Дело № 2-1700/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

07 мая 2018 года г. Оренбург

Центральный районный суд г. Оренбурга 

в составе председательствующего судьи Андроновой А.Р., 

при секретаре Бондаревой Е.С.,

с участием представителя истца ФИО4, действующего на основании доверенности, 

представителей ответчика ФИО5, ФИО6, действующих на основании доверенностей,

представителя ответчика ИФНС по Центральному району г. Оренбурга ФИО7, действующего на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО8 к Оренбургской таможне, ИФНС по Центральному району г. Оренбурга, ФИО9 об освобождении имущества от ареста,

УСТАНОВИЛ:

ФИО8 обратился в суд с иском, указав, что ДД.ММ.ГГГГ он получил в дар восемь единиц транспортной техники. ДД.ММ.ГГГГ обратился в МРЭО ГИБДД № УМВД России по 

<

адрес> с заявлением о внесении изменений о собственнике транспортных средств, однако в проведении регистрационных действий ему было отказано в письменной форме по причине наличия запретов на совершение регистрационных действий в отношении указанных транспортных средств. ДД.ММ.ГГГГ в рамках исполнительного производства №-ИП от ДД.ММ.ГГГГ, возбужденного в отношении ФИО9, где ИФНС по 

<

адрес> является взыскателем, судебным приставом-исполнителем ФИО1 был установлен запрет на регистрационные действия в отношении принадлежащих ему транспортных средств на общую сумму 1 314 371,36 рубль. ДД.ММ.ГГГГ на основании постановления Дзержинского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по ходатайству Оренбургской таможни был наложен арест на принадлежащие истцу транспортные средства на общую сумму 13 152 004,33 рубля. ДД.ММ.ГГГГ в рамках исполнительного производства №-ИП от ДД.ММ.ГГГГ, возбужденного в отношении ФИО9, где Оренбургская таможня является взыскателем, судебным приставом- исполнителем ФИО2 был установлен запрет на регистрационные действия в отношении принадлежащих ему транспортных средств на общую сумму 17 003 391,08 рубль. При этом было арестовано имущество, принадлежащее истцу на праве собственности на основании договоров дарения от ДД.ММ.ГГГГ. 

Ссылаясь на положения ст. 304 ГК РФ, просит суд освободить от ареста, наложенного судебным приставом-исполнителем ФИО1 постановлением № от ДД.ММ.ГГГГ имущество, принадлежащее ему на праве собственности на общую сумму 1 314 371, 36 рубль, освободить от ареста, наложенного постановлением Дзержинского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ на имущество, принадлежащее ему на праве собственности, на общую сумму 13 152 004,33 рубля, освободить от ареста, наложенного судебным приставом-исполнителем ФИО2 постановлением от ДД.ММ.ГГГГ имущество, принадлежащее ему на праве собственности, на общую сумму 17 003 391,08 рубль, а именно: 

№

№

№

№

№

№

№

№

Истец ФИО8 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, в заявлении просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Представитель истца ФИО4 в судебном заседании заявленные требования поддержал по основаниям, изложенным в иске. Пояснил, что ФИО8 является добросовестным приобретателем транспортных средств, на имущество которого без законных на то оснований по инициативе Оренбургской таможни и ИФНС по 

<

адрес> был наложен арест. Договор дарения был исполнен, транспортные средства находятся на принадлежащем ему земельном участке, истец несет бремя расходов по данным единицам техники, ремонтирует их, оплачивает транспортные налоги. Утверждает, что при заключении договора дарения ФИО8 не знал о возбужденном в отношении его сына ФИО9 уголовного дела, не знал о принятых обеспечительных мерах. В протоколе о наложении ареста на имущество от ДД.ММ.ГГГГ ФИО9 дознавателю сообщил ложную информацию, указав, что является собственником спорных транспортных средств. Считает несостоятельными выводы Оренбургской таможни о том, что вопрос о снятии ареста с имущества, принадлежащего истцу, следует рассматривать о рамках уголовного дела возбужденного в отношении ответчика ФИО9, так как истец не имеет никакого отношения к возбужденного уголовному делу. Утверждает, что Оренбургская таможня перед обращением в суд с ходатайством о наложении ареста на имущество не удостоверилась в факте принадлежности имущества должнику, чем ввела суд в заблуждение и что впоследствии повлекло нарушение прав собственника имущества - ФИО8. Истец приобрел спорные транспортные средства у ФИО9 - лица наделенного полномочиями собственника. Указанные сведения о собственнике спорных автомобилей были внесены в паспорта транспортных средств. О каком-либо обременении спорного имущества указанные документы сведений не содержали, в связи, с чем истец не мог знать о наличии ареста. Регистрация транспортных средств носит учетный характер и не служит основанием для возникновения права собственности, поэтому отсутствие регистрации в органах ГИБДД не означает, что ФИО8 не является собственником спорных транспортных средств, считает, что доказательств, подтверждающих факт владения и пользования, представлено достаточно. Указывает, что истец не изменил регистрационные данные о собственнике транспортных средств, что является его личным волеизъявлением и не может быть основанием для умаления его права собственности на спорное имущество. Бездействие истца, выразившееся в неосуществлении регистрации изменений о собственнике, обусловлено лишь не желанием нести расходы по оплате госпошлины за регистрационные действия, транспортного налога и оплаты страховых премий. Факт передачи дарителем транспортных средств одаряемому подтверждается пунктами 1; 1.2; 1,4 договоров дарения автомобилей от ДД.ММ.ГГГГ. Утверждает, что истец добросовестно приобрел спорное имущество, он свободен во владении, пользовании и распоряжении своим имуществом, в связи с тем, что в настоящее время существуют препятствия к осуществлению истцом своего права собственности на приобретенное имущество, которые выражаются в виде наложения арестов на спорные транспортные средства в рамках исполнительных производств по исполнению судебных определений и постановлений, вынесенных ранее по делам, в которых истец участия не принимал, иного способа защиты своих прав, кроме как заявить самостоятельные исковые требования об освобождении спорного имущества от ареста, у него не имелось. Просит исковые требования удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика Оренбургской таможни ФИО5 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, пояснив, что все принятые в отношении спорных транспортных средств ограничения, в том числе арест, являются правомерными и не могут быть отменены. Оренбургская таможня обратилась в Дзержинский районный суд 

<

адрес> с ходатайством по уголовному делу о наложении ареста на имущество, принадлежащее ФИО9 Суд, рассмотрев ходатайство таможни, принял решение его удовлетворить и вынес соответствующее постановление о наложении ареста на имущество от ДД.ММ.ГГГГ. Уголовное дело №, возбужденное в отношении ФИО9, в настоящий момент рассматривается Ленинским районным судом 

<

адрес>. Вопрос о снятии ареста в ходе судебного разбирательства не рассматривался. С учетом изложенного выше, по мнению Оренбургской таможни, вопрос о снятии со спорного имущества ареста, наложенного на основании постановления Дзержинского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в рамках уголовного дела, не может быть предметом рассмотрения по настоящему делу. Кроме того, таможня обратилась в Центральный районный суд 

<

адрес> в порядке статьи 84 КАС РФ с ходатайством о применении мер предварительной защиты в рамках административного иска о взыскании таможенных платежей и пени, предъявленного к дарителю транспортных средств - ФИО9 Рассмотрев заявление таможни, суд пришел к выводу о его обоснованности и удовлетворении ходатайства, выдал исполнительный лист. Выданный судом исполнительный лист был направлен для исполнения в службу судебных приставов. На основании чего судебным приставом-исполнителем ДД.ММ.ГГГГ было возбуждено исполнительное производство, то есть Оренбургская таможня не принимала решений о наложении ареста на спорные транспортные средства, такое решение было принято судом. Принимая во внимание, тот факт, что ограничение на осуществление регистрационных действий в рамках возбужденных исполнительных производств не накладывались Оренбургской таможней, следовательно, таможня не является надлежащим ответчиком по делу. Истец считает себя собственником арестованных автомобилей, поскольку его право собственности у него на данное имущество возникло на основании договоров дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенных между ФИО9 и ФИО9. На каждое из указанных выше транспортных средств был заключен отдельный договор дарения, всего 8 договоров, по содержанию и условиям все договоры аналогичны. Из смысла заключенных договоров однозначно следует, что транспортные средства, ключи и вся техническая документация должны быть переданы новому собственнику в день подписания договора, т.е. фактически с ДД.ММ.ГГГГ транспортные средства должны находиться в собственности (владении, пользовании и распоряжении) у нового собственника- ФИО8 Однако спорные автомобили до настоящего времени зарегистрированы за ФИО9 По мнению Оренбургской таможни, истцом не представлено доказательств того, что судебным приставом и Оренбургской таможней арестовано имущество, принадлежащее на праве собственности ФИО8 Кроме того, доказательств тому, что ФИО8 (новым собственником) исполнены обязанности по осуществлению обязательного страхования своей гражданской ответственности и прохождению обязательного государственного технического осмотра не представлено. Таким образом, после заключения договоров дарения действия сторон не были направлены на фактическую передачу спорных транспортных средств новому собственнику, а также исполнение возложенных на них законом обязанностей по снятию с регистрационного учета и постановке на регистрационный учет транспортных средств, страхованию гражданской ответственности владельцев транспортных средств и т.д. То есть фактически заключенные договора не повлекли для нового собственника каких-либо значимых юридических последствий. Тот факт, что транспортные средства фактически не были переданы новому собственнику подтверждается также протоколом ареста транспортных средств, составленным дознавателями Оренбургской таможни, на основании постановления Дзержинского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ. Считает, что все обстоятельства свидетельствуют о том, что заключенные между ФИО9 и ФИО8 договоры дарения фактически не исполнялись, имущество новому собственнику не передавалось и хотя в результате сделок ФИО9 перестал быть титульным собственником имущества, однако его последующие активные действия в отношении спорного имущества свидетельствуют о том, что он сохранил права владения, пользования и распоряжения им. Более того, как следует из указанных в исковом заявлении сведений, ФИО9 и ФИО8 проживают по одному адресу- 

<

адрес>. ФИО9 был осведомлен о том, что на имущество, принадлежащее ФИО8, накладывается арест, однако, не сообщил об этом своевременно новому собственнику. Кроме того, ФИО8 обратился за совершением регистрационных действий в отношении спорного имущества спустя 1,5 года после заключения договоров дарения, хотя имел возможность сделать это в установленные законом сроки, поскольку все обременения на спорные транспортные средства, в том числе запрет регистрационных действий, были наложены значительно позднее заключения договоров дарения. Действия сторон по заключенным сделкам дарения не соответствуют положениям статьи 209, части 1 статьи 572 ГК РФ и свидетельствуют, о том, что сторонами сделка заключена лишь для вида, с целью создать у третьих лиц ложное представление о намерениях участников сделки. Таким образом, по мнению Оренбургской таможни, поскольку при изложенных выше обстоятельства у ФИО8 право собственности на спорное имущество не возникло, основания для снятия ареста со спорного имущества отсутствуют.

Кроме того, указывает, что два ареста были наложены в рамках возбужденных в отношении ФИО9 исполнительных производств, один арест был наложен в соответствии с положениями статьи 115 УПК РФ на основании постановления Дзержинского районного суда 

<

адрес> в рамках уголовного дела возбужденного в отношении ФИО9 Поскольку арест спорных транспортных средств был продиктован потребностями достижения публично -правовых целей уголовного судопроизводства требования истца об освобождении имущества от ареста в рамках искового производства только лишь в связи с наличием договоров дарения не могут быть признаны обоснованными. В рассматриваемом случае удовлетворение требования об освобождении спорного имущества от ареста в порядке искового производства нивелирует обязательную силу постановления суда как судебного акта, вынесенного в рампах уголовного дела (ч. 2 ст. 392 УПК РФ). Кроме того, право на обращение в суд с требованием об освобождении имущества от ареста (исключении его из описи) предусмотрено положениями статьи 442 ГПК РФ. Арест был наложен не судебным приставом- исполнителем, а судом по ходатайству дознавателя Оренбургской таможни в рамках уголовного дела. В связи с чем, решение вопроса о его отмене также должно быть произведено в рамках уголовного дела. Порядок отмены наложенного по уголовному делу ареста регламентирован частью 9 статьи 115 Уголовного процессуального кодекса РФ. Гражданское процессуальное законодательство не предусматривает возможности рассмотрения иска об освобождении имущества от ареста, наложенного судом в рамках предварительного расследования (дознания) уголовного дела по правилам уголовно- процессуального законодательства. В связи с чем, Оренбургская таможня полагает, что производство по настоящему делу в части требований истца об освобождении имущества от ареста, наложенного на основании постановления Дзержинского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № подлежит прекращению. 

По мнению Оренбургской таможни, представленные в обоснование исковых требований ФИО8 договора дарения, заключенные между истцом и ФИО9 являются мнимыми сделками, так как ФИО9 передал в дар своему отцу ФИО8 ряд грузовых транспортных средств, а именно три грузовых тягача с прицепами, автомобиль ВАЗ (типа грузовой фургон) и прицеп к легковому автомобилю. Все переданные транспортные средства предназначены для осуществления грузовых перевозок большого объема и используется, как правило, для осуществления коммерческой деятельности, а именно для осуществления перевозки больших объемов товара на дальние расстояния. Кроме того, стоимость каждого грузового седельного тягача, переданного в дар ФИО8, составляет от 2 000 000 до 3 000 000 рублей (без учета стоимости прицепа). Сами транспортные средства, как указывалось выше, являются большегрузными, их обслуживание и эксплуатация связаны со значительными затратами. При этом, использоваться указанные транспортные средства в быту, т.е. перевозки пассажиров, либо просто для перемещения по городу не могут в связи с их значительной массой и ограничениями, установленными правилами дорожного движения. По мнению таможни, использование спорных транспортных средств возможно лишь в коммерческой деятельности и с привлечением водителей. Иными словами, принимая во внимание специфическое предназначение транспортных средств и их стоимость, следует сделать вывод, что все перечисленные транспортные средства предназначены для осуществления коммерческой деятельности, а именно для оказания услуг по грузоперевозкам. Утверждает, что все обстоятельства по делу и поведение сторон, свидетельствуют о том, что договора дарения были фактически заключены с целью освобождения спорных транспортных средств от наложенных на них обременении, а также с целью избежать их возможной реализации, в связи с имеющейся у ФИО9 задолженностью перед бюджетом РФ. Представленные истцом платежные документы, которые якобы подтверждают несение расходов ФИО10, связанных с владением и эксплуатации принадлежащих ему транспортных средств, не являются относимыми доказательствами, поскольку данные документы ничего не подтверждают, кроме того, у ФИО8 имеются и другие транспортные средства, на которые могут приобретаться запасные детали, при этом из данных документов нельзя установить, кому оказывались услуги (шиномонтаж, балансировка, ремонт и т.д.) и на какие транспортные средства устанавливались указанные в них запасные части. Представленный договор аренды транспортных средств без экипажа от ДД.ММ.ГГГГ, не является допустимым доказательством, поскольку, по мнению таможенного органа, договора дарения транспортных средств являются мнимыми сделками, следовательно, на дату заключения вышеуказанного договора аренды ФИО8 не имел правовых оснований для передачи спорных транспортных средств в аренду третьим лицам. Просит в иске полностью отказать.

Представитель ответчика ИФНС по 

<

адрес> ФИО7 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований, пояснив, что индивидуальный предприниматель ФИО9 имеет задолженность по налогу на добавленную стоимость в сумме 1 314 371,36 рубль, мер к погашению не предпринимает. Инспекция обратилась в отдел судебных приставов 

<

адрес> с целью наложения ареста на имущество, которое являлось способом погашения задолженности по налогам. В рамках исполнительного производства от ДД.ММ.ГГГГ №-ИП постановлением от ДД.ММ.ГГГГ № был наложен арест на регистрационные действия в отношении транспортных средств ФИО9 Как известно из заявления, договоры дарения составлены ДД.ММ.ГГГГ, истец обратился в МРЭО ГИБДД № УМВД России по 

<

адрес> с заявлением о внесении изменений о собственнике транспортных средств, то есть для получения права на их использование только ДД.ММ.ГГГГ, спустя более года. Такой продолжительный период между приобретением автомобилей и постановкой их на учет не соответствует обычаям делового оборота, поскольку в силу указанной нормы в отсутствие регистрации автомобили не могли быть допущены к участию в дорожном движении, что указывает на то, что автомобили не могли быть использованы. Спорные транспортные средства отличаются высоким соотношением грузоподъемности по сравнению с собственной массой и необходимы для перевозки грузов, то есть данные транспортные средства являются средствами производства, посредством использования которых ФИО9 осуществляет предпринимательскую деятельность в виде оказания автотранспортных услуг. Приведенные обстоятельства вызывают критическое отношение к действительности намерения сторон договора дарения исполнить такие сделки, поскольку истец является физическим лицом, занятие предпринимательской деятельностью для которого без соответствующей регистрации в качестве предпринимателя или образования юридического лица влечет ответственность, установленную Кодексом об административных правонарушениях Российской Федерации и Уголовным Кодексом Российской Федерации. Об отсутствии у ФИО8 цели фактического использования транспортных средств свидетельствует упомянутое обстоятельство обращения последнего в органы ГИБДД лишь ДД.ММ.ГГГГ. Состоятельность критического отношении инспекции к действительности намерения сторон договоров дарения на наступление соответствующих им правовых последствий подтверждается обстоятельством представления ФИО9 в рамках судебного разбирательства по делу № договора от ДД.ММ.ГГГГ № с 

<

данные изъяты> в целях использования идентификационных пластиковых карт Е 100 для обеспечения предпринимательской деятельности ФИО9 по автомобильной перевозке грузов. Согласно анализу положений вышеназванного договора, идентификационные пластиковые карты Е 100 применяются для оплаты товаров, в число которых всходят все виды дизельного топлива, бензин, сжиженный нефтяной газ-топливо и т.д., и услуг, в число которых всходят услуги мойки, стоянки, оплата проезда по платным дорогам, тоннелям, через паромные переправы, оплата дорожных сборов, услуги автосервиса и т.д. Идентификационные пластиковые карты Е 100 дают право на беспрепятственное использование большого количества товаров и услуг, необходимых для оказания автотранспортных услуг. Договоры дарения между ФИО9 и ФИО8 заключены ДД.ММ.ГГГГ, а договор № заключен ФИО9 ДД.ММ.ГГГГ, то есть уже после предполагаемого отчуждения транспортных средств истцу. Утверждает, что истцом не предоставлено ни одного доказательства несения им, как собственником, бремени расходов на содержание подаренного имущества, при этом напротив, ФИО9 регулярно осуществлялись расходы на обслуживание принадлежащих ему транспортных средств, что подтверждается следующими документами, представленными ФИО9 в рамках выездной проверки: товарные чеки от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, заказ-наряд от ДД.ММ.ГГГГ №. Приведенная совокупность обстоятельств отмечает совершение сделок дарения с целью сокрытия имущества должника от обращения на него взыскания. Учитывая изложенное, просят в удовлетворении требований истца отказать в полном объеме.

Ответчик ФИО9 в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, исковые требования признал, о чем представлено письменное заявление. 

Представитель третьего лица ОСП Центрального района г. Оренбурга в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом, просили рассмотреть дело в их отсутствие. 

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора было привлечено ООО «Мариголд». 

Представитель третьего лица ООО «Мариголд» в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещался надлежащим образом по юридическому адресу. Судебные извещение возвращены в суд с отметкой об истечении срока хранения. 

Согласно ст.54 ГК РФ, местом нахождения юридического лица является место его государственной регистрации. Все изменения в учредительные документы подлежат государственной регистрации (ст.52 ГК РФ). Таких изменений выписка из ЕГРЮЛ не содержит. 

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что ООО «Мариголд» извещено о рассмотрении дела надлежащим образом по месту его юридической регистрации и согласно ч.4 ст.167 ГПК РФ считает возможным рассмотреть дело в его отсутствие.

Суд определил рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц в порядке ст.167 ГПК РФ.

Заслушав пояснения участников процесса, исследовав представленные доказательства в совокупности, суд приходит к следующему выводу.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ постановлением Дзержинского районного суда г. Оренбурга по ходатайству начальника отделения дознания Оренбургской таможни в рамках уголовного дела, возбужденного в отношении ФИО9, был наложен арест на транспортные средства: №, стоимость имущества 13 152 004,33 рубля.

До настоящего времени уголовное дело, возбужденное ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО9, обвиняемого по ч. 1 ст. 194 УК РФ - уклонение от уплаты таможенных платежей, взимаемых с организации, совершенное в крупном размере, не рассмотрено.

В рамках административного дела по заявлению Оренбургской таможни к ФИО9 о взыскании таможенных платежей и пени по заявлению административного истца Центральным районным судом г. Оренбурга ДД.ММ.ГГГГ вынесено определение о применении мер предварительной защиты. ДД.ММ.ГГГГ на основании выданного судом исполнительного листа судебным приставом-исполнителем ОСП Центрального района г. Оренбурга возбуждено исполнительное производство №-ИП в отношении ФИО9, наложен арест на имущество в пределах цены иска в размере 17 003 391,08 рубль.

Указанное административное дело до настоящего времени не рассмотрено.

ДД.ММ.ГГГГ в рамках исполнительного производства №-ИП, возбужденного в отношении ФИО9, где ИФНС по Центральному району г. Оренбурга является взыскателем, судебным приставом-исполнителем ОСП Центрального района г. Оренбурга ФИО1 был установлен запрет на регистрационные действия в отношении спорных транспортных средств на общую сумму 1 314 371,36 рубль. 

В соответствии с ч. 3 ст. 17 Конституции РФ осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Частью 1 ст. 3 ГПК РФ предусмотрено, что заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

В силу ст. 35 Конституции РФ каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда.

В соответствии с пунктом 2 статьи 218 Гражданского кодекса РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества. 

На основании пункта 1 статьи 223 ГК РФ право собственности у приобретателя вещи по договору, в том числе по договорам дарения, возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором. 

