ВОРОНЕЖСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

№ 33-209/2026

Дело №2-3635/2025

УИД 36RS0006-01-2025-007165-34

Строка 077 г

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Воронеж 20 января 2026 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Воронежского областного суда в составе:

председательствующего Квасовой О.А.,

судей Анисимовой Л.В., Безрядиной Я.А.,

при секретаре Тарасове А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Квасовой О.А.

гражданское дело по иску ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Воронежской области о признании незаконным и отмене решения об отказе в назначении страховой пенсии по старости, обязании включить в трудовой стаж период нахождения в отпуске по уходу за ребенком и период отпуска без сохранения заработной платы, назначить и выплачивать досрочную страховую пенсию по старости, выплатить досрочную страховую пенсию по старости единовременно в полном объеме за прошедшие периоды, произвести индексацию досрочной страховой пенсии по старости, взыскании компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Центрального районного суда г. Воронежа от 10 октября 2025 г., с учетом определения того же суда об исправлении описки от 06 ноября 2025г.

(судья Петрова Л.В.)

установила:

ФИО1 обратилась с иском к ОСФР по Воронежской области о признании незаконным и отмене решения об отказе в назначении страховой пенсии по старости, возложении обязанности включить в трудовой стаж период нахождения в отпуске по уходу за ребенком и период отпуска без сохранения заработной платы, назначить и выплачивать досрочную страховую пенсию по старости, выплатить досрочную страховую пенсию по старости единовременно в полном объеме за прошедшие периоды, произвести индексацию досрочной страховой пенсии по старости, взыскании компенсации морального вреда, расходов по уплате государственной пошлины, почтовых расходов.

Истец в обоснование требований указала, что 14.08.2024 ею было подано заявление (регистрационный номер заявления в соответствии с квитанцией 046 - 24 - 004 - 7147 - 4561) в клиентскую службу Советского района г.Воронежа ОСФР по Воронежской области о назначении досрочной страховой пенсии по старости ввиду наличия у нее страхового стажа длительностью 37 лет. 22.08.2024 в клиентской службе ФИО1 нарочно получила решение от 21.08.2024 №397002/24 «Об отказе в назначении страховой пенсии по старости», согласно которому ей было отказано в назначении досрочной страховой пенсии по старости, так как ее страховой стаж составил менее 37 лет, а также в связи с тем, что на дату обращения с заявлением она не достигла общеустановленного возраста выхода на страховую пенсию по старости на общих основаниях - 59 лет. 01.10.2024 в адрес ответчика истец направила жалобу на указанное решение, однако решением от 06.11.2024 №36-06/16894л, 17222л жалоба ФИО1 была оставлена без удовлетворения.

Ранее 16.05.2023 ФИО1 уже обращалась в клиентскую службу ответчика с целью подтверждения оснований для назначения ей досрочной пенсии. К указанному обращению она прикладывала копию паспорта; копию трудовой книжки; копию свидетельства о рождении ребёнка; копию документа, подтверждающего наличие высшего образования. Для документального подтверждения необходимого страхового стажа, специалистом клиентской службы были сформированы сведения о состоянии индивидуального лицевого счёта застрахованного лица от 27.04.2023, содержащие данные по состоянию на 01.04.2023. Согласно вышеуказанным сведениям ИЛС, страховой стаж ФИО1 по состоянию на 01.04.2023 составил 37 лет 6 месяцев 17 дней, индивидуальный пенсионный коэффициент составлял 81,798.

Учитывая полученное решение от 21.08.2024, истец сформировала сведения ИЛС от 22.08.2024, содержащие данные по состоянию на 01.07.2024, страховой стаж ФИО1 по состоянию на 01.07.2024 составил 36 лет 9 месяцев 23 дня, ИПК - 83,443. Однако в соответствии с решением от 21.08.2024 страховой стаж ФИО1 составил 32 года 11 месяцев 25 дней, а на основании решения от 06.11.2024 составил 33 года 11 месяцев 24 дня. Общий непрерывный стаж работы ФИО1 с 21.08.1984 по 08.07.2023 составляет 38 лет 10 месяцев 2 недели и 3 дня. Заявления о корректировке сведений ИЛС истец никогда не подавала, никакого уведомления о самостоятельной корректировке ответчиком ФИО1 никогда не получала, что является нарушением ее прав. Произвольная корректировка ответчиком ИЛС истца нарушает цели и принципы индивидуального (персонифицированного) учёта, а также фактически лишает ФИО1 права на получение досрочной пенсии.

Также истец указала, что с 21.08.1984 по 08.07.2023 ее трудовая книжка непрерывно велась работодателями на бумажном носителе. Ответчик в нарушение положений законодательства Российской Федерации не учёл сведения о стаже работы ФИО1 в соответствии с ее трудовой книжкой. Исключение из стажа периода с 22.09.1992 по 19.07.1995 (период отпуска по уходу за ребёнком ДД.ММ.ГГГГ года рождения) является незаконным, равно как и исключение из стажа периода работы с 20.07.1995 по 21.10.1996 (предоставление отпуска без сохранения заработной платы), поскольку приказы работодателя изданы в отсутствие заявления работника; неуплата же работодателем взносов за работника не лишает последнего права на пенсию. Ответчик допустил нарушение ее имущественных прав (назначение досрочной пенсии), тем самым причинив ей нравственные страдания своим незаконным бездействием.

В исковых требований ФИО1 просила:

- признать незаконным и отменить полностью решение начальника управления по установлению пенсий Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Воронежской области ФИО2 от 21.08.2024 №397002/24 «Об отказе в назначении страховой пенсии по старости»,

- обязать ОСФР по Воронежской области включить в трудовой стаж ФИО1, составляющий на основании трудовой книжки более 38 лет, следующие периоды, дающие право на назначение досрочной страховой пенсии по старости: с 22.09.1992 по 19.07.1995 (период отпуска по уходу за ребёнком ДД.ММ.ГГГГ года рождения); с 20.07.1995 по 21.10.1996 (период отпуска без сохранения заработной платы),

- обязать ОСФР по Воронежской области назначить и выплачивать ФИО1 досрочную страховую пенсию по старости с 15.08.2024, выплатить ФИО1 досрочную страховую пенсию по старости единовременно в полном объёме за прошедшие периоды начиная с 15.08.2024;

- обязать ОСФР по Воронежской области произвести индексацию (дополнительное увеличение) назначаемой ФИО1 досрочной страховой пенсии по старости за период с 01.01.2025,

- взыскать с ОСФР по Воронежской области в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб., судебные расходы в виде государственной пошлины в размере 6 000 руб., судебные издержки в виде почтовых расходов в размере 2944 руб. 32 коп. (л.д.4-25 том 1).

Решением Центрального районного суда г. Воронежа от 10 октября 2025 г., с учетом определения того же суда об исправлении описки от 06 ноября 2025г., в удовлетворении заявленных требований истцу было отказано (л.д.156-161, 178 том 2).

В апелляционной жалобе ФИО1 ставит вопрос об отмене решения суда, как постановленного с нарушением норм материального и процессуального права. В обоснование доводов жалобы указывает на несоответствие судебного акта принципам законности и обоснованности. Выводы суда, по мнению заявителя, основываются исключительно на позиции ответчика, в то время как аргументы истца не были подвергнуты должной оценке. Суд не мотивировал свой отказ в удовлетворении требований о включении спорных периодов с 22.09.1992 по 19.07.1995 (период отпуска по уходу за ребёнком ДД.ММ.ГГГГ года рождения); с 20.07.1995 по 21.10.1996 (период отпуска без сохранения заработной платы) в страховой стаж истца. Полагает, что суд своим решением нарушил право истца на получение положенной ей пенсии, в связи с чем фактически лишил её средств к существованию (л.д.186-195 том 2).

В суд апелляционной инстанции лица участвующие в деле, либо их представители, не явились, не представили доказательств уважительности причин своего отсутствия, равно как и ходатайств об отложении судебного заседания, извещались надлежащим образом о времени и месте проведения судебного заседания путем направления судебных извещений.

На основании положений статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия, руководствуясь принципами процессуальной целесообразности и необходимости обеспечения эффективности судопроизводства, сочла возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, 16.05.2023 ФИО1 обращалась в клиентскую службу в Советском районе Воронежской области ОСФР по Воронежской области для проведения предварительной работы по вопросу назначения страховой пенсии по старости в соответствии со статьей 8 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ за длительный стаж (37 лет) (т.2 л.д. 75). Специалистом ответчика истцу было указано на то, что право на подачу заявления у нее возникает с 15.07.2024 по 15.08.2024 (37 лет).

В дальнейшем 14.08.2024 ФИО1 повторно обратилась в клиентскую службу Советского района г.Воронежа ОСФР по Воронежской области с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости ввиду наличия у нее страхового стажа в размере 37 лет (т.1 л.д. 177-181, 182).

Решением ОСФР по Воронежской области от 21.08.2024 №397002/24 ФИО1 отказано в назначении страховой пенсии по старости в соответствии со статьей 8 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ «О страховых пенсиях», в связи с тем, что у заявителя отсутствует длительный страховой стаж продолжительностью 37 лет, исчисленный в соответствии с частью 9 статьи 13 названного закона, необходимый для назначения страховой пенсии по старости по нормам части 1.2 статьи 8 названного закона; заявитель на дату обращения не достиг общеустановленного возраста выхода на страховую пенсию по старости - 59 лет (т.2 л.д. 45).

Согласно решению во изменение приложения к решению пенсионного органа, продолжительность страхового стажа ФИО1, исчисленного с применением части 9 статьи 13 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ «О страховых пенсиях», необходимого для назначения страховой пенсии по старости по нормам части 1.2 статьи 8 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ, составляет 33 года 11 месяцев 24 дня (т.2 л.д. 62).

Кроме того судом установлено, что из трудовой книжки AT-I №9795111 следует, что ФИО3 21.08.1984 принята делопроизводителем в ясли-сад №42 г.Воронежа, 02.01.1986 переведена на должность воспитателя, 21.10.1996 уволена в порядке перевода в ясли-сад №154 на должность методиста.

Согласно свидетельству о рождении IV-СИ №435671 от 15.10.1992 ФИО1 является матерью ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (т.1 л.д. 242).

Из лицевых счетов ФИО3 следует, что с 22.09.1992 по 20.07.1995 ФИО1 находилась в отпуске по уходу за ребенком.

При этом в подсчет длительного страхового стажа не были включены периоды с 22.09.1992 по 19.07.1995 - нахождение в отпуске по уходу за ребенком ДД.ММ.ГГГГ г.р., с 20.07.1995 по 21.10.1996 - нахождение в отпуске без сохранения заработной платы за время работы в Ясли сад №42.

Согласно сообщению ОСФР по Воронежской области от 06.11.2024 №36-06/16894л, 17222л, данного на обращение ФИО1, указано, что в результате анализа имеющихся в распоряжении Отделения документов и проведенной документальной проверки страхователя АО «Концерн Созвездие» (акт от 21.06.2023 №36-25) установлено, что исходя из анализа ведомостей по начислению заработной платы, выявлены следующие периоды страхового стажа, не подлежащие включению в страховой стаж, дающий право на назначение досрочной страховой пенсии по старости лицам, имеющим длительный страховой стаж: отпуск по уходу за ребенком: с 22.09.1992 по 19.07.1995; отпуск без сохранения заработной платы с 20.07.1995 по 21.10.1996. Других отвлечений в период работы с 21.08.1984 по 21.10.1996 в результате проверки не выявлено. Сведения индивидуального лицевого счета по результатам проведенной проверки приведены в соответствие с представленными документами (т.1 л.д. 77-80).

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что поскольку в период с 22.09.1992 по 19.07.1995 ФИО1 находилась в отпуске по уходу за ребенком, а в части 9 статьи 13 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ "О страховых пенсиях" закреплен особый порядок исчисления стажа для назначения пенсии в соответствии с положениями части 1.2 статьи 8 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ за длительный стаж не менее 37 лет, который не предусматривает включение в исчисление длительного страхового стажа периодов нахождения в отпуске по уходу за ребенком, то оснований для удовлетворения данных требований не имеется.

Кроме того, суд указал, что из лицевых счетов ФИО1 за 1995 – 1996 года следует, что с 20.07.1995 по 21.10.1996 она находилась в отпуске без сохранения заработной платы, в связи с чем оснований для включения указанного периода в страховой стаж истца также не имеется.

Судебная коллегия с такими выводами суда соглашается, находит, что судом правильно применен материальный закон, подлежащий применению, установлены обстоятельства, имеющие значение для дела, имеющимся доказательствам дана надлежащая правовая оценка в соответствии с требованиями ст. ст. 67, 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Проверяя решение суда по доводам апелляционной жалобы ФИО1. судебная коллегия исходи из следующего.

Основания возникновения и порядок реализации прав граждан Российской Федерации на страховые пенсии установлен Федеральным законом от 28.12.2013 №400-ФЗ «О страховых пенсиях», вступившим в силу с 01.01.2015.

Согласно положениям части 1 статьи 4 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ право на страховую пенсию имеют граждане Российской Федерации, застрахованные в соответствии с Федеральным законом от 15.12.2001 №167-ФЗ "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации", при соблюдении ими условий, предусмотренных данным Федеральным законом.

Условия для назначения страховой пенсии по старости на общих основаниях предусмотрены статьей 8 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ, к ним относятся: возраст (часть 1 статьи 8 названного Закона), страховой стаж (часть 2 статьи 8 названного Закона), индивидуальный пенсионный коэффициент (часть 3 статьи 8 названного Закона).

Согласно приложению 6 к Федеральному закону от 28.12.2013 № 400-ФЗ возраст, по достижению которого граждане приобретают право на назначение страховой пенсии по старости в 2022 году, подлежит увеличению на 48 месяцев и составляет для женщин 59 лет.

Вместе с тем, согласно части 1.2 статьи 8 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ лицам, имеющим страховой стаж не менее 42 и 37 лет (соответственно мужчины и женщины), страховая пенсия по старости может назначаться на 24 месяца ранее достижения возраста, предусмотренного частями 1 и 1.1 настоящей статьи, но не ранее достижения возраста 60 и 55 лет (соответственно мужчины и женщины).

Частью 1 статьи 11 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ предусмотрено, что в страховой стаж включаются периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись на территории Российской Федерации лицами, указанными в части 1 статьи 4 настоящего Федерального закона, при условии, что за эти периоды начислялись или уплачивались страховые взносы в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации.

В страховой стаж наравне с периодами работы и (или) иной деятельности, которые предусмотрены статьей 11 настоящего Федерального закона, засчитываются: период ухода одного из родителей за каждым ребенком до достижения им возраста полутора лет, но не более шести лет в общей сложности (пункт 3 части 1 статьи 12 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ).

В статье 12 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ перечислены иные периоды, которые засчитываются в страховой стаж наравне с периодами работы и (или) иной деятельности, предусмотренной статьей 11 указанного Федерального закона. К числу указанных периодов относится период ухода одного из родителей за каждым ребенком до достижения им возраста полутора лет, но не более шести лет в общей сложности.

Доводы апелляционной жалобы ФИО1 о том, что спорные периоды ее нахождения в отпуске по уходу за ребенком имели место до 6 октября 1992 г. (времени вступления в силу Закона Российской Федерации от 25 сентября 1992 г. №3543-1), в связи с чем, подлежат включению в страховой стаж при определении права на пенсию в соответствии с частью 1.2 статьи 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. №400-ФЗ "О страховых пенсиях", нельзя признать обоснованными, поскольку суд правильно применил нормы пенсионного законодательства, и со ссылкой на часть 9 статьи 13 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях", указал на то, что при исчислении страхового стажа лиц, указанных в части 1.2 статьи 8 этого Федерального закона, в целях определения права на страховую пенсию по старости в страховой стаж включаются (засчитываются) периоды работы и (или) иной деятельности, предусмотренные частью 1 статьи 11 и пунктом 2 части 1 статьи 12 данного Федерального закона.

Действующее законодательство предусматривает возможность включения периода ухода одного из родителей за каждым ребенком до достижения им возраста полутора лет, а также периодов работы и (или) иной деятельности, которые имели место до дня вступления в силу Федерального закона от 28 декабря 2013 г. №400-ФЗ "О страховых пенсиях" и засчитывались в трудовой стаж при назначении пенсии в соответствии с законодательством, действовавшим в период выполнения работы (деятельности), при исчислении страхового стажа в целях определения права на страховую пенсию по иным основаниям, в том числе в связи с достижением общеустановленного пенсионного возраста при соблюдении условий, предусмотренных частями 2 и 3 статьи 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. "О страховых пенсиях" (пункт 3 части 1 статьи 12, часть 8 статьи 13 указанного Федерального закона).

