ГСК: Дубинина А.И. № 44г-311/19

Турлаева В.Н. (докл.)

Шеховцовой Э.А.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

СУДА КАССАЦИОННОЙ ИНСТАНЦИИ

г. Ставрополь 15.08.2019

Президиум Ставропольского краевого суда в составе: 

председательствующего Козлова О.А.,

членов президиума: Бурухиной М.Н., Переверзевой В.А., Савина А.Н., Кудрявцевой А.В., Песоцкого В.В., Блинникова В.А.,

секретаря судебного заседания Ениной С.С.,

с участием заместителя прокурора Ставропольского края Гуськова А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, ФИО2 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов,

направленное в президиум определением судьи краевого суда Калоевой З.А. от 29.07.2019 по кассационной жалобе представителя ФИО3 – ФИО4 и от 07.08.2019 по кассационному представлению прокурора Ставропольского края на решение Петровского районного суда Ставропольского края от 24.12.2018 и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского краевого суда от 23.04.2019,

заслушав доклад судьи Савина А.Н.,

установил:

ФИО1 и Бодрый А.Л. обратились с иском к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, указав, что их несовершеннолетний сын Бодрый Р.А. погиб в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 19.06.2017 по вине водителя ФИО3, что установлено приговором Петровского районного суда от 21.06.2018. В результате смерти сына, произошедшего в результате использования ответчиком источника повышенной опасности, они перенесли значительные нравственные страдания. Просили взыскать с ответчика в пользу каждого из них компенсацию морального вреда в размере 1000000 рублей.

Решением Петровского районного суда Ставропольского края от 24.12.2018 данные исковые требования удовлетворены частично:

с ФИО3 взыскана в пользу ФИО1 и ФИО2 компенсация причиненного морального вреда в размере по 350 000 рублей каждому;

с С.С.НБ. в пользу Б.А.ЛБ. так же взысканы судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 5 000 рублей;

в удовлетворении остальной части предъявленных исковых требований отказано;

с С.С.НБ. в доход бюджета Петровского городского округа Ставропольского края взыскана государственная пошлина в размере 300 рублей.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского краевого суда от 23.04.2019 решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе, поступившей в краевой суд 17.06.2018, представитель ФИО3 – ФИО4, а так же в поступившем в краевой суд 06.08.2019 кассационном представлении прокурор Ставропольского края, ставят вопрос об отмене обжалуемых судебных постановлений в связи с неправильным применением судом норм материального права.

Данное гражданское дело было истребовано в краевой суд и передано для рассмотрения по существу в президиум краевого суда.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и кассационного представления, заслушав представителя ФИО3 – ФИО4, поддержавшую кассационную жалобу, заместителя прокурора Ставропольского края Гуськова А.С., просившего представление удовлетворить и полагавшего обжалуемое апелляционное определение подлежащим отмене, ФИО1 и ФИО2, просивших обжалуемые судебные постановления оставить без изменения, президиум краевого суда находит, что имеются основания для отмены апелляционного определения с направлением дела на новое рассмотрение.

В соответствии с требованиями ст. 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГПК РФ) основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Такого характера нарушения были допущены судом апелляционной инстанции при рассмотрении настоящего гражданского дела.

Как установлено судами и следует из материалов дела вступившим в законную силу приговором Петровского районного суда Ставропольского края от 21.06.2018 ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, в связи с нарушением как лицом, управлявшим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшего по неосторожности смерть несовершеннолетнего ФИО5, родителями которого являются истцы ФИО1 и Бодрый А.Л.

Приговором суда установлено, что ФИО3 в момент дорожно-транспортного происшествия управлял технически исправным автомобилемКО-456-16 на шасси МАЗ-4, государственный регистрационный знак «…», принадлежащим ООО «…».

Разрешая возникший между сторонами спор, суд первой инстанции исходил из того, что поскольку в результате совершенного ФИО3 преступления, повлекшего смерть несовершеннолетнего ФИО5, его родителям причинены нравственные страдания, то они имеют право на компенсацию морального вреда, которая подлежит взысканию с ответчика ФИО3 

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.

Вместе с тем указанные выводы основаны на неправильном применении норм материального права. 

В соответствии с п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и тому подобное, осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В силу п. 2 ст. 1079 ГК РФ владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

Как следует из абз. 1 п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В соответствии с абз. 2 п. 1 ст. 1068 ГК РФ, применительно к правилам, предусмотренным главой 59 ГК РФ, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Согласно п. 1 ст. 1081 ГК РФ лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 26.01.2010 № 1), ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная п. 1 ст. 1068 ГК РФ, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).

В п. 19 постановления Пленума ВС РФ от 26.01.2010 № 1 указано, что согласно ст.ст. 1068, 1079 ГК РФ не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности. На лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора (служебного контракта) и причинившее вред жизни или здоровью в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (п. 2 ст. 1079 ГК РФ). Юридическое лицо или гражданин, возместившие вред, причиненный их работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора, вправе предъявить требования в порядке регресса к такому работнику - фактическому причинителю вреда в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом (п. 1 ст. 1081 ГК РФ).

Из содержания приведенных норм материального права в их взаимосвязи и разъяснений, данных в постановлении Пленума ВС РФ от 26.01.2010 № 1, следует, что лицо, управляющее источником повышенной опасности в силу трудовых отношений с владельцем этого источника (водитель, машинист, оператор и другие), не признается владельцем источника повышенной опасности по смыслу ст. 1079 ГК РФ и не несет ответственности перед потерпевшим за вред, причиненный источником повышенной опасности. Следовательно, на работодателя как владельца источника повышенной опасности в силу закона возлагается обязанность по возмещению не только имущественного, но и морального вреда, причиненного его работником при исполнении трудовых обязанностей.

Учитывая изложенное, ФИО3 можно было бы признать владельцем источника повышенной опасности только при условии, что транспортное средство было передано ему для использования по своему усмотрению.

В апелляционной жалобе ФИО3 ссылался на то, что состоял в трудовых отношениях с ООО «…», которое является владельцем транспортного средства - автомобиляКО-456-16 на шасси МАЗ-4, государственный регистрационный знак «…», и на момент ДТП находился при исполнении трудовых обязанностей. 

Из приговора Петровского районного суда Ставропольского края от 21.06.2018 следует, что 19.06.2017 ФИО3, управлял автомобилемКО-456-16 на шасси МАЗ-4, государственный регистрационный знак «…», принадлежащим «…» и в момент начала движения мусоровоза от места погрузки мусора совершил наезд на пешехода ФИО5 

Согласно объяснениям ФИО3 и показаниям свидетелей ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, содержащихся в приговоре Петровского районного суда Ставропольского края от 21.06.2018 по уголовному делу в отношении ФИО3, следует, что 19.06.2017 водитель ООО «…» ФИО3 и грузчики ООО «…» осуществляли сбор мусора по ул. «…», где произошло ДТП. 

Между тем ни суд первой инстанции, ни суд апелляционной инстанции не установили фактически имевшие место правоотношения между ФИО3 и собственником транспортного средства ООО «…», тогда как от них зависит установление лица, на которое может быть возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате ДТП.

В силу норм процессуального закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению, суд апелляционной инстанции должен исправлять допущенные судом первой инстанции нарушения закона при рассмотрении дела.

Допущенные судом апелляционной инстанции, проверявшим законность определения суда первой инстанции, нарушения норм материального и процессуального права представляются существенными по смыслу ст. 387 ГПК РФ, в связи с чем могут быть исправлены только посредством отмены апелляционного определения.

Повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционной жалобы, представления и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции (п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.06.2012 № 13 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции»), вследствие чего, а также с учетом необходимости соблюдения разумных сроков судопроизводства (ст. 6.1 ГПК РФ), апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского краевого суда от 23.04.2019 подлежит отмене с направлением дела на новое апелляционное рассмотрение.

При новом рассмотрении дела суду апелляционной инстанции следует учесть изложенное, разрешить возникший спор в соответствии с установленными обстоятельствами и с соблюдением требований материального и процессуального закона.

Руководствуясь ст. ст. 387, 388, 390 ГПК РФ, президиум Ставропольского краевого суда 

постановил:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского краевого суда от 23.04.2019 отменить, дело направить на новое апелляционное рассмотрение в тот же суд в ином составе судей.

Председательствующий О.А. Козлов