кат. 2.142

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

дело № 2-17/2025 (33-19511/2025)

УИД 03RS0010-01-2024-002636-56

г. Уфа 16 декабря 2025 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан в составе

председательствующего Кривцовой О.Ю.,

судей Багаутдиновой А.Р. и Зотеевой Н.А.

при секретаре Ниловой Е.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционным жалобам ФИО1, ФИО2 на решение Белорецкого межрайонного суда Республики Башкортостан от 26 августа 2025 г., по иску ФИО1 к администрации городского поселения город Белорецк муниципального района Белорецкий район Республики Башкортостан, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, Министерству земельных и имущественных отношений Республики Башкортостан о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности, признании права собственности на земельный участок в порядке наследования, по встречному иску ФИО2 к ФИО1, ФИО6, администрации городского поселения город Белорецк муниципального района Белорецкий район Республики Башкортостан, Министерству земельных и имущественных отношений Республики Башкортостан, ФИО5 о признании добросовестным приобретателем, по встречному иску ФИО4 к ФИО1, ФИО6, ФИО5 о признании добросовестным приобретателем.

Заслушав доклад судьи Кривцовой О.Ю., судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ФИО1 обратился в суд с иском к администрации городского поселения город Белорецк муниципального района Белорецкий район Республики Башкортостан (далее - Администрация поселения), ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, Министерству земельных и имущественных отношений Республики Башкортостан (далее - МЗИО), в котором просит: признать недействительной регистрацию права собственности ФИО7 на жилой дом по адресу: адрес, от 4 октября 2013 г. №...; признать недействительной запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним (далее - ЕГРН) государственной регистрации права собственности на жилой дом на имя ФИО7 согласно свидетельству о регистрации права от 4 октября 2013 г. серии 04 АД № 597500, выданного Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Башкортостан (далее - Росреестр); признать недействительным (ничтожным) договор купли-продажи, заключенный 6 декабря 2013 г. от имени ФИО7 представителем по доверенности ФИО3 на жилой дом по адресу: адрес, на имя ФИО4; признать недействительной запись в ЕГРН государственной регистрации права собственности ФИО4 на жилой дом с кадастровым номером №...:172, по адресу: адрес; признать недействительным (ничтожным) договор купли-продажи жилого дома с кадастровым номером №...:172, по адресу: адрес, заключенный 26 декабря 2013 г. между ФИО4 и ФИО2; признать недействительной запись в ЕГРН государственной регистрации права собственности ФИО2 на жилой дом с кадастровым номером №...:172, по адресу: адрес; признать недействительным уведомление о подтверждении почтового адреса от 5 декабря 2013 г. № 598, выданное муниципальным унитарным предприятием «Архитектура и градостроительство муниципального района Белорецкий район Республики Башкортостан»; признать недействительным межевой план от 19 января 2016 г., подготовленный кадастровым инженером ФИО8; признать недействительным договор купли-продажи № 18-17 земельного участка с кадастровым номером №...:88 площадью 2023 кв. м, согласно схеме, адрес: адрес, заключенный 16 января 2017 г. между администрацией и ФИО2; признать недействительным межевой план от 21 июня 2017 г., подготовленный кадастровым инженером ФИО9; признать недействительным постановление главы Администрации поселения от 22 июня 2017 г. № 1019-П о подтверждении и присвоении адресов; применить последствия недействительности ничтожных сделок: признать недействительной запись в ЕГРН государственной регистрации права собственности ФИО2 на земельный участок с кадастровым номером №...:201 по адресу: адрес применить последствия недействительности ничтожных сделок: признать недействительной запись в ЕГРН государственной регистрации права собственности ФИО2 на земельный участок с кадастровым номером №...:202 по адресу: адрес; признать за ФИО1 право собственности на земельный участок с кадастровым номером №...:88 площадью 1971 кв. м, по адресу: адрес, в порядке наследования.

Заявленные требования мотивированы тем, что родители ФИО1 - ФИО10 и ФИО11 проживали в жилом доме по адресу: адрес, отец являлся собственником жилого дома и земельного участка на основании договора купли-продажи от 20 декабря 1971 г. № 7054, земельный участок площадью 600 кв. м принадлежал на основании договора № 58 о предоставлении в бессрочное пользование земельного участка под строительство индивидуального жилого дома на праве личной собственности ФИО12

30 декабря 2002 г. умер отец ФИО10, 3 апреля 2007 г. умерла мать ФИО11, и ФИО1 принял наследство, обратившись к нотариусу с заявлением.

На основании постановления Совета Министров Республики Башкортостан от 24 мая 1996 г. и постановления от 27 февраля 2001 г. № 353 проведена инвентаризация земель, в материалах которой указано, что по адресу: адрес пользуются земельным участком с кадастровым номером №...:88 площадью 1971 кв. м на основании договора от 20 декабря 1971 г. № 7054, собственник ФИО10 На земельный участок по адрес указана площадь 1312 кв. м, собственник указан также ФИО10 Полагает, что законодательно закреплено за его отцом право пользования земельным участком с кадастровым номером №...:88 площадью 1971 кв. м, расположенным по адресу: адрес.

ФИО1 решил оформить наследство после смерти родителей, но оказалось, что земельный участок незаконно оформлен на ФИО2 Жилой дом по адресу: адрес, принадлежал на праве собственности ФИО13 на основании договора купли-продажи от 18 февраля 1958 г. № 882. Таким образом, не понятно как регистраторы Росреестра зарегистрировали право собственности на ФИО7 27 сентября 2013 г. по договору от 18 февраля 1958 г., в связи с чем данная сделка является незаконной и подлежит отмене.

6 декабря 2013 г. на основании уведомления о подтверждении почтового адреса от 5 декабря 2013 г. № 598 в кадастр недвижимости внесены изменения в адрес земельного участка с кадастровым номером №...:88, адрес.

6 декабря 2013 г. ФИО3 от имени ФИО7 продал жилой дом с кадастровым номером №...:172 площадью 8,1 кв. м, расположенный на земельном участке с кадастровым номером №...:147 площадью 1013 кв. м по адрес, ФИО4

На основании заявления о государственном кадастровом учете изменений объекта недвижимости от 25 января 2015 г. и межевого плана от 19 января 2016 г., подготовленного кадастровым инженером ФИО8 в связи с уточнением местоположения границ и площади земельного участка с кадастровым номером №...:88, в реестр недвижимости 20 января 2015 г. внесены изменения в сведения о местоположении границ указанного земельного участка, площадь земельного участка по результатам уточнения границ составила 2023 кв. м.

10 ноября 2016 г. на основании постановления Администрации поселения от 28 октября 2016 г. № 1607-п, договора аренды от 7 октября 2016 г. № 42-16-42зем/05, поступившего в кадастр недвижимости, внесены изменения в сведения о виде разрешенного использования земельного участка с кадастровым номером №...:88 по адресу: адрес, для ведения личного подсобного хозяйства.

16 января 2017 г. без ведома ФИО1 Администрация поселения и ФИО2 заключили договор о передаче ФИО2 в собственность земельного участка с кадастровым номером №...:88 площадью 2023 кв. м, по адресу: адрес.

Постановлением Администрации поселения от 22 июня 2017 г. № 1019-П земельному участку с условным номером №...:88:ЗУ1, адрес ориентира: адрес, присвоен адрес адрес, земельному участку с условным номером №...:88:ЗУ2 площадью 947 кв. м, адрес ориентира: адрес, присвоен адрес: адрес.

В том же 2017 г. на основании межевого плана от 21 июня 2017 г. кадастровый инженер ФИО9 по просьбе ФИО2 разделил земельный участок по адрес на два земельных участка с кадастровым номером №...:202 площадью 1076 кв. м, по адрес, и кадастровым номером №...:201 площадью 947 кв. м, по адрес.

7 сентября 2017 г. на основании заявления о постановке на государственный кадастровый учет объекта недвижимости от 5 августа 2017 г. и межевого плана от 5 июля 2017 г., в результате выполнения кадастровых работ в связи с образованием двух земельных участков путем раздела земельного участка с кадастровым номером №...:88, в ЕГРН образованы земельные участки с кадастровыми номерами №...:88:ЗУ1 площадью 1076 кв. м и №...:88:ЗУ2 площадью 947 кв. м.

Основанием возникновения права собственности на земельные участки по адресу: адрес, послужил договор купли-продажи на жилой дом по адресу: адрес, который построен в 1935 г. и принадлежал на праве собственности ФИО13, разрушился в 1990 г., остался только фундамент.

Таким образом, поскольку право собственности на жилой дом по адрес на ФИО7 оформлено незаконно, все последующие сделки также являются незаконными. Оформляя договор купли-продажи от 26 декабря 2013 г., ФИО2 знала, что фактически жилого дома нет, в связи с чем, ФИО1 считает, что Администрация поселения незаконно продала ФИО2 земельный участок площадью 2023 кв. м, куда вошел земельный участок по адрес. Заключенный ответчиками с нарушением требований статьи 39.20 Земельного кодекса Российской Федерации договор купли-продажи земельного участка от 16 января 2017 г. № 18-17, является недействительной сделкой в силу ничтожности.

ФИО2 обратилась в суд со встречным иском к ФИО1, ФИО6, Администрации поселения, МЗИО, ФИО5 о признании добросовестным приобретателем земельного участка по адресу: адрес, уч. 50.

В обоснование встречных требований ФИО2 указано, что она является приобретателем земельного участка с кадастровым номером №...:88, по адресу: адрес, который изначально предоставлен по договору аренды от 7 октября 2016 г. с администрацией адрес и Белорецкого адрес, с последующим выкупом в собственность у администрации адрес и Белорецкого адрес, договор от 16 января 2017 г. № 18-17. В дальнейшем она произвела межевание земельного участка на два земельных участка с присвоением кадастровых номеров №...:201 и №...:202, и адресов каждому участку: адрес. Перед вступлением в право аренды на земельный участок, а в дальнейшем совершении выкупа земельного участка у администрации, у ФИО2 не было сомнений в правомерности сделки, так как все документы формировала администрация, составляла договор купли-продажи на земельный участок. Полагает, что она добросовестно приобрела недвижимое имущество, договор зарегистрирован в регистрационной палате. Все условия сделки соблюдены.

ФИО4 обратился в суд со встречным иском к ФИО1, ФИО6, ФИО5 о признании добросовестным приобретателем объекта недвижимости по адресу: адрес.

В обоснование своих требований ФИО4 указал, что он является приобретателем жилого дома с кадастровым номером №...:172, по адресу: адрес, приобретенного им на законных основаниях, по договору купли-продажи, заключенному 6 декабря 2013 г. между ним и ФИО3, действующим по доверенности за ФИО7 Перед совершением сделки он удостоверился в наличии свидетельства о государственной регистрации права, а также отсутствии каких-либо ограничений, обременений, запретов регистрационных действий в отношении объекта недвижимости; добросовестно приобрел недвижимое имущество, полагаясь на надлежащие документы, представленные продавцом, а также сведения, представленные сайтом Росреестра, в котором были указаны сведения, подтверждающие право собственности на данный объект. Все условия сделки были соблюдены, дом зарегистрирован в установленном порядке. На момент сделки у него не было оснований сомневаться в достоверности документов.

Решением Белорецкого межрайонного суда Республики Башкортостан от 26 августа 2025 г. исковые требования ФИО1 удовлетворены частично; признано недействительным уведомление о подтверждении почтового адреса от 5 декабря 2013 г. № 0598/2013, выданное муниципальным унитарным предприятием «Архитектура и градостроительство», а также межевой план от 10 января 2016 г., подготовленный кадастровым инженером ФИО8, договор купли-продажи земельного участка от 16 января 2017 г. № 18-17 между администрацией г. Белорецка и ФИО2, с взысканием с администрации в пользу ФИО2 38 334,23 руб.; прекращены записи в ЕГРН от 15 мая 2017 г. о регистрации права собственности ФИО2 на исходный участок (кадастровый номер №...:88) и от 7 сентября 2017 г. - на образованные из него участки (кадастровые номера №...:201 и №...:202); признано недействительным постановление Администрации поселения от 22 июня 2017 г. № 1019-п и межевой план от 5 июля 2017 г., подготовленный кадастровым инженером ФИО9; признано за ФИО1 право собственности в порядке наследования на земельный участок площадью 1040 кв. м по адрес; на ФИО2 возложена обязанность передать Администрации поселения часть участка (кадастровый номер №...:201); в удовлетворении остальных исковых требований ФИО1, в том числе к ФИО3, а также встречных исковых требований ФИО2 и ФИО4 о признании добросовестными приобретателями отказано.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда первой инстанции отменить в части отказа в удовлетворении его требования о признании недействительными договоров купли-продажи жилого адрес, незаконно оформленного на имя ФИО7, а затем проданного ФИО4 и ФИО2, так как ФИО7 прав на указанный дом не имела, указанное повлекло неправомерное распоряжение наследственным имуществом и лишение истца права собственности на дом, на который в ЕГРН сохраняется зарегистрированное право, в частности ФИО2 Судом установлено, что ФИО2 незаконно приобрела жилой дом, а затем оформила права на земельный участок, принадлежащий родителям истца. Таким образом, выводы суда об отказе в удовлетворении части требований и удовлетворении иной противоречат друг другу, и поскольку родителям истца на праве собственности до введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации принадлежал земельный участок с кадастровым номером 02:62010423:88 площадью 1971 кв. м, то права на этот участок и расположенный на нем дом перешли к ФИО1

В апелляционной жалобе ФИО2 просит решение суда первой инстанции отменить со ссылкой на то, что суд необоснованно признал ее осведомленной о спорах, связанных с историческим объединением земельных участков под номерами адрес. Фактическое слияние этих участков произошло еще в период земельной инвентаризации 1996-2001 годов, что впоследствии было закреплено при постановке на кадастровый учет в 2004 г., то есть задолго до совершения каких-либо сделок ФИО2 Все изменения площади участка, на которые ссылается суд, носили технический характер и были следствием уточнения границ по инициативе и в интересах муниципального образования - собственника, а не действий заявителя. Ключевой причиной возникновения правовой неопределенности, как следует из жалобы, явились действия ФИО14 - сестры истца, которая в одностороннем порядке инициировала смену почтового адреса, что исказило кадастровые данные. ФИО2 приобретала дом, а впоследствии и земельный участок, у законного собственника - администрации, полагаясь на достоверные официальные сведения ЕГРН, и не могла знать о возможных наследственных спорах или допущенных ранее технических ошибках. Считает, что суд дал неверную оценку заключениям судебных экспертов, которые подтверждают, что формирование спорного земельного массива произошло до ее участия в сделках. Решение суда содержит внутренние противоречия, поскольку, установив факт исторического объединения участков, суд одновременно возложил ответственность за это на нее.

Истец ФИО1, ответчики - представители Администрации поселения и МЗИО, ФИО6, ФИО3, ФИО5, третьи лица ФИО15, ФИО16, ФИО9, нотариус ФИО17, представитель Росреестра, ФИО18, ФИО8 в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, об уважительных причинах неявки не сообщали. Информация о принятии апелляционных жалоб к производству с указанием времени и места судебного разбирательства размещена в открытом доступе на официальном сайте Верховного Суда Республики Башкортостан (vs.bkr.sudrf.ru) в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». В связи с чем, на основании статей 117, 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия полагает возможным рассмотрение дела в отсутствие неявившихся.

Проверив материалы дела, выслушав представителя ФИО1 -ФИО19, ответчиков ФИО4, ФИО2, обсудив доводы апелляционных жалоб, проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии с требованиями частей 1, 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено и материалами дела подтверждается, не оспаривалось сторонами, что на основании договора купли-продажи от 18 февраля 1958 г. № 882 по данным Белорецкого филиала Государственного унитарного предприятия Бюро технической инвентаризации Республики Башкортостан (далее - БТИ) ФИО13 на праве собственности принадлежал жилой адрес в адрес, расположенный на земельном участке площадью 910 кв. м. Договор купли-продажи или иные документы, подтверждающие возникновения права собственности у ФИО7 на жилой дом по адресу: адрес, материалы дела не содержат, суду не представлены.

С предоставлением указанных сведений БТИ, а также договора купли-продажи, заключенного между ФИО20 и ФИО13, кадастрового паспорта, представителем ФИО7 по доверенности ФИО21 сданы документы в орган государственной регистрации перехода права, и 4 октября 2013 г. произведена государственная регистрация перехода права собственности ФИО7 на жилой дом с кадастровым номером №...:172, 1935 г. постройки, общей площадью жилых помещений 8,1 кв. м по адрес.

Согласно сведениям Отдела ЗАГС Белорецкого района и г. Белорецк Государственного комитета по делам юстиции от 24 сентября 2024 г., ФИО13 умерла 27 декабря 1974 г.; по сведениям реестра наследственных дел, не найдено открытых наследственных дел к имуществу ФИО13

16 декабря 2013 г. на основании нотариально оформленной доверенности ФИО3 за ФИО7 и ФИО4 (по пояснениям ФИО4 в суде апелляционной инстанции ФИО3 его дядя) заключили договор купли-продажи, по условиям которого ФИО7 продала ФИО4 вышеуказанный одноэтажный жилой дом с кадастровым номером №...:172 общей площадью жилых помещений 8,1 кв. м, расположенный на земельном участке с кадастровым номером №...:147 площадью 1013 кв. м, категории: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для обслуживания индивидуального жилого дома, по адресу: адрес. В договоре стороны предусмотрели, что жилой дом продан продавцом покупателю за 200 000 руб., расчет в указанной денежной сумме произведен до подписания настоящего договора полностью (пункт 3); указанное недвижимое имущество передается продавцом покупателю без подписания акта приема-передачи (пункт 5); покупатель принимает на себя обязанность по оплате коммунальных и иных платежей, связанных с эксплуатацией приобретаемого жилого дома (пункт 6). Государственная регистрация перехода права произведена 20 декабря 2013 г.

Все документы по регистрации перехода прав на вышеуказанный дом оформлялись в Росреестре представителями ФИО7 - ФИО21, а затем ФИО3 При совершении сделки купли-продажи от 16 декабря 2013 г. в материалы правоустанавливающих дел представлена справка уличного комитета, выданная 5 декабря 2013 г. ФИО7, о том, что по адресу: адрес, никто не зарегистрирован.

Далее 26 декабря 2013 г., то есть через 10 календарных дней после приобретения жилого дома или 6 дней после государственной регистрации перехода прав, ФИО4 заключил с ФИО2 договор купли-продажи, по условиям которого продал ФИО2 вышеуказанный одноэтажный жилой дом с кадастровым номером №...:172, расположенный на земельном участке с кадастровым номером №...:147 площадью 1013 кв. м, по цене 200 000 руб.; расчет в указанной денежной сумме произведен в момент подписания настоящего договора полностью (пункт 3), государственная регистрация перехода права произведена 22 января 2014 г.

Уведомлением Росреестра от 10 января 2014 г. ФИО4 и ФИО2 уведомлены о том, что государственная регистрация «переход права собственности» на объект здание с кадастровым номером №...:172, приостановлена. Из указанного уведомления следует, что в качестве правоустанавливающего документа представлен договор купли-продажи от 26 декабря 2013 г., согласно которому жилой дом расположен на земельном участке площадью 1013 кв. м, относящийся к категории земель населенных пунктов, с разрешенным использованием для обслуживания индивидуального жилого дома с кадастровым номером №...:172. По данным автоматизированной информационной системы государственного кадастра недвижимости, жилой дом расположен на земельном участке с кадастровым номером №...:88 площадью 1971 кв. м, относящийся к категории земель населенных пунктов, с разрешенным использованием для эксплуатации индивидуального жилого дома. Данное противоречие является препятствием для проведения государственной регистрации.

21 января 2014 г. ФИО4 в Росреестр представлены дополнительные документы - договор купли-продажи от 26 декабря 2013 г.

19 января 2016 г. кадастровым инженером ФИО8, по заказу ФИО2 подготовлен межевой план в связи с уточнением местоположения границы и площади земельного участка с кадастровым номером №...:88 по адресу: адрес, к которому приложено постановление Администрации поселения от 21 сентября 2015 г. № 1090-п, которым в целях упорядочения адресного плана г. Белорецк адрес земельного участка с кадастровым номером №...:88 по адрес подтвержден как: адрес. Кадастровый инженер указал, что кадастровый номер уточняемого земельного участка №...:88, площадь земельного участка 2023 кв. м.

15 января 2016 г. главой Администрации поселения подписан акт согласования местоположения границы земельного участка с кадастровым номером №...:88 площадью 2023 кв. м.

Постановлением главы Администрации поселения от 22 июня 2017 г. № 1019-п «О подтверждении и присвоении адресов в адрес», подтвержден адрес земельного участка площадью 1076 кв. м, условный номер №...:88:ЗУ1, согласно схеме расположения земельного участка на кадастровом плане территории, адрес ориентира: адрес.

Земельному участку с условным номером №...:88:ЗУ2 площадью 947 кв. м, согласно схеме расположения земельного участка на кадастровом плане территории адрес ориентира: адрес, присвоен адрес: адрес.

Представляя документы о принадлежности вышеуказанного жилого дома на праве собственности, 26 ноября 2016 г. ФИО2 обратилась в Комитет по управлению собственностью МЗИО по Белорецкому району и г. Белорецк с заявлением о заключении договора купли-продажи земельного участка с кадастровым номером №...:88 в адрес, и 16 января 2017 г. между Администрацией поселения и ФИО2 заключен договор купли-продажи по цене 38 334 руб. 23 коп. земельного участка с кадастровым номером №...:88 площадью 2023 кв. м, в адрес, государственная регистрация перехода права произведена 15 мая 2017 г.

5 июля 2017 г. кадастровым инженером ФИО9 по заказу ФИО2 подготовлен межевой план в связи с образованием двух земельных участков путем раздела земельного участка с кадастровым номером №...:88, из раздела 4 которого «Сведения о наличии объектов недвижимости на исходных земельных участках» следует, что на земельном участке с кадастровым номером №...:88 расположен объект недвижимости с кадастровым номером №...:172.

В результате проведенных кадастровых работ образовалось два земельных участка: с кадастровым номером №...:88:ЗУ1 площадью 1076+/-9 кв. м, адрес: адрес (сведения о кадастровом номере объекта недвижимости, расположенных на земельном участке не указаны); с кадастровым номером №...:88:ЗУ2 площадью 947+/-11 кв. м, адрес: адрес, указан кадастровый номер объекта недвижимости, расположенного на земельном участке - №...:172.

По данным ЕГРН 7 сентября 2017 г. поставлены на кадастровый учет земельные участки: 1) с кадастровым номером №...:201 площадью 947+/-11 кв. м, по адресу: адрес; 2) с кадастровым номером №...:202 площадью 1076+/-9 кв. м, по адресу: адрес, государственная регистрация права собственности на которые произведена 7 сентября 2017 г. за ФИО2

Обосновывая заявленные требования, ФИО1 ссылался на то, что он является наследником родителей: умершего 30 декабря 2002 г. отца ФИО10; умершей 3 апреля 2007 г. матери ФИО11, и его сестра в отсутствие правовых оснований распорядилась вышеуказанными объектами недвижимости, что привело в конечном итоге в отсутствие его волеизъявления к лишению права собственности на наследственное имущество в виде жилого дома и земельного участка с кадастровым номером №...:88 по адресу: адрес, в подтверждение чему представленные документы, подтверждающие родство; справка от 16 сентября 2024 г. уличного комитета №..., согласно которой ФИО10, умерший 30 декабря 2002 г., был зарегистрирован на день смерти по адресу: адрес, совместно с ним была зарегистрирована жена ФИО11

Судом также установлено, материалами дела подтверждается, и не оспаривалось сторонами, что после смерти ФИО10 наследственное дело не заводилось; как следует из материалов наследственного дела №..., открытого нотариусом 1-ой Белорецкой государственной нотариальной конторы Республики Башкортостан ФИО22, в установленный законом шестимесячный срок со дня принятия наследства - 3 апреля 2007 г. с заявлениями о принятии наследства по закону после смерти ФИО11 обратились 26 июля 2007 г. ее дети: дочь ФИО7, сыновья ФИО1 и ФИО6, о принятии фактически принятого ею наследства после смерти мужа ФИО10 в виде жилого дома в адрес.

От ФИО6 и ФИО23 в материалы дела представлены заявления, где они указывают, что дают согласие на оформление наследства после смерти их родителей ФИО10 и ФИО11 в виде земельного участка с кадастровым номером №...:88 их братом - ФИО1

Вышеуказанный жилой дом принадлежал: на основании договора о предоставлении в бессрочное пользование земельного участка под строительство индивидуального жилого дома на праве личной собственности от 21 апреля 1996 г. № 58 ФИО24 о предоставлении на праве бессрочного пользования земельного участка № 48 по адрес г. адресю 600 кв. м; далее ФИО24 по договору от 23 марта 1970 г. № 1535 продан ФИО25, которая в свою очередь 20 декабря 1971 г. по договору купли-продажи, зарегистрированному в реестре за № 7054, продала ФИО10 - жилой дом площадью 22,30 кв. м, находящийся по адресу: адрес, расположенный на земельном участке площадью 600 кв. м.

Из представленных БТИ материалов инвентарных дел усматривается, что сведения о домах 48 и 50 по адрес сохранились с 1956 г., по плану для адрес следует, что участок имел площадь 855 кв. м, являлся смежным по отношению к участку адрес, участок адрес имел площадь 1040 кв. м на 1974 г.

Из материалов землеустроительного дела по кадастровому кварталу №... следует, что на основании постановления главы Администрации адрес и Белорецкого адрес Республики Башкортостан от 27 февраля 2001 г. № 353 проведена инвентаризация земель города и всех населенных пунктов района согласно положению «Об инвентаризации земель населенных пунктов Республики Башкортостан». Согласно списку землепользователей кадастрового квартала №..., землепользователем земельного участка с кадастровым номером №...:0088, по адресу: адрес, указан ФИО10, площадь земельного участка по документам - 1700 кв. м, фактическая - 1971 кв. м. (пункт 91 списка); землепользователем земельного участка с кадастровым номером №...:0087 по адресу: адрес, указан ФИО10 на основании договора купли № 7054, площадь земельного участка по документам - 855 кв. м, фактическая - 1312 кв. м (пункт 90 списка).

В составе материалов инвентаризации имеются:

схема квартала №... с отображением кадастровых номеров земельных участков, в частности участков с кадастровыми номерами №...:0087 и №...:0088 со списком землевладельцев и землепользователей, согласно которому на 2001 г. ФИО10, что также подтверждается декларацией о факте использования земельного участка, является владельцем земельного участка с кадастровым номером №...:0087 площадью 1312 кв. м по адрес и с кадастровым номером №...:0088 площадью 1971 кв. м по адрес, что также подтверждается планами названных земельных участков: с кадастровым номером №...:0087 площадью 1312 кв. м, по адресу: адрес, какие-либо подписи отсутствуют, ссылки на какие-либо правоустанавливающие документы отсутствуют; с кадастровым номером №...:0088 площадью 1971 кв. м, по адресу: адрес, в акте инвентаризации и согласования границ земельного участка имеется подпись ФИО10, в качестве правоустанавливающего документа указан договор купли от 20 декабря 1971 г. № 7054.

Суду в подлинном виде представлены материалы землеустроительного дела по инвентаризации земель квартала №..., которые кроме вышеприведенных планов содержат техническое задание и другие документы, а также протокол комиссии по инвентаризации земель г. Белорецка с решением об одобрении инвентаризации земель; постановлением администрации г. Белорецк и Белорецкого района Республики Башкортостан от 23 мая 2001 г. об утверждении материалов инвентаризации земель с возложением обязанности на Комитет по земельным ресурсам и землеустройству г. Белорецка и Белорецкого района внести соответствующие изменения в земельно-кадастровую документацию г. Белорецка и списки налогоплательщиков земельного налога, а также возложением обязанности выявить и поставить на учет самовольных землепользователей.

При этом названные материалы не содержат сведений о принадлежности ФИО14 каких-либо земельных участков по адрес, выделения ей земельного участка до 30 октября 2001 г., то есть до введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации.

По данным Филиала публично-правовой компании «Роскадастр» по адрес земельный участок с кадастровым номером №...:88 площадью 2023 кв. м, категории: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для ведения личного подсобного хозяйства, с адресом: адрес (ранее присвоенный почтовый адрес адрес) поставлен на кадастровый учет по вышеприведенным материалам инвентаризации 28 ноября 2004 г. на основании списка землепользователей, в частности ФИО10 по состоянию на 2001 г., и далее по вышеприведенным документам, составленным по заказу ФИО2, снят с кадастрового учета 12 сентября 2017 г. с образованием двух земельных участков с кадастровыми номерами №...:201 площадью 947 кв. м и №...:202 площадью 1076 кв. м (как выше указано, право собственности оформлено ФИО2).

Справкой отдела надзорной деятельности по г. Белорецк, Белорецкому и Бурзянскому районам УНД и ПР ГУ МЧС России по Республике Башкортостан от 18 июня 2015 г. № 417 подтверждено, что 8 июня 2015 г. произошел пожар по адресу: адрес, в результате которого огнем значительно повреждены жилой дом и надворные постройки.

Как следует из акта выноса границы земельного участка на местность (в натуру), составленного кадастровым инженером ФИО9, местоположение земельного участка по адрес, кадастровый номер №...:202 слева от указанного участка расположен огороженный участок, где стоит жилой адрес участка с кадастровым номером №...:202 - 1075 кв. м, на нем стоит обгоревший дом, от указанного участка справа расположен земельный участок с кадастровым номером №...:201, с адресом: адрес площадью 947 кв. м, на нем никаких строений нет, участок весь зарос кустарником, далее от участка с кадастровым номером №...:201 справа имеется забор земельного участка с адресом: адрес.

По результатам проведенной по делу землеустроительной экспертизы обществом с ограниченной ответственностью «Урало-Поволжское объединение судебных экспертов» представлено заключение эксперта от 21 февраля 2025 г. № 2/2025, согласно выводам которого фактическая площадь земельного участка, образованная искусственными ориентирами (заборами) с кадастровым номером №...:202 составляет 1076 кв. м, что соответствует данным ЕГРН - площадь участка составляет 1076 кв. м, координаты поворотных точек соответствуют координатам из выписки из ЕГРН; фактическая площадь земельного участка образованная искусственными ориентирами (заборами) с кадастровым номером №...:201 составляет 947 кв. м, что соответствует по площади и координатам данным ЕГРН.

В состав земельного участка с кадастровым номером №...:88 по адресу: адрес вошел земельный участок по адресу: адрес земельного участка с кадастровым номером №...:88 составляет 2023 кв. м, что соответствует площади и координатам земельного участка по данным ЕГРН.

Допрошенная судом эксперт ФИО26 выводы экспертного заключения № 2/2025 подтвердила; представила также письменные пояснения, что жилой дом площадью 8,1 кв. м находился на земельном участке по адресу: адрес, жилой дом площадью 22,3 кв. м был расположен по адресу: Сталепроволочная, 48; 26 декабря 2013 г. ФИО2 купила жилой дом площадью 8,1 кв. м уже на участке с кадастровым номером №...:88.

По результатам проведенной по делу дополнительной экспертизы ФИО27 представлено заключение эксперта от 4 июля 2025 г. № 72, согласно исследования и выводам которого земельный участок по адресу: адрес, при визуальном осмотре и обследовании имеет рельеф с уклоном, границы определялись в передней, задней части земельного участка и с левой и правой стороны он граничит с участками № 46 и № 52, при наличии искусственных сооружений, заборов, межи и т.д. На участке адрес находится обгоревший жилой дом и хозяйственные постройки (сарай, теплица, уборная), рядом с границами участка № 46, расположенные вверх по участку в одну линию, другие искусственные сооружения, столбы, заборы, межа и т.д. не обнаружены. Земельный участок зарос деревьями, кустарниками, травой. Рядом с границами участка № 52 вдоль металлического забора из проволоки - катанка отсутствуют какие-либо строения или хозяйственные постройки; визуально на задней части земельного участка № 48 границы не определены, так как отсутствуют какие-либо искусственные сооружения, заборы, столбы, межа и т.д. При изучении материалов инвентаризации 1974 г. по адрес можно предположить, что если объединить два земельных участка, то площади составят 1040 кв. м + 855 кв. м = 1895 кв. м с учетом погрешности измерений. Согласно материалов инвентарно-правового дела в 2001 г. при инвентаризации земель адрес и Белорецкого адрес имеются планы земельных участков №...:0087 (Сталепроволочная, 50) и №...:0088 (Сталепроволочная, 48), принадлежащие ФИО10 На основании материалов инвентарно-правового дела, материалов инвентаризации и конфигурации участка, включающие совокупность внутренних углов и горизонтальных проложений границ установлено, что при совмещении границ земельного участка с кадастровым номером №...:88 (Сталепроволочная, 48) с координатами характерных точек, в 2001 г. площадь составляла 1971 кв. м, 28 ноября 2004 г. поставлен на кадастровый учет со статусом, как ранее учтенный - это участок, права на который возникли и не прекращены до 1 марта 2008 г. (собственность, постоянное (бессрочное) пользование, пожизненное наследуемое владение, право аренды). На основании материалов инвентарно-правового дела, материалов инвентаризации и конфигурации участка, включающих совокупность углов и горизонтальных положений границ установлено, что при совмещении границ земельного участка с кадастровым номером №...:88 по адресу: адрес, с координатами характерных поворотных точек, в 2001 г. площадь составляла 1971 кв. м, что соответствует фактическим границам. Из этого следует, что площадь земельного участка по адресу: адрес по состоянию на 10 января 2016 г. (до подготовки межевого плана кадастровым инженером ФИО8) с учетом материалов инвентарно-правового дела и материалов инвентаризации составляла 1971 кв. м, фактические границы названного участка не имеют несоответствий при проведении инвентаризации земель в 2001 г. На основании тех же материалов инвентарно-правового дела установлено, что при сопоставлении границ земельного участка по адресу: адрес с кадастровым номером №...:87 с координатами поворотных точек в 2001 г. соответствует земельному участку по адресу: адрес площадь составляет 1312 кв. м (принадлежит на праве долевой собственности ФИО28, ФИО29).

Таким образом, оценка в соответствии с положениями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации всей совокупности вышеприведенных и представленных в дело доказательств, в том числе выводов двух судебных экспертиз, позволяет суду апелляционной инстанции сделать выводы о том, что: во-первых, ФИО14 не являлась собственником как такового земельного участка по адрес, и расположенных на нем объектов недвижимости, которыми могла бы распоряжаться по своему усмотрению; во-вторых, на май 2001 г. (период утверждения материалов инвентаризации земель) отец истца - ФИО10 являлся собственником земельного участка с кадастровым номером №...:88 площадью 1971 кв. м и расположенного на нем жилого дома площадью 22,3 кв. м, в адрес, который граничил и граничит по настоящее время справой и левой стороны с участками по адресам: адрес, и на указанный временной период и по настоящее время как таковой земельный участок с жилым домом площадью 8,1 кв. м по адрес не существовал и не существует фактически, и на несуществующие объекты по адрес изначально представители ФИО7 оформили право собственности на нее, а затем совершены оспариваемые истцом сделки, повлекшие фактическое распоряжение земельным участком с кадастровым номером №...:88 площадью 1971 кв. м, в адрес, права на который, как выше указано и получила ФИО2 - на земельный участок с кадастровым номером №...:88, поставленный на кадастровый учет по материалам инвентаризации, представленный ею при совершении сделки с ФИО4, и которым в последующим она распорядилась, осуществив межевание, присвоение почтовых адресов, заключение договора и регистрацию прав.

Исходя из вышеприведенных и установленных по делу обстоятельств, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции об удовлетворении исковых ФИО1 о признании недействительными оспариваемых им уведомления о подтверждение почтового адреса, межевого плана о разделе земельного участка, договора купли-продажи земельного участка с применением последствий их недействительности, поскольку из вышеприведенных и установленных обстоятельств следует вывод, что ФИО2 и администрация (в настоящее время правопреемник МЗИО) распоряжались имуществом, им не принадлежащим. Однако выводы суда первой инстанции об отказе ФИО1 в признании недействительными оспариваемых ими договоров, а также признание судом за истцом права собственности на земельный участок в адрес площадью 1040 кв. м не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права, подлежащим применению в спорных правоотношениях.

Как выше указано, свое право истец ФИО1 обосновал принадлежностью земельного участка с кадастровым номером 0262:010423:88 площадью 1971 кв. м и расположенных на нем объектов недвижимости в адрес, в порядке наследования после смерти родителей ФИО10 и ФИО11, что не было учтено судом первой инстанции.

В силу пункта 2 статьи 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом.

Иной момент возникновения права установлен, в частности, для приобретения права собственности на недвижимое имущество в порядке наследования. Согласно пункту 4 статьи 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации.

Таким образом, при наследовании права наследодателя на недвижимое имущество считаются перешедшими наследнику со дня смерти наследодателя, поскольку, по общему правилу, днем открытия наследства является день смерти наследодателя (статья 1114 Гражданского кодекса Российской Федерации). Государственная регистрация права собственности наследника на недвижимое имущество носит правоподтверждающий, а не правоустанавливающий характер.

При этом согласно частям 2, 3 статьи 69 Федерального закона от 13 июля 2015 г. № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» (далее - Закон N 218-ФЗ) права на объекты недвижимости, возникающие в силу закона (вследствие обстоятельств, указанных в законе, не со дня государственной регистрации прав), признаются юридически действительными при отсутствии их государственной регистрации в ЕГРН; государственная регистрация таких прав в ЕГРН обязательна при государственной регистрации перехода права, ограничении и обременении объектов недвижимости или совершенной после дня вступления в силу Федерального закона от 21 июля 1997 г. № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», то есть после 31 января 1998 г. (утратил силу, за исключением отдельных положений, с 1 января 2017 г., полностью - с 1 января 2020 г.) сделки с объектами недвижимости, если иное не установлено Гражданским кодексом Российской Федерации и Законом № 218-ФЗ.

Таким образом, со дня принятия наследства после смерти матери ФИО11 истец ФИО1 в силу закона, отказа иных наследников от наследственного спорного имущества в его пользу, является собственником всего наследственного имущества, в чем бы оно ни заключалось, и где было не находилось, независимо от государственной регистрации перехода права в органах государственной регистрации, и, применительно настоящему случаю и земельного участка с кадастровым номером №...:88 площадью 1971 кв. м и расположенных на нем объектов недвижимости в адрес, которые исходя из вышеприведенных и установленных обстоятельств принадлежали наследодателям истца - его родителям, и как следствие принадлежат истцу.

Вышеуказанное вытекает из следующего.

Брак между родителями истца - ФИО10 и ФИО11 зарегистрирован 26 сентября 1967 г., соответственно, все имущество, приобретенное ими в период брака являлось их совместной собственностью, и в частности строения и земельный участок в адрес, приобретенные ими в 1971 г. по договору купли-продажи, а земельный участок в мае 2001 г. - до введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации.

Так, согласно статьям 20, 21 Кодекса о браке и семье РСФСР, действовавшего на момент приобретения спорного земельного участка и расположенных на нем строений, имущество, нажитое супругами во время брака, является их общей совместной собственностью. Супруги имеют равные права владения, пользования и распоряжения этим имуществом. Супруги пользуются равными правами на имущество и в том случае, если один из них был занят ведением домашнего хозяйства, уходом за детьми или по другим уважительным причинам не имел самостоятельного заработка. В случае раздела имущества, являющегося общей совместной собственностью супругов, их доли признаются равными.

Аналогичные нормы содержатся в статьях 33, 34 Семейного кодекса Российской Федерации.

Таким образом, поскольку земельный участок и расположенные на нем объекты недвижимости в адрес приобретены супругами ФИО10 и ФИО11 в период брака, то относятся к совместно нажитому имуществу супругов в силу закона.

Из вышеприведенных и установленных обстоятельств настоящего дела следует, что ФИО10 и ФИО11 в равных долях принадлежал именно земельный участок с кадастровым номером №...:88 площадью 1971 кв. м в адрес, что следует из материалов инвентаризации г. Белорецк и Белорецкого района, и поставленный на кадастровый учет в 2004 г. по материалам инвентаризации, как ранее учтенный. При этом, согласно постановлению от 23 мая 2001 г. № 1002 администрации г. Белорецк и Белорецкого района, утвердившего материалы этой инвентаризации, Комитет по земельным ресурсам и землеустройству г. Белорецк и Белорецкого района не только внес соответствующие изменения в земельно-кадастровую документацию, но и не выявил и не ставил П-ных на учет как самовольных землепользователей.

Из вышеприведенных и установленных обстоятельств следует, что ФИО10 и ФИО11 являлись собственниками объектов недвижимости - жилого дома площадью 22, 3 кв. м и иных вспомогательных строений, существующих по настоящее время, жилой дом сгорел в 2015 г., но продолжает существовать в таком виде, как и иные строения, среди которых дома площадью 8,1 кв. м нет на участке с кадастровым номером №...:88; по материалам инвентаризации подтверждено право П-ных на земельный участок площадью 1971 кв. м, который существовал и существует фактически в этом виде, земельный участок в 2004 г. поставлен как ранее учтенный, а, как обращала внимание в своем заключении эксперт ФИО27 - технический учет или государственный учет объектов недвижимости, в том числе осуществленные в установленном законодательством Российской Федерации порядке до дня вступления в силу Федерального закона от 24 июля 2007 г. № 221-ФЗ «О государственном кадастре недвижимости», признается юридически действительным, и такие объекты считаются ранее учтенными объектами недвижимого имущества. При этом объекты недвижимости, государственный кадастровый учет или государственный учет, в том числе технический учет, которых не осуществлен, но права на которые зарегистрированы в ЕГРН не прекращены и которым присвоены органом регистрации прав условные номера в порядке, установленном в соответствии с Федеральным законом от 21 июля 1997 г. № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», также считаются ранее учтенными объектами недвижимости (часть 4).

Вывод о том, что в состав земельного участка с кадастровым номером №...:88 вошел земельный участок, ранее используемый по адресу: адрес, получил подтверждение и в заключении экспертизы от 4 июля 2025 г. № 72, выполненной экспертом ФИО27 Эксперт, исследовав материалы землеустроительного дела, архивные планы, координаты поворотных точек и фактические ограждения, пришла к однозначному выводу о том, что земельный участок по адресу: адрес - земельный участок с кадастровым номером №...:88, а его фактическая площадь соответствует площади 1971 кв. м, указанной в материалах инвентаризации. При этом эксперт указала, что существующие на местности границы земельных участков сформированы искусственными ориентирами, в том числе ограждениями, которые сложились задолго до проведения кадастровых работ и соответствуют границам, зафиксированным в материалах землеустроительного учета начала 2000-х годов.

Как выше указано и судом установлено, в качестве ранее учтенного на государственный кадастровый учет поставлен земельный участок с кадастровым номером №...:88 площадью 1971 кв. м, категории: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для ведения личного подсобного хозяйства, в адрес.

В соответствии с пунктом 4 статьи 3 Федерального закона от 25 октября 2001 г. № 137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации» (далее - Закон о введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации) гражданин Российской Федерации вправе приобрести бесплатно в собственность земельный участок, который находится в его пользовании, если на таком земельном участке расположен жилой дом, право собственности на который возникло у гражданина до дня введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации либо после дня введения его в действие, при условии, что право собственности на жилой дом перешло к гражданину в порядке наследования и право собственности наследодателя на жилой дом возникло до дня введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации.

В случае, если данный жилой дом находится в долевой собственности и иные участники долевой собственности не подпадают под действие абзаца первого настоящего пункта, такой земельный участок предоставляется бесплатно в общую долевую собственность собственникам жилого дома, расположенного в границах такого земельного участка (абзац второй пункта 4 статьи 3 Закона о введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации).

Таким образом, поскольку семья П-ных использовала для проживания жилой дом, возведенный в 1954 г. (сгорел только в 2015 г., но существует в поврежденном виде), принадлежащий им с 1971 г., земельный участок с кадастровым номером №...:88 площадью 1971 кв. м считается предоставленным в равных долях ФИО10 и ФИО11 на праве собственности, и как следствие в порядке наследования принадлежащим истцу ФИО1 То обстоятельство, что ФИО10 и ФИО11 умерли, соответственно, в 2002 г. и в 2007 г., не делает недостоверными сведения о ранее учтенном названном земельном участке, принадлежащим им в силу закона, и как следствие влечет переход права собственности на него к наследникам в том же виде, а не как указал суд первой инстанции в виде, определенном ФИО2, по заказу которой осуществлены межевые работы, снят исходный участок и образованы новые участки, которые, к тому же не соответствуют фактическому землепользованию. Как следует из заключения эксперта ФИО27 от 4 июля 2025 г. № 72, фактическая площадь земельного участка в адрес составляла на момент инвентаризации 2001 г. и по настоящее время - 1971 кв. м, в связи с чем, у суда первой инстанции не имелось правовых оснований для уменьшения размера земельного участка, принадлежащего истцу с 2007 г. в порядке наследования.

В соответствии с пунктом 1 статьи 35 Земельного кодекса Российской Федерации, пунктом 3 статьи 552 Гражданского кодекса Российской Федерации при продаже недвижимости (переходе права собственности), находящейся на земельном участке, не принадлежащем продавцу на праве собственности, покупатель приобретает право пользования частью земельного участка, занятой этой недвижимостью и необходимой для ее использования. Покупатель здания, строения, сооружения вправе требовать оформления соответствующих прав на такой земельный участок на тех же условиях и в том же объеме, что и прежний собственник недвижимости.

В силу пункта 1 статьи 36 Земельного кодекса Российской Федерации, действовавшей до 1 марта 2015 г., исключительное право на приватизацию земельных участков или приобретение права аренды земельных участков имеют граждане и юридические лица - собственники зданий, строений, сооружений в порядке и на условиях, которые установлены Кодексом, федеральными законами.

При этом исключительный характер права на приватизацию земельного участка означает, что никто, кроме собственника здания, строения, сооружения, не имеет права на приватизацию земельного участка, занятого этим зданием, строением, сооружением (пункт 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 г. № 11).

Как выше указано, ФИО4 и ФИО2 приобрели объект недвижимости площадью 8,1 кв. м (жилой дом), который не существовал с 2001 г. фактически, и не приобретали право собственности на жилой дом площадью 22,3 кв. м по адресу: Сталепроволочная, 48, соответственно ни к ФИО4, ни к ФИО2 не могли в силу вышеприведенных правовых норм перейти права на земельный участок под ним с кадастровым номером №...:88, что, однако ими осуществлено.

Таким образом, в связи с принятием наследства в 2007 г. после смерти матери и отца (мать и отец проживали в адрес совместно, в том числе после смерти супруга ФИО10 его жена ФИО11 до своей смерти в 2007 г. проживала в доме, то есть фактически приняла наследство в ? доле от супруга ФИО10), истец ФИО1 является собственником жилого дома площадью 22,3 кв. м, вспомогательных строений в адрес, к нему и перешли в порядке наследования исключительные права собственника на земельный участок под ним с кадастровым номером №...:88 площадью 1971 кв. м.

Указанное свидетельствует о том, что суд первой инстанции не только неправомерно отказал истцу в подтверждении его права собственности на земельный участок с кадастровым номером №...:88 площадью 1971 кв. м в адрес, что выполняется судом апелляционной инстанции, так как истцом представлены доказательства принадлежности этого имущества ему (согласно статье 59 Земельного кодекса Российской Федерации признание права на земельный участок осуществляется в судебном порядке; в пункте 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20 апреля 2010 г. № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что если иное не предусмотрено законом, то иск о признании права подлежит удовлетворению в случае представления истцом доказательств возникновения у него соответствующего права (далее - Постановление № 10/22)), но и фактически уменьшил площадь наследственного земельного участка, возложив на ФИО2 обязанность передать Администрации поселения часть земельного участка площадью 947 +/-11 кв. м с кадастровым номером №...:201, адрес, являющегося частью участка с кадастровым номером №...:88, и не существующего фактически, что следует из вышеприведенного заключения эксперта ФИО27 от 4 июля 2025 г. № 72, согласно которому фактическая площадь земельного участка в адрес составляла на момент инвентаризации 2001 г. и по настоящее время - 1971 кв. м, земельный участок с кадастровым номером №...:88 имеет смежных землепользователей с адресами адрес и 52, смежного участка с адресом адрес не существует.

При разрешении вопроса о судьбе земельного участка с кадастровым номером №...:201 и возложении на ФИО2 обязанности по передаче части указанного земельного участка площадью 947 +/-11 кв. м в муниципальную собственность суд первой инстанции допустил неправильное применение норм материального права, выразившееся в фактическом применении не предусмотренного законом способа прекращения права частной собственности, а также без оценки установленного земельным законодательством порядка изъятия и перераспределения земельных участков.

Из содержания обжалуемого решения следует, что суд первой инстанции, установив факт включения земельного участка по адресу: адрес, в состав земельного участка с кадастровым номером №...:88, а также признав необоснованным возникновение у ФИО2 права собственности на часть данного земельного массива, пришел к выводу о необходимости восстановления положения, существовавшего до нарушения права истца, путем обязания ФИО2 передать часть земельного участка с кадастровым номером №...:201 в муниципальную собственность. Однако при формировании такого вывода суд первой инстанции не определил правовую природу указанной меры и не соотнес ее с предусмотренными законом основаниями и способами прекращения права собственности.

Между тем из установленных судом обстоятельств следует, что земельный участок с кадастровым номером №...:201 образован в результате раздела земельного участка с кадастровым номером №...:88 на основании межевого плана от 5 июля 2017 г., подготовленного кадастровым инженером ФИО9, и поставлен на государственный кадастровый учет 7 сентября 2017 г., после чего право собственности на него зарегистрировано за ФИО2 в ЕГРН.

Признавая при этом отсутствие законных оснований для возникновения у ФИО2 права собственности на спорную часть земельного массива и одновременно не признавая данный участок объектом наследственного имущества истца, суд первой инстанции фактически пришел к выводу о необходимости изъятия земельного участка у частного собственника в пользу муниципального образования. Однако суд не установил ни наличия публичных нужд, ни факта принятия уполномоченным органом решения об изъятии земельного участка для государственных или муниципальных нужд, ни соблюдения предусмотренной главой VII Земельного кодекса Российской Федерации процедуры, включающей принятие соответствующего правового акта, оценку изымаемого имущества и выплату выкупной цены.

Таким образом, суд первой инстанции фактически применил механизм прекращения права собственности, не предусмотренный действующим законодательством. Ни положения статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, ни нормы статьи 60 Земельного кодекса Российской Федерации, на которые суд сослался в мотивировочной части решения, не допускают возможности произвольного изъятия земельного участка у частного собственника и передачи его в муниципальную собственность по судебному акту при отсутствии предусмотренных законом оснований. Восстановление положения, существовавшего до нарушения права, возможно лишь в пределах правового режима соответствующего имущества и не может подменять собой институт изъятия для публичных нужд либо перераспределения земельных участков.

Суд первой инстанции также не учел, что перераспределение земельных участков между частными лицами и публичными образованиями допускается исключительно в случаях и порядке, прямо предусмотренных Земельным кодексом Российской Федерации, которым устанавливаются исчерпывающий перечень оснований и процедур перераспределения земель, находящихся в государственной или муниципальной собственности, и земель, находящихся в частной собственности.

Таким образом, решение суда первой инстанции в части возложения на ФИО2 обязанности передать Администрации поселения часть земельного участка площадью 947 +/-11 кв. м с кадастровым номером №...:201, адрес, также подлежит отмене.

Что касается оспариваемых истцом сделок, то с учетом вышеприведенных обстоятельств судебная коллегия полагает также об отмене решения суда первой инстанции в части отказа ФИО1 в признании оспариваемых договоров купли-продажи недействительными с признанием недействительными договоров купли-продажи: заключенного 6 декабря 2013 г. от имени ФИО7 с представителем по доверенности ФИО3 и ФИО4 на жилой дом по адресу: адрес; заключенного 26 декабря 2013 г. между ФИО4 и ФИО2 жилого дома, с применением последствий недействительности в виде взыскания с ФИО4 в пользу ФИО2 полученных по недействительному договору - 200 000 руб., и ФИО4 и ФИО2 в суде апелляционной инстанции подтвердили факт передачи указанных денежных средств; взыскав с ФИО7 в пользу ФИО4 полученных по недействительному договору - 80 000 руб., ФИО4 указал в суде апелляционной инстанции, что передал ФИО14 по сделке 80 000 руб., полагая, что отказывая в удовлетворении требований о признании недействительными названных договоров купли-продажи, суд первой инстанции также ограничился ссылкой на факт государственной регистрации права собственности за покупателем, не исследовав вопрос о правовой чистоте сделки. В силу положений статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, является ничтожной независимо от признания ее таковой судом, а в силу статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации распоряжение имуществом возможно лишь при наличии у лица соответствующего вещного права.

Принимая такое решение, суд апелляционной инстанции исходит из того, что, несмотря на то, что по указанным сделкам продавался несуществующий жилой дом площадью 8,1 кв. м по адрес, прав на который ФИО1 не имеет, однако целью их совершения, что следует из обстоятельств дела, было предоставление в Росреестр при заключении сделок правоустанавливающих документов на земельный участок с кадастровым номером №...:88 с адресом адрес, принадлежащий истцу ФИО1, и как установлено судом первой инстанции последующее его незаконное приобретение, межевание, присвоение почтовых адресов ФИО2, что признано судом первой инстанции недействительным, соответствующие записи регистрации права собственности ФИО2 на земельные участки прекращены, в том числе на земельный участок с кадастровым номером №...:88, как следствие восстановление нарушенного истцом права осуществляется путем признания права собственности на земельный участок с кадастровым номером №...:88 площадью 1971 кв. м.

При этом, доводы ответчиков ФИО4 и ФИО2 о добросовестности их как приобретателей, и пропуске ФИО1 срока исковой давности для оспаривания сделок несостоятельны, так как из установленных обстоятельств следует, что ФИО4 и ФИО2 приобрели несуществующий жилой дом площадью 8,1 кв. м, в частности таковой отсутствует на принадлежащем истцу ФИО1 в порядке наследования земельном участке с кадастровым номером №...:88 площадью 1971 кв. м в адрес; с момента совершения сделок, как выше указано, единственной целью явилось неправомерное переоформление прав на земельный участок с кадастровым номером №...:88 в адрес; как выше указано между всеми сделками по распоряжению с несуществующим жилым домом площадью 8,1 кв. м прошли незначительные временные периоды - 2 мес., 10 дней; с 2013 г. незаконно оформленный ФИО2 земельный участок с кадастровым номером №...:88 площадью 1971 кв. м в адрес, не использовался, как выше указано принадлежащий ФИО1 дом сгорел в 2015 г. и находится в разрушенном состоянии, земельный участок зарос бурьяном, кустарником и т.п., то есть по волеизъявлению ФИО1 земельный участок из его собственности не выбывал, в том числе и фактически.

Пунктом 39 Постановления № 10/22 разъяснено, что, по смыслу пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли.

Выбытие имущества из владения собственника помимо его воли является основанием для истребования такого имущества от добросовестного приобретателя.

Правовое значение при разрешении настоящего спора имеют действия сторон - участников сделки, а также установление факта выбытия земельного участка из владения ФИО1 вопреки его воле. Земельный участок путем оформления признанных судом недействительных документов (сделок) выбыл из владения ФИО1 вопреки его воли, когда он по настоящее время продолжает оставаться фактическим его владельцем, в связи с чем, ссылки на добросовестность не только не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, но и в силу вышеприведенного не могут повлечь отказ ФИО1 в удовлетворении требований.

В соответствии со статьей 304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Согласно статье 208 названного кодекса исковая давность не распространяется на требования собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения не были соединены с лишением владения.

В разъяснениях, изложенных в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 10/ 22 от 29 апреля 2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» указано, что применяя статьи 304 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу которой собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения, судам необходимо учитывать, что иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение.

Исковая давность не распространяется на требование собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения не были соединены с лишением владения. В этой связи длительность нарушения права не препятствует удовлетворению этого требования судом (пункт 49 этого постановления).

Спорный земельный участок принадлежит ФИО1 на праве собственности с 2007 г. В связи с тем, что ФИО2 в фактическое владение земельным участком истца не вступала, земельный участок ею не использовался, об оформлении ФИО2 документов на земельный участок, проведения межевания ФИО1 стало известно лишь при обращении 12 апреля 2024 г. об оформлении прав на земельный участок с кадастровым номером №...:88, когда он получил в мае 2024 г. ответ из Администрации поселения об оформлении ФИО2 прав на земельный участок, иск подан в суд 11 июня 2024 г.

Разрешая вопрос о законности решения суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении встречных исковых требований ФИО2, и как следствие ФИО4 о признании их добросовестными приобретателями, судебная коллегия приходит к выводу о том, что данный отказ принят судом первой инстанции при неправильном определении процессуальной судьбы заявленных требований, что повлекло вынесение судебного акта, не отвечающего требованиям законности и обоснованности и подлежащего отмене с прекращением производства по указанным встречным искам, исходя из следующего.

Как выше указано, в силу норм права, подлежащих применению в спорных правоотношениях, учитывая позицию ответчиков ФИО2, ФИО4, их доводы о добросовестности приобретения имущества являлись обстоятельствами, подлежащими установлению при разрешении первоначальных требований ФИО1, и как выше указано, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, однако они - ФИО2 и ФИО4 посчитали возможным заявить встречные иски о признании их добросовестными приобретателями.

Между тем, способы защиты гражданских прав предусмотрены статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Иные способы защиты гражданских прав, как указано в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», могут быть установлены законом.

Предъявленные ФИО2, ФИО4 требования о признании их добросовестными приобретателями не указаны ни в статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, ни в каком-либо ином законе.

В данном случае добросовестность приобретателя - это не предмет иска, а одно из обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения спора об истребовании имущества. При этом право добросовестного приобретателя защищается не предъявлением иска о признании его таковым, а путем ограничения правомочий собственника на истребование имущества.

Признание добросовестным приобретателем не может рассматриваться и в качестве юридического факта, устанавливаемого судом, поскольку само по себе не влечет юридических последствий, а является лишь одним из элементов юридического состава, так как при определенных обстоятельствах истребование имущества допускается и у добросовестного приобретателя (в случае безвозмездного приобретения, в случае хищения его у лица, которому собственник передал это имущество, и т.п.).

Учитывая изложенное, требования ФИО2, ФИО4 о признании их добросовестными приобретателями не подлежали рассмотрению судом ни в качестве самостоятельных, ни в качестве встречных исков.

С учетом изложенного производство по встречным искам ФИО2, ФИО4 о признании добросовестными приобретателями подлежит прекращению (определение Верховного Суда Российской Федерации от 28 октября 2025 г. № 18-КГ25-394-К4 (УИД 23RS0041-01-2023-004883-80).

Оценивая доводы апелляционной жалобы ФИО2, судебная коллегия приходит к выводу о том, что они не могут быть приняты во внимание, поскольку основаны на неправильном понимании правовой природы спорных правоотношений, подмене предмета доказывания, а также на выборочном и искаженном толковании фактических обстоятельств дела и норм материального права.

Доводы ФИО2 о том, что расхождение в площадях земельного участка обусловлено исключительно техническими ошибками органов кадастрового учета и не связано с ее действиями, не опровергают ранее установленного и вышеприведенного факта отсутствия как такового права у ФИО2 на оформление названного земельного участка, у органа местного самоуправления правомочий на распоряжение земельным участком, принадлежавшим наследодателям истца, а с 2007 г. истцу.

Как указано судом апелляционной инстанции ранее, ключевым обстоятельством по делу является не субъективная оценка добросовестности либо недобросовестности поведения ФИО2, а объективное отсутствие правового основания для возникновения у третьих лиц, включая муниципальное образование, права собственности на спорный земельный массив в размере 1971 кв. м, а равно последующего отчуждения такого имущества по возмездным сделкам.

Ссылка ФИО2 на технический характер расхождений площадей не устраняет правовой дефект возникновения права, поскольку ошибки межевания и кадастрового учета не могут служить самостоятельным основанием приобретения права собственности на имущество, не входившее в состав отчуждаемого объекта.

Доводы ФИО2 о том, что она не принимала участия в формировании земельного участка и не могла знать об обстоятельствах его образования, не имеют правового значения для оценки законности оспариваемых сделок. Как неоднократно указывалось ранее, при разрешении спора о действительности сделок и правовых последствиях их совершения суд исходит не из субъективной осведомленности приобретателя, а из наличия либо отсутствия у отчуждателя вещного права на спорное имущество.

Несостоятельными являются и доводы ФИО2 о том, что договор купли-продажи от 26 декабря 2013 г. касался исключительно жилого дома и не порождал для нее правовых последствий в отношении земельного участка. Судебная коллегия ранее указала, что в силу статьи 35 Земельного кодекса Российской Федерации и статьи 552 Гражданского кодекса Российской Федерации отчуждение жилого дома неразрывно связано с судьбой земельного участка, занятого таким домом и необходимого для его использования. На основании указанных правовых норм ФИО2 оформила права на земельный участок с кадастровым номером №...:88, на котором приобретенный ею объект не находился и не находится, а затем осуществила его межевание, заключение договора, постановку на кадастровый учет, то есть оспариваемые истцом сделки с домом повлекли неправомерное лишение истца прав на принадлежащий ему земельный участок.

Утверждения ФИО2 о формальной ошибочности указания площади и кадастрового номера в договоре купли-продажи не устраняют правового противоречия, связанного с отчуждением объекта недвижимости при отсутствии законного титула на земельный участок, обеспечивающий его использование.

Доводы ФИО2 о том, что увеличение площади земельного участка до 2023 кв. м произошло по инициативе Администрации поселения и в рамках муниципальных кадастровых процедур, также не принимаются судебной коллегией. Как указано ранее, действия органа местного самоуправления по уточнению границ земельного участка и последующему отчуждению такого участка не могут легализовать изначально допущенное нарушение прав наследника, поскольку муниципальное образование не вправе распоряжаться земельными участками, не находящимися в его собственности. Наличие кадастрового учета и регистрационных записей в ЕГРН само по себе не подтверждает законность возникновения права собственности, если установлено, что учет произведен в отношении имущества, фактически принадлежащего другому лицу. Таким образом, ссылки ФИО2 на действия Администрации поселения не опровергают вывод суда апелляционной инстанции о производном характере нарушений и о недопустимости возложения негативных последствий этих действий на наследника.

Не принимаются судебной коллегией и доводы ФИО2, направленные на переложение ответственности за возникшую правовую неопределенность на ФИО5 Как выше указано и установлено судом, наследственным имуществом, права на которые имеет истец, она не распоряжалась, а выдала доверенность на право оформления на дом по адресу: адрес (наследственное и принадлежащее истцу имущество находилось на земельном участке с кадастровым номером №...:88 адрес). Далее оформление осуществлено представителем ФИО14, как и последующая сделка с ФИО4, при этом со стороны продавца ФИО14 действовал дядя ответчика ФИО4 - ФИО3 Наследственным имуществом, на которое заявил права ФИО1 в настоящем деле в виде дома площадью 22,3 кв. м, земельного участка под ним с кадастровым номером №...:88 по адресу: адрес, ФИО14 не распоряжалась; документы по совершенно другому участку, не относящемуся к сделке с ФИО14, с кадастровым номером №...:88 представлены ФИО4 и ФИО2 после того, как государственная регистрация перехода права собственности по сделке приостановлена государственным регистратором. Наличие таких действий подтверждает вывод о том, что спорное имущество выбыло из владения истца помимо его воли, что в силу положений гражданского законодательства исключает возможность сохранения права собственности за последующими приобретателями независимо от их субъективного отношения к происходящему.

Доводы ФИО2 о неправильной оценке судом первой инстанции заключений судебных экспертиз основаны на неверной оценке всей совокупности вышеприведенных и представленных в дело доказательства, которые в своей совокупности подтверждают факт существования кадастрового учета земельного участка №...:88 по адресу: адрес, ул. адресю 1971 кв. м в 2004 г., и в площади, начиная, как минимум с 2001 г. и по настоящее время. Экспертные выводы сами по себе не подменяют правовую оценку обстоятельств дела, связанную с установлением объема наследственной массы и законности последующего оборота земельного участка. Попытка ФИО2 придать экспертным формулировкам значение доказательства законности приобретения права собственности не основана на нормах материального права.

Ссылки ФИО2 на принципы добросовестности участников гражданского оборота и недопустимость возложения на нее ответственности за ошибки третьих лиц также не принимаются судебной коллегией. Как указывалось ранее, институт добросовестности не может служить основанием для легализации приобретения имущества у лица, не имеющего права его отчуждать, в случаях, когда имущество выбыло из владения собственника помимо его воли. В данном деле установлен именно такой характер выбытия, что исключает сохранение права собственности за приобретателем независимо от степени его осмотрительности и доверия к сведениям ЕГРН.

Руководствуясь статьями 328 - 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

решение Белорецкого межрайонного суда Республики Башкортостан от 26 августа 2025 г. отменить в части: признания за ФИО1 в порядке наследования права собственности на земельный участок площадью 1040 кв. м, расположенный по адресу: адрес; возложения на ФИО2 обязанности передать администрации городского поселения город Белорецк муниципального района Белорецкий район Республики Башкортостан часть земельного участка площадью 947 +/-11 кв. м с кадастровым номером №...:201, расположенный по адресу: адрес; отказа в удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1; отказа в удовлетворении встречных исковых требований ФИО2 к ФИО1, ФИО6, администрации городского поселения город Белорецк муниципального района Белорецкий район Республики Башкортостан, Министерству земельных и имущественных отношений Республики Башкортостан, ФИО23 о признании добросовестным приобретателем; отказа в удовлетворении встречных исковых требований ФИО4 к ФИО1, ФИО6, ФИО23 о признании добросовестным приобретателем.

В отмененной части принять по делу новое решение.

Признать недействительными договора купли-продажи: заключенный 6 декабря 2013 г. от имени ФИО7 представителем по доверенности ФИО3 и ФИО4 на жилой дом по адресу: адрес; заключенный 26 декабря 2013 г. между ФИО4 и ФИО2 жилого дома по адресу: адрес кадастровый номер №...:172.

Применить последствия недействительности сделок, взыскав с ФИО4 в пользу ФИО2 полученные по недействительному договору - 200 000 руб.; взыскав с ФИО7 в пользу ФИО4 полученные по недействительному договору - 80 000 руб.

Признать за ФИО1 право собственности на земельный участок с кадастровым номером №...:88 площадью 1971 кв. м, по адресу: адрес.

Производство по встречному иску ФИО2 к ФИО1, ФИО6, администрации городского поселения город Белорецк муниципального района Белорецкий район Республики Башкортостан, Министерству земельных и имущественных отношений Республики Башкортостан, ФИО23 о признании добросовестным приобретателем; по встречному иску ФИО4 к ФИО1, ФИО6, ФИО23 о признании добросовестным приобретателем - прекратить.

В остальной части решение Белорецкого межрайонного суда Республики Башкортостан от 26 августа 2025 г. оставить без изменения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев, исчисляемый со дня изготовления мотивированного апелляционного определения, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (город Самара) путем подачи кассационной жалобы в суд первой инстанции.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 12 января 2026 г.