Таким образом, гражданское законодательство связывает момент приобретения в собственность движимого имущества только с передачей этого имущества (если иное не предусмотрено договором), а не с действиями прежнего собственника по снятию транспортного средства с регистрационного учета, либо нового собственника по постановке автомобиля на регистрационный учет.

В соответствии с положениями главы 30 ГК РФ право собственности на движимое имущество возникает у покупателя с момента передачи ему этого имущества, а не с момента регистрации ТС в органах ГИБДД.

Согласно ст. 80 ФЗ «Об исполнительном производстве» судебный пристав-исполнитель в целях обеспечения исполнения исполнительного документа, содержащего требования об имущественных взысканиях, вправе, в том числе и в течение срока, установленного для добровольного исполнения должником содержащихся в исполнительном документе требований, наложить арест на имущество должника. Арест имущества должника включает запрет распоряжаться имуществом, а при необходимости - ограничение права пользования имуществом или изъятие имущества. Вид, объем и срок ограничения права пользования имуществом определяются судебным приставом-исполнителем в каждом случае с учетом свойств имущества, его значимости для собственника или владельца, характера использования и других факторов. 

Истцом ФИО8 представлены восемь договоров дарения от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с которыми ФИО9 безвозмездно передал в собственность ФИО11 восемь единиц транспортной техники, а именно: № 

По содержанию и условиям все договоры аналогичны.

Согласно п. 1.4 настоящих договоров, сам договор дарения одновременно является актом приема-передачи.

Согласно пунктов 2.1.1, 21.2., 2.13 договоров, даритель обязуется передать автомобиль в момент подписания договора в пригодном для использования состоянии, одновременно с передачей автомобиля даритель передает одаряемому техническую и иную документацию, необходимую для надлежащего владения и пользования автомобилем, в том числе ключи от автомобиля.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 обратился в органы ГИБДД, что подтверждается представленными заявлениями, однако было отказано в проведении регистрационных действий на нового собственника в связи с наличием обременений на транспортные средства. 

Согласно ст. 119 ФЗ «Об исполнительном производстве», в случае возникновения спора, связанного с принадлежностью имущества, на которое обращается взыскание, заинтересованные лица вправе обратиться в суд с иском об освобождении имущества от наложения ареста или исключении его из описи. 

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 50 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № от ДД.ММ.ГГГГ «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» и по смыслу ст. 119 ФЗ «Об исполнительном производстве», в случае возникновения спора, связанного с принадлежностью имущества, на которое обращается взыскание, заинтересованные лица вправе обратиться в суд с иском об освобождении имущества от наложенного ареста или исключении его из описи. Заявитель иска об исключении имущества из описи должен доказать свои права на арестованное имущество. В рамках рассмотрения заявленных истцом требований об исключении имущества из описи и признании права собственности на указанные автомобили суд должен разрешить вопрос о праве на спорное имущество. 

Как следует из представленных документов, спорные транспортные средства до настоящего времени зарегистрированы за ФИО9 

В силу положений ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. В соответствии со ст. 57 ГПК РФ доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

В подтверждении того, что ФИО8 является собственником спорных автомобилей и как собственник несет расходы, связанные с владением и эксплуатацией транспортных средств, истцом представлены документы, однако суд относится критически к представленным доказательствам, поскольку из товарного чека на сумму 420 рублей, расходная накладная № от ДД.ММ.ГГГГ не следует, на какое транспортное средство было установлено «реле сигнала», из других документов: квитанция №, товарные чеки от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, не представляется возможным установить, кому оказывались услуги (шиномонтаж, балансировка, ремонт и т.д.) и на какие транспортные средства устанавливались указанные в них запасные части. В заказе наряде № заказчиком указан ФИО3, однако в графе подпись заказчика - ФИО8, таким образом, данный документ содержит противоречивые сведения, следовательно, не может быть относимым доказательством по делу. Из товарного чека № от ДД.ММ.ГГГГ на приобретение маршрутизатора не представляется возможным установить, что указанная деталь была приобретена и установлена на одно из спорных транспортных средств. 

Представителем истца также был представлен страховой полис ОСАГО №, выданный взамен полиса ХХХ №. Согласно представленным документам из страховой компании, переоформление вышеуказанного полиса ОСАГО осуществлялось ДД.ММ.ГГГГ по заявлению ФИО9, то есть уже после обращения ФИО8 в суд с требованием о снятии ареста. Кроме того, собственником и страхователем застрахованного транспортного средства по полису ХХХ № являлся ФИО9, срок страхования с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. До этого периода страхования, то есть до ДД.ММ.ГГГГ, был оформлен страховой полис ЕЕЕ № срок страхования с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, собственник указан ФИО9 Таким образом, из документов видно, что на момент дарения и в последующем собственником и страхователем транспортных средств в полисах ОСАГО указан ФИО9

Кроме того, в судебное заседание представлены полиса ОСАГО и на другие транспортные средства. Согласно полиса ОСАГО ЕЕЕ № - №, государственный регистрационный знак №, застрахован на срок с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, собственником указан ФИО9 Согласно полиса ОСАГО ЕЕЕ № - №, государственный регистрационный знак №, застрахован на срок с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, собственником транспортного средства являлся ФИО9 Согласно полиса ОСАГО ЕЕЕ № - автомобиль, государственный регистрационный знак №, застрахован на срок с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, собственником транспортного средства являлся ФИО9 

При таких обстоятельствах, анализируя представленные доказательства, суд приходит к выводу, что после заключения договоров дарения действия сторон не были направлены на фактическую передачу спорных транспортных средств новому собственнику, а также исполнение возложенных на них законом обязанностей по снятию с регистрационного учета и постановке на регистрационный учет транспортных средств, страхованию гражданской ответственности владельцев транспортных средств и т.д. То есть фактически заключенные договора не повлекли для нового собственника каких-либо значимых юридических последствий. 

Тот факт, что транспортные средства фактически не были переданы новому собственнику подтверждается также протоколом ареста транспортных средств, составленным дознавателями Оренбургской таможни на основании постановления Дзержинского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ. Наложение ареста на спорные транспортные средства и составление протокола наложения ареста на имущество ДД.ММ.ГГГГ осуществлялось в присутствии ФИО9 Транспортные средства для наложения ареста были предоставлены лично ФИО9, в ходе чего ФИО9 давал пояснения о месте нахождения не представленных транспортных средств, при этом, ФИО9 пояснял, что одно транспортное средство и полуприцеп фургон находятся в автосервисе в 

<

адрес> на ремонте. Более того, со слов ФИО9 известно, что прицеп к легковому автомобилю находится у ФИО9 на дачном участке в СНТ «Дубки 2» 

<

адрес>. Кроме того, как следует из протокола наложения ареста от ДД.ММ.ГГГГ со слов ФИО9 все спорное имущество на дату составления протокола не отчуждено и находится у него в собственности. При этом, спорное имущество передано ФИО9 на ответственное хранение. В протоколе имеется личная подпись ФИО9, каких-либо замечаний, претензий, заявлений с его стороны не было. 

Представителем истца представлены правоустанавливающие документы на земельный участок, который принадлежит на праве собственности ФИО8, именно на этом участке в момент наложения ареста находился прицеп к легковому автомобилю, государственный регистрационный знак №. Однако, земельный участок находится по адресу: 

<

адрес> Из протокола ареста от ДД.ММ.ГГГГ следует, что вышеуказанный прицеп в момент наложения ареста со слов ФИО9 находился на дачном участке 

<

адрес>», номер дома он не помнит. Таким образом, установить, что данный прицеп находился на момент наложения ареста именно на земельном участке, который принадлежит ФИО8, не представляется возможным и обратного истцом не доказано. 

В ходе судебного заседания представителем истца был представлен договор аренды транспортных средств без экипажа от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО8 и ООО «Мариголд», однако суд не может принять его во внимание, поскольку приходит к выводу, что на дату заключения вышеуказанного договора аренды ФИО8 не имел правовых оснований для передачи спорных транспортных средств в аренду третьим лицам, поскольку на транспортные средства были наложены обременения.

Как следует из сведений, содержащихся в Едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей, ФИО9 с 2005 года зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя. Как следует из выписки из ЕГРИП, одним из видов деятельности ФИО9 является деятельность автомобильного грузового транспорта и услуги по перевозкам. 

В судебное заседание Оренбургской таможней предоставлена информация из базы данных Федеральной таможенной службы России о перемещении спорных транспортных средств через границу Таможенного союза (с 2017 

<

адрес> экономического союза), из которой следует, что спорные транспортные средства фактически использовались ФИО9 для осуществления грузоперевозок как до заключения договоров дарения с ФИО8, так и после их заключения. 

Таким образом, представленные истцом доказательства не подтверждают факта исполнения договоров дарения, а напротив, свидетельствуют о том, что намерений на фактическую передачу спорных транспортных средств у сторон не было, что свидетельствует о мнимости указанных договоров. 

Пункты 3, 4 ст. 1 ГК РФ определяют, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного и недобросовестного поведения.

В силу положений ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании п. 2 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также принимает иные меры, предусмотренные законом.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 1 постановления Пленума от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия. Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права. По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону. 

В силу изложенных обстоятельств, суд приходит к выводу, что договоры дарения были заключены его сторонами лишь для вида, для того, чтобы создать соответствующие правовые последствия, препятствующие реализации права на удержание имущества и ущемления прав взыскателей, что недопустимо в силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Принимая во внимание приведенные выше обстоятельства совершения сделок по дарению, суд полагает, что ФИО8, обращаясь в суд с настоящим исковым заявлением, допустил злоупотребление правом и его требования не подлежат удовлетворению.

Таким образом, исходя из характера и последовательности действий М-вых, суд усматривает в их действиях нарушение прав и интересов будущих возможно взыскателей при заключении договоров дарения. 

Суд также принимает во внимание, что действия ФИО9 по распоряжению принадлежащим ему имуществом, зная о долговых обязательствах, нельзя признать разумными и добросовестными, в связи с чем, заключенные договора дарения были направлены на уменьшение имущества. 

Принимая во внимание изложенные выше обстоятельства, свидетельствующие о том, что, заключенные между ФИО9 и ФИО8 договоры дарения фактически не исполнялись, транспортные средства новому собственнику переданы не были, регистрация транспортных средств на нового собственника не осуществлялась, договоры страхования от имени нового собственника не заключались, то есть совершенная сделка заключена лишь для вида и не повлекла каких-либо юридически значимых последствий, что свидетельствует о ее мнимости. Таким образом, при изложенных выше обстоятельства у ФИО8 право собственности на спорное имущество не возникло, основания для снятия ареста со спорного имущества отсутствуют.

Доводы ответчика о том, что решение вопроса об отмене ареста должно быть произведено в рамках уголовного дела, являются несостоятельными. 

Согласно ч. 1 ст. 115 УПК РФ для обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, взыскания штрафа, других имущественных взысканий или возможной конфискации имущества, указанного в части первой статьи 104.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, следователь с согласия руководителя следственного органа или дознаватель с согласия прокурора возбуждает перед судом ходатайство о наложении ареста на имущество подозреваемого, обвиняемого или лиц, несущих по закону материальную ответственность за их действия.

В соответствии с Постановлением Конституционного Суда от 21.10.2014 N 25-П "По делу о проверке конституционности положений ч. 3 и ч. 9 ст. 115 УПК РФ понижения ч. 3 и ч. 9 ст. 115 УПК РФ признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации, в той мере, в какой этими положениями в системе действующего правового регулирования не предусмотрен надлежащий правовой механизм, применение которого позволяло бы эффективно защищать в судебном порядке права и законные интересы лиц, не являющихся подозреваемыми, обвиняемыми или гражданскими ответчиками по уголовному делу, право собственности которых ограничено чрезмерно длительным наложением ареста на принадлежащее им имущество, предположительно полученное в результате преступных действий подозреваемого, обвиняемого.

Частью 2 статьи 442 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что заявленный лицами, не принимавшими участия в деле, спор, связанный с принадлежностью имущества, на которое обращено взыскание, рассматривается судом по правилам искового производства.

Указанная норма не содержит ограничений для рассмотрения требований в зависимости от того в рамках какого процесса наложен арест (гражданского или уголовного). По общей норме, требования об освобождении имущества от ареста подлежат рассмотрению в исковом порядке.

В соответствии с пунктом 1 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 31 марта 1978 года N 4 "О применении законодательства при рассмотрении судами дел об освобождении имущества от ареста (исключение из описи)", которое действует на территории России и в настоящее время в части, не противоречащей законодательству Российской Федерации, споры об освобождении имущества от ареста суды рассматривают по правилам искового производства независимо от того, наложен ли арест в порядке применения мер обеспечения иска, обращения взыскания на имущество должника во исполнение решения или приговора суда, наложенного, в том числе, в рамках предварительного расследования.

Согласно п. 3 указанного Постановления Пленума Верховного Суда ССР от 31.03.1978 N 4 (в редакции от 30.11.1990) суд не вправе отказать в принятии искового заявления об освобождении имущества от ареста, если дело, в связи с которым наложен арест на имущество, не разрешено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО8 к Оренбургской таможне, ИФНС по Центральному району г. Оренбурга, ФИО9 об освобождении имущества от ареста, полностью отказать.

Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд через Центральный районный суд г. Оренбурга в течение месяца со дня принятия в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 18 мая 2018 года.

Судья А.Р. Андронова