66RS0004-01-2019-001056-64

Дело № 2-1881/2019-3

Мотивированное 

решение

 изготовлено 18 июля 2019 г. 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Екатеринбург 18 июля 2019 г.

Ленинский районный суд г. Екатеринбурга Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Морозовой Н.Р., 

при секретаре Широковой Н.А. 

при участии прокурора Рыжовой Е.Ю. 

при участии в судебном заседании представителя истца ГАПОУ СО «ЕМК» - ФИО1 (доверенность от 

 №),

ответчика ФИО2 (паспорт),

ответчика ФИО3 (паспорт),

представителя ответчика ФИО2 - ФИО4 (доверенность от 

 б/н, от 

 № №),

представителя третьего лица Министерства по управлению государственным имуществом 

<

адрес> – ФИО5 (доверенность от 

 №),

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Государственного автономного профессионального образовательного учреждения 

<

адрес> «Екатеринбургский монтажный колледж» к ФИО2, ФИО16 чу, ФИО3, действующей также в интересах несовершеннолетней ФИО6 о признании договора прекращенным, выселении, возложении обязанности, взыскании судебных расходов 

УСТАНОВИЛ:

Государственное автономное профессиональное образовательное учреждение 

<

адрес> «Екатеринбургский монтажный колледж» (далее – истец, учреждение, колледж) обратилось в суд с иском к ФИО2, ФИО7, ФИО3, действующей также в интересах ФИО8 (далее - ответчики) о признании прекращенным договора найма жилого помещения от 

 №, выселении из комнаты, расположенной по адресу: г. Екатеринбург, 

<

адрес>, комната № ФИО7 ча, ФИО6, ФИО3, возложении на ответчиков обязанности не чинить истцу препятствий в пользовании комнатой № в доме, расположенном по адресу: г. Екатеринбург, 

<

адрес>, передать ключи от указанного жилого помещения, снятии ответчиков с регистрационного учета. 

В обоснование исковых требований истец ссылается на то, что ответчики занимают на условиях коммерческого найма две комнаты в общежитии расположенном по адресу: г. Екатеринбург, 

<

адрес> на основании договора коммерческого найма, после истечения срока договора истец направил ответчикам уведомление о расторжении данного договора. Указанные комнаты в течение года не будут сдаваться внаем. Кроме того, ответчик ФИО2 фактически в общежитии не проживает.

Протокольным определением суда от 

 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление социальной политики Министерства социальной политики 

<

адрес> г. Екатеринбурга. 

Протокольным определением суда от 

 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Министерство по управлению государственным имуществом 

<

адрес>. 

Представитель истца в судебном заседании исковые требования поддержал, указал, что комнаты № в здании, расположенном по адресу: г. Екатеринбург, 

<

адрес> были предоставлены ответчику ФИО2 на основании договора коммерческого найма от 

 №, имеющийся у ФИО2 ордер на занятие данных комнат – сфальсифицирован. ФИО2 в общежитии не проживает, ни она, ни члены ее семьи сотрудниками учреждения, лицами, проходящими обучение в учреждении не являются. 

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала, пояснила, что данные комнаты были предоставлены ей в пользование в июне 1994 г. как сотруднику учреждения. Она в них вселилась вместе с детьми, до настоящего времени пользуется комнатами, ночует иногда в комнате №, так как в комнате № идет ремонт, ее вещи находятся в комнате №. В настоящее время она проживает в общежитии время от времени, так как вынуждена ухаживать за матерью, которая не может сама себя обслуживать. При этом она несет расходы на оплату жилищно-коммунальных услуг за пользование указанным жилым помещением. Ответчик также пояснила, что она работала в колледже до 

. Впоследствии в ноябре 2005 г. она работала уборщицей в колледже три недели на основании договора от 

. Полный срок не отработала, так как от ее услуг учреждение отказалось. 

Ответчик ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признала, указала на отсутствие у них с дочерью иного жилого помещения. 

Ответчик ФИО7 о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, явку в судебное заседание не обеспечил. 

Представитель третьего лица Министерства по управлению государственным имуществом 

<

адрес> в судебном заседании исковые требования поддержала, дополнительно пояснила, что общежитие пол адресу: г. Екатеринбург, 

<

адрес> является собственностью 

<

адрес>, ответчики не имеют права на проживание в указанном общежитии. 

Третье лицо Управление социальной политики Министерства социальной политики 

<

адрес> г. Екатеринбурга о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, явку в судебное заседание не обеспечило.

Прокурор в заключении указала на то, что исковые требования являются законными и подлежат удовлетворению в связи с отсутствием у ФИО2 и членов ее семьи для сохранения права пользования спорными помещениями в соответствии со ст. 103 Жилищного кодекса Российской Федерации. 

Заслушав лиц, участвующих в судебном заседании, исследовав обстоятельства дела, доводы сторон и представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, первоначально обращаясь в суд, истец в качестве одного из оснований для выселения ответчиков из жилого помещения заявлял факт прекращения трудовых отношений с ФИО2 Протокольным определением суда от 

 к производству суда было принято уточненное исковое заявление, в котором истец в соответствии со ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации изменил основание иска, указав на то, что требования истца основаны исключительно на прекращении договора найма жилого помещения от 

 № в соответствии со ст. 684 Гражданского кодекса Российской Федерации. Данное обстоятельство представитель истца подтвердил в судебном заседании.

Согласно п. 3 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд рассматривает дело в пределах заявленных истцом требований (предмета и оснований иска).

В соответствии с Распоряжением Правительства Российской Федерации от 31.12.2004 № 1770-р учреждение передано из федеральной собственности в собственность 

<

адрес>. 

Согласно свидетельству о государственной регистрации права от 

 здание жилого назначения (коридорной системы, общежитие) Литер Б общей площадью 2825,3 кв.м, расположенное по адресу: г. Екатеринбург, 

<

адрес> (далее - общежитие) находится в оперативном управлении учреждения. 

В силу статьи 40 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища.

Никто не может быть выселен из жилища или ограничен в праве пользования жилищем иначе как по основаниям и в порядке, которые предусмотрены Жилищным кодексом, другими федеральными законами (часть 4 статьи 3 ЖК РФ).

В соответствии со статьей 5 Федерального закона от 29 декабря 2004 года N 189-ФЗ "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации" к жилищным отношениям, возникшим до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации, Жилищный кодекс Российской Федерации применяется в части тех прав и обязанностей, которые возникнут после введения его в действие, за исключением случаев, предусмотренных этим Федеральным законом.

В соответствии со статьей 109 Жилищного кодекса РСФСР, действовавшего на момент вселения ФИО2 и членов его семьи в спорные комнаты, для проживания рабочих, служащих, студентов, учащихся, а также других граждан в период работы или учебы могут использоваться общежития.

Как следует из материалов дела, подтверждается представленной в материалы дела трудовой книжкой ответчика Орлянской (ранее - ФИО9) В.И., последняя состояла в трудовых отношениях с учреждением в период с 

 по 

. Также в материалы дела представлена копия трудового договора от 

 № в соответствии с условиями которого ответчик принята на работу на период с 

 по 

 на должность рабочего по комплексному обслуживанию и ремонту зданий. 

В материалы дела представлена копия ордера от 

 о предоставлении ФИО10 комнат №. 

Оспаривая указанный ордер истец указал, что подпись в ордере от имени заместителя директора по АХЧ ФИО11 выполнена не им, что подтверждается экспертным заключением от 

 №, соответственно, оснований для вселения в жилое помещение у ответчика ФИО2 и членов ее семьи не имелось,. 

Вместе с тем, из представленной в материалы дела копий поквартирных картрточек о регистрации в общежитии, копий паспорта ФИО2, ФИО7 ответа на судебный запрос ГУ МВД России по 

<

адрес> от 

, ФИО2 значится зарегистрированной по месту жительства в общежитии с 

, ФИО7 (сын ФИО2) 

 г.р. – с 

, ФИО6 

 г.р. (дочь ФИО7) – с 

. 

Из пояснений ФИО2 следует, что она утроилась на работу в учреждение в мае 1994 г., после переезда ее из Республики Казахстан. В связи с отсутствием у нее жилого помещения учреждение предоставило ей комнату № в общежитии, в июне 1994 г. учреждение предоставило ей и ее детям спорные комнаты. 

Данные пояснения ответчика также подтверждаются показаниями, допрошенных в судебном заседании свидетелей ФИО12, ФИО13, ФИО14, пояснивших, что ответчик ФИО2 проживает в спорных комнатах с 1994 г. 

Также на обозрение суду был представлен оригинал медицинской карты ФИО15, в которой имеется запись от 

 о прививке. Адрес ФИО7 указан: 

<

адрес>. 

