Дело № 2-1103/2019

64RS0048-01-2019-001745-80

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 сентября 2019 года г. Саратов

Фрунзенский районный суд г. Саратова в составе:

председательствующего судьи Александровой К.А., 

при секретаре судебного заседания Бадикове Д.И.,

с участием помощника прокурора Фрунзенского района г. Саратова Маслова Е.Т.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 ФИО13 к акционерному обществу «Страховое общество газовой промышленности» о взыскании страхового возмещения, процентов за пользование чужими денежными средствами, судебных расходов, 

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к акционерному обществу «Страховое общество газовой промышленности» (далее – АО «СОГАЗ») о взыскании страхового возмещения в размере 245610 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 22 июня 2018 года по 25 июня 2019 года в размере 18782,43 руб., расходов на оплату услуг представителя 20000 руб., почтовых расходов 479,89 руб. В обоснование заявленных требований указал, что, являясь сотрудником Саратовской таможни Приволжского таможенного управления Федеральной таможенной службы, относился к числу лиц, подлежащих обязательному государственному личному страхованию. В соответствии с государственным контрактом страховым случаем является получение застрахованным в связи с исполнением им служебных обязанностей в таможенных органах тяжкого телесного повреждения или менее тяжкого телесного повреждения. 07 октября 2017 года при следовании с места работы ФИО1 получил травму правого коленного сустава в связи с чем проходил лечение в ГУЗ «Саратовская городская поликлиника № 2» в период с 07 октября 2017 года по 03 ноября 2017 года. Актом служебного расследования комиссии Саратовской таможни от 25 декабря 2017 года установлено наличие причинно-следственной связи между полученной травмой и исполнением застрахованным лицом должностных обязанностей. Вместе с тем 22 июня 2018 года АО «СОГАЗ» принято решение об отказе в признании произошедшего события страховым случаем и осуществлении страховой выплаты, поскольку выводы служебного расследования работодателя сделаны без достаточного документального обоснования.

От представителя ответчика АО «СОГАЗ» поступили письменные возражения, в которых в удовлетворении исковых требований полагает необходимым отказать в полном объеме. Указывает на то, что согласно объяснениям ФИО1 от 23 ноября 2017 года последний, находясь на автомобильной стоянке Саратовской таможни, поскользнулся и ударился коленом правой ноги об асфальт. Очевидцев случившегося нет. В представленных документах содержатся противоречивые сведения о времени и месте наступления заявленного истцом события. Кроме того, зафиксированные при ультразвуковом исследовании правого коленного сустава от 11 октября 2017 года изменения структур сустава свидетельствуют о дегенеративно-дистрофическом и воспалительном процессах неопределенной давности происхождения, которые не могла сформироваться за четыре дня, а объем и характер изменений невозможен при описанном ФИО1 механизме получения травмы «упал на колено» и являются характерными для прогрессирования течения развивающихся на протяжении длительного времени последствий ранее полученных травм (микротравм, избыточных нагрузок). Также полагает заявленный истцом размер расходов на оплату услуг представителей не соответствующим критерию разумности. 

В судебном заседании представитель истца ФИО2, действующий на основании доверенности от 18 апреля 2019 года, исковые требования поддержал в полном объеме.

Представитель ответчика на основании доверенности от 20 сентября 2019 года ФИО3 в судебном заседании настаивала на отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований. 

Представитель Саратовской таможни - ФИО4, действующая на основании доверенности от 27 декабря 2018 года, в судебном заседании разрешение исковых требований ФИО1 оставила на усмотрение суда. 

Истец ФИО1 о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом, в судебное заседание не явился, ходатайств об отложении дела слушанием не поступало, в связи с чем суд считает возможным на основании ст. 167 ГПК РФ рассмотреть дело в отсутствие неявившегося лица. 

Заслушав объяснения участников процесса, заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования подлежат удовлетворению, изучив материалы дела, исследовав доказательства, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

В силу положений, закрепленных ст. 12 ГК РФ восстановлению подлежит нарушенное право, в том числе, путем возмещения убытков, иными способами, предусмотренными законом.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

На основании п. 1 ст. 934 ГК РФ по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая). Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключен договор.

Пунктом 1 ст. 969 ГК РФ определено, что в целях обеспечения социальных интересов граждан и интересов государства законом может быть установлено обязательное государственное страхование жизни, здоровья и имущества государственных служащих определенных категорий. Обязательное государственное страхование осуществляется за счет средств, выделяемых на эти цели из соответствующего бюджета министерствам и иным федеральным органам исполнительной власти (страхователям).

Обязательное государственное страхование осуществляется непосредственно на основании законов и иных правовых актов о таком страховании указанными в этих актах государственными страховыми или иными государственными организациями (страховщиками) либо на основании договоров страхования, заключаемых в соответствии с этими актами страховщиками и страхователями (п. 2 ст. 969 ГК РФ).

Согласно п. 4 ст. 969 ГК РФ правила, предусмотренные гл. 48 ГК РФ, применяются к обязательному государственному страхованию, если иное не предусмотрено законами и иными правовыми актами о таком страховании и не вытекает из существа соответствующих отношений по страхованию.

В силу п. 13 ст. 323 Федерального закона от 27 ноября 2010 года № 311-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации» должностные лица таможенных органов подлежат обязательному государственному личному страхованию за счет средств федерального бюджета. Объектами обязательного государственного личного страхования являются жизнь и здоровье должностных лиц таможенных органов.

Страховыми случаями по договору обязательного государственного личного страхования являются: 1) гибель (смерть) должностного лица таможенного органа (далее - застрахованный) в период службы его в таможенных органах либо до истечения одного года после увольнения из таможенных органов вследствие ранения (контузии), иных телесных повреждений, заболевания, которые получены им при исполнении служебных обязанностей; 2) установление застрахованному инвалидности в связи с исполнением служебных обязанностей в период его службы в таможенных органах либо до истечения одного года после увольнения из таможенных органов; 3) получение застрахованным в связи с исполнением им служебных обязанностей в таможенных органах тяжкого телесного повреждения или менее тяжкого телесного повреждения (п. 14 ст. 323 Федерального закона от 27 ноября 2010 года № 311-ФЗ).

На основании пп. 3 п. 15 ст. 323 Федерального закона от 27 ноября 2010 года № 311-ФЗ страховые суммы выплачиваются при наступлении страховых случаев, в том числе в случае получения застрахованным в связи с исполнением им служебных обязанностей в таможенных органах тяжкого телесного повреждения - в размере годового денежного содержания, а в случае получения менее тяжкого телесного повреждения - в размере полугодового денежного содержания.

Исходя из положений п. 17 ст. 323 Федерального закона от 27 ноября 2010 года №311-ФЗ годовое денежное содержание должностного лица таможенного органа, используемое для исчисления страховых сумм, определяется по последней замещаемой этим должностным лицом должности в таможенном органе и включает все виды денежных выплат, которые указанное лицо должно было бы получить в год наступления страхового случая.

Иные условия и порядок осуществления обязательного государственного личного страхования должностных лиц таможенных органов определяются договором между федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным в области таможенного дела (страхователь), и страховой организацией (страховщик). В указанный договор включаются положения о размерах страховых сумм, сроке действия договора, размере, сроке и порядке уплаты страховой премии (страхового взноса), правах, об обязанностях и ответственности страхователя и страховщика (п. 18 ст. 323 Федерального закона от 27 ноября 2010 года № 311-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации»). 

Судом на основании представленных по делу доказательств установлено и не оспаривается сторонами, что Федеральной таможенной службой (ФТС России) (страхователь) и АО «СОГАЗ» (страховщик) 28 декабря 2016 года заключен государственный контракт № 17WS0002/180 (далее – государственный контракт) на оказание услуг по обязательному государственному личному страхованию должностных лиц таможенных органов Российской Федерации на 2017 год (т. 1 л.д. 118-121).

Условиями указанного государственного контракта предусмотрено, что страховщик обязуется при наступлении страхового случая произвести страховую выплату застрахованному лицу (выгодоприобретателю), а страхователь обязуется уплатить страховой взнос в порядке и сроки, установленные контрактом (п. 1.2 контракта). Срок оказания услуг с 01 января 2017 года по 31 декабря 2017 года (п. 1.3 контракта). 

Объектами обязательного государственного личного страхования являются жизнь и здоровье должностных лиц таможенных органов РФ (п. 2.1 контракта). Застрахованными лицами по контракту являются должностные лица таможенных органов (п. 2.2 контракта). 

Положениями п. 3.1 вышеназванного контракта закреплено, что страховым случаем признается, в том числе получение застрахованным лицом в связи с исполнением служебных обязанностей: тяжкого телесного повреждения, которое влечет выплату страховой суммы в размере годового денежного содержания, менее тяжкого телесного повреждения, которое влечет выплату страховой суммы в размере полугодового денежного содержания (п. 3.1.3 контракта). 

Согласно п. 10.2 государственного контракта в зависимости от признания или не признания заявленного страхователем события страховым случаем, страховщик производит выплату либо отказывает в выплате страховой суммы в течение трех рабочих дней со дня получения всех документов в соответствии с Регламентом. При необходимости страховщик обращается к страхователю за получением дополнительной информации, консультации и разъяснений для решения вопроса о страховой выплате. 

Неотъемлемой частью контракта является Регламент проведения обязательного государственного личного страхования должностных лиц таможенных органов Российской Федерации (далее - Регламент).

Как следует из материалов дела и установлено судом, в соответствии с приказом Приволжского таможенного управления Федеральной таможенной службы от 25 августа 2011 года № 492-к ФИО1 принят на службу в таможенные органы Российской Федерации и назначен на должность младшего инспектора-водителя отделения таможенной охраны отдела таможенной охраны и оперативно-дежурной службы Саратовской таможни (т. 1 л.д. 79).

24 ноября 2014 года ФИО1 и Саратовской таможней заключен контракт о службе в таможенных органах Российской Федерации № 10413000/0108к/14 в должности младшего инспектора-помощника оперативного дежурного отдела оперативно-дежурной службы и таможенной охраны Саратовской таможни сроком на 3 года (т. 1 л.д. 65). 

На основании приказа Саратовской таможни от 14 ноября 2017 года № 476-к ФИО1 уволен с 23 ноября 2017 года со службы в таможенных органах РФ в соответствии с пп. 4 п. 2 ст. 48 Федерального закона от 21 июля 1997 года №114-ФЗ «О службе в таможенных органах Российской Федерации» (по окончании срока службы, предусмотренного контрактом) (т. 1 л.д. 80). 

Приказом Саратовской таможни от 15 августа 2017 года № 772 утверждены Правила внутреннего распорядка, служебного распорядка и Правила внутреннего трудового распорядка Саратовской таможни, определяющие обеспечение организации повседневной деятельности (т. 1 л.д. 13). 

Пунктом 2.5 Правил внутреннего трудового распорядка для отдельных сотрудников отдела оперативно-дежурной службы и таможенной охраны устанавливается исполнение должностных обязанностей в соответствии с графиком дежурства (сменности). Для сотрудников, обеспечивающих оперативно-дежурную службу в круглосуточном режиме, устанавливается: начало служебного времени с 08.30 часов, перерыв для питания (осуществляется поочередно) с 12.30 часов до 13.30 часов и с 19.00 часов до 20.00 часов, отдых осуществляется поочередно, продолжительностью не более 4 часов на одного сотрудника – с 22.00 часов до 06.00 часов, окончание служебного времени с 08.30 часов следующего дня, с учетным периодом один год (т. 1 л.д. 14-15). 

Судом также установлено, что в соответствии с графиком дежурств (сменности) сотрудников ООДС и ТО Саратовской таможни на октябрь 2017 года (изменений к нему) и табелем учета использования рабочего времени за период с 01 по 31 октября 2017 года, ФИО1 06 октября 2017 года в 08.30 часов заступил на суточное дежурство и выполнял свои должностные обязанности до окончания смены до 08.30 часов 07 октября 2017 года (т. 1 л.д. 147, 148-149).

Данные обстоятельства сторонами не оспариваются, доказательств обратного суду не представлено (ст. 56 ГПК РФ).

Как установлено в судебном заседании, 07 октября 2017 года в 09.55 часов истец обратился в ГУЗ «Саратовская городская поликлиника № 2» с жалобой о получении травмы колена в виде ушиба правого коленного сустава, указав, что данная травма получена им в 09.00 часов этого же дня, что подтверждается копией журнала регистрации обращений ГУЗ «Саратовская городская поликлиника № 2» (т. 1 л.д. 223). 

В медицинскую карту истца № 17/015164 ГУЗ «Саратовская городская поликлиника № 2» внесена запись: «07 октября 2017 года в 08.00 часов подвернул правое колено в быту» (т. 1 л.д. 84). 

В период с 07 октября 2017 года по 03 ноября 2017 года истец находился на лечении в ГУЗ «Саратовская городская поликлиника № 2» с диагнозом закрытая травма КСА правого коленного сустава, что следует из справки ГУЗ «Саратовская городская поликлиника № 2» ЛПО №4 ОНТиО (травмпункт), а также листка нетрудоспособности (т. 1 л.д. 82, 100). 

Из ответа АО «Клиника доктора ФИО5» от 19 июля 2019 года № 136 на запрос суда следует, что 11 октября 2017 года ФИО1 обращался в клинику, выполнено ультразвуковое исследование правового коленного сустава (т. 1 л.д. 75-76). 

В силу п. 1.5 Регламента, под телесным повреждением или иным вредом здоровью понимается одномоментное повреждение здоровья (увечье, ранение, травма, контузия), полученное в связи с исполнением служебных обязанностей. При телесных повреждениях, не повлекших стойкой утраты трудоспособности, выплата страховой суммы производится при представлении справки из лечебного учреждения, где проводилось лечение, с указанием полного диагноза телесного повреждения. В случае получения телесного повреждения застрахованный первично обращается в лечебное учреждение за установлением диагноза в срок не более двух суток с момента получения телесного повреждения, за исключением обоснованного объяснения задержки такого обращения (т. 1 л.д. 122-125). 

Из разъяснений, изложенных в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 марта 2011 года № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», в силу положений ст. 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ и ст. 227 ТК РФ несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть. 

При этом следует учитывать, что событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при следовании к месту служебной командировки и обратно, во время служебных поездок на общественном или служебном транспорте, а также при следовании по распоряжению работодателя (его представителя) к месту выполнения работы (поручения) и обратно, в том числе пешком, также может быть отнесено к несчастным случаям на производстве.

Данное положение нашло отражение и в пп. «е» п. 1.8 Регламента, предусматривающем под исполнением служебных обязанностей, в том числе следование к месту службы и обратно. 

23 ноября 2017 года истец обратился к начальнику Саратовской таможни ФИО6 с заявлением о проведении служебного расследования в связи с полученной им травмой (т. 1 л.д. 81). 

По факту совершившегося события, 23 ноября 2017 года истцом даны письменные объяснения, из которых следует, что 07 октября 2017 года утром после окончания смены суточного дежурства ФИО1 направился к своему автомобилю. В этот день шел дождь, из-за скользкого дорожного покрытия он поскользнулся возле своего автомобиля на стоянке Саратовской таможни и при падении ударился коленом правой ноги об асфальт. Поскольку у него сильно заболело колено, истец поехал в травмпункт. 

Актом служебного расследования страхового случая от 25 декабря 2017 года установлено получение ФИО1 травмы при исполнении служебных обязанностей. Противоправные действия, способствующие возникновению страхового случая, со стороны ФИО1 не производились. Комиссия признала наличие причинно-следственной связи между фактом телесного повреждения ФИО1 и исполнением им служебных обязанностей (т. 1 л.д. 101-102). 

26 декабря 2017 года начальник Саратовской таможни ФИО6 направил пакет документов служебного расследования по факту получения телесного повреждения должностным лицом Саратовской таможни ФИО1, который поступил АО «СОГАЗ» 15 января 2018 года (т. 1 л.д. 103, 126). 

18 января 2018 года АО «СОГАЗ» в адрес Саратовской таможни направлено уведомление № СГ-3559 о необходимости предоставления дополнительных документов, подтверждающих обоснованность требований (т. 1 л.д. 104-105).

Справкой начальника таможни ФИО6 от 29 мая 2018 года № 01-09-28/59 страховщику сообщено о получении младшим инспектором-помощником оперативного дежурного отдела оперативно дежурной службы и таможенной охраны ФИО1 повреждения здоровья, не повлекшего стойкой утраты трудоспособности, в связи с исполнением должностных обязанностей (т. 1 л.д. 127). 

Годовое денежное содержание ФИО1 составило 491220 руб., что подтверждается соответствующим расчетом (т. 1 л.д. 98), и не оспаривалось стороной ответчика в ходе судебного заседания. 

Письмом начальника Саратовской таможни ФИО7 от 31 мая 2018 года № 06-01-18/08779 в адрес страховщика направлены дополнительные документы по факту получения телесного повреждения должностным лицом Саратовской таможни ФИО1, который поступил АО «СОГАЗ» 20 июня 2018 года (т. 1 л.д. 106, 134). 

Ответом АО «СОГАЗ» от 22 июля 2018 года № СГ-57377 в осуществлении страховой выплаты отказано, поскольку не подтверждена причинно-следственная связь получения телесного повреждения застрахованным лицом с исполнением им служебных обязанностей (т. 1 л.д. 107-108). 

В ходе судебного разбирательства по ходатайству ответчика назначена комплексная судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено государственному учреждению здравоохранения «Бюро судебно-медицинской экспертизы министерства здравоохранения Саратовской области». 

Согласно заключению судебного эксперта от 14 августа 2019 года № 218 у ФИО1 имелась закрытая травма капсульно-связочного аппарата правого коленного сустава, которая образовалась от действия тупого твердого предмета, возможно при падении на область правого коленного сустава. Характер и механизм травмы, полученной ФИО1 07 октября 2017 года при обстоятельствах, указанных в материалах служебного расследования Саратовской таможни, соответствует изменениям в правом коленном суставе последнего, зафиксированным медицинской документацией, в том числе результатам обследований ГУЗ «СГП № 2», АО «Клиника Доктора ФИО5». Диагноз: «закрытая травма КСА правого коленного сустава», поставленный ФИО1 в связи с обращением 07 октября 2017 года в ГУЗ «СГП № 2» соответствует описанным симптомам. Зафиксированные в медицинских документах изменения в правом коленном суставе могли являться результатом дегенеративно-дистрофического процесса, то есть деформирующего остеоартроза, который вынесен в диагноз. Противоречий в данном случае нет, так как деформирующий остеоартроз после травмы может обостряться (или впервые проявиться). 

Оценивая заключение эксперта, суд учитывает, что судебная экспертиза проведена лицом, обладающим специальными познаниями для разрешения поставленных перед ним вопросов и имеющим значительный стаж работы; методы, используемые при экспертном исследовании, и сделанные по результатам исследования выводы обоснованы и ясны. Эксперт предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ. Доказательств, опровергающих данное экспертное заключение, в установленном законом порядке ответчиком не представлено.

При таких обстоятельствах оснований сомневаться в достоверности указанного экспертного заключения у суда не имеется.

Разрешая вопрос о том, при каких обстоятельствах истцом получены заявленные повреждения, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 в момент получения травмы следовал с места службы, что в силу п. 1.8 Регламента является осуществлением служебных обязанностей, доказательств получения истцом травмы при иных обстоятельствах ответчиком не представлено. Запись ГУЗ «СГП № 2», сделанная в медицинской карте пациента ФИО1, о времени и обстоятельствах получения травмы, опровергается иными представленными в материалы гражданского дела доказательствами, в том числе табелем учета рабочего времени, подтверждающим момент окончания рабочей смены истца 07 октября 2017 года, записью в журнале регистрации пациентов травмпункта ГУЗ «СГП № 2», материалами служебного расследования Саратовской таможни.

Принимая во внимание изложенное, исследовав все доказательства по делу с учетом их относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности (ст. 67 ГПК РФ), исходя из положений указанных выше правовых норм, установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу, что получением ФИО1 травмы, повлекшей временную утрату трудоспособности, находится в причинно-следственной связи с исполнением им служебных обязанностей должностного лица таможенного органа, что указывает на наступление страхового случая, предусмотренного п. 3.1.3 государственного контракта от 28 декабря 2016 года № 17WS0002/180. 

Таким образом, учитывая тяжесть телесного повреждения, полученного 07 октября 20017 года застрахованным лицом, исковые требования ФИО1 в части взыскания страхового возмещения с АО «СОГАЗ» в соответствии с положениями пп. 3 п. 15 ст. 323 Федерального закона от 27 ноября 2010 года № 311-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации» в размере 245610 руб. подлежат удовлетворению.

Разрешая требования истца о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 22 июня 2018 года по 25 июня 2019 года в размере 18782,43 руб. суд приходит к следующему. 

Исходя из положений раздела 8 государственного контракта, в случае просрочки исполнения обязательств, страховщик уплачивает по требованию страхователя пени в установленном размере. При этом возможность применения мер ответственности в части выплаты штрафа в пользу застрахованного лица не предусмотрена.

В силу ч. 1 ст. 395 ГК РФ, в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Учитывая, что отношения по обязательному государственному личному страхованию должностных лиц таможенных органов в части мер ответственности, применяемых к страховщику, не урегулированы специальным законом - Федеральным законом от 27 ноября 2010 года № 311-ФЗ, а также заключенным во исполнение данного закона государственным контрактом государственного контракта от 28 декабря 2016 года № 17WS0002/180, то к правоотношениям истца и АО «СОГАЗ», возникшим в связи с несвоевременной выплатой страхового возмещения застрахованному лицу, подлежат применению положения ст. 395 ГК РФ.

Принимая во внимание дату предоставления всех документов в соответствии с Регламентом (20 июня 2018 года), то выплата страхового возмещения на основании п. 10.2 государственного контракта должна быть произведена не позднее 25 июня 2018 года (3 рабочих дня), следовательно, начисление процентов за неправомерное удержание денежных средств начинается с 26 июня 2018 года. Таким образом, исходя из предмета заявленных требований, с АО «СОГАЗ» в пользу ФИО1 подлежат взысканию проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 26 июня 2018 года по 25 июня 2019 года в сумме 18587,29 руб.

В силу ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований. 

Квитанциями от 09 ноября 2018 года и от 24 апреля 2019 года подтвержден факт оплаты истцом 479,89 руб. за отправление претензий в адрес АО «СОГАЗ» с целью досудебного урегулирования спора по страховому случаю. 

На основании ст. 98 ГПК РФ, учитывая размер удовлетворенных требований истца, с АО «СОГАЗ» подлежат взысканию расходы по отправлению почтовой корреспонденции в размере 479,50 руб. 

Определением Фрунзенского районного суда г. Саратова от 09 августа 2019 года по настоящему делу назначена судебная экспертиза, производство которой поручено ГУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы министерства здравоохранения Саратовской области» расходы по оплате экспертизы возложены на ответчика.

Вместе с тем, как следует из ходатайства представителя экспертного учреждения, проведение экспертизы ответчиком не оплачено. Суд, учитывая, что исковые требования, в подтверждение которых назначена судебная экспертиза, удовлетворены в полном объеме, полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу экспертного учреждения ГУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы министерства здравоохранения Саратовской области» за проведение судебной экспертизы 11500 руб.

В соответствие с ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение, суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. 

В соответствии с п.п. 12, 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (ч. 1 ст. 100 ГПК РФ). При неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (ст.ст. 98, 100 ГПК РФ).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле.

Из материалов дела усматривается, что ФИО1 оплатил 20000 руб. за оказанные представительские услуги по договору на оказание юридических услуг от 17 апреля 2019 года. 

Учитывая объем правовой помощи, оказанной истцу, категорию и сложность рассматриваемого спора, принимая во внимание качество подготовки искового материала, продолжительность судебного разбирательства (представитель истца принимал участие в подготовке дела с судебному разбирательству и двух судебных заседаниях), суд полагает заявленную сумму расходов на оплату услуг представителя неотвечающей критерию разумности и в соответствии с правилом пропорционального распределения судебных расходов определяет к взысканию 5000 руб.

В силу ст. 98 ГПК РФ, исходя из размера удовлетворенных исковых требований, в доход бюджета муниципального образования «Город Саратов» с АО «СОГАЗ» следует взыскать государственную пошлину в сумме 5842 руб.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 ФИО14 к акционерному обществу «Страховое общество газовой промышленности» о взыскании страхового возмещения, процентов за пользование чужими денежными средствами, судебных расходов удовлетворить в части.

Взыскать с акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности» в пользу ФИО1 ФИО15 страховое возмещение в размере 245610 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 18587 руб. 29 коп., расходы на оплату юридических услуг – 5000 руб., почтовые расходы - 479 руб. 50 коп.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности» в доход бюджета муниципального образования «Город Саратов» государственную пошлину в размере 5842 руб.

Взыскать с акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности» в пользу государственного учреждения здравоохранения «Бюро судебно-медицинской экспертизы министерства здравоохранения Саратовской области» расходы на проведение судебной экспертизы 11500 руб.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Саратовский областной суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме через Фрунзенский районный суд г. Саратова.

Срок изготовления мотивированного решения суда – 25 сентября 2019 года.

Судья К.А. Александрова