УИД 59RS0040-01-2020-000789-21 КОПИЯ

Дело № 2-662/2020 

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

10 ноября 2020 года г.Чайковский 

Чайковский городской суд Пермского края в составе:

председательствующего судьи Коноваловой И.Е.,

при секретаре судебного заседания Бабиковой М.А.,

с участием прокурора Летюка И.Я.,

представителя истца ФИО5,

представителей ответчика ФИО6, ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО8 к Государственному учреждению здравоохранения «Ульяновская областная детская клиническая больница имени политического и общественного деятеля Ю.Ф. Горячева» о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО8 обратились в суд с иском к Государственному учреждению здравоохранения «Ульяновская областная детская клиническая больница имени политического и общественного деятеля Ю.Ф. Горячева» (далее – ГУЗ «Ульяновская ОДКБ им. Ю.Ф. Горячева») о компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований указала, что 27 июня 2015 года ее дочь ФИО1 внезапно заболела, в 9 часов 40 минут она обратилась в 

<

данные изъяты> в 11 часов 50 минут ее перевели в 

<

данные изъяты>, в которую ФИО1 доставили в 13 часов 20 минут. По заключению врачей у ФИО1 установлена «пневмония, внебольничная, двухсторонняя, тяжелое течение. Отек головного мозга, перикардит, сердечнососудистая недостаточность II степени, дыхательная недостаточность I степени. Аденоиды II-III степени. Гибертрофия небных миндалин. Закрытая ЧМТ?» Рекомендовано: перевод к ГУЗ «ОДКБ». 3 июля 2015 года ФИО1 поступила в ГУЗ «Ульяновская ОДКБ им. Ю.Ф. Горячева». ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 умерла. Согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 185-М от 8 ноября 2016 года непосредственной причиной смерти ФИО1 явилась острая дыхательная и сердечная недостаточность, развивавшиеся вследствие сдавления легких и крупных сосудов воздухом (двусторонний пневмоторакс, пневмомедиастинум, подкожная эмфизема), поступившим в плевральную полость из разорванных булл, образовавшихся вследствие перераздувания легких воздухом при проведении искусственной вентиляции легких аппаратом ИВЛ. Уголовное дело по факту смерти ФИО1 прекращено в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. Из постановления о прекращении уголовного преследования следует, что имевшаяся у ФИО1 баротравма квалифицируется как тяжкий вред здоровью человека по признаку опасности для жизни. Между нарушениями, допущенными ФИО2 и, как следствие, неоказанием им квалифицированной медицинской помощи в условиях стационара ГУЗ «Ульяновская ОДКБ им. Ю.Ф. Горячева» имеется причинно-следственная связь со смертью ФИО1 Вследствие смерти первого долгожданного ребенка, истцу причинена глубокая душевная травма, нравственные переживания, невосполнима утрата ребенка, смерть ФИО1 повлекла резкое ухудшение состояния здоровья истца, душевное расстройство. Моральный вред оценивает в размере 1000000 рублей. 19 декабря 2019 года истец обратилась к ответчику с претензией, которая оставлена без удовлетворения. Просит взыскать с ГУЗ «Ульяновская ОДКБ им. Ю.Ф. Горячева» моральный вред в размере 1000000 рублей.

Истец – ФИО8 о времени и месте судебного заседания надлежащим образом извещена, направила в суд заявление о рассмотрении дела без ее участия, на исковых требованиях настаивает.

Представитель истца – ФИО5 в судебном заседании на требованиях настаивала по доводам искового заявления. Пояснила, что экспертным заключением, проведенным в рамках расследования уголовного дела, установлено наличие дефектов оказания медицинской помощи ФИО1, материалами уголовного дела установлена причинно-следственная связь между смертью ФИО1 и дефектами в оказании медицинской помощи. 

Представители ответчика ГУЗ «Ульяновская ОДКБ им. Ю.Ф. Горячева» - ФИО6, ФИО7 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласилась по доводам, изложенным в отзыве. Пояснили, что врачи действовали в соответствии со всеми стандартами оказания медицинской помощи. Согласно заключению замечаний по обследованию и лечению, ведению медицинской документации не выявлено. Параметры ИВЛ были подобраны верно. Отсутствие записей в дневнике наблюдения не является доказательством фактического отсутствия наблюдения за ФИО1 Состояние клинической смерти было диагностировано своевременно, дежурными врачами предполагалась возможная причина – спонтанный пневмоторакс, но в условиях проведения сердечно-легочной реанимации провести плевральную пункцию было невозможно ввиду непрерывного непрямого массажа сердца. Смерть ФИО1 наступила по независящим от действий сотрудников ГУЗ «Ульяновская ОДКБ им. Ю.Ф. Горячева» причинам. У ФИО1 изначально были проблемы со здоровьем, наблюдались ночные приступы удушья. Просят уменьшить размер возмещения вреда с учетом имущественного положения, так как ГУЗ «Ульяновская ОДКБ им. Ю.Ф. Горячева» является бюджетным учреждением, оказывающим социально значимые услуги детскому населению. В настоящее время учреждение испытывает значительные финансовые затруднения по причине недостаточного финансирования. Размер кредиторской задолженности на 11 июня 2020 года составляет 207 891 114,42 рублей.

Заслушав представителей сторон, пояснения свидетелей, заключение прокурора, полагавшего, что заявленные требования являются обоснованными, изучив материалы дела, материалы уголовного дела, суд приходит к следующему.

Согласно свидетельству о рождении IФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является дочерью ФИО8 (л.д. 50).

Согласно свидетельству о смерти ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умерла ДД.ММ.ГГГГ в г.Ульяновск (л.д. 51).

18 января 2015 года СО по Ленинскому району г.Ульяновска СУ по Ульяновской области СК РФ по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ возбуждено уголовное дело № 163200070 по факту ненадлежащего оказания сотрудниками ГУЗ «Ульяновская ОДКБ им. Ю.Ф. Горячева» медицинской помощи ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, повлекших ее смерть. Материалами дела доказано, что ФИО2 своими неосторожными действиями совершил преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 109 УК РФ. Уголовное преследование в отношении ФИО2 прекращено за истечением сроков давности уголовного преследования (л.д. 11-17).

Согласно выводам судебно-медицинской экспертизы по материалам дела № 185-М непосредственной причиной смерти ФИО1 явилась острая дыхательная и сердечная недостаточность, развившиеся вследствие сдавления легких, сердца и крупных сосудов воздухом (двусторонний пневмоторакс, пневмомедиастинум, подкожная эмфизема), поступившим в плевральную полость из разорванных булл, образовавшихся вследствие перераздувания легких воздухом при проведении искусственной вентиляции легких аппаратом ИВЛ. У ФИО1 имеются повреждения: двусторонний пневмоторакс, пневмомедиастинум, подкожная эмфизема. В медицинской литературе такие повреждения принято называть баротравмой. 19 июля 2015 года в 23 часа 50 минут ФИО1 была переведена на искусственную вентиляцию легких аппаратом ИВЛ из-за нарастания дыхательной недостаточности. Однако, данные объективного осмотра, показатели гемодинамики и % насыщения гемоглобина кислородом в артериальной крови свидетельствуют о том, что объективных оснований для подключения ФИО1 к аппарату ИВЛ не имелось. Несмотря на тяжелое состояние ФИО1 ребенок в период с 23 часов 50 минут до 2 часов 50 минут под наблюдением дежурного врача не находился. При адекватном наблюдении за ФИО1 была возможна своевременная диагностика баротравмы. После выявления дежурным врачом признаков баротравмы им не были предприняты достаточные действия, направленные на его устранение. Баротравма в виде двустороннего пневмоторакса, пневмомедиастинума и подкожной эмфиземы, развившиеся вследствие перераздувания легких ФИО1 образовалась прижизненно, в период времени с 23 часов 50 минут 19 июля 2015 года до 2 часов 50 минут 20 июля 2015 года. Имевшаяся у ФИО1 баротравма квалифицируется как тяжкий вред, причиненный здоровью человека по признаку опасности для жизни (л.д. 18-49).

19 декабря 2019 года ФИО8 обратилась в ГУЗ «Ульяновская ОДКБ им. Ю.Ф. Горячева» с претензией, в которой просит возместить ей моральный вред в размере 1000000 рублей (л.д. 8).

9 января 2020 года ГУЗ «Ульяновская ОДКБ им. Ю.Ф. Горячева» отказали в удовлетворении претензии, поскольку в настоящее время отсутствует вступившее в законную силу решение суда, устанавливающее вину ГУЗ «Ульяновская ОДКБ им. Ю.Ф. Горячева» (л.д. 9).

Свидетель ФИО3 в судебном заседании пояснил, что он является дедушкой ФИО1 22 июня 2015 года он с ФИО1 выехал в Ульяновскую область. С 26 июня на 27 июня 2015 года у ФИО1 случился приступ, она начала задыхаться. После смерти внучки, ФИО8 стала замыкаться в себе, ее состояние ухудшилось, обращалась к врачам, до настоящего времени принимает таблетки. 

Свидетель ФИО4 в судебном заседании пояснила, что она работает вместе с ФИО8 с 2013 года. Их дети ходили в одну группу в детском саду. После смерти дочери ФИО8 изменилась, похудела, «угасла», принимала успокоительные.

В соответствии со ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Анализируя материалы уголовного дела в целом, суд приходит к выводам о наличии у исследованных в ходе судебного разбирательства заключений судебно-медицинской экспертизы № 185-М, проведенной ГКУЗ «Ульяновское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» статуса относимого, допустимого и достоверного доказательства.

Указанное экспертное заключение, суд принимает за основу при принятии настоящего решения, поскольку экспертиза проведена в порядке, установленном уголовно-процессуальным законодательством, эксперты, проводившие экспертизу, предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ, из содержания заключений следует, что лица, проводившие экспертные исследования, имеют специальное образование и стаж работы по специальности, каких-либо оснований не доверять выводам, изложенным в заключениях, у суда не имеется. Кроме того, выводы экспертов последовательны, непротиворечивы, согласуются с иными доказательствами по делу – пояснениями сторон, показаниями допрошенных по уголовному делу свидетелей, первичной медицинской документацией, приобщенной к материалам уголовного дела. 

Основываясь на изложенной оценке исследованных доказательств, суд приходит выводу о наличии причинно-следственной связи между дефектами оказания ФИО1 медицинской помощи и наступлением ее смерти, данный факт установлен также при расследовании уголовного дела. Равно как и доказанным суд считает факт противоправности ряда действий и бездействия сотрудников ответчика, квалифицированных в качестве дефектов оказания медицинской помощи, каких-либо оснований для переоценки соответствующих выводов обозначенных экспертных комиссий суд не усматривает.

Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В силу ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Согласно положениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ N 1 от 26.01.2010 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», по общему правилу, установленному п. 1 и п. 2 ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствия своей вины.

Поскольку между дефектами оказания медицинской помощи и смертью ФИО1 имеется причинно-следственная связь, оснований для отказа в иске не имеется.

В соответствии с п. 25 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 апреля 2008 года N 194н, ухудшение состояния здоровья человека, обусловленное дефектом оказания медицинской помощи, рассматривается как причинение вреда здоровью.

Действиями ответчика по оказанию некачественной медицинской помощи ФИО1, были нарушены принадлежащие ей нематериальные блага, ее личные неимущественные права.

Из разъяснений, изложенных в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О некоторых вопросов применения законодательства о компенсации морального вреда» N 10 от 20 декабря 1994 года, следует, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Поскольку имеются доказательства вины ответчика в недобросовестном выполнении его медицинскими работниками своих профессиональных обязанностей при оказании медицинской помощи ФИО1 и причинной связи допущенных дефектов в оказании медицинской помощи с ее смертью, при этом, не доказано наличие обстоятельств, свидетельствующих об отсутствии вины, на ответчика в силу ст. 151, 1064, 1068, 1099 ГК РФ должна быть возложена обязанность по компенсации истцу морального вреда, причиненного утратой близкого родственника – дочери.

В соответствии с частью 2 статьи 151 ГК РФ при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно пункту 2 статьи 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание, что выявленные дефекты оказания медицинской помощи работниками ответчика явились прямой причиной смерти ФИО1 Учитывая, что истец навсегда лишилась дочери, ее нравственные переживания в данном случае не вызывают сомнений и не нуждаются в доказывании. Исходя из принципа разумности и справедливости, суд полагает, что заявленная к взысканию денежная компенсация в размере 1000000 рублей является разумной и справедливой. По мнению суда, данная денежная сумма адекватна степени и тяжести перенесенных истцом нравственных страданий и способна в полной мере компенсировать причиненный ей виновными действиями работников ответчика моральный вред.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина в размере 300 рублей по требованиям материального характера, не подлежащие оценке.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Ульяновская областная детская клиническая больница имени политического и общественного деятеля Ю.Ф. Горячева» в пользу ФИО8 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 (один миллион) рублей.

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Ульяновская областная детская клиническая больница имени политического и общественного деятеля Ю.Ф. Горячева» в доход местного бюджета расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 (триста) рублей

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Пермский краевой суд через Чайковский городской суд в течение месяца после составления мотивированного решения. 

Мотивированное решение составлено 12 ноября 2020 года.

Судья /подпись/ И.Е. Коновалова 

"КОПИЯ ВЕРНА" 

подпись судьи __________________________

секретарь судебного заседания отдела обеспечения судопроизводства по гражданским делам М.А. Бабикова

_____________________

"__" _____________ 20__ г

Решение (определение) ____ вступило в законную силу.

Подлинный документ подшит в деле № 2-662/2020

Дело находится в производстве 

Чайковского городского суда Пермского края