ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

07 июня 2018 года г.Алексин Тульской области

Алексинский городской суд Тульской области в составе:

председательствующего судьи Фокиной Е.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарями Гулидовой И.Н., Назаровой А.А.,

с участием

государственных обвинителей помощника Алексинского межрайонного прокурора Филиппова С.Н., старшего помощника Алексинского межрайонного прокурора Лейко С.Р., 

подсудимого ФИО16,

защитника адвоката Поповой Л.П., представившей удостоверение № от ДД.ММ.ГГГГ и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

потерпевшей ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда уголовное дело в отношении 

ФИО16, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, 

<

данные изъяты>», зарегистрированного по адресу: 

<

адрес>, проживавшего по адресу: 

<

адрес>, не судимого, 

- содержащегося под стражей по настоящему уголовному делу с 17 февраля 2018 года,

- обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ,

установил:

ФИО16 умышленно причинил тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, повлекший по неосторожности смерть потерпевшей.

Преступление совершено при следующих обстоятельствах.

В период времени с 19 часов 25 минут 14 февраля 2018 года до 10 часов 05 минут 15 февраля 2018 года ФИО16 совместно со своей сожительницей ФИО2 находился по месту жительства последней по адресу: 

<

адрес>, где распивали спиртные напитки.

В указанный период времени, в ходе распития спиртных напитков, ФИО16 стал предъявлять ФИО2 претензии относительно ранее возникшей между ними ссоры. В ходе выяснения отношений с ФИО2 у ФИО16 на почве внезапно возникшей личной неприязни к ФИО2, возник преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни последней.

С целью реализации своего преступного умысла, направленного на причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни ФИО2, ФИО16 в период времени с 19 часов 25 минут 14 февраля 2018 года до 10 часов 05 минут 15 февраля 2018 года, находясь в состоянии алкогольного опьянения, в 

<

адрес>, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя наступление общественно-опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью опасного для жизни потерпевшей, и желая их наступления, испытывая возникшую личную неприязнь к ФИО2, умышленно, с силой нанес ФИО2 руками и ногами множественные удары по различным частям тела. 

В результате преступных действий ФИО16 потерпевшей ФИО2 были причинены следующие телесные повреждения: 

<

данные изъяты>), которые как опасные для жизни, имеют медицинские критерии тяжкого вреда здоровья и состоят в прямой причинной связи с наступлением смерти; 

<

данные изъяты>, которые как не влекущие за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, расцениваются как повреждения, не причинившие вреда здоровью человека и не состоят с наступлением смерти в прямой причинной связи. 

Смерть ФИО2 наступила на месте происшествия от 

<

данные изъяты>. 

Умышленно причиняя тяжкий вред здоровью, опасный для жизни ФИО2, ФИО16 не предвидел наступление общественно-опасных последствий в виде смерти потерпевшей, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог их предвидеть. 

В судебном заседании подсудимый ФИО16 вину в предъявленном обвинении по ч.4 ст.111 УК РФ не признал, при этом пояснил, что каких-либо телесных повреждений ФИО2 не наносил. С ФИО2 знаком более 10 лет, последнее время сожительствовал с ней. Жили хорошо. Не ругались. Поругались 1 раз, в ноябре 2017 года. Тогда он ударил ее 3 раза в глаз. 

14 февраля 2018 года, примерно в 08 часов 30 минут, он встретил ФИО2 с работы. Привез ее домой и уехал. Вечером, около 20-21 часа, он приехал к ней домой, по дороге купив вино и цветы. ФИО2 открыла ему дверь, накрыла на стол. Они сидели в комнате ФИО2, разговаривали, пили вино. Поскольку на следующий день утром должны были прийти рабочие менять двери в квартире, ФИО2 предложила свернуть палас в комнате. Она пошла на балкон, чтобы освободить там место, чтобы вынести туда палас. А он ушел в зал. Сидел там и смотрел телевизор. Потом он услышал грохот и повернул голову. Он увидел, что ФИО2 лежит на полу комнаты, на животе, ноги были на балконе. Он не спрашивал у ФИО2, что случилось, а сама ФИО2 ничего ему не рассказывала. Он сам понял, что она упала. Как упала ФИО2, не видел. В тот вечер она упала один раз. Она была одета в халат. Он подошел к ней и начал ее поднимать. Из носа у нее текла кровь. Он вытер ей лицо полотенцем. Видел, что у ФИО2 посинело левое ухо. Он усадил ФИО2 в кресло. Посидев некоторое время, она легла на кровать. В это время у нее из носа шла кровь. Испачкались подушка и постельное белье. Он собрал простынь и унес в ванную комнату. Полежала ФИО2 минут 10-15. Он в это время убрался в комнате, так как, когда ФИО2 падала, задела стол, на котором находились продукты питания, и все упало на пол. Также он увидел, что на балконе лежит стремянка, которая всегда стоит на балконе в углу. Он поднял стремянку и поставил ее обратно в угол. Он не видел, залезала ли ФИО2 на стремянку или нет. Затем ФИО2 встала, пошла в ванную комнату, умылась. Они опять накрыли стол, посидели за столом в комнате, выпили, поговорили. ФИО2 повязала. Потом ФИО2 сказала, что ей плохо и попросила, чтобы он дал ей таблетку обезболивающего. Он принес ей таблетку и стакан воды. ФИО2 выпила таблетку и пошла в ванную комнату. Когда она вернулась в комнату, ей стало совсем плохо. Он предложил вызвать «скорую помощь». ФИО2 отказалась и попросила еще таблетку. Он принес ей еще таблетку. Потом ФИО2 сказала: «давай вызывай «скорую». Он не смог вызвать «скорую помощь» с мобильного телефона, так как не знал что набирать. Позвонил ФИО3, который зашел к ним. Он сказал ему, что ФИО2 упала, и попросил помочь ему вызвать «скорую помощь». Он не говорил ФИО3, что избил ФИО2. ФИО2 уже глаза закатывала. Когда приехала бригада «скорой помощи», ФИО2 уже умерла. Потом пришел бывший муж ФИО2 – ФИО4 Бригада «скорой помощи» вызвала полицию. Сотрудники полиции приехали с экспертами. Когда они осматривали ФИО2, раздели ее, он увидел, что на теле у нее было много синяков. Синяки были на плече, груди, на лице синяков не было. До произошедшего 14 февраля 2018 года у ФИО2 телесных повреждений не было. Они с ней спали вместе. Никаких повреждений у нее на теле он не видел. Могли ли телесные повреждения, обнаруженные у ФИО2, появиться от падения, сказать не может. От чего могли произойти телесные повреждения, обнаруженные у ФИО2 и указанные в заключении экспертов, не знает. Сотрудники полиции спрашивали его, что случилось. Он им рассказал все вышеизложенное. Он никому не говорил, что в тот вечер бил ФИО2 руками и ногами. Когда ФИО4 утром пришел домой, он не говорил ФИО4, что ФИО2 полезла на стремянку, а просто сказал, что ФИО2 умерла. Затем его забрали в отдел полиции.

Почему так поздно вызвал «скорую помощь» и почему дал пояснения бригаде «скорой помощи», которые записаны в карте вызовов, что ФИО2 упала со стремянки, пояснить не может. 

Все события, о которых он давал показания, происходили с 20 часов 14 февраля 2018 года до 08 часов 15 февраля 2018 года. Все это время в квартире они были вдвоем, никто к ним не приходил. На момент вызова «скорой помощи» у них дома находился ФИО3, который вызвал «скорую помощь» с его телефона и ушел. Когда приехала «скорая помощь», в квартире находился он и ФИО2.

Считает, что свидетель ФИО3, с которым у него были нормальные отношения, дает показания против него о том, что он ему сказал, что избил ФИО2, так как ему что-то пообещали или запугали. А потерпевшая ФИО1 и свидетель ФИО5 дают показания о том, что он и ранее избивал ФИО2, так как ФИО2 действительно всем рассказывала об их отношениях, но иногда привирала. По его мнению, данные лица давали показания под диктовку следователя. Почему они это делали, пояснить не может, так как у него ни с кем из них нет неприязненных отношений. 

Виновность подсудимого ФИО16 в совершении указанного преступления доказана и полностью подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Допрошенная в судебном заседании в качестве потерпевшей ФИО1 показала, что погибшая ФИО2 ее сестра, которая сожительствовала с ФИО17 с августа 2017 года. Проживали они в квартире, где также проживал бывший муж ФИО2. Ей известно, что в ноябре 2017 года ФИО17 сильно избил ее сестру, она обращалась за медицинской помощью, 1,5 месяца была на больничном, но в полицию не сообщала. Последний раз она видела сестру 14 февраля 2018 года в 07 часов 50 минут. Никаких повреждений у нее не было. 

15 февраля 2018 года около 10 часов утра ей позвонил ФИО4 и сказал, что ФИО2 умерла. ФИО4 рассказал, что ФИО17 пришел к сестре 14 февраля 2018 года вечером и вел себя агрессивно. Когда на следующий день утром он пришел с работы в квартиру, там находился ФИО17. Уже через 30 минут после звонка ФИО2 она была у сестры дома. Когда она пришла в квартиру, там уже находились родственники со стороны ФИО4 и сотрудники полиции. В комнату ее не пустили, и она вместе с ФИО11 мужем и женой, находилась в кухне. ФИО17 зашел на кухню. Был ли ФИО17 в состоянии алкогольного опьянения, пояснить не может. Он был очень спокоен, рассказал о текущих делах, про кредит. Она слышала, как ФИО17 рассказывал сотрудникам полиции, что сестра хотела поправить шторы и упала со стремянки. Обращает внимание, что сестра боялась стремянки. После того, как она сломала ногу, то не могла залезать даже на стул. В связи с чем, у них на балконе для сушки белья висела «лиана», специальное приспособление, которое опускается, белье развешивается и она поднимается наверх. Тело сестры она не видела. Позже, когда сотрудники полиции уехали, она зашла в комнату и увидела кровь около кровати на ковре, и на подушке. А также обнаружила в ванной комнате приготовленное для стирки постельное белье, которое также было в крови. 

Считает, что сестру убил ФИО17, в связи с чем заслуживает максимального наказания. 

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО5 показала, что с ФИО2 у нее сложились хорошие дружеские отношения. ФИО2 ей доверяла, многое рассказывала. С лета 2017 года ФИО2 жила в гражданском браке с ФИО17. Первое время все было отлично, а потом у них начались проблемы. Со слов ФИО2 ей известно, что ФИО17 злоупотреблял спиртными напитками.

В ноябре 2017 года ФИО17 избил ФИО2, и она очень долго находилась на больничном. ФИО2 рассказывала, что ФИО17 ее избивает, издевается над ней, когда находится в пьяном виде, и причина в этом его ревность. Ее сестра перестала приходить к ним домой, так как ФИО17 это не нравилось. С телесными повреждениями она ФИО2 не видела. Хотя, когда она вышла с больничного на работу в декабре 2017 года, у нее на лице оставались следы от побоев. 

В последний раз она видела ФИО2 вечером 13 февраля 2018 года, на работе. 14 февраля 2018 года она работала с 20 часов до 8 часов утра 15 февраля 2018 года. В 01 час ночи 15 февраля 2018 года ФИО2 позвонила ей. Она плакала, сказала, что ФИО17 ее избил. ФИО2 рассказала, что, когда она была на смене, в ночь с 13 на 14 февраля 2018 года, в перерыве легла отдохнуть, так как плохо себя чувствовала. В это время ей позвонил ФИО17, а она не взяла трубку телефона и потом не перезвонила ему. Утром ФИО17 забрал ее с работы. Дома он начал ей предъявлять претензии, почему она не брала трубку телефона, не отвечала, не перезвонила. Они поругались. Она сказала, чтобы он положил ключи от квартиры на стол и уходил. ФИО17 ушел, а вечером вернулся пьяный, принес цветы, вина. Она не хотела его пускать. Но в это время ее бывший муж, проживающий с ней в одной квартире, уходил на работу в ночную смену и открыл входную дверь, пустил ФИО17. ФИО17 избивал ФИО2 руками и ногами. Она сказала, что у нее разбито все лицо, губы, болит все тело. ФИО2 сказала, что ФИО17 спит в комнате. Про то, что ФИО2 в тот день или ночь падала со стремянки, ничего не говорила. После этого разговор прервался. Она больше не звонила. 

С ФИО17 она работает на одном заводе. Ничего отрицательного по работе она о нем сказать не может. На работе она не видела, чтобы ФИО17 проявлял агрессию или был пьяным. Все задания он выполняет. 

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО3 показал, что ФИО17 он знает со школы. Неприязненных отношений между ними нет. 

В ночь с 15 на 16 февраля 2018 года ФИО17 звонил ему по телефону. Утром, когда он увидел пропущенный вызов, перезвонил ФИО17. Тот спросил у него, где можно взять больничный. После этого, ФИО17 сказал, что сильно избил свою сожительницу и попросил приехать, вызвать «скорую помощь». Он приехал к ФИО17 и увидел, что в комнате, на полу лежит женщина. Она назвала адрес для вызова машины «скорой помощи». Он вызвал медиков, сказав, что женщине стало плохо, и уехал. В 12-13 часов опять позвонил ФИО17 и сказал, что его сожительница умерла, а он ожидает приезда полиции. Про какой–либо конфликт ФИО17 ему в тот раз не рассказывал, только пожаловался на боль в ноге. 

ФИО17 может охарактеризовать, как доброго, отзывчивого человека.

В ходе судебного следствия между ним и ФИО17 проводилась очная ставка. По окончании он читал протокол проведенной очной ставки, там все написано правильно. Какого-либо давления на него не оказывалось, никто не просил его дать именно такие показания. Его никто не запугивал, он рассказал о событиях правдиво, так как они происходили.

Допрошенный в ходе предварительного следствия в качестве свидетеля 17 февраля 2018 года ФИО3 показал, что 14 февраля 2018 года ФИО17 рассказал ему, что поругался со своей сожительницей ФИО2 из-за того, что та не брала трубку, когда ФИО17 ей звонил. Потом ФИО17 сказал, что поедет купит цветов и пойдет к ФИО2 мириться. Вечером около 21 часа ФИО17 еще раз ему позвонил и сказал, что купил вина, находится у ФИО2, у них все хорошо, он сидит выпивает. Утром 15 февраля 2018 года утром он увидел много пропущенных звонков от ФИО17. (т.1 л.д.127-138) 

Кроме того, допрошенный в ходе предварительного следствия в качестве свидетеля в ходе очной ставки с обвиняемым ФИО16 11 апреля 2018 года ФИО3 подтвердил ранее данные им в ходе допроса свидетеля показания и указал, что 15 февраля 2018 года после 08 часов утра он увидел на мобильном телефоне много пропущенных вызовов от ФИО17. Перезвонив, узнал от ФИО17, что тому необходимо взять больничный для ФИО2, так как он сильно избил ФИО2. ФИО17 попросил его приехать и вызвать «скорую помощь». Сам он этого сделать не мог, так как не умел с мобильного телефона набрать правильный номер. Когда он пришел, то в коридоре его встретил ФИО17. В комнате были слышны стоны ФИО2, та лежала на полу. Он спросил у ФИО17, как это произошло. Тот ответил, что поссорился с ФИО2 и подверг ту избиению, при этом бил ее ногами. Он вызвал «скорую помощь», однако ожидать приезда скорой не стал и ушел. В этот же день ФИО17 забрали в полицию. Вечером тот ему позвонил и попросил забрать его у центральной остановки на «Соцгороде». Он подвез ФИО17 до дома. По дороге ФИО17 ему говорил, что не будет признаваться, что избил ФИО2 и будет стоять на своем, что якобы та упала и ударилась. (т.1 л.д.143-146)

После оглашения показаний свидетель ФИО3 подтвердил их правильность, пояснив при этом, что показания давал добровольно, без какого-либо воздействия на него.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО7 показала, что подсудимый ФИО17 ее сын. Сын состоял в близких отношениях с погибшей ФИО2. Проживали она в ее квартире. В феврале 2018 года сын пришел к ней домой с ночной смены. Покормил домашних животных и ушел. Он был трезвый. Вечером следующего дня, около 20 часов, к ней домой сына кто–то привез на машине. Он был пьяный, плакал, говорил, что его сожительница умерла. Сын рассказал, что он с сожительницей отмечали день святого Валентина, выпили две бутылки вина. ФИО2 стало плохо. Он за ней ухаживал, вызвал машину «скорой помощи», но было уже поздно, а потом полицию. Она не поверила этому рассказу. Позвонила ФИО2, но ей никто не ответил. Сын говорил, что любил свою гражданскую жену. Никогда ее не бил. Сын уже 10 лет страдает заболеванием суставов ног. Никакого лечения не проходил, к врачам не обращался, самостоятельно делает повязки. Охарактеризовать сына может, как доброго, отзывчивого, ее никогда не обижал, всегда помогал. Когда он пьяный, конфликтов не создает, сразу ложится спать.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО8 показал, что зимой 2018 года, примерно в 20 часов, он возил ФИО17 в магазин, где тот купил цветы и бутылку крымского вина, пояснив, что эти покупки предназначены для любимой. Настроение у ФИО17 было добродушное, он был выпивши. Спустя 3 дня после этого его вызвали в прокуратуру для дачи показаний. С ФИО17 знаком на протяжении 10 лет и может охарактеризовать его как доброго, отзывчивого, трудолюбивого, веселого человека.

Допрошенный в ходе предварительного следствия в качестве свидетеля 19 февраля 2018 года ФИО8 показал, что описываемые им события имели место 14 февраля 2018года. (т.1 л.д.161-164)

После оглашения показаний свидетель ФИО8 подтвердил их правильность.

Допрошенный в ходе предварительного следствия в качестве свидетеля 18 февраля 2018 года ФИО9 показал, что знаком с ФИО17. В ноябре 2017 года узнал, что у Алексея есть женщина. В конце декабря 2017 года Алексей приезжал к нему в гости с ФИО2. Об отношениях Алексея и ФИО2 ему известно только, что Алексей «пылинки сдувал» с ФИО2 и очень хорошо к той относился. 14 февраля 2018 года приблизительно в 23 часа 08 минут ему на мобильный телефон позвонил Алексей, и сказал, что снова запил. Он и сам по голосу слышал, что тот находится в состоянии сильного алкогольного опьянения. Алексей упрашивал привезти тому спиртного. Насчет ФИО2 тот ничего не говорил. После этого ФИО17 еще несколько раз ему звонил, однако он не брал трубку. Последний раз тот ему звонил 15 февраля 2018 года приблизительно в 05 часов 30 минут. (т.1 л.д.156-160)

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО4 показал, что ФИО17, ФИО1 и ФИО2 знает около 30 лет. ФИО2 его бывшая жена. Неприязненных отношений ни с кем нет.

ФИО17 и ФИО2 сожительствовали, проживали в его квартире. Отношения у них были нормальные. ФИО18 выпивал и несколько раз бил ФИО2. В ноябре 2017 года, придя с работы домой, он увидел, что ФИО2 была вся синяя, лицо тоже в синяках. Она находилась на больничном. О том, что случилось, он у ФИО2 не спрашивал. Не лез в их семью. 

14 февраля 2018 года вечером он собирался на работу. ФИО2 была в тот день дома, у нее был выходной. Он тоже весь день находился дома. Телесных повреждений на видимых частях тела у нее не было. В этот день она ни откуда не падала. В 19 часов 40 минут ФИО17 пришел домой. Он открыл ему дверь. ФИО17 прошел в комнату к ФИО2. При нем конфликта между ФИО2 и ФИО17 не было. Домой он вернулся утром 15 февраля 2018 года, часов в 10, и увидел, что ФИО2 лежала посредине комнаты, где балкон, на полу. ФИО17 сидел в кресле. По лицу я понял, что тот трезвый. В комнату он не заходил. Он сразу же позвонил сестре ФИО2 – ФИО1 и сказал, чтобы она пришла к ним домой. Потом позвонил племяннику ФИО6 и сказал, что ФИО2 умерла. Он спросил у ФИО17, что произошло. Тот ответил, что ФИО2 упала со стремянки на балконе, где вешала «дерюжку». Но он в это не верит. ФИО2 не могла залезть на стремянку. У нее раньше был перелом ноги, и она не могла даже залезть на табуретку, чтобы вкрутить лампочку. Всегда обращалась к нему за помощью. Когда 15 февраля 2018 года вернулся с работы, стремянка стояла на балконе, в углу, в собранном виде. ФИО17 был спокоен. Когда приехали сотрудники полиции, он находился на кухне и не видел, что происходило в комнате. Затем сотрудники полиции забрали ФИО17 с собой. Только тогда он осмотрел квартиру. В квартире был порядок. Ковровая дорожка, которая находилась в комнате ФИО2, была в крови. 

Допрошенный в ходе предварительного следствия в качестве свидетеля 16 февраля 2018 года ФИО4 показал, что в состоянии алкогольного опьянения ФИО17 становится агрессивным, нервным, провоцировал скандалы. Приблизительно в конце декабря 2017 года, точнее сказать не может, он приехал с ночной смены, зашел в квартиру и увидел на двери комнаты кровь в большом количестве. Дома находились только Алексей в состоянии алкогольного опьянения и ФИО2. Он спросил у Алексея, почему на двери кровь. Тот ответил, что ничего страшного, и что он с ФИО2 просто поругался. Когда он увидел ФИО2, то ужаснулся, так как у той почти все лицо было синим, то есть весь нос расплылся, стал огромным, под глазами были синяки. В тот момент ФИО2 не стала ему жаловаться на Алексея. Через несколько дней, когда Алексея не было рядом, ФИО2 рассказала ему, что это пьяный ФИО17 избил ее. ФИО2 находилась на больничном. 

14 февраля 2018 года в 10 часов утра он приехал домой после работы. ФИО2 уже была дома. Он видел, что у ФИО2 не было никаких повреждений ни в области лица, ни на открытых участках тела. Он спросил у той, почему она одна дома, и где Алексей. На что ФИО2 ответила, что Алексея нет дома, так как те поругались. Он пробыл с ФИО2 дома до вечера. ФИО2 никуда из дома не выходила, не падала, чувствовала себя нормально, ни на что не жаловалась. Приблизительно в 19 часов 25 минут, буквально перед его уходом из дома на работу, приехал ФИО17, который находился в состоянии алкогольного опьянения и был возбужден. ФИО17 с недовольным видом пошел в комнату к ФИО2. Через некоторое время из комнаты ФИО2 он услышал громкий крик Алексея. Он понял, что те ругались между собой. Вмешиваться он не стал, обулся, оделся и ушел из дома на работу. (т.1 л.д.182-190).

После оглашения показаний свидетель ФИО4 подтвердил их правильность, указав, что данные показания более точные, так как были даны сразу после случившегося. Кроме того, показал, что в ходе предварительного следствия показания давал добровольно, без какого-либо давление на него, показания свои читал, замечаний по поводу правильности изложения у него не было. 

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО10 показал, что погибшая ФИО2 его мать, с ФИО17 знаком на протяжении года и испытывает к нему сильнейшую неприязнь в связи со смертью матери. Однако неприязнь к ФИО17 не помешает ему давать правдивые показания. Оговаривать ФИО17 он не намерен. 

15 февраля 2018 года ему позвонил отец-ФИО4 и сказал, что мама умерла. Он приехал в г.Алексин примерно в 13 часов. Когда он пришел в квартиру, там уже было человек 8 родственников отца. Через минут 30 после его прихода приехали сотрудники полиции. Комната, где проживала мама с ФИО17, с балконом. В комнате, около кровати он увидел пятно рвотных масс с кровью, на стене рядом с кроватью, на ковре в 2 м от окна тоже была кровь. Кровь была и на подушке. Около окна крови не было. ФИО17 в тот день он видел. От следователя ему стало известно, что ФИО17 сказал, что мама упала со стремянки. Но последнее время она ею не пользовалась. Ему известно, что ФИО17 сильно без причины ревновал маму, ограничил ее общение с подругами. 

На похоронах матери, ее подруга рассказала, что примерно за пол года до этих событий, ФИО17 сильно избил его маму. Он ничего об этом не знал. Когда он приезжал к маме, которая находилась на больничном, то видел у нее на лице припухлости. Мама пояснила, что ударилась на работе. 

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО11 показала, что с ФИО17 она училась в школе, ФИО2 родственницей ее мужа. Неприязни ни к кому не испытывает.

15 февраля 2018 года, ближе к обеду ей позвонил бывший муж погибшей ФИО4 и сказал, что ФИО2 умерла. Она с мужем поехала в квартиру к погибшей. Около дома стояла машина «скорой помощи». В квартире находился ФИО17. Он сказал, что погибшей стало плохо, он вызвал машину «скорой помощи», но приехавшие медицинские работники сказали, что уже ничего невозможно сделать, слишком поздно вызвали помощь. Она с мужем находилась на кухне. Когда тело погибшей увезли, она прошла в комнату и увидела кровь на постельном белье, на ковре около кровати, на стене, около которой стояла кровать. Беспорядка в квартире не было. Стремянки в квартире она не видела. О том, бил ли ФИО17 ФИО2, ей ничего не известно. 

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО12 показала, что с 1997 года по 2014 год она проживала совместно с ФИО17. Охарактеризовать его может, как хорошего человека. Ее он никогда не бил, только оскорблял. Она уверена, что ФИО17 не может ударить женщину. Когда он выпивает, то ведет себя адекватно.

От знакомой она узнала, что ФИО17 убил ФИО2. Подробностей она не спрашивала.

Допрошенная в ходе предварительного следствия в качестве свидетеля 19 февраля 2018 года ФИО12 показала, что с 1997 года по 2014 год она сожительствовала с ФИО17. Он был очень ревнивым, она не должна была общаться ни с одним мужчиной. Алексея характеризует как человека хорошего, спокойного, заботливого. У того «золотые руки». Но такой тот только пока не пьет, а когда выпьет, то становится «дурной». Она знала эту особенность характера ФИО17, и поэтому никогда с тем не пила, и даже не пускала того к себе домой, когда знала, что тот находится в состоянии алкогольного опьянения. Ее тот никогда сильно не бил, «с пьяну» мог начать ее толкать, мог ее ударить о стену, оскорблял сильно. Она считает, что если вывести Алексея, то тот мог и побить. Когда Алексей находился в состоянии запоя, то был неадекватным. Знает, что в последнее время ФИО17 сожительствовал с ФИО2. Она общалась с сестрой ФИО2 – ФИО1. 15 февраля 2018 года она от своих знакомых узнала, что ФИО16 арестовали из-за того, что тот убил свою сожительницу – ФИО2. Предполагает, что тот мог это сделать, если только та сама разозлила его, и если в этот момент ФИО17 находился в состоянии сильного алкогольного опьянения. (т.1 л.д.165-169)

Свидетель ФИО12 оглашенные показания подтвердила частично. Утверждает, что не давала показания, а просто добровольно беседовала со следователем. Отрицает, что говорила, что со стороны ФИО17 была агрессия по отношению к ней. Он хороший человек. Он ее не бил. Показала, что во время допроса какое-либо воздействие на нее не оказывалось. Протокол своего допроса после распечатывания она читала. Записанное в протоколе не все соответствовало данным ею показаниям. Замечания на протокол не принесла, так как не думала, что это так важно. То, что писал следователь про агрессию со стороны ФИО17, неправда. Он действительно однажды бил ее об стену головой, но не сильно. В настоящее время ей жалко подсудимого ФИО17, она ему сочувствует.

Допрошенный в ходе предварительного следствия в качестве свидетеля 18 февраля 2018 года ФИО13 показал, что с 1989 года знаком с ФИО16, который в настоящее время работает вместе с ним на 

<

данные изъяты>. Также с ними в цехе работала ФИО2 и родная сестра ФИО2 – ФИО1. Алексея характеризует, как человека спокойного и дружелюбного, отзывчивого, но только когда тот не пьет. Когда Алексей находится в состоянии алкогольного опьянения, то очень странно ведет себя. Раньше сожительствовал со ФИО12. Приблизительно с лета 2017 года он узнал от Алексея, что тот встречается с ФИО2. Алексей ему говорил, что испытывает к ФИО2 очень сильную симпатию. Алексей очень сильно ревновал ФИО2 ко всем, на почве этого как раз и происходили у них ссоры. Приблизительно два – два с половиной месяца назад Алексей ушел в запой. А когда вышел на работу, то был расстроенный, нервный. Он у того спросил, что у того случилось. Тот ему сказал, что поругался с ФИО2. Он спросил Алексея, сильно ли тот поругался с ФИО2. Алексей показал ему фотографии на мобильном телефоне, где была сфотографирована женщина вся побитая, в синяках, лицо было неузнаваемое. Он спросил у Алексея, кто это. На что ему Алексей сказал, что это ФИО2. 

10-11 февраля 2018 года он от работников завода узнал, что Алексей опять запил. 15 февраля 2018 года ему позвонили знакомые и сказали, что Алексея забрали сотрудники полиции. Позже он узнал, что ФИО2 умерла. (т.1 л.д.170-177).

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО14 показал, что с подсудимым ФИО17 знаком на протяжении 10 лет. У них приятельские отношения, он хорошо к нему относится. Может охарактеризовать его только с положительной стороны. ФИО2 и ФИО17 встречались. Ему известно, что ФИО2 умерла. Он не верит в то, что ФИО17 мог убить человека. 

Оценивая показания потерпевшей и свидетелей с точки зрения их достоверности, допустимости и относимости суд приходит к следующему. 

Оснований не доверять показаниям потерпевшей ФИО1, данным в судебном заседании, не имеется. Хоть потерпевшая и не была непосредственным очевидцем произошедшего, однако известные ей по делу обстоятельства в части того, что ФИО2 после перелома ноги не могла залезать ни на стул, ни на лестницу-стремянку, пользовалась специальным приспособлением «лианой», позволяющим развешивать белье, стоя на полу, или обращалась за помощью; что 14 февраля 2018 года вечером ФИО17 пришел домой к ее сестре и вел себя агрессивно, а также в части характеристики ФИО17 как вспыльчивого и в состоянии алкогольного опьянения агрессивного, избивавшего очень сильно ранее ее сестру ФИО2, в связи с чем последняя длительное время – около 1,5 месяцев находилась на больничном, нашли свое подтверждение в судебном заседании. 

Показания потерпевшей ФИО1 в части того, что14 февраля 2018 года она видела сестру и у той не было никаких телесных повреждений, не отрицал и сам подсудимый. 

Суд считает показания потерпевшей ФИО1 и свидетелей ФИО5, ФИО10, ФИО11, ФИО7, ФИО14, данные в судебном заседании достоверными, поскольку они подробны, последовательны и согласуются между собой и с другими доказательствами по уголовному делу, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Оснований для оговора подсудимого со стороны данных лиц не имеется.

Оценивая показания свидетеля ФИО3, данные им в судебном заседании и в ходе предварительного следствия, в их совокупности между собой, суд приходит к выводу, что по юридически значимым фактическим обстоятельствам дела он как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании давал достаточно подробные, в целом последовательные и не имеющие значимых противоречий показания; а показания свидетеля ФИО8, данные им в судебном заседании и в ходе предварительного следствия, являются взаимодополняющими.

В связи с чем, показания свидетелей ФИО3 и ФИО8, данные ими в судебном заседании и в ходе предварительного следствия, суд признает достоверными, допустимыми, поскольку они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, оснований для оговора подсудимого со стороны указанных лиц не имеется. Данное обстоятельство подтвердил и сам подсудимый, показав, что с ФИО3 у него хорошие дружеские отношения. 

Об объективности показаний свидетелей ФИО5 и ФИО3 свидетельствует и тот факт, что они даны лицами, не поддерживающими между собой никаких отношений и не общающимися между собой, но их показания соотносятся друг с другом, совпадают в деталях, поскольку информацию о случившемся они получили от участников произошедших событий от ФИО2 и ФИО17. 

Давая оценку показаниям свидетеля ФИО12, суд признает допустимыми и достоверными ее показания, данные в ходе предварительного следствия, поскольку они более подробные, даны в короткий промежуток времени после совершения преступления, согласуются с иными, исследованными в судебном заседании доказательствами. По окончании следственного действия свидетель собственноручно делала отметку об ознакомлении с протоколом и об отсутствии каких-либо замечаний и дополнений. Утверждение свидетеля, что она не принесла замечания на протокол, поскольку не осознавала всю важность изложенных показаний, надуманно и голословно. Суд приходит к выводу, что нарушений уголовно-процессуального закона при допросе указанного свидетеля не допущено. 

Показания свидетеля ФИО12 в судебном заседании суд признает недостоверными, поскольку, изложенные в них сведения, противоречат доказательствам, признанным судом достоверными и допустимыми. Указанные показания даны свидетелем ФИО12 из чувства жалости и сострадания к подсудимому, с которым она проживала гражданским браком с 1997 по 2014 год. 

Показания свидетелей ФИО9 и ФИО13, данные в ходе предварительного следствия, суд признает допустимым доказательством, поскольку они соответствуют установленным в ходе судебного разбирательства фактическим обстоятельствам дела. У суда не вызывает сомнений их объективность и достоверность.

Показания свидетеля ФИО4, данные им в судебном заседании, за исключением утверждения, что вечером 14 февраля 2018 года между ФИО2 и ФИО17 конфликта не было, не содержат существенных противоречий с показаниями, данными в ходе предварительного следствия, а лишь их уточняют и дополняют. Нарушений уголовно-процессуального закона при их получении допущено не было и в связи с тем, что в суде свидетель ФИО4 подтвердил свои ранее данные показания и объяснил причину запамятования событий их давностью, суд признает вышеуказанные показания свидетеля ФИО4 достоверными и допустимыми доказательствами, которые могут быть положены в основу обвинительного приговора.

Показания свидетеля ФИО4, данные им в судебном заседании, в части утверждения, что вечером 14 февраля 2018 года между ФИО2 и ФИО17 конфликта не было, суд признает недостоверными, поскольку они противоречат установленным в судебном заседании фактическим обстоятельствам уголовного дела.

Кроме показаний вышеуказанных лиц виновность подсудимого ФИО17 подтверждается исследованными в судебном заседании материалами уголовного дела.

Как следует из протокола осмотра места происшествия от 15 февраля 2018 года, четырехкомнатная 

<

адрес>. Комната №, где находился труп ФИО2 с многочисленными кровоподтеками, расположена справа от входа. На трупе надет халат, футболка, трусы. В комнате имеется выход на балкон. На балконе имеется складная лестница-стремянка. На полу комнаты постелен ковер, на котором имеется пятно вещества бурого цвета. В ходе осмотра халат и футболка изъяты. (т.1 л.д.25-34).

Согласно протоколу дополнительного осмотра места происшествия от 16 февраля 2018 года, в 

<

адрес> обнаружены бриджи женские, простынь и наволочка со следами вещества бурого цвета, которые изъяты, а также смыв вещества бурого цвета с бокала темного цвета. (т.1 л.д.35-44)

Согласно протоколу осмотра предметов от 20 марта 2018 года, на передней поверхности футболки и на передней поверхности халата, изъятых в ходе осмотра места происшествия, имеются следы вещества бурого цвета различной формы и диаметра; на штанине бридж, на поверхности простыни и наволочки, изъятых в ходе дополнительного осмотра места происшествия, имеются следы вещества бурого цвета различной формы и диаметра; которые при обработке при помощи набора реагентов для определения следов крови «ЛюмиКрим» люминесцируют, что позволяет сделать вывод, что они являются следами крови. (т.1 л.д.109-112)

Форма и содержание протоколов следственных действий соответствуют установленным законом требованиям, в них подробно описаны все производимые действия. Подписав составленные по делу процессуальные документы, понятые подтвердили факт совершения в их присутствии соответствующих действий, их содержание и результаты. При таких обстоятельствах у суда не имеется оснований не доверять выводам, изложенным в них.

Согласно заключению судебно-медицинского эксперта № МД от 09 апреля 2018 года, смерть ФИО2 наступила от 

<

данные изъяты>. Давность смерти на момент исследования трупа в пределах 1-2 суток, без учета условий пребывания трупа. Из повреждений при исследовании обнаружены:

а. 

<

данные изъяты>, которые причинены действиями ударов (не менее 5) и /или давления тупых твердых предметов/предмета без характерных особенностей, в период времени от нескольких десятков минут до суток до наступления смерти, и как опасные для жизни, причинили тяжкий вред здоровью (п. 6.1.10 приложения к приказу Минздравсоцразвития №194н от 24 апреля 2008 года) и состоят с наступлением смерти в прямой причинной связи; уточнить более точно количество травматических воздействий, в виду отсутствия наружных повреждений, не представляется возможным; 

б. 

<

данные изъяты>, которые причинены действиями ударов (не менее 22) и трения тупых твердых предметов/предмета без характерных особенностей, давностью до суток на момент наступления смерти и как не влекущие за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, расцениваются как повреждения, не причинившие вреда здоровью человека (п. 9 приложения к приказу Минздравсоцразвития №194н от 24 апреля 2008 года) и не состоят с наступлением смерти в прямой причинной связи.

В крови обнаружен алкоголь в концентрации 0,4%о, в моче - 1,7%о.

В повреждениях не отразились признаки, позволяющие установить размеры, форму, строение повреждающего предмета. С полученными повреждения могла совершать активные действия в течение промежутка времени, исчисляемого от нескольких десятков минут до суток. (т.1 л.д.60-65)

Как следует из копии карты вызова скорой медицинской помощи ГУЗ «АРБ №1 им.проф.ФИО19» № от 15 февраля 2018 года, вызов о необходимости прибытия по адресу: 

<

адрес> поступил в 09 часов 29 минут 15 февраля 2018 года, бригада «скорой помощи» прибыла на место в 10 часов 00 минут. Медицинскими работниками в 10 часов 05 минут констатирована смерть ФИО2 до приезда бригады «скорой помощи». Согласно проведенному осмотру у ФИО2 выявлены многочисленные кровоизлияния, обширные гематомы. Со слов мужа пациентки, вчера около 20 часов упала со стремянки, ушибла голову и спину. (т.1 л.д.96)

Оснований не доверять заключению эксперта относительно причины смерти ФИО2 и имевшихся у нее телесных повреждений, у суда не имеется, экспертиза проведена компетентным специалистом государственного учреждения здравоохранения, выводы научно обоснованы, мотивированы, ясны и понятны, сомнений в их правильности не вызывают, сторонами не оспариваются и подтверждают характер насилия, применённого подсудимым ФИО17 в отношении ФИО2.

Выводы эксперта о локализации, механизме и давности образования телесных повреждений, имевшихся у ФИО2, объективно подтверждают показания свидетелей ФИО3 и ФИО5 о времени и обстоятельствах их причинения.

Согласно заключению судебно-медицинского эксперта № от 20 февраля 2018 года, на момент осмотра – 20 февраля 2018 года каких-либо повреждений у ФИО16 не обнаружено. (т.1 л.д.81)

Доводы подсудимого ФИО17 тщательно проверены судом в ходе судебного следствия и установлено следующее.

Суд оценивает показания подсудимого ФИО17 в судебном заседании в части того, что вечером 14 февраля 2018 года он купил цветы и вино и приехал к ФИО2, с которой был в ссоре; что в ночь с 14 на 15 февраля 2018 года он находился в 

<

адрес> наедине с ФИО2, где они по поводу праздника распивали спиртные напитки; что никого из посторонних лиц в указанное время в квартире не было; что у ФИО2 текла из носа кровь, которую он вытирал; что он обращался за помощью в вызове «скорой помощи» к ФИО3, как достоверные и допустимые, поскольку в указанной части они не противоречат установленным в суде обстоятельствам дела и согласуются с показаниями свидетелей, а также с исследованными в суде письменными доказательствами. 

Показания подсудимого ФИО17 в судебном заседании в остальной части суд отвергает как недостоверные, поскольку они не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, опровергаются совокупностью представленных обвинением и исследованных в судебном заседании доказательств, анализ и оценка которых приводят суд к твердому убеждению в том, что инкриминируемое деяние в отношении ФИО2 совершено именно им, а указанные показания являются его защитной версией, выдвинутой с целью избежать уголовной ответственности за совершенное преступление. При этом суд исходит из следующего.

О наличии конфликта между ФИО2 и ФИО17 14 февраля 2018 года показали свидетели ФИО4, который непосредственно перед выходом на работу наблюдал, как ФИО17 стал кричать на ФИО2; ФИО5, которая узнала об этом от самой ФИО2, которая звонила ей ночью; ФИО3, который узнал о конфликте в ходе телефонного разговора с ФИО17. 

Из показаний подсудимого ФИО17 и свидетелей ФИО8, ФИО4, ФИО9, ФИО3, ФИО7 судом установлено, что подсудимый ФИО17 в момент совершения преступления находился в состоянии алкогольного опьянения, вызванном употреблением алкоголя. Свидетели ФИО8 и ФИО4 указали, что подсудимый находился в состоянии алкогольного опьянения до того, как пришел в квартиру, где находилась ФИО2. Свидетели ФИО3 и ФИО7 показали, что подсудимый вечером 14 февраля 2018 года распивал спиртные напитки совместно с ФИО2. А свидетель ФИО9 показал, что в ночь с 14 на 15 февраля 2018 года ФИО17 находился в состоянии сильного алкогольного опьянения. Факт нахождения ФИО17 в состоянии алкогольного опьянения не отрицает и сам подсудимый. Суд приходит к выводу, что именно состояние опьянения ФИО17, вызванного употреблением алкоголя, привело к совершению им преступления.

Свидетели ФИО5, ФИО4, ФИО12, ФИО13 указывают на то, что ФИО17 в состоянии алкогольного опьянения очень агрессивен, провоцирует конфликты, применяет физическую силу.

Из показаний потерпевшей ФИО1, свидетелей ФИО5, ФИО4, ФИО10, ФИО13, судом установлено, что в ноябре 2017 года ФИО17, находясь в состоянии алкогольного опьянения в ходе ссоры с ФИО2 подверг последнюю жестокому избиению, причинив многочисленные телесные повреждения, в связи с чем, ФИО2 длительное время находилась на амбулаторном лечении. Подсудимый ФИО17 в судебном заседании не отрицал применение физической силы к ФИО2 в ноябре 2017 года и нанесение последней трех ударов руками в лицо. 

Потерпевшая ФИО1, свидетель ФИО4 и подсудимый ФИО17 утверждают, что 14 февраля 2018 года в течении дня видели ФИО2, и никаких телесных повреждений у последней не было. 

Судом установлено, что в период времени с вечера 14 и до утра 15 февраля 2018 года по адресу: 

<

адрес>, находились только ФИО17 и ФИО2. 

Доводы подсудимого ФИО17 о том, что не от его действий наступила смерть ФИО2, а от получения травм при одном падении с лестницы-стремянки, судом признаются неубедительными и недостоверными, поскольку опровергаются показаниями свидетелей ФИО5, которой 15 февраля 2018 года в 01 час ночи позвонила ФИО2 и рассказала, что ФИО17 из-за ревности ее сильно избил, при этом удары наносил руками и ногами по голове и различным частям тела, и что у нее разбито все лицо, губы, болит все тело; возможность совершения ФИО2 звонка подтверждается выводами эксперта, согласно которых ФИО2 с полученными повреждения могла совершать активные действия в течение промежутка времени, исчисляемого от нескольких десятков минут до суток; ФИО3, которому в телефонном разговоре, а затем и лично вечером того же дня ФИО17 говорил, что поссорился с ФИО2 и сильно избил ее, при этом бил ногами, а также ФИО17 ему говорил, что не будет признаваться, что избил ФИО2 и будет стоять на своем, что якобы та упала и ударилась. Данные свидетели хоть и не были очевидцами произошедшего, однако сообщенные ими сведения стали известны им от непосредственных участников событий, согласуются между собой и другими доказательствами по делу. Кроме того, вышеуказанные доводы подсудимого опровергаются выводами эксперта по заключению эксперта № МД от 09 апреля 2018 года, из которых следует, что повреждения, обнаруженные на трупе ФИО2, могли быть причинены не менее, чем 27 ударными воздействиями. 

<

данные изъяты>. Таким образом, характер и локализация множественных повреждений ФИО2 указывают на неоднократное воздействие травмирующей силы в местах обнаружения кровоподтеков и других повреждений, в связи с чем суд приходит к выводу, что данный комплекс повреждений не мог образоваться от одного удара об пол. 

Как следует из показаний потерпевшей ФИО1, свидетелей ФИО4 и ФИО10, вопреки утверждению подсудимого ФИО17, что ФИО2 упала со стремянки, ФИО2 после перенесенной травмы ноги не могла самостоятельно залезть на стул или стремянку.

Оснований не доверять показаниям свидетелей ФИО3, ФИО12, ФИО13, которые являются близкими знакомыми подсудимого и с которыми у последнего сложились доброжелательные отношения, а также показаниям свидетеля ФИО10, с которым ФИО17 был едва знаком, у суда нет. 

Утверждение ФИО17 о том, что свидетели ФИО3 и ФИО5, действуя под диктовку следователя ФИО15, ведущего расследование, оговорили его, сказав сотрудникам правоохранительных органов и другим лицам, что это именно он нанес ФИО2 многочисленные удары ногами и руками, является надуманным. Данное утверждение проверялось судом и не нашло своего подтверждения. Показания свидетелей ФИО3 и ФИО5, оценка которым дана судом выше, дополняют друг друга, согласуются между собой и другими исследованными доказательствами. Изложенная в них информация могла быть известна только непосредственным участникам произошедших между ФИО17 и ФИО2 событий. Указанную информацию ФИО2 сообщила свидетелю ФИО5, а ФИО17 – свидетелю ФИО3. Сведений о заинтересованности следователя ФИО15 в привлечении ФИО17 к уголовной ответственности, суду не представлено. Кроме того, свидетели ФИО3 и ФИО5 показали, что давали показания добровольно и самостоятельно.

Отсутствие у подсудимого ФИО17 телесных повреждений, установленное экспертом при проведении судебно-медицинской экспертизы в отношении последнего, и факт отсутствия шума в их квартире в ночь с 14 на 15 февраля 2018 года, при наличии совокупности представленных обвинением и исследованных в судебном заседании доказательств, анализ и оценка которых приводят суд к твердому убеждению в том, что инкриминируемое деяние в отношении ФИО2 совершено именно ФИО17, не являются безусловными доказательствами невиновности подсудимого, не влияют на юридическую оценку действий подсудимого и в целом на решение по существу дела. 

Непроведение следователем следственных действий по выемке одежды у ФИО17 и опросу соседей, на что ссылается подсудимый, не может свидетельствовать о нарушении органом предварительного расследования уголовно-процессуального закона, поскольку следователь самостоятельно направляет ход расследования, принимает решение о производстве следственных и иных процессуальных действий в зависимости от имеющихся материалов и доказательств, в соответствии со ст.38 УПК РФ. 

Все вышеприведенные доказательства виновности ФИО17, вопреки доводам подсудимого, получены в соответствии с требованиями закона, являются допустимыми, достоверными, относимыми и в своей совокупности достаточными для принятия решения по делу. 

По итогам судебного следствия установлено, что в ночь с 14 на 15 февраля 2018 года ФИО17, находясь в 

<

адрес>, в ходе возникшего на почве личных неприязненных отношений при совместном распитии спиртных напитков конфликта с ФИО2, действуя умышленно, с целью причинения ФИО2 тяжкого вреда здоровью, не желая наступления смерти последней, со значительной силой нанес ФИО2 руками и ногами множественные удары по голове и различным частям тела, причинив ФИО2 

<

данные изъяты>, что повлекло по неосторожности смерть потерпевшей.

Представленные суду доказательства свидетельствуют о том, что мотивом преступления стала личная неприязнь ФИО17 к ФИО2, возникшая на почве ревности находившихся в состоянии алкогольного опьянения подсудимого к потерпевшей.

Умышленно нанося ФИО2 многочисленные удары руками и ногами по всему телу, в том числе и в жизненно важные области: голову и грудную клетку ФИО2 со значительной силой, о чем свидетельствуют множественные переломы ребер с разрывами плевры и разрывом легкого, ФИО17 в силу своего возраста, полученного образования и жизненного опыта, несомненно, понимал, что в результате его действий ФИО2 может быть причинен тяжкий вред здоровью, и желал этого. Между действиями ФИО17 и наступившими последствиями в виде смерти ФИО2 имеется прямая причинно-следственная связь.

При таких обстоятельствах, суд находит установленным как событие преступления, так и виновность подсудимого в его совершении.

Действия ФИО16 суд квалифицирует по ч.4 ст.111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Согласно заключению комиссии экспертов № от 26 марта 2018 года, ФИО16 обнаруживает в настоящее время, а также обнаруживал в период времени, относящийся к инкриминируемому ему деянию, 

<

данные изъяты>. Однако степень выраженности указанных нарушений не столь значительна и сочетается с логичностью и последовательностью мышления, с контролируемым поведением, с пониманием противоправности и уголовной наказуемости инкриминируемого ему деяния, с активной защитной позицией ФИО17, с пониманием основных социально-правовых норм, с отсутствием изменений в интеллектуально-мнестической сфере, с отсутствием патологического фона настроения, с отсутствием психопатологических симптомов в виде бреда и расстройств восприятия и не лишает его способности осознавать фактический характер своих действий и руководить ими. Как видно из материалов уголовного дела, в период времени, относящийся к инкриминируемому ему деянию, он также не страдал хроническим психическим расстройством, слабоумием, не обнаруживал какого-либо временного расстройства психической деятельности, а находился в состоянии простого алкогольного опьянения и мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Действия его носили целенаправленный характер, в поведении отсутствовали признаки болезненно-искаженного восприятия действительности. В настоящее время по своему психическому состоянию ФИО17 в принудительных мерах медицинского характера не нуждается. (т.1 л.д.89-92)

Выводы экспертной комиссии врачей-психиатров не вызывают у суда сомнений в своей достоверности, нашли подтверждение в судебном заседании. 

В ходе судебного следствия установлено, что во время совершения преступления ФИО17 действовал последовательно, целенаправленно, правильно ориентировался в окружающей обстановке и происходящих событиях, самостоятельно и осознано руководил своими действиями, осознавал последствия содеянного. Его поведение в судебном заседании адекватно происходящему. Свою защиту осуществляет активно, мотивированно, поэтому у суда не возникло сомнений в его психической полноценности. Учитывая изложенные обстоятельства, суд находит, что ФИО17 является вменяемым и подлежит уголовной ответственности и наказанию. 

При назначении наказания суд учитывает положения ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, в том числе характер, степень общественной опасности преступления, данные о личности подсудимого, состояние его здоровья и членов семьи, пенсионный возраст матери подсудимого и наличие у нее тяжелого заболевания, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. 

Подсудимый ФИО16 на учете у врача нарколога и психиатра не состоит (т.1 л.д.62, 63), по месту жительства жалоб и заявлений от соседей не поступало (т.1 л.д.59, 61), по месту работы характеризуется положительно, привлекался к административной ответственности (т.1 л.д.57).

Обстоятельством, смягчающим наказание ФИО16, суд в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ признает принятие подсудимым мер по оказанию ФИО2 медицинской помощи, выразившихся в вызове «скорой помощи», спустя продолжительное время после совершения преступления.

Добровольное употребление подсудимым ФИО16 алкоголя, вызвало его агрессивное поведение, которое привело к совершению преступления. Подсудимый, в силу воздействия алкоголя, снизил контроль над своим поведением, над сложившимися обстоятельствами, в связи с чем, обстоятельством, отягчающим наказание ФИО16, суд на основании п.1.1 ст. 63 УК РФ признаёт - совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Оценив изложенные обстоятельства, суд не находит оснований для применения к ФИО16 положений ст.64 УК РФ, назначения более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление. Суд, принимая во внимание все обстоятельства дела, умышленную форму вины при совершении преступления, количество и локализацию ударов, нанесенных ФИО2, считает необходимым назначить ФИО16 основное наказание в виде реального лишения свободы с дополнительным наказанием в виде ограничением свободы, поскольку менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижение целей исправления осужденного и предотвращения совершения им новых преступлений. 

Оснований для применения к нему положений ст.73 УК РФ, суд не находит.

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности суд не усматривает оснований для изменения в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ категории преступления, совершенного ФИО16, на менее тяжкое.

Вид исправительного учреждения для отбывания наказания ФИО16 суд назначает с учетом требований п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ. 

Гражданский иск по делу не заявлен. 

Судьбу вещественных доказательств суд разрешает в соответствии с требованиями ст.ст.81-82 УПК РФ.

Руководствуясь ст.ст.296-299, 303, 304, 307-309 УПК РФ, суд

приговорил:

признать ФИО16 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 9 (девять) лет, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на срок 2 (два) года. 

Установить осужденному ФИО16 следующие ограничения: не изменять место жительства и работы без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы; не выезжать за пределы территории МО г.Алексин.

Возложить на осужденного ФИО16 обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц для регистрации.

Срок наказания ФИО16 исчислять с даты вынесения приговора – 07 июня 2018 года с зачетом времени предварительного содержания под стражей до постановления приговора в период с 17 февраля 2018 года по 06 июня 2018 года.

До вступления приговора суда в законную силу меру пресечения ФИО16 оставить без изменения в виде заключения под стражу с содержанием в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тульской области.

Вещественные доказательства по вступлению приговора в законную силу: 

- три DVD-R с видеозаписями допроса подозреваемого ФИО16, свидетелей ФИО3 и ФИО5, находящиеся при уголовном деле, - хранить при уголовном деле,

- женский халат, женская футболка, простынь, наволочка и женские бриджи, принадлежащие ФИО2, находящиеся в комнате хранения вещественных доказательств Алексинского городского суда Тульской области, - уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Тульского областного суда через Алексинский городской суд Тульской области в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий

Апелляционным определением Тульского областного суда от 08 августа 2018 года приговор Алексинского городского суда Тульской области от 07 июня 2018 года в отношении осужденного ФИО16 оставлен без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения.