Дело № 10-1148/2025 Судья Боровинская А.И.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Челябинск 11 марта 2025 г.

Челябинский областной суд в составе судьи Аверкина А.И., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Пасынковой С.Н.,

с участием прокурора Ефименко Н.А.,

адвоката Мухтарова Д.Р. 

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Бойко В.В. на приговор Саткинского городского суда Челябинской области от 13 января 2025 г., которым

ФИО5, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, несудимый,

осужден по ч. 1 ст. 264.1 УК РФ к 200 часам обязательных работ с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на 2 года 6 месяцев; на основании ч. 4 ст. 47 УК РФ срок отбытия дополнительного наказания исчислен с момента вступления приговора в законную силу.

На основании п. «д» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ конфискован в доход государства автомобиль марки 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, переданный на ответственное хранение 

<

данные изъяты>.

Сохранен арест, наложенный на автомобиль 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, ДД.ММ.ГГГГ выпуска, идентификационный номер №, до исполнения решения в части конфискации.

Осужденный ФИО5 отказался от участия в суде апелляционной инстанции.

Заслушав выступления адвоката Мухтарова Д.Р., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, прокурора Ефименко Н.А., полагавшей приговор подлежащим оставлению без изменения, суд апелляционной инстанции

установил:

ФИО5 при обстоятельствах, изложенных в приговоре, осужден за управление автомобилем лицом, находящимся в состоянии опьянения, подвергнутым административному наказанию за управление транспортным средством в состоянии опьянения.

В апелляционной жалобе в интересах осужденного ФИО5 адвокат Бойко В.В. просит обжалуемый приговор изменить, исключить из мотивировочной и резолютивной части приговора указание о конфискации в доход государства автомобиля марки 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, поскольку суд не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на его выводы. 

Ссылается на показания осужденного в судебном заседании о несогласии с тем, что автомобиль принадлежал ему по праву собственности, поскольку он приобрел автомобиль по просьбе сожительницы ФИО1 на ее денежные средства для ее сына, который находился 

<

данные изъяты>. Приобретенный автомобиль по просьбе сожительницы он передал последней. Она не успела поставить автомобиль на учет, так как сына забрали 

<

данные изъяты>. Данным автомобилем осужденный пользовался с разрешения сожительницы. Также был оформлен договор купли-продажи автомобиля на ФИО1

Не соглашается с критической оценкой судом показаний осужденного и его сожительницы ФИО1 в той части, что оформленный договор купли-продажи автомобиля был предоставлен следователю во время производства дознания. Однако не дана оценка тому, что фактически был договор купли-продажи, оформленный на ФИО1 до 04 октября 2024 г. Полагает, что 04 октября 2024 г. осужденный управлял автомобилем, который по договору купли-продажи уже принадлежал ФИО1 Указанный договор был предоставлен в суд. В самом обвинении ничего не указано о принадлежности автомобиля.

В приговоре нет указания на то, кому принадлежит автомобиль.

Полагает, что, вопреки требованиям п. «д» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ, конфискован автомобиль, не принадлежащий осужденному.

Обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Суд привел в приговоре в качестве доказательства виновности ФИО5 показания допрошенного в качестве свидетеля сотрудника полиции ФИО2 о том, что на вопрос, употреблял ли ФИО5 спиртные напитки, последний ответил, что употреблял накануне.

Суд привел в приговоре в качестве доказательства виновности ФИО5 показания данного сотрудника полиции в вышеуказанной части со слов самого осужденного, задержанного за управлением автомобилем в начале третьего часа 04 октября 2024 г., который согласно своим пояснениям на месте происшествия выразил фактическое признание в управлении автомобилем, будучи в состоянии опьянения. 

По смыслу закона сотрудники полиции не могут быть допрошены в целях выяснения или восполнения показаний осужденного лица об обстоятельствах причастности к совершенному преступлению. Поэтому показания этой категории свидетелей относительно сведений, о которых им стало известно со слов подозреваемого или обвиняемого о причастности к преступлению, не могут быть использованы в качестве доказательств виновности осужденного.

Из приведенных в приговоре показаний вышеуказанного сотрудника ДПС следует не только факт непосредственного восприятия событий, которые он наблюдал как очевидец, и о чем мог быть допрошен с возможностью использования данных показаний в доказывании, но и прямое воспроизведение слов осужденного, отражающие его самопризнание в причастности к содеянному, хотя ФИО5 на тот момент по установленной УПК РФ процедуре с соблюдением всех гарантированных прав не допрашивался.

С учетом изложенного, а также положений ст. 75 УПК РФ уточненные выше показания свидетеля ФИО2 в части воспроизведения им пояснений ФИО5 об обстоятельствах совершения им преступления являются недопустимыми доказательствами, поэтому подлежат исключению из числа доказательств виновности ФИО5, в связи с чем в приговор вносятся соответствующие изменения.

Вместе с тем вышеуказанное необходимое изменение приговора, вносимое на основании ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ, не устраняет имеющейся совокупности исследованных доказательств виновности осужденного в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264.1 УК РФ.

В целом судебное разбирательство носило законный характер в условиях состязательного процесса с недопущением лишения гарантий прав участников на справедливое судебное разбирательство. Указанное выше нарушение может быть исправлено судом апелляционной инстанции без отмены приговора. 

В остальном суд первой инстанции с достаточной полнотой исследовал представленные доказательства, мотивировал свои выводы о доказанности виновности осужденного в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264.1 УК РФ. Виновность осужденного в совершении указанного преступления установлена доказательствами, получившими надлежащую оценку в приговоре, при этом выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, а приведенная судом мотивация своих выводов является убедительной. 

В судебном заседании осужденный ФИО5 отказался от дачи показаний на основании ст. 51 Конституции РФ, вину в инкриминируемом деянии признал полностью.

Из показаний, данных ФИО5 в ходе предварительного расследования и подтвержденных им в суде, следует, что в апреле 2024 г. по просьбе сожительницы ФИО1, которая планировала приобрести автомобиль своему сыну, и за ее денежные средства приобрел автомобиль марки 

<

данные изъяты>, оформив при этом договор купли-продажи на свое имя. Автомобиль его сожительница не успела поставить на учет, так как ее сына забрали 

<

данные изъяты>, а сама она водительского удостоверения не имеет, она ждала возвращения сына 

<

данные изъяты>, чтобы передать ему автомобиль. В состоянии алкогольного опьянения он управлял автомобилем 04 октября 2024 г., был остановлен сотрудниками ДПС, отстранен от управления транспортным средством, согласился пройти процедуру освидетельствования на состояние опьянения, в результате проведения которой на приборе был зафиксирован результат освидетельствования – 1,048 мг/л. С данными показаниями прибора он согласился и на прохождении медицинского освидетельствования в медицинском учреждении не настаивал. Суду пояснил, что собственником автомобиля является ФИО1 предоставил договор купли-продажи транспортного средства от 19 апреля 2024 г., этот договор в дознание носила ФИО1

Кроме того, виновность ФИО5 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264.1 УК РФ, полностью подтверждается совокупностью показаний свидетелей, письменными материалами уголовного дела.

Из показаний свидетеля ФИО2, 

<

данные изъяты>, данных в ходе предварительного расследования, следует, что был остановлен автомобиль 

<

данные изъяты>, регистрационный знак №, под управлением ФИО5, у которого имелись признаки опьянения, в связи с чем последний был отстранен от управления транспортным средством. С согласия ФИО5 было проведено освидетельствование последнего на состояние алкогольного опьянения на месте с помощью анализатора паров этанола в выдыхаемом воздухе. После проведенного освидетельствования на приборе был зафиксирован результат освидетельствования – 1,048 мг/л. С данными показаниями прибора ФИО5 согласился и на прохождении медицинского освидетельствования в медицинском учреждении не настаивал. При проверке по базе данных АИПС «Административная практика» было установлено, что ФИО5 был привлечен к административной ответственности по ч. 3 ст. 12.8 КоАП РФ. 

Из показаний свидетеля ФИО1, данных в ходе предварительного расследования и подтвержденных ею в суде, следует, что по ее просьбе и за ее денежные средства в апреле 2024 г. ФИО5 приобрел для нее автомобиль марки 

<

данные изъяты>, который она планировала подарить своему сыну. При этом договор купли-продажи ФИО5 оформил на свое имя для того, чтобы перевезти автомобиль до дома, где они проживают. Автомобиль она хотела поставить на учет на своего сына, но они не успели этого сделать, так как последнего забрали 

<

данные изъяты>, а она водительского удостоверения не имеет, ждет возвращения сына 

<

данные изъяты>, чтобы передать ему автомобиль. В ночь на 04 октября 2024 г. со слов ФИО5, накануне распивавшего спиртные напитки, узнала, что он был задержан сотрудниками ДПС за управление вышеуказанным автомобилем. В суде пояснила, что 19 апреля 2024 г. между ней и ФИО5 был заключен договор купли-продажи автомобиля на ее имя. Не помнит, сообщала ли дознавателю об указанном договоре, она данный договор дознавателю не предоставляла, все документы предоставлял ФИО5

Свидетель ФИО3 пояснила суду, что проводила дознание по уголовному делу, допрашивала подозреваемого ФИО5 и свидетеля ФИО1, в ходе следственных действий осужденным ей был предоставлен договор купли-продажи автомобиля, заключенный между ФИО5 и ФИО4 О каком-либо другом договоре купли-продажи автомобиля ФИО5 и ФИО1 ей не сообщали и не предоставляли ей копию такого договора.

Виновность осужденного в совершении установленного приговором преступления полностью подтверждается письменными материалами уголовного дела: рапортом, протоколом об отстранении от управления транспортным средством, актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, протоколом осмотра места происшествия, копией постановления мирового судьи судебного участка № 4 г. Сатка и Саткинского района Челябинской области от 21 апреля 2024 г., протоколами выемки, протоколами осмотра предметов.

Действия осужденного верно квалифицированы по ч. 1 ст. 264.1 УК РФ, что убедительно мотивировано в приговоре. В части законности и обоснованности осуждения ФИО5 за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264.1 УК РФ, приговор конкретными доводами в апелляционным порядке не оспорен.

При назначении наказания осужденному суд в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ фактически учел характер и степень общественной опасности содеянного, личность виновного, включая данные о его семейном положении. 

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО5, судом не установлено.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО5, суд учел признании вины, раскаяние в содеянном. 

Вместе с тем суд неправильно применил уголовный закон, не учел одно смягчающее обстоятельство, а также необоснованно учел не в пользу осужденного одно обстоятельство в качестве данных о личности осужденного, что влечет изменение приговора на основании п. 1 ч. 1 ст. 389.18 УПК РФ ввиду неправильного применения уголовного закона. 

Согласно ч. 2 ст. 61 УК РФ перечень смягчающих обстоятельств, приведенных в ч. 1 той же статьи УК РФ, не является закрытым. По смыслу закона, 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> осужденного, 

<

данные изъяты>, подлежит учету в качестве смягчающего наказание обстоятельства. 

Данные положения закона оставлены судом без внимания. Как видно из протокола судебного заседания, на вопросы защитника ФИО5 дважды сообщил суду о 

<

данные изъяты>, в том числе дважды назвал один и тот же конкретный 

<

данные изъяты>. 

Суд не опроверг данные утверждения защиты, полностью оставил их без внимания и оценки в тексте приговора. Допущенное нарушение закона в отсутствие доводов стороны обвинения подлежит исправлению только в пользу осужденного, на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ 

<

данные изъяты> осужденного, 

<

данные изъяты>, подлежит учету в качестве смягчающего наказание обстоятельства. 

Других обстоятельств, подлежащих учету в качестве смягчающих, но не учтенных судом, судом апелляционной инстанции не установлено.

Кроме того, мотивируя назначение наказания виновному, в числе явно негативных данных личности осужденного суд привел ссылку на то, что ФИО5 официально не работает. Вместе с тем законодательство не устанавливает для граждан обязанности иметь официальное место работы, трудиться, чтобы это могло негативно характеризовать лиц и влиять в правовом смысле на назначение им уголовных наказаний. 

При таких обстоятельствах из мотивировки назначения наказания необходимо исключить указание об учете судом в качестве данных личности осужденного того обстоятельства, что ФИО5 официально не работает.

Указанные изменения приговора влекут соразмерное смягчение назначенного осужденному основного и дополнительного наказаний. 

Суд мотивировал необходимость назначения виновному в качестве основного наказания обязательных работ, тогда как дополнительное наказание в силу закона не является факультативным и подлежит применению, верно с учетом конкретных положений закона не нашел оснований для применения в отношении него правил ст. 64 УК РФ. Законные основания для применения ст. 73 УК РФ, ч. 6 ст. 15 УК РФ, ч. 1 ст. 62 УК РФ отсутствуют. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд пришел к правильному выводу о необходимости применения конфискации в отношении автомобиля осужденного, не нарушил требования уголовного закона в данной части. 

Согласно п. «д» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ конфискации, то есть принудительному безвозмездному изъятию и обращению в собственность государства на основании обвинительного приговора, подлежит транспортное средство, принадлежащее обвиняемому и использованное им при совершении преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ. 

Данные условия, содержащиеся в законе, соблюдены. Материалами уголовного дела подтверждено, что на момент управления в состоянии опьянения автомобилем 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, осужденный являлся собственником данного автомобиля, который по общему правилу в силу закона подлежит конфискации. 

Отсутствие в обвинительном акте прямого указания на принадлежность автомобиля осужденному не освобождает суд от обязанности проверить данное обстоятельство и принять решение о конфискации транспортного средства при соблюдении к тому необходимых условий. 

Поскольку оба предусмотренных уголовным законом условия для конфискации транспортного средства установлены (принадлежность автомобиля обвиняемому и использование им автомобиля при совершении преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ), постольку у суда первой инстанции отсутствовали основания для неприменения конфискации. 

Как разъяснено в п.п. 3.1, 3.2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14 июня 2018 г. № 17 «О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве», в силу положений п. «д» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ транспортное средство, которое было использовано обвиняемым при совершении преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ, подлежит конфискации при условии, что оно принадлежит обвиняемому. Для целей главы 15.1 УК РФ принадлежащим обвиняемому следует считать имущество, находящееся в его собственности, а также в общей собственности обвиняемого и других лиц. Факт принадлежности обвиняемому транспортного средства, использованного им при совершении преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ, относится к предмету доказывания по уголовному делу и должен быть установлен судом на основе исследованных в судебном заседании доказательств (показаний свидетелей, документов, подтверждающих приобретение имущества, и др.). При этом следует учитывать, что исходя из положений п. 1 ст. 223 ГК РФ право собственности на транспортное средство возникает у лица, являющегося приобретателем, с момента передачи ему такого средства. В тех случаях, когда, например, по делу о преступлении, предусмотренном ст. 264.1 УК РФ, представленные обвиняемым сведения об отчуждении транспортного средства, использованного при совершении такого преступления, опровергаются исследованными материалами дела (протоколами осмотра и выемки транспортного средства по месту его хранения обвиняемым, показаниями свидетелей или документами, указывающими на отсутствие факта передачи денежных средств обвиняемому и (или) передачи самого транспортного средства другому участнику договора, и т.п.) и судом будет установлено, что транспортное средство продолжает принадлежать обвиняемому, оно также подлежит конфискации.

Постановленное судебное решение не противоречит смысловым положениям закона, подробно разъясненным в вышеприведенных пунктах постановления Пленума Верховного Суда РФ. Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции подверг обоснованной критической оценке показания осужденного и свидетеля ФИО1 о том, что собственником автомобиля, которым управлял осужденный в момент совершении преступления, являлась ФИО1

Показания осужденного, свидетеля ФИО1 равно как и представленный договор купли-продажи транспортного средства от 19 апреля 2024 г. об отчуждении за деньги автомобиля ФИО5 ФИО1 суд апелляционной инстанции также оценивает критически. Показания указанных лиц направлены на то, чтобы избежать негативных уголовно-правовых последствий в виде конфискации автомобиля.

Несогласие адвоката в апелляционной жалобе с решением суда о критической оценке показаний осужденного и вышеуказанного свидетеля, повторение их показаний, выводы суда первой инстанции в данной части не опровергает. Все доводы апелляционной жалобы адвоката о незаконном применении конфискации автомобиля суд апелляционной инстанции отвергает. 

Тот факт, что осужденный 04 октября 2024 г. осуществлял управление автомобилем 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, сомнений не вызывает и сторонами не оспаривается. 

Что же касается доводов о продаже автомобиля к этому моменту осужденным ФИО1, то суд первой инстанции верно обратил внимание на то, что детали показаний ФИО5 и ФИО1 противоречат друг другу. Осужденный и свидетель лишь в судебном разбирательстве сослались на договор купли-продажи указанного автомобиля от 19 апреля 2024 г., заключенный между ФИО5 и ФИО1 Однако осужденный пояснил суду, что этот договор предоставила дознавателю свидетель ФИО1, а свидетель сообщила, что этого не делала, документы дознавателю предоставлял осужденный. 

По указанным обстоятельствам суд допросил дознавателя ФИО3, которая однозначно пояснила, что ей осужденный и свидетель ФИО1 не сообщали информации о сделке по продаже автомобиля между собой, копию такого договора не предоставляли. Ей предоставили только копию договора о покупке осужденным автомобиля у ФИО4

Сообщенное дознавателем полностью согласуется с материалами уголовного дела, с показаниями осужденного и свидетеля ФИО1, полученными в ходе дознания. Из этих показаний, действительно, не следует, что ФИО5 продавал по договору ФИО1 автомобиль 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, текст договора на данной стадии уголовного судопроизводства не предоставлялся, напротив, был предоставлен договор о покупке автомобиля ФИО5 на свое имя у ФИО4

Грубые противоречия в показаниях ФИО5 и ФИО1 о предоставлении договора дознавателю, фактическое умолчание об этом договоре на стадии предварительного расследования, предоставление договора лишь в суд являются свидетельством того, что никакого реального соглашения о купле-продаже автомобиля между ФИО5 и ФИО1, являющимися сожителями, не было, а текст представленного договора между ними не может быть оценен иначе, кроме как в качестве недостоверного. Отсутствие именно такого вывода в приговоре суда о незаконности последнего не свидетельствует. 

Нет никаких сомнений в подлинности никем не оспариваемого договора о покупке автомобиля ФИО5 у ФИО4 Согласно тексту этого договора собственником автомобиля с 19 апреля 2024 г. стал ФИО5 Данный договор был не только заключен, но и по нормам п. 1 ст. 223 ГК РФ исполнен сторонами, в частности, транспортное средство за деньги было передано ФИО5 фактически, поскольку он принял автомобиль, управлял им, осуществлял правомочия собственника транспортного средства, связанные с владением и пользованием. 

Об этом же свидетельствует факт привлечения ФИО5 к административной ответственности по ч. 3 ст. 12.8 КоАП РФ постановлением мирового судьи от 21 апреля 2024 г. В решении судьи указано, что осужденный в состоянии опьянения в 23.00 ч. 19 апреля 2024 г. управлял автомобилем 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №.

Никак не изменилась данная ситуация и к моменту задержания осужденного за управлением тем же самым автомобилем 04 октября 2024 г. ФИО5, приняв за деньги по договору автомобиль в апреле 2024 г., как и ранее, объективно осуществлял правомочия собственника данного транспортного средства, эксплуатировал автомобиль, управлялся им, то есть владел и пользовался транспортным средством.

Надуманными являются доводы защиты о продаже автомобиля ФИО5 ФИО1 и о смене к моменту совершения преступления собственника транспортного средства еще и потому, что для возникновения у нового лица права собственности на автомобиль требуется его реальная передача новому владельцу. Факт передачи автомобиля осужденным ФИО1 по договору от 19 апреля 2024 г. опровергается не только фактами продолжения эксплуатации автомобиля именно осужденным после данной даты, но и тем, что реальная передача транспортного средства ФИО1 ничем объективно не подтверждена: как сообщала сама свидетель, она не имеет водительского удостоверения, нет данных, что она объективно получила в свое обладание автомобиль, как-либо владела им или эксплуатировала его. Напротив, объективно автомобилем продолжал владеть и пользоваться ее сожитель - ФИО5 

Свидетель ФИО1 изначально в своих показаниях в ходе дознания сообщала о покупке автомобиля ФИО5 на ее личные деньги в сумме 40 000 руб., переданные ФИО5 для оформления покупки. Однако в ходе судебного разбирательства ФИО1 сообщает об оформлении договора между нею и ФИО5 о покупке ею у ФИО5 того же самого автомобиля за ту же стоимость. Это означает, что если все показания свидетеля о заключении договоров принять в качестве достоверно подтверждающих совершенные сделки, то в этом случае ФИО1 с экономической точки зрения должна дважды финансово участвовать в покупке одного и того же автомобиля, сначала передав осужденному деньги на покупку автомобиля у ФИО4, а затем снова купив тот же самый автомобиль у ФИО5, причем при условии, что ФИО5 является ее сожителем, проживает с ней совместно. Таким образом, показания свидетеля ФИО1 отражают явную фиктивность договора купли-продажи автомобиля, оформленного между нею и ФИО5, что дополнительно подтверждает принадлежность автомобиля осужденному по договору, заключенному им с предыдущим законным владельцем транспортного средства – ФИО4

Возможное участие свидетелем ФИО1 своими деньгами в изначальном приобретении автомобиля может отражать специфику финансовых взаимоотношений между сожителями в части взаимного оборота денежных средств, но не опровергает факта реальной покупки осужденным автомобиля на свое имя в связи с заключением действительного и реально исполненного договора купли-продажи транспортного средства у ФИО4

Таким образом, все предоставленные доказательства о непринадлежности автомобиля на момент совершения преступления осужденному являются недостоверными. Объективно материалами уголовного дела, изначальным договором о покупке осужденным у ФИО4 на свое имя автомобиля 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, фактами его личной эксплуатации, в том числе на моменты задержания за управлением в состоянии опьянения, подтверждается принадлежность данного автомобиля на праве собственности именно осужденному, находящемуся в отношениях сожительства со свидетелем ФИО1, ввиду чего автомобиль по правилам п. «д» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ законно подвергнут конфискации.

Довод адвоката о том, что в приговоре нет указания на то, кому принадлежит автомобиль, является необоснованным, поскольку суд верно установил и указал в едином тексте приговора, что владельцем транспортного средства является ФИО5 

В связи с вышесказанным доводы апелляционной жалобы адвоката удовлетворению не подлежат. 

Существенных нарушений закона, влекущих отмену приговора, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.14, 389.20, 389.28, ч. 2 ст. 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Саткинского городского суда Челябинской области от 13 января 2025 г. в отношении ФИО5 изменить:

исключить из его описательно-мотивировочной части ссылку в числе доказательств виновности осужденного на показания свидетеля ФИО2 о сообщении ему осужденным ФИО5 сведений о факте употребления накануне задержания спиртных напитков; 

на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ признать в качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО5, 

<

данные изъяты> осужденного, 

<

данные изъяты>;

исключить из мотивировки назначения наказания указание об учете судом в качестве данных личности осужденного того обстоятельства, что ФИО5 официально не работает;

смягчить назначенные ФИО5 за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст. 264.1 УК РФ, сроки основного наказания в виде обязательных работ - до 180 часов, дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, - до ДВУХ лет ПЯТИ месяцев. 

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Бойко В.В. – без удовлетворения.

Решение суда апелляционной инстанции может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а для осужденного, содержащегося под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу, с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.10 – 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья