Судья: Маслов А.П. Материал № 22-2203/2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

3 сентября 2024 года г. Саратов

Саратовский областной суд в составе председательствующего судьи судебной коллегии по уголовным делам Артомонова В.В.,

при секретаре Тарасовой Е.Ю.

с участием:

прокурора Нефедова С.Ю.,

обвиняемого М.В.В.,

адвоката Моргунова В.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании материал по апелляционной жалобе адвоката Ильиной Н.Ю. на постановление Ртищевского районного суда Саратовской области от 22 августа 2024 года, которым М.В.В., 

<

дата> года рождения, уроженцу 

<

адрес>, обвиняемому в совершении четырех эпизодов преступлений, предусмотренных ч.1 ст.291.2 УК РФ, трех эпизодов преступлений, предусмотренных п. «а» ч.5 ст.290 УК РФ, продлен срок содержания под стражей сроком на 1 месяц, а всего до 6 месяцев, то есть по 28 сентября 2024 года включительно.

Заслушав пояснения обвиняемого М.В.В. и его защитника Моргунова В.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Нефедова С.Ю., полагавшего постановление законным и обоснованным, суд апелляционной инстанции

установил:

В апелляционной жалобе адвокат Ильина Н.Ю. считает постановление незаконным и подлежащим отмене. Полагает, что доводы органов предварительного расследования основаны на предположениях, конкретных обстоятельств, свидетельствующих о необходимости дальнейшего содержания М.В.В. под стражей, установлено не было. Заявляет, что судом оставлены без внимания доводы стороны защиты об изменении М.В.В. меры пресечения на домашний арест, которая накладывает на обвиняемого существенные ограничения и дает возможность постоянного контроля за его поведением, что исключает его возможность скрыться от следствия и суда, или воспрепятствовать производству по делу. Считает, что длительный срок расследования уголовного дела обусловлен неэффективной работой органов предварительного следствия, что также подтверждается проведением с М.В.В. за последние два месяца лишь одного следственного действия. Заявляет о предвзятости суда, сделавшего вывод о том, что возможность М.В.В. воспрепятствовать производству по делу на данной стадии уголовного процесса не утрачена, что, по его мнению, не соответствует действительности. Полагает, что суд вынес решение без учета медицинских документов о состоянии здоровья М.В.В., которое с момента его задержания серьезно ухудшилось, должной медицинской помощи он не получает. Указывает, что руководителем следственного органа было удовлетворено ходатайство стороны защиты о проведении М.В.В. медицинского освидетельствования, которое не проведено до настоящего времени. Обращает внимание, что М.В.В. имеет постоянное место жительства, по которому возможно избрать меру пресечения в виде домашнего ареста, ранее не судим, состоит в браке, имеет устойчивые социальные связи, в течение 23 лет находился на службе в органах внутренних дел и характеризовался исключительно с положительной стороны. Просит постановление отменить, изменить М.В.В. меру пресечения на домашний арест. 

Проверив представленный материал, изучив доводы апелляционной жалобы, выслушав мнение участников судебного разбирательства, суд второй инстанции не находит оснований для отмены либо изменения постановления суда.

Заместитель руководителя Ртищевского МСО СУ СК РФ по Саратовской области ФИО1 обратился в суд с ходатайством о продлении срока содержания М.В.В. под стражей. 

Из протокола судебного заседания видно, что данное ходатайство рассмотрено в соответствии с процедурой, предусмотренной ст.ст. 108, 109 УПК РФ. Каких – либо нарушений уголовно-процессуального закона, прав обвиняемого, допущено не было.

Согласно положениям ст. 15 УПК РФ судом были созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. При этом права обвиняемого и его защитника по предоставлению доказательств и исследованию их в судебном заседании, не нарушались.

При рассмотрении ходатайства все указанные в постановлении следователя обстоятельства судом проверены в полном объеме и надлежащим образом.

Согласно ч. 2 ст. 109 УПК РФ, в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения, этот срок может быть продлен судьей районного суда в порядке, установленном ч. 3 ст. 108 УПК РФ, на срок до 6 месяцев.

По настоящему материалу указанные требования закона соблюдены.

Как следует из представленного материала, срок содержания под стражей М.В.В. был продлен на основании соответствующего ходатайства должностного лица, заявленного в пределах его полномочий, в связи с необходимостью выполнения ряда следственных и процессуальных действий, направленных на окончание расследования дела. 

Данных о неэффективной организации расследования не имеется. Невозможность закончить предварительное следствие в установленный срок объективно установлена представленными материалами. 

Утверждение стороны защиты о том, что с М.В.В. за последние два месяца было проведено лишь одно следственное действие, не свидетельствует о бездействии органов предварительного следствия, поскольку предварительное следствие заключается не только в проведении следственных действий с участием конкретного обвиняемого. В соответствии с положениями ст.38 УПК РФ следователь самостоятельно направляет ход расследования, принимает решения о производстве следственных и иных процессуальных действий.

М.В.В. обвиняется в совершении четырех умышленных преступлений небольшой тяжести и трех особо тяжких преступлений. 

Постановлением судьи от 30 марта 2024 года М.В.В. была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, которая постановлениями этого же суда продлевалась в установленном законом порядке. Постановления, в соответствии с которым М.В.В. содержался под стражей, вступили в законную силу. 

В соответствии с ч. 1 ст. 110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более мягкую, когда изменяются основания для её избрания, предусмотренные ст.ст. 97, 99 УПК РФ. 

Вопреки доводам жалобы, данных о том, что отпала необходимость в избранной М.В.В. мере пресечения в виде заключения под стражу, а также о том, что изменились основания, предусмотренные статьями 97 и 99 УПК РФ, которые учитывались судом при избрании и сохранении ему данной меры пресечения, из представленного материала не усматривается, в связи с чем, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда об отсутствии оснований для изменения ему меры пресечения на иную, более мягкую. 

Выводы о необходимости продления срока содержания М.В.В. под стражей, вопреки доводам апелляционной жалобы, сделаны судом с учетом всех существенных обстоятельств, в постановлении мотивированы и сомнений в своей правильности не вызывают. 

При этом суд обоснованно исходил из того, что М.В.В., хотя имеет регистрацию на территории Российской Федерации, к уголовной ответственности не привлекался, однако обвиняется в совершении умышленных особо тяжких преступлений, совершенных группой лиц по предварительному сговору и с учетом криминологической характеристики преступлений, всех обстоятельств по делу в их совокупности, суд пришел к обоснованному выводу о том, что находясь не под стражей, М.В.В. имеет реальную возможность скрыться либо иным путем воспрепятствовать производству по делу.

Одних лишь заверений стороны защиты об отсутствии у обвиняемого намерений скрываться от следствия и препятствовать производству по делу в данном случае недостаточно для признания необоснованными доводов следователя и выводов суда о необходимости избрания обвиняемому меры пресечения в виде заключения под стражу.

Данные, обосновывающие наличие у стороны обвинения оснований для задержания М.В.В. и осуществления уголовного преследования последнего в материалах имелись и судом проверены.

Доводы апелляционной жалобы о том, что указание органов следствия и суда на возможность обвиняемого, в случае избрания более мягкой, чем заключение под стражу меры пресечения, скрыться либо иным путем воспрепятствовать производству по делу, ничем не подтверждены и носят лишь характер предположений, не состоятельны и не свидетельствуют о незаконности постановления суда. 

Кроме того, указанное обстоятельство в качестве основания для избрания, и, соответственно, сохранения, меры пресечения, предусмотрено ст. 97 УПК РФ, которой установлены категории вероятностного характера, т.е. мера пресечения подлежит применению уже при наличии достаточных оснований предполагать возможность обвиняемого скрыться, угрожать свидетелям, иным участникам судопроизводства в целях их предотвращения. 

В соответствии с конкретными обстоятельствами, срок, на который продлено содержание под стражей М.В.В., является разумным и оправданным, поскольку вызван реальной необходимостью защиты общественных интересов, которые, несмотря на презумпцию невиновности, перевешивают принцип уважения индивидуальной свободы.

Сведения о личности М.В.В., в том числе и указанные в апелляционной жалобе, суду были известны, учитывались им, однако они не являются определяющими для решения вопроса относительно меры пресечения. Суд обоснованно решал данный вопрос с учетом всех обстоятельств, указанных в ст.ст. 97, 99 УПК РФ. 

Каких-либо формулировок, ставящих под сомнение законность и обоснованность судебного решения, свидетельствующих о предвзятости суда, вопреки доводам жалобы, в постановлении судом не допущено. 

Вопреки утверждениям адвоката, сведения о состоянии здоровья М.В.В. были предметом исследования со стороны суда первой инстанции. При этом данных о невозможности содержания обвиняемого под стражей по состоянию здоровья или невозможности оказания ему необходимой медицинской помощи в условиях следственного изолятора суду, как верно отражено в постановлении, представлено не было. 

Заявление защитника о том, что суд не проверил данные о характере заболеваний М.В.В., надуманно, а доводы адвоката о бездействии следователя, выразившегося в ненаправлении на медицинское освидетельствование обвиняемого, не могут быть приняты во внимание, поскольку не имеют отношение к предмету судебного разбирательства. Вместе с тем, сторона защиты не лишена возможности обжаловать, в случае необходимости и при наличии к тому законных осноавний, бездействие следователя в ином, установленном нормами уголовно-процессуального закона порядке.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований давать иную оценку фактическим обстоятельствам, которыми суд руководствовался при принятии решения, а также для изменения обвиняемому меры пресечения, поскольку иные меры пресечения не будут являться гарантией его надлежащего поведения и беспрепятственного осуществления предварительного расследования.

Применение в отношении М.В.В. иной, более мягкой меры пресечения, не связанной с содержанием под стражей, не может явиться гарантией того, что он, находясь вне изоляции от общества, не примет мер к созданию условий, препятствующих эффективному производству предварительного расследования по уголовному делу.

Доводы обвиняемого о нарушениях, якобы допущенных следователем в ходе предварительного следствия не могут быть предметом настоящего апелляционного рассмотрения, поскольку проверка соблюдения установленной законом процедуры уголовного судопроизводства в полном объеме является прерогативой суда первой инстанции, рассматривающего уголовное дело после его поступления в суд с обвинительным заключением или актом. 

Исходя из изложенного, оснований для удовлетворения жалобы суд второй инстанции не усматривает. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

Постановление Ртищевского районного суда Саратовской области от 22 августа 2024 года о продлении срока содержания под стражей М.В.В. оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Ильиной Н.Ю. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий В.В. Артомонов