Дело № 2-90/2020

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

18 мая 2020 года город Елизово, Камчатский край

Елизовский районный суд Камчатского края в составе:

председательствующего суд Бондаренко С.С.,

при секретаре судебного заседания Максимовой А.В.,

с участием представителя истца-ответчика ФИО1 

представителя ответчика-истца ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к обществу с ограниченной ответственностью «Маркуз» о взыскании задолженности по заработной плате, неустойки за невыплату заработной платы, компенсации морального вреда, судебных расходов, встречному иску Общества с ограниченной ответственностью «Маркуз» к ФИО3 о признании срочного трудового договора незаключенным, 

у с т а н о в и л:

Истец ФИО3 в лице представителя по доверенности ФИО1 обратился в суд с иском к ответчику, обществу с ограниченной ответственностью «Маркуз» (далее по тексту - ООО «Маркуз», Общество), и, на основании ст. 39 ГПК РФ после неоднократного уточнения исковых требований, окончательно просил суд взыскать с ответчика в пользу истца заработную плату за период с 11 июля 2019 года по 11 сентября 2019 года в размере 417 061 рубль, заработную плату за период с 20 июня 2019 года по 10 июля 2019 года в размере 20 919 рублей 18 копеек, заработную плату за период с 12 сентября 2019 года по 03 октября 2019 года в размере 17 736 рублей 69 копеек, заработную плату в связи с незаконным простоем и не допуском к рабочему месту с 03 октября 2019 года по 05 февраля 2020 года в размере среднемесячной заработной платы в сумме 107360 рублей, неустойку за невыплату заработной платы за период с 20 июля 2019 года по день вынесения решения суда с правом требования неустойки по день фактической выплаты заработной платы в размере 33 774 рубля 85 копеек, компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей, расходов за оплату услуг нотариуса в размере 2 200 рублей.

В обоснование заявленных требований истец ссылается на то, что с 20 июня 2019 года и по настоящее время состоит в трудовых отношениях с ООО «Маркуз» в должности рыбака. 20 июня 2019 года с истцом был заключен трудовой договор, согласно которому рабочим местом истца является подразделение участок № 1127 устье реки Вахиль Камчатский край. В обязанности истца входил вылов рыбной продукции, погрузка рыбы на транспорт, обслуживание, установка, снятие неводов, с пошивом сетеснастного оборудования и ремонтом в море (работа в море), соблюдение распорядка дня, поддержание трудовой дисциплины. Пунктом 3.2 трудового договора предусмотрено, что расчет заработной платы происходит по окончанию рыбалки из расчета 10 рублей за килограмм выловленной продукции на бригаду на основании КГТУ, обозначенное бригадиром стана, окончанием рыбалки считается снятое сетеснастное оборудование, уложенное на длительное хранение с элементами консервации. Промысел был окончен 11 сентября 2019 года, однако истец не был уволен, трудовой договор с ним не расторгнут, трудовая книжка не выдана, заработная плата за весь период работы не выплачена. Действиями ответчика истцу причинен моральный вред, который он оценивает в 50 000 рублей. Кроме того, истцом понесены расходы по оплате услуг нотариуса в размере 2 200 рублей. Ссылаясь на изложенное, истец обратился с указанными выше требованиями.

ООО «Маркуз» предъявил встречный иск к ФИО3, в котором просил суд признать незаключенным срочный трудовой договор от 20 июня 2019 года, сторонами которого являются ООО «Маркуз» и ФИО3, указав в обоснование встречного иска, что 20 июня 2019 года работник ФИО3 к выполнению трудовых обязанностей по трудовому договору от 20 июня 2019 года не приступил. При трудоустройстве он не представил документы, необходимые для оформления на работу в соответствии со ст. 56 ТК РФ. До настоящего времени сведения о том, что работник приступил к исполнению трудовых обязанностей со дня, определенного трудовым договором, у истца отсутствуют. Сведений о выполнении трудовой функции, графике работы и времени окончания работ по трудовому договору нет. Поскольку ФИО3 к выполнению обязанностей по указанному трудовому договору не приступил, 21 июня 2019 года ООО «Маркуз» издало приказ об аннулировании данного трудового договора, что, на основании ст. 61 ТК РФ, свидетельствует о его незаключенности. Сам по себе факт подписания трудового договора не свидетельствует о наличии трудовых отношений между сторонами такого договора, так как работник обязан приступить к выполнению трудовых обязанностей. Кроме того, на основании заключения специалиста подпись от имени ФИО3 в трудовом договора выполнена не ФИО3, а другим лицом, следовательно, ФИО3 не подписывал трудовой договор. Лицом, наделенным полномочиями в ООО «Маркуз» по найму работников, является специалист отдела кадров ФИО9, которая в судебном заседании пояснила, что работника ФИО3 не видела, с ним лично не знакома, к осуществлению трудовой функции его не допускала. ФИО3 осуществлял деятельность по вылову рыбы в бригаде ИП ФИО10 в соответствии с договором оказания услуг от 20.06.2019. В судебном заседании представитель истца ФИО4 пояснил, что допуск к осуществлению трудовой деятельности осуществлял бригадир ФИО11 который работником ООО «Маркуз» не является. Тот факт, что ФИО3 находился на рыбопромысловом участке № 1127, не является основанием для признания того факта, что он состоял в трудовых отношениях с ООО «Маркуз». 

Определением Елизовского районного суда Камчатского края от 18 мая 2020 года производство по гражданскому делу по иску ФИО3 к ООО «Маркуз» в части исковых требований об оформлении расторжения трудового договора, увольнении и выдаче трудовой книжки прекращено в связи с отказом от иска в данной части представителя истца ФИО5

Истец ФИО3 в судебном заседании участия не принимал, о времени и месте рассмотрения дела извещен, дело просил рассмотреть в его отсутствие, на удовлетворении требований настаивал. 

Представитель истца ФИО1 в судебном заседании уточненные исковые требования поддержал в полном объеме, встречный иск не признал. Суду пояснил, что 20 июня 2019 года между ФИО3 и ООО «Маркуз» был заключен трудовой договор, рабочее место истца определено на рыбопромысловом участке № 1127 реки Вахиль. Истец прибыл в Камчатский край по приглашению ответчика, всего в рыболовецкой бригаде было 15 человек, все рыбаки из разных регионов. Заработная плата составляла 10 рублей за килограмм выловленной рыбы на бригаду. Вылову рыбы предшествовала подготовительная работа на РПУ, выполняемая рыболовецкой бригадой: постановка сетей, оборудования, строительство лодок, обустройство места отдыха и приема пищи. По окончанию рыбалки до 22 сентября 2019 года истец находился на РПУ, рыбаки занимались снятием сети, её укладкой, разборкой лагеря, разгрузкой оборудования, после чего работники были вывезены судном «Мария» с РПУ на базу ООО «Маркуз» в Елизовском районе, где они проживали до 02 октября 2019 года. Так как ООО «Маркуз» отказало истцу в выплате заработной платы, ФИО3 улетел домой 02 октября 2019 года. Представил письменные возражения на встречный иск, в которых указал, что ФИО3 по настоящее время состоит в трудовых отношениях с ООО «Маркуз», с ним был заключен трудовой договор. Согласно заключению специалиста, подпись от имени ФИО3 в трудовом договоре выполнена ФИО3 Трудовые отношения между сторонами, помимо трудового договора, подтверждаются приказом о 21 мая 2019 года о назначении ФИО11 ответственным в бригаде рыбаков, в которую входил ФИО3, судовой ролью, согласно которой в бригаду входил ФИО3, журналом промыла, подтверждающим добычу рыбы на участке, где трудился ФИО3 В ходе судебного разбирательства представитель ответчика и свидетель ФИО9 подтвердили, что с ФИО3 намеревались заключить трудовой договор, в связи с чем он был изготовлен с анкетными данными работника, подписан генеральным директором Общества, работники предоставляли свои паспортные данные. ФИО3 находился на РПУ, расположенном на реке Вахиль, осуществлял промысел рыбы, что подтверждает факт его допуска к исполнению трудовых обязанностей. ФИО3 работал в составе бригады из 15 человек, больше никакие бригады на данном РПУ не присутствовали, в связи с чем ООО «Маркуз» не могло добыть рыбу без участия указанной бригады, вся рыба принималась ООО «Маркуз». 

<

данные изъяты> ФИО9 составляла судовую роль и включила в неё ФИО3. Промысел был окончен 11 сентября 2019 года, фактически ФИО3 продолжал осуществлять трудовую деятельность, 23 сентября 2019 года он прибыл в порт г. Петропавловска-Камчатского, до 03 октября 2019 года осуществлялась разгрузка-погрузка рыбы, оборудования. ФИО3 не был уволен, с ним не был расторгнут трудовой договор, не произведен расчет, ФИО3 был водворен за пределы предприятия без предоставления возможности добраться к рабочему месту и продолжить осуществлять трудовую деятельность. Работодатель не уведомил ФИО3 за три дня до окончания срока действия договора, следовательно, срок действия трудового договора продлен на тот же срок и срок выполнения работ, при этом работодатель не допустил ФИО3 до выполнения работ, чем допустил незаконный простой трудовой деятельности ФИО3 

Представитель ответчика-истца ООО «Маркуз» ФИО6 исковые требования не признала в полном объеме, встречные исковые требования поддержала по изложенным во встречном иске основаниям, суду пояснила, что между истцом и ответчиком отсутствуют трудовые правоотношения, ответчик не принимал на работу истца, о чем свидетельствует отсутствие у ООО «Маркуз» заявления ФИО3 о приеме на работу, его трудовая книжка, трудовой договор. Полагала, что истец состоял в трудовых отношениях с ИП ФИО10, с которым у ООО «Маркуз» был заключен договор об оказании услуг, по условиям которого на рыбопромысловом участке № 1127 ИП ФИО10 осуществлял вылов водных биологических ресурсов своими силами и средствами, включая бригаду рыбаков. Действительно, Обществом были разработаны проекты трудовых договоров для их заключения с бригадой рыбаков, однако в связи с заключением договора об оказании услуг с ИП ФИО10 было принято решение, что он будет оформлять трудовые отношения с рыбаками, включая истца. Судовая роль была оформлена от имени ООО «Маркуз» только для получения разрешения на вылов водных биоресурсов. Доказательств того, что 20 июня 2019 года истец приступил к выполнению обязанностей, установленных трудовым договором, не представлено. 

Третье лицо, ИП ФИО10, в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, согласно поступившей в адрес суда телефонограммы, дело просил рассмотреть в свое отсутствие, устно по телефону пояснил, что трудовые договоры работниками были заключены с ООО «Маркуз». Между ИП ФИО10 и ООО «Маркуз» было заключено соглашение о совместной деятельности по вылову рыбной продукции. Договор между ФИО3 и ИП ФИО10 не заключался. 

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО9. суду пояснила, что работает в ООО «Маркуз» 

<

данные изъяты>. В апреле 2019 года ИП ФИО10 предложил руководителю ООО «Маркуз» сотрудничество по вылову рыбы на условиях её добычи силами нанятой ФИО10 бригады рыбаков, на что руководитель Общества согласился. В целях надлежащего оформления документов на вылов рыбы было принято решение оформить трудовые договоры с рыбаками бригады, в связи с чем ИП ФИО10 представил ей паспортные данные бригадира, чтобы она внесла их в разрешение на вылов рыбы. Она подготовила проекты трудовых договоров, они были подписаны руководителем Общества, однако пропали с её стола в рабочем кабинете, о чем она сообщила директору, был составлен акт об аннулировании трудовых договоров. ФИО7 она не видела, заявления о приеме на работу истец не составлял, вылов рыбы осуществлялся ФИО10 своими силами и средствами, иные лица на рыбопромысловом участке вылов рыбы не осуществляли. 

Допрошенный в судебном заседании специалист ФИО23 подтвердил свои выводы, изложенные в заключении специалиста, пояснив, что с учетом наличия в исследуемой подписи ФИО3 признаков её необычного исполнения, им сделан вывод о том, что исследованная подпись однозначно не принадлежит ФИО3.

На основании ст. 167 ГПК РФ и с учетом мнения представителей сторон, дело рассмотрено в отсутствие истца-ответчика и третьего лица.

Выслушав пояснения участников процесса, допросив свидетеля, специалиста, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ч. 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации.

Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются в том числе, обеспечение права каждого работника на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы, обеспечивающей достойное человека существование для него самого и его семьи, и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, а также обеспечение каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту (ст. 2 ТК РФ).

В силу части 3 статьи 11 ТК РФ все работодатели (физические и юридические лица независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности) в трудовых и иных непосредственно связанных с ними отношениях с работниками обязаны руководствоваться положениями трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Согласно ст. 56 ТК РФ трудовой договор – это соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В силу ст. 61 ТК РФ трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено настоящим Кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Работник обязан приступить к исполнению трудовых обязанностей со дня, определенного трудовым договором. Если работник не приступил к работе в день начала работы, установленный в соответствии с частью второй или третьей настоящей статьи, то работодатель имеет право аннулировать трудовой договор. Аннулированный трудовой договор считается незаключенным.

Согласно ст. 58 ТК РФ срочный трудовой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, а именно в случаях, предусмотренных ч. 1 ст. 59 ТК РФ, согласно абз. 8 которой срочный трудовой договор заключается, в том числе с лицами, принимаемыми для выполнения заведомо определенной работы в случаях, когда ее завершение не может быть определено конкретной датой. 

Аналогичное положение содержится в ст. 79 ТК РФ, согласно которой трудовой договор, заключенный на время выполнения определенной работы, прекращается по завершении этой работы.

В соответствии с положениями ст. 67 ТК РФ трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами. Один экземпляр трудового договора передается работнику, другой хранится у работодателя. Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе.

При этом в силу ст. 67.1 ТК РФ, если физическое лицо было фактически допущено к работе работником, не уполномоченным на это работодателем, и работодатель или его уполномоченный на это представитель отказывается признать отношения, возникшие между лицом, фактически допущенным к работе, и данным работодателем, трудовыми отношениями (заключить с лицом, фактически допущенным к работе, трудовой договор), работодатель, в интересах которого была выполнена работа, обязан оплатить такому физическому лицу фактически отработанное им время (выполненную работу).

Частью 1 статьи 68 ТК РФ предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

Согласно правовой позиции Верховного суда Российской Федерации, изложенной в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума 17.03.2004 № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

Из приведенных положений трудового законодательства следует, что к характерным признакам трудового правоотношения, возникшего на основании заключенного в письменной форме трудового договора, относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд). Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.

Вместе с тем само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон (часть третья статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации) относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Таким образом, по смыслу статей 15, 16, 56, части второй статьи 67 ТК РФ в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. Следовательно, суд должен не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (трудового договора, гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 ТК РФ, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

Как следует из материалов дела, Общество с ограниченной ответственностью «Маркуз» является действующим юридическим лицом, состоит на учете в налоговом органе, к числу видов его деятельности согласно Уставу относятся, в числе прочего, вылов рыбы и водных биоресурсов в открытых района Мирового океана и внутренних морских водах несельскохозяйственными товаропроизводителями, деятельность морского и внутреннего водного грузового, пассажирского транспорта, добыча, переработка, транспортировка рыбы и морепродуктов.

30 мая 2019 года ООО «Маркуз» получено разрешение № 412019011301 на добычу (вылов) водных биологических ресурсов – горбуши, кеты, нерки, кижуча на рыбопромысловом участке № 1127 Петропавловско-Командорской подзоны Авачинского залива. Лицом, ответственным за добычу водных биоресурсов от имени ООО «Маркуз», указан бригадир ФИО11

ФИО3 полагает, что с 20 июня 2019 года состоит в трудовых отношениях с ООО «Маркуз».

В подтверждение данного факта истец-ответчик представил трудовой договор о временном трудоустройстве от 20 июня 2019 года, согласно которому ФИО3 был принят в ООО «Маркуз» на временную работу на должность рыбака. Характер работы: работа, связанная с выловом рыбопродукции, погрузка рыбы на транспорт, обслуживание, установка, снятие неводов, с пошивом сетеснастного оборудования и ремонтом в море (работа в море), соблюдение распорядка дня, поддержание трудовой дисциплины. 

Согласно представленному ФИО3 трудовому договору, местом его работы является Камчатский край, устье реки Вахиль, участок № 1127, ООО «Маркуз». 

В соответствии с разделом 5 договора, работнику устанавливается ненормированная рабочая неделя с одним выходным днем (понедельник во время проходного дня). В течение рабочего дня работнику устанавливает перерыв для отдыха и питания согласно графика. 

Пунктами 6.1, 6.2 трудового договора установлено, что трудовой договор заключен на определенный срок в соответствии со ст. 59 ТК РФ. Срок действия договора с 20 июня 2019 года по окончание работ. 

Дата начала исполнения работником трудовых обязанностей 20 июня 2019 года. 

Приказом генерального директора ООО «Маркуз» от 21.05.2019 № 3-п, в связи с открытием промышленного рыболовства на участке № 1127 согласно Протокола заседания комиссии по регулированию добычи (вылова) анадромных видов рыб в Камчатском крае от 21.05.2019 № 5, ответственным за участком № 1127 назначен бригадир ФИО11

Как следует из копии судовой роли (список бригады) РПУ № 1127 ООО «Маркуз», подписанной 08 июля 2019 года генеральным директором ООО «Маркуз» ФИО8, ФИО3 значится в указанной судовой роли в должности рыбака.

Согласно копии промыслового журнала РПУ № 1127, регистрационный номер 41-2323, начало осуществления рыболовства 11 июля 2019 года, на основании разрешения на добычу (вылов) вылов водных биологических ресурсов № 412019011301, вылов закрыт 12 сентября 2019 года в связи с его окончанием. Общий вес улова водных биологических ресурсов с начала добычи (вылова) (нарастающий итог) составил 718 450 кг. 

Как пояснил в судебном заседании представитель истца-ответчика ФИО1, трудовой договор был заключен на территории ООО «Маркуз» в Елизовском районе 20 июня 2019 года, после чего бригада рыбаков была доставлена на РПУ № 1127 в устье реки Вахиль, где, после постановки сетей и проведения подготовительных работ, начался вылов рыбы. Однако фактически ФИО3 приступил в исполнению трудовых обязанностей в мае 2019 года, в составе бригады осуществлял подготовку РПУ к добыче водных биоресурсов. 22 сентября 2019 года все работники были вывезены с рыбопромыслового участка, доставлены на базу ООО «Маркуз» в Елизовском районе, а 03 октября 2019 года всех работников выгнали с территории Общества, сообщив, что заработная плата не будет выплачена, в связи с чем 02 октября 2019 года ФИО3 был вынужден вернуться к месту своего проживания – 

<

адрес>. 

Из письменной объяснительной ФИО3 следует, что 20 июня 2019 года был заключен срочный трудовой договор с ООО «Маркуз». Его должность – рыбак рыбопромыслового участка № 1127 в районе реки Вахиль Камчатского края. С 20 по 23 июня 2019 года его и всех работников увезли на РПУ № 1127 для подготовки к началу промысла, с 23 июня были построены жилые помещения, установлена арматура для навешивания орудий лова, растянуты ловушки.

ООО «Маркуз», возражая против наличия трудовых отношений между ФИО3 и Обществом, указывает на то, что 20 июня 2019 года ФИО3 не был допущен к выполнению трудовых обязанностей по трудовому договору от 20 июня 2019 года, при трудоустройстве он не представил документы, необходимые для оформления на работу. Сведения о выполнении трудовой функции, графике работы и времени окончания работ по трудовому договору отсутствуют. Так как ФИО3 к выполнению обязанностей по указанному трудовому договору не приступил, 21 июня 2019 года ООО «Маркуз» издан приказ об аннулировании данного трудового договора. На основании заключения специалиста подпись от имени ФИО3 в трудовом договора выполнена не ФИО3, а другим лицом, следовательно, ФИО3 не подписывал трудовой договор. Лицом, наделенным полномочиями в ООО «Маркуз» по найму работников, является специалист отдела кадров ФИО9. ФИО3 осуществлял деятельность по вылову рыбы в бригаде ИП ФИО10 в соответствии с договором оказания услуг от 20.06.2019. 

В судебном заседании представитель истца ФИО4 пояснил, что допуск к осуществлению трудовой деятельности осуществлял бригадир ФИО11, который работником ООО «Маркуз» не является.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО9 суду пояснила, что работает в ООО «Маркуз» 

<

данные изъяты>. В апреле 2019 года ИП ФИО10 предложил руководителю ООО «Маркуз» сотрудничество по вылову рыбы на условиях её добычи силами нанятой ФИО10 бригады рыбаков, на что руководитель Общества согласился. В целях надлежащего оформления документов на вылов рыбы было принято решение оформить трудовые договоры с рыбаками бригады, в связи с чем ИП ФИО10 представил ей паспортные данные бригадира, чтобы она внесла их в разрешение. Она подготовила проекты трудовых договоров, они были подписаны руководителем Общества, однако пропали с её стола в рабочем кабинете, о чем она сообщила директору, был составлен акт об аннулировании трудовых договоров. ФИО7 она не видела, заявления о приеме на работу истец не составлял, вылов рыбы осуществлялся ФИО10 своими силами и средствами, иные лица на рыбопромысловом участке вылов рыбы не осуществляли. 

В подтверждение доводов, изложенных стороной ответчика по существу первоначального иска и в обоснование встречного иска, ООО «Маркуз» представило объяснительную специалиста отдела кадров ФИО9, согласно которой 20 июня 2019 года она составила трудовые договоры от 20 июня 2019 года на основании паспортных данных, в том числе, ФИО3, которые прилетели с ИП ФИО10 в составе бригады, подготовлена судовая роль на бригаду. Кроме паспортных данных, иных документов у нее не было. После подготовки договоров они были подписаны генеральным директором Общества, убраны ею в ящик стола, а к концу рабочего дня пропали с рабочего места. В этот же день меду ООО «Маркуз» и ИП ФИО10 был подписан договор об оказании услуг по вылову рыбы на РПУ № 1127 своими силами и своей бригадой, с которыми планировалось заключение трудовых договоров. В этой связи 21 июня 2019 года было принято решение об аннулировании трудовых договоров от 20 июня 2019 года. О пропаже договоров она генеральному директору ООО «Маркуз» не сообщала.

Согласно Акту ООО «Маркуз» от 20 июня 2019 года, составленному в 17 часов 00 минут, комиссия в составе генерального директора ФИО8, заместителя генерального директора по флоту ФИО17 и специалиста отдела кадров ФИО9 установила, что 20 июня 2019 года ФИО3 к выполнению условий договора во временном трудоустройстве 20 июня 2019 года не приступил.

Из представленной копии докладной записки специалиста отдела кадров ООО «Маркуз» ФИО9 следует, что 20 июня 2019 года ею был составлен трудовой договор о временном трудоустройстве с ФИО18 (работа связана с выловом рыбопродукции в Камчатском крае, устье реки Вахиль, участок № 1127). 20 июня 2019 года ООО «Маркуз» заключило с ИП ФИО10 договор об оказании услуг, в соответствии с которым ИП ФИО10 взял на себя обязательство по оказанию услуг по вылову рыбы своими силами бригадой прибрежного лова на РПУ № 1127. 20 июня 2019 года по состоянию на 17 часов 00 минут договор о временном трудоустройстве с ФИО18 не подписан, его график работы не установлен, сведений о том, что ФИО18 приступил к исполнению обязанностей, предусмотренных трудовым договором, нет. Документы для трудоустройства ФИО18 не предоставил.

Из представленного договора об оказании услуг от 20 июня 2019 года, заключенного между ООО «Маркуз» и ИП ФИО10, следует, что ИП ФИО10 обязался оказать услуги по вылову рыбы своими силами бригадой прибрежного лова, ставными неводами в объеме выделенных лимитов ООО «Маркуз»: кеты, горбуши, кижуча, нерки прибрежного промысла в Петропавловско-Командорской подзоне, РПУ № 1127, устье реки Вахиль. Исполнитель обязался, в том числе, локальным актом назначить лицо, ответственное за добычу водных биоресурсов на РПУ, производить вылов своими силами, плавсредствамии орудиями лова, обеспечить бригаду оборудованием и средствами для взвешивания улова, к началу срока оказания услуг заключить договоры с перерабатывающими комплексами и пунктами сдачи сырца.

Приказом генерального директора ООО «Маркуз» от 21.06.2019 № 9-п в соответствии с ч. 4 ст. 61 ТК РФ аннулирован трудовой договор от 20.06.2019, заключенный с ФИО3 Основание: договор об оказании услуг от 20.06.2019, заключенный между ООО «Маркуз» и ИП ФИО10, докладная записка от 20.06.2019, акт от 20.06.2019.

Кроме того, из представленного ООО «Маркуз» заключения специалиста от 21.01.2020 следует, что на основании заявки ООО «Маркуз» о производстве почерковедческого исследования и представленных специалисту образцов копий документов, специалист пришел к выводу, что подпись от имени ФИО3 в строке перед фамилией «ФИО3» в трудовом договоре о временном трудоустройстве от 20.06.019, изображение которой имеется на представленной копии, выполнена не ФИО3, а другим лицом.

В свою очередь, представителем истца-ответчика ФИО1 представлено заключение специалиста от 12.02.2020 б/н о проведении почерковедческого исследования образцов подписи ФИО3, согласно которому подпись от имени ФИО3 в копии трудового договора о временном трудоустройстве от 20 июня 2019 года выполнена, вероятно, ФИО3, образцы подписи которого представлены на исследование.

Изучив и проанализировав материалы и обстоятельства дела, приведенные выше положения закона, суд приходит к выводу, что совокупность исследованных доказательств дает основания для вывода о наличии трудовых отношений между истцом и ответчиком, фактическом заключении сторонами спора трудового договора, который действовал с 20 июня 2019 года по день окончания работ - 02 октября 2019 года.

Устанавливая дату окончания ФИО3 работ 02 октября 2019 года, суд исходит из условий трудового договора, согласно которым ФИО3 был принят на работу в ООО «Маркуз» для выполнения определенной работы – вылов рыбопродукции на РПУ № 1127 в устье реки Вахиль, пояснений представителя истца-ответчика ФИО1, не опровергнутых ООО «Маркуз» о выполняемой ФИО3 работе как в период вылова рыбы, так в период, предшествующий добыче водных биоресурсов и по её окончанию, а также дату вылета ФИО3 по данным маршрутной квитанции электронного билета. В то же время, оснований полагать, что после того, как ФИО3 покинул пределы Камчатского края, он продолжил работать у ООО «Маркуз», у суда не имеется, что также согласуется с разъяснениями, данными в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2, согласно которым если срочный трудовой договор был заключен для выполнения определенной работы в случаях, когда ее завершение не может быть определено конкретной датой (абзац восьмой части первой статьи 59 ТК РФ), такой договор в силу части второй статьи 79 Кодекса прекращается по завершении этой работы. Данных о том, что с момента убытия ФИО3 за пределы Камчатского края по день вынесения решения суда работы, для выполнения которых ФИО3 был принят на работу в ООО «Маркуз», не окончены, у суда также не имеется.

Суд признает несостоятельным довод ответчика об отсутствии трудовых отношений между сторонами со ссылкой на то обстоятельство, что трудовой договор между работником и работодателем подписан не был, что ФИО3 не подавал заявление о приеме на работу, что специалист отдела кадров не видела и не общалась с данным работником, а также то, что на представленном ФИО3 трудовом договоре подпись выполнена не работником, а иным лицом, так как данные обстоятельства свидетельствуют, прежде всего, о допущенных нарушениях трудового законодательства со стороны работодателя ООО «Маркуз» по надлежащему оформлению отношений с работником ФИО3 Кроме того, этот довод противоречит приведенным выше положениям Трудового кодекса Российской Федерации, по смыслу которых наличие трудового правоотношения между сторонами презюмируется и, соответственно, трудовой договор считается заключенным, если работник приступил к выполнению своей трудовой функции и выполнял ее с ведома и по поручению работодателя или его уполномоченного лица.

Как указывалось выше, в материалах дела имеются доказательства, подтверждающие факт осуществления истцом у ответчика трудовой функции в должности рыбака с ведома и по поручению работодателя с даты, определенной трудовым договором.

По изложенным обстоятельствам, оснований полагать, что трудовой договор от 20 июня 2019 года, сторонами которого являются ООО «Маркуз» и ФИО3, является незаключенным, у суда не имеется. Представленные Обществом докладные, объяснительные специалиста отдела кадров, акт и приказ по своему содержанию противоречат изложенным в них сведениям и подтверждают тот факт, что между истцом и ответчиком был заключен трудовой договор. Следовательно, оснований для удовлетворения встречного иска в ходе судебного разбирательства дела не установлено.

Довод представителя ответчика-истца ФИО2 о недоказанности начала осуществления ФИО3 трудовой деятельности с 20 июня 2019 года судом во внимание не принимается, поскольку опровергается совокупностью представленных в материалы дела доказательств. То обстоятельство, что маломерное судно «Мария» 20 июня 2019 года не передвигалось по акватории Авачинской губы не свидетельствует о том, что ФИО3 не приступил к исполнению своих трудовых обязанностей с указанной даты.

Разрешая исковые требования ФИО3 о взыскании задолженности по заработной плате, суд приходит к следующему.

В соответствии с абз. 5 ч. 1 ст. 21 ТК РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, количеством и качеством выполненной работы.

В силу абзаца 7 части второй статьи 22 ТК РФ, работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

Часть 1 статьи 129 ТК РФ определяет заработную плату работника как вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда. Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права (части 1 и 2 статьи 135 ТК РФ).

Согласно ст. 136 ТК РФ, заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца. Конкретная дата выплаты заработной платы устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором или трудовым договором не позднее 15 календарных дней со дня окончания периода, за который она начислена.

Пунктом 3.1 трудового договора предусмотрено, что работодатель обязан: выплачивать в полном объеме причитающуюся работнику заработную плату в сроки, установленные в соответствии с ТК РФ, правилами внутреннего трудового распорядка работодателя (расчет заработной платы происходит после окончания рыбалки из расчета десять рублей за килограмм выловленной продукции на бригаду на основании КТУ обозначенное бригадиром стана, окончанием рыбалки считается снятое сетеснастное оборудование, уложенное на длительное хранение с элементами консервации). 

В силу пунктов 4.1, 4.2 трудового договора, заработная плата установленная работнику составляет 10 рублей за килограмм выловленной продукции на бригаду на основании КТУ обозначенное бригадиром стана. Месячная заработная плата работника, отработавшего норму рабочего времени и выполнившего нормы труда (трудовые обязанности), не может быть ниже установленного минимального размера оплаты труда, рублей в месяц.

Согласно расчету, представленному истцом, заработная плата за период работы с 11 июля 2019 года по 11 сентября 2019 года составляет 416 701 рубль: 718 450 кг (общее количество выловленной рыбы) х 10 рублей (стоимость одного килограмма выловленной рыбы) : на 15 (количество человек в бригаде) = 478 966 рублей 67 копеек (заработная плата одного члена бригады) – подоходный налог 13% в размере 62 265 рублей 67 копеек.

Указанный расчет выполнен с учетом п. 4.1 трудового договора, проверен судом, признан правильным и ответчиком не оспорен. 

Между тем, суд считает необходимым скорректировать период окончания вылова рыбы, так как по данным рыбопромыслового журнала, вылов рыбы на РПУ № 1127 окончен 12 сентября 2019 года. Следовательно, период работы, связанный с вылов рыбы – с 11 июля 2019 года по 12 сентября 2019 года.

Учитывая, что доказательств, подтверждающих выплату истцу заработной платы, причитающейся ему за период с 11 июля 2019 года по 12 сентября 2019 года, ответчиком не представлено, требования истца о взыскании с ответчика заработной платы за указанный период в размере 417 061 рубль обоснованы и подлежат удовлетворению.

Довод ООО «Маркуз» об ином размере заработной платы в ходе судебного разбирательства настоящего дела не нашел своего подтверждения и отклоняется судом как необоснованный.

Разрешая исковое требование ФИО3 о взыскании с ООО «Маркуз» в его пользу задолженности по заработной плате за период с 20 июня 2019 года по 10 июля 2019 года в размере 20 919 рублей 18 копеек, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 4.2 трудового договора, месячная заработная плата работника, отработавшего за этот период норму рабочего времени и выполнившего нормы труда (трудовые обязанности), не может быть ниже установленного минимального размера оплаты труда рублей в месяц.

Согласно ст. 133 ТК РФ минимальный размер оплаты труда устанавливается одновременно на всей территории Российской Федерации федеральным законом и не может быть ниже величины прожиточного минимума трудоспособного населения.

Минимальный размер оплаты труда, установленный федеральным законом, обеспечивается другими работодателями за счет собственных средств.

Месячная заработная плата работника, полностью отработавшего за этот период норму рабочего времени и выполнившего нормы труда (трудовые обязанности), не может быть ниже минимального размера оплаты труда.

Согласно положениям ст. 133.1 ТК РФ в субъекте Российской Федерации региональным соглашением о минимальной заработной плате может устанавливаться размер минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации. Размер минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации устанавливается с учетом социально-экономических условий и величины прожиточного минимума трудоспособного населения в соответствующем субъекте Российской Федерации. Размер минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации не может быть ниже минимального размера оплаты труда, установленного федеральным законом.

Размер минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации обеспечивается другими работодателями за счет собственных средств.

Если работодатели, осуществляющие деятельность на территории соответствующего субъекта Российской Федерации, в течение 30 календарных дней со дня официального опубликования предложения о присоединении к региональному соглашению о минимальной заработной плате не представили в уполномоченный орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации мотивированный письменный отказ присоединиться к нему, то указанное соглашение считается распространенным на этих работодателей со дня официального опубликования этого предложения и подлежит обязательному исполнению ими. К указанному отказу должны быть приложены протокол консультаций работодателя с выборным органом первичной профсоюзной организации, объединяющей работников данного работодателя, и предложения по срокам повышения минимальной заработной платы работников до размера, предусмотренного указанным соглашением.

Федеральным законом от 25.12.2018 № 481-ФЗ "О внесении изменения в статью 1 Федерального закона "О минимальном размере оплаты труда" с 01 января 2019 года установлен минимальный размер оплаты труда в сумме 11 280 рублей в месяц.

В соответствии с п. 2.2 Регионального соглашения "О минимальной заработной плате в Камчатском крае на 2019 год" (вместе с "Предложением работодателям, осуществляющим деятельность на территории Камчатского края, о присоединении к региональному Соглашению "О минимальной заработной плате в Камчатском крае"), для работников, осуществляющих трудовую деятельность в организациях, расположенных на территории Камчатского края, минимальная заработная плата с 1 января 2019 года устанавливается в размере 11 280 рублей.

В силу п. 2.3 указанного Регионального соглашения, при оплате труда работникам, осуществляющим трудовую деятельность в организациях, расположенных на территории Камчатского края, к минимальной заработной плате, установленной в пункте 2.2 настоящего Соглашения, применяются районные коэффициенты и процентные надбавки к заработной плате, установленные в соответствии со ст. ст. 315, 316, 317 ТК РФ, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и Камчатского края.

Камчатский край (ранее – Камчатская область) включен в Перечень районов Крайнего Севера и местностей, приравненных к районам Крайнего Севера, утвержденный Постановлением Совета Министров СССР от 10.11.1967 № 1029, к заработной плате работников применяется коэффициент в размере 1,6.

Указом Президиума ВС СССР от 26.09.1967 № 1908-VII "О расширении льгот для лиц, работающих в районах Крайнего Севера и в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера" надбавка к месячному заработку (без учета районного коэффициента и вознаграждения за выслугу лет) в районах Крайнего Севера составляет 10 процентов по истечении первых шести месяцев работы, с увеличением на 10 процентов за каждые последующие шесть месяцев работы, а по достижении шестидесятипроцентной надбавки - 10 процентов за каждый последующий год работы.

Согласно расчету, представленному истцом, заработная плата истца за период с 20 июня 2019 года по 10 июля 2019 года составляет 20 919 рублей 18 копеек. Расчет произведен истцом исходя из того, что в указанный период времени работнику гарантировался минимальный уровень заработной платы (Приказ Минтруда от 24.08.2018 № 550н и регионального соглашения, заработная плата для Камчатского края составляет 27 072 рубля) 27 072 рубля (размер заработной платы в месяц) : 22 (количество рабочих дней в месяце) х 17 (количество отработанных дней в месяце). 

Суд не находит оснований согласиться с представленным истцом расчетом, поскольку минимальный размер заработной платы рассчитан исходя из максимального размера процентной надбавки к заработной плате – 80%. Однако истец прибыл на работу в Камчатский край из 

<

адрес> (г. 

<

адрес>), данные о процентной надбавке, которая была им заработана к моменту трудоустройства в ООО «Маркуз» у суда отсутствуют, соответственно, сумма минимального размера оплаты труда подлежит исчислению без учета процентной надбавки, и за период с 20 июня 2019 года по 10 июля 2019 года составит 12 133 рубля 27 копеек (11280х1,6=18048/22х17-13%). Соответственно, данная сумма подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

Разрешая исковое требование о взыскании с ответчика-истца в пользу истца-ответчика заработную плату за период с 13 сентября 2019 года по 03 октября 2019 года в связи с простоем и не допуском к рабочему месту в размере 17736 рублей 69 копеек, а за период с 03 октября 2019 года по 05 февраля 2020 года в размере 107360 рублей, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 3 ст. 72.2 ТК РФ под простоем понимается временная приостановка работы по причинам экономического, технологического, технического или организационного характера.

В силу части первой статьи 157 ТК РФ время простоя по вине работодателя оплачивается в размере не менее двух третей средней заработной платы работника.

По смыслу норм трудового законодательства простой по вине работодателя возникает в случае, когда вызвавшие его причины находятся в сфере контроля работодателя, который может непосредственно влиять на их существование.

Как изложено выше, судом определен период окончания ФИО3 работ в ООО «Маркуз» – 02 октября 2019 года.

Изучив и проанализировав обстоятельства дела в совокупности с представленными в материалы дела доказательствами и приведенными нормами права, суд считает, что в период с 13 сентября 2019 года по 02 октября 2019 года простоев в работе у истца-ответчика не было, поскольку в указанные дни ФИО3 осуществлял трудовую функцию: по окончанию вылова водных биоресурсов он в составе бригады на РПУ № 1127 выполнял работы по снятию сетей, уборке лагеря и т.д., после чего в составе бригады был доставлен на базу ООО «Маркуз» в Елизовский район, где продолжил разборку снастей и оборудования вплоть до отъезда в г. 

<

адрес>. А с учетом даты окончания работ (02 октября 2019) оснований полагать, что по настоящее время ООО «Маркуз» допущен простой, у суда оснований не имеется, соответственно, отсутствуют основания для оплаты времени простоя.

Вместе с тем, поскольку с 13 сентября 2019 года по 02 октября 2019 года ФИО3 осуществлял трудовую деятельность в ООО «Маркуз», принимая во внимание, что вылов водных биоресурсов, согласно данным промыслового журнала, был окончен 12 сентября 2019 года, суд полагает возможным рассчитать заработную плату ФИО3 на основании пункта 4.2 трудового договора в минимальном размере, которая за период с 13 сентября 2019 года по 02 октября 2019 года составит 11932 рубля 86 копеек (11280х1,6=18048/25х19-13%). Соответственно, данная сумма подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

Разрешая исковое требование о взыскании с ООО «Маркуз» в пользу ФИО3 процентов за невыплату заработной платы за период с 20 июля 2019 года по день вынесения решения суда с правом требования неустойки по день фактической выплаты заработной паты в размере 33774 рубля 85 копеек, суд приходит к следующему.

Согласно части 1 статьи 142 ТК РФ работодатель и (или) уполномоченные им в установленном порядке представители работодателя, допустившие задержку выплаты работникам заработной платы и другие нарушения оплаты труда, несут ответственность в соответствии с данным кодексом и иными федеральными законами.

Правила материальной ответственности работодателя за задержку выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, содержатся в статье 236 ТК РФ. 

В соответствии с частью 1 статьи 236 ТК РФ при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Учитывая, что заработная плата ответчиком не выплачивалась, в соответствии со ст. 236 ТК РФ в пользу истца подлежит взысканию неустойка за период с 20 июля 2019 года по день вынесения решения суда – 18 мая 2020 года.

Проверив правильность составленного истцом расчета процентов за невыплату заработной платы, суд не находит оснований с ним согласиться и производит собственный расчет:

Сумма 

с 

по 

Кол-во дней 

Ставка 

Доля ставки 

Формула 

Сумма 

12133,27 

20.07 

28.07 

9 

7,5 

1/150 

12133,27*9*1/150*7,5% 

54,60 

12133,27 

29.07 

08.09 

42 

7,25 

1/150 

12133,27*42*1/150*7,25% 

246,31 

12133,27 

09.09 

27.10 

49 

7,0 

1/150 

12133,27*49*1/150*7% 

277,45 

12133,27 

28.10 

15.12 

49 

6,5 

1/150 

12133,27*49*1/150*6,5% 

257,63 

12133,27 

16.12 

09.02 

56 

6,25 

1/150 

12133,27*56*1/150*6,25% 

283,11 

12133,27 

10.02 

26.04 

77 

6,0 

1/150 

12133,27*77*1/150*6% 

373,71 

12133,27 

27.04 

18.05 

22 

5,5 

1/150 

12133,27*22*1/150*5,5 

97,88 

417061 

03.10 

27.10 

25 

7,0 

1/150 

417061*25*1/150*7% 

4865,72 

417061 

28.10 

15.12 

49 

6,5 

1/150 

417061*49*1/150*6,5% 

8855,60 

417061 

16.12 

09.02 

56 

6,25 

1/150 

417061*56*1/150*6,25% 

9731,42 

417061 

10.02 

26.04 

77 

6,0 

1/150 

417061*77*1/150*6% 

12645,48 

417061 

27.04 

18.05 

22 

5,5 

1/150 

417061*22*1/150*5,5 

3364,30 

11932,86 

03.10 

27.10 

25 

7,0 

1/150 

11932,86*25*1/150*7% 

139,22 

11932,86 

28.10 

15.12 

49 

6,5 

1/150 

11932,86*49*1/150*6,5% 

253,37 

11932,86 

16.12 

09.02 

56 

6,25 

1/150 

11932,86*56*1/150*6,25% 

278,43 

11932,86 

10.02 

26.04 

77 

6,0 

1/150 

11932,86*77*1/150*6% 

367,53 

11932,86 

27.04 

18.05 

22 

5,5 

1/150 

11932,86*22*1/150*5,5% 

96,26 

ИТОГО: 

42188,02 

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию 42 188 рублей 02 копейки в счет уплаты процентов за невыплату заработной платы за период с 20 июля 2019 года по 18 мая 2020 года, а также проценты за невыплату заработной платы, начиная с 19 мая 2020 года по день фактической выплаты заработной платы, в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки заработной платы.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Поскольку в судебном заседании установлен факт нарушения ответчиком трудовых прав истца в связи с невыплатой заработной платы, несвоевременного увольнения, невыдаче трудовой книжки, что, безусловно, причинило истцу моральный вред, требование истца о взыскании компенсации такого вреда обосновано и подлежит удовлетворению.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд, принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, объем и характер причиненных истцу нравственных страданий, степень вины работодателя, длительность нарушения трудовых прав истца, а также учитывая принципы разумности и справедливости, взыскивает с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.

Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере, суд не усматривает.

Согласно статье 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины, издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии с 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" к судебным издержкам относятся расходы, которые понесены лицами, участвующими в деле, включая третьих лиц, заинтересованных лиц в административном деле (ст. 94 ГПК РФ, ст. 106 АПК РФ, ст. 106 КАС РФ). Расходы на оформление доверенности представителя также могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу. 

Как следует из подлинника нотариальной доверенности № 65 АА 0845438 от 31 октября 2019 года, доверенность выдана ФИО3 на ведение ФИО1 его уголовных, гражданских и административных дел во всех судах, в органах государственной власти и местного самоуправления, во всех государственных и муниципальных органах, во всех организациях и учреждениях. 

Поскольку ФИО3 не доказана связь между понесенными издержками по оформлению доверенности и конкретным делом, рассматриваемым в суде с участием его представителя ФИО1, требования ФИО3 о взыскании с ООО «Маркуз» расходов по оформлению доверенности в размере 2 200 рублей не подлежат удовлетворению.

В соответствии со ст.103 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 8633 рублей 15 копеек (8033,15+300,0+300,0) в доход местного бюджета от уплаты которой истец был освобождён.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

р е ш и л:

Исковые требования ФИО3 к обществу с ограниченной ответственностью «Маркуз» о взыскании задолженности по заработной плате, неустойки за невыплату заработной платы, судебных расходов, компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Маркуз» в пользу ФИО3 заработную плату за период с 11 июля 2019 года по 12 сентября 2019 года в размере 417 061 рубль (с учетом 13% налога), заработную плату за период с 20 июня 2019 года по 10 июля 2019 года в размере 12133 рубля 27 копеек (с учетом 13% налога), заработную плату за период с 13 сентября 2019 года по 02 октября 2019 года в размере 11932 рубля 86 копеек (с учетом 13% налога), проценты за невыплату заработной платы с 20 июля 2019 года по 18 мая 2020 года в размере 42188 рублей 02 копейки, компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей, а всего взыскать 493 315 рублей 15 копеек.

Взыскивать с Общества с ограниченной ответственностью «Маркуз» в пользу ФИО3 проценты за невыплату заработной платы, начиная с 19 мая 2020 года по день фактической выплаты заработной платы, в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки заработной платы.

В удовлетворении исковых требований ФИО3 о взыскании с Общества с ограниченной ответственностью заработной платы за период с 20.06.2019 по 10.07.2019 в размере 8785 рублей 91 копейки, заработной платы за период с 13.09.2019 по 03.10.2019 в размере 5803 рубля 83 копейки, заработной платы за период с 03.10.2019 по 05.02.2020 в размере 107360 рублей 54 копеек, процентов за невыплату заработной платы в размере 265 рублей 81 копейки, судебных расходов в размере 2200 рублей – отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Маркуз» государственную пошлину в доход бюджета Елизовского муниципального района в размере 8 633 рубля 15 копеек.

В удовлетворении встречного искового заявления Общества с ограниченной ответственностью «Маркуз» к ФИО3 о признании срочного трудового договора незаключенным – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Камчатский краевой суд через Елизовский районный суд Камчатского края в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме - 26 мая 2020 года.

Судья подпись С.С. Бондаренко 

Копия верна Судья С.С. Бондаренко