженский городской суд Кемеровской области в составе председательствующего судьи Кравченко Н.Н. с участием:

государственного обвинителя – старшего помощника прокурора г. Анжеро-Судженска Кемеровской области Стеба Л.Н.,

подсудимого ФИО2, 

защитника - адвоката Ананьина Д.Ю., представившего удостоверение № от 

<

дата>, ордер № от 

<

дата> 

<

...>,

при секретаре Селеверовой И.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в общем порядке уголовного судопроизводства материалы уголовного дела в отношении

ФИО2, 

<

...>, не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.222 УК РФ,

установил:

ФИО2 совершил незаконное хранение огнестрельного оружия в 

<

адрес>, при следующих обстоятельствах:

ФИО2, в неустановленном в ходе предварительного расследования месте, в неустановленное время, до 

<

дата>, приобрел неустановленным в ходе предварительного расследования способом обрез ружья, после чего, не имея соответствующего разрешения компетентных органов на хранение оружия, стал незаконно хранить по месту своего жительства в 

<

...>, расположенного в крытом дворе 

<

адрес>, согласно заключения экспертов № гладкоствольное огнестрельное оружие - обрез ружья, переделанный самодельным способом из двуствольного гладкоствольного охотничьего ружья модели 

<

...> до момента обнаружения и изъятия сотрудниками первого отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета РФ по 

<

адрес> в ходе проведения обыска в указанном доме 

<

дата> в период с 06 часов 25 минут до 09 часов 20 минут.

Подсудимый ФИО2 вину в совершении инкриминируемого преступления в судебном заседании не признал, суду пояснил, что 

<

дата> в доме, где он проживает по 

<

адрес> был произведен обыск сотрудниками полиции. В ходе обыска обнаружен и изъят обрез ружья, который ему и членам его семьи не принадлежит, как он оказался в крытом дворе его дома, не знает. Потожировые следы на «защелке цевья», которые якобы принадлежат ему, могли быть нанесены любым лицом, которое получало у него образцы его слюны и нанесло их. Возможно, его ДНК могли нанести во время обыска, когда у него руки в наручниках были заведены назад, и он мог не видеть, что вкладывали в его руки. Проводить обыск начали в разных частях дома одновременно. В какой-то момент обыска один из сотрудников прошел в сторону 

<

...>, и закричал, что обнаружил тряпичный мешок, который вынес под навес. Когда он лежал на полу боком, сотрудник ФИО22 показал ему обрез ружья, который был уже извлечен из мешка. Затем были приглашены понятые, которые расписались в том, что был обнаружен обрез ружья. На вопрос следователя принадлежит ли данный обрез ружья ему, он ответил, что данный обрез ружья ему не принадлежит. Куда в дальнейшем девали обнаруженный обрез, ему неизвестно. Он не помнит, подписывал ли он протокол обыска, помнит только, что ему снимали наручники для того, чтобы он умылся. Не знает, как на поверхности обреза оказались его потожировые следы, считает, что их нанесли специально, так как когда его везли в 

<

адрес> сотрудники полиции ФИО23 или ФИО24 с его головы тампонами или тряпками смывали кровь, данные тампоны и тряпки остались у сотрудников полиции, таким образом, у сотрудников были его ДНК. Кроме того, на обрезе только потожировые следы, отпечатков пальцев рук нет. Полагает, что обрез ему подбросили сотрудники полиции с целью получения у него показаний по другому уголовному делу.

После обозрения протокола обыска от 

<

дата> подсудимый подтвердил, что все подписи в протоколе обыска поставлены им, так как его заставили. Когда он расписался в протоколе обыска, ему на руки снова надели наручники. Замечания на протокол не приносил, так как был сильно избит, отчего испытывал сильную боль. 

Несмотря на отрицание ФИО2 своей вины, его виновность в совершении преступления, изложенного в описательной части приговора, подтверждается совокупностью собранных по делу доказательств, исследованных в судебном заседании. 

Протоколом обыска от 

<

дата>, из которого следует, что в ходе обыска в жилище ФИО2 по адресу: 

<

адрес>, в крытом дворе, находящемся 

<

...> обнаружен тряпичный мешок с ручками коричневого цвета, в котором находится обрез ружья, рукоять которого перемотана изолентой черного цвета, данный обрез двуствольный, в патроннике обоих стволов обнаружено 2 патрона 

<

...>. В тряпичном мешке обнаружено 9 патронов 

<

...>. Обнаруженный обрез ружья изъят и упакован в бумажный пакет, прошитый белой нитью, концы оклеены пояснительной биркой с подписями следователя, понятых и оттиском печати 

<

...>.

Заключением экспертов № от 

<

дата> из выводов которого следует, что обрез ружья, представленный на экспертизу, переделан самодельным способом из двуствольного гладкоствольного охотничьего ружья модели 

<

...> и относится к гладкоствольному огнестрельному оружию. Данный обрез ружья пригоден для стрельбы охотничьими патронами 

<

...>. На поверхности «защелки цевья» обреза обнаружены пот и эпителиальные клетки, установлены трех-, четырехаллельные профили, биологический материал произошел от двух или более лиц, одним из которых является ФИО2 

<

...>.

Протоколом выемки от 

<

дата>, согласно которому в кабинете № СУ СК РФ по КО, расположенного по адресу: 

<

адрес>, произведена выемка у следователя ФИО5 обреза двуствольного гладкоствольного охотничьего ружья модели 

<

...>. Указанный предмет упакован в бумажный пакет и опечатан 

<

...>.

Протоколом осмотра предметов от 

<

дата> (

<

...>), согласно которому осмотрен бумажный пакет светло коричневого цвета, из которого извлечен обрез двуствольного гладкоствольного охотничьего ружья 

<

...>, данный обрез ружья признан вещественным доказательством на основании постановления от 

<

дата> и помещен в камеру хранения 

<

...>.

Согласно сведений из отдела лицензионно-разрешительной работы Отдела МВД 

<

...> гладкоствольное охотничье ружье модели 

<

...>, по данным Сервиса централизованного учета оружия МВД России не зарегистрировано. ФИО2 в качестве владельца оружия с 

<

дата> на учете не состоит, зарегистрированного оружия не имеет 

<

...>.

Показаниями свидетелей ФИО6 – следователя, проводившего обыск, и ФИО18 – оперуполномоченного, присутствующего при проведении обыска, пояснивших суду, что 

<

дата> в утреннее время они в составе следственно-оперативной группы прибыли по месту жительства ФИО2 по 

<

адрес>. Для проведения данного следственного действия были задействованы силы специального подразделения 

<

...>, которыми было устранено оказанное ФИО2 сопротивление, на него были надеты наручники. После этого участники следственного действия, в том числе двое понятых, которые были приглашены для участия в обыске, вошли в жилище ФИО2 и приступили к проведению обыска. Перед началом обыска ФИО2 был ознакомлен с постановлением суда о разрешении производства обыска, лицам, участвующим в обыске были разъяснены их права и ответственность, а также разъяснен порядок проведения обыска. ФИО2 было предложено выдать добровольно запрещенные к хранению предметы: оружие, боеприпасы, наркотические средства, на что он сообщил, что таковых у него не имеется. Помимо ФИО2 при производстве обыска присутствовали ФИО25. После чего стали проводить обыск в жилище ФИО2. При проведении обыска следователь и сотрудники полиции были в медицинских стерильных перчатках. В ходе обыска, в крытом дворе, который находится под одной крышей с домом, над 

<

...>, оперативным сотрудником ФИО26 была обнаружена тканевая сумка, в которой находился обрез ружья, завернутый в тряпку, рукоять которого была перемотана черной изолентой. После обнаружения обреза ружья, он был предъявлен всем участникам следственного действия. Кроме того, в патроннике обеих стволов обреза обнаружены 2 патрона, а в тряпичном мешке обнаружено 9 патронов 

<

...>. Обнаруженный обрез ружья был упакован в бумажный пакет, который был прошит белой нитью, концы которой оклеены пояснительной биркой, где все участники следственного действия, включая ФИО2, поставили свои подписи на бирке. Упаковка исключала свободный доступ к содержимому, все следы биологического происхождения, которые имелись на момент изъятия обреза, были сохранены. ФИО2 не прикасался руками к данному обрезу в момент его обнаружения. По результатам обыска от лиц, участвующих в следственном действии, замечаний не поступало. ФИО2 был также ознакомлен с протокол обыска, после его личного прочтения, от него замечаний по протоколу и по проведению следственного действия не имелось, он подписал протокол обыска.

Показаниями свидетеля ФИО16 пояснившей суду и свидетеля ФИО17, чьи показания были оглашены с согласия участников процесса (

<

...>), что 

<

дата> в утреннее время они участвовали в качестве понятых в ходе производства обыска по месту жительства ФИО2 по адресу: 

<

адрес>. Свидетели рассказали о ходе проведения данного следственного действия, его результатах – обнаружении в 

<

...>, расположенном в крытом дворе, который находится под одной крышей с домом, обреза ружья, а также о составлении протокола обыска. Свидетели также указали, что изъятый в ходе обыска обрез ружья был упакован в пакет, который прошили, опечатали и они поставили там свои подписи. ФИО2 не прикасался руками к обрезу ружья.

Показаниями свидетелей ФИО7 и ФИО8 – 

<

...> 

<

адрес>. 

<

дата> около 6 часов в доме ФИО32 сотрудники полиции проводили обыск, в ходе которого в крытом дворе 

<

...> был обнаружен обрез ружья. Момента, когда оружие было обнаружено, они не видели. После обнаружения сотрудник полиции показал матерчатый мешок, достал из него обрез ружья и патроны. Оружие они видели первый раз, оно никому из них не принадлежало. В момент обыска их ФИО2 сидел на коленях в наручниках, в крытом дворе у двери, вдали от того места, где нашел сотрудник полиции оружие. В последующем изъятый обрез упаковали в пакет. Указали также, что понятые присутствовали в период обыска, однако, они выходили на улицу курить. До 

<

дата> в доме ФИО2 также был проведен обыск сотрудниками полиции 

<

адрес>, в ходе обыска были изъяты ноутбук, флэш-карты, телефон. 

<

...>.

Показаниями свидетелей ФИО9, ФИО10, ФИО11 пояснивших суду и ФИО12, чьи показания были оглашены с согласия участников процесса (

<

...>), что 

<

дата> они в составе следственно-оперативной группы на основании постановления суда в присутствии двух понятых проводили обыск в жилище ФИО2 по 

<

адрес>. В ходе обыска были тщательно осмотрены все жилые и нежилые помещения, надворные постройки. Запрещенных предметов в ходе обыска обнаружено не было. Были изъяты документы, ноутбук, которые были упакованы и опечатаны. 

Показаниями эксперта ФИО13, чьи показания были оглашены в судебном заседании (

<

...>), из которых установлено, что при проведении ею исследований, которые в последующем она изложила в выводах заключения №, было достоверно установлено, что биологические следы, изъятые с защелки цевья обреза ружья, принадлежат ФИО2