Помимо изложенного в материалы дела представлена копия письма учреждения от 

 № на имя начальника паспортного стола 

<

адрес> г. Екатеринбурга с просьбой о предоставлении разрешения на постоянную регистрацию по 

<

адрес> 

<

адрес>, общежитие заведующей общежитием ФИО2 

Из совокупности представленных доказательств суд приходит к выводу о том, что спорные комнаты в общежитии были предоставлены ФИО2 и членам ее семьи, в частности, ФИО16 в связи с наличием между учреждением и ФИО2 трудовых отношений. 

Согласно ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации в качестве сделки могут быть квалифицированы действия юридических лиц, которые направлены на установление гражданских прав и обязанностей.

По смыслу ст. 183 Гражданского кодекса Российской Федерации при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии прямо не одобрит данную сделку. При этом пунктом 2 данной нормы права установлено, что последующее одобрение сделки представляемым создает, изменяет и прекращает для него гражданские права и обязанности по данной сделке с момента ее совершения.

В Информационном письме N 57 от 23.10.2000 г. Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации разъяснил, что под прямым последующим одобрением сделки представляемым, в частности, могут пониматься письменное или устное одобрение, независимо от того, адресовано ли оно непосредственно контрагенту по сделке; признание представляемым претензии контрагента, конкретные действия представляемого, если они свидетельствуют об одобрении сделки (например, полная или частичная оплата товаров, работ, услуг, их приемка для использования, полная или частичная уплата процентов по основному долгу, равно как и уплата неустойки и других сумм в связи с нарушением обязательства; реализация других прав и обязанностей по сделке); заключение другой сделки, которая обеспечивает первую или заключена во исполнение либо во изменение первой; просьба об отсрочке или рассрочке исполнения

При этом независимо от формы одобрения оно должно исходить от органа или лица, уполномоченных в силу закона, учредительных документов или договора заключать такие сделки или совершать действия, которые могут рассматриваться как одобрение.

Исходя из вышеизложенных положений Гражданского кодекса Российской Федерации, суд учитывает, что несмотря на то, что представленный суду ордер от 

 содержит подпись не принадлежащую ФИО11 оснований полагать, что ФИО2 не приобрела право пользования спорными комнатами на основании договора найма специализированного жилого помещения в связи с трудовыми отношениями у суда не имеется. Данный факт подтверждается как имеющимися записями в трудовой книжке ответчика, так и последующим письмом учреждения в адрес начальника паспортного стола, свидетельскими показаниями, а также представленными в материалы дела копиями квитанций к приходным кассовым ордерам за период 2002-2003 г. В названных квитанциях в качестве основания оплаты указана квартплата сотрудников за оплачиваемый период. 

Довод представителя истца о том, что именно ФИО2, воспользовавшись своим должностным положением, оформила поддельный бланк ордера от 

 № судом отклоняется, каких-либо достоверных и достаточных доказательств данного суждения стороной истца не представлено. Расследование возбужденного на основании заявления учреждения уголовного дела в настоящего дела не завершено, приговор в отношении ФИО2 не вынесен. 

Более того, как разъяснено в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. N 14 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации", принимая во внимание, что жилое помещение может выступать объектом как гражданских, так и жилищных правоотношений, судам следует иметь в виду, что гражданское законодательство в отличие от жилищного законодательства регулирует отношения, связанные с владением, пользованием и распоряжением жилым помещением как объектом экономического оборота (например, сделки с жилыми помещениями, включая передачу в коммерческий наем жилых помещений).

По данному делу между сторонами возникли не гражданско-правовые, а жилищные отношения по поводу пользования ответчиками спорным жилым помещением, и основания для прекращения этих отношений устанавливаются жилищным законодательством.

В пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. N 14 разъяснено, что при разрешении споров, связанных с защитой жилищных прав, судам необходимо иметь в виду, что принцип неприкосновенности жилища и недопустимости произвольного лишения жилища является одним из основных принципов не только конституционного, но и жилищного законодательства (статья 25 Конституции Российской Федерации, статьи 1, 3 ЖК РФ).

Принцип недопустимости произвольного лишения жилища предполагает, что никто не может быть выселен из жилого помещения или ограничен в праве пользования им, в том числе в праве получения коммунальных услуг, иначе как по основаниям и в порядке, которые предусмотрены Жилищным кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами (часть 4 статьи 3 ЖК РФ).

Часть 1 статьи 6 Жилищного кодекса РФ закрепляет общеправовой принцип действия законодательства во времени: акт жилищного законодательства не имеет обратной силы и применяется к жилищным отношениям, возникшим после введения его в действие.

Вселение ответчиков в спорное помещение имело место в период действия Жилищного кодекса РСФСР, ст. 48 которого было установлено, что ордер на жилое помещение может быть признан недействительным в судебном порядке в случаях представления гражданами не соответствующих действительности сведений о нуждаемости в улучшении жилищных условий, нарушения прав других граждан или организаций на указанное в ордере жилое помещение, неправомерных действий должностных лиц при решении вопроса о предоставлении жилого помещения, а также в иных случаях нарушения порядка и условий предоставления жилых помещений.

Как разъяснено в пп. "в" п. 41 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 14 от 2 июля 2009 г., нарушение требований ЖК РФ и Правил отнесения жилого помещения к специализированному жилищному фонду при принятии решения о предоставлении гражданину специализированного жилого помещения с учетом положений пункта 2 части 3 статьи 11 ЖК РФ и части 2 статьи 99 ЖК РФ может служить основанием для предъявления в судебном порядке заинтересованными лицами требования о признании этого решения, а также заключенного на его основании договора найма специализированного жилого помещения недействительными и выселении проживающих в жилом помещении лиц.

Требования о признании недействительными решения о предоставлении гражданину специализированного жилого помещения и заключенного на его основании договора найма специализированного жилого помещения подлежат разрешению исходя из аналогии закона (часть 1 статьи 7 ЖК РФ) применительно к правилам, установленным статьей 168 ГК РФ, о недействительности сделки, не соответствующей закону или иным правовым актам, а также пунктом 1 статьи 181 ГК РФ, предусматривающим трехгодичный срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки, течение которого начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

Решение о предоставлении специализированного жилого помещения и, соответственно, договор найма специализированного жилого помещения могут быть признаны недействительными, если будет установлено, что нарушены требования, предъявляемые к форме и порядку принятия указанного решения, а также если отсутствуют необходимые основания для заключения договора специализированного найма жилого помещения.

Указанное разъяснение Пленума применимо и тем правоотношениям, которые возникли до введения в действие ЖК Российской Федерации.

При рассмотрении настоящего дела истцом не были заявлены требования о признании выданного ответчикам ордера недействительным.

Учитывая совокупность представленных сторонами доказательств, с учетом изложенных требований закона, руководящих разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что ответчик ФИО2 и члены ее семьи, в том числе ФИО7 в июне 1994 г. приобрели право пользования спорными комнатами на условиях найма специализированного жилого помещения в связи с работой ФИО2 в учреждении. 

В материалы дела представлен договор найма жилого помещения от 

 № в соответствии с которым наймодатель сдал внаём жилое помещение комнату в общежитии № сроком до 

. 

Из пояснений представителя истца следует, что данный договор является договором коммерческого найма. 

Между тем, стороны подписали вышеназванный договор 

. В указанный период ответчик ФИО2 состояла в трудовых отношениях с наймодателем жилого помещения и каких-либо оснований полагать, что на момент заключения указанного договора отношения по пользованию спорными комнатами как служебными жилыми помещениями были прекращены у суда не имеется. Правоотношения сторон по поводу пользования комнатами ни фактически ни юридически не изменились. Соответственно, суд не может согласиться с доводами стороны истца о том, что договор от 

 является договором коммерческого найма. 

При этом, из смысла положений ст. 109, 110 Жилищного кодекса Российской Федерации РСФСР следует, что срок действия договора найма жилого помещения в общежитии определяется периодом трудовых отношений, прохождения службы или обучения, соответственно, учитывая характер правоотношений сторон, нормы жилищного законодательства о сроке действия данного договора являются специальными по отношению к положениям Гражданского кодекса Российской Федерации.

При таких обстоятельствах правовые основания для удовлетворения исковых требований о расторжении данного договора по тем основаниям, которые заявлены истцом, с учетом уточнения иска, у суда не имеется. 

Право на выход за пределы заявленных правовых и фактических оснований иска у суда в соответствии со ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации отсутствует. 

Такие основания прекращения договора найма указанных комнат как прекращение трудовых отношений между ФИО2 и учреждением, о признании ФИО2 утратившей право пользования жилым помещением в связи с добровольным выездом из спорных помещений истцом не заявлены, в предмет доказывания по данному делу не входили. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 12, 98, 196 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований Государственного автономного профессионального образовательного учреждения Свердловской области «Екатеринбургский монтажный колледж» - отказать в полном объеме.

Решение суда может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме, с подачей апелляционной жалобы через Ленинский районный суд г. Екатеринбурга.

Судья подпись Н.Р. Морозова 

Копия верна

Судья:

Секретарь: