Дело №

РЕШЕНИЕ

 

именем Российской Федерации

11 мая 2017 года г. Черняховск

Калининградский гарнизонный военный суд в составе председательствующего Марчука А.А., при секретаре Покась А.П., с участием представителей истца ФИО4 и ФИО5, ответчика в открытом судебном заседании в помещении военного суда, рассмотрев гражданское дело по исковому заявлению командира войсковой части № о привлечении капитана ФИО1 к полной материальной ответственности, 

У С Т А Н О В И Л :

Командир части обратился в суд с иском о взыскании с ФИО1 272697 руб. 78 коп. в счет возмещения материального ущерба, причиненного в результате утраты военного имущества.

В обоснование заявленных требований командир части указал, что на командира 5 мотострелковой роты ФИО1 возложена материальная ответственность за имущество названного подразделения и, среди прочего, переданы под отчет боевые машины пехоты в комплектности. В июне 2016 года на указанной технике выявлена недостача прибора ночного наблюдения ТВНЕ-1ПА из комплекта поставки БМП-2 № № (строевой №); водооткачивающего насоса из комплекта поставки БМП-2 № № (строевой №); блока управления БУ-25-2С, водооткачивающего насоса, прибора ночного наблюдения ТВНЕ-1ПА, блоков вертикального и горизонтального управления ВН КУВ и ГН КУВ из комплекта поставки БМП-2 № №, общей стоимостью 272697 руб. 78 коп. По мнению истца, утрата перечисленных материальных средств произошла вследствие недобросовестного отношения к службе ФИО1, не обеспечившего их сохранность. На основании статьи 5 Федерального закона от 12 июля 1999 года № 161-ФЗ «О материальной ответственности военнослужащих» (далее - Закон) командир части настаивал на привлечении ответчика к полной материальной ответственности. 

Представители истца ФИО2 и ФИО3, каждый в отдельности, в суде исковые требования по приведенным выше мотивам поддержали и просили их удовлетворить.

Ответчик наличие в роте недостачи перечисленного в иске имущества и ее размер признал, однако с требованиями командира части не согласился, полагая себя ответственным лишь за утрату прибора ночного наблюдения из комплекта БМП-2 строевой №. В обоснование своей позиции ФИО1 заявил о том, что БМП-2 № № принималась им в разукомплектованном состоянии, а утерянный на момент проверки водооткачивающий насос из БМП-2 строевой № в настоящее время им самостоятельно восстановлен. 

Заслушав стороны, исследовав представленные доказательства, военный суд приходит к следующим выводам.

Акт проведения контрольных мероприятий по отдельным вопросам технического обеспечения войсковой части №, ведомости некомплекта и справка-расчет № удостоверяют то, что в июне 2016 года в 5 мотострелковой роте на БМП-2 № (строевой №) и № установлено отсутствие двух приборов ночного наблюдения ТВНЕ-1ПА, стоимостью 6501 руб. 71 коп. каждый, на БМП-2 № (строевой №) и № двух водооткачивающих насосов, стоимостью 4320 руб. 08 коп. каждый, а на №, помимо указанного, блока управления БУ-25-2С, стоимостью 87060 руб. 94 коп., и блоков вертикального и горизонтального управления ВН КУВ и ГН КУВ, стоимостью 81996 руб. 63 коп., каждый. Всего размер выявленного ущерба с учетом износа составил 272697 руб. 78 коп. Расчет стоимости проверен судом и является математически верным.

Из письменных объяснений военнослужащего ФИО1 следует, что в ноябре 2013 года принятая им БМП-2 № находилась в разукомплектованном состоянии, недостача водооткачивающего насоса и прибора ночного видения на двух других БМП-2 образовалось по причине их утраты на полигоне. 

Копии актов о результатах инвентаризаций, осуществленных в декабре 2013 и 2015 годов, содержат сведения о том, что боевые машины пехоты БМП-2 №, № и № приняты ФИО1 на ответственное хранение в комплектности. На момент проверок недостач не выявлено. 

В соответствии с выписками из приказов от ДД.ММ.ГГГГ № и от ДД.ММ.ГГГГ № командир войсковой части № обязал юрисконсульта части подготовить иск в суд в отношении ФИО1 на возмещение ущерба в размере 272697 руб. 78 коп. в связи с ненадлежащим выполнением тем должностных обязанностей.

Копии формуляров боевых машин БМП-2 № и № удостоверяют тот факт, что утраченное имущество входило в их комплект и срок его службы составил более 10 лет. Согласно акту технического состояния материальных ценностей прибор ТНВЕ-1ПА № не исправен, отнесен к четвертой категории, требует проведения ремонта по техническому состоянию. Дубликат формуляра боевой машины № сведений об идентифицирующих признаках блока управления БУ-25-2С, водооткачивающего насоса, прибора ночного наблюдения, блоков вертикального и горизонтального управления ВН КУВ и ГН КУВ не содержит.

Согласно представленным ответчиком экземплярам акта технического состояния, утвержденного командиром войсковой части № ДД.ММ.ГГГГ, при приеме им у ФИО6 БМП-2 № выявлено отсутствие в ее комплекте водооткачивающего насоса, блоков БУ-25, блоков управления приводами ГН и ВН, прибора ТВНЕ-1ПА. 

Допрошенный в суде свидетель ФИО7 достоверность приведенных выше сведений подтвердил, показав, что при указанных в актах обстоятельствах передал ФИО1 боевую машину с перечисленными недостатками. При этом названное, а также иное отмеченное в актах технического состояния имущество было утрачено до принятия им БМП под свою материальную ответственность. Передача машин осуществлялась по их фактическому состоянию, информация о части отсутствующих материальных средств была внесена ими в виде рукописного текста в предварительно изготовленные печатным способом экземпляры акта технического состояния.

В соответствии с частью 1 статьи 28 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» военнослужащий, в зависимости от характера и тяжести совершенного им правонарушения, привлекается, в том числе, к материальной ответственности в соответствии с федеральными законами.

Статьей 3 Закона определено, что военнослужащие несут материальную ответственность за причиненный по их вине реальный ущерб. 

Статья 5 Закона предусматривает ответственность военнослужащих в полном размере ущерба в случае, когда он причинен военнослужащим, которому имущество было передано под отчет для хранения, перевозки, выдачи, пользования и других целей. При этом обязанность доказать факт причинения воинской части реального ущерба, а равно факт передачи под отчет военнослужащему имущества, а также наличие других вышеперечисленных условий возлагается на командира части. 

Согласно части 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Основываясь на исследованных доказательствах, суд полагает установленным, что ФИО1 в период службы приняты под отчет для хранения, выдачи и пользования БМП-2 № (строевой №), БМП-2 № (строевой №) и БМП-2 №. При этом первые две боевые машины были приняты им в надлежащем состоянии, однако часть материальных средств из комплектов их поставок была утрачена в результате ненадлежащего исполнения им своих должностных обязанностей. По приведенным выше мотивам суд находит требования истца в данной части обоснованными.

Заявления ответчика о восстановлении им водооткачивающего насоса на БМП-2 строевой № суд отвергает, поскольку объективных доказательств этого им не представлено. Несмотря на специально предоставленное судом для этого время, ФИО1 надлежащих мер по оформлению якобы произведенной установки ранее утраченного агрегата в отсутствие уважительных причин не предпринял, с соответствующим рапортом к командованию не обратился, возможности доступа специалистов к вверенной технике не обеспечил. Поскольку представленный им фотоматериал о работоспособности насоса не свидетельствует, суд находит ответчика ответственным за утрату соответствующего изделия.

Вместе с тем, определяя размер причиненного ответчиком ущерба, суд полагает необходимым снизить его на стоимость утраченного имущества из комплекта БМП-2 №. Согласующиеся между собой последовательные в данном вопросе объяснения ответчика, показания предупрежденного об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний свидетеля ФИО7, исследованные экземпляры актов технического состояния привели суд к выводу о том, что указанная единица техники была принята ФИО1 без имущества, утрата которого ему вменяется. При этом объяснение названными лицами рукописных указаний об отсутствии отдельных материальных средств тем, что реальный прием техники, повлекший внесение соответствующих дописок, осуществлялся по факту после формального изготовления печатных бланков, суд находит убедительным и признает соответствующие документы достоверными доказательствами, а экземпляр указанного акта, хранящийся в штабе части, отвергаю. Также суд доверяет заявлениям ФИО1 о том, что акты инвентаризаций в 2013 и 2015 году составлялись без реального обследования техники, поскольку, несмотря на признанные в том числе и истцом недостающие элементы БМП-2 №, в них содержатся сведения о пребывание ее в полной комплектности. Таким образом, факт передачи утраченных из последней из названных единиц техники материальных ценностей под отчет непосредственно ФИО1, а также его вина в их недостаче истцом доказаны не были. Иных доказательств, которые бы подтверждали обоснованность предъявляемых к ФИО1 в данной части претензий, истцом не представлено. 

На основании изложенного, суд считает необходимым привлечь ФИО1 к полной материальной ответственности и взыскать с него стоимость вверенного под отчет и утраченного военного имущества в размере 10821 руб. 79 коп., отказав в привлечении его к материальной ответственности в остальной части.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, военный суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление командира войсковой части № к ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать в пользу ФБУ-войсковая часть № с ФИО1 10821 (десять тысяч восемьсот двадцать один) руб. 79 коп., отказав истцу в удовлетворении остальной части заявленных требований на сумму 261875 руб. 99 коп. 

Решение может быть обжаловано в Балтийский флотский военный суд через Калининградский гарнизонный военный суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме - 12 мая 2017 года. 

Председательствующий: подпись