Судья Жирёнкина Ю.Д. Дело № 22-1825/2020

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

23 апреля 2020 года город Ставрополь 

Судья Ставропольского краевого суда Спиридонов М.С., при секретаре судебного заседания Шишкине М.И., с участием прокурора отдела прокуратуры Ставропольского края Сборец Н.А., защитника - адвоката Онежко Г.В., рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению помощника Георгиевского межрайонного прокурора Ставропольского края Храпач А.А. на приговор Георгиевского городского суда Ставропольского края от 27 января 2020 года, которым

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> края, гражданин России, зарегистрированный по адресу: 

<

адрес>, несудимый, осуждённый 16 августа 2019 года Энгельсским районным судом Саратовской области по п.п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1, п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, с применением ч. 3 ст. 69 УК РФ к 8 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, со штрафом в размере 150000 рублей, 

осуждён по ч. 3 ст. 30 и п.п. «а», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году лишения свободы, на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием по приговору от 16 августа 2019 года окончательно назначено 8 лет 3 месяца лишения свободы, со штрафом в размере 150000 рублей, с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменена на заключение под стражу, ФИО1 взят под стражу в зале суда.

Срок отбывания наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

В срок лишения свободы зачтено время содержания под стражей с 3 по 4 декабря 2017 года, а также время нахождения под домашним арестом с 4 декабря 2017 года по 23 января 2018 года из расчета один день за один день лишения свободы, а также отбытое наказание по приговору от 16 августа 2019 года.

Гражданские иски потерпевших ФИО8 и ФИО6 оставлены без рассмотрения.

Приговором решена судьба вещественных доказательств.

Выслушав выступления сторон, судья апелляционной инстанции

у с т а н о в и л :

ФИО1 признан виновным и осуждён за покушение на кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, с причинением значительного ущерба гражданину, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам

Преступление совершено в 

<

адрес> края при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении помощник Георгиевского межрайонного прокурора Ставропольского края Храпач А.А. считает, что приговор является незаконным и подлежит изменению в связи с неправильным применением уголовного закона. При назначении наказания суд не применил положения ч. 1 ст. 62 и ст. 66 УК РФ. В приговоре не приведены данные лиц, совершивших преступление в соучастии с ФИО1, в отношении которых приговор вступил в законную силу. Просит приговор изменить и снизить размер назначенного ФИО1 наказания.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления, судья апелляционной инстанции приходит к выводу об изменении приговора, поскольку выводы суда, изложенные в приговоре, содержат существенные противоречия, которые повлияли на правильность применения уголовного закона и на определение меры наказания (п. 4 ст. 389.16 УПК РФ), а также судом нарушены требования Общей части УК РФ (п. 1 ч. 1 ст. 389.18 УПК РФ) и допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые повлияли на вынесение законного и обоснованного судебного решения (ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ). 

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осуждён, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, приведенных в приговоре.

Так, показаниями потерпевших ФИО7, ФИО8, ФИО6 установлено, что в конце 2017 года – начале 2018 года каждый из них обнаружил хищение дюралюминиевых элементов оградок, установленных на могилах их родственников на кладбище в 

<

адрес>. Потерпевшая ФИО8 также пояснила, что ее пенсия составляет 10000 рублей в месяц, а потому ущерб в сумме более 5000 рублей является для неё значительным.

Из показаний свидетеля ФИО2 следует, что в ходе патрулирования в ночь на 1 декабря 2017 года при попытке кражи металлических изделий с кладбища были задержаны ФИО1 и ФИО10

Показаниями ФИО10 и ФИО11 установлено, что в ночь на 1 декабря 2017 года они совместно с ФИО1 пытались похитить дюралюминиевые элементы оградок, установленных на могилах на кладбище в 

<

адрес>, однако были задержаны сотрудниками полиции.

Показания ФИО10 и ФИО11, потерпевших и свидетелей об обстоятельствах покушения на хищение полностью согласуются с содержанием протоколов осмотра места происшествия от 1 декабря 2017 года, от 9 января 2018 года и от 29 марта 2018 года, протоколов осмотра предметов от 18 и 21 декабря 2017 года, от 23 января, 16 февраля и 15 марта 2018 года, а также с детализациями телефонных переговоров ФИО1, справками о стоимости похищенного.

