Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

25 сентября 2020 г. г. Усть-Кут

Усть-Кутский городской суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Колесниковой А.В., при секретаре судебного заседания Петровой Л.Ю., с участием истца ФИО1, его представителя Дучинского А.Б., представителя ответчика общества с ограниченной ответственностью производственно-коммерческая фирма «Дилижанс» ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-506/2020 по исковому заявлению ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью Производственно-коммерческая фирма «Дилижанс» о взыскании заработной платы, компенсации за задержку выплаты заработной платы, компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью Производственно-коммерческая фирма «Дилижанс» (далее ООО ПКФ «Дилижанс») о взыскании заработной платы, компенсации за задержку выплаты заработной платы, компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов.

В обоснование искового заявления с учетом заявления об изменении и дополнении исковых требований ФИО1 указывает, что он работает на предприятии ООО ПКФ «Дилижанс» на основании трудового договора от 1 июля 2018 г. по настоящее время в должности заведующего хозяйством с окладом за полный календарный месяц 7 222,22 рублей, северная надбавка 50 % и районный коэффициент 30 %. За период с 1 мая 2019 г. по день обращения в суд ему не выплачена заработная плата и компенсация за неиспользованные отпуска (2019 г., 2020 г.).

В связи с частичным признанием ответчиком исковых требований и выплатой неполученной заработной платы за период с апреля по октябрь 2019 г. в сумме 93 898 рублей, из расчета заработной платы 13 414 рублей, истец считает, что ответчик грубо нарушил требование Федерального закона от 19 июня 2000 г. № 82-ФЗ при определении задолженности по невыплаченной заработной плате за период с апреля по октябрь 2019 г.

В Усть-Кутском районе Иркутской области с 1 января 2020 г. МРОТ с учетом районного коэффициента составил 20 621 рубль. Работодатели, чьи сотрудники получают зарплату меньше положенного МРОТ с 1 января 2020 г. в Иркутской области с учетом коэффициента, должны будут ее проиндексировать в обязательном порядке.

Также считает, что задолженность ответчика по невыплаченной заработной плате за период с ноября 2019 г. по июль 2020 г. должна рассчитываться из расчета МРОТ с учетом районного коэффициента 20 621 рубль и составляет 185 589 рублей.

ФИО1 просит суд взыскать с ООО ПКФ «Дилижанс» в свою пользу недополученную заработную плату за период с апреля по октябрь 2019 г. в размере 50 449 рублей, задолженность по заработной плате за период с ноября 2019 г. по июль 2020 г. в размере 185 589 рублей, денежную компенсацию за задержку выплат за каждый день задержки, начиная со следующего дня после установленного срока выплаты с 1 мая 2019 г., в счет компенсации морального вреда 50 000 рублей, судебные издержки в размере 25 000 рублей за услуги по составлению искового заявления и представительство в суде.

Истец ФИО1 и его представитель адвокат Дучинский А.Б., действующий на основании ордера от 18 мая 2020 г. № 89/20, в судебном заседании исковые требования поддержали по основаниям, изложенным в исковом заявлении, просили их удовлетворить.

Представитель ответчика ООО ПКФ «Дилижанс» ФИО2, действующий на основании доверенности от 1 мая 2020 г., исковые требования не признал по основаниям, изложенным в возражениях на исковое заявление, просил применить срок исковой давности по требованиям о размере заработной платы, в удовлетворении заявленных требований отказать, суду пояснил, что задолженности по заработной плате у ООО ПКФ «Дилижанс» перед истцом не имеется.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы гражданского дела, допросив свидетеля, суд приходит к следующим выводам.

Согласно статье 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на предоставление ему работы, обусловленной трудовым договором; своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

В соответствии со статьей 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

В силу статьи 129 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата (оплата труда работника) – вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Согласно статье 135 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

В соответствии со статьей 136 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца. Конкретная дата выплаты заработной платы устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором или трудовым договором не позднее 15 календарных дней со дня окончания периода, за который она начислена.

Судом установлено, что истец ФИО1 с 1 июля 2018 г. работает в ООО ПКФ «Дилижанс» в должности заведующего хозяйством, что подтверждается трудовым договором от 1 июля 2018 г., приказом о приеме работника на работу от 1 июля 2018 г. № 00000012 и лицами, участвующими в деле, не оспаривается.

В силу пункта 5 трудового договора ФИО1 установлена 40-качасовая рабочая неделя в соответствии с графиками сменности и пределами установленной законом нормы рабочего времени. Время работы с 09:00 до 17:00 часов, перерыв на обед с 13:00 до 14:00 часов.

ФИО1 обязался выполнять свои трудовые обязанности эффективно и добросовестно в соответствии с положениями настоящего договора, а также иными локальными нормативными актами работодателя (пункт 10.1 трудового договора), соблюдать трудовую дисциплину и выполнять установленные нормы труда (пункт 10.4 трудового договора), соблюдать действующие в организации Правила внутреннего трудового распорядка, а также приказы и распоряжения руководства (пункт 10.6 трудового договора).

Представитель ответчика в судебном заседании пояснил, что внутренних локальных нормативных актов у ООО ПКФ «Дилижанс» не имеется.

Согласно пунктам 6.1-6.3 трудового договора оплата работнику за полный календарный месяц оклад составляет 7 222,22 рублей, начисление выплат северная надбавка 50 % и районный коэффициент 30 %. Выплата заработной платы производиться два раза в месяц в кассе работодателя. Первая не позднее 15 числа, вторая не позднее 30 числа месяца. Работодатель имеет право пересматривать размер заработной платы в течение всего срока настоящего договора на основании оценки профессиональных качеств работника или в связи с изменениями его должностных обязанностей. Работодатель гарантирует выплату заработной платы не ниже установленного Федеральным законом минимального размера заработной платы при условии, что работником полностью отработана за этот период норма рабочего времени и выполнены нормы труда.

Как следует из представленных ответчиком расчетных листов за апрель-октябрь 2019 г., ФИО1 начислена заработная плата из следующего расчета: оклад – 8 333,33 рублей, северная надбавка – 4 166,67 рублей, районный коэффициент – 2 500 рублей, итого – 15 000 рублей, НДФЛ – 1 586 рублей, на руки – 13 414 рублей.

Истец утверждает, что заработная плата ему перестала выплачиваться работодателем с мая 2019 г. (за апрель 2019 г.). С ноября 2019 г. он не приходит на работу, так как у него нет рабочего места, ему никто не звонит с работы и не говорит, какую работу необходимо выполнить. До этого он по договоренности с руководством ООО ПКФ «Дилижанс» делал ремонт у ответчика, поэтому приезжал на работу рано утром, уезжал поздно вечером, работал в выходные дни. Затем произошел конфликт, истцу перестали выплачивать заработную плату. Работа заведующего хозяйством заключалась в том, что ему звонили, говорили о неполадках, он приезжал и устранял их, сейчас звонков не поступает, поэтому считает, что он не должен приходить на работу.

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик указывает, что истец не приходил в кассу предприятия за получением заработной платы, как об этом указано в трудовом договоре, в связи с чем вины работодателя в неполучении заработной платы истцом не имеется. Кроме того, с 5 ноября 2019 г. истец перестал выходить на работу, причину невыхода, а также уведомления о невыходе в адрес работодателя не направил, в связи с чем работодателем в табеле учета рабочего времени истцу проставляется НН (неявка по невыясненным причинам) и заработная плата не начисляется. В подтверждение невыхода ФИО1 на работу ответчиком представлены табели учета рабочего времени и акты об отсутствии работника на рабочем месте за период с 5 ноября 2019 г. по 31 июля 2020 г.

Из объяснений сторон следует, что с августа 2020 г. истец ФИО1 находится в очередном отпуске.

В платежных ведомостях о выдаче заработной платы работникам ООО ПКФ «Дилижанс» за январь-октябрь 2019 г. сумма заработной платы ФИО1 указана 13 414 рублей. При этом в ведомостях о выдаче заработной платы за апрель-октябрь 2019 г. подписи ФИО1 не имеется.

Заработная плата за апрель-октябрь 2019 г. перечислена работодателем на банковскую карту истца в период рассмотрения настоящего дела ДД.ММ.ГГГГ на основании его заявления, что подтверждается платежным поручением от 29 мая 2020 г. №. Заработная плата за 1 ноября 2019 г. в размере 652 рубля выплачена истцу работодателем 7 сентября 2020 г., что подтверждается платежным поручением от 7 сентября 2020 г. №.

Таким образом, судом установлено, что истцу выплачена установленная трудовым договором заработная плата за фактически отработанные периоды времени.

В судебном заседании по ходатайству истца и его представителя в качестве свидетеля допрошен ФИО5, который суду показал, что он работал с истцом зимой 2019 г., делали ремонт в 6 магазине. Рабочий день начинался в 9 часов утра и заканчивался в 8 или 9 часов вечера, работали в выходные дни. О том, что ФИО1 работал завхозом, ему не известно. Заработную плату выплачивал ФИО6 Официальный трудовой договор со свидетелем не заключался.

Суд не может принять в качестве надлежащего доказательства показания допрошенного свидетеля, поскольку они не могут дать точные и достоверные сведения о работе истца у ответчика, фактах выплаты или невыплаты ему заработной платы.

Разрешая возникший спор, исследовав и оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу, что истец без согласования с работодателем фактически не выходил на работу в период с 5 ноября 2019 г. по июль 2020 г., не осуществлял свою трудовую функцию, указанную в трудовом договоре, уважительных причин отсутствия на рабочем месте не представил, заявления с указанием причин отсутствия на работе не подавал. При этом судом не установлено чинение ФИО1 препятствий в выходе на работу со стороны работодателя, а также незаконного лишения возможности трудиться в указанный период. Решение работодателя о возможности отсутствия работника на рабочем месте также не принималось.

Учитывая установленные обстоятельства, в удовлетворения исковых требований ФИО1 о взыскании задолженности по заработной плате за период с 5 ноября 2019 г. по июль 2020 г., а также компенсации за задержку выплаты заработной платы за указанный период следует отказать, поскольку заработная плата в силу статьи 129 Трудового кодекса Российской Федерации подлежит выплате только за отработанное время.

Разрешая требования ФИО1 о взыскании недополученной заработной платы за период с апреля по октябрь 2019 г., суд исходит из положений части 5 и 6 статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которым условия оплаты труда, определенные трудовым договором, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, не могут быть ухудшены по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

В силу статьи 130 Трудового кодекса Российской Федерации величина минимального размера оплаты труда в Российской Федерации включена в систему основных государственных гарантий по оплате труда работников.

Согласно статье 133 Трудового кодекса Российской Федерации минимальный размер оплаты труда устанавливается одновременно на всей территории Российской Федерации федеральным законом (часть 1), при этом месячная заработная плата работника, полностью отработавшего за этот период норму рабочего времени и выполнившего нормы труда (трудовые обязанности), не может быть ниже минимального размера оплаты труда (часть 3), а согласно части 2 статьи 133.1 этого же Кодекса размер минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации не может быть ниже минимального размера оплаты труда, установленного федеральным законом.

Конкретная сумма минимальной оплаты труда на соответствующий период устанавливается статьей 1 Федерального закона от 19 июня 2000 г. № 82-ФЗ «О минимальном размере оплаты труда» (с последующими изменениями) в едином размере для всей Российской Федерации без учета каких-либо особенностей климатических условий, в которых исполняются трудовые обязанности работников.

Между тем частью 2 статьи 146 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что труд работников, занятых на работах в местностях с особыми климатическими условиями, оплачивается в повышенном размере.

В соответствии со статьей 148 Трудового кодекса Российской Федерации порядок и размер оплаты труда на работах в местностях с особыми климатическими условиями устанавливаются трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Федеральным законом от 19 июня 2000 г. № 82-ФЗ «О минимальном размере оплаты труда» с 1 января 2019 г. в Российской Федерации установлен минимальный размер оплаты труда в размере 11 280 рублей в месяц, с 1 января 2020 г. в размере 12 130 рублей в месяц.

Постановлением Совета Министров СССР от 10 ноября 1967 г. № 1029 «О порядке применения Указа Президиума Верховного Совета СССР от 26 сентября 1967 г. «О расширении льгот для лиц, работающих в районах Крайнего Севера и в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера» г. Усть-Кут Иркутской области включен в Перечень местностей, приравненных к районам Крайнего Севера.

Как следует из представленного истцом расчета, задолженность ответчика по невыплаченной заработной плате с апреля по ноябрь 2019 г. составляет 50 449 рублей, исходя из минимального размера оплаты труда с учетом районного и северного коэффициентов 20 621 рубль.

Согласно представленным в материалы дела доказательствам истцом в период с апреля по 1 ноября 2019 г. выработана норма рабочего времени, в связи с чем суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании суммы недоначисленной и невыплаченной заработной платы за указанный период.

Вместе с тем суд не может принять представленный истцом расчет, поскольку он произведен неверно, в нем использован размер минимального размера оплаты труда, установленный с 1 января 2020 г., в то время как подлежит взысканию недополученная заработная плата за период с апреля по 1 ноября 2019 г., в связи с чем суд полагает возможным произвести расчет самостоятельно.

Заработная плата истца в 2019 г. с учетом минимального размера оплаты труда, северной надбавки и районного коэффициента должна составлять 20 304 рубля (11 280 (МРОТ на 2019 г.) х 50 % (северная надбавка) х 30 % (районный коэффициент).

Сумма недоначисленной и невыплаченной заработной платы составляет за апрель 2019 г. – 6 890 рублей (20 304 – 13 414), за май 2019 г. – 6 890 рублей (20 304 – 13 414), за июнь 2019 г. – 6 890 рублей (20 304 – 13 414), за июль 2019 г. – 6 890 рублей (20 304 – 13 414), за август 2019 г. – 6 890 рублей (20 304 – 13 414), за сентябрь 2019 г. – 6 890 рублей (20 304 – 13 414), за октябрь 2019 г. – 6 890 рублей (20 304 – 13 414), за ноябрь 2019 г. (1 день) – 363,20 рублей (20 304/20 – 652), всего: 37 491,20 рублей.

Представитель ответчика в судебном заседании заявил о пропуске срока обращения в суд с требованиями о взыскании заработной платы с учетом минимального размера оплаты труда, указывая, что при заключении трудового договора истец знал о размере своей заработной платы, поэтому срок обращения в суд им пропущен.

Обсуждая данное ходатайство, суд исходит из положений части 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй и третьей настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом (часть 3 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).

Как следует из искового заявления, объяснений истца и его представителя, ФИО1 просит взыскать в том числе недополученную им заработную плату с апреля по 1 ноября 2019 г. С настоящим исковым заявлением ФИО1 обратился в суд согласно штемпелю на почтовом конверте 15 апреля 2020 г.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что срок, установленный частью 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, истцом не пропущен, в связи с чем с ответчика в пользу истца подлежит взысканию недополученная заработная плата за период с апреля 2019 г. по 1 ноября 2019 г. в размере 37 491,20 рублей.

В соответствии со статьей 23 Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщики обязаны уплачивать законно установленные налоги.

В силу статьи 209 Налогового кодекса Российской Федерации объектом налогообложения признается доход, полученный налогоплательщиками: от источников в Российской Федерации и (или) от источников за пределами Российской Федерации – для физических лиц, являющихся налоговыми резидентами Российской Федерации. При определении налоговой базы учитываются все доходы налогоплательщика, полученные им как в денежной, так и в натуральной формах, или право на распоряжение которыми у него возникло, а также доходы в виде материальной выгоды.

Таким образом, с взысканной в пользу истца заработной платы подлежит уплате налог на доходы физических лиц.

Положениями статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Размер выплачиваемой работнику денежной компенсации может быть повышен коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором. Обязанность по выплате указанной денежной компенсации возникает независимо от наличия вины работодателя.

Судом установлено, что выплата заработной платы истцу за период с апреля по ноябрь 2019 г. за отработанное время произведена работодателем с нарушением установленного срока, в связи с чем в силу требований статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации с ответчика в пользу истца подлежит взысканию денежная компенсация за задержку выплаты заработной платы.

Согласно представленному истцом расчету компенсация за задержку выплаты заработной платы с апреля по октябрь 2019 г. составляет 17 924,18 рублей, указана сумма задержанных средств 93 893 рубля. Также истцом представлен расчет минимального размера компенсации за задержку заработной платы на сумму задержанных средств 185 589 рублей за период со 2 ноября 2019 г. по 1 августа 2020 г., в соответствии с которым компенсация составляет 19 660,05 рублей.

Как следует из расчета, представленного ответчиком, предполагаемая компенсация за задержку заработной платы с апреля по октябрь 2019 г. составляет 12 156,13 рублей, за ноябрь 2019 г. составляет 71,95 рублей.

Проверив представленные расчеты, суд принимает расчет ответчика, поскольку он произведен арифметически правильно, исходя из размера задержанной заработной платы за каждый месяц и начисленных на него процентов в размере одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация за задержку выплаты заработной платы за период с апреля по октябрь 2019 г. в размере 12 156,13 рублей, за ноябрь 2019 г. в размере 71,95 рублей, всего 12 228,08 рублей.

При этом суд не может принять во внимание доводы ответчика о том, что истец сам не приходил в кассу работодателя за получением заработной платы, так как ФИО1 в указанный период времени осуществлял трудовую деятельность у ответчика, приходил на работу, с его слов, он обращался к работодателю с требованием выплатить заработную плату, однако из-за случившегося конфликта ему заработная плата не выплачивалась. Доказательств, подтверждающих, что истец отказался получить начисленную заработную плату, материалы дела не содержат.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 о взыскании с ответчика компенсации за задержку выплаты заработной платы в большем размере следует отказать.

Разрешая требования о взыскании компенсации морального вреда, суд исходит из положений статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которым моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в соответствии с частью четвертой статьи 3 и частью девятой статьи 394 Кодекса суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда.

Учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

В соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Исходя из фактических обстоятельств дела, установленных нарушений трудовых прав истца, характера и степени причиненных ему нравственных страданий, требований разумности и справедливости, суд в соответствии с положениями статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации считает необходимым определить сумму компенсации морального вреда в размере 5 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 о взыскании с ответчика компенсации морального вреда в большем размере следует отказать.

В силу части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах (часть 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Истцом заявлено требование о взыскании с ответчика судебных издержек за услуги по составлению искового заявления и представительство в суде в размере 25 000 рублей, в подтверждение чего представлена квитанция к приходному кассовому ордеру от 14 апреля 2020 г. № 66/20 об оплате указанной суммы адвокату Дучинскому А.Б. за составление искового заявления и представительство в Усть-Кутском городском суде при рассмотрении гражданского дела.

Поскольку суд пришел к выводу о частичном удовлетворении исковых требований ФИО1, судебные расходы по оплате услуг представителя подлежат взысканию с ответчика ООО ПКФ «Дилижанс» в пользу истца.

Обсуждая вопрос о подлежащей взысканию сумме на оплату услуг представителя, суд исходит из того, что обязательства по оказанию юридических услуг представителем исполнены, денежная сумма оплачена в полном объеме, представитель принимал участие в судебных заседаниях.

Исходя из обстоятельств дела, оценки объема работ по оказанию юридической помощи, сложности дела, разумных пределов оплаты услуг представителя, суд приходит к выводу, что в пользу истца ФИО1 подлежат взысканию расходы на оплату услуг представителя в размере 12 000 рублей, поскольку данная сумма при рассмотрении конкретного дела является разумной.

При этом суд учитывает правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, изложенную в Определении от 17 июля 2007 г. № 382-О-О о том, что обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым – на реализацию требования части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации о том, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 о взыскании с ООО ПКФ «Дилижанс» судебных издержек в большем размере следует отказать.

В соответствии с требованиями статей 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика ООО ПКФ «Дилижанс» в доход бюджета Усть-Кутского муниципального образования подлежит взысканию государственная пошлина в размере 1 991,55 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199, 209 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью производственно-коммерческая фирма «Дилижанс» в пользу ФИО1, недополученную заработную плату за период с апреля 2019 г. по 1 ноября 2019 г. в размере 37 491,20 рублей (с правом ответчика удержать установленные действующим законодательством обязательные налоги и взносы), денежную компенсацию за задержку выплаты заработной платы в размере 12 228,08 рублей, компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей, судебные издержки за услуги по составлению искового заявления и представительство в суде в размере 12 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью производственно-коммерческая фирма «Дилижанс» в остальной части – отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью производственно-коммерческая фирма «Дилижанс» в доход бюджета Усть-Кутского муниципального образования государственную пошлину в размере 1 991,55 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Усть-Кутский городской суд Иркутской области в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий А.В. Колесникова

Решение суда в окончательной форме принято 2 октября 2020 г.