Таким образом, исходя из положений части 9 статьи 13 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. №400-ФЗ "О страховых пенсиях", суд пришел к обоснованному выводу о том, что периоды нахождения истца в отпуске по уходу за ребенком не подлежит включению в страховой стаж для целей назначения страховой пенсии по части 1.2 статьи 8 названного Федерального закона, так как не поименованы в части 1 статьи 11 и пункте 2 части 1 статьи 12 данного Федерального закона.

Исковые требования в части обязания ответчика назначить истцу досрочную страховую пенсии по старости с момента обращения за таковой, являются, как указал суд, необоснованными, поскольку в соответствии с ФЗ "О страховых пенсиях", пенсия назначается с момента обращения, но не ранее возникновения права на пенсию, при этом на дату обращения истца с заявлением о назначении пенсии, ее страховой стаж составлял менее 37 лет, вывод суда об отказе в удовлетворении требований отвечает требованиям действующего законодательства.

Доводы апелляционной жалобы истца о наличии у нее стажа для назначения пенсии опровергаются периодами включенными ОСФР, и не подтверждают доводы жалобы о наличии у истца права на пенсию, направлены на оспаривание судебного решения, судебная коллегия не может признать состоятельными, поскольку отсутствуют правовые основания для иной оценки представленных сторонами и исследованных судом доказательств, приведенные выводы суда не противоречат материалам настоящего дела и истцом доказательствами не подтверждены.

Судом все обстоятельства дела были проверены с достаточной полнотой, выводы суда соответствуют собранным по делу доказательствам и требованиям закона.

Из лицевых счетов ФИО1 за 1995 – 1996 года следует, что с 20.07.1995 по 21.10.1996 ФИО1 находилась в отпуске без сохранения заработной платы; на основании приказа №148 от 20.07.1995 ФИО1 предоставлен отпуск без сохранения заработной платы до 6 лет – до 1998 года. Начисления заработной платы за указанный период отсутствуют.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что в спорный период истец находилась в отпуске без сохранения заработной платы, заработная плата за указанный период истцу не начислялась, страховые взносы в отношении истца не уплачивались, в связи с чем оснований для удовлетворения данных требований – не имелось.

Поскольку истцу отказано в удовлетворении основных требований, также не подлежат удовлетворению и производные от основных требования о возложении на ОСФР по Воронежской области обязанности выплатить досрочную страховую пенсию по старости единовременно в полном объеме за прошедшие периоды, произвести индексацию досрочной страховой пенсии по старости, о взыскании компенсации морального вреда, расходов по уплате государственной пошлины, почтовых расходов.

Довод апелляционной жалобы о том, что суд не полностью исследовал материалы дела, неправильно оценил имеющиеся в деле доказательства, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела - выражают несогласие с выводами суда первой инстанции об отказе в удовлетворении заявленных требований, однако по существу их не опровергают, сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом подробного исследования и оценки суда первой инстанции. Указанные доводы судебная коллегия признает необоснованными, поскольку они основаны на неверном толковании норм действующего законодательства, направлены на иное толкование закона и переоценку доказательств, которые были исследованы судом по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Учитывая, что иная оценка истцом установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает наличие допущенной судом первой инстанции при рассмотрении дела судебной ошибки, которая могла бы повлечь отмену оспариваемого судебного акта, правовых оснований для отмены либо изменения оспариваемого по делу решения в данной части судебная коллегия не усматривает.

Доводы апелляционной жалобы истца повторяют основания его требований, изложенных в иске, были предметом исследования суда, в результате которого получили надлежащую правовую оценку, направлены на переоценку собранных по делу доказательств, в связи с чем не могут послужить основанием для отмены постановленного судом решения.

Ссылки в жалобе истца на судебную практику не могут быть приняты во внимание, учитывая требования статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющей перечень нормативных правовых актов, применяемых судом при разрешении гражданских дел.

С учетом изложенного, судебная коллегия не находит доводы апелляционной жалобы убедительными, влекущими отмену решения суда, постановленного в соответствии с требованиями материального и процессуального права.

Руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Центрального районного суда г. Воронежа от 10 октября 2025 г., с учетом определения того же суда об исправлении описки от 06 ноября 2025г., оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 27 января 2026г.

Председательствующий

Судьи коллегии