Дело № 2-3375/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

29 декабря 2017 года город Псков

Псковский городской суд Псковской области в составе

председательствующего судьи Захаровой О.С.,

с участием прокурора Воробьева В.А.,

при секретаре Шалонько О.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ОАО «Российские железные дороги» о взыскании компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском о взыскании с ОАО «Российские железные дороги» компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в сумме 1000000 рублей.

В обоснование иска указано, что ФИО1 длительное время 34 года 9 месяцев с 21.07.1975 года по 04.02.2009 года работал помощником машиниста тепловоза, машинистом тепловоза в Локомотивном депо станции Псков, Локомотивном депо станции Дно Октябрьской железной дороги, которое в результате приватизации с 2003 года стало именоваться ОАО «РЖД». Поскольку работодателем не были обеспечены безопасные условия труда, у истца развилось профессиональное заболевание – "наименование", диагностированное 21.04.2015 года, в результате которого произошла стойкая утрата профессиональной трудоспособности. Как следует из акта Управления Роспотребнадзора по Псковской области о случае профессионального заболевания от 07.05.2015 года, вина истца в возникновении у него данного заболевания отсутствует. ФКУ «ГБ МСЭ по Псковской области» истцу в связи с данным профессиональным заболеванием с 3 июля 2015 года по 1 августа 2016 года было установлено 30 % утраты профессиональной трудоспособности, с 30 июня 2016 года по 1 июля 2017 года - 40 % утраты профессиональной трудоспособности, с 1 июля 2017 года по 1 июля 2018 года - 30 % утраты профессиональной трудоспособности.

Вследствие полученного профессионального заболевания у истца существенно ухудшился слух, он нуждается в слуховом аппарате, лекарственных средствах, ему необходимо ежегодное санаторно-курортное лечение в санаториях неврологического профиля. 

Поскольку обязанность по возмещению морального вреда, причиненного в связи с профессиональным заболеванием, лежит на работодателе, истец обратился в суд с указанным иском.

Истец и его представитель ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объеме, в обоснование привели указанные в заявлении доводы. 

Представитель ответчика ОАО «РЖД» ФИО3 в судебном заседании и письменных возражениях иск не признал. Пояснил, что наличие вины в действиях ОАО «РЖД» по нарушению требований обеспечения безопасных условий труда во время работы истца на железнодорожном транспорте не доказано, диагноз "наименование" установлен истцу по истечении 5 лет после расторжения трудовых отношений с ОАО «РЖД» в связи с выходом истца на пенсию по возрасту, причиной возникновения данного заболевания могли послужить возрастные изменения в организме истца. Отметил, что в период трудовой деятельности истец проходил периодические медицинские осмотры, медицинский противопоказаний к работе выявлено не было. Кроме того, просил учесть, что заявленный истцом размер компенсации морального вреда необоснованного завышен.

Представитель третьего лица Управления Роспотребнадзора по Псковской области в судебное заседание при надлежащем извещении не явился, представил ходатайство о рассмотрении дела в отсутствии представителя, ранее в судебном заседании представитель ФИО4 полагала иск обоснованным.

Выслушав участвующих в деле лиц, заключение прокурора, полагавшего иск обоснованным, исследовав материалы дела, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 2 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами, обязательное социальное страхование в случаях, предусмотренных федеральными законами (часть 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Согласно части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным Кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.

Статья 210 Трудового кодекса Российской Федерации определяет основные направления государственной политики в области охраны труда. К ним, в частности, относится защита законных интересов работников, пострадавших от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, а также членов их семей на основе обязательного социального страхования работников от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний предусматривает в том числе возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору. Данные отношения регулируются Федеральным законом от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (далее - Федеральный закон от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ), абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ" разъяснено, что суд в силу ст. 21 (абз. 14 ч. 1) и ст. 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя. При этом размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В силу п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Как следует из правовой позиции, изложенной в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 года N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда.

Из трудовой книжки ФИО1 и вкладыша к ней следует, что истец 21.07.1975 года был назначен на должность помощника машиниста тепловоза локомотивного депо станции Псков Октябрьской железной дороги; 17.09.1979 года уволен в связи с откомандированием на 8-месячные курсы подготовки машинистов тепловозов в Ржевскую дорожно-техническую школу; по окончании курсов 05.05.1980 года назначен помощником машиниста тепловоза; 09.06.1982 года переведен машинистом тепловоза; 14.07.1994 года присвоена квалификация машиниста тепловоза 3 класса. Приказом № 100-к от 01.06.1999 года в связи с реорганизацией локомотивного депо Псков Октябрьской железной дороги ФИО1 с 01.06.1999 года являлся работником локомотивного депо Дно Октябрьской железной дороги. 01.10.2003 года имущество ФГУП «Октябрьская железная дорога МПС России» приватизировано путем внесения в уставной капитал ОАО «Российские железные дороги». Приказом № 11-к от 23.01.2009 года трудовой договор со ФИО1 расторгнут с 04.02.2009 года по п.3 ст.77 ТК РФ в связи с выходом на пенсию по возрасту /л.д. 19-23/.

В ходе рассмотрения дела установлено, что в период с 16.04.2015 года по 22.04.2016 года ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., по направлению Псковской областной клинической больницы проходил обследование в ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья». По результатам обследования ему установлен диагноз основной (профессиональная патология) – "наименование". Из заключения выписного эпикриза № 1.2.193/2015 следует, что при обследовании на основании данных санитарно-гигиенической характеристики условий труда от 07.05.2015 года, дополнительных данных о превышении ПДУ по шуму ФИО1 профмаршрута, клинико-инструментальных методов обследования установлена связь заболевания органов слуха с профессией (согласно приказу № 417н от 20.04.2012 года пп. 2.4.1, код заболевания по МКБ Н83.3) /л.д. 7-10, 16-17, 127/.

На основании протокола заседания ВК № 195 от 21.04.2015 года ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» ФИО1 выдано извещение об установлении заключительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания № 78 от 22.04.2015 года /л.д. 11, 12/.

Согласно акту Управления Роспотребнадзора по Псковской области о случае профессионального заболевания от 07.05.2015 года причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие в течение 34 лет 9 месяцев на организм истца, в период его работы в ОАО "Российские железные дороги", неблагоприятных факторов – шума. При этом, наличие вины работника не установлено, лица, допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов не установлены, работодателю предложено разработать мероприятия по рациональной организации труда и отдыха /л.д. 13-14/.

Согласно справке ФКУ «ГБ МСЭ по Псковской области» серии МСЭ-2006 № 0997631 ФИО1 в связи с профессиональным заболеванием с 3 июля 2015 года по 1 августа 2016 года установлено 30 процентов утраты профессиональной трудоспособности /л.д.17/.

Как следует из справки ФКУ «ГБ МСЭ по Псковской области» серии МСЭ-2006 № 0997779 ФИО1 в связи с профессиональным заболеванием установлено 40 процентов утраты профессиональной трудоспособности в период с 30 июня 2016 года по 1 июля 2017 года /л.д. 157/.

Согласно справке ФКУ «ГБ МСЭ по Псковской области» серии МСЭ-2006 № 0997925 ФИО1 в связи с профессиональным заболеванием установлено 30 процентов утраты профессиональной трудоспособности с 1 июля 2017 года по 1 июля 2018 года /л.д.18/.

Указанные справки МСЭ выданы ФИО1 на основании актов медико-социальной экспертизы ФКУ «ГБ МСЭ по Псковской области» /л.д. 52-60/.

Согласно справке МСЭ-2015 № 2415157 от 12.07.2017 года ФИО1 установлена инвалидность * группы до 01.07.2018 года /л.д. 167/.

Статья 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ определяет профессиональное заболевание как хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) его смерть.

Обеспечение по страхованию осуществляется в том числе в виде страховых выплат: единовременной страховой выплаты застрахованному либо лицам, имеющим право на получение такой выплаты в случае его смерти; ежемесячных страховых выплат застрахованному либо лицам, имеющим право на получение таких выплат в случае его смерти (п. 1 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ).

В связи с профессиональным заболеванием ФИО1 приказом № 765-В от 08.02.2016 года Фонда социального страхования РФ филиала № 31 ГУ – Санкт-Петербургского регионального отделения ФСС РФ была назначена единовременная страховая выплата в связи с профессиональным заболеванием /л.д. 159/.

Решением Псковского городского суда от 09.11.2016 года по делу № 2-4317/2016 суд обязал ГУ – Санкт-Петербургское региональное отделение ФСС РФ назначить ФИО1 с 03.07.2015 года ежемесячную страховую выплату по профессиональному заболеванию, установленному 21.04.2015 года, исходя из размера среднемесячной заработной платы машиниста тепловозы 9 разряда маневренного вида движения в июле 2015 года в Эксплутационном депо Дно в сумме 12646,26 руб. 

Таким образом, в ходе рассмотрения дела установлено, что между имеющимся у ФИО1 профессиональным заболеванием и негативным воздействием на его организм вредных производственных факторов во время работы у ответчика имеется причинно-следственная связь, поскольку ответчик не создал истцу безопасных условий труда, тем самым причинив ему моральный вред в результате профессионального заболевания, в связи с чем на основании абзаца второго пункта 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" у ответчика возникло обязательство возместить моральный вред, причиненный истцу профессиональным заболеванием.

Доводы ответчика относительно неосведомленности о существования акта о случае профессионального заболевания от 07.05.2015 года во внимание приняты быть не могут. Указанный акт ответчиком в установленном законом порядке оспорен не был. Оснований для переоценки выводов акта о случае профессионального заболевания в рамках настоящего спора, исходя из предмета и основания иска, не имеется.

Как указано в пункте 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина", работодатель несет ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, в порядке, закрепленном главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Параграф 4 главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации регулирует вопросы возмещения морального вреда.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1, учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Таким образом, закон обязывает в каждом конкретном случае принимать во внимание характер причиненных потерпевшему страданий с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, степень вины ответчика, учитывать при определении размера компенсации морального вреда требования разумности, справедливости и иные заслуживающие внимание обстоятельства.

В силу статьи 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Определяя размер подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда, суд учитывает установленный истцу диагноз, который влияет на качество жизни, препятствует ведению полноценного образа жизни, необратимый характер заболевание, а также степень утраты профессиональной трудоспособности, пенсионный возраст истца, степень вины ответчика. С учетом требований разумности и справедливости суд определяет размер денежной компенсации морального вреда в сумме 150000 руб.

В соответствии с правилами статьи 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, подлежит взысканию с ответчика в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194, 197-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ОАО «Российские железные дороги» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 150000 (сто пятьдесят тысяч) рублей.

Взыскать с ОАО «Российские железные дороги» в доход бюджета муниципального образования «Город Псков» госпошлину в сумме 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Псковский областной суд через Псковский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья О.С. Захарова