УИД: 66RS0001-01-2020-002354-83

Дело № 2-1571/2020

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Каменск-Уральский 12 ноября 2020 года

Красногорский районный суд г. Каменска-Уральского Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Безукладниковой М. И.,

при секретаре Ивакиной О. В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску

ФИО1

к

ФИО2,

ФИО3

о признании договора купли-продажи жилого помещения недействительными,

УСТАНОВИЛ:

** года между ФИО2 и ФИО3 заключен договор купли-продажи жилого помещения по адресу: 

<

адрес>.

В исковом заявлении истец просит:

- признать договор купли-продажи 

<

адрес>, заключенный ** года между ФИО2 и ФИО3, недействительным,

- восстановить запись регистрации в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество запись прежнего собственника, ФИО4, квартиры по адресу: 

<

адрес>.

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные требования поддержал в полном объеме, суду пояснил, что он подарил дочери спорную квартиру, при этом в договоре дарения за ним было сохранено право пожизненного пользования спорным жилым помещением. Впоследствии дочь продала квартиру ФИО3, которая требует его выселения из квартиры. Полагает свои права нарушенными совершенной сделкой. При этом полагает, что расчет между ответчиками не произведен, ФИО3 жилое помещение фактически не приняла, плату за коммунальные услуги он несет самостоятельно. Просил исковые требования удовлетворить.

Представитель истца ФИО5 ФИО6 в судебном заседании исковые требования поддержала, суду пояснила, что сделка, совершенная ответчиками нарушает права истца, поскольку к нему имеются претензии о прекращении его права пользования спорным жилым помещением и в дальнейшем они также будут возникать. Полагала доказанными обстоятельства отсутствия у ФИО3 денежных средств для приобретения спорного жилого помещения, также имелись обстоятельства, когда ФИО3 заявляла о наличии долгов у ФИО2 перед ней, полагала, что «переписка» квартиры являлась формальной, расчет за жилое помещение не произведен. Просила исковые требования удовлетворить.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась.

Представитель ответчика ФИО3 ФИО7 в судебном заседании исковые требования не признала, суду пояснила, что права истца не нарушаются заключенным договором. Его право пользования спорным жилым помещением констатировано судебным актом, а расчеты по договору и иные обстоятельства на его права не влияют, это правоотношения между ответчиками, однако ФИО2 не заявляла о нарушении своих прав по этим основаниям.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, письменный отзыв по иску суду не представила.

Заслушав стороны, свидетеля, изучив представленные доказательства, суд приходит к следующему.

** года между ФИО2 и ФИО3 заключен договор купли-продажи жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>. По условиям, которого стоимость квартиры составила 2 900 000 рублей 00 копеек (л.д. 8).

Согласно пункту 4 договора купли-продажи от ** года в отчуждаемой квартире зарегистрирован и проживает ФИО1, что подтверждается справкой ТСЖ «Солнечное» № от ** года, который обязуется выписаться и прекратить право пользование квартирой в срок до ** года.

В силу статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Согласно статье 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Приведенная норма возлагает обязанность доказывания неразумности и недобросовестности действий участника гражданских правоотношений на лицо, заявившее требования.

Таким образом, для данного поведения характерны намерения причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав.

Наличие такого поведения у сторон оспариваемой сделки судом не установлено, доказательств его наличия не представлено.

В силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Характеристиками мнимой сделки являются отсутствие намерений сторон создать соответствующие сделке правовые последствия, совершение сделки для вида (что не исключает совершение сторонами некоторых фактических действий, создающих видимость исполнения, в том числе, составление необходимых документов), создание у лиц, не участвующих в сделке, представления о сделке как действительной.

При этом, осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 86 постановления Пленума N 25).

Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения, ее исполнение оформляется документально лишь для вида.

Установление того факта, что подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении соответствующей сделки, является достаточным для ее квалификации как ничтожной.

Согласно пункту 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Обязанность доказать мнимость сделки лежит на лице, заявившем иск о мнимости сделки (часть 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно решению Красногорского районного суда от ** года (л.д. 37-39) требования о выселении ФИО1 из спорного жилого помещения оставлены без удовлетворения, судом признано сохранение права пользования истцом спорным жилым помещением, из чего следует, что ФИО3 приобрела жилое помещение с обременением, которое сохранено.

При установлении у истца самостоятельного права пользования жилым помещением, не подлежащим прекращению вследствие прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения (ч. 4 ст. 31 Жилищного кодекса Российской Федерации), а также вследствие перехода права собственности на жилое помещение (п. 2 ст. 292 Гражданского кодекса Российской Федерации) влечет за собой только одно последствие - обременение жилого помещения правами данного лица, которое следует за правом собственности на жилое помещение.

Поскольку условие пункта 5 договора купли-продажи от ** года об отсутствии каких-либо ограничений в отношении отчуждаемого имущества правами истца и пункта 4 о прекращении права пользования истцом жилым помещением противоречит закону, вследствие чего данные условия договора ничтожны как нарушающие требования закона (п. 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Недействительность части сделки не влечет недействительность прочих ее частей, если можно предположить, что сделка была бы совершена и без включения недействительной части (ст. 180 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Наличие обременения не влечет за собой невозможность перехода права собственности. Соответственно, отсутствуют основания для признания недействительным оспариваемого договора в остальной части, то есть в части перехода права собственности.

В силу части 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Следует учитывать, что достаточно установления факта, что стороны на самом деле не имели намерения, воли на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, однако реально исполненный договор не может являться мнимой или притворной сделкой. Если хотя бы у одной из сторон имелась воля на создание правовых последствий от оспариваемой сделки, то мнимый характер сделки исключается

Заявляя в судебном заседании о мнимости сделки, сторона истца не представила доказательств того, что стороны договора купли-продажи от ** года не имели намерений и воли на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ** суду пояснила, что после того, как узнала от сына, что внучка продала квартиру, она позвонила внучке, которая ей сообщила, что она более не является собственником жилого помещения и все вопросы адресовала новому собственнику ФИО3

Также не представлены доказательства отсутствия денежных средств у ФИО8, свидетель ** заявила о наличии ее предположений об отсутствии денежных средств у ответчицы, однако фактические обстоятельства суду не излагала, указав, что так глубоко в указанные вопросы она не вникала.

Из договора следует, что покупная стоимость передана покупателем продавцу в момент подписания договора, договор в этой части продавцом не оспаривался.

Кроме того, из представленной суду квитанции на оплату жилья и коммунальных услуг (л.д. 10) следует, что лицевой счет открыт на собственника ФИО3

Факт того, что ответчик не реализует свое право собственника путем вселения также не может быть принят судом во внимание, поскольку имущество обременено правом проживания истца в спорной квартире, который фактически использует жилое помещение, в связи с чем вселение ФИО3 не представляется возможным, поскольку она с истцом членом одной семьи не является, что предполагает сложности в использовании жилого помещения совместно.

При таких обстоятельствах, требования истца о признании оспариваемого договора недействительным в силу его мнимости, удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании договора купли-продажи жилого помещения недействительными оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы в канцелярию Красногорского районного суда.

Решение в окончательной форме изготовлено 13 ноября 2020 года.

ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВУЮЩИЙ: М. И. Безукладникова