Показаниями эксперта ФИО14 пояснившей суду, что объекты, в том числе и обрез ружья, предоставленные на исследование в ЭКЦ ГУ МВД России №, находились в бумажных пакетах, которые были прошиты нитью, концы которой проклеены отрезком бумаги, имелась печать, подписи, целостность пакетов не была нарушена. Объекты исследования соответствовали постановлению следователя. Обрез ружья был осмотрен всеми экспертами, которые участвовали в проведении комплексной судебной экспертизы. Первое исследование проводила она, так как сначала нужно было обнаружить следы рук. Перед началом исследования она надела халат, средства индивидуальной защиты, поэтому при исследовании объекта - обреза ружья исключается возможность переноса следов биологического происхождения. В ходе проведенного ею исследования, на предоставленном объекте следов папиллярных линий, мазков, фрагментов пальцев рук, ладоней обнаружено не было, однако отсутствие следов рук на поверхностях объекта никак не исключает наличие биологических следов на этом же объекте. На углублении, выемке, маленьком и ребристом объекте, как защелка цевья, следы папиллярных линий не остаются, а биологические следы могут остаться. 

Показаниями свидетеля ФИО15 пояснившей в судебном заседании, что в ее производстве находилось уголовное дело в отношении ФИО2 Обрез ружья, изъятый в ходе обыска, ей не поступил, однако, он является вещественным доказательством. Поэтому она по телефону уведомила следователя и изъяла у него в служебном кабинете обрез ружья, упаковав его в бумажный пакет, который прошила, опечатала. Также она составила протокол выемки, в котором расписался следователь. Упаковка, в которой обрез ружья направлялся на экспертизу, ей не представлялась. Пакет с обрезом ружья она привезла в отдел ОМВД России по 

<

адрес>, где в присутствие понятых распаковала и произвела осмотр обреза ружья, затем его упаковала и поместила в камеру хранения. 

Оценивая исследованные в судебном заседании доказательства, суд признает их относимыми, допустимыми, достоверными, а в совокупности – и достаточными для решения вопроса о виновности подсудимого ФИО2

Виновность подсудимого ФИО2, не отрицавшего обнаружение и изъятие по месту его жительства в ходе обыска обреза ружья, установлена на основании показаний свидетелей – сотрудников правоохранительных органов ФИО6, ФИО18, а также понятых ФИО16 и ФИО17 об обстоятельствах проведения обыска по месту жительства ФИО2

Показания указанных свидетелей полностью согласуются с протоколом обыска от 

<

дата>, из которого следует, что по месту жительства ФИО2 по адресу: 

<

адрес> над 

<

...>, обнаружен тряпичный мешок с ручками коричневого цвета, в котором находился обрез ружья, разрешение на хранение которого отсутствовало.

В результате проведенной судебной экспертизы установлено, что обрез ружья переделан самодельным способом из двуствольного гладкоствольного охотничьего ружья модели 

<

...> и относится к гладкоствольному огнестрельному оружию. Данный обрез ружья пригоден для стрельбы охотничьими патронами 

<

...>.

Исследованные в судебном заседании и положенные в основу приговора доказательства каких-либо сомнений в их достоверности не вызывают.

Следственные действия проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, их содержание, ход и результаты зафиксированы в соответствующих протоколах.

Выводы экспертов, отраженные в проведенной экспертизе, суд не ставит под сомнение, поскольку они даны компетентными специалистами, имеющими большой опыт работы по специальности, доводы экспертов убедительны, выводы – научно-обоснованны, и поскольку экспертиза проведена с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, а компетентность экспертов сомнений у суда не вызывает, у суда не имеется оснований ставить под сомнение правильность выводов экспертного заключения. Помимо того, выводы, содержащиеся в заключении экспертов по сути согласуются с другими материалами дела, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным в судебном заседании и в совокупности с ними подтверждают виновность ФИО2 в совершении инкриминируемого ему деяния.

Приведенные показания свидетелей последовательны, не содержат каких-либо значимых для дела противоречий, наряду с иными доказательствами образуют необходимую совокупность, подтверждающую умышленный характер действий ФИО2 по незаконному хранению огнестрельного оружия, поскольку он осознавал, что не имеет право на хранение обнаруженного у него обреза ружья.

В ходе дознания и в судебном заседании подсудимый ФИО2 отрицал свою причастность к инкриминируемому деянию, указав при этом, что обрез ружья ему не принадлежит, как он оказался в 

<

...>, расположенном в крытом дворе его дома, не знает, также пояснил, что его потожировые следы и эпителиальные клетки, обнаруженные на обрезе ружья, нанесли сотрудники полиции. 

Суд критически относится к данным доводам подсудимого ФИО2 и считает их не правдивыми, не достоверными, имеющими цель ввести суд в заблуждение, и таким образом, уйти от ответственности за содеянное, а также расценивает их, как способ его защиты.

Суд отклоняет довод стороны защиты о недопустимости представленного доказательства – протокола обыска от 

<

дата>, поскольку данное следственное действие проведено в соответствие с требованиями ст.182 УПК РФ на основании судебного решения, с участием понятых и самого ФИО2, которому перед началом обыска было представлено соответствующее постановление. По результатам обыска в соответствии с положениями статей 166-167 УПК РФ составлен соответствующий протокол, в нем указано в каком месте и при каких обстоятельствах был обнаружен и изъят имеющий значение для дела предмет – обрез ружья. Обнаруженный и изъятый в ходе обыска предмет был упакован и опечатан. 

Каких-либо замечаний со стороны участвовавших лиц протокол обыска не содержит.

Довод стороны защиты о том, что момента обнаружения обреза ружья присутствующие при обыске лица не видели, а также о том, что понятые при этом не присутствовали, обыск был начат без понятых, опровергается исследованными доказательствами. Так, свидетели ФИО16 и ФИО17, участвующие при производстве обыска в качестве понятых, показали, что находились в непосредственной близости от сотрудника ФИО18, обнаружившего тканевый сверток, в которой находился обрез ружья, и видели сам момент его обнаружения. Свидетели ФИО7 и ФИО8, также присутствующие при проведении обыска, указали суду, что сотрудник, обнаруживший матерчатый мешок, сообщил об этом присутствующим, а в последующем положил его на крыльцо и извлек из него оружие и патроны. У суда нет оснований не доверять показаниям данных свидетелей, предупрежденных об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, личной заинтересованности понятых в исходе данного дела и оснований для оговора ФИО1, с которым они знакомы не были, судом не установлено. 

<

...>. О том, что обрез ружья был обнаружен в присутствии понятых, в судебном заседании показали и свидетели ФИО6, ФИО18, непосредственно проводившие обыск.

Предоставленная суду стороной защиты видеозапись с камер, установленных на доме по 

<

адрес>, не опровергает установленных по делу фактических обстоятельств, поскольку на данной видеозаписи само следственное действие и его ход не отражены.

Из материалов дела установлено, что обыск был начат в 06 часов 25 минут, что следует из протокола обыска от 

<

дата> (

<

...>).

При обозрении видеозаписи, установлено, что понятые направляются в сторону дома, где проводился обыск в 06 часов 11 минут, то есть до начала обыска.

Дата, время, место составления протокола соответствуют действительности, поскольку подтверждаются материалами уголовного дела, показаниями свидетеля ФИО6 в судебном заседании, фактически не оспариваются стороной защиты. 

Довод защиты о том, что потожировые следы были нанесены сотрудниками, проводившими обыск, опровергается показаниями свидетелей ФИО6, ФИО18, ФИО16, ФИО17, ФИО13, ФИО14, а также протоколом получения образцов для сравнительного исследования от 

<

дата>, из которых установлено, что изъятие обнаруженного предмета производилось в присутствии понятых, о чем был составлен протокол обыска с указанием на порядок изъятия и упаковку, в которую был помещен изъятый обрез ружья, удостоверенный подписями следователя, понятых, лиц, участвующих в следственном действии. Подробное и аналогичное описание упаковки, в которой поступил на исследование предмет, изъятый в ходе обыска, отражено в заключении экспертов, указавших суду, что целостность упаковки нарушена не была. Образцы буккального эпителия у ФИО2 изъяты были 

<

дата> в 20 часов 40 минут, обыск был окончен в 09 часов 20 минут 

<

дата>. При таких обстоятельствах исключается предоставление на исследование иного объекта, нежели изъятого в ходе обыска, а также исключается возможность нанесения на него в последующем биологического материала (пота и эпителиальных клеток) ФИО2 Суд также учитывает место обнаружения биологического материала – защелка цевья обреза ружья, которое представляет собой неровную поверхность, при соприкосновении с которой следы папиллярных линий могут не отразиться, при этом возможно отображение биологических следов, что и было установлено заключением экспертов.

Довод стороны защиты о непричастности ФИО2 к данному преступлению, поскольку в заключении экспертов указано, что биологический материал произошел от двух или более лиц, является несостоятельным и опровергается исследованными доказательствами.

<

...>

<

...>.

В ходе обыска по месту жительства ФИО2 по 

<

адрес> 

<

дата> был обнаружен обрез ружья.

Согласно заключению экспертов от 

<

дата> на поверхности «защелки цевья» обреза ружья обнаружены пот и эпителиальные клетки, произошедшие от двух или более лиц, одним из которых является ФИО2

По мнению суда, обнаружение на изъятом обрезе ружья биологического материала иного лица, помимо ФИО2, правового значения для квалификации действий ФИО2 не имеет, поскольку суд в соответствии со ст.252 УПК РФ проводит судебное разбирательство только по предъявленному обвинению. 

Таким образом, судом достоверно установлено, что ФИО2 незаконно хранил по месту своего жительства 

<

...>, расположенного в крытом дворе 

<

адрес> обрез ружья, переделанный самодельным способом из двуствольного гладкоствольного охотничьего ружья 

<

...>.

Поскольку под незаконным хранением огнестрельного оружия, законодателем понимается его сокрытие в помещениях, тайниках, а также в иных местах, обеспечивающих его сохранность, указанный признак преступления нашел свое подтверждение: обрез ружья ФИО2 хранил по месту своего проживания в 

<

...>, расположенном в крытом дворе, то есть в скрытом для посторонних месте, ни о наличии 

<

...>, расположенного в крытом дворе, ни о находящимся в ней обрезе ружья, сотрудникам полиции не сообщил.

Государственный обвинитель в судебном заседании изменил обвинение в сторону смягчения, просил суд исключить из обвинения квалифицирующий признак «незаконное приобретение огнестрельного оружия», так как в судебном заседании не установлено место и способ приобретения ФИО2 незаконно хранимого огнестрельного оружия.

Суд, исходя из требований ч.8 ст.246 УПК РФ, соглашается с доводами государственного обвинителя и считает необходимым исключить из объема обвинения ФИО2 указание на незаконное приобретение им огнестрельного оружия, как не нашедшего своего подтверждения в судебном заседании, поскольку в ходе дознания не установлено место и способ приобретения ФИО2 незаконно хранимого огнестрельного оружия. Кроме того, суд считает, что органами дознания не уставлено и время приобретения обреза ружья, при этом факт отсутствия огнестрельного оружия в жилище ФИО2 при проведении обыска 

<

дата> в рамках уголовного дела, 

<

...>, не может свидетельствовать о приобретении ФИО2 обреза ружья, в период времени с 

<

дата> до 

<

дата>.

В связи с чем, в действиях ФИО2 отсутствует признак объективной стороны состава преставления, предусмотренного ч.1 ст.222 УК РФ «незаконное приобретение огнестрельного оружия», который подлежит исключению из предъявленного ФИО2 обвинения.

Таким образом, оценив представленные доказательства, исключая квалифицирующий признак «незаконное приобретение огнестрельного оружия», суд приходит к выводу, что действия подсудимого ФИО2 следует квалифицировать по ч.1 ст.222 УК РФ, как незаконное хранение огнестрельного оружия. 

Назначая наказание подсудимому, суд учитывает требования ч.2 ст.43 УК РФ, согласно которой наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений.

Положения ст.ст.6, 60 УК РФ обязывают суд назначать лицу, признанному виновным в совершении преступления, справедливое наказание, то есть соответствующее характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного, учитывая, в том числе, обстоятельства смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

При назначении наказания подсудимому ФИО2, суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления, конкретные обстоятельства дела, данные характеризующие личность подсудимого, который 

<

...>, а также учитывает, какое влияние окажет назначенное наказание на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи. 

В качестве обстоятельства, смягчающих наказание, суд в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ признает и учитывает 

<

...>. 

Иных смягчающих наказание обстоятельств судом не установлено, участниками процесса – не заявлено.

Отягчающих наказание обстоятельств, суд в соответствии со ст.63 УК РФ в действиях ФИО2 не усматривает.

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, личности подсудимого, несмотря на наличие смягчающих наказание обстоятельств и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, суд не усматривает оснований для изменения категории преступления, совершенного подсудимым, на менее тяжкую категорию в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ.

С учетом содеянного и личности подсудимого ФИО2, учитывая обстоятельства совершения подсудимым преступления, суд считает, что цели наказания, такие как восстановление социальной справедливости, исправление подсудимого и предупреждение совершения им новых преступлений, будут достигнуты при назначении ФИО2 наказания в виде ограничения свободы.

В соответствии с п.18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 №58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» в случае назначения ограничения свободы в качестве основного наказания в приговоре необходимо устанавливать территорию, за пределы которой осужденному запрещается выезжать и в пределах которой ему запрещается посещать определенные места без согласия уголовно-исполнительной инспекции. 

Как следует из материалов дела, ФИО2 зарегистрирован и проживает в 

<

адрес>, следовательно, подсудимому следует установить ограничение на выезд за пределы территории 

<

адрес> округа без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Исходя из положений ч.1 ст.53 УК РФ, суд считает необходимым установить ФИО2 ограничение на изменение места жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, не выезжать за пределы территории муниципального образования – 

<

адрес>, а также возлагает на него обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы для регистрации 1 раз в месяц.

Гражданский иск по делу не заявлен.

В соответствии с п.2 ч.3 ст.81 УПК РФ, Федеральному закону "Об оружии", пп.2 п.58 Инструкции "О порядке изъятия, учета, хранения и передачи вещественных доказательств по уголовным делам, ценностей и иного имущества органами предварительного следствия, дознания и судами» от 18.10.1989 предметы, запрещенные к обращению, подлежат передаче в соответствующие учреждения или уничтожаются. В соответствии с параграфом 18 данной Инструкции после разрешении дела оружие, …, признанные вещественными доказательствам, должны направляться в распоряжение соответствующего органа внутренних дел, который в установленном порядке принимает решение об их уничтожении или реализации, либо использовании в надлежащем порядке. С учетом изложенного, обрез ружья модели 

<

...>, хранящийся в камере хранения вещественных доказательств, подлежат передаче в Отдел МВД России по Анжеро-Судженскому городскому округу для принятия соответствующего решения.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст.307 – 309 УПК РФ, суд

приговорил:

ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.222 УК РФ и назначить ему наказание в виде ограничения свободы на срок 1 (один) год.

Установить ФИО2 на срок ограничения свободы следующие ограничения: не изменять место жительства или пребывания, а также не выезжать за пределы территории 

<

адрес> без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Возложить на ФИО2 на срок ограничения свободы обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, 1 раз в месяц для регистрации.

Вещественные доказательства: обрез ружья модели 

<

...>, хранящийся в камере хранения вещественных доказательств, - передать в Отдел МВД России по Анжеро-Судженскому городскому округу для принятия соответствующего решения.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд в течение 10 суток со дня провозглашения приговора. 

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий: