УИД 63RS0038-01-2023-001428-17

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

29 мая 2024 года Кировский районный суд г. Самары в составе:

председательствующего судьи Бесединой Т.Н.,

с участием помощника прокурора Дмитриевой Я.С.,

при секретаре Б.Ю.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по иску ФИО1 к ГБУЗ «Самарская областная клиническая больница им. В.Д. Середавина, Министерству здравоохранения Самарской области о взыскании компенсации морального вреда, 

Установил:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ГБУЗ «Самарская областная клиническая больница им. В.Д. Середавина» о взыскании компенсации морального вреда в размере 

<

данные изъяты> руб. 

В обоснование иска истец ссылается на то, что в производстве следственного отдела по Кировскому району г. Самара следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Самарской области находился материал проверки № от ДД.ММ.ГГГГ по факту смерти его матери ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ рождения.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 поступила в ГБУЗ СОКБ «им. В.Д. Середавина» в инфекционное отделение для оказания МП пациентам с COVID-19 с диагнозом: Пневмония, подозрение на новую коронавирусную инфекцию. Двусторонняя полисегментарная пневмония. Объем поражения легочной ткани 15-20%. ДД.ММ.ГГГГ в 12 часов 40 минут в связи с тяжестью состояния ФИО2 переведена в отделение реанимации и интенсивной терапии.

ДД.ММ.ГГГГ в 02 часа 20 минут у ФИО2 зафиксирована остановка сердечной деятельности на фоне прессорной поддержки и ИВЛ, в 02 часа 50 минут констатирована смерть ФИО2 Из выписки протокола патологоанатомического исследования причиной смерти ФИО2 являются острая дыхательная недостаточность и отек легких.

ДД.ММ.ГГГГ вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по основаниям, предусмотренным п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть в связи с отсутствием в действиях (ФИО3, ФИО4, ФИО5) состава преступления, предусмотренного ст. 238 УК РФ.

Считает, что лечение его матери ФИО2 было назначено неправильно, диагностика состояния здоровья при её поступлении в ГБУЗ СОКБ «им. В.Д. Середавина» была проведена не в полном объеме, анализы не были своевременно отобраны, в результате чего, своевременно и правильно не была оказана медицинская помощь его матери, по вине сотрудников ГБУЗ СОКБ «им. В.Д. Середавина».

Медицинской судебной экспертизой на дефекты оказания медицинской помощи № «Б» от ДД.ММ.ГГГГ, установлены дефекты оказания медицинской помощи ФИО2, а именно: 1. дефекты диагностики: - не выполнены КТ органов грудной клетки, УЗИ легких и плевральных полостей, несмотря на длительное значительное повышение температуры тела, увеличение количества лейкоцитов и нейтрофильный сдвиг в лейкоцитарной формуле, - не проведено исследование промывных воды на микрофлору, - не проведена консультация инфекциониста, - отсутствует консультация эндокринолога при повышении уровня глюкозы крови (9,35 ммоль/л, 12,66 ммоль/л), - неправомерное установление диагноза «Сахарный диабет, 2 тип, впервые, выявленный» без консультации эндокринолога, - неправомерное установление диагноза «Гипертоническая болезнь 2 ст., риск IV» без консультации кардиолога; 2. дефекты лечения: назначение бета-блокатора эгилока (метопролол) без консультации кардиолога без указания на причину применения препарата; 3. дефекты ведения: - отсутствие наблюдения ДД.ММ.ГГГГ. (нет дневниковой записи), - отсутствие данных о наблюдении после записи врача о том, что оставлена под наблюдением (нет дневниковой записи до ДД.ММ.ГГГГ в 12:40), - отсутствует консультация реаниматолога ДД.ММ.ГГГГ.

Считает, что бездействием и халатностью медицинских сотрудников ГБУЗ СОКБ «им. В.Д. Середавина», оказавшим лечение ненадлежащего качества его матери ФИО2, которые выразилась, в некачественном и не своевременном подборе методов лечения его матери ФИО2, и не эффективно и не в полном объеме оказанной медицинской помощи, вследствие которой наступила смерть его матери ФИО2, от чего он испытал сильные душевные страдания, боль и не выносимую утрату, и потерю. Смерть его матери ФИО2 стала для него потрясением и оставила неизгладимый след в его жизни, который временем не излечим.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве соответчика привлечено Министерство здравоохранения Самарской области 

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные требования поддержал, просил иск удовлетворить.

Представители ответчика: ГБУЗ «Самарская областная клиническая больница им. В.Д. Середавина» - ФИО6 и ФИО7, действующие на основании доверенностей, в судебном заседании в удовлетворении исковых требования просила отказать по основаниям, изложенным в отзывах на иск.

Представитель ответчика: Министерства здравоохранения Самарской области в судебное заседание не явился, представили отзыв на иск, в котором просили отказать в удовлетворении заявленных истцом требований.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего заявленные требования подлежащими частичному удовлетворению, суд приходит к следующему.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками. Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации). Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ №323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее также - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В статье 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, следует, что право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина (абзац третий пункта 1 названного постановления Пленума).

Исходя из норм Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с п.1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Согласно части 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (часть 2 статьи 56 ГПК РФ). Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ в ГБУЗ «СОКБ им. В.Д. Середавина» поступила ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ рождения, которая ДД.ММ.ГГГГ в 02:50 часов скончалась от новой коронавирусной инфекции COVID-19.

Согласно протокола патолого-анатомического вскрытия № от ДД.ММ.ГГГГ., смерть ФИО2, 52 лет, страдавшей внебольничной двусторонней полисегментарной бактериальной пневмонией (Бак.посев из легких № от ДД.ММ.ГГГГ: Обильный рост - KI. Pneumoniae, А.baumanii), на фоне коронавирусной инфекции COVID-19, подтвержденной лабораторно (Пожизненно: Мазок ПЦР РНК COVID-19 от ДД.ММ.ГГГГ № - положительный; Посмертно: ПЦР РНК COVID-19 от ДД.ММ.ГГГГ № (трахея) - не обнаружена, ПЦР РНК COVID-19 от ДД.ММ.ГГГГ № (правое легкое) - не обнаружена, ПЦР РНК COVID-19 от ДД.ММ.ГГГГ № (левое легкое) - не обнаружена, ПЦР РНК COVID-19 от ДД.ММ.ГГГГ № (селезенка) - не обнаружена), сахарного диабета 2 типа, впервые выявленного, наступила от острой дыхательной недостаточности и отека легких (л.д.45-50).

Истец ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ рождения является сыном ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ р., что подтверждается свидетельством о рождении.

Справка б/н от ДД.ММ.ГГГГ, выданная МП г.о. Самара, свидетельствует о том, что ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ р., с ДД.ММ.ГГГГ постоянно по день смерти ДД.ММ.ГГГГ была зарегистрирована по адресу: 

<

адрес>, выписана ДД.ММ.ГГГГ С ней по указанному адресу были зарегистрированы: ФИО8 (муж), ДД.ММ.ГГГГ рождения, ФИО1 (сын), ДД.ММ.ГГГГ рождения, ФИО9 (сын), ДД.ММ.ГГГГ рождения. 

Постановлением следователя следственного отдела по Кировскому району г. Самара следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Самарской области от ДД.ММ.ГГГГ отказано в возбуждении уголовного дела, предусмотренного ст. 238 УК РФ, по основаниям, предусмотренным п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием состава преступления в действиях ФИО10, ФИО4, ФИО5

Из Заключения №(мд) от ДД.ММ.ГГГГ судебно-медицинской экспертизы, проведенной ГБУЗ «Самарское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» по материалам проверки КРСП №, следует, что смерть ФИО2 последовала от новой коронавирусной инфекции COVID-19, осложнившейся двусторонней пневмонией с развитием острого респираторного дистресс-синдрома, что подтверждается положительным результатом ПЦР-теста № от ДД.ММ.ГГГГ; данными компьютерной томографии легких от ДД.ММ.ГГГГ (с двух сторон в легочной ткани определяются многочисленные периферические перибронховаскулярные зоны уплотнения легочной ткани по типу «матового стекла», ретикулярные изменения с объемом поражения легочной паренхимы 15-10%); уплотнением легочной ткани, серо-вишневым цветом легочной ткани, наличием мутной геморрагической жидкости на поверхности разрезов, уплотнением бронхов, а также данными гистологического исследования (выраженный внутриальвеолярный отек, очаговые кровоизлияния в просветах альвеол, выраженное полнокровие со сладжем эритроцитов, в просветах альвеол, большое количество лейкоцитов, единичные гиалиновые мебраны). Смерть ФИО2 констатирована врачами СОКБ им. Середавина ДД.ММ.ГГГГ в 02:50. 

Постановлением следователя следственного отдела по Кировскому району г. Самара следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Самарской области от ДД.ММ.ГГГГ отказано в возбуждении уголовного дела, предусмотренного ст. 238 УК РФ, по основаниям, предусмотренным п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием состава преступления в действиях ФИО10, ФИО4, ФИО5

Из Заключению эксперта №«Б» от ДД.ММ.ГГГГ - ДД.ММ.ГГГГ (комиссионной судебно-медицинской экспертизы), проведенной ГБУЗ «Самарское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» по материалам проверки КРСП № от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что комиссия пришла к следующим выводам:

Ответ на вопрос №а: Смерть ФИО2 наступила от коронавирусной инфекции COVID-19, осложненной двусторонней смешанной интерстициально-паренхиматозной вируспо-бактериальной гнойной, серозно-гнойной пневмонией с развитием острого респираторною дистресс-смндрома, альвеолярного отека и отека межальвеолярных перегородок легких с развитием острой дыхательной недостаточности.

Ответ на вопрос №: На основании проведенных исследований установлены дефекты медицинской помощи ФИО2 в ГБУЗ «Самарская областная клиническая больница им. В.Д. Середавина» в период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ:

- дефекты диагностики:

- - не выполнены КТ органов грудной клетки, УЗИ легких и плевральных полостей, несмотря на длительное значительное повышение температуры тела, увеличение количества лейкоцитов и нейтрофильный сдвиг в лейкоцитарной формуле,

- - не проведено исследование промывных воды на микрофлору,

- - не проведена консультация инфекциониста,

- - отсутствует консультация эндокринолога при повышении уровня глюкозы крови (9,35 ммоль/л, 12,66 ммоль/л),

- - неправомерное установление диагноза «Сахарный диабет, 2 тип, впервые выявленный» без консультации эндокринолога,

- - неправомерное установление диагноза «Гипертоническая болезнь 2 ст., риск IV» без консультации кардиолога;

- дефекты лечения: назначение бета-блокатора эгилока (метопролол) без консультации кардиолога без указания на причину применения препарата:

- дефекты ведения:

- - отсутствие наблюдения ДД.ММ.ГГГГ. (нет дневниковой записи),

- - отсутствие данных о наблюдении после записи врача о том, что оставлена под наблюдением (нет дневниковой записи до ДД.ММ.ГГГГ в 12:40),

- - отсутствует консультация реаниматолога ДД.ММ.ГГГГ.

Обоснование см. пункты 3,4, 6,9 «Аналитико-синтезирующей части»

Ответ на вопрос №. Из пункта 1а выводов следует, что смерть ФИО2 наступила от коронавирусной инфекции COV1D-19, осложненной двусторонней смешанной интерстициально-паренхиматозной вирусно-бактериальной гнойной, серозно-гнойной пневмонией с развитием острого респираторного дистресс-синдрома, альвеолярного отека и отека межальвеолярных перегородок легких с развитием острой дыхательной недостаточности и состоит в прямой причинно-следственной связи с острым инфекционным заболеванием.

Ни один из установленных при производстве настоящей экспертизы дефектов медицинской помощи, указанных в 1 Выводов, сам по себе не привел к заражению ФИО2 коронавирусной инфекции и к развитого осложнений, а также не оказал активного влияния на их прогрессирование. В этой связи причинно-следственной связи между перечисленными дефектами и наступлением смерти ФИО2 не имеется.

Ответ на вопрос №а. По данным «Медицинской карты стационарного больного №» Б.6ой А.А. при поступлении в СОКБ им. В.Д. Середавина ДД.ММ.ГГГГ был поставлен предварительный диагноз: «Подозрение на новую коронавирусную инфекцию COV1D-19. Двусторонняя вирусная полисегментарная интерстициальная инфильтрация, 20% поражения легочной ткани. После получение результатов ПЦР исследования был поставлен диагноз клинический от ДД.ММ.ГГГГ: «Основной: Новая коронавирусная инфекция Covid-19, вирус идентифицирован (подтвержден методом ПЦР № от 16.11.2020г.), средне-тяжелая форма. Осложнение: Внебольничная двусторонняя полисегмснтарная пневмония, средней, тяжелой степени тяжести. ДН.».

Ответ на вопрос №а. По данным «Медицинской карты стационарного больного №» на госпитальном этапе СОКБ им. В.Д. Середавина в период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ - ФИО2 было проведено лечение:

- - этиотропное: гидроксихлорохин.

- - антибиотики: моксифлоксацин, амоксициллип+клавулановая кислота, линезолид (селезолид),

патогенетическое:

- глюкокортикоид (дексаметазон).

- ингибитор интерлейкина (моноклональное антитело) артлегиа

- - антикоагулянт (низкомолекулярный гепарин): фрагмин,

симптомамическое:

- - жаропонижающие, обезболивающие и противовоспалительные препараты: парацетамол, анальгин, димедрол

- муколитический и отхаркивающий препарат: амбробене

- инфузаты: стерофунднн.

Следовательно, назначенное лечение соответствовало «Временным методическим рекомендациям «Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции (COV1D-19)» Версия 9 (ДД.ММ.ГГГГ) М3 РФ, действовавшем на тот период времени.

ФИО11 назначен решением врачебной комиссии ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с «Временными методическими рекомендациями «Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» Версия 9 (ДД.ММ.ГГГГ) М3 РФ, действовавшими на тот период времени.

Ответ на вопрос №а. Диагноз «Сахарный диабет, 2 тип, впервые выявленный» без консультации эндокринолога расценивается как установленный неправомерно и, следовательно, как дефект медицинской помощи ФИО2, что указано в пункте 2 Выводов.

Ответ на вопрос №а. ФИО11 назначен решением врачебной комиссии ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с «Временными методическими рекомендациями «Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» Версия 9 (ДД.ММ.ГГГГ) М3 РФ, действовавшими на тот период времени. 

Ответ на вопрос №а. По данным «Медицинской карты стационарного больного № ФИО2 был назначен антикоагулянт (препарат, обладающий противосвертывающим действием): низкомолекулярный гепарин - фрагмин.

Ответ на вопрос №а. Реанимационные мероприятия ФИО2 начаты от времени остановки эффективной сердечной деятельности па фоне прессорной поддержки и ИВЛ с фракцией кислорода 100%, зафиксированной в 02:20 22.11.20г. при отсутствии пульса на сонных артериях и неопределяемом АД в соответствии с протоколом сердечно-легочной реанимации в течение 30 мин, без эффекта, прекращены, констатирована смерть в мин 22.11.20г.

Ответ на вопрос №а. Вопрос имеет гипотетический характер: предполагают оценку возможности и вероятности наступления предполагаемого события при соблюдении определенных условий, решение которых выходит за пределы компетенции экспертов. Ответы на гипотетические вопросы являются теоретическими рассуждениями и предположениями.

У суда нет оснований сомневаться в компетенции экспертов или в достоверности сделанных ими выводов. Суд считает, что вышеуказанное заключение экспертов ГБУЗ «Самарское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» является относимым и допустимым доказательством, отвечающим требованиям ст. ст. 59, 60 ГПК РФ, с достоверностью подтверждающим, что медицинская помощь была оказана ответчиком ФИО2 ненадлежащим образом.

Доказательств, опровергающих данное заключение ответчиком в нарушение ст. 56 ГПК РФ не предоставлено, ходатайство о назначении судебной экспертизы ответчиком не заявлено. Также выводы экспертов ГБУЗ «Самарское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» подтверждаются и актом экспертизы качества медицинской помощи АО СК «АСКОМЕД» № от ДД.ММ.ГГГГ (лечебно-диагностические мероприятия выполнены не в полном объеме).

Суд считает, что матери истца ФИО2 в ГБУЗ «СОКБ им. В.Д. Середавина» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ была оказана ненадлежащая медицинская помощь, выявлены нарушения (дефекты ведения первичной медицинской документации, диагностические мероприятия выполнены не в полном объеме, неправильно установлены диагнозы: «Сахарный диабет, 2 тип, впервые выявленный», «Гипертоническая болезнь 2 ст., риск IV» без консультации эндокринолога и кардиолога). Причинно-следственная связь между недостатками оказания медицинской помощи и наступлением смерти ФИО2 не установлена.

В связи со смертью матери истец переживал нравственные страдания, вызванные смертью близкого человека, до настоящего времени не может смириться с утратой.

Оценив представленные по делу доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, учитывая, что нравственные страдания, вызванные смертью близкого человека (матери) предполагаются и не подлежат доказыванию, исходя из характера нравственных страданий и переживаний истца, степени вины причинителя вреда, отсутствия причинно-следственной связи между допущенными работниками ГБУЗ «СОКБ им. В.Д. Середавина» дефектами оказания медицинской помощи и смертью ФИО2, принимая во внимание требования разумности и справедливости, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении требований и взыскании с ГБУЗ «Самарская областная клиническая больница им. В.Д. Середавина» в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в размере 100 000 руб.

Оснований для возложения на Министерство здравоохранения Самарской области субсидиарной ответственности суд не усматривает, установив достаточность имущества и денежных средств, принадлежащих учреждению для удовлетворения требований ФИО2

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ, ст. 333.19 НК РФ, государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, подлежит взысканию с ответчика в доход местного бюджета г.о. Самара в размере 

<

данные изъяты> руб.

С учетом изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Решил:

Исковые требования ФИО1 к ГБУЗ «Самарская областная клиническая больница им. В.Д. Середавина», Министерству здравоохранения Самарской области о взыскании компенсации морального вреда - удовлетворить частично.

Взыскать с ГБУЗ «Самарская областная клиническая больница им. С.В.Д.» (ИНН № в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ рождения (паспорт 36 №) денежную компенсацию морального вреда в размере 100 000 (сто тысяч) руб.

Взыскать с ГБУЗ «Самарская областная клиническая больница им. В.Д. Середавина» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 (триста) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований - отказать. 

Решение может быть обжаловано в Самарский областной суд через Кировский районный суд г. Самары в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения. 

Мотивированное решение изготовлено 05.06.2024 г. 

Председательствующий: Беседина Т.Н.