РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

25 июня 2019 года г. Самара

Железнодорожный районный суд г.Самары в составе:

председательствующего судьи Александровой Т.В.,

при секретаре Котовой А.Р.,

с участием истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело № по иску ФИО1 к Палате адвокатов 

<

адрес> о признании решения Совета Палаты адвокатов 

<

адрес> незаконным, восстановлении статуса адвоката,

установил:

ФИО1 обратилась в Железнодорожный районный суд 

<

адрес> с иском к ПАСО о признании решения Совета Палаты адвокатов 

<

адрес> незаконным, восстановлении статуса адвоката, в обоснование своих требований указав, что решением Совета ПАСО от ДД.ММ.ГГГГ №/СП по дисциплинарному производству в ее отношении применена мера дисциплинарной ответственности в виде прекращения статуса адвоката. Считает выводы Совета ПАСО необоснованными. Поводом для возбуждения дисциплинарного производства послужила жалоба ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ, которая на тот момент подозревалась в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ. В жалобе ФИО4 указывала на ненадлежащее исполнение адвокатом ФИО1 профессиональных обязанностей, что выразилось в формальном присутствии защитника по назначению при производстве ее допроса в качестве подозреваемой ДД.ММ.ГГГГ. Квалификационная комиссия сделала выводы, что она, ФИО1, уклонилась от обязанности по защите законных прав и интересов доверителя и предательство его интересов. Не среагировала на нарушение прав подзащитной в части недопустимости производства следственного действия в ночное время, не разъяснила доверителю правовых последствий дачи подробных показаний, пассивно подписала протокол следственного действия без принесения каких-либо замечаний, без заключения соглашения об оказании юридической помощи. Она направила в ПАСО подробные объяснения, указав, что не может предоставить соглашение, что гонорара за участие в следственном действии ей выплачено не было, ФИО4 на связь с ней не выходила. Ее, ФИО1, уведомили о дате заседания Квалификационной комиссии, на которое она не явилась, т.к. находится в отпуске по уходу за ребенком, ДД.ММ.ГГГГ г.р., в связи с чем не могла участвовать в рассмотрении дисциплинарного дела. Фактические обстоятельства ответчиком установлены неверно. При ее участии в качестве защитника подозреваемая ФИО4 дала признательные показания. Перед началом допроса у них было свидание наедине, и она разъяснила ФИО3 положения ст. 51 Конституции РФ, настоятельно рекомендовала воспользоваться положениям данной статьи. Однако ФИО4 в категоричной форме отказалась, пояснив, что следствием собрано достаточно доказательств ее причастности к совершению вменяемого ей преступления, и она желает давать признательные показания для смягчения в последующем наказания. Убедить в обратном ФИО4 она не смогла. Занимать позицию вопреки воле доверителя, адвокат не вправе. Она, ФИО1, сожалеет о случившемся и раскаивается в проступке по факту незаключения письменного соглашения об оказании юридической помощи со своим доверителем. Вместе с тем, она имеет статус адвоката с 

<

данные изъяты> года, является председателем 

<

данные изъяты> городской коллегии адвокатов № 

<

адрес>, с уважением относится к коллегам, активно участвует в деятельности своей коллегии, отмечена в ПАСО, как адвокат, имеющая в практике оправдательный приговор по ч. 2 ст. 105 УК РФ, ранее к дисциплинарной ответственности не привлеклась. В данной связи считает мера дисциплинарной ответственности в виде прекращения статуса адвоката не соответствует тяжести совершенного проступка. Принятое Советом ПАСО решение полагает эмоциональным, а не взвешенным решением. Просит решение Совета ПАСО по дисциплинарному производству в ее отношении от ДД.ММ.ГГГГ №/СП о прекращении статуса адвоката отменить и восстановить в отношении нее статус адвоката.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала. Дала пояснения, аналогичные изложенным в исковом заявлении. Дополнила, что процедура возбуждения дисциплинарного производства и принятия обжалуемого решения соблюдена. Решение оспаривает в связи с несоразмерностью, чрезмерной суровостью наказания. Соглашение на оказание юридической помощи ею не заключалось, оно было только в устной форме. Заявление у ФИО3 о том, что она желает давать признательные показания, она, ФИО1, не отобрала.

В судебном заседании представитель ответчика ПАСО – ФИО5, действующий на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, в удовлетворении заявленных требований просил отказать, поскольку процедура привлечения к дисциплинарной ответственности ФИО1 соблюдена. Свою виновность во вступлении в процесс без соглашения истец признает, ордер на вступление в дело выписан в отсутствие законных оснований, чем нарушен основополагающий принцип оказания помощи. Кроме того, истцом не выполнены рекомендации о получении письменного согласования позиции для случаев, когда подзащитный настаивает на даче признательных показаний, а адвокат - против. Применение к адвокату мер дисциплинарной ответственности, включая прекращение статуса адвоката, относится к исключительной компетенции Совета ПАСО. Голосование было единогласным. Допущенное ФИО1 нарушение, является грубейшим, подрывающим авторитет адвокатуры в целом, в связи с чем мера дисциплинарной ответственности является правомерной и обоснованной.

Выслушав пояснения участвующих в деле лиц, изучив материалы дела, суд полагает заявленных требований подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям. 

Осуществление адвокатской деятельности в РФ регулируется положениями Федерального закона от 31 мая 2002 года N 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации", Кодекса профессиональной этики адвоката, принятого первым Всероссийским съездом адвокатов 31 января 2003 года.

В соответствии с п. 4 ст. 7 Федерального закона от 31 мая 2002 года N 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" адвокат обязан соблюдать Кодекс профессиональной этики адвоката и исполнять решения органов адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации, принятые в пределах их компетенции.

За неисполнение либо ненадлежащее исполнение своих профессиональных обязанностей адвокат несет ответственность, предусмотренную настоящим Федеральным законом (п. 2 ст. 7 Федерального закона от 31 мая 2002 года N 63-ФЗ).

Согласно п. 7 ст. 3 Федерального закона от 31 мая 2002 года N 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" дисциплинарная ответственность наступает в случаях, когда адвокат: совершил поступок, порочащий честь и достоинство адвоката или умаляющий авторитет адвокатуры; не исполнил или исполнил ненадлежащим образом свои профессиональные обязанности перед доверителем; не исполнил решение органа адвокатской палаты, которое было принято в пределах его компетенции (подп. 5 - 6 п. 1 ст. 17 Закона). Крайней мерой дисциплинарного взыскания является прекращение статуса адвоката.

В силу п. 2 ст. 17 Федерального закона от 31 мая 2002 года N 63-ФЗ статус адвоката может быть прекращен по решению совета адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, в региональный реестр которого внесены сведения об адвокате, на основании заключения квалификационной комиссии при:

1) неисполнении или ненадлежащем исполнении адвокатом своих профессиональных обязанностей перед доверителем;

2) нарушении адвокатом норм кодекса профессиональной этики адвоката;

3) неисполнении или ненадлежащем исполнении адвокатом решений органов адвокатской палаты, принятых в пределах их компетенции.

Кодекс профессиональной этики адвоката устанавливает обязательные для каждого адвоката правила поведения при осуществлении адвокатской деятельности, основанные на нравственных критериях и традициях адвокатуры, на международных стандартах и правилах адвокатской профессии (ст. 1).

В силу ст. 18 Кодекса профессиональной этики адвоката нарушение адвокатом требований законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и настоящего Кодекса, совершенное умышленно или по грубой неосторожности, влечет применение мер дисциплинарной ответственности в виде замечания, предупреждения или прекращения статуса адвоката. 

В силу положений п. 4 ст. 18 Кодекса профессиональной этики адвоката меры дисциплинарной ответственности применяются только в рамках дисциплинарного производства в соответствии с процедурами, предусмотренными разделом 2 настоящего Кодекса. Применение к адвокату мер дисциплинарной ответственности, включая прекращение статуса адвоката, является предметом исключительной компетенции Совета. 

При определении меры дисциплинарной ответственности должны учитываться тяжесть совершенного проступка, обстоятельства его совершения, форма вины, иные обстоятельства, признанные Советом существенными и принятые во внимание при вынесении решения.

В соответствии с пп. 3 п. 2 ст. 17 ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" статус адвоката может быть прекращен по решению совета адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, в региональный реестр которого внесены сведения об адвокате, на основании заключения квалификационной комиссии при неисполнении или ненадлежащем исполнении адвокатом решений органов адвокатской палаты, принятых в пределах их компетенции.

Решение совета адвокатской палаты, принятое по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 настоящей статьи, может быть обжаловано в суд (п. 5 ст. 17 ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации").

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката, п. 1 ч. 1 ст. 7 Федерального закона от 31 мая 2002 года N 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" при осуществлении профессиональной деятельности адвокат обязан честно, разумно, добросовестно, квалифицированно, принципиально и своевременно исполнять свои обязанности, активно защищать права, свободы и интересы доверителей всеми не запрещенными законодательством средствами, руководствуясь Конституцией Российской Федерации, законом и настоящим Кодексом.

В соответствии со статьёй 25 ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" адвокатская деятельность осуществляется на основе соглашения между адвокатом и доверителем (ч. 1).

Соглашение представляет собой гражданско-правовой договор, заключаемый в простой письменной форме между доверителем и адвокатом (адвокатами), на оказание юридической помощи самому доверителю или назначенному им лицу (ч. 2).

Согласно пункту 4 Стандарта осуществления адвокатом защиты в уголовном судопроизводстве (принят VIII Всероссийским съездом адвокатов 20.04.2017) в рамках первого свидания с подозреваемым, обвиняемым адвокату следует получить согласие на оказание ему юридической помощи по соглашению, заключенному адвокатом с иным лицом;

Согласно абзацу 3 части 1 статьи 21 Кодекса профессиональной этики адвоката по поступлению документов, предусмотренных пунктом 1 статьи 20 настоящего Кодекса, адвокат обязан по запросу квалификационной комиссии представить в соответствующую адвокатскую палату субъекта Российской Федерации адвокатское производство, в том числе соглашение об оказании юридической помощи и документы о денежных расчетах между адвокатом и доверителем.

В соответствии с пп. 2 п. 1 ст. 20 Кодекса профессиональной этики адвоката поводом для возбуждения дисциплинарного производства является представление, внесенное в адвокатскую палату вице-президентом адвокатской палаты либо лицом, его замещающим.

Как установлено в судебном заседании на основании материалов дисциплинарного производства (л.д. 13-30), ДД.ММ.ГГГГ в Палату адвокатов 

<

адрес> поступило обращение ФИО3 (л.д. 14), в котором указано, что в ее отношении с 4 на ДД.ММ.ГГГГ было возбуждено уголовное дело по ч. 5 ст. 290 УК РФ. На допрос к старшему следователю ФИО6 был вызван дежурный адвокат ФИО1, в связи с чем просила сообщить вызывался ли данный адвокат через координационный центр ПАСО.

Согласно справке координационного центра субсидируемой юридической помощи ПАСО от ДД.ММ.ГГГГ, от следователя ФИО6 требование об участии адвоката в порядке ст. 50 УПК РФ не поступало (л.д. 15).

В тот же день у адвоката ФИО1 запрошены объяснения (л.д. 14 оборот).

ДД.ММ.ГГГГ адвокатом ФИО1 даны объяснения, согласно которым через центр субсидируемой юридической помощи ПАСО она не вызывалась. В дело вступила по просьбе бывшего клиента, занимающего руководящую должность в МЧС, которому ранее она оказывала юридическую помощь, и который попросил ее поучаствовать в первоначальном допросе в качестве защитника подозреваемой ФИО3, которая являлась его подчиненной. С ним было заключено соглашение об оказании юридической помощи при первоначальном допросе в качестве подозреваемой, представить которое она не может, поскольку доверитель ссылается на 

<

данные изъяты> личной жизни. До начала допроса она пообщалась с ФИО3, которая была не против ее участия в качестве защитника, они выбрали позицию защиты, обменялись данными, она передала ей свою визитку, после чего допросилась в качестве подозреваемой. Никаких претензий к оказанной юридической помощи ФИО4 не высказывала (л.д. 15 оборот).

ДД.ММ.ГГГГ вице-президентом ПАСО внесено представление о возбуждении дисциплинарного производства в отношении адвоката ФИО1 (л.д. 13 оборот).

Представление соответствует требованиям п. 2 ч. 1 ст. 20 Кодекса профессиональной этики адвоката. Обстоятельства, исключающие возможность возбуждения дисциплинарного производства, отсутствовали.

В силу п. 1 ст. 21 Кодекса профессиональной этики адвоката Президент адвокатской палаты субъекта Российской Федерации либо лицо, его замещающее, по поступлению документов, предусмотренных пунктом 1 статьи 20 настоящего Кодекса, своим распоряжением возбуждает дисциплинарное производство не позднее десяти дней со дня их получения.

В соответствии со ст. 21 Кодекса профессиональной этики адвоката ДД.ММ.ГГГГ Президентом Палаты адвокатов 

<

адрес> было вынесено Распоряжение № о возбуждении дисциплинарного производства в отношении адвоката ФИО1 (л.д. 16).

Во исполнение статей 19 – 21 Кодекса профессиональной этики адвоката, ДД.ММ.ГГГГ адвокату ФИО1 направлено распоряжение о возбуждении дисциплинарного производства с предложением предоставить в Квалификационную комиссию объяснения по фактам, изложенным в представлении, а также уведомление о дате, времени и месте рассмотрения дисциплинарного производства Квалификационной комиссией ПАСО (л.д. 16 оборот, 17).

ДД.ММ.ГГГГ от ФИО3 поступила жалоба, в которой указала, что адвокат ФИО1 при ее допросе с 4 на ДД.ММ.ГГГГ присутствовала формально, ее прав не разъяснила, что усложнило ее ситуацию по уголовному делу, просила провести проверку в отношении адвоката (л.д. 17 оборот, 18).

ДД.ММ.ГГГГ Квалификационной комиссией ПАСО дано заключение №/КК о наличии в действиях адвоката ФИО1 нарушений норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката, о неисполнении решений органов адвокатской палаты.

Квалификационная комиссия ПАСО пришла к выводам, что адвокат ФИО1 приняла участие в допросе ФИО3, не имея заключенного соглашения об оказании юридической помощи, в связи с чем правовые основания для вступления адвоката в дело отсутствовали, а ордер на вступление в дело выписан в отсутствие законных оснований. Адвокат ФИО1 действовала вопреки интересам ФИО3, вступила в дело по инициативе следователя, чем подорвала авторитет адвокатуры в целом и нанесла существенный репутационный вред. Действия адвоката ФИО1, не реагировавшей на нарушение прав подзащитной в части недопустимости производства следственного действия в ночное время, не разъяснившей доверителю правовых последствий дачи подробных показаний, образующих отягчающие обстоятельства квалифицированного состава деяния, расценены как уклонение от обязанности по защите законных прав и интересов доверителя и предательство его интересов (л.д. 23-25).

ДД.ММ.ГГГГ Советом ПАСО вынесено решение №/СП о применении к адвокату ФИО1 меры дисциплинарного ответственности в виде прекращения статуса адвоката, вследствие нарушения адвокатом норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката, неисполнения решений органов адвокатской палаты, чем нарушены нормы п. 1, 2 ст. 6, п. 1 ч. 1 ст. 7, ч. 1, 2 ст. 25 ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации", п. 1 ст. 8, ч. 1 ст. 21 Кодекса профессиональной этики адвоката (л.д. 27-29).

В соответствии с п. 2 ст. 25 Кодекса профессиональной этики адвоката в соответствии с Федеральным законом "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" решение Совета адвокатской палаты о прекращении статуса адвоката может быть обжаловано в суд в связи с нарушением процедуры его принятия лицом, привлеченным к дисциплинарной ответственности, в месячный срок со дня, когда ему стало известно или оно должно было узнать о состоявшемся решении.

Из выше приведенных материалов дисциплинарного производства следует, что процедура принятия решения Советом ПАСО состоялась в соответствии с требованиями закона, регламентирующими порядок принятия такого решения. О наличии нарушений данной процедуры истцом не заявлено, решение Совета ПАСО по процессуальным основаниям ФИО1 не оспаривается и основания для отмены решения в связи с нарушением процедуры его принятия отсутствуют.

Вместе с тем, согласно п. 5 ст. 17 ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" решение совета адвокатской палаты о прекращении статуса адвоката, принятое по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 настоящей статьи, может быть обжаловано в суд, в связи с чем судебной проверке подлежит и законность принятого Советом ПАСО решения.

В силу п. 2 ст. 17 ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" решение совета ПАСО принимается на основании заключения квалификационной комиссии, которое, согласно п. 14 ст. 23 Кодекса профессиональной этики адвоката должно быть мотивированным и обоснованным. В мотивировочной части заключения должны быть указаны фактические обстоятельства, установленные комиссией, доказательства, на которых основаны ее выводы, и доводы, по которым она отвергает те или иные доказательства, а также правила, предусмотренные законодательством об адвокатской деятельности и адвокатуре, настоящим Кодексом, которыми руководствовалась комиссия при вынесении заключения.

Из представленных материалов дисциплинарного производства следует, что Квалификационная комиссия, давая заключение Совету ПАСО, установила, что адвокат ФИО1 приняла участие в допросе ФИО3, не имея заключенного соглашения об оказании юридической помощи.

Отсутствие соглашения об оказании юридической помощи с ФИО3 признано ФИО1, что свидетельствует о нарушении ФИО1 требований ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" и Кодекса профессиональной этики адвоката, что соответственно, является основанием для привлечения истца к дисциплинарной ответственности.

Кроме того, Квалификационная комиссия установила, а Совет ПАСО принял во внимание при определении меры дисциплинарной ответственности, что адвокат ФИО1 действовала вопреки интересам ФИО3, вступила в дело по инициативе следователя, не реагировала на нарушение прав подзащитной в части недопустимости производства следственного действия в ночное время, не разъяснила доверителю правовых последствий дачи подробных показаний, образующих отягчающие обстоятельства квалифицированного состава деяния. Данный вывод Квалификационной комиссии также строится на отсутствии заключенного соглашения об оказании юридической помощи и доводах жалобы ФИО3

Однако, отсутствие соглашения об оказании юридической помощи, не подтверждает факта оказания юридической помощи ненадлежащего качества и вопреки интересам ФИО3

При этом заключение не содержит доводов, в силу которых отвергнуты объяснения ФИО1 о том, что до начала допроса она общалась с ФИО3, согласовала с ней позицию защиты и об отсутствии у ФИО3 после допроса к ней претензий по оказанной юридической помощи.

Следовательно, в данной части выводы Квалификационной комиссии не могут быть признаны мотивированными и обоснованными, а следовательно, данные обстоятельства не могли быть учтены Советом ПАСО при определении меры дисциплинарной ответственности.

В пункте 53 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", Верховным Судом РФ сформулирована правовая позиция, согласно которой, работодатель должен представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду, и если суд придет к выводу, что проступок действительно имел место, но увольнение произведено без учета вышеуказанных обстоятельств, иск может быть удовлетворен. 

Несмотря на то, что на правоотношения сторон нормы трудового законодательства не распространяются, суд полагает, что принцип соразмерности дисциплинарного взыскания тяжести дисциплинарного проступка, является универсальным по своей юридической природе и должен применяться и при привлечении к дисциплинарной ответственности адвокатов.

При проверке решения Совета ПАСО на предмет его соответствия требованиям п. 4 ст. 18 Кодекса профессиональной этики адвоката, обязывающего Совет при определении меры дисциплинарной ответственности учесть тяжесть совершенного проступка, обстоятельства его совершения, форму вины, иные обстоятельства, признанные Советом существенными и принятые во внимание при вынесении решения, суд полагает, что данные обстоятельства были учтены не в полной мере.

Так, в мотивировочной части решения Совета ПАСО отсутствуют сведения о том, что при решении вопроса о применении к истцу меры дисциплинарной ответственности, Совет выносил на обсуждение возможность применения менее строгой меры дисциплинарной ответственности, чем прекращение статуса адвоката. Ответчиком необоснованно не приняты во внимание данные, характеризующие личность истца, тот факт, что она имеет большой стаж работы адвокатом, совершение истцом дисциплинарного проступка впервые, отсутствие у истца ранее наложенных дисциплинарных взысканий.

Учитывая данные обстоятельства, а также принимая во внимание, что дисциплинарный проступок совершен ФИО1 в период беременности (л.д. 10, 11), суд находит, что применение к истцу самой строгой меры дисциплинарной ответственности в виде прекращения статуса адвоката является явно несоразмерным совершенному дисциплинарному проступку, ввиду чрезмерной суровости дисциплинарного взыскания.

При таких обстоятельствах, учитывая, что положения ст. 18 Кодекса профессиональной этики адвоката Советом ПАСО при принятии оспариваемого решения в полной мере учтены не были, требования истца о признании незаконным решения Совета ПАСО подлежат удовлетворению в части применения меры дисциплинарной ответственности в виде прекращения статуса адвоката.

Требования истца о восстановлении в ее отношении статуса адвоката заявлены излишне, в связи с чем удовлетворению не подлежат.

Решение совета ПАСО в части нарушения адвокатом ФИО1 норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката, неисполнения решений органов адвокатской палаты, является законным, поскольку, как указано выше, факт незаключения соглашения об оказании юридической помощи ФИО3 установлен бесспорно.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Признать незаконным решение Совета Палаты адвокатов 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №/СП в части применения к адвокату ФИО1 меры дисциплинарной ответственности в виде прекращения статуса адвоката.

В удовлетворении исковых требований в остальной части отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Самарский областной суд через Железнодорожный районный суд 

<

адрес> в течение месяца с даты составления мотивированного решения.

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий судья (подпись) Т.В. Александрова

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>