Дело № 2-643/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14 марта 2017 года г. Смоленск

Промышленный районный суд г. Смоленска

В составе:

председательствующего судьи Самошенковой Е.А., 

при секретаре Снытко А.С., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов РФ в лице УФК России по Смоленской области, ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области о взыскании компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству финансов РФ в лице УФК России по Смоленской области, ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области о компенсации морального вреда, в обоснование требований указал, что с ноября 1997 года по август 1998 года содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области в ненадлежащих и бесчеловечных условиях. Истец не был обеспечен предметами индивидуального пользования: спальным местом, постельными принадлежностями, постельным бельем, полотенцем, столовой посудой, книгами и журналами из библиотеки СИЗО. В камеры в нарушение установленных норм из расчета содержащихся в них человек не выдавались хозяйственное мыло, туалетная бумага, газеты и настольные игры. Камеры СИЗО не были оборудованы столом и скамейками с числом посадочных мест по числу мест в камере, шкафом для продуктов, полкой для туалетных принадлежностей, настенным зеркалом, бачком для питьевой воды, радиодинамиком для вещания общегосударственной программы, кнопкой для вызова представителя Администрации, светильниками дневного и ночного освещения. Бытовые условия не отвечали требованиям гигиены, пожарной безопасности, нормам санитарной площади в камере на одного человека, установленным федеральным законодательством. Камеры были переполнены, в связи с чем, истец был лишен возможности нормально спать, происходили столкновения с сокамерниками, приводившие к конфликтам, что создавало нервозность и накаляло обстановку. В камерах был бетонный пол и антисанитарные условия: сырость, бельевые вши, клопы и прочие насекомые. Также в камерах, в нарушение установленных норм, койки располагались в три яруса, и находиться на последнем ярусе в положении сидя было невозможно из-за потолка. Какие-либо приспособления для подъема на 3-й ярус в камере отсутствовали. Истец также не мог спать на 3-м ярусе из-за боязни упасть на бетонный пол и разбиться, в связи с чем, был лишен непрерывного 8-ми часового сна. От переутомления и недосыпания истец не мог защищать свои права в судебном процессе. Прием пищи в камере был поочерёдный в связи с тем, что за имевшимся в ней столом одновременно могли находится не более 2-х человек. Пища, остыв за время ожидания, была непригодна к употреблению, что также лишало истца возможности принимать горячее питание 3 раза в день. На окнах камеры имелись металлические жалюзи в виде листов железа с отверстиями, в которые не проникал солнечный и дневной свет. Кроме того конструкция отделяющая камерные оконные решетки препятствовала свободному открыванию форточек и делала невозможным приток свежего воздуха с улицы. Санузел в камере расположен на расстоянии 40-50 см. от стола, от которого он отделен раковиной, меры приватности санузла отсутствуют. Из-за отсутствия кнопки вызова администрации истец испытывал постоянное чувство страха и незащищенности. Отсутствие шкафа для продуктов не позволяло содержать их в надлежащих санитарных условиях, в связи с чем, продукты складывались на бетонном полу, впитывали неприятные запахи и становились непригодными к употреблению. Устные и письменные жалобы истца в адрес администрации изолятора остались без удовлетворения. Все вышеуказанное создавало невыносимые условия отбывания наказания, унижающие его человеческое достоинство, в связи, с чем ему были причинены нравственные и физические страдания. Просит суд взыскать с ответчика в счет компенсации морального вреда в размере 180 000 рублей.

Определением суда к участию в деле в качестве соответчика привлечено ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области.

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, поскольку находится в учреждении ФКУ ИК-7 УФСИН России по Омской области, о дате и времени судебного разбирательства извещен надлежащим образом. Согласно письменным дополнениям к исковому заявлению, полагает, что непредставление изолятором справки о наличии на камерных окнах металлических жалюзи и стальных листов с отверстиями свидетельствует о том, что ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области не отрицает данные обстоятельства. Настаивает на удовлетворении заявленных требований. 

Представитель ответчика Министерства финансов РФ в лице Управления федерального казначейства по Смоленской области, ФИО2, исковые требования не признала по основаниям, изложенным в письменных возражениях. Указала на отсутствие оснований для взыскания с государства в пользу ФИО1 денежной компенсации морального вреда, так как истцом не представлено доказательств, подтверждающих ненадлежащее исполнение должностных обязанностей сотрудниками администрации изолятора, а также обращение истца к врачам, психологам и другим специалистам, их заключение или иной документ, свидетельствующий о действительности перенесенных страданий, и подтверждающий их причинно-следственную связь. Отметила, что создание надлежащих условий содержания в исправительных учреждениях, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, не входит в компетенцию Минфина России, а находится в ведении исправительных учреждений. Указала на пропуск истцом срока, предоставленного гражданину на обращение в суд с заявлением об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, государственного или муниципального служащего, который составляет три месяца со дня, когда ему стало известно о нарушении его прав и свобод, при этом то, что истец обратился за защитой своих прав только сейчас, спустя 19 лет, что свидетельствует о ненадлежащей заинтересованности в защите своих прав и ставит под сомнение факты нарушений. Просила в удовлетворении требований отказать в полном объеме.

Представитель ответчика ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области ФИО3, исковые требования не признал, поддержал письменные возражения на иск. Суду пояснил, что истец содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области в период с 31.12.1997 по 04.08.1998 в камерах №. Технические и санитарные характеристики данных камер, а также оборудование их мебелью соответствовали предъявляемым к ним требованиям, санузел полностью отделен от жилой зоны камеры угловой перегородкой. При поступлении денежных средств администрацией учреждения систематически осуществляются ремонтные работы в камерных помещениях изолятора. Справку о покамерном учете лиц содержащихся одновременно в камере с истцом представить не представляется возможным, так как книги количественной проверки, позволяющие установить количество лиц, содержащихся в камерах, были уничтожены в установленном порядке за истечением сроков хранения. В период пребывания в изоляторе, жалоб от истца на условия содержания либо обращений по данному вопросу не поступало. Просит в удовлетворении исковых требований отказать за недоказанностью.

В силу ч. 5 ст.167 ГПК РФ суд определил рассмотреть дело по существу в отсутствие истца.

Заслушав объяснение представителей ответчиков, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ч.1 ст.17 Конституции РФ в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Российская Федерация как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод признает юрисдикцию Европейского суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации (ст.1 Федерального закона от 30.03.1998 года №54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней»). Поэтому применение вышеназванной Конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Статья 3 названной Конвенции гласит: «Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию».

Как неоднократно отмечал Европейский Суд, что страдания и унижение при нарушении ст.3 Конвенции в любом случае должны превосходить уровень страданий и унижений, неизбежно присутствующих в любом законном обращении или наказании. В соответствии с данным положением Договаривающееся Государство должно обеспечить содержание лица под стражей в таких условиях, в которых бы уважалось его человеческое достоинство, такими способами и методами, при которых лицо не терпит душевных страданий и лишений, превышающих неизбежный уровень страданий при заключении, а также должным образом заботится о здоровье и благополучии с учетом практических требований лишения свободы (Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Кудла против Польши» (Kudla v. Poland), жалоба №30210/96, §94, ECHR 2000-XI; Постановление Европейского Суда по делу «Калашников против Российской Федерации» (Kalashnikov v. Russia), жалоба №47095/99, ECHR 2002-VI).

Минимальные стандартные правила обращения с заключенными, принятые проведенным в Женеве в 1955 году первым Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями и одобренные Экономическим и социальным советом ООН в резолюциях №663 C (XXIV) от 31.07.1957 года и №2076 (LXII) от 13.05.1977 года, предусматривают, что все помещения, которыми пользуются заключенные, особенно все спальные помещения, должны отвечать всем санитарным требованиям, причем должное внимание следует обращать на климатические условия, особенно на кубатуру этих помещений, на минимальную их площадь, на освещение, отопление и вентиляцию (п.10). Каждому заключенному следует обеспечивать отдельную койку в соответствии с национальными или местными нормами (п.19).

По правилам ст.ст.151, 1101 Гражданского Кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

При определении размера компенсации морального вреда суд руководствуется требованиями ст.1101 ГК РФ, в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, степени вины причинителя вреда, с учетом индивидуальных особенностей потерпевшего, а также требований разумности и справедливости.

Судом установлено, что ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области в периоды: с 31.12.1997 по 08.01.1998 в камере №, с 17.01.1998 по 26.01.1998 в камере №, с 29.01.1998 по 08.02.1998 в камере №, с 21.02.1998 по 09.03.1998 в камере №, с 09.03.1998 по 29.06.1998 в камере №, с 29.06.1998 по 02.07.1998 в камере №, с 02.07.1998 по 04.08.1998 в камере № (л.д.43).

В обоснование заявленных требований истец ссылается на то, что в период его содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области ему был причинен моральный вред в результате нарушения условий содержания, отсутствия в камерах естественного освещения и вентиляции, невозможности уединения для удовлетворения естественных потребностей, превышения норматива заполняемости камер. 

В силу ст.23 Федерального закона от 15.07.1995 года №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» заключенным создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности, им предоставляется индивидуальное спальное место. 

Согласно справке ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области о материально-бытовом обеспечении истца в камерах ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области установлена камерная мебель: стол 1800*810мм, н-870мм) со скамейкой (800*230,н-530) для приема пищи, навесной шкаф (700*300мм, н-700мм) для хранения посуды, вешалка (243*204мм, н-213мм) для верхней одежды, настенное зеркало, подставка (500*500мм, н-700мм) под бак с питьевой водой, полка (300*300мм) под туалетные принадлежности. Пол уложен деревянными досками и покрашен, в санузле пол и стены уложены керамической плиткой. В камерах имеется кнопка вызова младшего инспектора, радио, урна для мусора и тазик для гигиенических целей и стирки одежды.

Площади камерных помещений (квадратных метров) и количество спальных мест, в которых содержался ФИО1: камеры № и № санитарная площадь - 7,2; жилая площадь - 6,1; одно и два спальных места соответственно; камера № санитарная площадь - 14,4; жилая площадь - 12,7 четыре спальных места; камера № санитарная площадь - 14,5; жилая площадь - 13,2 четыре спальных места; камера № санитарная площадь - 13,9; жилая площадь - 12,7 четыре спальных места.

Для искусственного освещения камерных помещений установлено по два светильника ЛПО 2-36 с 2 лампами дневного света ЛД-36, в ночное время включается освещение с лампой накаливания Б-36-40, а также две розетки для подключения электроприборов.

В камере имеется санитарный узел, состоящий из унитаза и умывальника со смесителем. Подача воды, пригодной для питья, проводится, централизовано в установленный в камере умывальник, к которому имеется свободный доступ для лиц находящихся в камере. Имеется горячее водоснабжение. Санитарный узел ограждён от жилой секции перегородкой выполненной из деревянного каркаса, облицованной фанерным листом.

В камерном помещении разрешается стирка нательного нижнего белья, Остальное личное и постельное белье сдается для проведения стирки в прачечную учреждения.

В соответствии с Правилами внутреннего распорядка следственного изолятора не реже одного раза в неделю подозреваемые и обвиняемые проходят санитарную обработку, им предоставляется возможность помывки в душе положительностью не менее 15 минут. Смена постельного белья осуществляется еженедельно после помывки в душе. Банно-прачечный комплекс находится на режимной территории. В него входят: 3 помещения: моечная, сушилка, приемное отделение для использованного белья. Мощность прачечной 150 кг/час, 1 паровая - камера и одна электрическая, три стиральные машины, две центрифуги, камера для сушки белья. Водоснабжение и канализация от городских сетей.

Осужденные ежедневно бесплатно обеспечиваются трехразовым горячим питанием в соответствии с меню-раскладкой, раскладка продуктов составляется начальником отдела КБИ и ХО совместно с начальником медицинской части и заведующим столовой.

Раскладка продуктов составляется отдельно по каждой норме, повторение одних и тех же блюд более трех раз в неделю не допускается. По окончанию процесса приготовления проба с готовой пищи снимается медицинским работником и ДПНСИ после чего делаются соответствующие записи в журнале контроля качества приготовления пищи. Ведется постоянный контроль за соблюдением условий хранения и качественного состояния продуктов питания, калорийности готовых блюд (л.д.21-22).

Как следует из сообщения ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области № от 23.12.2016 сведения о количестве спальных мест в камерных помещениях, а также наполняемости камерных помещений в период содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области ФИО1 с 31.12.1997 по 04.08.1998 предоставить невозможно ввиду того, что «Книги количественной проверки», позволяющие установить количество лиц, содержавшихся в камерах совместно с истцом, в соответствии со сроками хранения уничтожены в установленном порядке согласно требований Приказа МВД СССР от 05.10.1990 года №062 - секретно «Об утверждении Перечня документов, образующихся в оперативно-розыскной и иной специальной деятельности органов внутренних дел, с указанием сроков хранения» (л.д.23).

Указанное обстоятельства подтверждаются копией акта на уничтожение дел, книг и журналов отдела режима следственного изолятора № 1 УФСИН России по Смоленской области от 18.12.2007 года, из которого следует, что в 2007 году за истечением срока хранения, составляющего 3 года, уничтожены книги количественной проверки лиц содержащихся в учреждении за период 2001-2004 (л.д.45-46).

Согласно разъяснениям Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10 от 20 декабря 1994 года "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" ответственность наступает при наличии вины причинителя вреда, при этом необходимо установить и доказать факт наличия наступления вреда, противоправности действий причинителя вреда и причинно-следственной связи между этими элементами, вины причинителя вреда. 

Согласно п.1 указанного Постановления суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

При этом, в соответствии со ст. 56 ч. 1 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Оценив в совокупности исследованные письменные доказательства, объяснения сторон, суд приходит к выводу, что с 1997 по 1998 годы в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области условиях содержания истца в камерах № соответствовали положениям Федерального закона от 15.07.1995 года №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» в части требований о создании заключенным бытовых условий, отвечающих требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности.

Вместе с тем, сведения о количестве лиц, содержащихся в СИЗО-1 в период с 1997 по 1998 годах не представлены ввиду уничтожения по сроку давности. 

Довод представителя ответчика на пропуск ФИО1 установленного законом срока обращения в суд признаются судом несостоятельными, поскольку заявленное истцом требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения принадлежащих ему личных неимущественных прав и нематериальных благ (ст.150 ГК РФ), в связи с чем, на это требование в силу ст.208 ГК РФ исковая давность не распространяется (п.7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994г. №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

Положения ст. 218,219 КАС РФ о трехмесячном сроке обжалования бездействия государственных органов и их должностных лиц в данном случае не применимы, поскольку распространяют свое действие только на рассмотрение дел в порядке административного судопроизводства, тогда как ФИО1 заявлен спор о праве на возмещение морального вреда, рассматриваемый в порядке искового производства.

Из пояснений представителя ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области усматривается, что в период времени нахождения в изоляторе жалоб, заявлений и обращений, касающихся нарушений коммунально-бытовых, медико-санитарных и других условий содержания, от ФИО1 на имя начальника учреждения или в другие организации, не поступало, доказательств обратного истцом не представлено. 

Таким образом, в нарушение требований ч.1 ст.56 ГПК РФ, истцом не представлено доказательств причинения ему морального вреда незаконными действиями ответчиков, такой факт судом также не установлен. 

На основании изложенного, с учетом недоказанности факта нарушения личных неимущественных прав ФИО1, причинении ему физических или нравственных страданий, принимая во внимание то обстоятельство, что права и законные интересы истца не были нарушены, суд не находит оснований для удовлетворения заявленных ФИО1 исковых требований о компенсации морального вреда по указанным в иске обстоятельствам.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении требований ФИО1 к Министерству финансов РФ в лице УФК по Смоленской области, ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области о компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано в Смоленский областной суд через Промышленный районный суд г. Смоленска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Е.А. Самошенкова

Мотивированное решение суда изготовлено 19.03.2017.