Дело № 2- 289\18

Решение

Именем Российской Федерации

15 февраля 2018 года

Пролетарский районный суд г. Ростова-на-Дону

в составе председательствующего судьи Мельситовой И.Н.

при секретаре Руфуллаевой А.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 ЭР в интересах несовершеннолетней ФИО1 к МКУ «УЖКХ ФИО8 

<

адрес>, ФИО4 

<

адрес> о признании права пользования квартирой и обязании заключить договора найма жилого помещения,

Установил:

В суд обратилась ФИО3 ЭР в интересах несовершеннолетней ФИО1 к МКУ «УЖКХ ФИО8 

<

адрес>, ФИО4 

<

адрес> о признании права пользования квартирой и обязании заключить договора найма жилого помещения, указывая на следующее.

Между МУ Дирекцией муниципального имущества и благоустройства ФИО8 

<

адрес> и ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ заключен договор найма жилого помещения в общежитии расположенного по адресу: г, 

<

адрес>, 

<

адрес>. 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО15 Павел ФИО7 умер. ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является дочерью. ФИО2, в договор социального найма не была включена, но периодически проживала с отцом.

При жизни отец ребенка собирался прописать и включить ее в договор соц.найма, кроме этого у него были намерения приватизировать жилое помещение в котором проживал, но не успел этого сделать по независящим от него причинам. После смерти ФИО2 ребенок с матерью проживает в квартире. Ребенок является инвалидом детства, другого жилья не имеет.

После его смерти возникли объективные препятствия в пользовании. От имени дочери ее законный ФИО4 обращалась к наймодателю о переоформлении правоотношений по договору найма на себя в интересах дочери. Однако в этом ей было отказано. Отказ мотивирован тем, что другие граждане в качестве членов семьи нанимателя в 

<

адрес> по ул. ФИО1486 в том числе несовершеннолетняя ФИО1 нанимателем не вселялась, в соответствии с п.5 ст. 83 ЖК РФ договор социального найма жилого помещения прекращается в связи со смертью одиноко проживающего нанимателя, правовые основания для оформления договора социального найма с ФИО1 отсутствуют. 

С отказом МКУ « УЖКХ ФИО8 

<

адрес>» истец не согласна, считает отказ незаконный, нарушает права и интересы дочери, которая как несовершеннолетняя не может быть самостоятельным нанимателем, однако это не препятствует ей, как законному ФИО4 от имени дочери оформить и исполнять договор найма.

Мать ФИО1 в зарегистрированном браке с ФИО2 не состояла, однако они вместе проживали длительное время и вели совместное хозяйство. От сожительства у них в 2004 году родилась дочь ФИО1. ФИО1 является инвалидом, и нуждается в постоянном уходе, и мать и отец поочередно ухаживали за дочерью. Т.к. у ФИО2 график работы позволял ему больше уделять внимания дочери, она находилась чаще с ним и проживала в спорной квартире. В квартире по настоящее время находятся ее личные вещи. Другого жилья на праве собственности либо по договору социального найма не имеет. 

Поскольку ФИО1 вселилась и жила в спорном жилье в качестве члена семьи нанимателя ФИО2 при жизни, то в силу ч. 2 ст. 82 ЖК РФ она приобрела равные права с отцом при его жизни. При таких обстоятельствах, ФИО1 должна быть признана нанимателем спорного жилого помещения вместо умершего прежнего нанимателя и с ней должен быть заключен договор социального найма в лице ее матери ФИО3 ЭР, которая отвечает по её обязательствам до совершеннолетия. 

По смыслу указанных норм права, несовершеннолетние дети приобретают право на жилую площадь, определяемую им в качестве места жительства соглашением родителей, форма которого законом не установлена. Заключение такого соглашения, выступает предпосылкой приобретения ребенком права пользования конкретным жилым помещением, могущего возникнуть независимо от факта регистрации ребенка в такое жилое помещение, т.к. регистрация является административным актом и не влечет за собой ограничение прав ФИО1, включая ее право на жилище, в силу того, что несовершеннолетние дети не имеют возможности самостоятельно реализовать право на вселение. 

При этом, закон не устанавливает какого-либо срока, по истечении которого то или иное лицо может быть признано при обретшим право пользования жилым помещением. 

Указывая на изложенное, истец обратился в суд с настоящим иском в котором просила признать право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: 

<

адрес> за ФИО1, обязать МКУ «Управление жилищно-коммунального хозяйства» ФИО8 

<

адрес> заключить договор социального найма жилого помещения расположенного по адресу: 

<

адрес>.

В судебном заседании законный ФИО4 истца и ее ФИО4 поддержали заявленные требования и просили удовлетворить их в полном объеме.

ФИО4 МКУ УЖКХ ФИО8 

<

адрес> и ФИО4 

<

адрес> с исковыми требованиями не согласились и просили в иске отказать, сославшись на его недоказанность.

Выслушав лиц, участвующих в деле, свидетелей, исследовав письменные доказательства по делу, суд приходит к следующему.

В силу пункта 1 части 1 статьи 67 ЖК РФ наниматель жилого помещения по договору социального найма имеет право в установленном порядке вселять в занимаемое жилое помещение иных лиц. 

На основании части 1 статьи 69 ЖК РФ к членам семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма относятся проживающие совместно с ним его супруг, а также дети и родители данного нанимателя. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы признаются членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, если они вселены нанимателем в качестве членов его семьи и ведут с ним общее хозяйство. 

Из смысла названных норм права следует, что значение имеют не только наличие родственных отношений, но совместного проживание одной семьей и ведение с ним общего хозяйства. 

Из положений части 1 статьи 70 ЖК РФ следует, что наниматель с согласия в письменной форме членов своей семьи, в том числе временно отсутствующих членов своей семьи, вправе вселить в занимаемое им жилое помещение по договору социального найма своего супруга, детей и родителей или с согласия в письменной форме членов своей семьи, в том числе временно отсутствующих членов своей семьи, и наймодателя - других граждан в качестве проживающих совместно с ним членов своей семьи. 

Исходя из положений п. 1 ст. 56 и п. 1 ст. 63 СК РФ родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей, обязаны заботиться о здоровье детей, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, а расторжение между родителями брака или их раздельное проживание не влияют на права ребенка, в том числе на его жилищные права. 

Таким образом, само по себе прекращение семейных отношений между родителями несовершеннолетнего ребенка, проживающего с ними в одном жилом помещении, и их раздельное проживание не влекут утрату ребенком права пользования данным жилым помещением. 

В соответствии с частью 1 статьи 40 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища. Дети, семья находятся под защитой государства (часть 1 статьи 38 Конституции Российской Федерации). Согласно статье 65 СК РФ обеспечение интересов детей должно быть предметом основной заботы их родителей. 

Местом жительства несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет, признается место жительства их законных ФИО4 - родителей, усыновителей или опекунов (п. 2 ст. 20 ГК РФ). 

В соответствии с положениями статьи 69 ЖК РФ члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма имеют равные с нанимателем права и обязанности (ч. 2). 

В силу статьи 71 ЖК РФ временное отсутствие нанимателя жилого помещения по договору социального найма, кого-либо из проживающих совместно с ним членов его семьи или всех этих граждан не влечет за собой изменения их прав и обязанностей по договору социального найма. 

Из материалов дела следует, что МУ Дирекцией муниципального имущества и благоустройства ФИО8 

<

адрес> и ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ заключен договор найма жилого помещения в общежитии расположенного по адресу: г, ФИО5-

<

адрес>, 

<

адрес> 

<

адрес>, 

<

адрес>. 

Между тем, здание указанного общежития на основании решения Арбитражного суда РО № от 25.04.2008г., определения Арбитражного суда РО от 19.08.2008г. и Распоряжения Мэра 

<

адрес> № от 29.10.2008г. передано в оперативное управление МКУ «ДМиБ ФИО8 

<

адрес>» 

<

адрес>.

Введение в законодательство нормы статьи 7 Федерального закона "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации", как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от ДД.ММ.ГГГГ N 425-О-О, было обусловлено задачей защиты прав именно тех граждан, которые после передачи органам местного самоуправления общежитий, ранее принадлежавших государственным или муниципальным предприятиям (учреждениям), выполнявшим в отношении указанных граждан функцию и наймодателя, и работодателя, оказались пользователями жилых помещений, принадлежащих другому наймодателю, не являющемуся их работодателем. Соответственно, распространяя на жилые помещения в общежитиях правовой режим социального найма и тем самым фактически предрешая вопрос о правовом режиме самих зданий, в которых они находятся, федеральный законодатель преследовал цель устранить неопределенность правовых последствий передачи этих зданий в ведение органов местного самоуправления.

В судебной практике статья 7 Федерального закона "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации" рассматривается как не позволяющая применять нормы Жилищного кодекса Российской Федерации о договоре социального найма к отношениям по пользованию жилыми помещениями, которые находились в жилых домах, принадлежавших государственным или муниципальным предприятиям (учреждениям) и использовавшихся в качестве общежитий, и переданы в ведение органов местного самоуправления, если граждане были вселены в такие жилые помещения после ДД.ММ.ГГГГ, т.е. после введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации, и само общежитие было передано в муниципальную собственность после этой даты.

Между тем изменение правового режима таких жилых помещений обусловлено передачей зданий, в которых они расположены, в ведение органов местного самоуправления, когда проживающие в них граждане оказываются пользователями жилых помещений, принадлежащих наймодателю, который не является их работодателем. Сообразно с этим определяется и дальнейшая юридическая судьба правоотношений, возникших ранее в связи с наймом жилых помещений в общежитии.

Кроме того, ограничения конституционного права на жилище могут быть установлены в конституционно значимых целях только федеральным законом, но не могут следовать из него по умолчанию или на основании ограничительного толкования его норм. Однако ни сама статья 7 Федерального закона "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации", ни какие-либо другие его положения не содержат указания на ограничение действия данной статьи во времени, в пространстве или по кругу лиц.

Поскольку жилищные правоотношения преимущественно носят длящийся характер, федеральный законодатель при установлении новой системы соответствующего правового регулирования, включив в Федеральный закон "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации" норму статьи 7, восполнил пробел, имевшийся в ранее действовавшем жилищном законодательстве, которым не был определен правовой режим жилых помещений в зданиях общежитий, ранее находившихся на балансе государственных или муниципальных предприятий, а затем в связи с приватизацией этих предприятий переданных в ведение органов местного самоуправления.

Проживающие в таких жилых помещениях граждане, которым они были предоставлены на законных основаниях как работникам соответствующего государственного или муниципального предприятия (учреждения), - независимо от того, до или после введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации эти граждане приобрели право пользования жилыми помещениями, а здание общежития передано в ведение органов местного самоуправления, - с точки зрения правового статуса составляют одну категорию субъектов жилищных правоотношений и, следовательно, равным образом подлежат защите при реализации своего конституционного права на жилище.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации (Постановления от ДД.ММ.ГГГГ N 25-П и от ДД.ММ.ГГГГ N 5-П, Определение от ДД.ММ.ГГГГ N 378-О-П), соблюдение конституционного принципа равенства, гарантирующего защиту от любых проявлений дискриминации, означает - помимо недопустимости установления в законе какого-либо различия, исключения или предпочтения, основанного на признаках расы, пола, религии, политических убеждений, национальной принадлежности, социального происхождения или каких-либо других обстоятельств, - запрет вводить такие различия в правах лиц, принадлежащих к одной и той же категории, которые не имеют объективного и разумного оправдания (запрет различного обращения с лицами, находящимися в одинаковых или сходных ситуациях). Исходя из этого государство должно гарантировать равенство прав граждан, находящихся в одинаковых условиях, в данном случае - проживающих на законных основаниях в жилых домах, ранее использовавшихся в качестве общежитий, независимо от даты передачи таких домов в ведение органов местного самоуправления (до или после введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации) и при условии законного вселения в жилое помещение и в тех случаях, если оно имело место после ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, статья 7 Федерального закона "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации" не соответствует Конституции Российской Федерации, ее статьям 19 (части 1 и 2), 40 (часть 1) и 55 (часть 3), в той мере, в какой содержащаяся в ней норма - по смыслу, придаваемому ей сложившейся правоприменительной практикой, - не допускает возможность применения норм Жилищного кодекса Российской Федерации о договоре социального найма к отношениям по пользованию жилыми помещениями, которые находились в жилых домах, принадлежавших государственным или муниципальным предприятиям либо государственным или муниципальным учреждениям и использовавшихся в качестве общежитий, если эти жилые помещения были предоставлены гражданам на законных основаниях после ДД.ММ.ГГГГ (даты введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации) и здания, в которых они находятся, переданы в ведение органов местного самоуправления также после этой даты.

Таким образом, ФИО2 занимал данное жилое помещение на правах нанимателя по договору социального найма.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО15 Павел ФИО7 умер. ФИО1 20. 11.2004 года рождения, является дочерью, что подтверждается свидетельством о ее рождении. Между тем при заключении договора найма ДД.ММ.ГГГГ она не была включена в данный договор, хотя и проживала с ФИО11, в качестве члена его семьи – дочери, после смерти ФИО2, ребенок с матерью проживает в квартире. Ребенок является инвалидом детства, что подтвердила, допрошенная в судебном заседании свидетель.

От имени дочери ее законный ФИО4 обращалась к наймодателю о переоформлении правоотношений по договору найма на себя в интересах дочери. Однако в этом мне было отказано. Отказ мотивирован тем, что другие граждане в качестве членов семьи нанимателя в 

<

адрес>, в том числе несовершеннолетняя ФИО1 нанимателем не вселялась, в соответствии с п.5 ст. 83 ЖК РФ договор социального найма жилого помещения прекращается в связи со смертью одиноко проживающего нанимателя, правовые основания для оформления договора социального найма с ФИО1, отсутствуют. 

Данный отказ суд не может признать законным по следующим причинам.

Как следует из материалов дела, мать ФИО1 в зарегистрированном браке с ФИО2 не состояла, однако они вместе проживали длительное время и вели совместное хозяйство. В 2004 году в Еременко–ФИО12 и ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ родилась дочь ФИО1. 

ФИО1 является инвалидом, и нуждается в постоянном уходе, и мать и отец поочередно ухаживали за дочерью. Т.к. у ФИО2 график работы позволял ему больше уделять внимания дочери, она находилась чаще с ним и проживала в спорной квартире. В квартире по настоящее время находятся ее личные вещи. Другого жилья на праве собственности либо по договору социального найма не имеет. 

Данные обстоятельства, подтверждаются показаниями свидетеля ФИО13, проживающей длительное время по соседству иными материалами дела.

ФИО1 была вселена своим отцом ФИО2, которому данное жилое помещение было предоставлено на законном основании, и жила в спорном жилье в качестве члена семьи нанимателя ФИО2 с согласия Мостотряда-10, на балансе которого находилось общежитие при жизни наследодателя. Данные обстоятельства наряду с показаниями свидетелей, подтверждаются актом от ДД.ММ.ГГГГ, таблицей составленным при передаче общежития в муниципалитет с изучением документации и учетом фактического порядка пользования, в соответствии с которым ФИО2 занимает помещение № (по ордеру 

<

адрес>), с ним зарегистрирована ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Из расчета стоимости проживания (л.д.50), утверждённого Мостотрядома-10 также следует, что начисление за спорное жилое помещение ФИО1 производилось из расчета 2 человек.

Также как следует из представленных истцом документов, что жилое помещение где в настоящий момент зарегистрирована ФИО1 предоставлялось в 2005 году ее матери Еременко–ФИО12 с составом семьи 3 человека, куда ФИО1 включена не была. Также ФИО1 не включена в состав членов семьи матери в договор социального найма, заключенный с ней ДД.ММ.ГГГГ на жилое помещение по 

<

адрес>

Таким образом, в силу ст. 69, 70 ЖК РФ ФИО1 приобрела равные права с нанимателем ее отцом при его жизни. 

По смыслу вышеприведенных норм права, несовершеннолетние дети приобретают право на жилую площадь, определяемую им в качестве места жительства соглашением родителей, форма которого законом не установлена. Заключение такого соглашения, выступает предпосылкой приобретения ребенком права пользования конкретным жилым помещением, могущего возникнуть независимо от факта регистрации ребенка в такое жилое помещение, т.к регистрация является административным актом и не влечет за собой ограничение прав ФИО1, включая ее право на жилище., в силу того, что несовершеннолетние дети не имеют возможности самостоятельно реализовать право на вселение. 

При таких обстоятельствах, ФИО1 должна быть признана нанимателем спорного жилого помещения вместо умершего прежнего нанимателя и с ней должен быть заключен договор социального найма в лице ее матери ФИО3 ЭР на основании ст. 82 ЖК РФ.

Учитывая изложенное, суд находит требования истца обоснованными и подлежащими удовлетворению. 

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

Решил:

Признать за ФИО1 право пользования жилым помещением по адресу: 

<

адрес>.

Обязать МКУ УЖКХ ФИО8 

<

адрес> заключить договор социального найма с ФИО1 на жилое помещение площадью 16,6 кв.м., расположенное по адресу: 

<

адрес>.

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Пролетарский районный суд г. Ростова-на-Дону в течение месяца с момента составления решения суда в окончательной форме- 21 февраля 2018 года.

Судья: