УИД: № 66RS0011-01-2019-000706-64

Дело № 1-112/2019

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Каменск-Уральский 04 июня 2019 года

Красногорский районный суд г. Каменска-Уральского Свердловской области в составе: председательствующего – судьи Иваницкого И.Н.,

с участием государственного обвинителя – старшего помощника прокурора г. Каменска-Уральского Пермяковой Т.И.,

обвиняемого ФИО1, его защитника – адвоката Кондрашовой Л.В., 

обвиняемого ФИО2, его защитника – адвоката Тернового А.Б.,

при секретаре Костенковой В.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, ***, ранее не судимого,

задержанного 22.10.2018 года в порядке ст. 91 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, содержащегося под стражей с 23.10.2018,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, 

ФИО2, ***, ранее не судимого,

задержанного 11.03.2019 года в порядке ст. 91 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, содержащегося под стражей с 12.03.2019,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 Уголовного кодекса Российской Федерации 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 и ФИО2 умышленно причинили тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, группой лиц, с применением предметов, повлекший по неосторожности смерть потерпевшего, при этом ФИО2 использовал предмет в качестве оружия. 

Преступление совершено ими в г. Каменске-Уральском Свердловской области при следующих обстоятельствах.

19.10.2018 в период с 18 часов 00 минут до 21 часов 00 минут в коридоре на втором этаже дома № * по ул. *, ФИО1 и ФИО2, находясь в состоянии алкогольного опьянения, действуя совместно и согласованно, группой лиц, из личных неприязненных отношений, с целью причинения вреда здоровью У., но не желая его смерти, умышленно нанесли ему множественные удары: ФИО1 – не менее пяти ударов руками и ногами по голове и туловищу, ФИО2 – не менее пяти ударов руками и ногами, а также используемым в качестве оружия стулом по голове и туловищу. В результате совместных действий ФИО1 и ФИО2 У. была причинена *** травма в виде ***, которая квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; а также причинили иные менее тяжкие телесные повреждения. В результате полученной *** травмы У. скончался 21.10.2018 в Городской больнице г. Каменска-Уральского.

Подсудимый ФИО1 вину в совершении преступления не признал, отрицая факт нанесения потерпевшему ударов по голове. В судебном заседании пояснил, что 19.10.2018 он в компании с ФИО2, Д. и У. распивал спиртные напитки в коридоре общежития по ул. *, в котором проживает его мачеха. При этом он и Д. сидели на подоконнике, а У. и ФИО2 – в кресле и на стульчике. Во время общения У. увидел у него наколки, стал расспрашивать об их происхождении и значении. Он отказывался общаться на эту тем, поэтому У. стал оскорблять его и сдернул с подоконника. Они сцепились, стали бороться на полу, при этом У. сдавливал ему шею. Когда он стал задыхаться, то ударил У. в пах, тот отпустил его. После этого они успокоились, прекратили борьбу. Он зашел в комнату к мачехе, а когда вышел, то ФИО2 и У. находились в середине коридора, у лестницы. С их стороны он услышал звук удара, увидел, что они схватили друг друга и стали бороться. Он разнял их, при этом У. кричал, что ФИО2 ответит за свои действия, а тот в ответ ударил У. кулаком в лицо и разбил нос. Он (ФИО1) отвел У. к окну, дал ему тряпку вытереть кровь. Причины конфликта он не выяснял. После этого он позвонил оперативному уполномоченному полиции О., рассказал ему о драке с У., так как опасался, что тот расправится с ФИО2 при помощи криминальных лиц. В ответ О. рекомендовал ему вызывать полицию и скорую медицинскую помощь. После этого он (ФИО1) продолжил распитие спиртного в прежней компании, а затем лег спать в комнате мачехи. Спустя время, он услышал крики из коридора, вышел из комнаты, увидел, что ФИО2 тащит за ногу У., лежащего на полу вниз лицом. Он остановил ФИО2, перевернул У., помог ему встать. Лицо у У. было разбито в кровь. Сам он сходил в санузел, помыл руки, а когда возвращался, увидел, что У. и ФИО2 мирно разговаривают на кухне. Он прошел к мачехе в комнату, а когда услышал, что ФИО2 и У. вернулись к окну, то вышел к ним, увидел, что У. умылся, но следы крови все равно остались. Позднее приехала полиция и задержала его, ФИО2 и У. 

В протоколе явки с повинной от 21.10.2018 ФИО1 кратко описал событие преступления, указав, что 19.10.2018 в общежитии по ул. * он поссорился с У., который замахнулся на него рукой, и поэтому первым нанес ему удар кулаком в лицо, а затем ударил стулом по голове и по спине (т. 1 л.д. 222-223).

