Дело № 2-170 (2017)

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

06 октября 2017 года р.п.Шемышейка

Шемышейский районный суд Пензенской области в составе

председательствующего судьи Угрушевой Ю.А.,

с участием истицы ФИО1 и ее представителя, допущенной в порядке ч.6 ст.50 ГПК РФ, ФИО2,

представителей ответчика СПК «Выдвиженец», председателя СПК ФИО3 и адвоката Панфиловой А.Г., представившей удостоверение и ордер

представителя третьего лица ГУ Пензенское региональное отделение фонда социального страхования РФ, действующей на основании доверенности ФИО4,

третьего лица ФИО5 и его представителя адвоката Мироновой Т.М., представившей удостоверение номер и ордер номер 

при секретаре Мельниковой Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы гражданского дела по иску ФИО1 к СПК «Выдвиженец» и Государственной инспекции труда в Пензенской области о признании несчастного случая, произошедшего с К.Ю.В. 18.07.2016, несчастным случаем на производстве, возложении обязанности составить акт по форме Н-1 и о признании незаконным акта расследования несчастного случая со смертельным исходом (проведенного по результатам расследования с 9 по 27 сентября 2016 года),

Установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к СПК «Выдвиженец» о признании несчастного случая, в результате которого погиб ее муж К.Ю.В., связанным с производством и возложении на ответчика обязанности составить соответствующий акт. В обосновании иска ФИО1 указала, что ее супруг К.Ю.В. работал механизатором в СПК «Выдвиженец».18 июля 2016 года он, по заданию председателя СПК ФИО3 на тракторе принадлежащем лично ФИО3 выполнял работы по покосу травы в поле, принадлежащем КФХ ФИО5, недалеко от с. Старый Мачим Шемышейского района. В ходе работ произошел несчастный случай (от косилки отлетел нож), в результате которого К.Ю.В. скончался 18.07.2016. Согласно акту о расследовании смертельного несчастного случая, проведенного в период с 9 по 27 сентября 2017 года, несчастный случай квалифицирован как не связанный с производством (в связи с отсутствием доказательств наличия трудовых отношений между К.Ю.В. и КФХ ФИО5).ФИО1 считает, что несчастный случай произошел в рабочее время, в связи с выполнением работником действий, обусловленных трудовыми отношениями. СПК «Выдвиженец» должен был составить акт о расследовании несчастного случая по форме Н1 и признать гибель ее супруга несчастным случаем на производстве. 

В ходе рассмотрения дела истица увеличила исковые требования, просила суд также признать незаконным акт о расследовании негруппового несчастного случая составленного Государственной инспекцией труда в Пензенской области по результатам расследования проведенного в период с 09 по 27 сентября 2016 года.

Истица ФИО1 в судебном заседании увеличенные исковые требования поддержала и пояснила, что ее супруг К.Ю.В. до дня гибели, 18 июля 2016 года, работал в СПК «Выдвиженец» механизатором. К.Ю.В. мог управлять любой сельскохозяйственной техникой, в том числе и трактором с косилкой. Руководителем СПК «Выдвиженец» является ФИО3 и без его разрешения никто не может пользоваться техникой СПК. 18.07.2016 ее супруг ушел с утра на работу и более она его живым не видела. Сокращенного рабочего дня в СПК не было, так как супруг каждый день работал с утра и до вечера. По состоянию на 18.07.2016 года они в сене для личного хозяйства не нуждались, так как оно уже было заготовлено.

Представитель истицы ФИО1, допущенная в порядке ч.6 ст.50 ГПК РФ, ФИО2, заявленные требования поддержала и просила их удовлетворить. Пояснила, что приказ о сокращенном рабочем дне не соответствует действительности, так как К.Ю.В. с ним ознакомлен не был, и никто из работников СПК, соседей и родственников К.Ю.В. не подтвердил, что он работал только половину рабочего дня. В приказе не содержится дата, до которой в СПК «Выдвиженец» устанавливался сокращенный рабочий день, следовательно, установить его период действия не представляется возможным, а значит, несчастный случай произошел с К.Ю.В. в рамках рабочего времени. На момент несчастного случая, К.Ю.В. управлял трактором, находящимся в пользовании СПК «Выдвиженец», все допрошенные свидетели подтвердили, что без разрешения директора СПК, сельскохозяйственная техника использоваться не может, из чего следует, что К.Ю.В. действовал в интересах работодателя и произошедший с ним несчастный случай подлежит квалификации, как связанный с производством, с возложением на СПК «Выдвиженец», обязанности составить акт по форме Н1, а акт о расследовании негруппового несчастного случая составленного Государственной инспекцией труда по результатам расследования проведенного в период с 09 по 27 сентября 2016 года, должен быть признан незаконным. Кроме того, руководителем СПК «Выдвиженец» ФИО3 были также допущены существенные нарушения законодательства РФ в области охраны труда - обучение по охране труда он не проходил, документов, подтверждающих, что с К.Ю.В. надлежащим лицом проводился инструктаж по технике безопасности, суду не представлено. В результате допущенных нарушений произошел несчастный случай, связанный с производством, повлекший смерть К.Ю.В. 

Представитель ответчика СПК «Выдвиженец», председатель кооператива ФИО3 исковые требования не признал и суду пояснил, что избран председателем СПК «Выдвиженец» в 2012 году. К.Ю.В. являлся членом СПК и документально был оформлен как «механизатор», но фактически выполнял обязанности комбайнера. В июне 2016 года им был издан приказ о неполном рабочем дне, так как до начала уборочной кампании работы в СПК не было. Вся используемая СПК «Выдвиженец» сельскохозяйственная техника, в том числе трактор МТЗ-80 с роторной косилкой, принадлежит лично ему. На момент выполнения работ он заключает с СПК договора аренды указанной техники. 18 июля 2016 года, в обеденное время, он, по просьбе К.Ю.В., выехал на поле для покоса травы, так как последнему надо было заготовить сено для личных нужд. Они прибыли на поле, расположенное недалеко от дороги, ведущей к с.Пиксанкино, Шемышейского района, но там качество сена К.Ю.В. не понравилось. После этого, он дал указание пригнать трактор на место стоянки, на зерноток. Более он в этот день К.Ю.В. не видел. На поле к ФИО5 он его не направлял. Примерно за неделю до несчастного случая, к нему обращался И.Т. с просьбой предоставить трактор для покоса травы. Конкретной договоренности они не достигли, так как в СПК «Выдвиженец» еще не закончили сенокос. Он велел И.Т.Х. обратиться с этим вопросом к Л.Ю.П., так как кроме него самого, только Л.Ю.П. управляет трактором с косилкой. Сельскохозяйственная техника в СПК «Выдвиженец» выходит на работу без какой-либо сопровождающей документации (учетные листы тракториста-машиниста и путевой лист трактора отсутствуют). Делаются только черновые записи в тетради, но записи за 2016 год, не сохранились. Какие-либо договорные отношения между СПК «Выдвиженец» и ФИО5 отсутствуют. Пояснения 18.07.2016, он давал в состоянии сильного душевного волнения, и кроме того находился под воздействием лекарственных препаратов, в связи с чем, в настоящее время он их не подтверждает.

Представитель СПК «Выдвиженец» адвокат Панфилова А.Г. считает, что оснований для удовлетворения заявленных требований не имеется.18 июля 2016 года К.Ю.В. поехал к ФИО5, по сути, на «калым», что никак не связано с производственной деятельностью СПК «Выдвиженец», соответственно, на СПК не может быть возложена обязанность составлять акт по форме Н1. Кроме того, на момент несчастного случая, К.Ю.В. находился в средней степени алкогольного опьянения. Считает, что произошедшему несчастному случаю способствовала грубая неосторожность самого К.Ю.В., который, не убедившись в том, что барабан роторной косилки остановился, вышел из кабины трактора и подошел к косилке на близкое расстояние.

Представитель ответчика Государственной инспекции труда в Пензенской области, в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело в отсутствие представителя ГИТ. 

Представитель ответчика Государственной инспекции труда в Пензенской области, действующая на основании доверенности ФИО6, в судебном заседании 21 сентября 2017 года, заявленные исковые требования не признала и пояснила, что ГИТ в Пензенской области, на основании заявления ФИО1 дважды проводилось расследование несчастного случая со смертельным исходом, повлекшим гибель К.Ю.В. Первый акт, составленный по результатам расследования проведенного с 1 по 25 августа 2016 года, был отменен руководителем ГИТ и в настоящее время он не действует. По результатам повторного расследования, проведенного в период с 09 по 27 сентября 2016 года, составлен акт о расследовании негруппового несчастного случая. В ходе проведенной проверки доступными для инспекторов труда методами, было установлено, что произошедший с К.Ю.В. несчастный случай не связан с производством. Выявленные в СПК «Выдвиженец» нарушения трудового законодательства не состояли в причинно-следственной связи с несчастным случаем.

Третье лицо ФИО5 оставил разрешение исковых требований ФИО1 на усмотрение суда и пояснил, что он является главой КФХ. Он арендует земли сельскохозяйственного назначения, в том числе, для покоса травы. У него в собственности нет сенокосилки, поэтому в июле 2016 года, примерно за неделю до 18.07.2016, его отец И.Т.Х., поехал к ФИО3, договариваться о предоставлении трактора для покоса сена. Сразу, в связи с занятостью, тракторист приехать не смог, а 18 июля 2016 года, после обеда, на тракторе с косилкой, приехал ранее ему знакомый, К.Ю.В. Они проехали на его поле и К.Ю.В. начал работать. К.Ю.В. предупредил его, чтобы он не подходил близко к косилке. У них была устная договоренность о том, что за работу он заплатит К.Ю.В. сеном. Был ли К.Ю.В. в состоянии алкогольного опьянения, он пояснить не может. К.Ю.В. проработал около 15 минут, а потом вышел из кабины трактора и подошел к косилке, а затем он увидел, что у него из груди фонтаном бьет кровь. Он поехал за фельдшером в с.Н.Мачим, Шемышейского района, но К.Ю.В. умер на поле, до прибытия медицинских работников. Каких-либо договорных отношений между ним и СПК «Выдвиженец» не было.

Представитель ФИО5, адвокат Миронова Т.М., поддержала позицию ФИО5 и пояснила, что считает, что иск предъявлен к надлежащему ответчику и ответственность за гибель К.Ю.В. на ФИО5 возложена быть не может.

Представитель третьего лица ГУ Пензенское региональное отделение фонда социального страхования РФ, действующая на основании доверенности, ФИО4 считает, что оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 не имеется. К.Ю.В. являлся застрахованным лицом, так как СПК «Выдвиженец» зарегистрировано в ГУ Пензенское региональное отделение ФСС РФ и осуществляет необходимые платежи. Считает, что несчастный случай с К.Ю.В., произошел в нерабочее время, на территории, не принадлежащей СПК «Выдвиженец», когда К.Ю.В. с ведома и по поручению главы КФХ ФИО5, заранее договорившись об оплате, выполнял работу, необходимую ФИО5. На момент несчастного случая, действия К.Ю.В., не были обусловлены трудовыми отношениями с СПК «Выдвиженец» и не совершались в интересах данной организации.

Заслушав пояснения сторон, изучив материалы дела, суд приходит к следующему:

Согласно копии свидетельства о регистрации юридического лица, 27 апреля 2010 года в ЕГРЮЛ внесена запись о создании юридического лица - сельскохозяйственного производственного кооператива «Выдвижене» (СПК «Выдвиженец», ОГРН 

<

***>.

Из копии трудовой книжки К.Ю.В. следует, что 27 апреля 2010 года он принят на работу в СПК «Выдвиженец» механизатором. Уволен 18.07.2016, в связи со смертью.

В соответствии с копией свидетельства о смерти, К.Ю.В. умер 18.07.2016.

Истица ФИО1 являлась супругой К.Ю.В., что подтверждается копией свидетельства о заключении брака.

Выписка из лицевого счета застрахованного лица – К.Ю.В.-подтверждает, что СПК «Выдвиженец» платил страховые взносы в ПФ РФ.

В соответствии с частью 1 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Согласно абзацу 2 части 3 указанной статьи расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными и насекомыми; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли:

в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни.

Согласно статье 229.2 ТК РФ на основании собранных материалов расследования комиссия (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая) устанавливает обстоятельства и причины несчастного случая, а также лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, вырабатывает предложения по устранению выявленных нарушений, причин несчастного случая и предупреждению аналогичных несчастных случаев, определяет, были ли действия (бездействие) пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем либо участием в его производственной деятельности, в необходимых случаях решает вопрос о том, каким работодателем осуществляется учет несчастного случая, квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством.

В соответствии с положениями статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном страховании от несчастных случае на производстве и профессиональных заболеваний" под страховым случаем понимается подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья или смерти застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию, а под несчастным случаем на производстве понимается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть;

Согласно пункту 3 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утвержденного Постановлением Минтруда РФ от 24 октября 2002 года N 73 (Положение), расследованию в установленном порядке, квалифицируются, оформляются и учитываются в соответствии с требованиями статьи 230 Трудового кодекса Российской Федерации и настоящего Положения как связанные с производством несчастные случаи, происшедшие с работниками или другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя, при исполнении ими трудовых обязанностей или работ по заданию работодателя (его представителя), а также осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Верховный суд РФ в п. 9 Постановления Пленума от 10 марта 2011 года № 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" также разъяснил, что, в силу положений статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ и статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

В связи с этим для правильной квалификации события, в результате которого причинен вред жизни или здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае исследовать следующие юридически значимые обстоятельства: относится ли пострадавший к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя (часть вторая статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации); указано ли происшедшее событие в перечне событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев (часть третья статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации); соответствуют ли обстоятельства (время, место и другие), сопутствующие происшедшему событию, обстоятельствам, указанным в части третьей статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации; произошел ли несчастный случай на производстве с лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (статья 5 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ); имели ли место обстоятельства, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством (исчерпывающий перечень таких обстоятельств содержится в части шестой статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации), и иные обстоятельства.

Из смысла приведенных положений законодательства РФ, применительно к рассматриваемому делу, следует, что несчастным случаем, связанным с производством, квалифицируется смерть работника, если это событие наступило при исполнении им трудовых обязанностей или осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем (СПК «Выдвиженец»), либо совершаемых в его интересах. Наличие трудовых отношений между работником и работодателем, само по себе не может иметь определяющего значения, при квалификации несчастного случая и определять его связь с производством.

В акте расследования несчастного случая со смертельным исходом, произошедшего 18 июля 2016 года, в 18 часов, в КФХ ФИО5, в с.Старый Мачим Шемышейского района Пензенской области, указано, что расследование проведено в период с 09 по 27 сентября 2016 года.

Из акта следует, что несчастный случай с К.Ю.В. произошел на земельном участке, представляющем собой поле сельскохозяйственного назначения, расположенном недалеко от села Старый Мачим, Шемышейского района. Поле принадлежит ФИО5 На данное поле К.Ю.В. приехал около 17 часов, где на принадлежащем ФИО3 тракторе с роторной косилкой, стал осуществлять работы по покосу травы. По договоренности с ФИО5, за работу он должен был получить несколько тюков сена. Через некоторое время К.Ю.В. заглушил трактор и подошел к косилке. После чего ФИО5 увидел, что из груди К.Ю.В. идет кровь. К.Ю.В.от полученной травмы скончался на месте.

Причинами, вызвавшими несчастный случай в акте указаны,(в случае установления трудовых отношений К.Ю.В. и ФИО5) недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда, выразившиеся в допуске до работы без проведения вводного инструктажа по охране труда, стажировки, обучения работника безопасным методам и приемам выполнения работ.

Несчастный случай в акте квалифицирован как несвязанный с производством, в связи с отсутствием доказательств наличия трудовых отношений между К.Ю.В. и ФИО5

Согласно акту судебно-медицинского исследования трупа номер смерть К.Ю.В. наступила от рубленной раны верхней части груди справа, с повреждением правой подключичной артерии, в результате развития массивной острой кровопотери из поврежденной артерии. При судебно-химическом исследовании крови от трупа К.Ю.В. обнаружен этиловый спирт в крови, в концентрации 1,8%, что безотносительно для данного случая (влияние алкоголя на организм К.Ю.В.), именуется как «алкогольное опьянение средней степени тяжести». 

Свидетель И.Т.Х. в суде пояснил, что его сын ФИО5 является главой КФХ. Летом 2016 года сыну надо было заготовить сено, но своей косилки в его хозяйстве не имеется, поэтому он за несколько дней до 18 июля 2016 года, поехал в с.Наскафтым Шемышейского района к ФИО3, чтобы договориться о предоставлении необходимой сельскохозяйственной техники. В ходе разговора, состоявшегося на территории гаража СПК «Выдвиженец» ФИО3 пояснил, что его работники заняты и рекомендовал ему обратиться к Л.Ю.П.. В дальнейшем он созванивался с Л.Ю.П., но тот ответил, что приглашен на свадьбу. Вечером 18.06.2016, он узнал, что на поле его сына, по время покоса, погиб тракторист. Он решил, что несчастный случай произошел с Л.Ю.П., но потом выяснилось, что погиб его хороший знакомый К.Ю.В.. Почему сено приехал косить К.Ю.В., ему неизвестно, он с ним об этом не договаривался. 

Допрошенный в судебном заседании Л.Ю.П. подтвердил, что летом 2016 года ему звонил И.Т.Х. с просьбой помочь скосить сено. Он пояснил И.Т.Х., что в течении трех дней будет занят на свадьбе, а потом, если ФИО3 разрешит, то он приедет на покос. 18.07.2016 многие жители с. Наскафтым, Шемышейского района решили, что на поле ФИО5 погиб именно он.

Свидетель Г.А.Н. суду пояснил, что он является членом СПК «Выдвиженец». Вся сельскохозяйственная техника используется в СПК только с разрешения председателя кооператива ФИО3 В день гибели К.Ю.В. он, вместе с ФИО3 и К.Ю.В., выехал на поле, в сторону с.Пиксанкино, Шемышейского района, для покоса сена. Сено там К.Ю.В. не понравилось, и он на тракторе уехал, а они с ФИО3 остались, чтобы нарубить веники. ФИО3 сказал К.Ю.В., что если он найдет поле лучше, то может скосить сено, а если нет, то трактор надо отогнать на базу. С приказом о сокращенном дне он не знакомился. Они осуществляют работы в СПК по мере надобности, например если дождь, уходят рано, а если идет сев или уборка, то задерживаются. 

В карте вызовов скорой медицинской помощи номер от 18.07.2016 в графе «Примечания» указано, что вызов поступил на фамилию «ФИО8». Фамилия исправлена со слов фельдшера. Смерть К.Ю.В. констатировала фельдшер ФАП ФИО7, до приезда «Скорой помощи».

В материалах дела имеется копия приказа номер от 01.06.2016, из которого следует, что в связи с окончанием полевых работ, с 01 июня 2016 года и до начала уборки, в СПК «Выдвиженец» установлен пяти часовой рабочий день, с 8 до 13 часов, без перерыва на обед.

ФИО3 представлены суду табели учета рабочего времени в СПК «Выдвиженец» за май-июль 2016 года, из которых следует, что продолжительность рабочего дня К.Ю.В. в июне 2016 года составляла 3 часа, а в июле 2016 года (до дня гибели включительно)-5 часов. Исходя из табеля, в СПК «Выдвиженец» в указанный период работало 7 человек.

В ходе осмотра места происшествия, проведенного 18 июля 2016 года на месте гибели К.Ю.В., установлено, что на данном поле находился трактор с регистрационным знаком номер,с роторной косилкой. На одном из барабанов косилки отсутствовал один нож.

Свидетельство о регистрации машины подтверждает, что трактор марки МТЗ-80л, государственный регистрационный знак номер, год выпуска 1981, принадлежит на праве собственности ФИО3 

Представленный ФИО3 суду договор аренды транспортных средств от 14.02.2014,заключенный между ФИО3 и СПК «Выдвиженец»,не содержит сведений о передаче в аренду СПК трактора марки МТЗ-80л, государственный регистрационный знак номер. 

Из п.п.1.4;1.9 Устава СПК «Выдвиженец» следует, что кооператив строит свои отношения с другими субъектами на основе договоров. Свою деятельность кооператив осуществляет на основании Устава, Гражданского кодекса РФ, ФЗ «О производственных кооперативах» и других нормативных правовых актов РФ и субъектов РФ.

В силу положений п.1 ч.1 ст.161 ГК РФ сделки юридических лиц между собой и с гражданами должны совершаться в простой письменной форме, за исключением сделок, требующих нотариального удостоверения.

В ходе рассмотрения данного дела, бесспорно установлено, что несчастный случай произошел с К.Ю.В. в ходе выполнения им, в нерабочее время, на тракторе, принадлежащем ФИО3, работ (покос травы), на поле КФХ ФИО5 и ФИО5 должен был оплатить услуги К.Ю.В.. В материалах дела отсутствуют доказательства, что при осуществлении данных работ, действия К.Ю.В. были обусловлены непосредственным исполнением им трудовых обязанностей, выполнением какой-либо работы по поручению или в интересах работодателя - СПК «Выдвиженец».

Письменные документы, подтверждающие наличие отношений между СПК «Выдвиженец» и КФХ ФИО5, как двумя субъектами хозяйственной деятельности отсутствуют, и никто из сторон на них не ссылается. Из показаний И.Т.Х., следует, что он устно просил ФИО3 предоставить его сыну сельскохозяйственную технику (трактор с косилкой), однако ФИО3 сослался на занятость рабочих и рекомендовал обратиться к Л.Ю.П. (который, исходя из табели учета рабочего времени, работником СПК «Выдвиженец» не являлся), что и было сделано И.Т.Х.. Самим ФИО3 факт направления К.Ю.В., на работу к КФХ ФИО5, именно в качестве сотрудника СПК «Выдвиженец», отрицается. Имеющееся в письменном объяснении ФИО3, отобранном 18.07.2016, указание на то, что К.Ю.В. взял с его разрешения трактор и поехал на поле к ФИО5 для покоса травы, не является надлежащим доказательством, подтверждающим, что К.Ю.В. осуществлял работу именно в интересах СПК «Выдвиженец». Кроме того, данное объяснение противоречиво, так как содержит сведения, не нашедшие своего подтверждения в ходе рассмотрения дела. О том, что К.Ю.В., действовал не по поручению СПК «Выдвиженец», косвенно свидетельствует и тот факт, что изначально было сообщено, что погиб Л.Ю.В., что зафиксировано в карте вызова «скорой помощи» и подтверждается свидетелями, в том числе и со стороны ФИО1. Так свидетель К.О.В. суду пояснила, что 18.07.2016 сначала сообщили, что погиб ФИО8. 

Довод истицы о том, что версия «с Лемаевым» появилась после несчастного случая, и является вымыслом, в нарушение положений ст.56 ГПК РФ, доказательствами не подтвержден.

Также не нашли своего подтверждения доводы истицы о возможной фальсификации (изготовлении «задним числом») приказа о сокращенном рабочем дне в СПК «Выдвиженец». Данный приказ оценивался инспектором по труду в ходе расследования несчастного случая, а также следователем Зареченского МСО СУ СК РФ по Пензенской области и никем из должностных лиц соответствующих органов, он не был поставлен под сомнение. В ходе рассмотрения данного дела, суду также не было представлено доказательств, свидетельствующих о том, что приказ номер от 01.06.2016, был издан уже после гибели К.Ю.В. Тот факт, что К.Ю.В. не был ознакомлен с данным приказом под роспись, не свидетельствует о его недействительности.

Показания свидетелей Ц.В.А. и Т.А.Е. (соседей К.Ю.В.), Л.Г.А. К.О.В. и К.А.Ю. о том, что К.Ю.В. всегда работал полный рабочий день, с утра и до вечера, и не пользовался техникой без разрешения ФИО3, не могут служить доказательствами того, что 18.06.2016 года выполняя работу по покосу травы, на поле КФХ ФИО5, К.Ю.В. действовал в интересах СПК «Выдвиженец», так как указанные свидетели работниками СПК «Выдвиженец» не являются и о его производственной деятельности не осведомлены.

Доводы ФИО1 о том, что сено для личных нужд, на 18.07.2016, уже было заготовлено, также не свидетельствуют том, что К.Ю.В. действовал по заданию СПК «Выдвиженец», поскольку сено, полученное в качестве оплаты за работу у ФИО5 могло быть использовано любым способом, а не только для нужд К.Ю.В.

Тот факт, что СПК «Выдвиженец» по своей организационно правовой форме является производственным кооперативом, с целью деятельности-рост уровня социально-экономического развития членов кооператива на основе организации совместного производства (п.2.1 Устава), не влияет на квалификацию произошедшего с К.Ю.В. несчастного случая, так как порядок расследования несчастного случая (и соответственно отнесения его к несчастным случаям, связанным с производством) установлен статьями 227- 229, 229.2 ТК РФ, а кооператив в своей деятельности обязан соблюдать требования законодательства РФ. 

Имеющиеся в СПК «Выдвиженец» нарушения законодательства РФ в области охраны труда, на которые ссылается истица в письменной позиции по делу, в причинно - следственной связи с произошедшим несчастным случаем не состоят и не могут являться основанием для признания гибели К.Ю.В. несчастным случаем, связанным с производством.

Совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств установлено, что на момент несчастного случая, повлекшего гибель К.Ю.В., он не исполнял свои трудовые обязанности в СПК «Выдвиженец», не действовал по поручению работодателя (его представителя), и не осуществлял иные правомерные действия, обусловленные трудовыми отношениями с СПК «Выдвиженец» (либо совершаемых в его интересах). Таким образом, в рассматриваемом споре отсутствует основной квалифицирующий признак, определяющий событие как несчастный случай на производстве. Наступление несчастного случая в момент осуществления работ не по поручению и без согласия работодателя, исключает связь между действиями работодателя и произошедшим несчастным случаем. Исходя из изложенного, исковые требования ФИО1 к СПК «Выдвиженец» о признании несчастного случая, произошедшего с К.Ю.В. 18.07.2016, несчастным случаем на производстве, удовлетворению не подлежат.

Требования о возложении обязанности на ответчика составить акт о несчастном случае по форме Н-1, являются производными от основного требования о признании несчастного случая, связанным с производством, не имеют самостоятельного правового значения, и в отсутствие установленной связи несчастного случая, произошедшего с К.Ю.В. с производством, также удовлетворению не подлежат.

Требование ФИО1 о признании незаконным акта расследования несчастного случая со смертельным исходом (проведенного по результатам расследования с 9 по 27 сентября 2016 года), также вытекает из требования о признании несчастного случая, связанным с производством, поскольку сводится к несогласию с содержащимися в акте выводами. Каких либо самостоятельных доводов процессуального либо материально-правового характера в обоснование данного требования истицей не приводится, а в силу положений ч.3 ст.196 ГПК РФ судом принимается решение по заявленным истцом требованиям. Поскольку основное требование ФИО1 оставлено без удовлетворения, требование о признании незаконным акта расследования несчастного случая со смертельным исходом, удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь ч.2 ст.193, ст. ст. 194-199 ГПК РФ суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к СПК «Выдвиженец» и Государственной инспекции труда в Пензенской области о признании несчастного случая, произошедшего с К.Ю.В. 18.07.2016, несчастным случаем на производстве, возложении обязанности составить акт по форме Н-1 и о признании незаконным акта расследования несчастного случая со смертельным исходом (проведенного по результатам расследования с 9 по 27 сентября 2016 года), оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано через Шемышейский районный суд сторонами иными участвующими в деле лицами, а также лицами, которые не были привлечены к участию в деле и вопрос о правах и об обязанностях которых был разрешен судом, в апелляционном порядке в Пензенский областной суд в течение одного месяца с момента изготовления решения в окончательной форме.

Судья:

Мотивированное решении изготовлено 10 октября 2017 года