Дело № 65/2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации20 февраля 2019 года г. Приморско-АхтарскПриморско-Ахтарский районный суд Краснодарского края в составе:судьи Кучуковой Н.В. при секретаре Павленко Н.В.,

с участием:

представителя ответчика - Администрации муниципального образования Приморско-Ахтарский район- ФИО1, действующего на основании доверенности, 

представителя ответчика - Администрации Приморско-Ахтарского городского поселения Приморско-Ахтарского района- ФИО2, действующего на основании доверенности, 

представителя ответчика ФИО3, – адвоката Всяких Д.В., действующего на основании ордера и нотариально удостоверенной доверенности, 

представителя третьего лица - Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю ФИО4, действующего на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Краснодарскому крае и Республике Адыгея к администрации муниципального образования Приморско-Ахтарский район, администрации Приморско-Ахтарского городского поселения Приморско-Ахтарского района, ФИО3 о признании права собственности Российской Федерации на земельный участок с кадастровым номером № о признании отсутствующим права аренды на земельный участок,

у с т а н о в и л:

Межрегиональное территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Краснодарскому крае и Республике Адыгея обратилось в суд с иском к администрации муниципального образования Приморско-Ахтарский район, ФИО3 о признании права собственности Российской Федерации на земельный участок с кадастровым номером №, о признании отсутствующим права аренды ФИО3 на земельный участок.

Определением суда в качестве соответчика была привлечена Администрация Приморско-Ахтарского городского поселения Приморско-Ахтарского района.

Исковые требования мотивированы тем, что в адрес истца поступило обращение ФИО7 о заключении договора аренды земельного участка с кадастровым номером №. При рассмотрении обращения ФИО7 было выявлено наличие обременения в виде права аренды, зарегистрированного на основании договора аренды соседнего земельного участка несельскохозяйственного назначения от 09.09.2002г. с кадастровым номером №, заключенного между Администрацией Приморско-Ахтарского района и ФИО3 сроком на 49 лет. Адрес участка – район лимана Большой Кирпильский, шлюз № 8. Наличие указанного обременения нарушает права и законные интересы Российской Федерации.

В соответствии с Рамсарской конвенцией от 2 февраля 1971г. «О водно-болотных угодьях, имеющих международное значение, главным образом в качестве местообитания водоплавающих птиц», болота относятся к водно-болотным угодьям.

В целях обеспечения выполнения обязательств Российской Федерации, вытекающих из вышеуказанной Конвенции о водно-болотных угодьях, Правительством Российской Федерации издано постановление от 13 сентября 1994г. № 1050 «О мерах по обеспечению выполнения обязательств российской стороны, вытекающих из Конвенции о водно-болотистых угодьях, имеющих международное значением главным образом в качестве местообитаний водоплавающих птиц от 2 февраля 1971г.», которым определен список находящихся на территории Российской Федерации водно-болотных угодий, имеющих международное значение главным образом в качестве местообитаний водоплавающих птиц. В соответствии с вышеуказанным постановлением, в список таких территорий включена группа лиманов между реками Кубань и Протокой и Ахтаро-Гривенская система лиманов Восточного Приазовья, включая государственный заказник «Приазовский». Во исполнение указанного постановления Правительства, Главой администрации Краснодарского края от 24 июля 1995г. издано постановление № 413 «О выполнении постановления Правительства Российской Федерации от 13 сентября 1994г. № 1050 «О мерах по обеспечению выполнения обязательств российской стороны, вытекающих из Конвенции о водно-болотных угодьях, имеющих международное значением главным образом в качестве местообитаний водоплавающих птиц от 2 февраля 1971г.», которым определено, что группа лиманов между р. Кубань и р. Протокой Восточного Приазовья имеет международное значение в качестве местообитания водоплавающих птиц и выделена в особо охраняемую природную территорию с особым режимом охраны и использования природных ресурсов.

Указанным постановлением также определены границы водно- болотных угодий Краснодарского края, имеющих международное значение. В соответствии с п.11 положения, утвержденного постановлением Главы администрации Краснодарского края от 24.07.1995г. № 413, регламентация хозяйственной деятельности, сроки и способы ее проведения, а также отвод земли под все виды хозяйственной деятельности может осуществляться только по согласованию с краевым комитетом охраны окружающей среды и природных ресурсов (в настоящее время Управление Роспироднадзора по Краснодарскому краю), которое осуществляет контроль за состоянием, использованием и охраной природного комплекса, на территории которого расположены водно- болотные угодья международного значения. Указанные земли относятся к землям особо охраняемых территорий, могут находиться в федеральной собственности, согласно ч.2 ст. 94 и ч.2 ст.95 Земельного кодекса РФ. Кроме того, согласно ч.1 ст.8 ВК РФ, все водные объекты, за исключением прудов или обводненных карьеров, находятся в федеральной собственности. Согласно ч.6 ст. 6 ВК РФ, полоса земли вдоль береговой линии водного объекта общего пользования (береговая полоса) предназначается для общего пользования, ее ширина составляет 20 метров, за исключением береговой полосы каналов, а также рек и ручьев, протяженность которых от истока до устья не более чем десять километров. Из системного толкования вышеуказанных норм следует, что береговая полоса является неотъемлемой частью водного объекта, связана с ним территориально и функционально и составляет с ним единое целое как природный комплекс.

Таким образом, вышеназванные водные объекты, а также их береговые полосы в силу ст.ст.5,6,8 ВК РФ являются собственностью Российской Федерации, а поэтому не могут находиться в частной собственности и не подлежат приватизации как территории общего пользования. 

Однако, спорный земельный участок был образован с нарушением норм права, поскольку включает в себя водные объекты федерального уровня собственности, а также их береговые полосы, являющиеся территорией общего пользования. В связи с чем спорный земельный участок в существующих границах может находиться исключительно в федеральной собственности.

Ссылаясь на существующую судебную практику, истец утверждает, что Администрация муниципального образования Приморско-Ахтарский район не имела права распоряжаться спорным земельным участком, поскольку не обладает полномочиями его собственника. Поскольку спорный участок не огорожен, к нему имеется свободный доступ третьих лиц, Российская Федерация не утратила владение данным земельным участком. Истец указывает, что свои права на спорный земельный участок защищает путем подачи иска о признании права. 

Согласно п.52 Постановления Пленума Верховного суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», в случаях, когда запись в ЕГРП нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами, право собственности на движимое имущество зарегистрировано как на недвижимое имущество, ипотека или иное обременение прекратились), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующим. 

Поскольку администрация не имела права распоряжаться спорным земельным участком, возникновение обременения в виде аренды ответчика также не основано на нормах действующего законодательства, а также нарушает права Российской Федерации как собственника спорного земельного участка.

Истец просит суд признать право собственности Российской Федерации на земельный участок с кадастровым номером №, расположенный в границах участка, почтовый адрес ориентира : Краснодарский край, р-н Приморско-Ахтарский, район Большого Кирпильского лимана (шлюз № 8), признать отсутствующим право аренды Шварца Р.Р. на земельный участок с кадастровым номером № в резолютивной части судебного акта указать, что решение по настоящему спору будет являться основанием для внесения в ЕГРН записи о праве собственности Российской Федерации на земельный участок с кадастровым номером №, а также исключения из ЕГРН сведений о регистрации права собственности на земельный участок с кадастровым номером №. 

Представитель истца - Межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Краснодарскому крае и Республике Адыгея в судебное заседание не явился. О месте и времени рассмотрения дела был уведомлен надлежащим образом. От истца в суд поступило заявление о рассмотрение дела в его отсутствие. При таких обстоятельствах, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие истца.

Представитель ответчика- Администрации муниципального образования Приморско-Ахтарский район- ФИО1, действующий на основании доверенности, возражал против удовлетворения исковых требований и суду пояснил, что в соответствии с Рамсарской конвенцией от 02 февраля 1971 года «О водно-болотных угодьях, имеющих международное значение, главным образом в качестве местообитания водоплавающих птиц» (Конвенция) болота относятся к водно-болотным угодьям. 

Согласно пункту 1 статьи 2 Конвенции участники Конвенции включают водно-болотные угодья, расположенные на своей территории в Список водно-болотных угодий международного значения. Границы каждого водно-болотного угодья точно описываются и наносятся на карту. 

Постановлением Правительства РФ от 13 сентября 1994 года № 1050 «О мерах по обеспечению выполнения обязательств Российской Стороны, вытекающих из Конвенции о водно-болотных угодьях, имеющих международное значение главным образом в качестве местообитаний водоплавающих птиц, от 2 февраля 1971 года» (Постановление) утвержден Список находящихся на территории Российской Федерации водно-болотных угодий, имеющих международное значение главным образом в качестве местообитания птиц, в состав которых в том числе отнесены Ахтаро-Гривенская система лиманов Восточного Приазовья, включая государственный заказник «Приазовский» (Краснодарский край).

В соответствии с пунктом 3 Постановления, органам исполнительной власти субъектов Российской Федерации совместно с Министерством охраны окружающей среды и природных ресурсов Российской Федерации поручено определить границы указанных в Списке водно-болотных угодий, а также разработать и утвердить положения о расположенных на их территориях водно-болотных угодьях имеющих международное значение, определив в этих положениях порядок природопользования и охраны для указанных водно-болотных угодий. 

Во исполнение вышеуказанного Постановления, издано постановление главы администрации Краснодарского края от 24 июля 1995 года № 413 «О выполнении постановления Правительства РФ от 13 сентября 1994 года № 1050 «О мерах по обеспечению выполнения обязательств Российской Стороны, вытекающих из Конвенции о водно-болотных угодьях, имеющих международное значение главным образом в качестве местообитаний водоплавающих птиц, от 2 февраля 1971 года», которым утверждено положение о водно-болотных угодьях Ахтаро-Гривенской системы лиманов и группы лиманов между р. Кубань и р. Протокой Восточного Приазовья Краснодарского края Российской Федерации, имеющих международное значение главным образом в качестве местообитания водоплавающих птиц (далее – Положение).

Указанным Положением утверждены условные границы угодий с указанием необходимости их уточнения, проведения инвентаризации и создания банка данных водно-болотных угодий. 

Согласно п. 8 ст. 22 Федерального закона от 13 июля 2015 г. № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», местоположение границ земельного участка устанавливается посредством определения координат характерных точек таких границ, то есть точек изменения описания границ земельного участка и деления их на части. Местоположение отдельных частей границ земельного участка также может устанавливаться в порядке, определенном органом нормативно-правового регулирования в сфере кадастровых отношений, посредством указания на природные объекты и (или) объекты искусственного происхождения, в том числе линейные объекты, если сведения о таких объектах содержатся в государственном кадастре недвижимости и местоположение указанных отдельных частей границ земельного участка совпадает с местоположением внешних границ таких объектов. Требования к точности и методам определения координат характерных точек границ земельного участка устанавливаются органом нормативно-правового регулирования в сфере кадастровых отношений. Для установления границ земельного участка необходимо осуществить его государственный кадастровый учет в соответствии с требованиями Федерального закона № 221-ФЗ от 24.07.2007 года и с учетом Методических рекомендации по проведению межевания объектов землеустройства (утв. Росземкадастром 17 февраля 2003 г.).

По состоянию на дату рассмотрения искового заявления Межрегионального территориального управления, местоположение точных границ и площадь угодий не установлены и не нанесены на карту.

В соответствии с пунктом 3 статьи 15 Конституции Российской Федерации любые нормативные правовые акты, затрагивающие права, свободы и обязанности человека и гражданина, не могут применяться, если они не опубликованы официально для всеобщего сведения.

Статьёй 2 Закона Краснодарского края от 6 июня 1995 года № 7-КЗ «О правотворчестве и нормативных правовых актах Краснодарского края» (в редакции от 06 июня 1995 года), даны следующие определения:

нормативно правовой акт администрации края – это акт, принятый главой администрации края или органом управления администрации края в рамках их компетенции и содержащий правовые нормы;

правовая норма – официально установленное правотворческим органом края предписание, рассчитанное на многократное применение и обеспеченное юридической санкцией.

Таким образом, руководствуясь Законом Краснодарского края от 6 июня 1995 года № 7-КЗ «О правотворчестве и нормативных правовых актах Краснодарского края» (в редакции от 06 июня 1995 года), Постановление главы администрации Краснодарского края от 24 июля 1995 года № 413 является нормативно правовым актом, соответственно подлежащим официальному опубликованию.

В соответствии с частью 2 статьи 46 Закона Краснодарского края от 6 июня 1995 года № 7-КЗ «О правотворчестве и нормативных правовых актах Краснодарского края» (в редакции от 06 июня 1995 года), нормативные правовые акты, принятые органами государственной власти края, в обязательном порядке публикуются в газете «Кубанские новости».

Однако, на момент заключения договора аренды спорного земельного участка, Постановление главы администрации Краснодарского края от 24 июля 1995 г. № 413 «О выполнении постановления Правительства Российской Федерации от 13 сентября 1994 г. № 1050 «О мерах по обеспечению выполнения обязательств Российской Стороны, вытекающих из Конвенции о водно-болотных угодьях, имеющих международное значение главным образом в качестве местообитаний водоплавающих птиц, от 2 февраля 1971 г.», не было опубликовано в газете «Кубанские новости», текст вышеуказанного постановления опубликован на официальном сайте администрации Краснодарского края (http://admkrai.krasnodar.ru/ndocs/) 25 августа 2014 г., в газете «Кубанские новости» от 29 сентября 2014 г. № 160.

На основании вышеизложенного, в связи с нарушением статьи 15 Конституции Российской Федерации, статьи 44 Закона Краснодарского края от 6 июня 1995 года № 7-КЗ «О правотворчестве и нормативных правовых актах Краснодарского края» (в редакции от 06 июня 1995 года), ограничения, установленные Постановлением главы администрации Краснодарского края от 24 июля 1995 года № 413, на момент заключения спорного договора аренды земельного участка несельскохозяйственного назначения от 09 сентября 2002 года, не применимы.

Ссылка Межрегионального территориального управления на то, что спорный земельный участок находится в границах водно-болотных угодий, является необоснованной и несоответствующей действительности.

В исковом заявлении Межрегиональное территориальное управление указывает, что спорный земельный участок является особо охраняемой территорией федерального значения, является федеральной собственностью и находится в ведении федеральных органов исполнительной власти.

Администрация считает данный довод необоснованным.

Правовой статус особо охраняемых природных территорий определен Федеральным законом от 14 марта 1995 года № 33-ФЗ «Об особо охраняемых природных территориях», в соответствии со статьей 1 которого, особо охраняемые природные территории - это участки земли, водной поверхности и воздушного пространства над ними, где располагаются природные комплексы и объекты, которые имеют особое природоохранное, научное, культурное, эстетическое, рекреационное и оздоровительное значение, которые изъяты решениями органов государственной власти полностью или частично из хозяйственного использования и для которых установлен режим особой охраны.

Согласно пункту 1 статьи 2 указанного Федерального закона к особо охраняемым природным территориям относятся: государственные природные заповедники, в том числе биосферные, национальные парки, природные парки, государственные природные заказники, памятники природы, дендрологические парки и ботанические сады, лечебно-оздоровительные местности и курорты. Данный перечень категорий, относящихся к особо охраняемым природным территориям, является закрытым и не содержит такой категории, как водно-болотные угодья, имеющие международное значение. Особо охраняемые природные территории могут иметь федеральное, региональное или местное значение, что в свою очередь и является основанием для отнесения земельных участков особо охраняемых природных территорий к определенному уровню публичной собственности.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 13.09.1994 года № 1050 «О мерах по обеспечению выполнения обязательств Российской Стороны, вытекающих из Конвенции о водно-болотных угодьях, имеющих международное значение главным образом в качестве местообитаний водоплавающих птиц, от 2 февраля 1971 года», в список находящихся на территории Российской Федерации водно-болотных угодий, имеющих международное значение главным образом в качестве местообитаний водоплавающих птиц включен Ахтаро-Гривенская система лиманов Восточного Приазовья, включая государственный заказник «Приазовский». 

При этом указанное постановление, так же как и постановление главы администрации Краснодарского края от 24.07.1995 года № 413 «О выполнении постановления Правительства Российской Федерации от 13.09.1994 года № 1050 «О мерах по обеспечению выполнения обязательств Российской Стороны, вытекающих из Конвенции о водно-болотных угодьях, имеющих международное значение главным образом в качестве местообитаний водоплавающих птиц, от 02 февраля 1971 года» не присваивают водно-болотным угодьям, имеющим международное значение, правовой статус особо охраняемой природной территории. К особо охраняемым природным территориям федерального значения, в установленном порядке отнесен только государственный заказник «Приазовский», включенный распоряжением Правительства Российской Федерации от 31 декабря 2008 года № 2055-р в перечень особо охраняемых природных территорий федерального значения, находящихся в ведении Минприроды России. В отношении же остальных территорий Ахтаро-Гривенской системы лиманов Восточного Приазовья подобных решений не принималось.

В соответствии с пунктом 13 Положения об информационном взаимодействии при ведении государственного кадастра недвижимости, утвержденным постановлением Правительства РФ от 18 августа 2008 года № 618 определено, что орган государственной власти, принявший решение об установлении границы зоны с особыми условиями использования территорий, представляет в орган кадастрового учета выписку из решения об установлении или изменении границ таких зон, перечень координат характерных точек границ указанных зон в установленной системе координат, а также перечень ограничений прав в границах такой зоны либо документ, содержащий реквизиты правового акта, предусматривающего такие ограничения, и документ, описывающий местоположение установленной границы зоны с особыми условиями использования территорий. Эта норма относится и к предоставлению сведений об особо охраняемой территории. 

В выписке из ЕГРН от 25 мая 2018 года № отсутствуют данные, свидетельствующие об особом режиме землепользования – об особо охраняемой территории. 

Таким образом, территории, которым в установленном порядке не присвоен особый статус особо охраняемых природных территорий, в соответствии с Федеральным законом от 14 марта 1995 г. № 33-ФЗ «Об особо охраняемых природных территориях», не могут рассматриваться в качестве особо охраняемых природных территорий федерального или иного значения, и, как следствие, по данному критерию не могут быть отнесены к какому либо уровню публичной собственности. В силу статей 16-19 Земельного кодекса Российской Федерации, государственная собственность на данные земли не разграничена. 

В соответствии с пунктом 10 статьи 3 Федерального закона от 25 октября 2001 года № 137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации», распоряжение земельными участками, государственная собственность на которые не разграничена, осуществляется органами местного самоуправления муниципальных районов, городских округов, если иное не предусмотрено законом Российской Федерации об автомобильных дорогах и о дорожной деятельности.

Администрацией муниципального образования Приморско-Ахтарский район правомерно заключен договор аренды земельного участка сельскохозяйственного назначения от 09 сентября 2002 года, зарегистрированный в установленном порядке Управлением Росреестра по Краснодарскому краю (Приморско-Ахтарский отдел).

Спорный земельный участок не относится к особо охраняемой природной территории.

Согласно государственному контракту № 82 от 08 ноября 2013 года, министерством природных ресурсов поручено подрядчику – ООО «ДорСтройИнжиниринг» провести работы по экологическому обследованию территории водно-болотных угодий Ахтаро-Гривенской системы лиманов и группы лиманов между рекой Кубань и рекой Протокой Восточного Приазовья Краснодарского края, с целью установления границ и площади водно-болотных угодий и придания им статуса особо охраняемой территории. На момент рассмотрения данного искового заявления, вышеуказанные границы не установлены.

Данный факт служит доказательством того, что по состоянию на дату рассмотрения заявления Межрегионального территориального управления территории Ахтаро-Гривенской системы лиманов и группы лиманов между рекой Кубань и рекой Протокой Восточного Приазовья в установленном порядке не присвоен особый статус особо охраняемых природных территорий, а также не установлены их границы и площадь.

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Однако нормой статьи 181 Гражданского кодекса РФ установлен иной срок течения исковой давности.

В соответствии с пунктом 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2001 года № 15/18 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса РФ об исковой давности» к требованиям о признании недействительной оспоримой сделки не применяются общие правила, установленные статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации о начале течения срока исковой давности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки (т.е. после подписания сторонами договора аренды который имеет силу акта-приема передачи).

Новая редакция части 1 статьи 181 Гражданского кодекса (введена Федеральным законом от 07.05.2013 № 100-ФЗ), исчисляющая срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения, применению не подлежит (пункт 6 статьи 3 Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ).

Договор аренды оспариваемого земельного участка между ответчиком заключен 09 сентября 2002 года. Таким образом, Межрегиональным территориальным управлением пропущен срок исковой давности.

Истечение срока давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса РФ).

В исковом заявлении Межрегиональное территориальное управление указывает, что спорный земельный участок был образован с нарушением водного законодательства, поскольку включает в себя водные объекты федерального уровня собственности, а также их береговые полосы, являющиеся территорией общего пользования.

Однако данная позиция не обоснована, документально не подтверждена и противоречит фактическим обстоятельствам дела.

Во-первых, согласно пункту 1 статьи 102 ЗК РФ, земли, покрытые поверхностными водами, сосредоточенными в водных объектах (то есть внутри береговой линии), а также земли, занятые гидротехническими и иными сооружениями, расположенными на водных объектах, относятся к землям водного фонда.

На землях, покрытых поверхностными водами, не осуществляется образование земельных участков (пункт 2 статьи 102 ЗК РФ).

В то же время, земли, расположенные за береговой линией и не занятые гидротехническими и иными сооружениями, расположенными на водных объектах, могут относиться к землям любой иной категории, кроме земель водного фонда.

Таким образом, законодатель изначально разделил правовой режим земель, занятых поверхностными водными объектами, и земель (территорий), примыкающих к поверхностным водным объектам по береговой линии.

Согласно части 6 статьи 6 ВК РФ, полоса земли вдоль береговой линии водного объекта общего пользования (береговая полоса) предназначается для общего пользования. Ширина береговой полосы водных объектов общего пользования составляет двадцать метров, за исключением береговой полосы каналов, а также рек и ручьев, протяженность которых от истока до устья не более чем десять километров.

В соответствии с пунктом 4 статьи 5 ВК РФ береговая линия (граница водного объекта) определяется для моря - по постоянному уровню воды, а в случае периодического изменения уровня воды - по линии максимального отлива.

Согласно пункту 4.1. статьи 5 ВК РФ, порядок определения местоположения береговой линии (границы водного объекта), случаи и периодичность ее определения устанавливаются Правительством Российской Федерации. Требования к описанию местоположения береговой линии (границы водного объекта) устанавливаются уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

Утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 29.04.2016 № 377 Правилами предусмотрено выполнение работ по определению местоположения береговой линии, в результате которых осуществляется описание ее местоположения с учетом требований, установленных уполномоченным органом исполнительной власти. При таком описании подготавливаются перечень координат характерных точек береговой линии, соответствующая картографическая основа, пояснительная записка (пункт 8). Региональные органы государственной власти направляют названные результаты работ в Федеральное агентство водных ресурсов для их внесения в государственный водный реестр (пункт 12), а последнее - в федеральный орган исполнительной власти, уполномоченный в области государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним, кадастрового учета и ведения государственного кадастра недвижимости (пункт 13). Местоположение береговой линии считается определенным со дня внесения соответствующих сведений в государственный кадастр недвижимости (пункт 14).

На момент предоставления спорного земельного участка в аренду, а также на момент рассмотрения дела в суде, не определено местоположение береговой линии водного объекта – лимана Большой Кирпильский, не описаны координаты характерных точек береговой линии, не выполнена соответствующая картографическая основа, а как следствие не внесены соответствующие сведения в государственный кадастр недвижимости (далее – ГКН).

Фактически спорный земельный участок образован из земель запаса, материалами межевого дела не подтверждено расположение земельного участка в пределах береговой полосы водного объекта общего пользования, либо частичное наложение на земельный участок водного объекта.

В материалы дела истцом не представлены доказательства, подтверждающие определение береговой полосы водного объекта – лимана Большой Кирпильский, а также доказательства вхождения спорного земельного участка в соответствующую береговую полосу.

В пункте 16 статьи 1 ВК РФ указано, что под негативным воздействием вод понимается затопление, подтопление, разрушение берегов водных объектов, заболачивание и другое негативное воздействие на определенные территории и объекты.

Согласно статье 55 ВК РФ собственники водных объектов осуществляют мероприятия по охране водных объектов, предотвращению их загрязнения, засорения и истощения вод, а также меры по ликвидации последствий указанных явлений.

В соответствии со статьёй 67.1. ВК РФ в целях предотвращения негативного воздействия вод на определенные территории принимаются меры по защите от разрушения берегов водных объектов, заболачивания и другого негативного воздействия вод.

Частью 3 статьи 67.1. ВК РФ определено, что инженерная защита территорий и объектов от негативного воздействия вод, в том числе строительство берегоукрепительных сооружений, дамб и других сооружений, предназначенных для защиты территорий и объектов от затопления, подтопления, разрушения берегов водных объектов, заболачивания и другого негативного воздействия вод (сооружения инженерной защиты), осуществляется в соответствии с законодательством Российской Федерации о градостроительной деятельности.

В виду того, что собственником водного объекта – лиман Большой Кирпильский, не осуществлено укрепление берега лимана, путём строительства берегоукрепительных сооружений, берег водного объекта под воздействием природных факторов размывается, что влечет смещение береговой полосы в сторону спорного земельного участка. Так как водный объект не укреплён гидротехническим сооружением, то в течение шестнадцати лет с момента предоставления в аренду спорного земельного участка, допустимо смещение береговой полосы в сторону спорного земельного участка. 

Истцом не представлены доказательства вхождения спорного земельного участка в границы береговой полосы, а также частичное наложение водного объекта на земельный участок на момент заключения договора аренды. 

Согласно сведениям информационной системы обеспечения градостроительной деятельности из раздела IV от 24 декабря 2018 года, предоставленной отделом архитектуры и градостроительства администрации муниципального образования Приморско-Ахтарский район, земельный участок с кадастровым номером № расположенный по адресу: 

<

адрес>, район Большого Кирпильского лимана (шлюз №8) не расположен в границах утвержденных особо охраняемых природных территорий регионального и местного значения.

Представитель ответчика - Администрации Приморско-Ахтарского городского поселения Приморско-Ахтарского района- ФИО2, действующий на основании доверенности, возражал против удовлетворения исковых требований и дал суду аналогичные пояснения.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился. О месте и времени рассмотрения дела уведомлен надлежащим образом. О причинах своей неявки суду не сообщил.Его интересы в суде представляет адвокат Всяких Д.В. действующий на основании ордера и нотариально удостоверенной доверенности. При таких обстоятельствах, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчика ФИО3

Представитель ответчика ФИО3 – адвокат Всяких Д.В., действующий на основании ордера и нотариально удостоверенной доверенности, возражал против удовлетворения исковых требований и суду пояснил, что истцом пропущен срок исковой давности по заявленным требованиям, исчисляемый в течение 3-х лет с момента заключения договора аренды № 81 от 09.09.2002г. спорного земельного участка, который истек в сентябре 2005г., о чем заявляет как о самостоятельном основании для отказа в иске (п.2 ст. 199 ГК РФ).

Согласно выписки из ЕГРЮЛ по истцу, свою деятельность истец начал 30.09,2010г., с указанного момента по настоящее время также прошло более 3-х лет, следовательно, истец не может просить и о восстановлении пропущенного срока исковой давности. 

Оспариваемое право аренды ответчика ФИО3 возникло на основании возмездной сделки – договора аренды, предусматривающего выплату арендатором арендодателю денежных средств за использование земельного участка. Договор аренды был оформлен надлежащим образом и зарегистрирован в установленном порядке. 

Учитывая, что на момент заключения договора аренды Постановление главы администрации Краснодарского края от 24 июля 1995г. № 413 «О выполнении постановления Правительства Российской Федерации от 13 сентября 1994г. № 1050 «О мерах по обеспечению обязательств Российской стороны, вытекающих из Конвенции о водно- болотных угодьях, имеющих международное значение главным образом в качестве местообитаний водоплавающих птиц, от 2 февраля 1971г.» не было опубликовано в газете «Кубанские новости», согласно требований ч.2 ст. 46 Закона Краснодарского края от 6 июня 1995 года № 7-КЗ «О правотворчестве и нормативных правовых актах Краснодарского края» (в редакции от 06.06.1995года) и п.3 ст.15 Конституции РФ, ответчик ФИО3 не знал и не мог знать о наличии обстоятельств, могущих повлечь предъявления кем-либо требований о недействительности его права аренды спорного участка по причине возможного вхождения территории участка в земли, возможно подпадающие под действие Рамсарской конвенции. Таким образом, при заключении и исполнении возмездной сделки – договора аренды от 09.09.2002г. № 81 земельного участка ответчик ФИО3 действовал добросовестно, обратное истцом не доказано.

Согласно положений ч.1 ст. 302 Гражданского кодекса РФ, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли. Указанные обстоятельства для истца отсутствуют.

Поскольку право аренды ФИО3 на спорный земельный участок, оспариваемое истцом, возникло на основании сделки – договора аренды № № от 09.09.2002г., признать это право отсутствующим (недействительным), возможно исключительно путем признания недействительным самого договора аренды. Однако истец не ссылается в исковых требованиях на недействительность, исходя из оспоримости договора аренды, согласно ст.168 ГК РФ. При этом, согласно положений ч.2 ст.166 ГК РФ, требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть заявлено стороной сделки или иными лицом, указанным в законе. Прямо указаны в законе, применительно к возникшему спору, в качестве таких лиц только прокуроры. Истец не может сослаться на положения закона, дающие именно ему право оспаривать сделки, стороной которых он не является.

Истец необоснованно указывает в обоснование исковых требований, на положения Водного кодекса РФ № 74-ФЗ от 03.06.2006г., что спорный участок входит в береговую полосу лимана Большой Кирпильский, являющегося федеральной собственностью, поскольку входит в 20- метровую зону от уреза воды указанного лимана, предназначенную для общего пользования. 

Согласно реального местоположения спорного участка на геодезической и кадастровой картах, он находится в удалении около 100 метров от уреза воды лимана Большой Кирпильский, а также находится за пределами его 20- метровой береговой зоны. Участок с двух сторон граничит с водными объектами искусственного происхождения, являющимися каналами. Это подтверждается как внешним видом очертаний берегов указанных водных объектов, так и Постановлением главы Администрации Приморско-Ахтарского района № № от 16.09.1993г., «Об отводе земельного участка АФ ПМК для прудового рыбоводства из земель запаса района», принятого во исполнение Решения Приморско-Ахтарского Совета народных депутатов № 118 от 21.07.1993г. Согласно ч.1 ст. 8 Водного кодекса РФ, такие водные объекты, как пруд и обводненный карьер, ныне используемые как каналы, федеральной собственностью по умолчанию не являются. Поскольку указанные водные объекты, граничащие с спорным земельным участком, не имеют береговой полосы общего пользования, согласно ч.6 ст.6 Водного кодекса РФ, устанавливающей, что ширина береговой полосы водных объектов общего пользования составляет 20 метров, за исключением береговой полосы каналов, а также рек и ручьев, протяженность которых от истока до устья не более чем десять километров. Следовательно, утверждения истца о федеральной собственности на спорный участок через его береговую полосу общего пользования, которой на самом деле нет, не основаны на законе. Следует также отметить, что Водный кодекс РФ вступил в силу в 2006 году, на 4 года позже заключения договора аренды земельного участка от 09.09.2002г., поэтому в момент заключения договора, указанный нормативный акт нарушить было невозможно.

Договор аренды спорного участка был заключен на основании действующего и в настоящее время Постановления главы Приморско-Ахтарского района Краснодарского края № 584 от 29.08.2002г. «О предоставлении земельного участка в аренду ФИО3». 

Согласно ч. 2 ст. 95 Земельного кодекса РФ, земли особо охраняемых природных территорий относятся к объектам общенационального достояния и могут находиться в федеральной собственности, собственности субъектов Российской Федерации и в муниципальной собственности.

На основании п. 10 ст. 3 Федерального закона от 25.10.2001 года N 137-ФЗ "О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации", органы местного самоуправления муниципальных районов, городских округов вправе распоряжаться теми земельными участками, государственная собственность на которые не разграничена. Одним из критериев, позволяющих разграничить публичную собственность на земельные участки, является отнесение к конкретному уровню собственности в случаях, предусмотренных федеральным законом.

Федеральный закон об отнесении спорного земельного участка к федеральной собственности не принимался.

Таким образом, муниципальное образование Приморско-Ахтарский район может быть и в настоящее время является собственником спорного земельного участка.

Федеральный закон от 14.03.1995г. №33-Ф3 «Об особо охраняемых природных территориях» не предусматривает придание режима особо охраняемой природной территории (федерального уровня собственности) водно-болотным угодьям международного значения.

Следовательно, вывод истца о том, что спорный земельный участок отнесен к федеральной собственности, не основан на доказательствах и противоречит действующему законодательству, в связи с чем является ошибочным. 

В соответствии с ч.4 и ч.5 статьи 2 Федерального закона РФ №33-Ф3 «Об особо охраняемых природных территориях», все особо охраняемые природные территории учитываются при разработке территориальных комплексных схем, схем землеустройства и районной планировки. На основании принятых схем развития и размещения особо охраняемых природных территорий или территориальных схем охраны природы, органы государственной власти субъектов Российской Федерации принимают решения о резервировании земель, которые предполагается объявить особо охраняемыми природными территориями, и об ограничении на них хозяйственной деятельности.

Сведения о границах указанной особо охраняемой природной территории в соответствии со статьей 4 Федерального закона № 33-ФЗ «Об особо охраняемых природных территориях» должны содержатся в государственном кадастре особо охраняемых природных территорий, который ведется в целях оценки состояния природно-заповедного фонда, определения перспектив развития сети данных территорий, повышения эффективности государственного надзора в области охраны и использования особо охраняемых природных территорий, а также учета данных территорий при планировании социально-экономического развития регионов. Данный кадастр включает в себя сведения о статусе этих территорий, об их географическом положении и границах, режиме особой охраны этих территорий, природопользователях, эколого-просветительской, научной, экономической, исторической и культурной ценности.

Порядок ведения государственного кадастра ранее был установлен Постановлением Правительства РФ от 19.10.1996г. №1249, в настоящее время установлен приказом Министерства природных ресурсов и экологии РФ от 19.03.2012г. №69.

Однако сведения указанного кадастра о вхождении спорного земельного участка в земли особо охраняемых природных территорий отсутствуют.

Нет и сведений, подтверждающих факт принятия или утверждения схем размещения или территориальной схемы охраны природы особо охраняемой природной территории на которую ссылается истец - группы лиманов между р.Кубань и р.Протокой Восточного Приазовья.

В соответствии с Рамсарской конвенцией от 2 февраля 1971г. «О водно-болотных угодьях, имеющих международное значение, главным образом в качестве местообитания водоплавающих птиц» болота относятся к водно-болотным угодьям.

В целях обеспечения выполнения обязательств Российской Федерации, вытекающих из вышеуказанной Конвенции о водно-болотных угодьях, Правительством Российской Федерации издано постановление от 13 сентября 1994г. № 1050 «О мерах по обеспечению выполнения обязательств российской стороны, вытекающих из Конвенции о водно-болотистых угодьях, имеющих международное значение главным образом в качестве местообитаний водоплавающих птиц от 2 февраля 1971г.», которым определен список находящихся на территории Российской Федерации водно-болотных угодий, имеющих международное значение главным образом в качестве местообитаний водоплавающих птиц. В соответствии с вышеуказанным постановлением, в список таких территорий включена группа лиманов между реками Кубань и Протокой и Ахтаро-Гривенская система лиманов Восточного Приазовья, включая государственный заказник «Приазовский». Во исполнение указанного постановления правительства, главой администрации Краснодарского края от 24 июля 1995г. издано постановление № 413 «О выполнении постановления Правительства Российской Федерации от 13 сентября 1994г. № 1050 «О мерах по обеспечению выполнения обязательств российской стороны, вытекающих из Конвенции о водно-болотных угодьях, имеющих международное значение главным образом в качестве местообитаний водоплавающих птиц от 2 февраля 1971г.», которым определено, что группа лиманов между р. Кубань и р. Протокой Восточного Приазовья имеет международное значение в качестве местообитания водоплавающих птиц и выделена в особо охраняемую природную территорию с особым режимом охраны и использования природных ресурсов. 

Земельный массив, в который входит и спорный земельный участок был сформирован еще до издания указанных постановлений правительства и губернатора Краснодарского края.

Спорный земельный участок не имеет статуса «особо-охраняемой природной территории» и деятельность физического лица на данной территории, не связанная с осуществлением предпринимательской деятельности, не требует государственных экологических экспертиз и согласований регионального уровня. Поэтому представитель ответчика просит в удовлетворении иска отказать.

Представитель третьего лица - Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю ФИО4, действующий на основании доверенности, суду пояснил, что в настоящее время точные границы земельного участка, на котором будут реализованы положения Рамсарской конвенции, не определены. Просил суд принять решение по делу с учетом законности и обоснованности.

Представитель третьего лица – Кубанского бассейнового водного управления Федерального агентства водных ресурсов в судебное заседание не явился. О месте и времени рассмотрения дела уведомлен надлежащим образом. О причинах своей неявки суду не сообщил, не просил о рассмотрении дела в его отсутствие. При таких обстоятельствах, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие третьего лица.

Выслушав представителей ответчиков, представителя третьего лица, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ввиду следующего.

Согласно пунктам 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. 

В соответствии со статьей 309 Гражданского кодекса Российской Федерации, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В судебном заседании установлено, что 09.09.2002г. между ответчиками –ФИО3 и Администрацией Приморско-Ахтрского района (ныне – Администрация муниципального образования Приморско-Ахтарский район Краснодарского края), был заключен возмездный договор аренды № от 09.09.2002г., спорного земельного участка с кадастровым номером № сроком на 49 лет, который прошел государственную регистрацию в установленном порядке. Заключению указанного договора сопутствовало волеизъявление обоих сторон сделки – заявление гр. ФИО3 и издание Постановления главы Приморско-Ахтарского района Краснодарского края № 584 от 29.08.2002г. «О предоставлении земельного участка в аренду ФИО3». В судебном заседании обе стороны указанной сделки подтвердили намерение сохранить договорные отношения как арендатор и арендодатель и в будущем.

Согласно ст. 8 Гражданского кодекса РФ, гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему. 

Согласно ч.1 ст. 617 Гражданского кодекса РФ, переход права собственности (хозяйственного ведения, оперативного управления, пожизненного наследуемого владения) на сданное в аренду имущество к другому лицу не является основанием для изменения или расторжения договора аренды. 

Таким образом, право аренды спорного земельного участка ответчика ФИО3, возникшее из указанного договора, продолжает действовать на протяжении всего времени действия договора, до момента его расторжения либо признания недействительным. 

Исковые требования, заявленные истцом, не предполагают признания недействительным договора аренды спорного земельного участка, прекращения его по иным основаниям. Также истец в исковом заявлении не оспаривает законность акта органа местного самоуправления, на основании которого был выделен спорный земельный участок и заключен договор его аренды.

Суд, дав правовую оценку доводам ответчиков о пропуске истцом срока исковой давности, находит указанный срок не пропущенным, поскольку на требования истца, как они изложены в исковом заявлении, исковая давность не распространяется.

В соответствии с Рамсарской конвенцией от 2 февраля 1971г. «О водно-болотных угодьях, имеющих международное значение, главным образом в качестве местообитания водоплавающих птиц», болота относятся к водно-болотным угодьям.

В целях обеспечения выполнения обязательств Российской Федерации, вытекающих из вышеуказанной Конвенции о водно-болотных угодьях, Правительством Российской Федерации издано постановление от 13 сентября 1994г. № 1050 «О мерах по обеспечению выполнения обязательств российской стороны, вытекающих из Конвенции о водно-болотистых угодьях, имеющих международное значением главным образом в качестве местообитаний водоплавающих птиц от 2 февраля 1971г.», которым определен список находящихся на территории Российской Федерации водно-болотных угодий, имеющих международное значение главным образом в качестве местообитаний водоплавающих птиц. В соответствии с вышеуказанным постановлением, в список таких территорий включена группа лиманов между реками Кубань и Протокой и Ахтаро-Гривенская система лиманов Восточного Приазовья, включая государственный заказник «Приазовский». Во исполнение указанного постановления правительства, главой администрации Краснодарского края от 24 июля 1995г. издано постановление № 413 «О выполнении постановления Правительства Российской Федерации от 13 сентября 1994г. № 1050 «О мерах по обеспечению выполнения обязательств российской стороны, вытекающих из Конвенции о водно-болотных угодьях, имеющих международное значением главным образом в качестве местообитаний водоплавающих птиц от 2 февраля 1971г.», которым определено, что группа лиманов между р. Кубань и р. Протокой Восточного Приазовья имеет международное значение в качестве местообитания водоплавающих птиц и выделена в особо охраняемую природную территорию с особым режимом охраны и использования природных ресурсов. 

Вместе с тем, из материалов дела следует, что земельный массив, в который входит спорный земельный участок, был сформирован из земель запаса Приморско-Ахтарского района в 1993 году, в соответствии с Постановлением главы Администрации Приморско-Ахтарского района № № от 16.09.1993г., «Об отводе земельного участка АФ ПМК для прудового рыбоводства из земель запаса района», принятого во исполнение Решения Приморско-Ахтарского Совета народных депутатов № 118 от 21.07.1993г., то есть до момента принятия нормативных актов, на которые ссылается истец.

Учитывая, что хозяйственная деятельность на спорном участке не велась и не ведется, на нем отсутствуют водные объекты, объекты недвижимости и ограждения, участок не используется для предпринимательской деятельности, суд считает, что какие – либо согласования от органов власти при предоставлении его в аренду ответчиком Администрацией Приморско-Ахтарского района не требовались, равно как не требовалось проведения государственных экологических экспертиз и согласований регионального уровня.

Доводы истца о состоявшейся приватизации спорного земельного участка суд считает ошибочными и не основанными на доказательствах.

Согласно ч. 2 ст. 95 Земельного кодекса РФ, земли особо охраняемых природных территорий относятся к объектам общенационального достояния и могут находиться в федеральной собственности, собственности субъектов Российской Федерации и в муниципальной собственности.

На основании п. 10 ст. 3 Федерального закона от 25.10.2001 года N 137-ФЗ "О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации", органы местного самоуправления муниципальных районов, городских округов вправе распоряжаться теми земельными участками, государственная собственность на которые не разграничена. Одним из критериев, позволяющих разграничить публичную собственность на земельные участки, является отнесение к конкретному уровню собственности в случаях, предусмотренных федеральным законом.

Из нормативной базы следует, что федеральный закон об отнесении спорного земельного участка к федеральной собственности не принимался.

Таким образом, муниципальное образование Приморско-Ахтарский район Краснодарского края может быть и в настоящее время является собственником спорного земельного участка.

Федеральный закон от 14.03.1995г. №33-Ф3 «Об особо охраняемых природных территориях» не предусматривает придание режима особо охраняемой природной территории (федерального уровня собственности) водно-болотным угодьям международного значения.

Следовательно, вывод истца о том, что спорный земельный участок отнесен к федеральной собственности, не основан на доказательствах и противоречит действующему законодательству, в связи с чем является ошибочным. 

В соответствии с ч.4 и ч.5 статьи 2 Федерального закона РФ №33-Ф3 «Об особо охраняемых природных территориях», все особо охраняемые природные территории учитываются при разработке территориальных комплексных схем, схем землеустройства и районной планировки. На основании принятых схем развития и размещения особо охраняемых природных территорий или территориальных схем охраны природы органы государственной власти субъектов Российской Федерации принимают решения о резервировании земель, которые предполагается объявить особо охраняемыми природными территориями, и об ограничении на них хозяйственной деятельности.

Сведения о границах указанной особо охраняемой природной территории в соответствии со статьей 4 Федерального закона № 33-ФЗ «Об особо охраняемых природных территориях» должны содержатся в государственном кадастре особо охраняемых природных территорий, который ведется в целях оценки состояния природно-заповедного фонда, определения перспектив развития сети данных территорий, повышения эффективности государственного надзора в области охраны и использования особо охраняемых природных территорий, а также учета данных территорий при планировании социально-экономического развития регионов. Данный кадастр включает в себя сведения о статусе этих территорий, об их географическом положении и границах, режиме особой охраны этих территорий, природопользователях, эколого-просветительской, научной, экономической, исторической и культурной ценности.

Порядок ведения государственного кадастра ранее был установлен Постановлением Правительства РФ от 19.10.1996г. №1249, в настоящее время установлен приказом Министерства природных ресурсов и экологии РФ от 19.03.2012г. №69.

Однако сведения указанного кадастра о вхождении спорного земельного участка в земли особо охраняемых природных территорий отсутствуют. 

Нет и сведений, подтверждающих факт принятия или утверждения схем размещения или территориальной схемы охраны природы особо охраняемой природной территории на которую ссылается истец - группы лиманов между р.Кубань и р.Протокой Восточного Приазовья.

Суд считает несостоятельными доводы истца о нарушении при заключении договора аренды № № от 09.09.2002г. Водного кодекса РФ от 03.06.2006г. № 74-ФЗ, поскольку указанный нормативный акт был принят и вступил в силу после возникновения арендных правоотношений между ответчиками. 

Несостоятельны и доводы истца о вхождении спорного земельного участка в 20-метровую береговую полосу водного объекта лиман Большой Кирпильский, поскольку они опровергаются предоставленными ответчиками доказательствами.

В силу ч. 1 ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

К письменным доказательствам согласно части 1 статьи 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации относятся содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела, акты, договоры, справки, деловая корреспонденция, иные документы и материалы, выполненные в форме цифровой, графической записи, в том числе полученные посредством факсимильной, электронной или другой связи либо иным позволяющим установить достоверность документа способом.

В ходе разбирательства по иску представителями сторон предоставлены и исследованы в судебном заседании распечатки картографического материала, архивные копии актов органов местного самоуправления, договор аренды, свидетельство о регистрации права, выписка из ЕГРП по спорному участку, выписка из ЕГРЮЛ. Указанные доказательства не опровергались сторонами, третьим лицом, суд находит их допустимыми, достоверными и относящимися к предмету спора, а также достаточными в совокупности с другими доказательствами для установления истины по делу. 

При таких обстоятельствах, исковые требования удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

В удовлетворении исковых требований Межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Краснодарскому крае и Республике Адыгея к Администрации муниципального образования Приморско-Ахтарский район, Администрации Приморско-Ахтарского городского поселения Приморско-Ахтарского района о признании права собственности Российской Федерации на земельный участок с кадастровым номером №, признании отсутствующим права аренды ФИО3 на земельный участок -отказать.

Принятые по заявлению Межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Краснодарскому крае и Республике Адыгея меры по обеспечению иска, в виде запрета Управлению Федеральной службы государтвенной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю на осуществление регистрационных действий по регистрации права собственности, перехода права собственности, по внесению сведений в ЕГРН в отношении земельного участка, с кадастровым номером № расположенного в границах земельного участка, почтовый адрес ориентира: Краснодарский край, район Приморско-Ахтарский, район Большого Кирпильского лимана (шлюз №8) -отменить.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Краснодарский краевой суд через Приморско-Ахтарский районный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья Приморско-Ахтарского 

районного суда Н.В. Кучукова.