Представленные доказательства всесторонне, полно и объективно исследованы судом, с соблюдением требований ст. 252 УПК РФ о пределах судебного разбирательства, правильно оценены в соответствии с положениями ст. ст. 87, 88 и 307 УПК РФ, при этом суд обоснованно пришел к выводу о достоверности показаний потерпевших и свидетелей, учитывая, что они логичны, последовательны, согласуются между собой и подтверждаются всей совокупностью собранных по делу доказательств. В ходе судебного разбирательства не было установлено каких-либо оснований у потерпевших и свидетелей обвинения для оговора осуждённого, либо заинтересованности в исходе дела.

Суд обоснованно принял за основу приговора явку ФИО1 с повинной, а также явки с повинной ФИО10 и ФИО11 

Суд апелляционной инстанции находит приведенные судом первой инстанции в приговоре мотивы оценки доказательств убедительными.

Уголовное дело рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон. Нарушений права осуждённого на защиту ни в ходе предварительного следствия, ни в ходе судебного заседания не допущено. Как следует из протокола судебного заседания, суд создал сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Суд первой инстанции исследовал все представленные сторонами доказательства и разрешил по существу все заявленные ходатайства в порядке, установленном ст. ст. 256, 271 УПК РФ, путем их обсуждения всеми участниками судебного заседания и вынесения судом соответствующих постановлений. Данных о необоснованном отклонении ходатайств, в том числе, заявленных и стороной защиты, судом апелляционной инстанции не установлено.

Нарушений каких-либо норм уголовно-процессуального закона, которые могли бы повлиять на постановление законного и обоснованного приговора, либо влекущих безусловную отмену приговора, органами предварительного следствия и судом при рассмотрении дела в судебном заседании допущено не было. Каких-либо оснований, свидетельствующих о необъективности и предвзятости органов предварительного следствия и суда в соответствии с требованиями ст. ст. 61, 63 УПК РФ, по делу не установлено.

Тем не менее, имеются основания для изменения приговора в апелляционном порядке.

Согласно п. 1 ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления.

Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу приговором, за исключением приговора, постановленного судом в соответствии со ст.ст. 226.9, 316 или 317.7 УПК РФ, либо иным вступившим в законную силу решением суда, принятым в рамках гражданского, арбитражного или административного судопроизводства, признаются судом, прокурором, следователем, дознавателем без дополнительной проверки. При этом такие приговор или решение не могут предрешать виновность лиц, не участвовавших ранее в рассматриваемом уголовном деле (ст. 90 УПК РФ).

Данные требования уголовно-процессуального закона судом не выполнены.

Согласно обвинительному заключению преступление совершено ФИО1 совместно с ФИО10 и ФИО11, которые были осуждены за данное преступление приговором Георгиевского городского суда Ставропольского края от 22 июля 2019 года, вступившим в законную силу 1 августа 2020 года. Данным приговором установлено, что совместными действиями ФИО10, ФИО12 и лица, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство (ФИО1) мог быть причинён материальный ущерб: ФИО7 – на сумму 456 рублей, ФИО8 – на сумму 5624 рубля, ФИО6 - на сумму 1216 рублей, всего на сумму – 7296 рублей, при этом только ФИО8 мог быть причинён значительный ущерб.

Однако суд оставил эти обстоятельства без внимания и в описании преступного деяния указал, что ФИО1 и соучастники похитили дюралюминиевые элементы могильных оградок, принадлежащие: ФИО7 – на сумму 456 рублей, ФИО8 – на сумму 5624 рубля, ФИО6 – на сумму 1216 рублей, тем самым действиями ФИО1 и соучастников потерпевшим «ФИО7, ФИО8, ФИО6 мог быть причинён значительный ущерб с учётом определённой стоимости похищенного имущества как изделия потерпевшей ФИО13 в сумме 30000 рублей и потерпевшей ФИО6 в сумме 15000 рублей, на общую сумму 45456 рублей».

То есть в описании преступного деяния допущено противоречие между стоимостью похищенного имущества и размером причинённого потерпевшим ФИО8 и ФИО6 имущественного ущерба. К тому же указание о причинении значительного ущерба всем трём потерпевшим противоречит вступившему в законную силу вышеуказанному приговору от 22 июля 2019 года, которым причинение значительного ущерба установлено только в отношении ФИО8

Кроме того, при квалификации совершённого ФИО1 деяния судом указано, что ФИО8 причинён значительный ущерб на сумму 5624 рубля, а ФИО6 причинён имущественный ущерб на сумму 1216 рублей, при этом суд исключил из обвинения признак причинения ФИО6 значительного ущерба как не нашедший своего подтверждения.

То есть вопреки требованиям ст.ст. 299 и 307 УПК РФ в приговоре допущены противоречия между описанием преступного деяния и его квалификацией.

Устраняя допущенные судом первой инстанции нарушения уголовно-процессуального закона и неправильное применение уголовного закона, судья апелляционной инстанции считает необходимым исключить из описания преступного деяния указание о том, что потерпевшим ФИО7 и ФИО6 мог быть причинён значительный ущерб, а также исключить из описания преступного деяния последнюю фразу: «с учётом определённой стоимости похищенного имущества как изделия потерпевшей ФИО13 в сумме 30000 рублей и потерпевшей ФИО6 в сумме 15000 рублей, на общую сумму 45456 рублей».

Кроме того, заслуживают внимания доводы апелляционного представления о неправильном применении уголовного закона при назначении ФИО1 наказания.

Как видно из приговора, суд признал смягчающими наказание обстоятельствами, в том числе, явку с повинной и активное способствование раскрытию и расследованию преступления (п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ).

Обстоятельств, отягчающих наказание, судом не установлено.

Поэтому при назначении ФИО1 наказания суд был обязан применить положения ч. 1 ст. 62 УК РФ, однако в приговоре нет указания об этом.

К тому же, установив совершение ФИО1 покушения на преступление, суд при назначении наказания не указал о применении положений ч. 3 ст. 66 УК РФ.

Тем самым судом не выполнены требования ст. 307 УПК РФ о необходимости мотивировать в обвинительном приговоре выводы по вопросам, связанным с назначением уголовного наказания, его вида и размера.

Отсутствие в приговоре указания о применении ч. 1 ст. 62, ч. 3 ст. 66 УК РФ свидетельствует о том, что при назначении наказания суд исходил из верхнего предела санкции ч. 2 ст. 158 УК РФ и тем самым необоснованно ухудшил положение ФИО1

При таких данных назначенное ФИО1 наказание не может быть признано справедливым, оно подлежит смягчению путем снижения срока лишения свободы.

В остальном выводы суда по вопросам наказания в приговоре соответствуют требованиям закона.

Доводы апелляционного представления о том, что суд не указал в описании преступного деяния данные о соучастниках ФИО1 - ФИО10 и ФИО11, - не свидетельствуют о незаконности приговора, поскольку не являются существенными нарушениями уголовно-процессуального закона.

На основании изложенного, руководствуясь гл. 45.1 УПК РФ, судья апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л :

приговор Георгиевского городского суда Ставропольского края от 27 января 2020 года в отношении ФИО1 изменить:

- исключить из описания преступного деяния указание о том, что потерпевшим ФИО7 и ФИО6 мог быть причинён значительный ущерб, а также исключить из описания преступного деяния последнюю фразу: «с учётом определённой стоимости похищенного имущества как изделия потерпевшей ФИО13 в сумме 30000 рублей и потерпевшей ФИО6 в сумме 15000 рублей, на общую сумму 45456 рублей»;

- с учётом положений ч. 1 ст. 62, ч. 3 ст. 66 УК РФ смягчить назначенное ФИО1 по ч. 3 ст. 30 и п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ наказание в виде лишения свободы, снизив его срок до 10 месяцев;

- на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием по приговору Энгельсского районного суда Саратовской области от 16 августа 2019 года, окончательно назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы на срок 8 (восемь) лет 1 (один) месяц, со штрафом в размере 150000 (сто пятьдесят тысяч) рублей, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

В остальном приговор оставить без изменения.

Апелляционное представление удовлетворить частично.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке согласно главе 47.1 УПК РФ.

Мотивированное постановление составлено 23 апреля 2020 года.

Судья М.С. Спиридонов