Мировой судья Курданов В.О. Дело № 10-1/2019 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

с. Усть-Большерецк Камчатского края 5 февраля 2019 года

Усть-Большерецкий районный суд Камчатского края в составе председательствующего судьи Архиповича А.А.,

при секретаре Никитиной Е.В.,

с участием помощника прокурора Усть-Большерецкого района Савельева А.И.,

оправданного ФИО1,

защитника – адвоката Чугуновой Е.Р., представившей удостоверение № 233 и ордер № 19 от 21.01.2019 года,

потерпевшего ФИО2,

представителя потерпевшего ФИО3,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя – старшего помощника прокурора Усть-Большерецкого района Камчатского края Заплутахина Д.В. и апелляционную жалобу потерпевшего ФИО2 на приговор мирового судьи судебного участка № 27 Усть-Большерецкого судебного района Камчатского края от 12 декабря 2018 года, которым:

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, гражданин РФ, со 

<

данные изъяты> образованием, работающий машинистом дизельных электростанций РА «Колхоз Красный труженик», состоящий в браке, невоеннообязанный, зарегистрированный и проживающий по адресу: 

<

адрес>, ранее не судимый,

по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ признан невиновным, на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ – оправдан, в связи с отсутствием в его деянии состава преступления,

Мера процессуального принуждения в отношении ФИО1 в виде обязательства о явке, отменена.

За ФИО1 признано право на реабилитацию.

Разрешен вопрос о вещественных доказательствах по делу.

Выслушав помощника прокурора Савельева А.И., потерпевшего ФИО2, представителя потерпевшего ФИО3, поддержавших апелляционное представление и апелляционную жалобу потерпевшего и просивших отменить приговор мирового судьи, уголовное дело направить на новое рассмотрение, оправданного ФИО1, защитника оправданного - адвоката Чугунову Е.Р., возражавшей против апелляционного представления и апелляционной жалобы, просивших приговор оставить без изменения, апелляционное представление и апелляционную жалобу - без удовлетворения, суд

У С Т А Н О В И Л:

Органами предварительного расследования в форме дознания ФИО1 обвинялся в угрозе причинением тяжкого вреда здоровью, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы, а именно, в том, что 24 мая 2018 года около 08 часов 35 минут, у ФИО1, находящегося в помещении кабинета механиков технологического оборудования, расположенного в административном здании РА «Колхоз Красный труженик», по адресу: 

<

...> в Усть-Большерецком районе Камчатского края, где в ходе давнего конфликта, произошедшего на почве личных неприязненных отношений с ФИО2, возник преступный умысел, направленный на угрозу причинения тяжкого вреда последнему.

Реализуя свои преступные намерения, ФИО1, 24 мая 2018 года, в период с 08 часов 35 минут до 08 часов 40 минут, находясь в помещении кабинета механиков технологического оборудования, расположенного в административном здании РА «Колхоз Красный труженик», по адресу: 

<

...> в Усть-Большерецком районе Камчатского края, предварительно взяв с собой отрезок металлической трубы, с целью психического воздействия на ФИО2, начал высказывать в отношении последнего устные угрозы причинения тяжкого вреда здоровью, выразившиеся в произношении слов: «я разобью тебе голову», сопровождая данные высказывания нецензурной бранью, после чего, в подтверждение своих угроз, нанес отрезком металлической трубы, находящейся у него в руке, удар по поверхности тумбы, расположенной в кабинете, при этом траектория удара прошла в непосредственной близости от головы, сидящего на стуле ФИО2

В результате своих умышленных преступных действий, ФИО1 породил у ФИО2 чувство страха, опасения за свою жизнь и здоровье, последний реально воспринимал данные угрозы причинения тяжкого вреда здоровью, со стороны ФИО1 и опасался их осуществления, боялся за свою жизнь и здоровье, имея на это все основания, с учетом агрессивного, возбужденного состояния ФИО1, интенсивности угроз, сопровождавшихся оскорблениями, нецензурной бранью, применением и демонстрацией отрезка металлической трубы.

В судебном заседании ФИО1 виновным себя не признал и показал, что 24 мая 2018 года около 08 часов 30 минут он находился на работе в здании РА «Колхоз Красный труженик», по адресу: 

<

...> в Усть-Большерецком районе Камчатского края. При пересменке его сменщик сообщил ему, что в ночь с 23 на 24 мая 2018 года в дизельную заходил ФИО2, что вызвало его возмущение в связи с тем, что ранее, после появления ФИО2 в дизельной и самовольного переключения оборудования, происходили негативные последствия, связанные с отключением электроэнергии в п. Паужетка. В связи с этим он, будучи возмущенным появлением ФИО2 в дизельной, решил обратиться к руководству по данному поводу, а именно к С.. После чего около 08 часов 30 минут 24 мая 2018 года он направился в кабинет С.. По пути ему попался лежащий на полу металлический швеллер для прокладки кабеля около 1 метра длиной, который он решил взять с собой, чтобы в дальнейшем использовать в хозяйственных целях в качестве основы для полок, что в последующем и сделал. Подойдя к кабинету ФИО4 и заглянув внутрь, он обнаружил, что С. нет на месте. Кабинет ФИО2 находился по соседству с кабинетом С., дверь в кабинет была открыта, в связи с чем, он решил пойти к нему напрямую и высказать свое возмущение, при этом металлический швеллер находился в его правой руке. Зайдя в кабинет ФИО2, он с ходу, ничего не говоря ударил швеллером по стоящей в кабинете тумбе, отчего та сломалась. ФИО2 при этом сидел на стуле, облокотившись правой рукой (локтем) на стол, стоящий справа от стула, тумба стояла слева от стула ФИО2. До момента удара о тумбу он (ФИО1) ничего не говорил, так как нанёс удар сразу после входа в кабинет. Ударил по тумбе лишь для того, чтобы выплеснуть отрицательную энергию, показать свою негативную реакцию. ФИО2 бить он не собирался, швеллер прошёл на расстоянии 30-40 см. от ФИО2, тот как сидел, облокотившись на стол, так и продолжил, никуда не уклонялся, так как в этом не было никакой необходимости. По его (ФИО1) оценке, если бы он хотел ударить ФИО2, то без труда попал бы в него, так как тот находился на незначительном удалении от него, не шевелясь, однако не сделал этого, так как ни бить, ни запугивать ФИО2 он не собирался. После удара по тумбе, он сказал ФИО2, чтобы тот не появлялся в дизельной, сопровождая свои высказывания бранью в его адрес. Каких-либо угроз в адрес потерпевшего не высказывал, ни до, ни после удара.

ФИО1 оправдан по приговору мирового судьи судебного участка № 27 Усть-Большерецкого судебного района Камчатского края от 12 декабря 2018 года в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ за отсутствием состава преступления, по предъявленному обвинению, изложенному в приговоре мирового суда.

Суд первой инстанции, исследовав в судебном заседании доказательства, приведенные в обвинительном акте и представленные государственным обвинителем в судебном заседании, пришел к выводу, что в большинстве своём основополагающими доказательствами, позволившими органам предварительного расследования выстроить динамику обвинения, являются устное заявление и показания потерпевшего ФИО2, пояснившего, что ФИО1 высказывал в его адрес слова угрозы причинением тяжкого вреда здоровью, которые он воспринял реально, так как эти слова подсудимый сопровождал демонстрацией металлического предмета.

Как установлено мировым судьёй при рассмотрении дела, между ФИО2 и ФИО1 имел место длительный конфликт, возникший на почве личных и рабочих взаимоотношений. О данных обстоятельствах поясняли как потерпевший, так и подсудимый, равно как и все свидетели по делу.

Совокупность представленных сторонами и исследованных доказательств по делу, не явилась достаточным основанием признать протокол принятия устного заявления и показания потерпевшего ФИО2 о том, что подсудимый ФИО1 высказывал в его адрес слова угрозы причинения тяжкого вреда здоровью, которые он воспринял реально, бесспорными, однозначно достоверными и положить их в основу вывода о совершении инкриминируемого ФИО1 деяния и виновности в его совершении.

Анализ собранных по делу доказательств, привел мирового судью к выводу об отсутствии в действиях ФИО1 инкриминируемого ему деяния и, руководствуясь конституционным принципом презумпции невиновности и толкования всех сомнений в пользу подсудимого, оправдал его на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в виду не установления состава преступления.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Заплутахин Д.А., не соглашаясь с приговором, находит его незаконным, необоснованным, выводы суда не соответствующим фактическим обстоятельствам дела, установленным в судебном заседании, считает, что виновность ФИО1 в инкриминируемом ему преступлении полностью доказана совокупностью представленных суду доказательств, приводит подробный анализ данных доказательств, указывает, что при постановлении приговора суд не дал оценку данным доказательствам, а ограничился только их перечислением.

По мнению автора апелляционного представления, показания ФИО1 противоречат обстоятельствам дела. В обжалуемом приговоре неверно указано, что зайдя в коридор со швеллером, ФИО1, видя, что в кабинет ФИО2 дверь открыта на распашку, изначально пошел в кабинет С., дверь в который была закрыта и чтобы заглянуть в него, ее пришлось открыть, после чего он (ФИО1) направился в кабинет к ФИО2. Таким образом, ФИО1 не мог визуально видеть, находящегося в кабинете ФИО2 и целенаправленно как это следует из представленной видеозаписи искать последнего, что еще раз свидетельствует о том, что ФИО1 не намеревался искать с., а искал ФИО2

Также, государственный обвинитель указывает, что слова угрозы причинения тяжкого вреда здоровью были высказаны ФИО1 в адрес ФИО2 одновременно с нанесением удара металлическим швеллером по тумбе, что подтверждается интенсивностью и стремительностью действий ФИО1

ФИО2 реально воспринял угрозу, испугался за свою жизнь и здоровье, несмотря на то, что со слов ФИО1, потерпевший крупнее подсудимого по телосложению.

Вместе с тем, также в апелляционном представлении, обращает внимание на то, что реакция на проявление угрозы может быть различной, в том числе и такой как у потерпевшего (встал со стула и направился сторону ФИО1, у которого в руках находился швеллер). ФИО2 таким способом пытался себя защитить от возможных дальнейших действий со стороны ФИО1, а не только в испуганном, скованном, подавленном состоянии, как на то указано в приговоре.

На протяжении всего периода следствия потерпевшим давались четкие, последовательные показания, которые у обвинения в своей достоверности сомнений не вызывали. Однако суд, ставя под сомнения оглашенные показания ФИО2 мер, направленных на его доставление в суд не принял, хотя располагал такой возможностью, тем самым нарушил принципы непосредственности и устности судебного процесса. В приговоре не указано, по каким причинам нет оснований не доверять показаниям потерпевшего.

В связи с чем, считая выводы суда противоречивыми и не соответствующими фактическим обстоятельствам дела, просил приговор отменить, постановив новый приговор.

В апелляционной жалобе потерпевший ФИО2, выражая несогласие с приговором, указал, что судом первой инстанции не дана правильная оценка доказательствам: видеозаписи, показаниям свидетелей Г., С., Р., К., которые в своей совокупности прямо указывают на совершение ФИО1 активных действий, направленных на высказывание в адрес потерпевшего угрозы причинения тяжкого вреда здоровью и создание условий для того, чтобы у него имелись все основания опасаться осуществления данной угрозы, с использованием при этом предмета, имеющего значительные поражающие свойства для здоровья и жизни потерпевшего – металлического швеллера.

Считал, что последовательность агрессивных действий ФИО1 при высказывании в его адрес угрозы: «Я разобью тебе голову» и демонстрации металлического швеллера, нанесением им удар по тумбе рядом с местоположением потерпевшего, свидетельствуют о совершении ФИО1 инкриминируемого ему преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ.

Кроме того, указал, что суд первой инстанции вынес обжалуемый приговор без принятия мер по получению от него (ФИО2) сведений о доказанности вины подсудимого ФИО1 и без позиции потерпевшего о необходимости назначения подсудимому уголовного наказания.

В связи с чем, полагал, приговор подлежащим отмене, как незаконный и необоснованный.

В возражениях на апелляционное представление и апелляционную жалобу защитник оправданного Чугунова Е.Р. считает приговор законным, обоснованным, мотивированным, просит его оставить без изменения, а апелляционное представление и апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы, возражения на них, суд апелляционной инстанции находит приговор мирового судьи законным и обоснованным.

Проанализировав все представленные доказательства, мировой судья пришел к правильному выводу о необходимости оправдания ФИО1 по предъявленному ему обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ в связи отсутствием в его деянии состава преступления.

Это решение полностью соответствует требованиям ст. 49 Конституции РФ.

В соответствии с требованиями ст. 17 УПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, исследованных в судебном заседании, руководствуясь при этом законом и совестью. Никакие доказательства не имеют заранее установленной силы.

Указанное требование закона в полной мере выполнено судом при постановлении оправдательного приговора. Равным образом судом выполнено требование закона, определенное ч. 1 ст. 88 УПК РФ, согласно которому каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела.

Как следует из протокола судебного заседания, суд первой инстанции исследовал все представленные доказательства, в соответствии с требованиями ст. 305 УПК РФ изложил в приговоре установленные им обстоятельства уголовного дела, основания оправдания ФИО1 и доказательства, подтверждающие эти основания.

Судом первой инстанции установлено, что 24 мая 2018 года ФИО1, узнав о том, что ранее ФИО2 находился в помещении дизельной, с целью разрешения конфликта решил обратиться к главному механику С. и 24 мая 2018 года около 08 часов 30 минут направился в его рабочий кабинет, подняв по пути швеллер, который планировал использовать в хозяйственных нуждах. Заглянув в кабинет ФИО4, и не обнаружив его, зашёл в рядом находящийся кабинет ФИО2 и сходу, в целях разрядки сильного эмоционального напряжения, нанёс один сильный удар швеллером по тумбе, стоящей возле стула, на котором сидел ФИО2 и, высказав претензии по поводу посещения последним дизельной, вступил с ним в кратковременный словесный конфликт, после которого по требованию ФИО2 покинул кабинет.

Основанием, по которому мировой судья пришел к выводу об отсутствии в действиях ФИО1 состава преступления, явилось отсутствие у потерпевшего восприятия реальности угрозы для его жизни и здоровья, а также отсутствие доказательств, подтверждающих умысел ФИО1, направленный на угрозу причинением тяжкого вреда здоровью ФИО2 

Суд апелляционной инстанции считает этот вывод мирового судьи правильным, поскольку ч. 1 ст. 119 УК РФ, устанавливающая ответственность за угрозу причинением тяжкого вреда здоровью, позволяет признавать составообразующим применительно к предусмотренному ею преступлению только такое деяние, которое совершается с умыслом, направленным на восприятие потерпевшим реальности угрозы и когда имеются объективные основания опасаться ее осуществления. Это предполагает необходимость в каждом конкретном случае уголовного преследования доказать не только наличие самой угрозы, но и то, что она была намеренно высказана с целью устрашения потерпевшего и в форме, дающей основания опасаться ее воплощения.

Стороной обвинения не представлено достоверных доказательств того, что ФИО1 действовал с прямым умыслом, что совершал такие действия, которые давали ФИО2 основания опасаться осуществления данной угрозы, так как поведение ФИО2, вставшего со стула и направившегося в сторону ФИО1, у которого в руках находился швеллер, не свидетельствует о реальности угрозы, в связи с чем, субъективная сторона ч. 1 ст. 119 УК РФ стороной обвинения не доказана.

Данные обстоятельства в полном объеме подтверждаются, в том числе видеозаписью, исследованной мировым судьей.

Доводы государственного обвинителя о том, что мировым судьей данному доказательству дана неверная оценка, являются несостоятельными, поскольку согласно ч. 1 ст. 17 УПК РФ судья оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью.

При этом, судом апелляционной инстанции также было исследовано данное доказательство и суд приходит к выводу, что оценка зафиксированным на записи событиям, в том числе поведению потерпевшего, дана мировым судьей верно.

Из показаний потерпевшего ФИО2, следует, что его отношения с коллегой по работе ФИО1 на протяжении 4 лет плохие, при этом у ФИО2 никаких претензий к ФИО1 нет и не было, но ФИО1, по мнению потерпевшего, считает, что ФИО2 препятствовал трудоустройству его супруги на РА «Колхоз Красный труженик». 24 мая 2018 года около 08 часов 30 минут, потерпевший находился в кабинете механиков технологического оборудования, расположенного на рыбзаводе РА «Колхоз Красный труженик» в 

<

...>, ждал пересменки, а именно своего напарника-сменщика, при этом сидел на стуле напротив входной двери. В этот момент в кабинет зашел (запрыгнул) ФИО1, у него в руке находилась металлическая труба, длиной около 1 метра. ФИО1 был недовольный и злой, сразу начал вести себя агрессивно, кричать и высказывать в его адрес претензии по поводу того, что он заходил в дизельную. По какой причине ФИО1 так стал говорить было не понятно, так как в дизельную ему заходить не запрещено. ФИО1 замахнулся в его сторону трубой со словами «я разобью тебе голову», однако он отклонил голову в сторону, и труба ударилась о тумбочку, стоявшую рядом со стулом, на котором он сидел, сломав деревянную крышку. В этот момент потерпевшему стало страшно за свою жизнь и здоровье, ФИО1 не успокаивался, ФИО2 сидел на стуле, находился в шоке после случившегося, далее он попросил ФИО1 выйти из кабинета, но тот не унимался и продолжал кричать на него, с одним и тем же упреком по поводу дизельной. Все происходило не более 5 минут. 

ФИО2 встал со стула и пошел в сторону подсудимого, после чего ФИО1 вышел из кабинета, забрав с собой трубу. ФИО2 сидел в кабинете и не мог от испуга прийти в себя, через некоторое время в кабинет зашел С. – главный механик предприятия, с которым они вместе направились к нему в кабинет, расположенный по соседству с кабинетом механиков технологического оборудования. В кабинет также зашел Г. – главный электромеханик предприятия. Придя в кабинет, они начали обсуждать рабочие моменты. Через некоторое время в кабинет главного механика зашел ФИО1 и опять начал кричать на ФИО2, выражаясь грубой бранью и высказывать в его адрес угрозы расправой, если он еще раз зайдет в дизельную. Однако каких-либо физических действий в отношении потерпевшего в тот момент не предпринял. После данного конфликта ФИО2 ушел, но, опасаясь за свою жизнь и здоровье, решил обратиться в полицию.

Как следует из видеозаписи помещения РА «Колхоз Красный труженик», 24 мая 2018 года в 8 часов 36 минут 50 секунд ФИО1 зашел в помещение коридора, где рядом находятся входы в кабинеты С. и ФИО2, со стороны, противоположной входу в кабинет ФИО2, дверь в который была открыта. Зайдя в коридор со швеллером, подсудимый, видя, что в кабинет ФИО2 дверь открыта нараспашку, изначально заглянул в кабинет С., дверь в который была закрыта, и чтобы заглянуть в него, её пришлось открыть, после чего он направился в кабинет ФИО2. При этом металлический швеллер находился в правой руке ФИО1 

При входе в кабинет ФИО1 с ходу взмахнул рукой со швеллером и нанес удар по какому-то предмету, находящимся в кабинете ФИО2 (данный предмет при просмотре не виден). При этом, сразу же в дверях появился потерпевший, который шел (напирая) навстречу подсудимому в сторону выхода из кабинета и что-то эмоционально ему говорил, а подсудимый при этом пятясь спиной выходит из кабинета, далее развернувшись, он ушел по направлению к лестнице. ФИО2 проследовал за ним, продолжая высказывания, после чего вернулся в кабинет, в это время к нему подошла Г.Ж., с которой у потерпевшего состоялся разговор, далее к ним подошла Д. и увела Г.Ж. в сторону. ФИО2 остался в кабинете, достал телефон, начал ходить по кабинету с телефоном в руке. В тот момент, когда ФИО1 заходил в кабинет ФИО2, в непосредственной близости находилась только свидетель К.. В кабинете ФИО2 – ФИО1 находился около 7 секунд. 

На второй записи, которая начинается в 8 часов 45 минут, видно, как в кабинете С. сидят двое мужчин, как стало известно - Г. и ФИО2, около 8 часов 48 минут в кабинет заходит ФИО1 и что-то говорит, после чего, спустя непродолжительное время, выходит в коридор, продолжая высказываться и уходит.

Судом апелляционной инстанции в судебном заседании визуально, как и мировым судьей при просмотре видеозаписи установлено, что ФИО2 больше по комплекции и не уступает физическим данным ФИО1

Действия ФИО1 при нанесении удара швеллером по предмету, находящему в кабинете ФИО2, носили, безусловно, противоправный характер, однако не образовывали в отношении него состав преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ. 

Таким образом, инцидент, исследованный в суде, фактически являлся следствием длительного конфликта ФИО1 и ФИО2, сопровождаемого взаимными оскорблениями, противоправными действиями и жалобами друг на друга.

По изложенным основаниям, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о недоказанности органом предварительного расследования наличия в действиях ФИО1 умысла, направленного на восприятие потерпевшим реальности угрозы для его жизни и здоровья, исходя из поведения самого потерпевшего - у него отсутствовали объективные основания опасаться за свою жизнь. 

Обстоятельствами дела установлено, что конфликт между ФИО1 и ФИО2 произошел в момент наибольшего скопления сотрудников организации на рабочем месте, поскольку в период с 08 часов 30 минут до 09.00 часов происходит «пересменка», в оживленном месте, в непосредственной близости от кабинета главного механика РА «Колхоз красный труженик», вследствие чего в представленных стороной обвинения доказательствах отсутствуют доказательства, подтверждающие, что высказанная, якобы, угроза причинением тяжкого вреда здоровью была реально воспринята потерпевшим, который в указанной ситуации мог опасаться нанесения ему данного вреда здоровью.

Наряду с указанным, обвинение не нашло своего полного подтверждения, поскольку не добыто доказательств субъективной стороны совершения ФИО1 преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ, то есть умышленности его действий, направленных именно на угрозу причинения тяжкого вреда здоровью в отношении ФИО2, поскольку из исследованных доказательств, целью ФИО1 было добиться от потерпевшего отказа посещать служебное помещение где расположены дизель – электростанции. Нанеся удар по тумбе, ФИО1 не преследовал цель на угрозу причинением тяжкого вреда здоровью, достаточных доказательств совершения им данного преступления при обстоятельствах, изложенных в обвинительном акте, не добыто.

Суд пришел к такому убеждению, исследовав представленные сторонами доказательства и установив фактические обстоятельства по делу. Само по себе только категорическое утверждение потерпевшего о том, что в рассматриваемой ситуации он реально был испуган за свою жизнь и здоровье, - не является безусловным основанием для установления наличия не только самого факта угрозы, но и реальности ее восприятия последним.

Кроме того, заслуживает внимания обстоятельство, установленное судом, что между ФИО1 и ФИО2 на протяжении длительного периода сложились неприязненные отношения, на почве чего между ними возникали ссоры, сопровождающиеся взаимными оскорблениями. Однако, никто из них никогда никаких конкретных действий на осуществление этих угроз (в том числе угроз причинения тяжкого вреда здоровью) не предпринимал. Как следует из просмотренной видеозаписи во время конфликта ФИО2 и ФИО1 вели себя агрессивно по отношению друг к другу. ФИО1, находясь в эмоционально-возбужденном состоянии, нанёс один удар по тумбе, после чего практически сразу же вышел из кабинета. ФИО2 встав со стула и направившись в сторону ФИО1, у которого в руках находился швеллер, стал в эмоциональном состоянии говорить что-то в адрес последнего, что свидетельствуют об отсутствии восприятия осуществления потерпевшим угрозы причинения тяжкого вреда здоровью реально.

Суд считает, слова угрозы, высказанные ФИО1 наряду с оскорблениями, не были направлены на запугивание потерпевшего, создание условий для осуществления этих угроз в реальности, а явились эмоциональным проявлением, обусловленным ссорой ввиду сложившихся длительных неприязненных отношений.

По изложенным основаниям, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что вопреки доводам жалобы и представления, выводы мирового судьи, изложенные в приговоре, соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом апелляционной инстанции, мировой судья, исследовав в совокупности все имеющиеся доказательства, в соответствии с требованиями закона принял обоснованное решение.

Показания потерпевшего и свидетелей при производстве предварительного расследования оглашены в судебном заседании в полном соответствии с требованиями статьи 281 УПК РФ.

Как следует из материалов уголовного дела, потерпевший извещался о времени и месте судебного разбирательства уголовно дела, вместе с тем, он не пожелал участвовать в судебном разбирательстве. В связи с этим были оглашены его показания в ходе предварительного следствия.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами представления о том, что суд неверно либо не полностью оценил доказательства, указанные в приговоре, что повлияло на его выводы при постановлении приговора как оправдательного. Все доказательства стороны обвинения судом исследованы полностью. Они приведены в приговоре и им дана надлежащая оценка.

Судебное разбирательство по делу проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, процессуальные права участников процесса были соблюдены в полном объеме. Право сторон, в том числе государственного обвинителя, на представление доказательств, судом не было ограничено. Каких-либо существенных нарушений уголовно-процессуального закона судом не допущено. Оснований для отмены оправдательного приговора суд апелляционной инстанции не усматривает. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор мирового судьи судебного участка № 27 Усть-Большерецкого судебного района Камчатского края от 12 декабря 2018 года в отношении ФИО1 по ч. 1 ст. 119 УК РФ, оставить без изменения, апелляционное представление и апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, установленном главами 47.1 и 48.1 УПК РФ.

Председательствующий судья А.А. Архипович