При допросе в качестве подозреваемого и обвиняемого 22.10.2018 ФИО1 пояснил, что нанес У. удар кулаком в лицо после того, как тот на него замахнулся. Затем в ходе борьбы он еще нанес У. удар стулом по спине и по голове. Во время этой драки ФИО2 ударил У. ногой по ягодицам, чтобы остановить драку (т. 1 л.д. 232-236, 241-244).

При проверке показаний на месте происшествия 30.10.2018 ФИО1 заявил, что не применял насилия к У., а ФИО2 боролся с У. и таскал его за ногу по полу (т. 2 л.д. 1-9).

При дополнительном допросе в качестве обвиняемого 23.11.2018 ФИО1 пояснил, что во время распития спиртных напитков У. схватил его за рукав, а он оттолкнул его, но У. не ослабил захват и стянул его с подоконника, отчего они оба упали на пол. Затем они поднялись и продолжили распивать спиртное. Спустя некоторое время он услышал шлепок и увидел, что ФИО2 два раза ударил рукой в лицо У., разбил ему нос. Он (ФИО1) дал тряпку У., чтобы тот вытер кровь. После этого он позвонил оперативному уполномоченному полиции О., сообщил о драке, не называя ее участников. Позднее он ушел спать к мачехе, а остальные приятели продолжили распитие спиртного. Спустя некоторое время он проснулся от крика У., вышел в коридор, увидел, что ФИО2 тащит за ногу У. по полу. Он остановил ФИО2 и помог У. подняться, усадил его на стул. Во время описанных событий он (ФИО1) никаких ударов У. не наносил (т. 2 л.д. 11-18).

На очной ставке с ФИО2 19.03.2019 ФИО1 пояснил, что нанес У. один удар в пах, чтобы прекратить борьбу на полу. Позднее он видел, как ФИО2 нанес два удара кулаком в лицо У., а затем таскал его за ногу по коридору и два раза ударил ногой по голове (т. 2 л.д. 89-98).

При допросе в качестве обвиняемого 25.03.2019 ФИО1 отрицал нанесение ударов У. (т.2 л.д. 23-26).

Подсудимый ФИО2 вину в совершении преступления не признал, отрицая факт нанесения ударов У. по голове. В судебном заседании от дачи показаний отказался, воспользовавшись ст. 51 Конституции РФ.

При допросе в качестве подозреваемого и обвиняемого 11.03.2019 ФИО2 пояснил, что 19.10.2018 он в компании с ФИО2, Д. и У. распивал спиртные напитки в коридоре общежития по ул. *, в котором проживает мачеха ФИО1 Между У. и ФИО1 возник конфликт, в ходе которого ФИО1 первым ударил У., началась обоюдная драка. Чтобы остановить драку, он два раза ударил ногой У. по ягодицам. После этого драка прекратилась, приехала полиция и всех задержала (т. 2 л.д. 77-80, 84-87).

На очной ставке с ФИО1 19.03.2019 ФИО2 пояснил, что У. первый ударил ФИО1, у них началась драка, в ходе которой ФИО1 взял табурет и несколько раз ударил У. в верхнюю часть тела. Чтобы остановить драку он (ФИО2) несколько раз ударил У. ногами в нижнюю часть тела (т. 2 л.д. 89-98).

Анализируя показания подсудимых в ходе предварительного и судебного следствия, суд приходит к выводу, что они противоречивы не только между собой, но и содержат внутренние противоречия. При этом показания ФИО1 последовательно изменялись от полного признания им вины в единоличном избиении пострадавшего, до полного отрицания своей причастности к причинению У. травмы головы. Такое изменение суд объясняет неосведомленностью ФИО1 на первоначальном этапе расследования о тяжести наступивших последствий – смерти потерпевшего, и в этой связи его стремлением исключить ответственность своего друга ФИО2 и смягчить свою ответственность за совершение группового преступления. Как только стало известно о смерти У., ФИО1 после 21.10.2018 стал последовательно указывать на причастность ФИО2 к преступлению и преуменьшать свою роль в его совершении. В свою очередь ФИО2 последовательно отрицал свою причастность к причинению пострадавшему травмы головы, однако это обстоятельство суд объясняет выработанной защитной линией поведения, поскольку впервые в качестве подозреваемого он был допрошен спустя четыре месяца после события преступления, когда в ходе оперативных и следственных действий защита располагала сведениями, полученными органом предварительного следствия. 

При таких обстоятельствах суд принимает за основу приговора показания подсудимых лишь в той части, которая не содержит противоречий. В частности, их показаниями подтверждается факт совместного пребывания в компании с У. и Д. 19.10.2018 в общежитии по ул. *, факт их совместного и поочередного применения насилия в отношении У. и непричастность к этому Д. или иных лиц. Кроме того, их показаниями исключена вероятность получения пострадавшим травмы вне общежития.

Суд отвергает утверждение ФИО2 о противоправном поведении потерпевшего, спровоцировавшем конфликт: ударе У. ФИО1, поскольку сам ФИО1 этот факт последовательно отрицал, а лишь предполагал, что пострадавший хотел его ударить первым. Также в качестве противоправного и аморального поведения нельзя расценить захват потерпевшим руки подсудимого и его попытки завести речь о судимостях ФИО1 Последовавший в дальнейшем захват потерпевшим шеи ФИО1 был ответной реакцией на посягательство подсудимого, являлся обоюдным и не причинил какого-либо вреда его здоровью (т. 1 л.д. 193-194).

Добровольность явки с повинной ФИО1 и его причастность к преступлению подтверждается показаниями свидетелей С. и О. в ходе предварительного следствия (т.1 л.д. 92-94, 107-109). В частности О. подтвердил, что 19.10.2018 ему, как сотруднику полиции, позвонил ФИО1 и сообщил об избиении У. В ответ он рекомендовал ФИО1 вызвать скорую медицинскую помощь и полицию.

Помимо показаний подсудимых их причастность к совершению преступления подтверждается показаниями очевидцев.

Свидетель Д. в судебном заседании и на предварительном следствии (т. 1 л.д. 145-148) пояснил, что днем 19.10.2018 он познакомился с ФИО1, ФИО2 и У., с которыми стал распивать спиртные напитки у окна в коридоре на втором этаже общежития по ул. 

<

данные изъяты>, при этом он сидел на подоконнике, а кто-то из приятелей на табурете. На момент знакомства у У. на лице был синяк. Когда спиртное закончилось, он с ФИО1 сходил в магазин за водкой. Вернувшись в общежитие, они не застали там ФИО2 и У., но спустя некоторое время они пришли, при этом на лице у У. была кровь. На его (Д.) и ФИО1 вопросы о происхождении телесных повреждений ФИО4 ответил, что упал на лестнице. ФИО2 никак не комментировал это. Вчетвером они продолжили распитие спиртных напитков и общение. Периодически У. пытался завести разговор о тюрьме, но остальные пресекали эти попытки. Затем он (Д.) отлучился в туалет и на улицу, а когда вернулся, увидел у У. новые телесные повреждения на лице. Позднее У. снова начал разговоры о тюрьме и ФИО1 подрался с ним: они боролись на полу, при этом ФИО1 наносил У. удары руками. Затем они успокоились. Когда он (Д.) в очередной раз возвращался из туалета, то видел как ФИО1 и ФИО2 поднимали У. с пола, усаживали его на стул, при этом лицо пострадавшего было все в крови. Спустя какое-то время в общежитие пришли полицейские и задержали ФИО1, ФИО2 и У. Более подробно события он не запомнил из-за своего опьянения. 

Суд принимает показания Д. в качестве свидетельства причастности ФИО1 и ФИО2 к совершению преступления, поскольку они согласуются с показаниями подсудимых и показаниями свидетелей, приведенных ниже. Оснований для оговора подсудимых с его стороны суд не усматривает, а стороной защиты такие обстоятельства не приведены. Фрагментарность показаний Д. и его забывчивость суд объясняет сильной степенью опьянения свидетеля на момент рассматриваемых событий, а также его нежеланием усугублять положение своих приятелей. При этом суд отмечает, что его показаниями исключается вероятность получения травмы пострадавшим до встречи с подсудимыми, а новые повреждения образовывались у него после контактов исключительно с подсудимыми. 

Свидетель Р. в судебном заседании и в ходе предварительного следствия (т. 1 л.д. 103-106) пояснила, что она проживает в комнате *, расположенной на втором этаже в общежитии по *. На второй этаж ведет лестница, которая делит коридор на два крыла, ее комната находится в правом крыле, а санузел, кухня – в левом. В торцах коридора расположены окна. 19.10.2018 около 19:30 она вернулась домой, увидела, что у окна в правом крыле ФИО1, ФИО2 и двое незнакомых ей мужчин распивали спиртное. Спустя некоторое время, она услышала в коридоре громкие крики, выглянула и сделала замечание этой компании. Спустя еще некоторое время она услышала из коридора шум борьбы, выглянув, увидела, что ФИО1 и один из неизвестных мужчин, борются: держат друг друга за шею, катаются по полу, а ФИО2 наблюдает за этим. Она не придала борьбе значения, решила, что она несерьезная. Спустя еще время, она пошла в туалет, проходя мимо кухни, увидела, что дверь закрыта, за ней происходит скандал, доносятся мужские голоса, звуки борьбы и многократных падений. При этом ФИО1, ФИО2 и мужчины, который ранее боролся, в коридоре нет. Она испугалась. Спустя некоторое время она снова под предлогом визита в туалет, вышла в коридор, увидела ФИО2, который стоял напротив двери в кухню и заставлял находившегося внутри мужчину, с которым ранее боролся ФИО1, умываться. У этого мужчины была кровь на лице справа. Заметив ее, ФИО2 грубо сказал ей проходить мимо. Затем эти мужчины вернулись к окну, у которого распивали спиртное. Позднее, на полу напротив комнаты 28 она видела лужу крови, также лужа крови была на кухне. Эту кровь впоследствии затирала А. Спустя время в общежитие пришла жена ФИО1, а за ней – полиция. Все время, пока она наблюдала описанные события, второй неизвестный ей мужчина сидел на подоконнике.

Свидетель А. в судебном заседании и в ходе предварительного следствия (т.1 л.д.95-98) пояснила, что 19.10.2018 в течение всего дня она находилась в комнате * в общежитии по ул. * у ФИО1 – мачехи ФИО1, периодически выглядывая в коридор. Во второй половине дня ФИО1 со своим другом ФИО2 и двумя неизвестными ей мужчинами распивал спиртное в коридоре у окна, расположенного у входа в указанную комнату. Один из неизвестных мужчин сидел на корточках, а второй – на подоконнике. Ни у кого из этих мужчин она не заметила телесных повреждений. Периодически ФИО1 заходил в комнату к мачехе на несколько минут. Спустя некоторое время, она услышала крики и шум из коридора, выглянула в него, увидела, что ФИО2 замахнулся и ударил детским стульчиком (металлические ножки, деревянные сиденье и спинка) одного из неизвестных мужчин, ранее сидевшего на корточках. Испугавшись, она закрыла дверь в комнату. Спустя некоторое время в комнату зашел ФИО1 и попросил ее замыть кровь в коридоре и указал место, где мыть. Она выполнила его просьбу, капли крови тянулись от окна до лестничной площадки, расположенной по центру коридора. При этом вся компания ФИО5 по-прежнему находилась у окна, у мужчины, которого ударил ФИО2, лицо и голова были в крови. Спустя 40 минут после этого ФИО1 вновь попросил ее домыть пол, сказав, что она не тщательно это сделала. Во время описанных событий в другом конце коридора у противоположного окна постоянно находились соседи.

Свидетель И в судебном заседании и в ходе предварительного следствия (т. 1 л.д. 162-165) пояснила, что 19.10.2018 она вместе с А. находилась в свой комнате *, расположенной в общежитии по *. В дневное время ее пасынок ФИО1 со своими приятелями распивал спиртное в коридоре общежития у окна, расположенного рядом с дверью в ее комнату. Когда в коридоре стало шумно, А. выглянула из комнаты и сказала: «Бутя (ФИО2) машет стулом». Она сказала ей не вмешиваться и А. закрыла дверь. Когда шум стих, А. выглянула в коридор, сказала, что там кровь, стала мыть пол. Она (И) вышла в коридор и собрала мусор на окне. В течение этого дня ФИО1 периодически заходил к ней в комнату, но долго не задерживался. В этот день к ней жена пасынка не приходила, но полиция искала его у нее.

Свидетель К. в судебном заседании и в ходе предварительного следствия (т. 1 л.д. 110-114, 121-125) пояснила, что 19.10.2018 она вместе со своей соседкой Л. вышла в коридор из своей комнаты, расположенной на втором этаже в общежитии по *, услышала шум драки или борьбы в кухне. Она села на табурет у двери в свою комнату, в этот момент из кухни вышел ФИО2, который сказал находившемуся в кухне человеку: «Умывайся ладом». Затем из кухни вышел неизвестный ей мужчина и в сопровождении ФИО2 направился в противоположную от нее сторону. Проходя мимо входной двери на второй этаж, мужчина попытался выйти на лестничную площадку, но ФИО2 закрыл перед ним дверь и подтолкнул дальше по коридору. Она крикнула ФИО2, чтобы он отпустил этого мужчину, но он ее не послушал. ФИО2 довел этого мужчину к окну в правом крыле, где ФИО1 в его компании и компании еще одного неизвестного ей мужчины, сидящего на подоконнике, распивал спиртные напитки. Спустя некоторое время она ушла к себе в комнату, но затем вернулась в коридор, расположилась у окна, противоположного тому, где находились ФИО1, ФИО2 и двое мужчин. Затем она видела, что в другом конце коридора двое мужчин били руками третьего, повалили его на пол и стали наносить удары ногами, их лиц она не могла разглядеть из-за большого расстояния. Позднее она видела в кухне лужу крови. 

Свидетель Л. в судебном заседании и в ходе предварительного следствия (т.1 л.д. 115-119) пояснила, что 19.10.2018 она была в гостях у К., когда услышали в коридоре шум драки. Из любопытства вдвоем они вышли в коридор, оказалось, что источник шума был на кухне, но дверь туда была закрыта. После этого она ушла в свою комнату, а К. осталась в коридоре. Затем она вернулась к ней, в другом конце коридора они увидели драку, но из-за расстояния разглядеть личности участников и наносимые ими удары она не смогла. До этого она видела, что в том месте распивали спиртные напитки ФИО1, ФИО2 и двое неизвестных ей мужчин. 

Возможность наблюдения описанных свидетелями К. и Л. событий проверена следователем в ходе следственных экспериментов (т. 1 л.д. 126-133, 137-142).

Свидетель Н. в судебном заседании и на предварительном следствии (т.1 л.д. 149-151) пояснила, что 19.10.2018 она находилась в своей комнате * в общежитии по *, когда услышала из кухни крики и звуки ударов. Выглянув в коридор, она увидела, что дверь на кухню закрыта. Она пригрозила, что вызовет полицию. Из кухни вышли ФИО1 и ФИО2, телесных повреждений у них она не заметила. Они пообещали ей не шуметь, поэтому она вернулась к себе в комнату. Позднее она услышала из коридора крики о помощи и стоны, поэтому побоялась выходить из комнаты. Когда все стихло, она выглянула в коридор, увидела, что у двери комнаты * сидит избитый мужчина, а рядом с ним стоят ФИО1 и ФИО2 Позднее она видела на полу в коридоре кровь.

Свидетель М. в судебном заседании и на предварительном следствии (т.1 л.д. 155-157) пояснил, что 19.10.2018 он с сожительницей И. находился в комнате * в общежитии по *. В дневное время ФИО1, ФИО2 в компании двух неизвестных ему мужчин распивали спиртные напитки в коридоре этого общежития, вели себя шумно, ФИО1 беспричинно дважды выключал электричество в общежитии. В этой связи он дважды выходил в коридор и делал замечания ФИО1 В очередной раз выглянув на шум в коридор, он увидел лежащего на полу мужчину из указанной компании, рядом с которым стояли ФИО1 и ФИО2 После этого он закрыл дверь и сказал сожительнице не выходить в коридор. Позднее в том месте, где лежал мужчина, он видел лужу крови. 

Свидетель И. на предварительном следствии дала показания, аналогичные показаниям М., при этом уточнила, что сожитель сообщил ей о драке в коридоре и поэтому сказал не выходить из комнаты (т.1 л.д. 152-154).

Суд принимает показания Р., А., И, К., Л., Н., М., И. в качестве достоверных доказательств, поскольку они описывают лишь те обстоятельства, очевидцем которых являлась лично. Их показания согласуются между собой с показаниями подсудимых, а также с объективными доказательствами, приведенными ниже. Оснований для оговора подсудимых с их стороны суд не усматривает, а стороной защиты такие обстоятельства не приведены. 

На основании совокупности показаний указанных свидетелей суд приходит к выводу, что подсудимые поочередно и одновременно в течение второй половины дня избивали У. в правом крыле коридора на втором этаже общежития и в кухне. Этот вывод следует из того, что, по словам очевидцев, Д. во время рассматриваемых событий сидел на подоконнике и участия в избиении потерпевшего не принимал, с подсудимыми не конфликтовал. Причастность к избиению У. в общежитии третьими лицами также исключается названными свидетелями, поскольку таковые в рассматриваемое время отсутствовали как в коридоре, так и на кухне. В этой связи при оценке показаний К. и Л. суд приходит к выводу, что двумя лицами, одновременно наносившими удары руками и ногами пострадавшему, являлись подсудимые, а не кто-либо иной. В свою очередь А., а также И прямо уличают ФИО2 в нанесении ударов стулом по голове и телу У. 

Поскольку показания ФИО1 об обстоятельствах нанесения ударов стулом У. являются противоречивыми и отсутствуют очевидцы, подтверждающие этот факт, то суд приходит к выводу, что удары стулом потерпевшему наносил только ФИО2

Несостоятельность версии о причастности к избиению У. третьих лиц также согласуется с показаниями сотрудников полиции.

Свидетели З. и В. в судебном заседании и на предварительном следствии (т.1 л.д. 76-79, 80-83) пояснили, что в октябре 2018 они в составе наряда ППСП по сообщению дежурного прибыли в общежитие по *. На втором этаже в правом крыле коридора находилась компания в составе ФИО1, ФИО2, пострадавшего, лицо и голова которого были в крови, четвертый мужчина сидел на подоконнике. ФИО1 и ФИО2 пояснили, что встретили пострадавшего у круглосуточного магазина и привели его в общежитие для оказания помощи. Между тем, у пострадавшего и на месте его пребывания не было следов оказания помощи, а на полу коридора были множественные капли, мазки и лужи крови, стоял сломанный детский стул. На их вопросы пострадавший не реагировал. Напарники осмотрели руки всех мужчин, обнаружили, что у ФИО2 сбиты «казанки», а у ФИО1 на одежде следы крови, заподозрили их в избиении пострадавшего, поэтому решили доставить их в отдел полиции для выяснения обстоятельств. Когда задержанных спускали к патрульному автомобилю, З. спросил пострадавшего, кто его избил, тот в ответ кивнул в сторону ФИО2, а на вопрос, здесь ли его избили, пострадавший кивнул утвердительно. При этом В. дополнил, что ФИО1 и ФИО2 было предложено указать место, где ими был обнаружен пострадавший, но они отказались. Кроме того, он (В.) обратил внимание, что следы крови находились только на втором этаже, но не на лестнице или крыльце. При задержании ФИО6 вел себя агрессивно, кричал пострадавшему, что его не поймут в криминальных кругах, если тот напишет заявление. У него (В.) сложилось впечатление, что пострадавший опасался угроз ФИО2 Для пострадавшего была вызвана скорая медицинская помощь к ОП № 23.

Суд принимает показания З. и В. в качестве достоверных доказательств, поскольку они описывают лишь обстоятельства, которые наблюдали непосредственно на месте происшествия, и которые в последующем были зафиксированы в процессуальных документах и протоколах следственных действий. 

В частности, в ходе первоначального осмотра места происшествия был обнаружен и изъят детский стул (т.1 л.д. 58-59). В протоколе осмотра предмета запечатлен его внешний вид и размеры: он имеет металлический каркас и деревянные сиденье и спинку, которая закреплена лишь одним соединением с каркасом (т.1 л.д. 178-181).

При повторном осмотре коридора на втором этаже общежития по *, зафиксирована обстановка на месте происшествия: на кухне обнаружена футболка со следами крови, капли крови на полу и на кресле, многочисленные мазки крови обнаружены на стене у входа в кухню и на стене у двери в комнату * (т. 1 л.д. 22-31).

Результаты осмотра места происшествия согласуются с показаниями жильцов общежития о месте избиения пострадавшего: в коридоре у окна и в кухне, о замывании следов крови, о применении детского стула при избиении, что подтверждает ранее сделанные выводы суда.

Свидетель Ц. в судебном заседании пояснила, что состоит в фактических брачных отношениях с ФИО2, с Т. долгое время поддерживала дружеские отношения. 19.10.2018 ФИО2 ушел с ФИО1 договариваться на счет подработки, но после обеда они запили. Вечером ей позвонила ФИО7, позвала с собой забирать своих мужчин по домам, но она отказалась. Спустя некоторое время ФИО7 снова позвонила ей, сообщила, что ФИО1 в общежитии избил мужчину, выключал свет, соседи вызвали полицию. На следующий день она с ФИО2 встречалась с Титовыми, ФИО1 переживал за состояние здоровья пострадавшего, а ФИО2 говорил, что тот (ФИО1) сильно избил его (пострадавшего).

Свидетель Т. в судебном заседании пояснила, что 19.10.2018 с полудня ее муж ФИО1 распивал спиртные напитки в общежитии, где живет его мачеха. Вечером она решила забрать его домой, так как добровольно он отказывался идти. Прибыв в общежитие, она увидела, что ФИО1 пьет в компании ФИО2 и двоих незнакомых ей мужчин. Она затолкала ФИО1 в комнату мачехи, нанесла ему там побои и повела домой. Чтобы ФИО1 был более сговорчивым, она пообещала ему и ФИО2 по пути купить спиртного. На улице они встретили пострадавшего, который сидел на корточках, он был сильно избит: кровь из носа и на лице. ФИО1 и ФИО2 решили ему помочь, привели его в общежитие, усадили в кресло, налили водки. Через пять минут приехала полиция, задержала всех мужчин. При этом ФИО2 сказал пострадавшему: «Надо было тебя «грохнуть». После разбирательства в отделе полиции ФИО1 и ФИО2 отпустили, по пути домой ФИО2 кричал, что нужно найти потерпевшего в больнице и «грохнуть» его.

Анализируя противоречивые показания свидетелей Ц. и Т., суд отмечает, что они являются близкими лицами для подсудимых, в настоящее время их отношения испорчены, каждая из них стремиться защитить своего мужа (сожителя). В этой связи суд принимает их показания только в части свидетельства пребывания подсудимых на месте происшествия, а также в качестве характеристик их личности. Показания Т. о причастности к избиению У. третьих лиц являются несостоятельными по основаниям, приведенным выше.

Время наступления смерти У. – 21.10.2018 в 07:50, зафиксировано в медицинской карте больного (т. 1 л.д. 34-36).

Согласно заключению судебно-медицинского эксперта * от 25.10.2018 у У. обнаружена *** травма, которая является прижизненной и могла образоваться незадолго до поступления в стационар от не менее 5-6 ударных воздействий тупым твердым предметом в область головы. Указанная травма осложнилась ***, состоит в прямой причинной связи с наступлением смерти У. 21.10.2018 и по признаку опасности квалифицируется как тяжкий вред здоровью (т.1 л.д. 212-215).

Суд принимает за основу обвинительного приговора выводы эксперта, поскольку не находит оснований сомневаться в квалификации эксперта, а его заключение имеет нормативное обоснование, соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, является ясным и полным.

Сопоставляя показания подсудимых и свидетелей с заключением судебно-медицинского эксперта, суд приходит к выводу, что нанесение ФИО1 и ФИО2 ударов У. привело к образованию закрытой черепно-мозговой травмы, повлекшей причинение тяжкого вреда здоровью, что обусловило последующую смерть пострадавшего. 

Кроме того, в судебном заседании были допрошены сотрудники полиции Е., Б., Х., которые воспроизвели показания пострадавшего после его доставления в отдел полиции. Суд оставляет без оценки показания указанных свидетелей о содержании показаний пострадавшего, поскольку они не могут подменять собой первоисточник.

Проверив и оценив приведенные доказательства: каждое с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все в совокупности – достаточности их для разрешения уголовного дела, суд приходит к выводу о наличии события преступления 19 октября 2018 года и о виновности ФИО1 и ФИО2 в его совершении.

Множественность нанесенных ударов, интенсивность их нанесения и направленность в жизненно-важные органы – голова, туловище, а также использование ФИО2 при этом стула в качестве оружия, свидетельствуют о стремлении каждого из подсудимых причинить как можно более тяжкий вред здоровью потерпевшему, то есть об умышленном характере их действий. 

Одновременно об их нежелании причинять смерть потерпевшему свидетельствует их попытки остановить ему кровотечение, продолжение с ним застолья.

О совершении преступления группой лиц свидетельствует нанесение каждым из виновных ударов по голове потерпевшего, в результате чего ему был причинен тяжкий вред здоровью. При этом действия каждого из них были очевидны друг для друга, поочередны и одновременны, что свидетельствует об осознании ими совместности своих действий и о стремлении к единому результату. 

Поскольку стул в качестве оружия использовался только ФИО2, наличие об этом предварительной договоренности между соучастниками не установлено, то только его действия подлежат квалификации с дополнительным признаком – использование предмета в качестве оружия. 

Действия ФИО1 суд квалифицирует по ч.4 ст.111 Уголовного кодекса Российской Федерации, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное группой лиц, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Действия ФИО2 суд квалифицирует по ч.4 ст.111 Уголовного кодекса Российской Федерации, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное группой лиц, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

При назначении вида и меры наказания суд в соответствии с положениями статей 6, 43, 60 Уголовного кодекса Российской Федерации учитывает следующее. 

При оценке характера общественной опасности суд учитывает, что ФИО1 и ФИО2 совершили особо тяжкое преступление, посягающее на жизнь и здоровье человека, как на высшие ценности, гарантированные Конституцией РФ. 

При оценке степени общественной опасности суд учитывает, что преступление совершено с двойной формой вины: прямой умысел на причинение вреда здоровью человека и небрежность по отношению к последствиям в виде смерти потерпевшего, является оконченным. При дифференциации наказания суд также учитывает, что ФИО2 наносил удары потерпевшему не только руками и ногами, но и используемым в качестве оружия стулом.

При оценке личности ФИО1 суд учитывает, что он ***.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, в соответствии с п. «г», «и», «к» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации являются его явка с повинной (т. 1 л.д. 222-223), наличие * малолетних детей (т. 2 л.д. 47, 48, 49), оказание иной помощи – остановка кровотечения. Также в качестве смягчающих обстоятельств суд в порядке ч. 2 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации признает раскаяние ФИО1, первоначальное признание им вины, его участие в воспитании * детей *, наличие у него ряда заболеваний.

При оценке личности ФИО2 суд учитывает, что он ***.

Обстоятельством, смягчающим наказание ФИО2, в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации является оказание им иной помощи – остановка кровотечения при умывании. Также в качестве смягчающих обстоятельств суд в порядке ч. 2 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации учитывает признание ФИО2 факта применения насилия к потерпевшему, а также его участие в воспитании ребенка *.

Отягчающих обстоятельств, предусмотренных ст. 63 Уголовного кодекса Российской Федерации, суд не усматривает.

Учитывая обстоятельства и мотивы совершенного преступления, данные о личности виновных, влияние наказания на условия жизни их семей, суд считает, что, для восстановления социальной справедливости, исправления осужденных, предупреждения совершения ими новых преступлений каждому из виновных необходимо назначить наказание в виде лишения свободы.

При назначении наказания подсудимым, суд руководствуется положениями ч. 1 ст. 62 Уголовного кодекса Российской Федерации, понижающей верхний предел наказания, в связи с наличием у них смягчающего обстоятельства, предусмотренного п. «к» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления (ст. 64 Уголовного кодекса Российской Федерации) и оснований для назначения дополнительного наказания суд не усматривает.

Размер назначаемого подсудимым наказания превышает установленные ч.6 ст. 15 и ч.1 ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации пределы, что препятствует изменению категории преступления или условному осуждению.

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 Уголовного кодекса Российской Федерации наказание в виде лишения свободы ФИО1 и ФИО2 надлежит отбывать в исправительной колонии строгого режима, поскольку они совершили особо тяжкое преступление.

На основании п.3 ч. 3 ст. 81 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации хранящиеся при уголовном деле вещественные доказательства: стул, смыв на марлевый тампон, фрагмент ткани с кресла, два окурка, фрагмент следа обуви, четыре следа ПУ на липкой ленте, футболка, подлежат уничтожению после вступления приговора в законную силу. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 304, 307-309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде 9 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде 10 лет лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения осужденным ФИО1 и ФИО2 – содержание под стражей – оставить без изменения до вступления приговора в законную силу. 

Срок наказания ФИО1 и ФИО2 исчислять с 04.06.2019.

Зачесть ФИО1 в срок наказания время его задержания и содержания под стражей с 22.10.2018 по день вступления приговора в законную силу из расчета: один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Зачесть ФИО2 в срок наказания время его задержания и содержания под стражей с 11.03.2019 по день вступления приговора в законную силу из расчета: один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

После вступления приговора в законную силу вещественные доказательства по делу: стул, смыв на марлевый тампон, фрагмент ткани с кресла, два окурка, фрагмент следа обуви, четыре следа ПУ на липкой ленте, футболку, уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Свердловский областной суд путем подачи апелляционной жалобы или апелляционного представления через Красногорский районный суд г. Каменска-Уральского в течение 10 дней со дня его провозглашения, а осужденными – с момента получения копии приговора.

При подаче жалоб осужденные вправе ходатайствовать о своем участии и участии приглашенного ими защитника при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, а равно ходатайствовать о назначении защитника, в том числе бесплатно в случаях, предусмотренных уголовно-процессуальным законом. 

19.08.2019 Судебная колегия по уголовным делам Свердловского областного суда определила:

приговор Красногорского райоиного суда г.Каменска-Уральского Свердловской области от 04 июня 2019 года в отношении ФИО2 изменить.

Смягчить ФИО2 наказание, назначенное по ч. 4 ст. 111 Уголовного кодекса Российской Федерации до 9 лет 10 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

В остальной части приговор в отношении ФИО2, а также ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы, дополнение – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в президнум Свердловского областного суда в порядке, установленном главой 47.1 УПКРФ.

Приговор вступил в законную силу 19.08.2019.

Судья И.Н. Иваницкий